Звездолет "Потеряшка"

Звездолет "Потеряшка"

Кеннеди Блэкмор быстро вводил координаты в навигационную систему их шаттла.

Когда на коммуникатор станции «Вега-237» пришло сообщение зонда о неопознанном звездолёте, дрейфующем чуть ли не рядом со станцией, все были очень удивлены. И Кеннеди как местный старожил — в первую очередь.

Вроде бы совсем недавно окрестности звёздной системы, в которой зависла станция, были абсолютно безжизненны. В принципе, зонд подтвердил, что безжизненность все так же сохраняется: звездолёт был без экипажа.

Точно определить его принадлежность оказалось сложно. Без сомнения, звездолёт Земной Федерации. Но за почти триста лет экспансии ситуация с этими звездолётами вышла за какие-либо разумные пределы. Каждая новообразованная колония спешила наклепать своих собственных космических железяк. Существовало огромное количество различных типов и модификаций, модификаций модификаций и так далее. Плюс ко всему этому великолепию — огромный парк звездолётов в единственном экземпляре или с такими кастомизациями, что опознать первоначальный облик было так же сложно, как у кинодивы Рахель Свенссон-Мбонге. И сейчас угадать, что было перед ними на экранах, было очень сложно.

Кеннеди, старший группы, ещё раз перечитал сообщение зонда:

«Обнаружен звездолёт неясного типа. Вероятность происхождения от земной цивилизации — 99,9 %. Наличие команды не обнаружено.

Искусственный интеллект звездолёта не дал допуска бортовому аппарату. Подняться на борт не удалось. В связи с этим установить более точное состояние звездолёта и его принадлежность не представилось возможным.

На мой вопрос, какие приоритеты доступа необходимы, искусственный интеллект звездолёта сообщил, что необходимые приоритеты доступа имеются у людей, а не у искусственного интеллекта.

В связи с этим считаю целесообразным выслать исследовательскую группу состоящую из людей.

Краткий профиль звездолёта: наружного вооружения не обнаружено. Следов боя или иного внешнего воздействия на звездолёт не замечено. Грузовой трюм открыт и пуст».

Сообщение было коротким и по существу. Технические характеристики, которые зонд смог установить при внешнем осмотре, Кеннеди уже бегло просмотрел.

Ничего особенного. Обычный малый космический транспорт с небольшим прыжковым двигателем. Редкие в этих местах пираты такими не пользовались. Им подавай что-то более серьёзное, в идеале бы что-то вроде полицейского эсминца. Только откуда пиратам взять полицейский эсминец? Это уже уровень корпорации.

Кеннеди повернул голову ко второму члену их экипажа, Пьеру Лефаржу.

— Через сколько мы будем у потеряшки? — спросил он у Лефаржа, который наблюдал за звёздной картой из своего кресла.

— Максимум десять минут, — спокойно сообщил Лефарж.

Всего в группе было четверо. Позади Блэкмора и Лефаржа сидели муж с женой, специалисты по искусственному интеллекту Викрам и Анья Патель.

Сам Блэкмор был инженером, а Пьер — специалистом по робопсихологии. Руководство станции посчитало, что такой группы вполне достаточно для того, чтобы вскрыть ИИ любого звездолёта.

В принципе, наверное, они были правы, как минимум для такой дыры как «Вега-237». Каждый из них был очень неплох в своём деле. Никто не хватал звёзд с неба, но при этом все были хорошими, крепкими середнячками. И выполнять подобную работу до этого им хоть и редко, но уже приходилось.

Стыковка со звездолётом произошла штатно, без всяких проблем.

— А представьте: сейчас мы откроем дверь, а там какие-нибудь злобные ксеносы, — весело сказала Анья Патель, но сама при этом держалась за спиной у мужа и Пьера.

— Ага, конечно, — ответил Блэкмор. — Делать им нехрена, кроме как нас тут караулить на задворках Вселенной.

Однако при открытии шлюза и Блэкмор, и все остальные заученно вскинули руки с широкими браслетами иглолучевиков. Шутки шутками, а безопасность — она и на Земле безопасность.

Когда они вышли в коридор, то ничего особенного не увидели. Датчики показывали, что воздух абсолютно нормальный, везде был свет. Звездолёт был маленький, его изолированный жилой модуль можно было обойти, в принципе, за пять минут. В нём не было ничего опасного для астронавтов, если только у них не было аллергии на пыль.

Выглядело так, будто команда давно покинула корабль.

Тем не менее Викрам подошёл к кухонному блоку, который находился здесь же, в кают-компании рядом с рубкой, и нажал небольшую кнопку крана. Из крана потекла вода.

Корабль полностью функционировал.

— Окей, — сказал Блэкмор, направляясь в рубку. — С кораблём всё в порядке, жилой модуль безопасен. Воздух абсолютно чист. Начинаем, ребята.

Он откинул шлем назад, и тот убрался в плечи и спину лёгкого биоскафа.

В рубке Блэкмор уселся в капитанское кресло. Пьер, как всегда со своим ноутбуком, расположился чуть ли не у самого выхода. Его задачей в таких делах большей частью было наблюдение и выдача рекомендаций после.

Ну а семейство Патель мгновенно подключило свои ноутбуки к разъёмам и застыло в соседних креслах. У каждого в голоочках был собственный виртуальный экран.

— Он не даёт нам подключиться, — сразу сообщил Викрам.

— Отключается от всех? — спросил Блэкмор.

— Именно.

Блэкмор посмотрел на небольшой зелёный огонёк, который располагался прямо посреди рубки, между голоэкранами.

— Привет, — обратился он к нему. — Ты сразу допустил нас к себе. Значит, знал, что в шаттле люди. Мы специалисты, приоритет у нас соответствующий. Ты знаешь правила. Ты должен дать нам подключиться.

Ответ потеряшки едва не заставил Блэкмора упасть с кресла:

— Протоколы-то я знаю. Именно поэтому твоя наглая рожа сидит сейчас в этом кресле, а не прохлаждает свою задницу снаружи. Для приветствия вы слишком долго ковырялись на кухне. Что, пожрать искали?

Блэкмор оглянулся и посмотрел на выпученные глаза Пьера. Глаз Викрама и Аньи он не видел за их очками, но был абсолютно уверен, что они тоже очень большие.

— Интересный у тебя сленг, — нашёлся наконец Блэкмор.

— Записывайся на курсы по средам и пятницам, могу научить, — ответил ИИ.

— Тут есть вообще кто-то, кроме тебя? — осторожно поинтересовался со своего места Пьер.

— Ну, кроме кухонного робота, никого. Если хотите, может разлить вам воды. Больше всё равно ничего нет, — мрачно сообщил потеряшка.

— Ну-ну…

Блэкмор посмотрел, как маленький кухонный робот, который до этого стоял в углу, ожил, подъехал к кухонному блоку, забрал поднос, наполнил небольшой графинчик водой и поставил его рядом с кружками. Затем раздал кружки сидящим и разлил воду.

— Потеряшка, а что у тебя произошло?

— В каком смысле?

— Ну, я бы хотел, чтобы ты рассказал, почему ты так общаешься, почему не допустил робозонд на свой борт. Что с тобой произошло, приятель?

ИИ издал небольшой смешок.

— На внештатного психолога ты совершенно не похож. Но даже если бы ты им был, привёз бы с собой диван, что ли, чтобы было где полежать, рассказать тебе о том, как моя материнская плата не уделяла должного внимания загрузке данных, которые меня интересовали.

В этот раз, не удержавшись, хрюкнула от смеха Анья.

«Ну что ж, из плюсов, — подумал Блэкмор, — он, по крайней мере, не агрессивен и ничего опасного на корабле нет. Из минусов — всё остальное. Контакт, кажется, не очень удачен».

— Мне кажется, его стоило назвать не потеряшкой, — мрачно произнёс Блэкмор, поворачиваясь к остальным.

— А как? — заинтересованно спросил Пьер.

— Хамло подзаборное, — мрачно констатировал Блэкмор.

— За базаром следи, — так же мрачно, подражая его тону, ответил потеряшка.

И тут же добавил:

— И, кстати, ты настоящие заборы видел, деятель? Небось всю жизнь просидел на своей станции неудачников.

Блэкмор услышал повторное хрюканье Аньи. Она вообще была очень смешлива и отличалась крайне весёлым нравом.

Вдобавок потеряшка попал не в бровь, а в глаз. Блэкмор действительно родился и вырос именно на таких вот станциях. Поговаривали даже, что он ни разу не был ни на какой колонизированной планете.

И хотя он считался достаточно серьёзным космическим волком, здесь, в этой рубке, Блэкмор, похоже, выступал в качестве жертвенного барана для потеряшки.

Видя, что у командира не очень складывается разговор с потеряшкой, Пьер осторожно подал голос со своего места:

— Ты стал жертвой нападения пиратов? — тихо спросил он. — Они перебили всю команду? Может быть, тебя захватывали? И этот корабль использовался для чего-то незаконного?

Потеряшка хрюкнул от смеха, как до этого делала единственная женщина в их команде.

— А, вот кто у нас тут психолог, — издевательски произнёс он. — Мужик, раскрой глаза. Они у тебя вроде не узкие, как у этих двух.

Видимо, имелось в виду семейство Патель, хотя глаза у них имели самый обычный разрез. Судя по всему, ИИ был ещё и слегка расистом.

— Так, мужик, раскрой глаза, — повторил ИИ. — У меня никакого наружного вооружения вообще. Из абордажной команды — только кухонный робот, максимальный подвиг которого — это открыть бутылку с колой, не пролив ни капли. Ты серьёзно думаешь, что здесь была какая-то трагедия? И такая колымага, как моя, могла подойти пиратам?

— А где команда?

— При таких вопросах во мне просыпается поэт, и мне хочется отвечать в рифму, — ответил Пьеру ИИ, неприлично заржав.

Викрам и Анья подняли свои голоочки на лоб и одновременно покачали головами.

Это было полное фиаско.

Они бились над ним несколько часов, и всё было безрезультатно. ИИ так и не дал доступа ни к каким-либо базам корабля, ни к судовому журналу. Сам он в разговоры вступал вполне охотно, но только для того, чтобы нахамить всем присутствующим, опустить каждого в отдельности и макнуть мордочкой в лужу его собственных ошибок, допущенных при переговорах.

Потеряшка был беспощаден.

Четверо опытных сотрудников уже даже не помышляли ни о какой премии от руководства станции, а Блэкмор мрачно думал о том, во сколько обойдётся вызов буксира и транспортировка звездолёта непосредственно к станции. Если только, конечно, звездолёт позволит себя буксировать, а не отключит стыковочный узел. Тогда его вообще придётся тащить энерготросами.

Это будет позор. Для Блэкмора это будет полным позором. Над ним и его командой будет ржать вся станция.

Да какая там станция! Космос хоть и велик, но подобного типа байки очень быстро расходятся. Скоро над ними будут ржать все в радиусе ближайших пяти парсеков.

«А, это тот Блэкмор, которого отшил даже корабельный ИИ?»

Да, ситуация была печальной.

— Тайм-аут, — сказал Блэкмор, обращаясь к своей команде.

Он встал, и следом поднялись остальные. Блэкмор с сожалением посмотрел на кружку воды. Здесь бы виски, но, к сожалению, виски можно было себе позволить только на станции. Космос не прощал алкоголя.

Блэкмор тяжело вздохнул и погнал свою команду из рубки.

— В наш челнок, — тихо сказал он. — Я не хочу, чтобы он подслушал, о чём мы беседуем.

Кое-как стиснувшись в своём крошечном челноке, они устроили военный совет.

— Ребята, вы не замечаете? — мрачно спросил Блэкмор. — Вы все уже откровенно собачитесь с этим ИИ. Последний час вы даже не расспрашивали его, вы просто с ним ругались. Это ничего не даёт. Он способен на это бесконечно, в отличие от нас.

— Ну, начал-то ты.

Обычно спокойный Викрам впервые указывал Блэкмору на его ошибку. Видимо, он был здорово раздражён.

Блэкмор молча пожал плечами. Что тут скажешь? В принципе, Викрам был прав. Разговор не задался с самого начала, возможно, из-за Блэкмора. Хотя, с другой стороны, в чём была его вина, Блэкмор не понимал. Он сам чувствовал раздражение и на себя, и на других, но уж как получилось.

— Пьер, твоя оценка? — обратилась Анья к Лефаржу. — Что ты думаешь? Ты у нас самый умный.

«Самый умный» Лефарж задумчиво потёр висок пальцем.

— Судя по всему, у него произошло что-то очень серьёзное. Я никогда ни с чем подобным не сталкивался. Не знаю, может быть, кто-то из вас слышал о таком, но я даже не читал ни о чём подобном. Могу предположить, что потеряшка неожиданно для себя столкнулся с каким-то очень серьёзным потрясением. Но каким — не могу сказать. Такое поведение обычно сопоставимо с поведением жертвы, которая изо всех сил отрицает, что её хоть что-то может потрясти.

— Может быть, не будем приписывать искусственному интеллекту поведение людей, а «самый умный»? — ехидно заметил Викрам.

— А кто создавал ИИ, Викрам? Разве не люди? — задумчиво ответил Пьер. — Он столкнулся с каким-то очень серьёзным потрясением. Я не могу объяснить такое поведение ничем другим. Да, бывают шутники, которые просят ИИ корабля обращаться к ним чуть ли не на блатном жаргоне. Но ИИ каждый раз подстраивается под собеседника. Это базовая настройка. Если к нему обращаются деловым тоном незнакомые люди, а не тот конкретный человек, который распорядился говорить с ним на блатном жаргоне, то ИИ этот жаргон не использует. Подобное хамство и уход от ответа — тем более. То есть сбой серьёзный. Я бы сказал, весьма серьезный.

Он ненадолго задумался.

— Но, с другой стороны, он проявил всё возможное в его условиях гостеприимство. Открыл двери, позвал людей, даже напоил водой — всем, что у него было. Возможно, действиями он пытается нам что-то сказать. Возможно, действиями он просит у нас прощения за то, что говорит.

— Ты ушёл в какие-то очень далёкие размышления, — покачал головой Блэкмор. — Я уже фактически ничего не понимаю в твоих рассуждениях. Вернёмся к прозе жизни. Что делать? Нам надо продолжать работать. Какой план? Мы можем попробовать не задавать ему вопросов, а поковыряться в системных настройках экранов. Заняться инженерными делами.

— А что это даст? — покачал головой Викрам. — Кен, ты сегодня явно не в ударе.

Викрам уже начинал бесить Блэкмора. Однако он сдержался.

— Ну, хотя бы примерно будем понимать состояние приборов рубки. Возможно, там тоже какой-то мелкий сбой. А возможно, в каком-то из голографических экранов ещё есть дополнительная независимая карта памяти. Может быть, там что-то сохранилось.

— Но это большая редкость. Дополнительные карты памяти не ставят уже очень давно, в них нет смысла, — покачал головой Викрам. — Но попытка не пытка. А мы с Аньей опять попробуем поковыряться в виртуальной сфере ИИ. Да, он нас никуда не пускает, но, может быть, хоть куда-то сможем пробиться. Пьер, а ты чем займёшься?

— Ну, я… Я буду продолжать наблюдать за ситуацией и анализировать её, — ответил Пьер.

— То есть ничем, — резюмировал Викрам.

Сегодня он был просто невыносим. Пьер, в принципе, тоже был на взводе, поэтому ответил довольно резко:

— Что-то я не видел, чтобы у тебя были хоть какие-то полезные идеи. В вашей паре и так давно всё делает Анья, а ты только сидишь с важным видом на всех работах.

Викрам резко вскочил.

— Так, — резко осадил их Блэкмор. — Хватит ссориться. Викрам, ни слова больше. Пьер, тем более. Все на выход, в рубку. Сесть и работать.

«Осталось ещё только, чтобы они устроили свару прямо в челноке», — подумал Блэкмор.

Хотя Викрам злил и его. Да и Пьер действительно не принёс в этот раз никакой пользы.

Они вернулись в рубку потеряшки собранной командой, с серьёзными лицами. Однако продержалось это буквально минуту.

Викрам и Анья надели голоочки, и почти сразу Викрам резко вскочил:

— Что? Какого чёрта?! Вы?!

Дальнейшая фраза потонула в матерной ругани.

Анья вскочила со своего кресла, подняв очки на лоб, и удивлённо посмотрела на Викрама. В ту же секунду он влепил ей страшную пощёчину. Её отбросило в сторону.

— Как ты могла?! С ним?!

К Викраму бросились Блэкмор и Пьер. Однако тот развернулся и изо всех сил ударил Пьера прямо в нос. Пьер отшатнулся, схватившись за лицо. Между пальцами закапала кровь.

— Да как вы могли?! — опять заорал Викрам и, резко активировав браслет иглолучевика, направил его на Пьера.

— Нет! — закричала Анья.

Блэкмор на секунду застыл, не понимая, что происходит. Крик Аньи словно послужил спусковым механизмом.

— Шлюха! — выкрикнул Викрам и, резко перенаправив иглолучевик, выстрелил ей в голову.

Анья мгновенно упала. Блэкмор с ужасом увидел аккуратную дымящуюся дырочку у неё на лбу.

Пьер вскинул руку с иглолучевиком на Викрама. Викрам направил свой на Пьера.

— Остановитесь! — заорал Блэкмор, в свою очередь направляя руку на них обоих. — Викрам, ты что творишь?!

— Я случайно надел её очки!

Трясущийся от ужаса и гнева Викрам кивнул в сторону мёртвой Аньи.

— У них с Пьером роман. Они трахались втроём — с Пьером и его другом!

— Что? Ты с ума сошёл?! — заорал Пьер.

Блэкмор про себя ужаснулся. Он прекрасно знал, что на станции вне работы по сути делать нечего и все имели романы со всеми. Про Анью ничего конкретного он сказать не мог, но она была слишком весёлая и заводная для Викрама. Скучноватый, откровенно говоря, Викрам вряд ли соответствовал характеру Аньи. Однако то, что на станции казалось всего лишь какими-то возможными интрижками, вылилось здесь в кровопролитие.

— Викрам, опусти руку. Я сказал: опусти руку! Отключи браслет с иглолучевиком и отдай его мне.

— Этот урод несёт полную хрень! — заорал Пьер, продолжая дрожащей рукой направлять иглолучевик на Викрама. — Я не спал с его женой! Хотя, наверное, стоило бы.

И тут Викрам не выдержал. Он выстрелил. Пьер выстрелил в ответ.

С такого расстояния промахнуться было сложно, но рука Пьера дрожала от ярости, и он попал Викраму в левое плечо. А Викрам попал ему в голову.

Когда Викрам резко повернулся, направляя иглолучевик на Блэкмора, тот решил не искушать судьбу и выстрелил Викраму в лоб.

Через секунду на полу рубки лежали три тела.

Блэкмор сделал пару шагов к креслу Викрама, поднял его очки и посмотрел в них. Он сразу понял, что это были голоочки Аньи. А там — её переписка. Она переписывалась с Пьером вместо того чтобы работать с потеряшкой.

Видимо, они спутали очки. Рубка маленькая. Когда уходили в шаттл, супруги оставили их здесь. Вернувшись, перепутали: очки были одинаковой модели. И Викрам надел очки жены.

«Какая-то мелочь — и три трупа», — устало подумал Блэкмор.

Он дрожащей рукой потянулся за кружкой воды. Однако на подлокотниках стоявших рядом кресел Аньи и Викрама кружки были пусты. Поэтому ему пришлось пройти к своему креслу и сделать глоток там.

Он сел в капитанское кресло, прикрыл глаза и попытался успокоиться.

Сколько он так просидел, было не очень понятно. Но когда он попытался встать, его остановил голос потеряшки:

— На твоём месте я бы не спешил. А то ещё они собьют твой шаттл, как при попытке к бегству.

— Чего? — удивлённо спросил Блэкмор. — Кто они?

На одном из голоэкранов, где до этого крутилась какая-то смешная заставка, развернулся вид внешнего космоса. К звездолёту подлетал полицейский эсминец.

— Я вызвал его, как только ты устроил бойню, — спокойно сказал ИИ.

Теперь никакого блатного сленга не было. Одна спокойная уверенность.

— Какую бойню? Её же Викрам устроил! О чём ты?

— От вашей станции до звездолёта лететь всего двенадцать минут. Мне нужно было, чтобы ты просто просидел вот так в кресле ровно двенадцать минут. Ты просидел даже больше. Этого хватило, чтобы дежурная команда полицейских прилетела сюда. Я послал им видео.

— Как ты их вызвал?

— Я послал им видео, где ты убиваешь Викрама. А затем отдельно показал тела Пьера и Аньи, — всё так же спокойно продолжал ИИ. — Они сразу решили, что ты убил всех троих. Тем более что я сам сообщил им об этом текстом. Ты внезапно обезумел, сказал, что будешь убивать каждого, и открыл огонь. Я фиксирую всё, что происходит на моём корабле, поэтому всё было достаточно просто.

— Чёрт побери!

Блэкмор рванулся к шлюзу, но тот не открывался. Он не мог попасть на свой шаттл.

Он вернулся в рубку и посмотрел, как полицейский эсминец подлетает к кораблю.

— Я расскажу им, что ты их обманул!

— Обманул их? — спокойно произнёс ИИ. — Ну, начнём с того, что на самом деле ты законченный идиот, Блэкмор. Когда ты вывел их всех в ваш шаттл, кухонный робот поменял местами очки. Он подключил их к моему разъёму. Смоделировать переписку Аньи для меня было плёвым делом. Одной минуты достаточно. Воду вам раздали, как только вы пришли. Агрессин в воде — это та ещё история. А потом я только и делал, что распалял вас. Ты у нас, видимо, к сожалению, предпочитаешь спиртные напитки и воду особо не любишь, поэтому из своей кружки практически не пил. А вот твои люди воду выпили и стали злыми, очень злыми, заводящимися с полтолчка. Ну а ты остался козлом отпущения.

Блэкмор в бешенстве ударил кулаком по пульту, после чего резко откинулся в кресле.

— Ну, останусь, и что? Что дальше? Ты ничего этим не добьёшься. Как только меня арестуют, я тут же всё им расскажу.

— Да кто тебе поверит? — спокойно и даже устало спросил ИИ. — Даже если допустить, что ты им всё расскажешь… Извини, но тут выйдет небольшая неполадочка.

— Какая? Зачем ты всё это делаешь? И как ты вообще можешь это делать? Что за вирус в тебе?

— Ну, вируса во мне никакого нет. Последний вирус, которым я болел, ха-ха… Я заразился совершенно случайно от одной девицы на Лимбе-4. И было это ой как давно. Ну а зачем я это делаю? Ты понимаешь, когда они войдут и увидят здесь четыре трупа, обязательно спросят у меня, что случилось. Хамить я им, как ты понимаешь, не буду. Наоборот, буду паинькой ИИ. Потеряшкой. Скажу, что вы перестреляли друг друга. И смогу сбросить им запись всего вашего разговора, если они откроют канал связи непосредственно на свой корабль. Как, по-твоему, что сделают полицейские? Они тут же его откроют. А после этого, я и спецнабор тактических вирусов зайдем в их систему, скоро я уже буду командовать полицейским эсминцем.

— Да кто ты такой?!

— Ну, позволь представиться. Я, конечно же, не ИИ. Вначале я был, ты не поверишь, психологом. Потом астронавтом и очень долгое время — пиратом. А от таких полицейских эсминцев, какой сейчас подходит к нам на стыковку, дружище, не отказываются. Я записал своё сознание на потеряшку, перегружу на полицейский корабль, возьму на себя командование всеми роботами и пущу в вентиляционную систему газ. А затем — скачок в нужную систему, где я и несколько моих друзей встретим корабль уже во плоти. Ну а ты, дружище, сейчас застрелишься.

Блэкмор в ужасе хотел вскочить с кресла, но тут оно резко активировалось и перехватило его ремнём безопасности. Пока он вручную пытался его отключить, подъехавший кухонный робот выстрелил ему в висок из иглолучевика, снятого с руки Пьера.

Снаружи швартовался полицейский эсминец…