Звездный бухмейстер

Глава 1. Официальное письмо

...Нет, это совсем не то, что вы подумали. Бухмейстер — просто должность такая. Спокойная, достойная. Впрочем, как и везде, среди бухмейтеров были свои чудаки.

Например, бухмейстера с непонятным именем в документах «Иван Петрович Кутяпка» в обиходе чаще звали Петровичем: одни думали, что это имя такое, другие — что фамилия, а разбираться никто не пытался, у всех своих дел невпроворот. Чудак и есть чудак, разве что излишне занудный.

…

Самую важную новость, навсегда изменившую его жизнь, вышеупомянутый бухмейстер Петрович пропустил. Ибо работал. Ну не смотреть же целый день «Новости» — на службе каждый должен заниматься своим делом, а не пялится в голо-экраны.

Между тем, мир не настолько увлеченных работой людей уже «встал на уши»: диктор галактического телеканала срывающимся от волнения голосом объявлял:

— Жужелицы перешли в тотальное наступление по всему периметру освоенных человечеством планет! Наша империя на грани краха! Форпостные планеты смяты и фронт приближается к границам ассоциативной республики Козерога…

Картинка демонстрировала взрывы, покрывающиеся дымом планеты, бегущих в панике людей.

— Население сотен освоенных землянами планет в тревоге ожидает следующих сообщений.

Впрочем, выступление это, вместе с видеорядом, повторялось каждые пятнадцать минут безо всяких изменений, никаких новых сообщений не поступало. Мир затаился и ждал.

…

Пока домохозяйки и бездельники всех мастей с напряжением вслушивались и вглядывались в кадры зловещего нападения, в Управляющем Штабе Коалиции Адмиралов Человечества, ведающем безопасностью космического пространства, суета превысила все возможные нормы. Старожилы подобного не припоминали подобного за последние сорок лет.

Первым делом высокими чинами было принято решение отправить на ключевые точки дислоцирования жужелиц корабли диверсантов. По сотне дронов-камикадзе на одну планету, и все будет тип-топ. Воевать, так воевать!

Однако тут вмешались нудные юристы, раскопавшие, что, согласно пункту 12.4-прим Межгалактического уложения, для того, чтобы остановить экспансию жужелиц, достаточно расторгнуть контракт двадцатилетней давности. Сделать это может только тот, кто подписал его от лица человечества либо его наследник. Личность подписанта была установлена за несколько минут. Осталось только найти его самого.

Штабной искин подсказал, что Иван Петрович Кутяпка служит человечеству в должности бухгалтера-мейстера.

— Иван Петрович или Иван Кутяпка? Или Петрович Кутяпка? — не понял один из адмиралов. — Поточнее нельзя?

— Все вместе. Иван Петрович Кутяпка. Так его зовут. Проживает на Земле, пределы стратосферы ни разу не покидал. Возраст подходящий, средний: сто четыре года. Разведен, трое детей. Данные мониторинга здоровья удовлетворительные и межзвездный перелет он должен выдержать.

Далее появилась характеристика бухмейстера, которая военных чинов озадачила. Его суперсила — понимание любых пунктов договоров и умение заполнять формы № Г-27-Б в любых условиях.

— Что это за форма?

— Самая запутанная и объемная форма документов, предваряющая любые договора человечества с любыми цивилизациями. Сто тысяч слов на нашем языке и до пяти миллионов слов на языках других цивилизаций. При наличии нужной информации Иван Петрович способен заполнить форму № Г-27-Б для любой нечеловеческой цивилизации за четыре часа: рекорд, который держится больше тридцати лет.

Адмиралы кисло переглянулись.

…

Самого бухмейстера это безумие обошло стороной. Он сидел за столом в чистом до невероятности кабинете. Прямая спина, правильный наклон головы и эргономично лежащие на столе руки — что еще нужно для того, что перекладывать с места на место папки с бумагами и изредка поглядывать на таблицы на экране монитора?

Внезапно дверь в кабинет распахнулась. Непорядок. Скривив губы, Петрович развернулся.

— Что вы себе позволяете?

— Вам пакет! Срочно! — выпалил лохматый молодой человек.

— Не нужно так волноваться, вьюноша, — спокойно-саркастически ответил Петрович. — Где я должен расписаться?

Он видел, что конверт увенчан огромным штемпелем — роза пронзенная штыком. Следовательно, это послание от УШКА — Управляющего штаба коалиции адмиралов.

Бухмейстер, конечно, мог бы высказать свои претензии художнику и идиотам, признавшим что-то с лепестками розой, но, во-первых, герб, как и все печати и штампы, был утвержден за полтысячи лет до его рождения, а во-вторых, сам вопрос его совершенно не касался. Было бы из-за чего шум поднимать!

— Приказано вручить лично в руки. Иван Петрович Кутяпка? Это вы?

— Я, — кивнул бухмейстер, вперив взгляд в несерьезного курьера. — Но так вам мог бы ответить любой недобросовестный человек.

Курьер недоуменно уставился на хозяина стола.

«Глаза светлые, голубые, сухощавый доходяга, чуть сутулится, волосы жидкие, лежат на голове, словно блин уронили, зубы нормальные, третьего поколения. Зануда-буквоед» — так ему описали адресата. Насчет третьего поколения зубов курьер ничего сказать не мог, но остальные приметы сходятся. И насчет зануды тоже.

— На дверной табличке написано «Бухмейстер Иван Петрович Кутяпка», — заметил вдруг застеснявшийся курьер.

— Мало ли что написано. А если я забежал в этот кабинет в отсутствие хозяина.

И тут курьера осенило: побить буквоеда можно только таким же занудством!

— Приметы совпадают, — выпалил он.

Ясное дело, перепалка могла бы продолжаться до вечера — обеденное время давно закончилось — но тут, оттолкнув стоящего в дверях курьера, в кабинет ввалился необъятный в талии главный бухгалтер (кличка «Гоблин»).

— Петрович! Ты что творишь без моего ведома? — рявкнул он зычным басом. — Говорят, тебя на ковер в УШКА вызывают?

Под сверлящим взглядом шефа Петровичу пришлось получить из рук курьера конверт, расписаться и вскрыть его. Верхняя строчка на первом листе гласила: «Совершенно секретно».

— Это конфиденциальное сообщение, — спокойно, словно не замечая состояния начальника и испуга курьера, сказал Кутяпка. — Прошу покинуть помещение, я должен ознакомиться со спецпосланием без свидетелей.

Гоблин раздулся от негодования, но тут он увидел печать с пронзенным красным цветком, и тут же утих.

Вместе с курьером они вывалились в коридор и прикрыли дверь.

Глава 2. Распоясавшиеся жужелицы

Бухмейстер поморщился: совершенно не умеет держать себя в руках начальник.

Оглянувшись по сторонам, он задвинул письмо внутрь конверта, придавил скоросшивателем, и поднялся из кресла.

Кабинет бухмейстера, как и любое другое служебное помещение, изобиловало ИИ-жучками. Они передавали в центр обработки данных все звуки и видеоряд. К тому же, во всех присутственных местах были установлены датчики-анализаторы запахов. Все это было полезным, так как в режиме реального времени анализировались искином Управления, предупреждая неблаговидные поступки персонала вроде ссор, разглашения конфиденциальной информации или беседой по внешней связи с посторонними людьми, к примеру, родственниками, свыше двух минут в час.

Сейчас все это нужно было отключить. В соответствии с уставом имперских служащих. Секретно, так секретно.

Официальные камеры и датчики Кутяпка отключал не в первый раз, работа такая. Дополнительные, установленные шпионами других ассоциативных республик, излишне любопытными коллегами и мелкими начальниками ЦУУ — Центральным Учетным Управлением — пришлось поискать. В последний раз бухмейстеру потребовалось три минуты двадцать шесть секунд, а в этот он потратил на минуту и шестнадцать секунд больше (для страховки пришлось сканировать помещение второй раз).

Убедившись, что все датчики отключены, Петрович дезактивировал личный имплантированный комм и два медицинских чипа. Теперь можно было заняться письмом.

Вначале он осмотрел содержимое конверта. Помимо листа с красной надписью «Совершенно секретно», там была целая стопка бумаг, сшитая суровой нитью — судя по первой странице, какой-то договор с жужелицами, подписанный… им самим. От лица человечества.

Кутяпка припомнил, что Жужелица — земное название базовой планеты довольно агрессивной расы насекомообразных. А сами жужелицы или, в обиходе, жужаки, были так названы по причине наличия у этих здоровенных (метр в высоту и почти три метра в длину) насекомых с двумя ногами, двумя руками и двумя клешнями, были еще и совершенно идиотские псевдокрылья. Нет, они даны были жужелицам не для полета, а для шуршания ими в моменты, когда насекомые начинали волноваться. А тревожились они по любому поводу, так что этот скрежет сопровождал буквально любые переговоры с жужелицами. Понятное дело, что произнести хоть настоящее самоназвание этих насекомых сколько-нибудь правдоподобно было невозможно, ведь звуковая речь у них выражалась крайне ограниченным шуршанием, сопровождавшимся выбросами запахов, которые человеческий мозг уловить совершенно не мог. Поэтому для переговоров с «жужаками» использовали специально разработанный искин-толмач.

Сам Кутяпка познакомился с жужелицами лет двадцать назад, когда служил в системе Галактического порядка. Тогда же он подписал от лица землян какое-то соглашение с этими насекомыми. Кстати, очень похожее на то, что он только что получил — те же размазанные отпечатки клешней вместо подписей...

Нет, вначале нужно прочитать письмо. Еще раз зыркнув по сторонам, бухмейстер взял в руки лист бумаги. Странности начались сразу же. Письмо было отпечатано на пишущей машинке! На старинной пишмашинке, не подключенной к ИИ-сети! Действительно, совершенно секретное сообщение. Кивнув сам себе, Петрович посмотрел на лист.

Сверху значилось:

«От кого:

Дежурный адмирал УШКА

<подпись неразборчива>

«Кому:

Бухмейстеру ЦУУ

Ивану Петровичу Кутяпке

Извещение»

Прежде, чем продолжить чтение, бухмейстер вгляделся в буквы. Почему часть слов выделена жирным? Затем облегченно вздохнул: машинист или машинистка напечатали эти слова дважды, а то и трижды. Очень глупо. Нормальные люди в таких случаях используют верхний регистр, заглавные буквы. Совсем разучились работать!

«Сим сообщаем на условиях полной секретности и неразглашения, что вчера Целевой департамент жужелиц — наш ключевой поставщик оружия в обитаемом космосе — подал иск на человеческую Империю, обвинив нас в “нецелевом использовании лучевых установок”.

Опровергнуть заявление Целевого департамента жужелиц не представляется возможным, ибо мы действительно используем лучевые установки при терраформировании новых планет, а вовсе не в военных целях, как это предписано контрактом.

Для Человечества сейчас есть только один выход — расторгнуть договор №349/3Р с вышеназванным Департаментом жужелиц за тридцать дней до окончания его действия. Критический срок истекает через шесть дней. В противном случае Империя будет обязана выплатить штраф в размере, превышающем всю ее нынешнюю казну.»

Бухмейстер оторвался от письма и прикрыл глаза. Либо адмиральская канцелярия разучилась связно излагать мысли руководства, либо человечество действительно столкнулось с серьезной опасностью. Вздохнув, он продолжил чтение:

«Отказавшись от услуг жужелиц, человечество может заключить новый контракт с оружейниками из шарового скопления М3 в Гончих Псах, с которыми земляне шесть лет назад установили устойчивый контакт на гораздо более выгодных условиях.»

Хм, действительно, об этом много писали. Скопление М3 находится хоть и в рамках Млечного пути, но реет почти в сорока тысячах световых лет от центра галактики, да еще и вынесено высоко над плоскостью ее основного диска в галактическом гало. Несмотря на тысячелетие активной деятельности человечества внутри Млечного пути, до М3 удалось добраться только сейчас. А там обнаружились не только разумные существа, но и высокотехнологичные цивилизации. При этом действительно развитых в отношении покорения космоса не нашлось ни одной — дальше собственных планетных систем эти цивилизации никуда не выбирались. Поэтому они с радостью приняли от Империи корабли с технологиями скользящих проколов для межзвездных путешествий.

Вот этот «подарок» очень позабавил Кутяпку. Все переданные технологии были морально устаревшими, корабли довольно потрепанными, зато за них земляне получили множество уникальных технологий. Взять хоть самозастегивающиеся-расстегивающиеся под воздействием мысли супер-застежки, которые уже начали появляться на всей космической, официальной и самой модной одежде. Скоро начнется промышленное производство на Титане, и они станут доступны для всего человечества.

«Чтобы расторгнуть договор в указанные сроки, вы должны срочно прибыть на флагманский корабль жужелиц, где в настоящее время находится председатель Целевого департамента».

Бухмейстер помотал головой. Что за ерунда? «Вы» это кто? Не он же, Иван Петрович? Это никак невозможно.

Иван Петровича Кутяпка был типичным земным обывателем. Он даже на Луне не удосужился побывать, хотя, казалось бы, что проще? В детстве весь его класс был там на экскурсии, но у Ванятки нашлось дело поинтереснее. Он помог отцу дезавуировать сложнейший контракт между человечеством и представителями жадной цивилизации Лямфибий. А других поводов покидать пределы земной атмосферы у Кутяпки и не было. Он лишь с легкой брезгливостью вспомнил, как слетал из Иркутска в Аддис-Абебу на прыгающем такси. Гадость, она и есть гадость. Где это видано, чтобы нормальный человек прыгал на высоту сорока километров? Это уже тропосфера! А ему, земному жителю, вполне хватает стратосферы.

Бухмейстер еще раз пробежал глазами по последнему предложению, и продолжил чтение:

«Двадцать лет назад вы от имени человечества подписали Договор №349/3Р. Согласно уложению 748-бис Правил контактов представителей Земли и представителей жужелиц, расторжение вышеозначенного договора возможно лишь тем лицом, которое его подписало».

Вот досада! Подписывался-то договор на Земле-матушке. Бухмейстеру и в голову не могло прийти, что для его расторжения придется лететь к черту на кулички. Нет, нет и нет! Никаких полетов! Космос и Кутяпка — две вещи несовместные!

Придя к этому выводу, бухмейстер облегченно вздохнул, поднялся, прошел к кофемату и заказал чашку крепкого эспрессо. Да, согласно неписанным правилам, на службе употребление стимулирующих напитков не рекомендуется. Но до конца рабочего дня осталось… да, тридцать две минуты. Кутяпка даже почувствовал легкое удовлетворение: нарушать правила оказалось неожиданно приятным делом. По крайней мере, после стресса, «кнопкой» которого стало это дикое предложение о его, Петровиче, отрыве от Земли.

Смакуя, он выпил кофе и довольно закатил глаза. Затем он встал и выбросил в утилизатор чашечку. Во всем должен быть порядок.

Вот теперь можно вернуться к письму. Никуда он не полетит, он же бухгалтер, а не космонавт! Так что эти жужелицы, значит, сюда прилетят. Что ж, не в первый раз. Видели, знаем.

Ну а никаких других опасностей в официальном письме быть не может…

Как же он ошибался!

Глава 3. Четкая инструкция

Как же он ошибался! Нет угрозы для него? Они, оказывается, даже и не начинались!

Бухмейстер не верил своим глазам:

«В связи с вышеозначенными обстоятельствами, требуем, чтобы вы немедленно предприняли следующие действия:

За следующие 3 секунды напишите и отправьте в отдел кадров ЦУУ электронным письмом Заявление о внеочередном отпуске по семейным обстоятельствам.После этого возьмите настоящее письмо и прилагаемые к нему документы, вложите в конверт, в котором их получили.Конверт с документами вложите в обычный конверт для деловой документации.Держа этот конверт в руках, встаньте, обесточьте помещение и выйдите в коридор. Заприте дверь в кабинет.Спуститесь по аварийной лестнице на стоянку воздушных такси у здания ЦУУ, не вступая ни с кем в разговоры.Войдите в оранжевое с желтой поперечной полосой аэротакси.Там вас будет ждать охрана и пилот. Не вступайте с ними в разговоры.По прибытии в космопорт, начальник службы охраны майор космической пехоты З. К. Скорпионов сопроводит вас на корабль, который доставит вас к месту назначения.Вперед! До посадки в аэротакси у вас осталось 34 секунды. Время пошло».

Судорожно скомкав лист бумаги, бухмейстер тут же кинул его на стол и тщательно разгладил руками.

Перечитал, пробежав глазами по диагонали. Сглотнул. Удовлетворенно улыбнулся: ну, хоть тут все четко, понятно и изложено человеческим языком.

Далее он выполнил пункты 1-5 вышеозначенной инструкции, нарушив лишь один из них: конверт с конвертом с письмом и документами он вложил в красивую, хотя и изрядно потрепанную папку «Для самых важных документов». Порядок есть порядок, негоже таскать конверты без папки.

Подойдя к кулуару, ведущему к лестнице, бухгалтер на мгновенье остановился, отсчитывая секунды. У него осталось пятнадцать. Спуститься шагом с шестого этажа у Кутяпки не получится. И он запрыгал по ступенькам вниз, то и дело присаживаясь для ускорения на перила и скатываясь по ним.

Обошлось без встречных-поперечных. Это понятно: кто будет шарахаться по лестнице, когда в здании есть лифты?

Выйдя из здания, бухмейстер увидел оранжевое с желтой полосой такси. Едва он к нему приблизился, дверь сдвинулась в бок и какой-то здоровяк в военной форме, схватив его за шкирку, помог подняться по трем ступенькам. Дверь тут же плавно закрылась, а машина стартовала. Не как нормальное такси, а вертикально вверх, носом в небо.

Кутяпка, не ожидавший этого, повалился набок, но его подхватили два охламона в военной форме, усадили в кресло и защелкнули ремни безопасности.

Конверт бухмейстер по-прежнему держал в руках. Но вскрыть и продолжить работу с документами уже не мог — ремни жестко держали не только тело, но и руки. Чуть повозившись, Петрович уселся поудобнее. Открыл рот, но тут же и закрыл: инструкцию нарушать нельзя, а она гласила, что разговоры в такси запрещены.

Но заговорил здоровяк, втянувший Кутяпку в такси:

— Привет, призывник!

Бухмейстер равнодушно отвернулся и уткнулся взглядом в голо-экран, на котором шла запись обычного, неторопливого полета, а не тот кошмар, что творился сейчас. Это было не аэротакси, а какой-то зверский зверь. Скорость раза в три превышала обычный комфортный полет.

— Я майор Скорпионов и мне приказано сопроводить тебя в логово этих жуков, — сообщил здоровяк. — Дрянские твари, правда? Или тварские дряни? Ты их уже видел? Слышал?... — Приказали обеспечить охрану. Почему? Потому, что я не восприимчив к их шелушению… эээ… шуршанию. Ты ведь тоже стойко его переносишь? Конечно, раз уж тебя к ним направили. На Земле немного таких чудаков на букву Ч. Только мы с тобой, да?

Майор подмигнул Кутяпке, но тот раздумывал, входит ли в понятие «разговаривать» мимические гримасы, кивки и прочие элементы невербального общения? Хорошенько подумав, решил, что не входит, а потому никак не не отреагировал ни на слова, ни на подмигивание майора. Это, впрочем, Скорпионова не смутило, и он продолжил вещание:

— Я почему не поддаюсь на их стрекот? Знаешь? Наверняка! Ты ведь тоже такой. Играешь в лазертаг, да? А я чемпион! Бегаешь, стреляешь. При этом безопасно. Совершенно! Луч-то инфракрасный, попал на датчик, что на тебе закреплен, значит ранен или убит. Всем понятно и никаких травм. В бою-то эти лучики настоящие, да? Хотя я предпочитаю из лазерной пушки, она куда надежнее. А вот личный состав проверить кто чего стоит, на кого в какой ситуации положиться можно, лазертаг — самое то. Эй, не молчи. Вижу тебя эта игра тоже зацепила. Чего добился? Признавайся!

Бухмейстер фыркнул. Про лазертаг он слышал впервые, а шебуршание насекомых ему без разницы. Если бы этот Скороходов, нет, Скорпионов учился в его академии...

Студенты бухгалтерского факультета должны были весь первый курс вести счет на счетах. Это такие старинные приборы с кругляшками, нанизанными на проволоку. Их называли «кости», хотя они были деревянными. Представьте себе поточную аудиторию на двести студентов, и все считают, считают, считают. А значит стучат, гремят, клацают. В общем тарахтят не хуже трактора. У доски преподаватель записывает цифры, которые нужно то сложить, то вычесть, то разделить. Пишет, а потом быстро стирает. А ты должен посчитать и записать результат. Если за час верные ответы составили девяносто процентов, ты свободен. Нет — брякай костями дальше. Грохот в аудитории стоял — куда там этим жужелицам!

В скоростном такси Кутяпка слегка «поплыл». В голове гудело, но бухмейстер не показывал виду. Ни воды не попросил, ни «Взлетных».

А Скорпионов не умолкал — его сольное выступление длилось всю дорогу. Недолгую, впрочем, минут сорок. Когда псевдотакси приземлилось, бойцы освободили Кутяпку от сбруи и помогли подняться: ноги у бухмейстера с непривычки подгибались.

Когда Кутяпку вывели на свежий воздух, на мгновенье предоставленный сам себе новоявленный путешественник вдруг опустился на четвереньки и вцепился в грубый песок пальцами. Ему казалось, что земля уплывает из-под ног и нужно обязательно ухватиться за нее, чтобы не снесло в небеса.

Долго рассиживаться, впрочем, ему не дали. Бойцы подхватили Петровича под локотки и внесли в лифт, который тут же двинулся вверх. Тут-то наш бухмейстер и увидел звезды в глазах. Потом воцарилась тьма и Кутяпка отключился.

Глава 4. Странное желе

Очнувшись, бухмейстер попытался поглубже вдохнуть. Неудачно. Потом он попробовал повернуться на бок. Тоже без толку. Потом открыл глаза. Но и это не помогло: такое впечатление, что на лице была какая-то маска, через которую ничего не было видно.

Кутяпка попробовал поднять руки. Сложно, но можно. Словно оказался в густом киселе. И спина ни к чему не прикасается.

Опаньки, да я же в невесомости. Но этого не может быть. Меня делегировали в открытый космос вот в этой маске? Однако стукнулся локтем обо что-то. Повел другим локтем. Ага, здесь тоже стенка.

Побарахтавшись, Кутяпка пришел к выводу, что находится в некоем подобии ванны, прикрытом крышкой и заполненной густой жидкостью. Нет, это был даже не кисель — желе.

Изловчившись, он сумел активировать комм, который сообщил ему, что бухмейстер Кутяпка находится в гидрогелиевой ванне и в настоящее время совершает путешествие в систему звезды HD 164595, находящейся в созвездии Геркулеса — колыбели жужелиц.

«До самой звезды HD 164595 мы не долетим, остановимся неподалеку, там, где расположена флотилия жужелиц и ее флагманский корабль», — флегматично уточнил комм.

— К дьяволу жужелиц! Что это за созвездие? В космосе? — с убийственным сарказмом поинтересовался Петрович.

Комм, впрочем, не распознал его иронию, что понятно, поскольку разговор велся телепатически, а Кутяпке даже в обычной беседе плохо удавалось выразить свои эмоции. Привыкший к тому, что хозяин любит точные ответы, комм перешел на конкретно-конкретный стиль:

— Звезды в созвездии Геркулеса разнесены друг от друга на громадные расстояния, от десятков до сотен световых лет, просто с Земли они видны на одном участке неба, поэтому мы ассоциируем их как единый кластер. Вышеназванная звезда HD 164595 находится от Земли на расстоянии около девяносто пяти световых лет, а самая яркая звезда в этом созвездии, Корнефорос, — более ста сорока световых лет…

— Я не разбираюсь в астрономии, но все же почему более дальняя звезда оказалась самой яркой? Что за парадокс? — возмутился Петрович.

— Никакого парадокса. Звезды различаются по классам в зависимости от своей яркости. Звезда жужелиц является такой же маленькой звездой, как наше Солнце, ее класс — желтый карлик. А звезда Корнефорос относится к классу желтых гигантов. То есть разница в размерах составляет более двадцати раз. Представь самый большой арбуз, который ты видел, это будет Корнефорос. На его фоне наше Солнце будет размером с горошину. Несмотря на то, что обе звезды относятся к одному спектральному классу, Корнефорос больше, потому что вскоре взорвется и схлопнется. Когда-нибудь, через четыре-пять миллиардов лет, и с Солнцем произойдет такая же история.

— Так мы летим туда, где этот арбуз вот-вот взорвется? Это же опасно!

— Не преувеличивай. Звезды желтого спектрального класса невелики, так что им никогда не стать сверхновыми. Опасность может угрожать разве что планетам, вращающимся вокруг такой звезды.

Тут Кутяпка попытался улечься поудобнее, и вспомнил о том, где находится.

— Мы скоро долетим?

— С момента старта прошло уже сорок семь минут. Через шесть-восемь минут мы подойдем к зоне перехода. В этот момент в твой дыхательный аппарат подадут снотворный газ. Его действие закончится, когда мы вынырнем в районе флота жужелиц.

— Зачем снотворное?

— Мы идем на корвете, малом военном космокорабле, на котором ты — гражданский пассажир. Можно сказать призывник. Подразумевается, что ты не проходил специальной подготовки и не сможешь адекватно воспринять момент перехода.

— А зачем тогда эта дурацкая ванна, если я все равно буду спать?

— Содержимое этой ванны — специализированный гидрогель. Гелевое основание разбавляется водой и в эту субстанцию погружается тело человека. Это позволяет без последствий пережить высокое ускорение. Например, при старте и разгоне без этой ванны ты бы испытал нагрузки в пятнадцать-двадцать g. Для неподготовленного человека это очень много. А при приближении к черной дыре нагрузка возрастет во много раз. Тут даже опытный и натренированный человек не справится, поэтому переход весь экипаж совершает в таких ваннах.

— Кто же тогда управляет корветом?

— Автоматика.

— Ох, не верю я электронике. Человек надежнее будет.

— Ты же доверяешь мне? Почему бы командиру точно также не доверять искину корвета?

У Петровича были еще вопросы. Но задать он их не успел, потому что под действием газа внезапно отключился. Безобразие, что снотворят без разрешения, но кому интересно мнение гражданского на «военном космокорабле»?

Глава 5. Встреча

— Прибыли! Выползай, призывник!

Майорский басок неприятно врезал по ушам и мозгам Кутяпки.

Последствия сна еще ощущались, веки были тяжелыми, тело малоподвижное. Дали бы отлежаться несколько минут.

Не тут-то было. Сильные руки ухватили бухмейстера за плечи, сорвали с лица маску и выволокли из ванны.

Кутяпка стоял совершенно голый, с него на пупырчатый пол стекала желеобразная масса.

—Мойся, одевайся и пойдем посовещаемся. Мухой! — пророкотал Скорпионов, вталкивая своего подопечного в узкий шкаф, за дверцами которого скрывался совершенно садистский душ. На Кутяпку обрушились тысячи тонких, больно колющих кожу струй. Они атаковали беззащитного бухмейстера со всех сторон одновременно, кололи сверху, снизу, справа, слева, спереди и сзади.

— Аааа! Фррр… Уююю…

Внезапно сеанс завершился, струи исчезли, дверца распахнулась и Скорпионов выволок его на свет божий.

— Одевайся. Двадцать секунд, три уже прошло!

На стене рядом со шкафом на крюке висел пакет, в который майор ткнул пальцем.

В каюте не наблюдалось ни стола, ни стульев. Неловко вскрыв пакет, Кутяпка уронил его содержимое на пол. Ага, пупырчатый. На удивление сухой — никаких следов отвратительного желе. Зато там же, на полу, рядом с ворохом одежды, лежала его заветная папка «Для самых важных документов».

Неэстетично нагибаясь и разгибаясь, под саркастическим взглядом Скорпионова, бухмейстер, наконец, оделся. И был тут же вместе с папкой препровожден в странную комнату, забитую экранами, пультами и креслами.

Кресла были отличными, эргономичными, обволакивающими тело, с удобными подлокотниками, самостоятельно приспособившимися к длинным рукам Кутяпки. Если бы ему на работе выдали такое, он был бы счастлив. Но сейчас бухмейстеру было не до восторгов.

— Глянь сюда, — Скорпионов ткнул в один из больших экранов. — На горизонте флагман противника.

Петрович вгляделся. Флагман не имел ничего общего с нормальными земными военными космокораблями, напоминая комок сот, изрядно смятых в один угловатый, совершенно несимметричный кусок незнамо чего, напоминающий выдранный из какой-то неопрятной планеты кусок здоровенной горы. Где-то серовато-матовый, где-то поблескивающий металлом, где-то непроницаемо черный, а где-то украшенный светящийся точками прожекторов.

Вокруг горы суетились мелкие кораблики.

— Это, — Скорпионов ткнул в гору, — флагман. Вокруг — трутни. Это мы их так называем. Обслуга, охрана и прочие трудяги.

Вдруг часть «трутней» устремилась прямо на Кутяпку. Застывшим взглядом он смотрел, как они непрерывно увеличиваются в размерах. Впору испугаться, но бухмейстер и бровью не повел.

Скорпионов поглядывал на него с легким удивлением: дух же бесплотный, почему такой спокойный?

— Страшно? — поинтересовался майор.

— Почему страшно? Согласно Уложению о сотрудничестве, курьеры пользуются дипломатической неприкосновенностью. Надеюсь, вы известили жужелиц о том, что мы выполняем курьерские функции? По всей форме?

Скорпионов вопросительно обернулся к сидящим за пультами членам экипажа. Те отрицательно помотали головами.

— Заполняй бумажки, дух. Быстро!

— Сколько у меня времени?

— Эээ…

— Десять с половиной минут, — отчеканил один из «рулевых».

— Успею, — и Петрович, подкатив свое кресло к одному из мониторов, начал быстро набирать текст извещения.

Искин тут же переводил, одновременно транслируя извещение на приближающиеся трутни и на флагман.

— Если не успеешь, — пробухтел Скорпионов, — я лично расстреляю их флагман. Не боись, успею.

Похоже, он уговаривал сам себя.

Трутни тем времени чуть снизили скорость и изменили конфигурацию построения.

— Эта мелочь обеспечит нам почетный эскорт, — сообщил Кутяпка, отъезжая в кресле от монитора. — А пока мне бы хотелось поесть и выпить воды. Желательно минеральной, без газа.

Скорпионов тупо уставился на этого нахала, но затем встрепенулся: ему-то тоже вдруг захотелось напиться, а заодно и подкрепиться. Неизвестно, чем накормят гостей эти жужелицы.

Трутни в количестве ста пятидесяти миниатюрных корабликов буквально облепили гордый земной корвет и последовали за ним.

— Звук же не распространяется в вакууме? — поинтересовался Кутяпка.

— Нет, — рявкнул от неожиданного вопроса майор Скорпионов.

— Волны все равно распространяются, но мы их не слышим, — пояснил один из рулевых за монитором.

— А почему у меня внутри словно все гудит, вибрирует?

— Динамические удары, — скупо пояснил рулевой.

Нет, он и вправду идиот, отвечает по-идиотски. Ничего же не понятно! Иван Петрович до этого смотревший на выкрутасы вояк с изрядной долей юмора, сейчас начал недоумевать: какая нелегкая занесла его в эту компанию. Неужели в сопровождающие ему нельзя было подобрать более адекватных людей?

Разбираться времени не было. Флагманский корабль, до этого видимый как бесформенная куча непонятно чего, вдруг начал стремительно увеличиваться в размерах. Трутни разлетелись в разные стороны. И вот…

Несмотря на включенную гравитацию, Кутяпка всем телом почувствовал, как канонерка мягко пришвартовалась по флагману. Словно их корабль вонзился в кусок теста.

— Заканчиваем прием пищи, — поднялся Скорпионов. — Чистим перышки, и на выход. — Петрович покрепче ухватил свою папку. — А, правильно, дух бесплотный, готовь документы.

— Меня зовут Иван Петрович. Пока мы на этом корабле, вы можете называть меня как угодно, раз уж не можете запомнить мое имя. Однако в присутствии договаривающихся сторон лучше не называть меня бесплотным духом, любезный,— вежливо попросил Кутяпка. — И другими прозвищами тоже не стоит. К вашему сведению я — дипломированный бухмейстер по-новому, а раньше мастер-бухгалтер. На этом эээ… флагмане тебя могут неправильно понять, поскольку машинки-переводчики частенько так перевирают неформализованные названия и выражения, из-за чего может случиться дипломатический конфуз. Сосредоточьтесь на том, что вы готовы с этой минуты будете называть меня бухмейстером или Иваном Петровичем. И разрешите теперь поинтересоваться, какие еще документы я должен подготовить?

— Какие? О том, что мы посылаем их к чертям собачьим. Ну, разрываем контракт, въехал? — Скорпионову уже до изжоги надоел этот занудный буквоед.

— За одну минуту подготовить? — Кутяпка мироточил сарказмом.

— Какая минута! Швартоваться будем полчаса-час. Должен успеть. Иначе зачем мы тебя сюда притащили?

В ответ Петрович закатил глаза и, не отвечая грубияну, подкатил свое кресло к уже знакомому пульту с монитором.

Глава 6. Прибытие

Покрытая слизью воронка с громким чавканьем всосала корабль землян. Потом послышалось шипение и все наружные датчики, камеры, обзорные экраны и прочее оказались залиты какой-то густой жидкостью.

— Радиосвязь потеряна — раздался испуганный голос связиста.

— Квантовая связь потеряна…

— Гравитационная связь потеряна…

Майор Скорпионов, собиравшийся покинуть диспетчерскую, закрутил головой:

— Что происходит, комета тебя проглоти?

Откликнулся один из пилотов, сидящих перед «синими экранами» мониторов:

— Потеряна вся внешняя связь.

— Это не страшно, — дал свой комментарий Кутяпка. — Согласно имеющемуся техническому описанию к приложению 3-бис стандартного договора, стыковка с крупнотоннажными кораблями насекомоподобных рас, к коим относится и флагманский корабль жужелиц, осуществляется путем прохождения через ассимиляционный канал.

— Что это значит, разрази тебя пульсар?

— Труба, заполненная пищеварительным секретом. Он обладает высокой антибактериальной способностью и очищает швартующиеся корабли от возможных вирусов и бактерий.

— Какие вирусы и бактерии в открытом космосе? Или они всех нас будут пропускать через эти… какашки? — испуганно спросил один из пилотов.

— Это не экскременты, а особая жидкость, выделяемая организмом жужелиц для расщепления пищи и обезвреживания вредных включений. Что-то вроде нашей слюны или желудочного сока. Защищает от вредного излучения и остатков, образовавшихся в результате астероидных ударов. Многие астероиды содержат органические соединения, которые могут оказаться вредными для жужелиц.

Майор набычился. Эта Кутяпка отвечала спокойно и размеренно, без отрыва от основного дела — заполнения кучи позиций в какой-то бесконечной ленте документа о расторжении контракта.

— Ты… давай, слон, пиши, — отмахнулся он. — Долго мы будем барахтаться в этих… слюнях?

В этот момент начало светлеть. Включились и заработали в штатном режиме мониторы, а в динамиках раздался радостный вопль:

— Есть связь!

Бухмейстер закончил заполнение документа. Вывел его на печать. Аккуратно собрал листы в две стопки и уложил их в папку «Для самых важных документов».

— У меня все готово. Договор о расторжении контракта составлен. Не хватает только «шапки» и реквизитов высоких недоговорившихся сторон.

* * *

По коридору, обшитому металлической сеткой, делегация землян (два человека) направилась к шлюзу. Официальных лиц, коими являлись Скорпионов и Кутяпка, сопровождали трое военных в полевой форме.

— Зачем столько сеток? — поинтересовался бухмейстер. — И на полу, и на стенах, и на потолке…

— Для магнитных ботинок, — пожав плечами ответил Скорпионов, и поправил на плече здоровенную коробку толмача-ретранслятора.

— На потолке?

— А в невесомости тебе будет по бую. Что потолок, что пол.

Кутяпка только сейчас осознал, что находится в космосе, где бывает невесомость. А за стенками этого корабля — излишне тонкими на его вкус — находится вакуум. Пустота… Ему внезапно сделалось дурно, он остановился, и, привалившись к стене плечом, начал медленно сползать на пол, не выпуская, впрочем, из рук папку с «Самыми важными документами».

Бравый майор прошел уже несколько шагов, когда обнаружил отсутствие подопечного. Пришлось возвращаться.

— Ну ты, слон, чего расселся?

У Петровича было еще темно в глазах, голова кружилась.

— С-свет… в-включи…

— Вот же шпак на мою голову, штафирка ты бестолковая, — пробурчал Скорпионов, пытаясь поднять обмякшего бухгалтера.

Топавшие за делегацией охранники остановились. Один из них достал из безразмерного кармана фляжку, отвинтил крышку и влил что-то Кутяпке в рот.

Губы и горло бухмейстера обожгло какое-то крепкое спиртное. Брр. Он не любил таких напитков, отдавая предпочтение кофе, чаю, фруктовому киселю и минеральной воде. Однако от неожиданности, а, может, под воздействием коньяка, в глазах у него чуть прояснилось.

— В-воды… — прошелестел он.

— Нету тут воды, — фыркнул Скорпионов.

— Держи, — другой охранник вынул из кармана маленький пакетик, надорвал его и сунул в руку Кутяпке.

— Эт-то ч-что т-такое?

— Огурчик. Солененький. То, что надо, — ухмыльнулся боец.

Бухмейстер сжевал огурчик и ему действительно полегчало.

— Куда… это? — он помахал целлофановой оболочкой, оставшейся от огурца.

— Хватит дурака валять, — не выдержал Скорпионов. — Нас там эти жуки ждут в своем улье.

Тут Кутяпка, явно пришедший в себя, возмутился:

— В ульях, дорогой майор, живут пчелы. Жужелицы относятся к жукам, которые прячутся под камнями, поваленными стволами и в верхнем слое лесной подстилки и являются очень полезными хищниками, которые уничтожают вредителей в садах...

— Что, ожил? Кончай базар, слоняра! — рявкнул разъяренный Скорпионов. — Подъем! Шевели ногами быстро-быстро! Нечего портить гешефт своим опозданием! — он одним рывком поднял Кутяпку на ноги и подтолкнул вперед. — Пошевеливайся, слоняра.

— Прошу называть меня Иван Петрович, — напомнил мастер-бухгалтер. — Вы можете ввести жужелиц в заблуждение. Слон — это млекопитающее семейства хоботных. Наши партнеры по переговорам могут принять это выражение за оскорбление.

Майор Скорпионов закатил глаза. В нем клокотала ярость на этого ущербного штафирку. Ну почему, почему именно Скорпионову достался этот тяжкий крест? Только потому, что он без ущерба для здоровья переносит стрекот этих гадских жужелиц?

Начальство сказало обращаться с этим типом вежливо и беречь от неприятностей. Но как? Как можно быть учтивым с этим недоделком?

Подталкивая подопечного вперед, майор направил его к шлюзу.

Войдя в крошечную комнатку, напомнившую Кутяпке очень маленькую кабину лифта, они остановились. Мягко и почти беззвучно дверь за ними захлопнулась. Вокруг что-то загудело.

— Что…

Почти носом упираясь в спину Скорпионова, бухмейстер начал задыхаться. Легкие отказывались впускать воздух. У Ивана Петровича впервые в жизни начался приступ клаустрофобии. Очень неприятный.

— Шлюзовая, — невнятно пояснил Скорпионов. — Выравниваем давление и кислород.

Через несколько секунд в стене перед ними также мягко и беззвучно начала раскрываться другая такая же круглая дверь. А вместе с этим в нос ворвался совершенно незнакомый и слегка противный запах, а в уши ударили звуки.

Гудение, шуршание, стрекот, топот… Звуки были омерзительны, проникая до мозга костей.

Скорпионов поморщился. Жужелиц он, может, и переносил, но вот этот фоновый шум…

Иван Петрович дернулся, поморщился и ухватил майора за руку:

— Когда я подписывал договор звуков и запахов было куда меньше…

— Да чую, чую я.

И они шагнули в чужеродную пасть.

* * *

Ангар у флагманского корабля был огромен. Полутемное помещение освещалось какими-то выпуклыми кляксами, напоминающими грибы-вешенки, выросшие на серых металлических стенам. Потолок, если и был, то где-то очень высоко. Липкий пол пружинил под ногами, словно начинающая подгнивать осенняя листва.

Все пространство, насколько хватало глаз, было уставлено космокораблями. Из-за ближайшего выдвинулось несколько нелепых фигур: жужелицы.

Скорпионову нужно было развернуть и запустить в работу электронного толмача, но он отключился, пришибленный противными запахами и несмолкающим шумом.

Впрочем, хозяева прибыли в точку рандеву со своим автопереводчиком. Один из жуков двинул рычажок нагрудного языковеда:

— Приветствуем курьеров землян на Великом Флагмане Великолепного Флота Объединенного Совета Обозримого Космоса Территории Жужелиц.

Даже Скорпионов осознал, что писать вот все эти слова нужно будет исключительно с прописных букв. Хотел сказать об этом слоняре, но не успел.

— Официальная делегация земного представительства Адмиральского отделения бизнес-проектов в лице уполномоченного к подписанию договора Ивана Петровича Кутяпки, и майора Скорпионова, долженствующего подтвердить правильность подписания контракта, приветствует представителей Великого Флагмана Великолепного Флота Объединенного Совета Обозримого Космоса Территории Жужелиц! — отбарабанил мастер-бухгалтер.

«Только что же задыхался, а гляди, как шпарит», — удивился Скорпионов, разглядывая повеселевшего напарника, который явно ожил, вывалившись из шлюзовой камеры.

Здоровенные жуки, которые вызвали бы ужас и омерзение у любого человека с менее крепкими, чем у земной делегации, нервами, вдруг развернулись, и отправились куда-то за кораблик. Скорпионов и Иван Петрович, переглянувшись, двинулись за ними. Ведь это было приглашение? Возможно. Так или иначе, стоять в этом ангаре ни тому, ни другому не улыбалось: слишком уж шумно и вонюче.

Жужелицы, если быть точными, на земных жуков не походили совсем. Трехметровые в длину и метровые в высоту, они были покрыты темно-бронзовыми хитиновыми пластинами. Две задних конечности были пугающе мощными, две клешни тоже участвовали в ходьбе, даже почти человеческие руки помогали этим клешням, поддерживая и подталкивая их. Несмотря на такой странный способ перемещения, двигались жужелицы не сказать, что быстро. По крайней мере бежать за ними земной делегации не приходилось, шли себе спокойным шагом. При этом Петрович внимательно разглядывал псевдокрылышки — жесткие, чуть просвечивающие тонкие пластины, которые постоянно подергивались, издавая мерзкий, подобный звуку сминаемой кальки скрежет, давший жужелицам их название. Было понятно, что жуки нервничали в присутствии людей — лишь у одного эти крылышки лежали спокойно.

— Когда же они перестанут трястись? — пробурчал Скорпионов. — Вот неуемные…

Ответной реплики Ивана Петровича он не дождался. Подписант давно вставил в уши беруши. Обращенные к нему слова напарника он уловил по мимике, но ответил невпопад:

— Не волнуйся, майор. Я подготовился.

Бесконечные коридоры постоянно разветвлялись. Как отсюда выбраться, в случае чего? Озабоченный бесконечными поворотами Скорпионов почесал место над виском, где у него был встроен чип, а потом взглянул на наручный комм. Все было в порядке. Информация записывалась.

— Чтобы я еще хоть раз… — пробурчал на ходу майор, поглядывая на своего спутника.

Вот кто никогда отсюда не выберется без помощи Скорпионова. Когда начальство давало приказ на сопровождение, майора особо предупредили: у мастер-бухгалтера нет ни одного чипа кроме медицинского. А его комм настроен исключительно на законодательную базу и образцы документов.

«Начальство оно вообще думает когда-нибудь?»

Очередной коридор внезапно закончился. Процессия из трех жуков и двух землян оказалась в просторном холле. Перед большими круглыми дверьми стояла охрана — по шесть жуков справа и слева.

— Вот и почетный караул, — сказал Петрович, вынимая беруши.

— Пришли, да? — облегченно вздохнул Скорпионов.

В этот момент раздался особенно громкий скрежет. Автопереводчик на шее у сопровождавшего их жука вдруг ожил:

— Стражники Великого Флагмана Великолепного Флота Объединенного Совета Обозримого Космоса Территории Жужелиц приветствуют Официальную делегацию земного представительства Адмиральского отделения бизнес-проектов.

— Как они успели сообщить о нас? — удивился Иван Петрович.

— Тут везде передающие устройства. Вроде наших камер слежения, — пояснил Скорпионов, комм которого выявил сотни таких объектов на пути следования.

Стоящие в карауле жуки вдруг повернулись к дверям. Словно лепестки, створки закрутились, а затем разошлись.

— Похоже, нас приглашают на переговоры, — молвил Иван Петрович.

Глава 7. Переговоры начинаются с конфузов

Зал показался довольно большим, округлым, метров пятнадцать в диаметре. Пол был выложен шестиугольными плитами, напоминая соты, тут и там на нем виднелись пятна какой-то слизи, на которые Петрович старался не наступать. Скорпионова такие мелочи не беспокоили, он и под ноги не смотрел, больше озирался по сторонам. А посмотреть было на что.

Стены были изукрашены какими-то металлическими загогулинами, с потолка свисали конусообразные коконы, тут и там были расставлены небольшие агрегаты, напоминающие допотопные кофеварки…

— Майор, — оторвал его от созерцания Иван Петрович, — у них нет столов. На чем мы будем подписывать документы?

— Положим кому-нибудь из них на спину, делов-то, — отмахнулся Скрпионов.

Мастер-бухгалтер в прошлой жизни, а нынче руководитель земной делегации, нахмурился: «Не забыть бы включить в договора о сотрудничестве с инопланетянами дополнительное соглашение о наличии подобающей мебели».

— Не наступайте на ковры, — прорезался вдруг скрипучий голос из машинки-языковеда.

Ковры?

Скорпионов, наконец, взглянул на безобразные лужи на полу. Что они имеют ввиду под «коврами»? Неужели вот эту слизь?

Жуки в количестве тринадцати штук — дюжина охранников и жужелица с машинкой-языковедом на груди постоянно передвигались, изредка шурша псевдокрылышками.

Иван Петрович, с самого начала обходивший эти пятна, трепетно прижимая к груди заветную папку, двинулся к четырнадцатому представителю жужелиц, тому, что стоял на ногах-клешнях. Туда же переместилась жужелица с языковедом.

Скорпионов пробил холодный пот. Все окружающее его раздражало, особенно невозмутимый Иван Петрович, доросший в глазах своего спутника до звания черпака.

— Не нервничай, коллега… прости, майор, — невозмутимо ответил Иван Петрович на раздраженный взгляд Скороходова. — Тебе, видимо, привычнее бить и стрелять, но все войны начинаются и заканчиваются за столом переговоров… А еще точнее, после правильно оформленных документов.

Когда земляне подошли ближе к неподвижной жужелице, тот внезапно застрекотал. Тут же раздался тонкий голосок языковеда:

— Командующий Великим Флагманом Великолепного Флота Объединенного Совета Обозримого Космоса Территории Жужелиц и Координатор всего крыла К'Тарр-VI не понимает причин прибытия к нам курьеров от земного представительства Адмиральского отделения бизнес-проектов.

— Официальная делегация земного представительства Адмиральского отделения бизнес-проектов приветствует Командующего Великого Флагмана Великолепного Флота Объединенного Совета Обозримого Космоса Территории Жужелиц и Координатор всего крыла К'Тарра-VI, — не отвечая на вопрос, поздоровался Иван Петрович.

Скорпионов восхитился находчивостью своего черпака. Майору вспомнилось, что на каких-то курсах он слышал, что когда вам хамят в вопросительной форме, следует не отвечать, а поблагодарить собеседника. Тогда это вызвало у него недоумение, а сейчас он убедился, что преподаватель был, по-видимому, прав.

На мордах этих жужелиц, к досаде землян, мимика отсутствовала в принципе. По крайней мере, на морде К'Тарра-VI. У жука с машинкой-языковедом несколько раз прошуршали псевдокрылышки. Впрочем, этот шелест почти заглушил скрип его машинки.

— Какие именно проекты вы собираетесь нам предложить? — после долгой паузы прошебуршал К'Тарр-VI.

— Двадцать лет назад мы заключили договор с Целевым департаментом цивилизации жужелиц о поставке вооружений для использования в границах обитаемого космоса, — издалека начал Петрович.

Но его тут же прервали:

— Целевой департамент ныне входит в состав Объединенного Совета Обозримого Космоса Территории Жужелиц и полностью ему подчиняется, — прошуршал высокий представитель. — Я, К'Тарр-VI, являюсь доверенным председателем Целевого департамента.

Скорпионов вдруг обнаружил, что уже не обращает внимания на шуршание жужелицы-председатели, а слушает только электронного языковеда.

— Замечательно, просто прекрасно— одобряюще кивнул Петрович. — Из ваших слов, достопочтенный полномочным представитель и доверенный председатель Целевого департамента К'Тарр-VI, следует, что я могу вести предписанные нашим земным представительством Адмиральского отделения бизнес-проектов переговоры именно с вами.

— О чем переговоры? Уточните.

— Как я уже сказал, двадцать лет назад земное представительство Адмиральского отделения бизнес-проектов заключило договор с Целевым департаментом жужелиц о поставке вооружений для использования в границах обитаемого космоса.

— Возможно.

— Не «возможно», а факт. Вот документ.

Петрович раскрыл свою папку, вынул скрепленный суровой ниткой документ и протянул его К'Тарру-VI.

Жук внезапно отшатнулся и начал издавать шипяще-чихающие звуки.

— Уберите! Уберите немедленно! — заверещал языковед.

Оглядевшись, Петрович понял, что подал «голос» жук, ответственный за синхронный перевод.

— Я не могу убрать это. Достопочтенный К'Тарр-VI должен сам убедиться в том, что документ подписан по всем правилам.

— Он не может! Не может! У него тяжелая аллергия на бумагу!

На этот раз Петрович понял, что не ошибся. По-видимому, жужелица с языковедом была доверенным секретарем К'Тарр-VI и бросилась на защиту хрипящего и кашляющего патрона.

— В этом случае прошу ознакомиться с этим документом и передать его содержание вашему руководителю, — и Петрович протянул документ жуку-секретарю. — Только вначале представьтесь, я должен понимать, кому вручаю этот важнейший правовой акт.

— Я являюсь доверенным секретарем высокочтимого К'Тарр-VI и уполномочена вести переговоры от его имени. Можете называть меня Зззи.

Жучина-языковедка оказалась женского пола! Нужно бы с нею повежливее. Только вот как узнать, что у этих жужелиц является вежливостью?

— Искренне рад знакомству с вами, доверенный секретарь Зззи. Можете называть меня Иван Петрович.

Присев на задние ноги, Зззи выхватила договор из рук Ивана Петровича одной клешней. Представитель Земли запаниковал, но успокоился, убедившись, что бумаги не пострадали.

Секретарша перелистала всю пачку и что-то прошипела. При этом зловоние только усилилось. Возникла пауза.

Усы К'Тарра-VI подрагивали, и Иван Петрович вдруг сообразил, что их движения заменяют мимику человеческих лиц. Отлично, нужно лишь приглядеться и понять, в какие моменты и как шевелятся эти усы.

Скорпионов переминался с ноги на ногу и случайно наступил краем тяжелого ботинка на разлитую кляксу слизи. Со всех сторон раздалось разгневанное шипение.

— Доверенный секретарь Зззи, не можете ли вы обеспечить для нас стулья и стол? — прервал напряженное молчание Петрович. — Нам некомфортно стоять и невозможно просматривать документы.

Зззи подняла голову, посмотрела на Кутяпку и зашипела. Все в зале замерли. Иван Петрович со Скорпионовым переглянулись и, не сговариваясь, недоуменно пожали плечами.

Двери вдруг распахнулись и несколько жуков втащили две небольшие странного вида коробки и одну такую же, побольше. Зззи что-то прошелестела.

— Закон гостеприимства, — очнулся от спячки языковед, — предписывает позаботиться об удобствах для инопланетных гостей, удостоенных чести лицезреть Командующего Великого Флагмана Великолепного Флота Объединенного Совета Обозримого Космоса Территории Жужелиц, Координатора всего крыла и доверенного председателя Целевого департамента К'Тарра-VI.

— Это для нас? — недоверчиво спросил Петрович?

Коробки походили на шестиугольные картонные призмы. Утомленный непониманием происходящего Скорпионов, с размаху уселся на одну из них. Петрович содрогнулся, представив, что бравый майор сейчас рухнет на пол вместе со смятой призмой. Но нет, конструкция оказалась довольно прочной и выдержала вес даже такого здоровяка. Тогда Кутяпка передвинул вторую малую коробку поближе к большой, и осторожно присел на импровизированный табурет. Пальцами правой руки он осторожно постучал по сиденью. Вроде бы твердое, не картон. Тогда он положил свою папку «Для самых важных документов» на большую коробку.

— Командующий Великого Флагмана Великолепного Флота Объединенного Совета Обозримого Космоса Территории Жужелиц К'Тарр-VI интересуется, зачем вы передали нам эти дурно пахнущие бумаги? — прошипела Зззи.

— У представителей жужелиц и человечества возникло несогласованное понимание этого документа, подписанного нашими сторонами и вступившего в силу двадцать лет назад…

— Девятнадцать лет одиннадцать месяцев и двадцать восемь лет шесть часов семнадцать минут назад по двенадцатичасовым галактическим стандартам в пересчете на земное время, — педантично уточнила Зззи.

— Совершенно верно, обворожительная Зззи.

— Я не согласна!

— Эээ, — замешкался Петрович.

— Как гражданка и должностное лицо территории жужелиц, я имею права отказаться от принудительного перемещения…

— Кто вас перемещает? — не понял Скорпионов. Чуждые ему разговоры утомили бесстрашного воина.

— Земной представитель Адмиральского отделения бизнес-проектов, который разрешил называть себя «Иван Петрович», сделал мне недвусмысленное брачное предложение…

— Что? — у Скорпионова отвисла челюсть. — Ты что творишь, черпачина?!

К'Тарр-Шестой воззрился на Кутяпку. Впервые за всю встречу показалось, что на лике жука возникли какие-то эмоции: усы вздрогнули и их кончики поднялись вверх. Интересно, это знак вопроса, восторга или негодования?

Пора разобраться. Иван Петрович посмотрел на мордашку секретарши:

— Высокочтимая Зззи, простите мне нарушение протокола. Выражение «обворожительная», по-видимому, не совсем корректно было переведено на ваш язык. В русском языке это обозначает выражение глубочайшего уважения и восхищения субъектом, являющимся собеседником. Одновременно это слово выражает высшую степень почтения и преклонения перед вышеозначенным собеседником. Таким образом, я не делал брачных предложений…

Тут раздалось шипение и постукивание, а воздух наполнился гадкими миазмами. Усы К'Тарра-VI распрямились и растопырились в разные стороны:

— Почему вы преклоняетесь перед секретарем Зззи, а не передо мной?

В конце фразу электронный языковед перешел на визг, по всей видимости, пытаясь передать гнев К'Тарра-VI.

Скорпионов закатил глаза. Они тут все психи. И он, майор Скорпионов, тоже очень скоро свихнется.

— Сссс… Иван Петрович… Слушай, переходи к делу, я изнемогаю, — морща нос и брезгливо подергивая уголками губ внезапно рявкнул майор.

Жуки напряглись и уставились на него. Машинка-языковед застрекотала и появился какой-то новый запах, в котором более осведомленный человек признал бы эмоцию негодования. Иван Петрович встряхнулся, стрельнул глазами в К'Тарра-VI и Зззи, а затем уткнулся в свою папку «Для самых важных документов».

— Обворожительный К'Тарр-VI, обворожительная Зззи, нам следует продолжить наши переговоры, дабы не затягивать их более необходимого времени, — с изрядной долей сарказма молвил Иван Петрович.

Зловоние начало рассеиваться: жуки явно успокоились и, наконец-то, настроились на деловой лад.

Глава 8. Переговоры на грани срыва

— Человеки! — зашелестел К'Тарр-VI, а языковед поспешно перевел. — Мы ведем войну с вашей цивилизацией, нарушившей пункты одного из договоров…

— Да, как раз вот этого, — прервал его Петрович. — Во избежание печальных для двух наших цивилизаций и радостных для множества конкурентов последствий договор за номером 349/3Р между жужелицами и человечеством следует немедленно расторгнуть.

Он замолчал, глядя на то, как шевелятся усы на мордочке Зззи и морде К'Тарра-VI.

— Ваша цивилизация нарушила положения этого документа. И должна понести заслуженную кару, — в голосе языковеда, переводившего скрип К'Тарра-Шестого, послышались нотки недоумения. — Это касается двух наших цивилизаций и никого более. Почему ты, Иван Петрович, земной представитель Адмиральского отделения бизнес-проектов, утверждаешь, что другие цивилизации будут рады? Это их совершенно не касается!

Внезапно Скорпионов подскочил, ухватил свою «табуретку» и придвинул ее ближе к столу. Уселся, а затем вынул из кобуры и положил на стол мини-бластер. С ним он чувствовал себя немного спокойнее.

Жуки в зале со всех сторон выпустили отвратительную вонь, а кончики усов у большинства из них поднялись вверх. «Видать гневаются», — расшифровал мимику насекомых Петрович, решив, что теперь можно начинать бить по больному.

— Участие в любой войне ослабляет воюющие стороны и вынуждает их переключиться с производства полезных товаров на военную технику, — пожав плечами, скучным голосом проговорил он. — Следовательно, и ваша, и наша цивилизации теряют прекрасно налаженные торговые связи. Убыток от потерь может составить до двух третей доходов жужелиц и до четверти доходов человечества. А это очень и очень существенные величины и для вас, и для нас.

— Почему вы называете столь разные доли убытков? — встряла в разговор Зззи.

— Из-за масштабов деятельности. Все цифры открыты, ваши экономисты легко подтвердят мои слова.

К'Тарр-VI что-то прошелестел, и в зале снова повисла тишина.

— Экономисты считают, — не выдержав паузы и нервного постукивания майора по ручке бластера, заговорил К'Тарр-VI. —Если вы солгали, я велю скормить вас нашим личинкам.

— Согласно пункту 46-12-4 девятнадцатого приложения к Договору о возможности заключения торговых внутригалактических соглашений, угрозы физической расправы над курьерами, представителями договаривающихся сторон и иным вовлеченным в договорную деятельность лиц, караются штрафом в размере годового бюджета организации, которое представляет высказавшее угрозу лицо. В нашем случае это вы, обворожительный К'Тарр-VI, а организацией, которую вы представляете, является, если я правильно понял, весь военный флот жужелиц, адмиралом которого вы являетесь. Можете посчитать сумму, которую вы должны уплатить за эти слова.

Бравый адмирал выглядел уже не столь грозно. Он мельком глянул на Зззи, которая дважды хлопнула своими усами. «Подтверждает», — зафиксировал новый сигнал Петрович.

Раздалось шипение К'Тарра-VI. Усы затрепыхались, а затем обвисли.

Скорпионов, ничего не понявший из выступления соотечественника и напрягшийся на явное изменение в поведении жуков, перестал постукивать по бластеру, и обхватил его ладонью.

— Подобное утверждение также подпадает под вышеназванный пункт, — заметила Зззи.

— Вы, несравненная, совершенно правы, — улыбнулся Петрович. — Я намеренно сформулировал свое замечание в такой форме. Теперь мы с достопочтенным К'Тарром-VI одинаково провинились и можем простить друг другу эту невольную вину.

К'Тарр-VI облегченно выдохнул, усы вернулись в свое обычное распушенное положение.

— О чем вы конкретно прибыли переговариваться?

— Ранее я упомянул, что договор под номером 349/3Р между цивилизацией жужелиц и человечества следует немедленно расторгнуть во избежание новых недоразумений между нашими сообществами во имя процветания обеих колоний.

— Так давайте это сделаем! — тут машинка-языковед смогла передать воодушевление, охватившее К'Тарра-VI.

Иван Петрович погладил свою папку «Для самых важных документов», раскрыл ее и достал несколько прошитых суровой нитью листков.

К'Тарр-Шестой непроизвольно отшатнулся:

— У меня аллергия на вашу бумагу! Я… я…

Раздалось оглушительное чихание.

И не только. Чих адмирала смел с импровизированного столика листки договора. Скорпионов отшатнулся и завороженно смотрел, как они планируют в одну из клякс слизи на полу.

— Ничего страшного, не беспокойтесь, у меня есть копия, — заверил Иван Петрович, доставая из своей папки точно такую же прошитую связку бумаг. Прошу вас больше не чихать в направлении документа. Если с этим экземпляром произойдет такая же история, то, согласно, межцивилизационному уложению о документообороте, я должен буду оформить акт о порче вышеозначенного документа, что потребует заполнения и подписания еще пятнадцати форм. Полагаю, вам вряд ли захочется тратить на это время, да и подписывать их при вашей аллергии будет довольно неприятно.

Скорпионов снова ничего не понял из этого, как ему показалось, набора слов, но вдруг увидел, как задрожали усики Зззи. Ему показалось, что она улыбается, и майор залихватски подмигнул особи женского пола. Впрочем, секретарша в этот момент смотрела на Ивана Петровича и не обратила внимания на мимику майора. И слава богу, потому что подмигивание воспринималось жужелицами как оскорбление.

— Что нужно от меня? — утомленно прошебуршал К'Тарр-VI.

— Приложить левую клешню к данному договору.

— У меня она повреждена! — махнул адмирал средней левой лапой, демонстрируя отсутствие на ней клешни.

— Это… невозможно, — возмутился Петрович. — Согласно уложению 34/18 Правил цивилизации жужелиц, договор был заверен правой клешней, значит расторжение его должно выполняться левой!

— Я потерял клешню в настоящей битве… настоящей, а не в этих нелепых словесных сражениях!

Усы К'Тарра-VI возмущенно затрепыхались. То, что он негодует, теперь понял даже Скорпионов, внезапно вступивший в переговоры:

— Вот достойный ответ храброго воина! — подбодрил он адмирала, ибо такая постановка вполне вписывалась в систему представлений майора о мироустройстве. Однако Ивана Петровича ответ адмирала огорчил. Но тот не удовлетворился сказанным, а продолжил:

— У меня и правой клешни нет!

— Чем же вы, уважаемый, подписывали этот договор? — Петрович ткнул пальцем в пачку бумаг, которые до сих пор находились в клешнях Зззи.

— Я не подписывал его! Это мой предшественник!

Майор Скорпионов опустил плечи и уткнулся глазами в стол, тихо прошептав Ивану Петровичу:

— Ну все, черпак, добалаболился. Теперь они нас точно убьют.

Между тем Петрович раскрыл свою папку и вытащил оттуда увесистый талмуд, быстро пробежал оглавление и открыл нужную ему страницу.

— Согласно приложению 14 бис вашего уложения о документообороте, в случае смены подписанта личность нового должна быть заверена нотариусом. Есть на вашем флагманском корабле нотариус?

— Зачем? — не понял К'Тарр-VI.

— Нотариус нужен, чтобы заверить вашу личность.

— Я… Меня знают все — от юнги до вице-адмиралов! Какой к пиявкам нотариус вам нужен?

— Документы подписывают не «все», а конкретное лицо, личность которого в случае замены подписанта должна быть официально заверена нотариусом.

— Я адмирал воюющей стороны! Какой еще нотариус на моем флагмане?

Обоим представителям человечества было ясно, что адмирал находится на грани. Скорпионов уставился на бластер и коснулся оружия ладонью.

— Шшш… — заговорила вдруг Зззи. — Я имею право и полномочия исполнить обязанности нотариуса. Для этого нужно заполнить межцивилизационную форму номер Г12.Б в двух экземплярах. Насколько я понимаю, электронная форма вас не устроит, господин бюрократ?

— Без бумажки ты букашка, — пробормотал Иван Петрович, а потом, покопавшись в своей папке, вынул два бланка и уже громко произнес: — У меня есть бумажная форма. Вы можете заполнить и подписать ее, обворожительная Зззи, а затем ее должен перевести и заверить галактический переводчик либо лицо, исполняющее по согласованию сторон его обязанности.

Нервы адмирала К'Тарра-VI не выдержали:

— Вон! Вон отсюда! Я требую, чтобы вы немедленно покинули зал! Не буду ничего подписывать! Проигрывайте свою войну без меня!

— Войны начинаются и заканчиваются в кабинетах… залах за столом переговоров, — хладнокровно сообщил Иван Петрович. — Не подписав этого договора, вы лишаетесь двух третей всех доходов вашей цивилизации. Подумайте об этом.

— Ерунда! — К'Тарр-VI издал такой скребещущий звук, что содрогнулись даже его охранники, не говоря о двух землянах.

— Слушай, Иван Петрович, — задумчиво поглаживая свой мини-бластер, заговорил Скорпионов. — Вот если я ему сейчас отстрелю культю, то у него останется одна. Только вот не соображу, какой его лучше лишить. Если отстрелю правую, то останется только левая…

— Хммм… Какой творческий подход, майор, неожиданно. Но твое предложение нарушает пункт 7.8.3 О нанесении телесных повреждений в процессе или в целях документооборота уложения восемнадцать Межцивилизационного документооборота…

В этот момент взгляд Петровича упал на до сих пор валяющиеся в слизи листки договора о расторжении договора. И его осенила идея.

— Спокойствие! Прошу всех сохранять спокойствие! Я знаю выход из нашего затруднительного положения!

Глава 9. Подписание Договора о расторжении Договора

Изложенная Иваном Петровичем предельно простым бюрократическим языком процедура вызвала новые дебаты, к счастью, непродолжительные. От слов перешли к делу.

Зззи заполнила подписала форму номер Г12.Б в двух экземплярах.

Электроязыковед продиктовал перевод, а Иван Петрович скрупулезно заполнил нижнюю часть каждого бланка, предназначенную как раз для этой цели.

Скорпионов, морщась как от зубной боли, заверил этот перевод как официальный толмач, мгновенно назначенный на эту должность руководителем делегации Кутяпкой.

Затем была заполнена дополнительная форма о формальной передаче полномочий по подписанию договора от одного лица другому. Если быть точным, то от почившего семь лет назад в пересчете на земное летоисчисление главы Целевого Департамента Цивилизации Жужелиц К'Рарра-XVIII к главе Целевого Департамента Цивилизации Жужелиц К'Тарру-VI (О других должностях вышеупомянутого К'Тарра-VI, по согласованию сторон, решили не упоминать. Адмирал при этом затрепетал, выражая свое недовольство, но вынужден был смириться. Петрович резонно заметил, что, в случае перечисления всех должностей на стандартном бланке формы не останется места ни для чего другого).

Эта форма официально и в присутствии свидетеля (со стороны землян —Скорпионов, со стороны жужелиц — один из охранников) была заверена Зззи, выступившей в роли нотариуса.

Дело осталось за малым. Нужно было подписать договор не только в электронной форме, привычной и знакомой землянам и жужелянам, но и в бумажной, на чем настаивал буквоед Иван Петрович.

Дабы не подвергать адмирала излишним мучениям из-за необходимости близкого контакта с бумагой, было решено, что подпись он поставит не отпечатком левой клешни, а локтевым суставом своей левой средней конечности.

Протест К'Тарра-VI был отклонен Зззи, которая, шевеля усами и сверкая глазами объявила, что она проверила базу договоров и нашла похожий прецедент, случившийся при подписании контракт на поставку Рестропотопами никелевых астероидов Крылошилам в двадцать девятом году после заключения между ними мирного договора. Правда, там локтевой отпечаток был заверен генеральной печатью соответствующего департамента.

— Так шлепните этот штамп, мы согласны, — рявкнул Скорпионов и опасливо покосился на Ивана Петровича.

— В текущем времени печати у нас нет, — сообщила Зззи, — поскольку она была недавно съедена, а ее дубликат еще не произведен, так как это требует очень тонкой работы, которую невозможно выполнить быстрее, чем за восемьсот человеческих часов.

Майор разинул рот от удивления, но, хлопая губами, он издавал лишь хрип: невыносимо, совершенно невыносимо! Сколько можно???

Кутяпка же лишь мимолетно улыбнулся, задумчиво потер подбородок, потом кивнул сам себе и сообщил:

— Печать в условиях форс-мажора можно заменить суррогатным штемпелем. Если у вас нет печати, а у нас с собой ее и не могло быть, штемпель вполне подойдет.

— Что за штемпель? — вопросила Зззи.

— Любой штемпель. Например… Вот эта подвеска… Чтобы она стала штемпелем, согласно пункту 707-бис приложения 6 Уложения о межцивилизационном документообороте, он должен иметь приемлемый для договаривающихся сторон вид и запах. Полагаю, эта подвеска, — бухмастер помахал крошечной металлической загогулиной, висящей у него на ручном комме, не вызывает у представителей вашей расы отторжения?

Зззи пригляделась, пошевелила усами, попросила снять ее, а затем показала К'Тарру-VI.

— Она не вызывает отторжения, — прошуршала Зззи, возвращая подвеску Петровичу.

— Отлично! Далее согласуем запах. Насколько я помню, мятный запах вполне устраивает представителей вашей цивилизации?

Достав из кармана пластинку жевательной резинки с ментоловым запахом, он закинул ее себе в рот и начал интенсивно двигать челюстями.

Зззи принюхалась и одобрительно кивнула, снова пошевелив усами.

Скорпионов, наконец, перестал хлопать губами и уставился на жующего Петровича.

Не прекращая жевать, Петрович попросил Зззи намазать локтевой сустав К'Тарра-VI штемпельной краской, чтобы он заверил Договор о расторжении Договора №349/3Р.

Адмиралу К'Тарру-VI вся эта канцелярская волокита надоела не меньше, чем майору Скорпионову.

— Если вы немедленно не закончите эту канитель, я кого-нибудь съем! — прошелестел он.

— Нас нельзя, мы представители. Съешь кого-нибудь из них, — Скорпионов кивнул на стоящих вокруг жуков-охранников, которые, услышав перевод, начали опасливо пятиться.

Но Петрович не обращал внимания на разговорчики в строю. Он смотрел на Зззи, которая, судя по ее усикам, пребывала в сильном затруднении.

— У нас нет штемпельной краски, — сказала она. — Наша печать самопечатающаяся, и нужды в краске не было.

Надо сказать, что Ивана Петровича отличала худоба (кожа да кости, как говорится), которой он даже стеснялся. А еще — консерватизм в одежде. Из сорочек он признавал только белые, а белая сорочка будет презентабельно выглядеть, только если ее чуть-чуть подсинить. Даже ушлый Скорпионов, наблюдавший, как бухмастер суетливо одевается после противоперегрузочной ванны, не понял, что на себе, вернее, в многочисленных явных и потайных карманах Иван Петрович хранил очень много очень нужных вещей. Которые заодно немного округляли его фигуру.

И вот теперь Кутяпка еще раз убедился, что его привычки всегда идут на пользу делу. Расстегнув пиджак, он достал из одного из внутренних карманов маленький пакетик синьки для стирки.

— Ситуация под контролем. Вот отличный заменитель штемпельной краски. Здесь хватит на то, чтобы отпечатать локоть обворожительного К'Тарра-VI на нашем договоре. Нужно лишь немножечко воды.

— Какого цвета будет подпись… отпечаток локтя? — обеспокоилась Зззи. — Для документов годится только синий или черный цвет.

— Синий. Насыщенность цвета зависит от концентрации красителя. Согласно правилам, чернила или штемпельная краска не должны содержать кислот. Это щелочь, так что все в порядке.

Подойдя к какому-то аппарату, напоминающему кофейный, Зззи вставила в него почти плоский диск, а через секунду вытащила. В небольшом углублении диска виднелось несколько капель прозрачной жидкости.

— Этого достаточно?

— Совершенно верно, обворожительная Зззи, — Петрович взял у нее из клешни диск и всыпал в жидкость немного порошка из своего пакетика. Чуть размешав, он улыбнулся: — Готово! Обворожительный К'Тарр-VI может окунуть локоть сюда, а затем на отпечатать его на договоре.

Зззи взяла диск, присмотрелась к нему, а затем подозвала одного из охранников:

— Я не знаю, что это за субстанция, проверим на тебе. Шшш… Петрович, дайте чистый лист вашей бумаги, а должна убедиться, что процедура будет безопасной для адмирала.

Охраннику пришлось снять со своей средней лапы доспех, обнажая локоть. Зззи подсунула ему диск и листок.

— Дед, прекрати называть его обворожительным! — зашептал Скорпионов, толкнув локтем в бок Ивана Петровича. — Звучит ужасно.

— Я забыл часть звания адмирала, а по протоколу нужно каждый раз выговаривать его полностью. Но если я буду полностью называть его каждый раз, мы за неделю не управимся. Хорошо, что нашелся суррогатный вариант обращения.

— У тебя куда не кинь, везде суррогаты, — буркнул Скорпионов.

Зззи закончила свой эксперимент и теперь разглядывала отпечаток локтя охранника на бумаге.

— Сейчас все в порядке. Охранник не пострадал, — сказала она. — Надеюсь, что земная делегация не использует яд отсроченного действия для нейтрализации всего состава флагманского корабля.

— Нет, весь корабль нейтрализовать не будем, нам достаточно нейтрализовать его, — и Скорпионов ткнул пальцем в К'Тарра- VI.

— Уймись, — одернул его Петрович.

Но было поздно.

Охрана двинулась вперед и взяла своего адмирала в плотное кольцо.

— Это шутка. Неуместная шутка, — попытался исправить положение Иван Петрович. — Мы все устали…

— В переговорном процессе шутки недопустимы, — заметила Зззи. — Я требую, чтобы процедуру с отпечатком вначале проделал этот шутник.

Скорпионов хохотнул. Хоть какое-то развлечение!

— Это у тебя что за фигня? — спросил он, тыча в диск с синей кляксой, которой осталось совсем немного.

— Синька. Обычная синька. Чтобы отбеливать рубашки. Обнажай локоть и побыстрее. Не бойся, не отравишься. Я подсиненные рубашки лет восемьдесят ношу, нет, больше, девяносто три.

Зззи внимательной вслушивалась в перевод разговора.

— Почему обворожительный Иван Петрович говорит, что эта краска отбеливает? Она отбеливает бумагу? Но ваша бумага и так белая!

Заслышав «обворожительный Иван Петрович», Скорпионов хохотнул и ткнул его локтем в бок.

Пришлось Кутяпке объяснять про белый цвет, который имеет множество оттенков из которых голубоватый, совсем голубоватый, едва заметно голубоватый всегда выглядит более белым и чистым.

Зззи усиленно шевелила усиками, слушая перевод. Она была явно озадачена.

— Не знаю, как в вашем языке и культуре, но у нас, землян, оттенков белого очень много. Например, белый глянцевый и белый матовый отличаются при зрительном восприятии. Раскрыв свою папку «Для самых важных бумаг», бухмейстер начал перебирать листки и достал два разных бланка. — Смотрите, вот белая глянцевая бумага, а вот эта белая матовая. Они обе белые, при этом выглядят по-разному.

— Я поняла о различиях оттенка цвета. Но не поняла, почему вы хотите поставить подпись локтя многоуважаемого Командующего Великого Флагмана Великолепного Флота Объединенного Совета Обозримого Космоса Территории Жужелиц и Координатора всего крыла К'Тарра-VI должна быть поставлена отбеливающей краской на белой бумаге. Согласно общепринятому межцивилизационному протоколу подписи должны всегда выполняться либо синим, либо черным цветом!

— Так это же синька! Она синяя. Посмотрите на отпечаток вашего слуги…

— …Охранника!

— Да, прошу прощения великодушных, охранника. Здесь подпись его локтевого сустава синяя, как и положено по протоколу.

— Синяя… Да… Но синий тоже бывает разных оттенков, этот бледноват…

— Если не так сильно разбавлять, будет более темным, — заверил жужелицу Петрович. — И хранить документ нужно будет в закрытой папке, не на солнце, иначе подпись… в нашем случае, локтевой отпечаток, действительно может стать светлее.

На эти пререкания ушло еще минут пять. Скорпионов вдруг обнаружил, что К'Тарр-VI благополучно уснул.

Чернил из синьки оставалось слишком мало и Зззи потребовала, чтобы высокий представитель человечестваразвел новую порцию.

Когда Скорпионов, наконец, оставил отпечаток своего локтя на чистом листе бумаги, все внезапно успокоились и повернулись к адмиралу.

— Великий Командующий Великого Флагмана Великолепного Флота Объединенного Совета Обозримого Космоса Территории Жужелиц и Координатора всего крыла К'Тарр-VI, — прошелестела Зззи.

Тот открыл глаза:

— Ну, что еще?

— Можно подписать документ, — подсказал Петрович. — внимательно просмотрев его, он размашисто расписался. — Теперь ваша очередь, обворожительный К'Тарр-VI.

Тот недоверчиво посмотрел на Зззи и капризным голосом (толмач удивительно точно передал его интонацию) сказал:

— У меня аллергия на бумагу. Сделай все быстро… и что бы я этого договора не нюхал!

— Отвернитесь, — посоветовала Зззи.

— Нет-нет! Он должен видеть, что подписывает! — возмутился Иван Петрович.

— Шшшш… Ээээ…

Один из охранников поднес великому командующему маску и ловко нацепил на нос и пасть.

Зззи поднесла диск к обрубку клешни К'Тарра-VI, смочила его, а затем ловко поднесла договор и прижала локоть к бумаге.

— Готово!

Кутяпка вынул, наконец, жвачку изо рта, прижал ее к своей подвеске и принюхался:

— Отлично! Запах есть!

Окунув подвеску в остатки синьки на диске, он приложил ее к бумаге. Затем перевернул другой стороной, проделал ту же операцию, и удовлетворенно сообщил:

— Теперь обворожительная Зззи и обворожительный Скорпионов должны заверить в качестве независимых нотариусов мою подпись, его отпечаток и две печати.

Скорпионов сделал большие глаза: «Что…».

— Ты являешься нотариусом от лица землян, а обворожительная Зззи — нотариусом от жужелиц.

Вовсе не на нотариуса обиделся Скорпионов, а на то, что его назвали «обворожительным». Но тут он опомнился и понял, что вся эта тягомотина сейчас завершится. Осталось лишь поставить подпись. И придвинулся к столу.

— Ручки нет, так что нужно либо допечатать внизу фразы подтверждения, либо вам придется писать пальцем, — предупредил Петрович.

Печатной машинки или банального принтера у жужелиц не было. Зззи ловко вписала одним из коготков клешни продиктованную Петровичем фразу «Сим подтверждаю отпечаток обворожительного К'Тарра-VI». А вот Скорпионову пришлось помучиться — для его пальца фраза была слишком длинной, так что пришлось воспользоваться зубочисткой, которую Иван Петрович достал из кармана и протянул коллеге.

— Не слишком равномерно получилось, — удрученно сказал майор. — В последний раз я занимался чистописанием ще в школе.

Действительно, чтобы написать зубочисткой написать несколько слов, майору пришлось окунать ее для каждой буквы отдельно, так что в итоге он отказался от мысли добавить к И. П. Кутяпка слово «обворожительный», уж слишком длинным оно было.

Наконец, все завершилось. Бухмейстер торжественно вручил Зззи один экземпляр договора, убрал в свою папку «Для самых важных документов» свой экземпляр, подобрал все бумаги и бланки, которые были задействованы в ходе переговоров и тоже уложил их в отдельный карман этой папки.

— Подписание этого договора означает, что все недоразумения в связи с нецелевым использованием поставляемых нам вашей стороной лучевых установок, теперь сняты. Надеюсь, что боевые действия цивилизации Жужелиц против цивилизации Человечества будут прекращены немедленно, прямо с этой минуты. В противном случае компенсация за нарушение межцивилизационных договоренностей составит сто сорок три годовых бюджета вашей, глубоко мной уважаемой, цивилизации. Время пошло.

С этими словами Иван Петрович Кутяпка откланялся и поспешил к выходу.

Изнемогающий от прощальных речей и всей этой суеты с бумажками Скорпионов едва дождался, когда делегация Земли покинет зал переговоров. Они молча миновали бесконечные коридоры, но едва закрылся шлюзовой люк родного космокорвета, как майор повернулся к бухмейстеру:

— Дед, пожалуй, я никогда больше не буду злиться или ругаться на архивных крыс… Ты же выиграл войну с помощью жвачки и синьки. Это гениально.

— Ну что ты. Это обычные приемы делопроизводства и документоведения, знание инструкций и немного опыта, — скромно пожал плечами Иван Петрович.

— Слушай, у меня сейчас каша в голове, но мучает один вопрос… Что за это за фиговина, которой ты скрепил долбаный договор?

— Брелок. Телец.

— Телец? Теленок? Что это?

— В древние времена на Земле существовала донаука, которую называли астрологией. Согласно ей каждый человек рождается под определенным созвездием. Я — под знаком Тельца, поэтому ношу этот брелок.

— Впервые такое слышу… А как узнать, под каким знаком родился я?

— Ты помнишь день и месяц своего рождения?

— Недавно же заполнял полетные документы… Ну ка, ну ка… Ага, четырнадцатого ноября!

— Значит твое созвездие — Скорпион.

— Ерунда какая-то. Я сам Скорпионов, и знак у меня Скорпион? А почему у тебя не совпадают?

— Почему же ерунда? Боевой астрологический знак, как раз для военного. Тем более его сила удваивается, благодаря фамилии.

Скорпионов лишь довольно хмыкнул.

* * *

На протяжении всего полета к Земле экипаж и военные были предельно внимательны к бухмейстеру — Скорпионов то и дело начинал рассказывать, как этот дембель ловко обошелся с жужелицами.

— Слушай, Иван Петрович, как по мне, так ты достоин представления к награждению медалью «За отвагу».

— Благодарю тебя майор, но это не по мне. Медали украшают военных. Мне достаточно премии и оплаты сверхурочных.

Вернувшись на службу, Кутяпка с удовлетворением узнал, что в связи с участием в операции межцивилизационной операции он имеет право на двухмесячный отпуск.

Отгуляв свои законные шестьдесят суток, он узнал о своем переводе в Межгалактический юридический департамент. Эх, придется ему перебираться на базу межгалактической бюрократии, расположенную на планете Кеплер-452 b. Иван Петрович был категорически против по причине нежелания покидать Землю и отсутствия должной квалификации. Однако руководство отклонило его отказ по формальным причинам: назначение было согласовано со всеми девяносто тремя цивилизациями, которые оказались восхищены проведенной представителем Человечества операцией по подписанию договора с жужелицами — самой недоговороспособной расой всего Цивилизационного Содружества — и настойчиво требовали его работы в юридическом департаменте.

Немного поразмыслив и посоветовавшись с друзьями и коллегами, бухмейстер согласился, выторговав себе месяц для подготовки к переселению.

На космодром, присесть перед дальней дорогой пришел Скорпионов, немного завидовавший, но больше радовавший за шпака, получившего повышение по службе.

— Майор… — начал приветствие Иван Петрович.

— Никак нет, уже подполковник! — отрапортовал Скорпионов.

— Поздравляю! Это ведь повышение?

— Точно так!

— Эээ… Дорогой подполковник, хочу поздравить тебя и вручить маленький подарок… На память о нашей совместной операции.

— Я ее никогда не забуду, как и тебя! — с чувством сказал новоиспеченный подполковник.

В ответ Иван Петрович вручил славному воину крошечную коробочку, в которой на бархатной подкладке лежала странная металлическая штуковина.

— Что это?

— Знак Зодиака. Скорпион. Мне показалось, что тебе будет приятно получить ее на память…

— Ха!

Глянув на руку Ивана Петровича, подполковник быстро прицепил крошечный брелок к своему комму.

…В противоперегрузочной ванне до бухмейстера дошло, что в неге курортов, суете городов и потоках робомашин он забыл узнать о самом главном: на планете Кеплер-452 b в пересчете на земные сутки год длится 385 дней. Триста восемьдесят пять. Тогда какой контракт он подписал? На девяносто девять земных или кеплеровских лет?

Додумать эту мысль он не успел: заснул под воздействием снотворного. Проснувшись же, Иван Петрович решил, что на выяснение этого вопроса у него еще достаточно времени.