Зайцем на Шадовгейм

Глава 1

На улицах столицы Г’Аута сегодня немноголюдно. Вечер выходного дня, но трассы пусты. Мобили облепили центровые кабаки, принадлежащие букмекерам, либо вообще остались на домашних парковках. Местный люд, за исключением сотни тысяч счастливчиков, прорвавшихся в «НБК-Арену», сидел, подключённый к виртблокам планетарного Ай-нета, в кабаках, виртеатрах, квартирах. Финал сессии г’аутского реслинга – событие особое. Тем более такой неожиданный. Торнадо – понятно. Он давно к этому шёл. Но Годзилла Лайт?! Кто она вообще? Откуда взялась? Организаторы вправе ввести в игру тёмную лошадку на любом этапе, кроме последнего. Они им воспользовались. И это было круто! Кама, прошедший через десятки схваток, улетел в небытие с одной подачи девчонки. Сюрприз!

А «девчонка» тем временем разминалась на арене, размышляя:

«Кооз похмельный! Я-то думала: Ярмарка – что муравейник тот. Клуша наивная. Вот это домик отгрохали! Народу точно побольше будет, и размерами если уступает, так ненамного. А о̀ру… Шторм океанский в Железном Порту видала раз – он шептал, если сравнивать. Чего ж они с ума всей толпой сходят? Люди, люди, люди… Вспышки в толпе. Картины живые всюду натыканы. И плоские, такие Вель экранами называл, вроде. И другие, ну совсем живые… О! Девки слегка одетые извиваются. Тьфу, срам какой! Здоровые слишком и прозрачные. Видно – не настоящие ни разу. Ага, теперь чья-то знакомая до боли глупая моська повсюду. Да, похожа ты, Грушенька, на простачку, впервые на Ярмарку вывезенную. Дожилась… А тут у нас что?

Детина напротив суров. Простак, да не прост явно. Росточком с носорожца будет. Весит не меньше. Ага, те тоже так скачут, пену пуская. Если двое встретятся. И самка рядом. Только видно – придуривается хитрец. Стрельнул глазами пару раз вполне осмысленно. Варится между ушами не каша явно. Просчитывает меня, красивую такую. Ну посмотрим. Куба, краснобай мордатый, говорил – не просто боец это потешный. Воином был раньше. Тем интереснее…

Ой, Груша, куда это понесло тебя?! Скажешь тоже: интереснее. С каких пор интерес проснулся к арене? Один раз было на Ярмарке, да там понарошку, на такое Кодекс сквозь пальцы смотрит. Тут сложнее всё. Эх, Великс, третий сын… Коозов! Ну как тебя угораздило?! Ладно, фиолетовенький, Груша всё распетляет. Точнее, эта… Годзилла Лайт!»

***

Торнадо злился. Нет, свирепый взгляд, рычание, брызги слюны – это шоу. Публика такое любит. Несмотря на внешность и поведение больного бешенством киммерского медведя, мозги бойца работали чётко и расчётливо. Всегда. Но сегодняшний соперник выводил бывшего космодесантника из обычного внутреннего равновесия. Точнее, соперница. Девчонка, словно голограмма, сбежавшая с очередного сезона вирткомикса, которыми так увлекаются подростки в пубертатном возрасте. Когда тестостерон из ушей прёт, а идеалом женской красоты кажется подруга классом старше, только без прыщей и в бронебикини. Что б эти сопляки в женщинах понимали?

Бронебикини, правда, не было. Узкие шортики, свободная безрукавка, под которой угадывался плотный топ. Лёгкие спортивные тапки. Две тугие короткие косички, так и просящие схватить за них, а дальше — в зависимости от фантазии…

Фантазировать Торнадо не стал. Хитрость, изворотливый ум в голос орали: не всё так просто! Подсознание отмечало разминочные движения, спокойный рассеянный взгляд готового ко всему, уверенного в себе… воина? Такой взгляд, если подумать, был знаком капралу Эдди Винсу, пережившему два десятка выбросок с орбиты на поверхность не слишком гостеприимных планет. После чего половина костей его скелета стала титановой. А имя пришлось забыть, поменяв на кличку. И вот теперь тысячи глоток скандировали: «Тор-на-до!», сотрясая стены одной из самых больших арен планеты. Его здесь любили.

Первый удар Торнадо пропустил. Тычок детским кулачком в корпус был достаточно чувствительным. Недаром ассистент шептал ему перед боем, что с этой игрушечной Годзиллой не всё чисто. Нет, ничего фантастического девчонка пока не показала. Ловкая, быстрая. Силой бог не обидел. Но эти танцы вокруг него вполне предсказуемы. Орги не выпустили бы против него беспомощного ребёнка.

Подгадав момент, боец не удержался от ребячества, ухватил-таки за косичку. Повёл плечами, собираясь закрутить на бросок, но резкая боль в кисти заставила, взрыкнув от неожиданности, выпустить добычу. Мелкая, воткнув костяшки пальцев в болевую точку, мгновенно разорвала дистанцию. В её глазах мелькнуло веселье. Это начало раздражать. Решив, что всё необходимое о сопернице узнал, Торнадо приступил к воплощению в жизнь своего первоначального плана схватки. Изобретательностью он не блистал, но публика останется довольна. Главное — достоверно изображая неуклюжесть, загнать мелкую к решётке, лишив манёвренности, а потом можно будет поиграться, как кот с мышью, давая иллюзию свободы ей и толпе, сходящей с ума в полумраке огромного зала.

***

«Ну, ясно всё с тобой, носорожец обсмаленный. Центр арены занял. Я, значит, скачи вокруг тебя куронем дурным. Впрочем, чего ещё от такой горы ждать. Сейчас теснить начнёт. Точно! Типа случайно повело его в сторону раз-другой, а места у меня не так уж много осталось. Вот ещё назад пару шажков сделать — лопатки в решётку упрутся. Можно, конечно, прямо сейчас погасить его, да говорил же Куба-толстяк не спешить, за прошлый бой пеняя. Тогда и правда неудобно получилось. Вышел скоморох какой-то, такие чудеса вытворял — только по клетке не летал! Весь в чёрном, лицо даже спрятал, только глазки узкие (пчёлы покусали?) в прорези сверкали. А ушёл с одной оплеухи…»

***

Публика взвыла особенно громко. Торнадо, наконец, перестал изображать из себя увальня, змеиным броском настиг шуструю девчонку, прижал к решётке, навалился всем телом, словно пытаясь выдавить жертву сквозь не слишком крупные ячейки. Поверившие в новенькую разочарованно выдохнули, прощаясь с поставленными на Годзиллу кредитами. Фаны бывшего космодесантника кинулись поздравлять друг друга с очередной победой. Сидевшие поближе к арене приготовились услышать хруст ломающихся костей девушки-бойца, так и не успевшей стать героиней арены. Хотя предпосылки, судя по первому бою, были.

Торнадо вдруг безвольно уронил руки. Замер, словно в задумчивости. Убил? Нет! Маленькие кисти неожиданно появились на его бычьей шее, вцепились в неё, будто схватка перешла в страстный поцелуй. Однако страстью не пахло. Словно белка по дереву, Годзилла резво взобралась на плечи замершего бойца, перескочила за спину и, используя инерцию своего прыжка, перекинула тело, раза в три превышающее её вес, через себя. Не особо при этом напрягаясь.

И стало тихо…

***

«Так вот ты какой, Ай-нет?! Как бы теперь Кооза Велю показать? Если сама его не видала ни разу. Объёмные картинки. Люди — как живые. Дружок фиолетовый рассказывал, да в натуре как увидела – челюсть на ногу уронила. Но интерееесно! Весь мир у тебя в комнате… Не, не весь, конечно. Куба-болтун сразу сказал: посмотреть только то могу, что на планетке этой пакостной происходит. Блоки там какие-то стоят, дальше – Кооз заглянешь.

Картинка смутила сразу: Великс в плену, о помощи просит! Перепугавшись за друга, подписала бумаги с согласием выступать в боях потешных. Теперь ломай головешку, как соскочить с куроня на ходу. Обещали мне друга показать? Три дня прошло – не показывают».

Размышляя, Груша щелчком пальцев меняла каналы и просматривала картинки нового для неё мира. Посмотреть было на что. На Г’Ауте одна часть населения в круглосуточном режиме соревновалась друг с другом во всём подряд. Другая, большая, исступлённо болела за спортсменов, ставя и проигрывая кредиты – аналоги славненской таньги. Правда, богатели при этом самые хитросделанные местным создателем. Эти не играли. Они принимали ставки. Ситуация была знакома по ярмарочной арене. Масштаб другой, да принцип тот же.

Некоторые состязания ставили в тупик. Вот конкурс на лучшего полотёра, что ли? Несколько ярко одетых чудаков, крича и поскальзываясь, шустро орудовали швабрами на пути плывущей по льду полуметровой шайбы.

За шахматистами было интересно понаблюдать. Забава полезная, стратегическое мышление развивает. Вот только зачем болельщикам орать, каждый ход приветствуя?

После очередного щелчка Груша охнула от неожиданности. Стереоэффект сыграл с ней шутку, и богатырка вдруг оказалась высоко в небе. Вокруг гоняли друг за другом небольшие самолёты. Ого, тут игры серьёзные пошли. Соревнуются не в скорости, похоже. От одного к другому протянулась туманная полоса. Стрельнул чем-то? Повреждённая машина, медленно вращаясь, понеслась вниз. Неожиданно возле неё открылся огромный белый купол. Девушка с облегчением увидела летуна, целого и невредимого, деловито перебирающего стропы парашюта.

***

— Зря мы связались с богатыркой, – подтянутый мужчина неопределённого возраста аккуратно намелил накладку и склонился над бильярдом, выцеливая многообещающий «чужой».

Его визави дождался удара, сочувственно покачал головой, отметив промах. Шумно отхлебнул коньяк, заставив собеседников поморщиться, а потом нервно и суетливо двинулся вокруг стола, оценивая ситуацию.

— Два её боя принесли Компании сорок миллиончиков кредитиков, между прочим, дорогой Ноле! — выбрав позицию, прищурился, замер на мгновение и чётким ударом загнал шар в лузу. Выпрямился, схватил с сервировочного столика салфетку, которой начал ожесточённо тереть кий. Дёрганность движений, пропавшая во время удара, вернулась. Куба, вольготно развалившийся в кресле, понятливо усмехнулся. У Бруя всегда потели ладони. И не только.

— Деньги большие, но не фантастические. Недельная прибыль.

Первый игрок, увидев удачно откатившийся «биток», понял, что может позволить себе присесть и отдать должное коньяку.

— Да, но это со всех наших проектиков. Всего лишь две схваточки. И – вуаля! – доходик удвоился, — суетливый, закатив второго «чужака», счастливо заулыбался.

— Вы планируете сохранить темп? Выглядит сомнительно. Эффект неожиданности ушёл, курочка больше не снесёт золотого яйца. А рисковать ради обычных… От долгосрочного контракта она отказалась. Требует встречи с другом, которого у нас нет и не было. Я слышал о богатырях. Они могут принести проблемы, — скепсис не оставлял Ноле.

— Ну, прежде им надо сюда добраться. А во-вторых, она действует по своей воле. Спасибо Кубе, мы имеем какие-никакие бумажечки и её слово. Последнее даже важнее, чем подпись. У них Кодекс, — Бруй схватил бокал, поднял его, словно салютуя упомянутому Кодексу, и одним жадным глотком допил янтарный нектар.

— Дикари какие-то, право. Что может быть крепче подписанного договора? – проворчал толстяк в кресле, но своеобразный тост поддержал и пригубил коньяк.

Суетливый присоединился к ним через минуту, сев за стол, сервированный лёгкими закусками. Проигравший, поджав губы, ввёл на коммуникаторе команду, перечисляя удачливому сопернику трёхзначную сумму.

— Проблему надо решать, — риск, связанный с Годзиллой, не давал ему покоя.

Бруй засопел, нервным движением сам плеснул себе из бутылки. Обсуждаемая богатырка не была для него чисто коммерческим проектом. Желание партнёров избавиться от рисков, связанных с девушкой, мешало планам на личную жизнь, которые начал строить делец, понаблюдав за разминкой Годзиллы и изрядно при этом возбудившись. Но открыть истинную подоплёку своих мотивов в таком серьёзном деле он готов не был и теперь пытался скорректировать свои продуманные ранее действия.

— На Совет Галактик работают неглупые ребята. Я бы ими не пренебрегал, — добил Ноле действительно весомым аргументом.

Троица, сосредоточившая в своих руках существенную часть основного г’аутского бизнеса, не привыкла заморачиваться судьбами отдельных людей. Трансферы, реклама, трансляции, ставки приносили миллионы. Без учёта делишек, тщательно спрятанных в тени. И теперь маленькая богатырка стала песчинкой, попавшей в огромный, тщательно отлаженный механизм. Появился риск сбоя.

— Не всё так печально, — Куба начал раскуривать сигару. Паузу он сделал намеренно, заставляя партнеров нервничать и тем самым задирая цену придуманного им решения. Впрочем, их связка работала давно, все трое знали друг друга прекрасно и на такие приёмчики не велись. Но толстяк считался оратором от бога и отработанной манере общения, нацеленной на стопроцентный успех любых переговоров, не изменял. — Отправим её на Шадовгэйм! И вопрос закроем, и оперов Совета с носом оставим.

***

В тесной каюте межпланетного звездолёта за откидным столиком-трансформером сидел хрупкий юноша, похожий на шевалье из старинных романтических историй. Волосы с фиолетовым отливом намекали на внеземное происхождение. У правой руки Велькса лежала личная драгоценность — карманный томик стихов незабвенного Лермонтьяка. Казалось, инопланетный шевалье всерьёз занят решением электронной головоломки – одной из типичных игрушек, встроенных в столешницу. Так и было, только головоломка во много раз сложнее.

«До Г‘Аута, планеты-спутника Славны, лететь недолго. Что значат какие-то шесть часов в масштабах Космоса? Пешком дойти. Но для меня они ползут будто улитко-черепах к краю Вселенной. Не оставляет мысль: вдруг мы ошиблись, и Грушу увезли куда-то ещё? Я помню: она не так проста. Но то, что Тэш рассказал про Арену… Мало ли кого подсунут девчонке в противники, желая срубить куш! Я уже сгрыз себя за то, что не пошёл с ней. Ещё и (Гугель полный!) обрадовался: успею найти тех, кто меня в клетку законопатил и ключики от сейфа с вещами свистнул.

Только бы Груша не пострадала! Не прощу себе…

А богатыри меня приятно удивили. Правда, сначала пришлось долго убеждать в необходимости искать Грушу. Но потом помогли с расследованием и выделили группу для поиска нам с Тэшем. Мой приятель во всём старался помочь.

И Вишня (донжуан деревенского разлива!), как выяснилось, не только мастер перед девушками рельефом играть. Когда мы узнали, что Груша пропала и её видели с одномирцами Тэша, хмель слетел с богатыря быстрее обновления страницы Гугеля. Я один ничего не слышал о маньяках спортивных игр с соседнего Г’Аута. А без гаджетов и такого нужного Ай-нета абсолютно беспомощен в информационном смысле. Р-р! Кривым файлом в Святой Ноут!

Поздно. К Гугелю сожаления!

Ещё раз: что мы имеем?

Первое. Груша пропала по пути с тренировки. Вишня сказал, что ушла она раньше, только опробовала новые мечи и поучаствовала в спарринге. Говорила про опасения за меня. Думала: опять влипну куда-то.

Она решила поторопиться и сократила путь, свернув в безлюдный переулок за Булочной. Ей повезло: незадолго до этого под телегой, «припаркованной» у одного из домов, спрятался мальчишка, сын булочника, убежавший от местной шпаны.

Он-то и увидел, как к Груше подошли трое крепких мужиков с выбритыми на затылках гербами в виде скрещённых кинжалов. Такие, объяснил Тэш, носят жители мужеского пола на Г’Ауте, которые в изрядных количествах шляются по Ярмарке. Впрочем, кто здесь только не шляется! Даже я притащился из другой Галактики, хотя мои фиолетовые соплеменники-то совсем не жалуют Славну. Не центр цивилизации, прямо скажем. Да и запрет на использование электронных гаджетов не всем по вкусу.

Одета троица была в зелёные с красным короткие плащи. Мальчик-булочник рассказал, как один из них брызнул чем-то в лицо Груше, а другой подхватил падающую девушку на руки, приговаривая: «Ай-я-яй! Не надо так расстраиваться! Скорее к доктору!» Потом накинули на неё такой же плащ, как у них, и унесли. Банально, просто. Случайным свидетелям было непонятно, что произошло, но всё выглядело, будто они знакомы и, конечно, желали девушке только хорошего.

Но мы бы этого не узнали, не объяви Князь всей Ярмарке о награде за любую информацию о Груше-богатырке. Времени у похитителей было достаточно. Объявление прозвучало лишь утром. Хорошо, корабль для поиска Совет Галактик выделил без проволочек.

Все равно остались вопросы: как они вынесли её с Ярмарки? Кто их выпустил? И почему?

Ладно, оставим пока. Вернёмся — вытрясем!

С кораблём всё понятно: улетели на принадлежащем одному из них. Что захотел, то и вывез — хоть тонну чугуна, хоть повозку с куронями или девчонку. Частное предприятие, бла-бла-бла.

Главный вопрос: зачем она им понадобилась? Что в ней такого ценного?

Юная богатырка… Силы, как не у всякого мужика. Роста маленького – скорее, девчонка, чем девушка. Это я знаю, что ей двадцать, а с виду не скажешь. Тэш что-то мямлил про соревнования на своей планете. Но участие добровольное. Воровать-то зачем? Да и не будет она ради денег сражаться, богатырский Кодекс и тэ дэ... Эх, если б узнать мотив киднепперов — понятно будет, где искать!

Был ещё один неясный эпизод. Пока все толпились в княжеской «приёмной», а мальчишка-свидетель в красках описывал похищение, Князь неотрывно смотрел на Тэша. После увёл его в комнату. Уж не знаю, о чём они говорили, но Тэш вернулся почти в слезах, с лицом в красных пятнах. И до самого отъезда избегал меня, даже не здоровался.

Нечистый Гугель! Там-то что произошло?

Ладно, скоро прилетим на Г‘Аут. И где искать богатырку? Планета – не село и даже не город. За полдня не обежишь! А за истекшее время девушку в рабство продать могли.

Ох, Груша… Зачем же ты им могла понадобиться?»

Мне надоело задавать себе вопросы по кругу, дело явно бессмысленное, когда не хватает нужной информации.

И я пошёл её добывать.

Субтильную фигурку Тэша заметил по дороге в кают-компанию, показалось — он яростно ковыряет кнопку лифта в шлюзовой отсек. Но мог ошибиться: его пышные каштановые волосы не давали в точности разглядеть, что он делает.

Услышав мои шаги, Тэш резко развернулся и, сузив глаза, спросил:

— Ты что? Следишь за мной?

— А надо?! Тэш, ты чего? Это же я, Вель. И ты мне почти как… брат!

Глаза у Тэша округлились. Он открыл рот, закрыл, словно не находил слов, а я, воспользовавшись заминкой, задал интересующий вопрос:

— Слушай, что тебе сказал Князь?

— Я не хочу возвращаться, — невпопад ответил он, отворачиваясь и краснея.

— Ты не потерялся. Ты сбежал…

— Не твоё дело! – снова окрысился он в ответ.

— Не моё, так не моё, — согласился я, решив отложить вопросы эти на потом. — Расскажи про свою планету!

— Что?

— Я хочу понять, что может угрожать Груше. Я ж про Г’Аут ничего не знаю, кроме рассказанного тобой. Понял, что у вас круглогодично идут всевозможные соревнования. Много стадионов. В каждом городе соревнования по одному из видов спорта, так?

— Ну...

— Что «ну»? А что ещё? Зачем им Груша?

— Ты только о Груше и думаешь! — он крутанулся и быстро-быстро пошёл к своей каюте.

— Тэш…

Я смотрел ему вслед.

«Ничего не понял! Ведёт себя, как девчонка. А может?.. Чувствую себя полным Гугелем!»

Плюнув, в сердцах пошёл искать богатырей. Вишню с Лысым застал в кают-компании. Увидев меня, они оборвали разговор.

— Военные секреты? – с намёком спросил я.

— Та не… — лениво откликнулся Вишня, разглядывая меня с интересом энтомолога.

— Я в этой части Галактики впервые. Что угрожает Груше? Зачем надо было её красть? Старые враги? Рабство?

Они переглянулись и, похоже, пришли к единому мнению. (Как мне надоели недомолвки и секреты! Чтоб их Гугель покусал!)

— Великс, третий сын… — официальным тоном начал Лысый.

— Можно просто Вель, — поморщившись, поправил я. (Никак не привыкну, что имя переиначивают! Дома зовут Велькс, но инопланетным легче произносить Великс).

— Вель, мы смекаем — дело в соревнованиях…

— Воровать-то зачем? – я начал слегка раздражаться на всезнаек, тянущих трубегемота из болота за хвост. – Состязания же открытые! Она не согласится. Сыворотка подавления воли? Это незаконно!

— Не! Проще. Есть две арены. Законная и подпольно-ночная, со смертельными игрищами...

— И немереными таньгами, — вклинился Вишня.

Богатырь делал вид, что не слушает наш разговор с Лысым, а увлечён подбрасыванием кортика и ловлей его из разных положений. Получалось у него неизменно ловко. Вид у Вишни был, словно все происходящее – лёгкая незапланированная прогулка по отдалённым туристическим местам.

— Деньги там и впрямь немалые... Мафия, как ты разумеешь, не бедствует, — выразительно глянув на товарища, продолжал Лысый. — А мы охраняем Ярмарку, летаем к соседям только по делам сопровождения и не участвуем в таких «соревнованиях». Всё редкое и уникальное — не просто большие деньги. Агромадные! Мозгуем, Грушу хотят использовать в подпольных игрищах на выживание.

— Но она ж никогда добровольно не согласится! Богатырский Кодекс... Всё же сыворотка?..

— Вряд ли. Там «гурманы». Всё добровольно. И под контракт. Чтоб Совет Галактик не прикопался. Как мыслишь, почему он смотрит на все их делишки сквозь пальцы?

Я выдохнул. Значит, не страшно. Пока будут её уламывать (дело точно не быстрое!), мы успеем вмешаться.

— Но! Они мастера уговоров, — словно угадав мои мысли, произнес Лысый.

— Вель, ты иди, отдохни, подготовься. Салиту бери. Прибываем.

Я коротко кивнул и вышел: «Салиту… Ага! В такой ситуации новейшее лазерное оружие нужно или огнестрельное хотя б, а не шпага!»

Сложилось ощущение: они что-то недоговаривают. А зря… Не нравится мне всё это! Богатыри привыкли действовать на своей отсталой и патриархальной планетке. Наивные они слишком…

***

«Ну, Великс, демон крапчатый! Так. Топорик за пояс сзади. Игрушка детская. Мелкий, весит – чуть. Но заточка что надо. Сталь такую и не видала никогда. Пойдёт, в общем, на крайняк. Спасибо, меч с ножом выбрать дали…

С напарничками беда прям. Одного Крюком кличут. Цыкает, плюётся всё время сквозь дырку от зуба выбитого. Сразу видно – местный. По головушке бедовой узнаётся влёт. Два кинжала выбриты красиво на затылке. Цирюльник не безрукий, да с воображением у него туго. Всех под одну гребёнку. Ну, то ладно. Вот второй – носорожец мой ненаглядный. Ведёт себя тихо, правда, не скачет, как во время гона, пеной не плюётся. Косит лиловым глазом недоверчиво, что конь на продажу выставленный. Торнадо – надо же, имечко какое. Глазик-то я ему подкрасила. Любят заправилы тутошние пошутить, ага.

Вокруг лесок чахлый. Точнее, опушка. Поле – стрелой раз перекинуть, за ним – город. Обычный, похожий на те, Ай-нетом мне показанные. Только брошенный давно. В темноте не видно толком, но луны, хоть за облаками, светят кое-как. Там-сям огонь открытый. Интересно, что горит? И кто подпалил?

Свет неверный, но мне хватит. Задача ясна. Пройти к центру развалин, супротивников, числом трое, победить, значит, а там и цель моя. Дружок пленённый в коробке стеклянной, если Кубе-парасюку верить, ждёт Грушу не дождётся. Княжна спящая, ага.

— Ну что, потешные, вперёд! Или есть что сказать, прежде чем в бой ввяжемся?

— Чё говорить-то? – сплюнув в очередной раз, просипел Крюк. — Пошли, всех убьём, кредитов поднимем немерено — и всё… Считай, до звёзд поднялись.

— Тоже мне, убивака, — Груша больших проблем в предстоящем приключении не видела, но настроена была серьёзно. — Давай уже, ты ж местный, всяко быстрее сориентируешься, веди к этому… акватерему коозовому.

Тот, недолго думая, рванул к ближайшему проходу между домами. Груша поспешила за ним, отметив боковым зрением мощную фигуру Торнадо за левым плечом.

***

— Итак, уважаемые члены клуба «Шадовгэйм», сегодня я как никогда рад приветствовать вас на очередном этапе наших захватывающих игр! Радость и предвкушение переполняют меня, ибо в этот раз мы снова продемонстрируем основополагающий принцип нашей скромной организации, звучащий просто и незамысловато: нет банальности! – красивый баритон Кубы сочился энтузиазмом и искренним счастьем. Будучи бессменным комментатором теневых состязаний много лет, он прекрасно знал, чего хочет публика, и всегда поддерживал её в нужном состоянии до самого финала. До той последней, кровавой точки, знаменующей не только победу одной из команд, осуществление надежд любителей запретных зрелищ, горе проигравших, но и процесс перетекания огромных потоков кредитов от одних хозяев к другим. Существенная часть которых благополучно оседала на счетах компании. И лично Кубы.

— Масса неожиданностей приготовлена сегодня для наших игроков. И, конечно, для вас, дорогие мои. Пока бойцы выходят на исходные позиции, прошу вас обратиться к личным коммуникаторам. Открывайте наше приложение. Первый сюрприз трансляции заключается в том, что некоторые этапы продвижения наших команд-участниц будут подсвечены. Это значит, что вы сможете непосредственно поучаствовать в происходящем действе. Сочувствуете бойцу? Отлично! Пусть играет, полагаясь исключительно на себя. Боец пассивен? Достоин наказания? Делаете выбор — и локация, исполняя ваше желание, резко меняется, заставляя негодника двигаться порезвее, как только красный график перейдёт отметку в пятьдесят процентов аудитории, – комментатор перевёл дух. — А теперь представлю бойцов! Итак, двукратный чемпион нашего клуба, безоговорочный победитель прошлого сезона в индивидуальном и групповом зачётах, прирожденный убийца, мастер маскировки и подлых ударов, повелитель коварных клинков — непревзойдённый и неумолимый Кэээээрюююк!..

***

Приключения на пятую точку нашлись быстро. Похоже, орги смухлевали и другой команде дали фору. А богатырку сотоварищи предупредить «забыли». Впрочем, Груша иного от хитрозадых местных заправил не ждала. К неожиданностям была готова. Как ей казалось.

Вблизи стало ясно, что вдоль улиц расставлены стальные бочки, в которых горела какая-то дрянь. Запашок тот ещё. Огонь позволял рассмотреть происходящее вблизи, но полностью свёл на нет все усилия обеих лун осветить локацию целиком. Густо рассыпанный мусор, кучи стекла, замершие в беспорядке разбитые и сожжённые мобили сделали невозможным быстрый рывок к цели.

Попав в чужую, незнакомую обстановку разрушенного города, Груша просто растерялась. Это было настолько неожиданное и несвойственное состояние, что атаку она позорно прошляпила.

Из тёмного, утонувшего в тенях провала в покосившемся здании с лёгким свистом вылетело боло, пронеслось сквозь огонь над бочкой, мимо которой крадучись пробирался Крюк. Один из шаров ударил бойца, дезориентированного близким пламенем, в скулу и сбил с ног.

Девушка замерла, раскорячившись над разбитым мобилем, через который в этом момент перелезала. Впрочем, инстинкты включились мгновенно. В следующий миг тело рыбкой нырнуло вперёд, подсознательно выбирая оптимальную траекторию.

Отметив вялое шевеление сбитого партнёра, Груша просчитала наиболее опасные направления, махнула Торнадо в сторону, откуда прилетел «подарок», и начала смещаться туда, где почувствовала движение. Выбор оказался верным. Ещё одно боло, вращаясь, понеслось к ней именно оттуда. Увернувшись изящным нырком, богатырка приблизилась к невидимому метателю, пытаясь просчитать позицию третьего.

Добравшись до тёмного парадного, резким движением корпуса качнулась, оценивая обстановку. Не глазами — всеми обострившимися чувствами тренированного воина определила, что в непосредственной близости никого нет. Нападавший ушёл в глубь строения, мгновенно определить, где он находится, возможности не было.

Груша направилась назад, контролируя провалы окон и прислушиваясь к грохоту, издаваемому Торнадо. Крюк лежал на прежнем месте. Она успела удивиться неподвижности партнера. Наклонилась над ним — и тут же выпрямилась, сквозь зубы на разные лады поминая Кооза, божества почитаемого на Славне.

— Торнадо, давай сюда! Ушли эти… шакалоты.

Боец это и сам понимал. Пнув ни в чём не повинный кусок пластика, вывалившийся из стены, направился на зов Годзиллы. На душе скребли кошаки. И первая неудача не имела к этому отношения. Гадко бывшему капралу было от того, что ему предстояло сделать.

Подойдя, он коротко выругался и невольно заозирался, пытаясь определить, откуда угрожает опасность. Быстро пришел в себя и вновь глянул в остановившиеся глаза Крюка, горло которого было перехвачено ловким тихим убийцей, хладнокровно прикончившим оглушенного бойца, пока они с Годзиллой гонялись за тенями.

Гнев сменился нешуточным удивлением, когда перевёл взгляд на напарницу. Она… плакала? Да, именно. По скулам ходили желваки, казалось, слышен скрип зубов. Девушка уставилась в огонь - зло, ненавидяще, и на её щеках блестели две мокрые дорожки, в которых отражалось пламя.

***

— Какое энергичное начало, не правда ли, господа? Наш хвалёный, подающий такие надежды игрок слился на старте игры, разбив их вдребезги! Чемпион умер… Да здравствует чемпион! Но кто тот баловень судьбы, что вознесётся сегодня на самый высокий пьедестал Г’Аута? – Куба держал публику в напряжении, постепенно подогревая страсти. Манипулируя аудиторией, делец наслаждался. Всё шло по плану, к закономерной развязке, тщательно им спланированной. Потрачено немало сил, но оно того стоило. Сбоев не предвиделось.

— Но что это, господа? Такой многообещающий старт — и, похоже, бойцы расслабились! Не забываем, используя приложение НБК-Шадовгэйм, вы можете принять участие в игре. Почувствуйте себя богом локации. Эти солдатики в вашей власти!

***

Груша замерла, изучая самое большое здание из виденных в этом Коозом проклятом городе. Огромный куб возвышался над захламлённой площадью. Стеклянные стены зияли дырами, впечатление производя гнетущее, усугубленное пониманием того, что команда самых настоящих убийц уже внутри. И где-то там – Вель…

Глянув вопросительно на Торнадо, и не дождавшись реакции, девушка вышла из-за укрытия, ступив на широкие ступени, ведущие к единственному входу. Напарник вёл себя странно, но вокруг всё было странным. Она решила сосредоточиться на цели, игнорируя непонятное и действуя по обстоятельствам.

Проём огромных дверей неожиданно засветился неярким багровым светом. В глубине здания раздался шум. Это не было похоже на предыдущие действия соперников. Путь Груше преградила крупная угловатая фигура, при каждом движении издающая металлический лязг. Голем? Скорее, робот. Великс про таких рассказывал. В тусклом свете девушка увидела, как по всему телу неожиданного противника откинулись лючки, открывая с десяток отверстий. Почувствовав неладное, резкой подсечкой снесла с ног зазевавшегося Торнадо, сама взлетела в высоком прыжке, отчаянно изогнувшись. Хищная, стремительная стайка дротиков просвистела мимо. Снаряды бессильно звякнули где-то далеко за спиной, в куче битого стекла. Богатырка в это время уже приседала под мощным, но неуклюжим взмахом железной махины, за считанные мгновения преодолев разделяющее их расстояние.

Сообразив, что меч с кинжалом против такого врага бессильны, девушка закинула их в ножны. Топорик замелькал пропеллером, надрубая сочленения в конечностях робота, активированного публикой, посчитавшей, что игра утратила динамичность.

Торнадо, к своему стыду, на это веселье безнадёжно опоздал. Когда он подоспел к месту событий, всё уже кончилось.

— Годзилла, ты бессмертная?! – крикнул десантник со злобой, сунув булаву в кучу слабо шевелящегося железа. Чувствовать себя статистом было непривычно. И предстоящая подлость всё больше выводила из себя.

Девушка глянула ему в глаза (как наизнанку вывернула!), пожала плечами и рванула внутрь здания, буркнув:

— Время, здоровяк! Спину страхуй!

Помещение внушало уважение. До размеров давешней Арены недотягивало, но всё равно впечатлило Грушу, привыкшую к теремам да хатам простаков на родной Славне и ничего крупнее не видевшую до прилёта на Г’Аут. Прозрачный куб под высоченным потолком сразу привлёк внимание. Он тоже был немаленьким и, похоже, наполнялся водой, в которой кто-то плавал.

Как же – кто-то. Вот и встретились, друг сиреневый.

— Торнадо, что за хрень вокруг? – спросила Груша, пытаясь понять, как добраться до товарища.

— Э… горки? – боец не сразу понял, о чём его спрашивают.

— Ага. Ясно.

Ясно ей ничего не было, но время утекало стремительно, как вода, которой вокруг хватало. Искусственные водопады, бассейны, аквариумы — всё это хаотично нагромождалось одно на другое. Девушка метнулась к ближайшей конструкции, что возвышалась почти до потолка, в надежде добраться до Веля.

Белкой взлетела к верхней платформе и замерла, просчитывая дальнейшие действия.

Поверхность под ней неожиданно засветилась знакомым тёмно-красным светом. Понимание, что грядут неприятности, пришло сразу, но сделать Груша ничего не успела. Пол провалился, и девушка ухнула вниз вместе с водяными потоками, захлёбываясь и теряя ориентиры. Удар о воду позволил прийти в себя и понять, где верх, где низ. Вынырнув, озверевшая в край богатырка размашистыми саженками поплыла к ближайшей стенке, срисовав там три фигуры, явно её ожидающие. Ожидания должны оправдываться…

Вылетевший из фонтана брызг топорик не заметил никто. Просто одна из фигур осела на пол, словив лбом обух набравшего убийственную скорость оружия. В следующий миг, оправдывая данное на арене имя, девушка выметнулась из воды. Два клинка со свистом закрутились в её руках, но растерянность противников, вызванная неожиданным сокращением их числа, не продлилась дольше пары ударов сердца…

Каму Груша узнала сразу. Сегодня он не походил на скомороха-циркача. Двигался скупо, расчётливо. Серпы в его руках жили своей жизнью, грозя неминуемой смертью, попробуй зевни. Второй отвлекал. Отойдя чуть в сторону, не спеша раскручивал над головой очередное боло. Где же коозов носорожец? Расклад два на два выглядел бы веселее.

Торнадо в этот момент завис в нескольких метрах над схваткой и не вмешивался. Он колебался. Ему до конца жизни хватило бы кредитов, обещанных за Годзиллу. За то, чтобы десантник «вырубил» её и после игры в бессознательном состоянии доставил, куда скажет Бруй. И то сказать, Арена давно осточертела ветерану нескольких войн. Хотелось покоя в достатке и роскоши. Но эта девочка что-то сдвинула в душе бойца, давно забывшего о чести, достоинстве, принципах…

Боло устремилось к девушке, заставив её сбиться с ритма. Уклоняясь, богатырка вступила в лужу, поскользнувшись, неловко затанцевала. Продолжая в неудобном положении контролировать закутанного в чёрное Каму, она повернулась спиной к метателю. Тот потянул с перевязи пару ножей, но больше ничего не успел сделать. Тяжелая туша Торнадо рухнула сверху, подминая более легкое тело. Раздался хруст костей.

Ещё для одного участника игра закончилась.

Груша с Камой отскочили друг от друга, разрывая дистанцию.

— Всё хорошо, девочка, — широко улыбнулся десантник, распрямляясь. В этот момент что-то ударило его над глазом, проломив лобную кость, и гигант осел рядом со своей жертвой.

— Какие вы жалкие, — девушка впервые услышала шипящий голос Камы.

Глянула на убийцу, не спеша собирающего цепочку с грузиком, и красная пелена застила ей глаза. Злость, ярость, все эмоции, накопившиеся за последние дни, гнев на Кубу, гнилую планету и стадо тупых куроней на трибунах, наконец, нашли выход.

Очнулась, сжимая в стальном захвате шею убийцы. Он ещё дышал, но сонная артерия была пережата, и сознание оставило его. Груша, отшвырнув в сторону изломанное тело, посмотрела вверх и поняла, что, заполнившись водой, куб перевернётся, исторгая всё содержимое в мелкий бассейн, расположенный под ним. Вместе со слабо барахтающимся фиолетовым телом.

Недолго думая, девушка метнулась к ближайшей стойке, поддерживающей конструкцию. Небольшой наклон и выпуклости в местах стыков сегментов, позволяли двигаться быстро. Для богатырки это была плёвая задача. Преодолев три четверти пути, остановилась перевести дух. Глянула на свою цель, отмечая уровень воды и удивляясь слишком вялым движениям Великса.

***

«Как же я не люблю все старые имитаторы ковра-самолёта из Земных сказок! Но ради Груши и древние гравиботы напялил бы.

Это не первый мой полёт на аэроплатформе, но каждый раз ощущаю себя, как на летающей сковороде с ручкой. Да её она и напоминает.

Для ускорения поисков наша спасательная экспедиция разбилась на три группы. В каждую входил участник со Славны, полицейские с Г'Аута и несколько членов группы быстрого реагирования от Совета Галактик.

Не знаю, сколько бы мы искали Грушу без «особой бумаги» от Управления Совета Галактик и Межгалактической полиции, предъявленной Лысым. Местные полисмены поупирались, конечно, но куда им деваться с этого «корабля»? Кому охота оказаться в центре внимания Совета и навлечь на себя кучу проверок? Таких дурачков среди местных силовиков не нашлось. А попытка изобразить святое незнание и глухоту стремительно провалилась под неумолимым напором богатырей. Нам выделили необходимую помощь в виде летающих «сковородок» (аэроплатформы – архаика, убиться Ноутом!), вооруженного отряда сопровождения и бумаг спецдопуска, дающих право входа-выхода в самые закрытые места.

Но даже этого было недостаточно, если бы не связи Тэша. Когда очередной раз я засыпал его вопросами, тревожась о судьбе Груши, он разозлился, но позвонил своему влиятельному родственнику. Судя по искусанной в кровь губе, разговор был непростым, собеседник потребовал от моего приятеля непомерно высокой оплаты. Но мы получили наводку, где может проходить та смертельная игра, в которой стоит искать Грушу.

Наше явление на «поле битвы» произвело фурор, сравнимый с обнаружением слонопотама в муравейнике. Моя платформа зацепила частично уцелевшую стеклянную стену, и влёт сопровождался звоном града осколков и колючими брызгами.

Картину, представшую перед нами, можно назвать эпичной без иронии и преувеличения. Заядлый любитель старинных фильмов легко нашел бы сходство с эпизодами битв героев на заброшенных заводах, только здесь вместо завода - аквапарк ужасов. Куда ни глянь — отовсюду хлещет вода; валяются осколки стекла и пластика; пять огромных тёмных бассейнов с инфернальной подсветкой; головокружительной крутизны горки, ставящие под сомнение возможность туриста-камикадзе удержаться в жёлобе. В центре валяются четыре мужика, улегшиеся отдохнуть явно по чьей-то недоброй воле, и моя подруга, лезущая по железной конструкции наверх к прозрачному бассейну, в котором плавает кто-то похожий на фиолетового земляка.

И тут на сцене появляемся мы со всем имеющимся оружием наголо и портативными прожекторами, словно дурные зайцеры, мечущимися по стенам и лицам.

— Груша! Жива… — я выдохнул.

Только сейчас понял, насколько был напряжён: последние два дня практически не спал, не ел. И казалось, ничего не чувствовал. Да и богатыри буквально темнели лицами, когда выяснялось, что на очередной подпольной спорт-тусовке её нет.

Девушка зависла на одной руке, не завершив подъём, и посмотрела на меня, как на живое привидение.

Я рванул к ней на своей «сковороде», Тэш — за мной.

Выстрел застал меня врасплох. Словно в замедленной съёмке, я увидел, как кровь Груши заливает шею, плечи; как девушка отпускает опору, за которую держалась, и падает…

А затем включается безумная перемотка: слышу крики и выстрелы за спиной; успеваю оглянуться и инстинктивно, не целясь, выстрелить в сторону движущегося тела на полу. Резко разворачиваюсь и устремляюсь к Груше. Хвала Гугелю, что был близко к ней! Почти у самой земли подхватываю, втаскиваю на аэроплатформу, судорожно пытаюсь оценить повреждения, остановить кровь. Благо, универсальную боевую аптечку нам выдали спецы Совета, заставив пройти практический инструктаж. Святой Ноут, сколько крови!

Нужно срочно доставить раненую на корабль Совета, в медблоке найдётся оборудование и лекарства для помощи, лучшие из возможных. Включаю двигатели своей «сковороды» на максимум, одной рукой удерживая «руль», другой – Грушу.

Последнее, что я слышу, вылетая в разбитое окно, как Тэш кричит:

— Бруй! Где ты, престарелый ловелас? Без тебя не обошлось! Я знаю! Я, Тэша Рад Кеа, вызываю тебя на «Ан Куп Финаль»!

«Тэш всё-таки девушка! Я был прав. Но почему? — скользнула мысль. – Потом!» — оборвал себя. Сейчас моя задача довезти Грушу живой до медблока на допотопной аэроплатформе. И Кооз с Ноутом нам в помощь!»

***

Наконец, мы летим назад, на Славну.

— Вель, скажи что-нибудь из Лермонтьяка…

— Груш… Ты… Для тебя.

Такая воинская доля — Оберегать людскую волю, Бесценный жизни дар. Над головой чужие звёзды, А грозы – неба злые грёзы — Кооза смех, Асины слёзы, И молнии удар.

У неба есть свои секреты, Но речь сегодня не об этом. Открой свои глаза. Ты видишь, там, за поворотом, В который раз тебя ждёт что-то… Звучит тревожащая нота, Но нет пути назад.

Спросить бы у кого дорогу, Да только знающих немного Живёт среди людей. И очень важно, чтоб забрало Нам цель увидеть не мешало. Идти вперёд – уже немало. Иди. И не робей!