Миксер Судьбы, или Сахарная Вата из Сингулярности.

Глава 1

Тронный зал Дворца Седьмого Эона замер. Газовые Левиафаны, обычно клубящиеся под потолком в форме философских трактатов, застыли идеально ровными слоями желе. Кристаллические Аристократы Бетельгейзе перестали преломлять свет, обратившись в обычные, скучные куски стекла. Даже время — и то сгущалось в углу каплями застывшей смолы.

Причина паралича Вселенной стояла на постаменте из черного обсидиана.

Это был Миксер Судьбы. Дипломатический дар от ныне несуществующей расы Механических Творцов. Он не выглядел как оружие Древних. Он выглядел как насмешка над здравым смыслом. Корпус из полированной латуни, местами помятой и покрытой копотью. Огромная чаша из небьющегося хрусталя. И главное — венчики. Четыре гигантских спиральных лопасти, выкованных из нейтрония, которые излучали тихий, гипнотический гул.

Мастер Квон стоял рядом с ним, потирая обожженный подбородок. — Хозяйка, — прохрипел повар, глядя на прибор с суеверным ужасом. — Я его протер. Смазал подшипники литолом из слез павших героев. Но инструкцию эти жестянки не оставили. Там всего одна кнопка. Большая. Красная. Я боюсь, если мы ее нажмем, вместо теста получится новая черная дыра.

Хуанита обошла агрегат кругом. На ней было простое платье, но Диадема Абсолютной Власти сияла так ярко, что резала глаза. Она была Сироткой, познавшей вкус дешевого маргарина, и Императрицей, знавшей вкус власти над квазарами. Эти две сущности сейчас боролись внутри нее.

— Они подарили нам это, чтобы мы чувствовали себя обязанными, — произнесла она, проводя пальцем по облупившейся краске на корпусе. — Чтобы мы кланялись их мертвой цивилизации. Посмотри на него, Квон. Это же... это же обычная планетарная мешалка. Никакого пафоса. Никакой угрозы. Просто кусок металла.

Она щелкнула пальцами. Генерал Аксель шагнул вперед, сжимая в манипуляторах первый попавшийся предмет для теста — средних размеров угасающий пульсар, заключенный в гравитационную клетку. — Ваше Величество? — прогудел киборг. — Погрузить сырье?

— Погружай, — кивнула Хуанита. — Проверим, умеет ли эта штука делать омлет.

Аксель осторожно опустил пульсирующий шар умирающей звезды в хрустальную чашу. Пульсар бился о стенки, источая гамма-излучение. Хуанита посмотрела на Мастера Квона. Тот побледнел еще сильнее и инстинктивно перекрестился огромным половником. Императрица медленно подняла руку. Тишина стала абсолютной. Замер даже шепот вакуума за стенами дворца. Ее палец коснулся Большой Красной Кнопки.

КЛАЦ.

Звук этого нажатия не просто раздался в зале. Он отпечатался в ДНК каждого присутствующего. Венчики пришли в движение.

Сначала ничего не происходило. Нейтрониевые спирали просто вращались, создавая легкий ветерок. Затем... Затем Миксер Судьбы запел.

Это был не звук механизмов. Это был Звук Первородного Замеса. Низкий, утробный рев, который заставлял планеты дрожать в своих орбитах. Гул нарастал. Воздух вокруг чаши начал скручиваться в тугую воронку. Пульсар внутри перестал быть звездой. Его гравитация дрогнула. Свет закрутился по спирали вслед за венчиками. Материя начала сдаваться воле кухонного прибора.

— ОНО МЕШАЕТ ФИЗИКУ! — взвыл один из Силиконовых Пророков, чья эфирная форма начала вытягиваться в длинную, тонкую нить. — ОНО ВЗБИВАЕТ ПРОСТРАНСТВО!

Хуанита смотрела внутрь чаши. Ее сиротские глаза горели отражением рождающейся новой реальности. Она чувствовала этот ритм. Ритм руки, месящей тесто. Ритм тяжелого труда. — Сильнее, — прошептала она. — ЖИЖУ! ДЕРЖАТЬ СКОРОСТЬ!

Генерал Аксель, подключившись к консоли управления напрямую, вдавил регулятор мощности до упора. Скорость вращения превысила предел восприятия. Венчики исчезли, оставив после себя лишь размытые диски чистого разрушения законов термодинамики.

Пульсар начал меняться. Его ядро больше не коллапсировало. Под воздействием чудовищного центробежного усилия тяжелое вещество отделялось от легкого. Внутри хрустальной чаши формировалась идеальная структура. Гамма-лучи свивались в золотистые нити. Плоть звезды превращалась в невесомую, пушистую массу. Пульсар умирал, но его агония была актом творения.

Спустя вечность, которая длилась три секунды,

Миксер издал мелодичный «ДЗИНЬ!». Механизм остановился.

Аксель дрожащими манипуляторами извлек чашу. То, что лежало внутри, не было ни звездой, ни плазмой. Это была Сингулярная Пена. Облако абсолютно белого, сладко пахнущего вещества, весом в миллиарды тонн, но легче вздоха ребенка. Оно мерцало внутренним светом и тихо гудело колыбельную.

— Что... что это? — выдохнул Мастер Квон, опуская свой священный черпак.

Хуанита взяла небольшую пробу кончиком пальца. Попробовала. По тронному залу пронесся стон коллективного экстаза. Все присутствующие существа одновременно испытали оргазм, вспомнили свои прошлые жизни и поняли высший смысл бытия. Стены дворца покрылись инеем от перепада температур между восторгом и завистью.

— Это сахарная вата, — тихо сказала Императрица, облизывая палец. — Из материи мертвого бога. Немного пересластило, надо будет в следующий раз добавить щепотку соли пустоты.

Она поставила чашу на пол. — Поздравляю, господа, — объявила она, и ее голос теперь звучал иначе. Глубже. В нем появился лязг работающей фабрики. — У нас только что появилась монополия на создание материи из чистой энергии.

Она посмотрела на Миксер Судьбы. Латунный корпус больше не казался помятым. Он покрывался новыми рунами, которые проступали прямо сквозь металл, признавая новую хозяйку. — Генерал, — приказала Хуанита, поправляя Диадему. — Зачистите сектор. Выкиньте отсюда всё лишнее. Ковры свернуть, мебель вынести. Нам нужно пространство. — Для чего, мой Император? — прогудел Аксель.

Хуанита улыбнулась той самой страшной улыбкой девочки, которой наконец-то купили самую большую лопатку в песочнице. — Здесь будет кухня, Аксель. Мы будем печь Вселенные. Мне кажется, следующая партия пойдет со вкусом корицы. ВКЛЮЧАЙТЕ ВЕНТИЛЯЦИЮ, КОМНАТА НАГРЕВАЕТСЯ!