Эффект Приютской Банки

Глава 1

Главный Инженерный Зал флагмана «Несокрушимая Тоска» гудел от напряжения. Здесь, в сердце корабля размером с луну, решалась судьба грядущих завоеваний.

Генерал Аксель стоял перед трехмерным голографическим чертежом бронеплиты. Его титановое лицо было сосредоточено, а визоры мерцали сложными вычислениями. Рядом, скрестив руки на груди и нетерпеливо постукивая ногой, переминался Мастер Голодалыч. На нем был надет лабораторный халат поверх пиджака успешного коуча.

— Я тебе говорю, жестянка, твои расчеты устарели! — воскликнул Голодалыч, тыкая лазерной указкой в воздух. — Ты мыслишь категориями толщины! А рынок требует легкости! Нам нужен баланс!

— Баланс? — прогудел Аксель, не отрываясь от формул. — Оптимальный коэффициент непробиваемости для брони класса «Сиротский Упорство-7» составляет 9.8 единиц по шкале Борща. Это значит: слой сверхплотного нейтрония, затем прослойка из костей Титанов-отказников, и всё это залито эпоксидным клеем на основе борщевой кислоты. Пробить невозможно. Можно только обнять и плакать.

Голодалыч закатил глаза так сильно, что его кибер-глаз издал звук щелчка фотоаппарата. — Генерал, вы застряли в прошлом квартале! Да, вашу броню не пробить. Но знаете, в чем проблема? Аксель вопросительно моргнул оптикой (звук напоминал затвор винтовки). — Ваша броня... непродаваемая, — прошептал Инфоцыган трагическим голосом. — Она слишком тяжелая! Вы посмотрите на удельную массу! Пока наш линкор разгоняется до боевой скорости, враг успевает состариться и умереть от скуки! Мы теряем динамику захвата рынков! АКТ I: СТОЛКНОВЕНИЕ ФИЛОСОФИЙ

Голодалыч взмахнул руками, и голопроекция сменилась. Вместо серой плиты появилась диаграмма. — Смотрите сюда! Мой отдел маркетинга разработал концепт «Броня-Лайт: Премиум»! На экране возникла изящная, почти прозрачная пластина. — Состав: 90% непоколебимой уверенности в себе, 5% переработанных обещаний политиков и 5% чистого пафоса! Вес снижается на 400%! Корабль станет маневреннее осы!

— Пафос не держит кинетический удар снаряда из антиматерии, — сухо констатировал Аксель. — Проверено. В секторе Дзета. Пришлось менять штаны. И ногу.

— Потому что вы неправильно его применяли! — Голодалыч перешел в режим атаки. — Броня должна не просто блокировать урон. Она должна проводить допродажу! Представьте: вражеский крейсер стреляет в нас главным калибром. Наша новая броня поглощает энергию взрыва и конвертирует её в рекламную рассылку! Враг получает уведомление: «Вам понравилось стрелять в нас? Подпишитесь на Патреон Императрицы, чтобы получить доступ к эксклюзивным углам наклона!» Они сами сдадутся от когнитивного диссонанса!

В этот момент двери лифта разъехались без стука. Это была самая страшная тишина во Вселенной.

Хуанита стояла на пороге. На ней был тот самый кардиган. В руках она сжимала погнутую алюминиевую ложку. За ее спиной возвышалась Глаша с ведром воды и шваброй, всем своим видом выражая готовность смыть грехи прямо сейчас.

— Так, — голос Императора был тихим. Таким тихим, что где-то в соседней галактике перестала вращаться черная дыра. — Мне доложили, что мой новый флагман стоимостью в три системы все еще стоит в доке. Причина? АКТ II: МАТЕМАТИКА ХУАНИТЫ

Аксель вытянулся по струнке. Голодалыч попытался улыбнуться, но его лицевые импланты заискрили от страха. — Ваше Величество! Мы оптимизируем профиль сопротивления! Текущий индекс защиты... — Индекс моей ярости растет каждую секунду, пока я жду свой корабль, — перебила Хуанита. — Показывай.

Она подошла к проектору. Отодвинула плечом Голодалыча (тот чуть не упал в обморок от нарушения личного пространства успеха). — Смотри, Жестянка, — обратилась она к Акселю. — Вот эта точка. Центр масс. Сюда всегда бьют первым. Если мы сделаем здесь утолщение, корабль потеряет равновесие. Если утончим — лопнет. Она ткнула ложкой в схему. — Сделаем вот так. Наклон сорок пять градусов. Материал — не твой хваленый нейтроний. Возьмем старый добрый чугун. Тот самый, из которого делали сковородки в моем приюте.

— Чугун?! — взвыл Голодалыч, хватаясь за сердце. — О, ужас! Это же ретро! Он выйдет из моды через миллион лет! Наши акции

рухнут!

— Заткнись, инфо-блоха, — лениво бросила Хуанита, не глядя на него. — Далее. Между слоями чугуна проложим войлок. — Войлок?! — поперхнулся смазкой Аксель. — Зачем? Он сгорит при входе в атмосферу! — Не сгорит, если пропитать его моим потом, — спокойно ответила Императрица. — А он у меня густой. Как сироп. Это создаст демпфер. Снаряд будет вязнуть. Он захочет выбраться наружу, испугается запаха моих проблем и попросится обратно в пушку врага. Назовем это... «Эффект Приютской Банки». АКТ III: ИСПЫТАНИЕ

Спустя час модель секции корпуса поместили в испытательный тир. Напротив нее установили генератор сингулярностей. Стрелял лично Аксель. Из главного калибра своей собственной ноги.

Выстрел концепцией Голодалыча («Уверенность»). Луч попал в панель. Панель вспыхнула надписью: «Я прекрасен! Давайте дружить!». После чего рассыпалась в мелкий маркетинговый песок. — Вердикт: мусор, — сказала Хуанита, чистя ногти.

Выстрел классической броней («Борщ»). Плита выдержала. Но отдача от удара заставила весь док содрогнуться. На плите осталась вмятина глубиной в метр. — Вердикт: топорно. Неэстетично. Как твоя походка, — кивнула Хуана.

Выстрел броней «Сиротский Чугун». Сингулярность ударила в серый металл. Раздался звук, похожий на удар половника о кастрюлю. Снаряд вошел внутрь... и исчез. Послышалось тихое шипение, запахло паленой шерстью и отчаянием. Через секунду из задней части плиты вылетела искореженная масса антиматерии, которая жалобно пищала и пыталась отползти в угол. Сама плита даже не нагрелась. Лишь слегка пахла домом.

Хуанита подошла и потрогала поверхность пальцем. — Теплая, — удовлетворенно произнесла она. — Почти как батарея в коридоре. Берем.

Голодалыч побледнел настолько, что его галстук стал казаться ярким пятном. — Но... но вес! Экономическая неэффективность! Отсутствие апсейлов!

Хуанита посмотрела на него. Затем на свою ложку. Потом снова на него. — Скажи мне, продавец воздуха... Что произойдет, если я этой ложкой пробью твой череп? Голодалыч сглотнул. — Будет нарушена герметичность лобной доли... Произойдет утечка мозгового вещества... — Нет, — улыбнулась Сиротка той самой улыбкой, от которой обычно аннигилировали звезды. — Зазвенит. Приятно так. По-домашнему. Потому что голова у тебя полая, а ложка — чугунная. Запускайте производство. Аксель, иди настрой мне кресло капитана, оно скрипит. Бесит.

Генерал отсалютовал и пошел выполнять приказ. Где-то в углу тихо всхлипывал Голодалыч, осознавая, что продал Империи идею новой брони, которую теперь нельзя продать никому другому, потому что она состоит из чужих детских травм и дешевого металла.

Глаша подошла к испытательному стенду. Достала тряпочку. — Опять наследили плазмой, — проворчала она, протирая идеальный чугун. — Ни стыда ни совести. Прямо как котики.