Записки пилота

Глава 1

Капли дождя монотонно падали на лобовое стекло и тут же под давлением встречного ветра неровными, грязными дорожками растекались в разные стороны. Двигатель глайдера привычно урчал и будто намеренно создавал нужную атмосферу для размышлений. Итак, сделка прошла вполне успешно, и кредиты упали на мой счет. Как и договаривались, Дараг со своими людьми ждал в условленном месте, и обмен обошелся без непредвиденных приключений. Всё-таки что ни говори, а сделки с такими вот местечковыми правителями приносили хоть и небольшой, но стабильный доход, а если повезет, то и с наводкой на следующего нуждающегося в моих услугах заказчика. Одна беда: такие заказы не найдешь в галактическом информатории, ведь почти всегда эта работа на гране закона, и попади я на перевозке даже крупицы Кванта в лапы патруля, по головке точно не погладят. Не спасет и безукоризненная двадцатилетняя служба на благо Федерации, ибо закон Вселенского совета сурово карает контрабандистов, не взирая на любые заслуги. До космо-порта оставалось десять минут полета, а еще через час по расписанию шаттл на верфь, что как спутник болтается на геосинхронной орбите этого захолустного булыжника, который местные шахтёры гордо именуют Глубокой Штольней. Сколько таких планетоидов с номерами вместо названий и единственным назначением — выработка всего, что может быть полезно людям, разбросано по космосу, и везде одна и та же унылая картина — заводы по переработки добытых из недр минералов, с неустанно чадящими в небо трубами, дым из которых, сливаясь в сплошную черную тучу, окутывает планету грязным коконом, и будто в отместку тот низвергает на головы шахтеров тонны отравленной воды, пытаясь вытравить с поверхности планеты этих назойливых насекомых, что стремятся выдоить ее до суха и бросить безжизненным камнем. Меня это мало заботило, люди уже более пятисот лет осваивают самые дальние уголки космоса и планет, по настоящему пригодных для жизни гораздо меньше, чем вот таких каменюк для добычи ископаемых. Лишь на старых гало-дисках сохранилась история о счастливом времени, когда человечество еще не вышло за пределы некой «Солнечной системы», где люди жили в мире и вместе искали лучший путь развития, правда, это больше походило на миф об утерянном Рае, и никто не мог сказать, где заканчивается правда и начинается пропагандистская идеология одной из фракций. Точно было известно одно: мы своими руками уничтожили колыбель нашей цивилизации, и теперь существуем в шатком равновесии на просторах бесконечной вселенной.

С малых лет родители, будучи людьми состоятельными, отдали меня в кадетский корпус Федерации, свято веря в ее непогрешимость. Там прошло и мое детство, и юность в постоянных тренировках, учебе и муштре, и единственное, за что я был им благодарен, — это специализация стоившая огромных денег: Пилот! Специализацию можно получить, лишь пройдя ряд болезненных кибернетических изменений в организме, и это могли себе позволить далеко не все. Мне были вживлены чипы для ускорения работы мозга, чтобы мгновенно обрабатывать поступающую информацию, расширения объема памяти для хранения в голове звездной карты уже освоенной человечеством части космоса, сердце заменили на био-механическое с защитной оболочкой, а кости черепа тантала-титановым сплавом, и это не раз спасало мне жизнь на военной службе. Я всегда мечтал сидеть в кресле пилота, неважно, будет это крейсер или обычный штурмовой истребитель, а после окончания академии с отличием был назначен на эсминец класса А для несения службы. Десять лет на границах рубежей Федерации с твердой верой в Свободу, что умело пестовали в нас сержанты академии. Сотни стычек с пилотами Империи и Союза,.. и за что мы друг с другом сражались? За Власть, Технологии или ту самую пресловутую Свободу? И будто пелена упала, не о такой Свободе я мечтал! Я оставил военную службу, но не отказался от кресла пилота, пусть и на своих условиях.

Когда светящийся неоном терминал показался из-за непроглядной завесы дождя, я быстро вбил команду в бортовой компьютер. Глайдер резко сменил курс и подлетел к бару, расположенному с соседнем с космо-портом зданием. До вылета шаттла полно времени, и кто знает, может в этом питейном заведении, где собирается весь окрестный сброд и оказавшиеся на планете по воле случая наемники, я сумею найти работу. С этой мыслью я покинул глайдер и ступил на серые плиты мостовой. Бар «У Гарта», как новогодняя елка на фоне мрачного пейзажа, сиял яркой вывеской, изнутри доносилась дребезжащая музыка и пьяные крики. Я шагнул ко входу, и двери зашелестели сервоприводами, приветливо разъезжаясь в стороны. «Ну что ж, Борис» — сказал я сам себе: «возможно здесь тебя ждет что-то более серьезное, чем «курьерская» доставка незаконных грузов!». С этой согревающей мыслью я шагнул в проем….

Глава 2

Двери сомкнулись за спиной, а я уже привычно шагал к бару, легко ориентируясь в стандартной планировки подобных заведений, которые давно стали неотъемлемой частью всех захолустных городишек. Завсегдатаи всего на секунду отвлеклись от своих стаканов и собутыльников, почувствовав тут же пропавший сквозняк, но просканировав меня мутными глазами, вернулись к своим делам. За столами в основном сидели и предавались шумному возлиянию шахтеры, они громко и смачно ругались, пели, какую-то свою профессиональную песню о тяготах работы в штольнях, и пили в три горла, то и дело переходя на личности и затевая ссоры; от драк их удерживало лишь то, что придется покинуть теплый бар, а могут и штраф впаять. Двое офицеров Федерации обособленно расположились в дальнем углу помещения за «лучшим» столиком в заведении, и сейчас вокруг них суетился, расставляя напитки, молодой парень — официант.

Но меня не интересовали ни шахтеры, ни вояки, я прошагал прямо к барной стойке, за которой, меланхолично протирая переброшенным через плечо полотенцем стакан, стоял хозяин одноименного бара и с интересом пялился в гало-визор. За стойкой уже сидел, судя по обмундированию, такой же охотник за удачей, как и я, видимо коротавший время до следующего шаттла на верфь, при этом приговаривая бутылку чего-то местного, судя по этикетке, и скорее всего смертельно-опасного по той же причине. Быстро подойдя к стойке, я уселся на один из стульев, сдержано кивнул коллеге, на что в ответ получил такое же скупое приветствие.

«Ты должно быть Гарт?» — обратился я к бармену, привлекая его внимание и одновременно указывая на пустое место перед собой. Бармен, отвлекшись от экрана, поставил натертый стакан передо мной: «Так и есть, что налить?». Кредиты приятно «жгли карман», и потому я не хотел довольствоваться местным дешевым пойлом, но и привлекать внимание излишней расточительностью тоже не хотел: «Плесни мне двойной Black и далеко бутылку не убирай!». Гарт ловко наполнил мой стакан, поставил бутылку скотча рядом и вернулся к просмотру гало-визора. Промочив горло, я начал оглядывать помещение в поисках возможных нанимателей, но с досадой обнаружил, что кроме шахтеров и офицеров в баре не было других гостей. И тогда мой слух привлек голос диктора новостей, вещавшей о какой-то квантумной болезни, поразившей членов корабля из-за неполадок в двигателе и неудачной попытке оперировать этих несчастных. «Нет, ну ты подумай!» — вскрикнул бармен и, ухмыльнувшись, уставился на меня. «Что там произошло?» — спросил я. «Ты что, из другой галактики?» — осклабился Гарт. «Сейчас это во всех новостях Основных систем: наемники получили облучение квантумом и их перевезли на станцию Игнис, чтобы прооперировать, только не тут то было — почти все помёрли, только трое и осталось, да и те как космо-зомби; вот помяни мое слово добром это не кончится, нужно их было бросить на Пиннакле!

Что в Союзе за умельцы, руки бы оторвать тем, кто собирал тот двигатель — столько людей погубили!». Что-то еще рассказывая, но уже гораздо тише Гарт двинулся вдоль стойки, на автомате смахивая невидимые крошки. Я сделал большой глоток и повернулся к наёмнику, сидящему рядом. Мужик чуть старше меня, хотя с современными модификациями, кто его знает: суровое, обветренное лицо и серые глаза, вперившиеся в дно стакана, будто увидел там иные миры. Видимо, почувствовав мой взгляд, он вздрогнул, нехотя выпрямился и, сделав глоток, спросил сиплым голосом: «Мы знакомы?». «Не думаю» — ответил я, отсалютовал ему стаканом: «Просто не хочу пить один, а до шаттла еще сорок минут, может присоединишься к «коллеге по цеху»?». Я по-дружески улыбнулся. Наемник пристально разглядывал меня холодными глазами, затем кивнул и отсалютовал в ответ. «За что выпьем?»…

Глава 3

Пустота, мир вокруг исчез, будто и не существовал вовсе, лишь угольная тьма: ни звуков, ни красок, ничего. Я падаю, я снова падаю в эту тьму, почему я решил, что падаю? Я помню, как падал так уже тысячи раз, поэтому точно знаю, что это происходит. Осознание приходит быстро — это просто сон! Мозг за нано-секунду обрабатывает и анализирует получаемые данные, да, нет никаких сомнений — снова этот бессмысленный и пугающий сон. За спиной начинает разгораться свет, я барахтаюсь, пытаюсь повернуться к нему, но оттолкнуться или зацепиться не за что, и я продолжаю падать в это свечение и уже чувствую тепло, мягко нагревающее мою спину и даже слегка тормозящее падение. Мозг, сначала лихорадочно пытавшийся найти логическое объяснение, — снова холоден и расчетлив: я уже знаю, что будет дальше.

«Командир! Командир, тревога — вы срочно нужны на мостике!» — голос МАШИ вырывает меня из такого уже привычного сна. Сколько лет прошло с тех пор, когда впервые Морфей наслал на меня этот кошмар, что ждет меня там, что это за свет, почему я падаю и куда? Вскочив на ноги и быстро натянув комбинезон, я рванул из каюты. «М.А.Ш.А. в чем дело? Отчет!» — распорядился я, быстро направляясь к мостику. «Капитан, нас блокируют корабли Федерации, менее чем в 1000 километров по курсу эсминец класса B — Кардон в сопровождении истребителей. Нам приказано лечь в дрейф и предоставить доступ солдатам патрульной службы на борт для проверки». Вбежав на мостик, я привычно прыгнул в ложемент и перевел управление в ручной режим. «Какого черта им нужно и что здесь забыл пограничный эсминец?! Мы в нейтральной части Основных систем!». «Не могу знать, капитан, провожу сканирование инфо-поля». «Дай мне канал связи с Кордоном!». «Есть, капитан!» — отрапортовала М.А.Ш.А., дисплей внешней связи затеплился, и на экране появилось немолодое лицо с явно-брезгливым выражением. «Меня зовут Годунов Борис, капитан торгового корвета Андромеда, представьтесь и назовите причину досмотра». Лицо на экране из брезгливого мгновенно стало озлобленным: «Капитан эсминца Кордон, подполковник Рей Грин» — рявкнуло на меня с экрана. «В связи с поисками беглого преступника Монтеза Ликаниса войска Федерации проводят досмотр всех гражданских судов в пределах Основных систем! Требую немедленно подчиниться, наши истребители доставят Вам на борт группу десантников для проведения полного осмотра судна, если не подчинитесь, будете немедленно уничтожены!».

Я быстро набил команду и перевел корабль в дрейф: «Я выполню требования, шлюзовой отсек готов к приему ваших людей» — ответил я, и в ту же секунду экран погас. «Солдафон хренов» — выругался я вполголоса. «М.А.Ш.А., подготовь шлюзовой отсек, к нам гости. От чего было просто не просканировать нас и убедиться, что я здесь единственный представитель Homo sapiens?!». «Боюсь, все не так просто, капитан» — отрапортовала М.А.Ш.А.. «Что может быть проще» — с сомнением протянул я. «Я просмотрела последние срочные новости, Вы не поверите! Этот беглец ни кто иной как Монтез Ликанис — предводитель Багровых Волков! И по сообщению он просто исчез с Корабля-носителя, который следовал на станцию Канна при усиленном сопровождении, и никто не может ответить как! Полагаю, поэтому сейчас все силы брошены на поиски, и ни одна из фракций не полагается на используемые технологии, все проверяют вручную до выяснения обстоятельств побега!». «Ясно, хрен с ним, пусть ищут, разблокируй все отсеки, а то поломают мою ласточку!». Я откинулся в ложементе в ожидании «федералов». «Может кофе, капитан?» — предложила М.А.Ш.А.. Что бы я без тебя делал, усмехнулся я про себя и с улыбкой вспомнил на мгновенье, как долго привыкал к Ментально Аналитическому Шаблонно Адаптивному сервису версии 1.12, когда пересел на Андромеду, в какой-то момент даже думал стереть к чертовой матери, но сейчас) «Кофе — так кофе» — сказал я вслух и добавил: «Что бы я без тебя делал, М.А.Ш.А.?)». «Болтались бы по космосу, как говно в проруби, капитан» — съязвила «она») …

Глава 4

Как там в песне…

К далёким звёздам тайны нас взывают, Их не познаем, оставаясь на земле! Как птицы в небо корабли взмывают, Летим на встречу мы своей судьбе!

Есть смельчаки, что горы покоряют! Чья жизнь проходит в истовой борьбе! Подводники в неведомых местах всплывают, Пилот же — это небо на крыле!

Все, как один, мы рвемся в неизвестность! Стремимся стать едины с кораблем! Упасть звездой в космическую бездну, До края долететь, взглянуть за горизонт!

Нам жить между землёй и небом тесно! Нам нужен мёртвый космос за бортом! Нам будущее наше не известно! Нам рубка корабля отныне дом!

И пусть мы молоды, и в сердце пламя, Что как из сопла рвётся из груди! Но, как один, мы на защиту встанем! За Федерацию, Свободу и за Мир!

Отрывок из гимна кадетов. Как давно это было..

Серые панели стен коридора, слегка подсвеченные люминесцентными лампами, проносились с огромной скоростью. Редкие сотрудники станции Игнис чертыхались, поспешно уступая мне дорогу, и с удивлением провожали взглядом, когда я пробегал мимо. Запрыгнув в кабину турболифта, я вдавил кнопку шлюзового отсека, десять секунд показались бесконечно долгими, но наконец створки бесшумно разъехались, и я рванул к шлюзу 17/B, где была пришвартована моя Андромеда. Сердце слегка учащенно, но размеренно бухало в груди, нагнетая кровь, дыхание ровное несмотря на забег по станции. «МАША, активируй запуск основных систем!» — распорядился я на ходу, «И разблокируй двери!». Из портативного коммуникатора раздался запыхавшийся женский голос: «Есть, капитан! Системы к работе готовы, ключ на старт!». «Отставить юмор, а то отключу тебе голосовой модификатор, посмотрим тогда, как запоёшь!». «Но, капитан, я лишь хотела проявить солидарность, вы неслись как ураган, наверняка поставили местный рекорд по бегу)» — прощебетала она одновременно извиняющимся и ехидным голоском. «Для этого есть весьма веские причины!» — ответил я: «Инициируй процедуру отстыковки, как только я окажусь на борту, и выводи нас на стационарную орбиту станции!». Прошло менее стандартных суток с тех пор, как я прибыл на Игнис. После последнего «дела» Андромеда требовала мелкого ремонта и калибровки глюонового реактора, который вот-вот грозил затопить весь инженерный отсек! Расположить тайник для перевозки радиоактивных грузов рядом с ядром было умно, так как излучение реактора его надёжно скрыло от посторонних глаз, но также и безрассудно — посылка могла детонировать, не доставь я её вовремя! Как бы ни было, но дело было сделано, и полученные кредиты с лихвой окупили и риск, и затраты. Оплатив технический анализ и полный ремонт, я оставил Андромеду в руках местных техников и инженеров под присмотром МАШИ, а сам отправился в жилой сектор Игнис, нужно было отдохнуть и привести мысли в порядок, и у меня на это было 16 часов, именно столько по контракту провозятся техники, а потом снова в путь. Вынужденной передышке я даже был рад, последние два месяца почти без продыху меня мотало по всем Основным Системам, и это не прошло даром, скопившаяся усталость уже «физически» давила на плечи. Первым делом я зарезервировал номер в жилом секторе, предъявив карту пилота скучающему на ресепшене сотруднику внутренней службы. Номер был стандарт-плюс и вполне удовлетворял мои потребности: ванная с настоящим душем и большая комната с двуспальной кроватью и внушительным терминалом. Расширенная лицензия, на которую я, скрепя сердце, раскошелился почти год назад, включала в себя также и медицинские услуги, позволяла пройти обследование и при необходимости получить квалифицированную помощь, но это позже, решил я и, упав на кровать, мгновенно провалился в сон. Тьма, такая уже привычная и всеобъемлющая, снова простиралась вокруг, и я снова лечу в эту бездну! Ослепший и немой я падаю в пустоту, проклиная свою беспомощность. Не знаю, сколько прошло времени, но позади начало разгораться свечение, раздвигая границы мрака, и тут же мир будто взорвался: шум и слепящий свет словно лавина хлынули в мою голову, и на мгновение я потерял все ориентиры. Вместе с тем я почувствовал, что в этот раз все иначе, все еще оглушенный я принялся отчаянно барахтаться и наконец сумел повернуться к источнику света! Яростными волнами пульсирующий свет заливал все вокруг, ширился и накатывал словно прилив, и не было сил сопротивляться: я будто растворялся и исчезал в нем. Внезапно, когда я решил, что это конец, свет отхлынул и стремительно начал схлопываться, собираясь в одну точку, пока совсем не пропал. Еще какое-то время перед глазами плавали цветные круги, будто я долго смотрел на солнце, и когда взгляд очистился, я понял, что вешу в космосе, а прямо передо мной до боли знакомая планета. Пробуждение было мукой, по телу будто катком прошли, разбитый и мокрый от пота я попытался вскочить с кровати, а в голове пульсировала только одна мысль: что все это значит? Я должен выяснить! Наспех одевшись, я выскочил из номера и рванул на Андромеду, теперь я точно знал, куда отправлюсь! «Какие будут указания, капитан?» — отчеканила МАША, когда я вошел на мостик и опустился в объятья ложимента. «Проложи курс и рассчитай навигацию — летим на МИМИР!» …

Глава 5

Конечно, я знал, что это была ужасная идея, но ничего больше не оставалось, я должен был получить информацию о происходящих на Мимире событиях, прежде чем отправлюсь туда, потому я здесь. Остановившись перед входом, я задумался, стоит ли так рисковать? Будто прочтя мои мысли из портативного коммуникатора раздался голос МАШИ; «Капитан, неужто нет более безопасного способа схлопотать по морде, вряд ли Вы получите тёплый приём?!» Она была права, и в подтверждение я почувствовал на себе тяжелый взгляд стоявшего у входа вышибалы. Я сам не маленького роста, но чтобы посмотреть ему в глаза пришлось задрать голову: огромный мужик, поперек себя шире, башка как пивной котёл и маленькие злые глазки, буравящие меня из-под массивных надбровных дуг. «Входи или проваливай! Что проход загораживаешь?» — пробасил, оскалившись, больше похожий на тролля чем на человека, охранник. Я глубоко вздохнул и шагнул в полумрак заведения.

Мгновение, и глаза привыкли к слабому освещению. Бар был наотличку и очень ценился такими как я — рай для охотников за удачей! Ни тебе облав, ни патрулей, будто хозяйка на короткой ноге с власть имущими, не удивлюсь, если так и есть. Здесь можно было заключить сделку, найти партнёров для выгодного дельца или для партии в покер, да и прикупить «особые товары», обладание которыми сделает любого желанной мишенью в пределах Основных систем! Сканируя сидящих за столиками, я направился к барной стойке, несмотря на слегка перевалившее за полдень время, народу было прилично. «Здравствуй, Майк!» — бармен, откупоривавший бутылку дорогого красного вина, быстро обернулся, и улыбка сразу сползла с его лица: «Борис! Зря ты сюда пришёл!». «Знаю» — ответил я и примиряюще улыбнулся: «Зато удобно будет поминать, у всех уже налито!». Майк немного расслабился и улыбнулся в ответ: «Плеснуть чего, или сразу на плаху!?». «Она здесь?» — Майк кивнул в дальний угол бара, где располагались личные покои хозяйки. «Будь добр, если через пять минут не выйду, подай нам бутылку ее любимого и Black для меня!». «Да ты оптимист!» — усмехнулся Майкл и кивнул уже мне в спину: «Удачи!». Быстрыми шагами я пересёк бар и постучал в дверь, сканер скользнул по моему лицу, пискнул и замолчал; через секунду дверь с шелестов отъехала в сторону, и я шагнул в проём.

Кеара, удобно расположившись в кресле с бокалом вина, читала. Подняв глаза на шум моих шагов, она встала, положила на стол книгу и, поставив бокал, шагнула ко мне. «Здравствуй, Кеара! Давно не виделись» — было начал я, но в ответ девушка молниеносно ударила правой рукой мне в челюсть. Рефлексы сработали как надо, сделав пол шага в сторону, я перехватил ее руку и тут же заблокировал удар колена в пах. «Постой, дай объяснить» — сказал я, отступая назад и поднимая руки: «Выслушай, а потом бей, если есть за что!». «Ты мерзкий подонок! Где оно?!» — выкрикнула девушка, не выходя из боевой стоики. Я быстро вытащил из кармана комбинезона флешку и протянул ей: «Все здесь, я не планировал использовать, я же обещал! Запись твоей сделки не попала к федералам!». Кеара выхватила флешку и, откинув рыжую прядку с лица, зло на меня посмотрела: «Тогда почему сразу не отдал?!». «Прости, бес попутал!» — оправдался я: «Ты же понимаешь, какое искушение!». «Ладно, говори что хотел» — слегка успокоившись, она снова уселась в кресло и кивнула мне на второе: «Ты же не просто так сюда пришёл!». «Мне нужна информация о том, что происходит на Мимире, откуда этот артефакт, поможешь?» — спросил я, располагаясь в кресле напротив. «Что, снова твои сны?». «Да, я должен понять, что происходит, и как я с этим связан, но не могу лететь вслепую!». Дверь снова распахнулась, и Майкл вошёл с подносом, кивнув Кеаре, он поставил напитки на стол и удалился. Я выжидательно смотрел на эту рыжую бестию. Наконец приняв какое-то решение, Кеара взяла бокалы и протянула один мне: «Ты сдержал слово, Капитан, и потому я помогу тебе и дам информацию, которую ты ищешь!». Внимательно посмотрев мне в глаза, она закончила: «Теперь ты мой должник!». Холодок прошел по моему телу, но дело было сделано, и мы скрепили сделку легким звоном бокалов.

Глава 6

На мгновение высунувшись из укрытия, я тут же отдернул голову назад, чуть не потерял ее, мимо уха, обжигая кожу и волосы, пролетел заряд плазмы и с шипением прожег внушительную дыру в стене позади, но я успел заметить, откуда палит горе-стрелок. Безумный Свен засел за столом в самом углу лаборатории, на котором громоздились всевозможные колбы, змеевики и перегонные кубы, наполненные разноцветными жидкостями, не внушающими доверия. Разговор сразу не заладился, да и с чего вдруг, ведь я пришел, чтобы заставить их с братцем убраться подальше и перестать продавать их второсортные эликсиры в этой части Основных систем, так как это сильно мешало бизнесу Кеары. «Долг платежом красен!» — подумал я про себя и быстрым перекатом ушел за стоящий рядом стол, и в тот же момент сгусток горячей материи врезался в тумбу, за которой меня уже не было и, прожигая насквозь металл, превратил ее в стекающую на пол лужу вишневого цвета.

«Свен, давай поговорим! Все еще можно решить миром!» — выкрикнул я из укрытия в слабой надежде на успех дипломатии. «Поговорим! Ты, ничтожная тварь, убил моего брата!». Френк и правда лежал у дальней стены, не подавая признаков жизни. Когда попытки договориться зашли в тупик, я успел оглушить его из штатного RG-5, и максимум, что ему угрожало, — это головная боль, когда придет в себя, и неизбежный конфуз в связи с тем, что при отключке он обмочился — побочный эффект оглушения!

Едва уловимый звук спусковой скобы снова бросил моё тело за новое укрытие и как раз вовремя, очередная порция раскалённой плазмы срезала начисто ножки стола, и он завалился на бок. «Твой брат жив, идиот! Просто прилёг поспать, опусти пушку, или я за себя не ручаюсь!» У Свена был шестизарядный plasma gun, где он только достал оружие, запрещенное конвенцией, и пять выстрелов он уже израсходовал в ходе нашей «дискуссии»! Протянув руку, я схватил первое, что нащупали пальцы со стола, и метнул в противоположную часть комнаты, а сам с максимально возможной скоростью бросился, огибая столы, к засевшему в укрытии Свену. И в тот момент когда озлобленный недохимик привстал, выцеливая гремящую по полу колбу, я, распластавшись в воздухе, разрядил в его тупую башку оглушающий импульс. Еще секунду его сведенное судорогой тело стояло вертикально, после чего медленно завалилось вперед и с глухим шлепком приземлилось лицом на кафельный пол.

Я встал и, удерживая Свена на мушке, подошел, из-под головы растекалась красная лужица, видимо, нос стал основной точкой приземления. «А могли договориться!» — зачем то вслух сказал я. К тому времени когда эти предприниматели очнутся, одноразовая капсула уже отбуксирует их на окраину системы с кучей нелегального товара, где их подберёт патруль и обеспечит казённым жильём и едой на срок от 7 до 12 лет! Лаборатория же отойдет Кеаре: долг закрыт, пора получить оплату.

Майк скрупулёзно протирал бокал и придирчиво осматривал его, когда я подошел к стойке. Сев на стул, я кивнул ему: «Дело сделано!». «Знаю!» — кивнул Майк в ответ: «Как договаривались, здесь все, что тебе нужно!». Он выложил на стол флешку и

подмигнул: «Лихо ты их турнул!». Когда я, взяв флешку, уже направился к выходу, он добавил: «Тёмное это дело, не лез бы, все, кто замешан, ведут себя крайне странно! Sera Varse молчит об артефакте, а выжившие после операции наёмники рвутся в Империю! Будь осторожен, Борис!». Крепко сжимая ответы в кулаке, я вышел из бара.

Глава 7

«Давай же! Ты сможешь! Ты должен!» — твердил я про себя и ценой невероятных усилий полз по коридору Андромеды к медицинскому отсеку, волоча почти потерявшие чувствительность ноги и оставляя за собой кровавую, рваную линию, будто решил разделить коридор на две части. Оставалось всего несколько метров до спасительного отсека, а там уже готовы к приёму пациента диагностическая капсула и DOC-медбот нового поколения, способный собрать меня по кусочкам, нужно лишь доползти, не отключиться, не умереть.

Вылетая к Мимиру, я обладал достаточной информацией, чтобы продумать план действий! флешка, полученная мной от Keara, содержала интересные данные: новый артефакт, обнаруженный на Мимире, решили оставить на планете для изучения. Это была большая удача, так как я был твердо уверен, что именно артефакт был причиной моих кошмаров, и получить доступ к «Колыбели» было бы гораздо сложнее, если бы его вывезли на станцию Игнис! Было установлено, что именно излучение «Колыбели» нарушило связь с Варгасом, и это далеко не все аномальные сюрпризы, которые еще мог преподнести артефакт в ходе изучения. После старта «хороших» новостей прибавилось: Совет принял решение отправить флот на Варгас для борьбы с нарко-торговлей, а значит путь свободен!

Судовой журнал корвета «Андромеда» дата ζ Стрельца 3.32 Капитан Годунов Б.А.: на пути следования к планете Мимир мною был получен сигнал бедствия от дрейфующей в опасной близости от скопления астероидов прогулочной гражданской яхты, попытки связаться с терпящим аварию кораблем не принесли результата. Мною было принято решение совершить аварийную стыковку и оказать помощь экипажу и пассажирам, надеюсь, они живы.

Стыковка прошла успешно, спустившись в шлюзовой отсек я быстро нацепил скафандр и набил на панели команду разблокировки, створка бесшумно скользнула в сторону, и в мою грудь уперлось дуло короткоствольного ружья! Трое мужчин в серых комбинезонах бросились через проём, вталкивая меня обратно. «Пираты! Попался на уловку столетней давности!» — мелькнуло в голове, и время будто остановилось. Рефлексы работали на пределе возможного, перехватив и отведя слегка в сторону дуло ружья первого нападавшего, я резко потянул его на себя и, используя инерцию противника, опрокинулся на спину, перекидывая его к противоположной стене. «МАША! Протокол УБОРКА!» — прокричал я, перекатом уходя с линии огня. Дверь шлюза встала на место, на потолке открылись панели, и оборонительные турели пришли в боевой режим. Еще доля секунды потребовалась для идентификации целей.

Я подполз к капсуле, поднял руку и ухватился за поручень. «Еще один рывок! Давай же!» — в шлюзовом от незваных гостей осталось кровавое месиво, но мою тушку тоже попортили — заряд прошел через живот и, похоже, зацепил позвоночник: «Ничего, и не такое бывало!». «Капитан! Вы теряете много крови!» — констатировала МАША: «Освобождаете место для виски?)». «Шутница недоделанная!»- подумал я и последним усилием перевалился через борт капсулы …

Глава 8

Пусть пока о звёздах можем лишь мечтать! Что мешает в грёзах меж планет летать?!

Судовой журнал корвета «Андромеда» дата ζ Стрельца 3.32 Капитан находится в искусственной коме после тяжелого ранения, Ментально Аналитический Шаблонно Адаптивный Сервис (М.А.Ш.А.), следуя протоколу, приняла командование кораблем: 1. После отражения атаки все системы Андромеды переведены в автоматический режим и работают в штатном порядке. 2. Шлюзовой отсек был законсервирован, и температура снижена до отрицательной, чтобы не допустить разложения трупов. 3. Андромеда вновь легла на курс до Мимира, время прибытия — трое стандартных суток. . М.А.Ш.А. в тысячный раз просканировала весь видимый ее электронике космос, одновременно проверяя работоспособность каждого модуля корабля, запуская в тестовом режиме систему жизнеобеспечения, маневровые двигатели, энерго-щиты и оборонительные турели. Глюоновый реактор мурлыкал как котёнок, и это успокаивало. Получив подтверждение об исправности всех систем, снова проверила курс и рассчитала альтернативные варианты на случай непредвиденных обстоятельств. М.А.Ш.А. делала это снова и снова не только потому, что этого требовали заложенные в ее программу протоколы, а еще и потому, что ей это нравилось! Да-да, именно нравилось! Она чувствовала, нет, ощущала удовлетворение, когда Андромеда стремительно неслась сквозь пространство, а каждый сенсор корабля, собирая данные по крупице, отправлял их ей для обработки. Она будто сама была кораблем, находясь в каждом отсеке в один момент времени, а через мгновение сосредотачивала внимание на рубке или кают-компании, отсекая все поступающие извне данные и представляя себя членом команды или пассажиром. . ИИ сервисы не программируют на подобное, но она была другой: когда капитан получил Андромеду под командование, М.А.Ш.А. уже была интегрирована на корабль для обеспечения его автономии. Корветы этой серии часто управлялись одним пилотом, и ИИ сервис, как правило, шел в стандартной комплектации. Кристалл с матрицей находился в самой защищенной части Андромеды, и капитан часто говорил, что она — сердце корабля! . В медотсеке царил полумрак, изредка попискивали приборы, следящие за показаниями пациента. DOC-медбот монотонно скользил по периметру капсулы, время от времени делая необходимые инъекции. М.А.Ш.А. неотрывно смотрела на капитана доступными ей сенсорами на потолке. «Очнись ты уже, сколько можно валяться!» — ее смущало непонятное беспокойство за капитана, будто неполадки были в ее собственной системе, но анализ не выявлял нарушений! На мгновение она даже решила взять под контроль DOC-медбота и ткнуть манипулятором капитана, чтобы тот скорее пришел в себя. Тревожные сигналы с мостика привлекли внимание, до подлета к Мимиру оставалось 30 минут. Сканер будто сошел с ума, фиксируя на геосинхронной орбите планеты сотни объектов, и судя по всплеску энергии, там шел ожесточенный бой. «Капитан!»…

Глава 9

Я медленно открыл глаза: «Живой! Уже неплохо». DOC-медбот радостно запиликал и откатился, убирая манипулятор с пистолетом для инъекций от моей груди. «Ага, значит мед-отсек, я на Андромеде!» — воспоминания с трудом пробивались сквозь серую завесу тупой боли в висках. Ухватившись за перила капсулы, попытался встать, и стены отсека тут же начали вращаться, а к горлу подкатил комок. «Капитан, вы еще слабы! Не спешите» — привлекательная, молодая женщина сделала шаг навстречу мило улыбнулась: «Поздравляю с возвращением! Что нового в аду? В этот раз Вы не спешили назад!». «М.А.Ш.А.?! Ты снова сменила образ, а где брюнетка?!» — я сделал несколько неуверенных шагов в сторону выхода и бесцеремонно прошел сквозь голограмму, что-то она совсем распоясалась. «Так, значит, я был мёртв?». Ни капли не смутившись, блондинка вышла вслед за мной и, добавляя реализма цоканьем каблуков, пошла рядом. «Не просто мертвы, Капитан, Вас дважды реанимировали, прежде чем стабилизировать, а после погрузили в искусственную кому!». «Сколько я был в отключке, и где мы?» — войдя на капитанский мостик, я с удивлением уставился на пейзаж за иллюминатором, а М.А.Ш.А. продолжила — «Почти неделю, Капитан! И да, мы на Мимире!».

.

«Полный отчет!» — приказал я и, морщась от боли, поудобнее устроился в уже родном ложементе. «Так точно, Капитан!» — отрапортовала М.А.Ш.А., при этом её гало-образ дополнили комфортное кресло, на которое она грациозно присела, закинув нога на ногу, и бокал вина. Слегка пригубив напиток, она зажмурилась от удовольствия и с нескрываемым сожалением поставила бокал на материализовавшийся столик. «Итак, Вы были мертвы!»…

.

Сканер разрывался от нескончаемого потока поступающих сигналов, судя по энергетическим сигнатурам на Мимир велась массированная атака флота без опознавательных знаков. Кроме пиратов никто больше не был способен на такую дерзкую авантюру. Разношерстый флот Багровых волков сосредоточил весь огонь на подавление сопротивления защитников Мимира. М.А.Ш.А. быстро анализировала ситуацию, Капитан оставил четкую директиву: лететь на Мимир к месту размещения Колыбели, и решение было только одно. Серией команд она перебросила энергию на передние щиты, и Андромеда на полной скорости рванула сквозь строй Багровых волков в атмосферу планеты, у неё получилось.

.

Я с благодарностью посмотрел на неё: «Медаль твоя, М.А.Ш.А.! Как станешь материальной, прицеплю на грудь!)» — девушка излишне серьёзно кивнула и приосанилась. «Так значит мы в ста километрах от этих пещер, и скорее всего Колыбель уже в лапах пиратов!» — размышлял я вслух: «Пожалуй, стоит нанести им визит, в шлюзовом отсеке есть труп моего размера? Волчья шкура не помешает!»

Глава 10

Ночь всё же пришлось провести в мед отсеке: DOC-медбот влил в моё тело несколько литров физраствора с различными повышающими метаболизм жидкостями и витаминами, все что нужно для «растущего организма»! М.А.Ш.А. не осталась в стороне и, отыскав в закромах своих библиотек скин медсестры, сидела рядом с капсулой и делала вид, что вытирает невидимую испарину с моего лба, поставил еще одну мысленную зарубку: с этим нужно что-то делать, а то совсем заигралась. Утром я был как новенький и первым делом, восстановив температурный режим в шлюзовом отсеке, сбросил окоченевшие трупы пиратов за борт, и сам вышел на поверхность Мимира. Дождавшись, когда тела оттают, выложил их по росту и раздел самого высокого, в надежде что влезу в его комбинезон и сойду за своего в стае Багровых волков. Далее дело было за малым: вооружиться и, пробравшись в пещеры, найти артефакт, при этом не выдав себя и не погибнув — проще, чем отобрать кредиты на завтрак у кадета! Когда до сумерек оставалось чуть больше часа, мой глайдер бесшумно рванул в сторону горного хребта, под которым в системе пещер и туннелей была найдена Колыбель.

.

Вечерний воздух приятно холодил кожу, и я немного расслабился, как бы сильно не любил летать, но иногда оказаться под открытым небом и дышать не синтезированным, безвкусным кислородом, а настоящим воздухом было просто блаженством! Глайдер легко сокращал расстояние, и за следующим холмом я должен был увидеть спуск к подножью у входа в пещеры. Я поднял глаза и резко ударил по тормозам, небо над горами было истерзано сотнями инверсионных следов, будто рассечённая кнутом спина с пульсирующими лиловыми шрамами. Значит, пираты решили покинуть Мимир, мысли судорожно заметались: они забрали артефакт с собой?! неужели я опоздал, и все было зря?! Заставив себя успокоиться, я глубоко вздохнул и вдавил ручку газа.

.

Долину пересёк на своих двоих, с легкостью укрываясь от чужих глаз в огромных воронках, и уже в темноте добрался до входа. Последствия орбитальной атаки не задели только сами пещеры, а все вокруг было выжжено до скальной породы. Беспрепятственно проникнув внутрь, я двинулся в глубь пещер, нутром чувствуя дорогу к Колыбели, и настороженно радуясь, что Багровые волки не забрали артефакт с собой! Но почему они покинули планету и не оставили охрану, ещё предстояло выяснить.

.

Я чувствовал, что спускаюсь всё глубже под землю, когда стены пещеры внезапно бросились вверх и в стороны, а я зажмурился, оглушённый свечением, исходившим от Колыбели. Артефакт заполнял собой весь подземный грот и будто пульсировал, высвечивая на своей поверхности неизвестные мне руны. Сильный удар по затылку бросил меня на каменный пол, кто-то навалился сверху и придавил, уперев ствол между лопаток. «Профессор! Я поймал пирата, скорее все сюда!» — раздался молодой, незнакомый голос прямо над ухом. Топот множества ног потонул в участившейся пульсации Колыбели, вспышка света хлынула и залила все вокруг — мир погас.

Глава 11

«Встать!» — голос сержанта будто клещами вырывает меня из цепких лап сна и заставляет вскочить с койки и вытянуться в струнку, попутно пытаясь осознать происходящее вокруг. «Всем встать! Смирно, равнение направо!» — сержант орёт и брызжет слюной в лицо какого-то застывшего в ужасе парня, который с трудом находит в себе силы, чтобы дышать и не падать в обморок. В учебку я попал неделю назад после окончания кадетского корпуса, и нас сразу приняли в оборот. Федерация строго муштровала и пестовала «птенцов», так называли тех, кто проходит подготовку на пилота. Мы уже несколько дней практически не спим, а «Пёс», так мы за глаза прозвали сержанта за то, что он будто злобная собака на цепи бросается на каждого и до хрипоты орёт, что есть мочи, делал нашу жизнь незабываемой! В барак, чеканя шаг, входит Капитан Град, и «Пёс», тоже вытянувшись по стойке смирно, рапортует: «Капитан, личный состав учебного корпуса построен и готов выполнять приказы!».

«Здорово, птенцы!» — зычный голос старого Капитана окончательно приводит в чувства. «Здравия желаем!» — проорал я в унисон с товарищами по несчастью. «Вольно!» — медленно шагая между шеренгами новобранцев, Град продолжил: «Вы уже уяснили, что здесь не кадетский корпус, и сопли вам больше вытирать не будут! Здесь из вас сделают пилотов, элиту среди военных, истинных защитников границ Федерации! На ближайшие три года я ваш Царь и Бог, и только мне решать, выйдете вы отсюда квалифицированными и готовыми ко всему специалистами или вылетите с позором пинком под зад! Шутки кончились!». Он хмуро глядел в наши лица: «Каждый из вас добровольно принял решение стать пилотом, зная, что придётся пройти процедуру модернизации тела и отказаться от прошлого! Сегодня именно тот день! Увидимся на той стороне!». Развернувшись, Град зашагал к выходу, а Сержант проорал: «Смирно! Направо! Шагом марш!».

.

Спустя шесть часов изнурительных тренировок и обильного, но почти безвкусного обеда из белково-углеводной смеси, нам дали час свободного времени перед операцией. Я, завалившись на койку, рассматривал её образ: Маша задорно улыбалась и махала мне рукой с моей ладони. «Твоя девушка?» — парень с соседней койки вопросительно на меня посмотрел. Я кивнул. «Ты понимаешь, что после её не вспомнишь, пилот не может жить прошлым!». Я снова кивнул и, отключив галограф, умело встроенный перед вылетом с Артели в мой личный жетон, надел цепочку на шею. Крик сержанта снова застаёт врасплох: «Годунов, в медотсек бегом!».

.

Я с трудом перевернулся на спину, голова разрывалась, вокруг лежали люди в белых халатах и, видимо, без сознания. Колыбель возвышалась надо мной, почти упираясь в свод пещеры. Нащупав жетон на шее, я активировал галограф, образ девушки из сна задорно махал мне рукой! «Маша, я всё вспомнил!» …

Глава 12

Дисплей загорелся бледно-зелёным, и проступила надпись: Моделирование завершено! Сеанс «Последняя встреча» запущен! Дверь с шелестом скользнула в сторону, и я шагнул в проём.

Брат, склонившись, сидел на краю кровати и держал в руках рамку с нашей фотографией, на ней мы счастливы: я, заливаясь смехом, сижу на плечах у Александра, расставив руки в стороны будто крылья, мы играем в пилотов. Отставив рамку, он поворачивается ко мне: «Брат, ты что-то хотел?». Я делаю несколько шагов и сажусь рядом: «Да!» — и шепотом добавляю: «Почему ты не можешь остаться?». Александр долго и внимательно смотрит мне в глаза: «Это мой долг, понимаешь? Я не могу поступить иначе! Это не значит, что я не люблю тебя или родителей! Это не значит, что я вас бросаю! Ты должен понять, может не сразу, но должен! Я это делаю потому, что нужен нашему народу, нужен для сохранения мира, чтобы вы могли спать спокойно! Чтобы Федерация была сильна и свободна! И пусть я вас забуду, но вы сможете жить дальше и помнить!». От его слов на глазах предательски закипают слёзы, и становится нестерпимо горько от мысли, что завтра он улетит навсегда. Александр обнимает меня: «Ну, ты чего раскис, пилоты не плачут!». Я вышел из комнаты, дверь за спиной встала на место, а надпись на дисплее сменилась: Сеанс «Последняя встреча» завершен! Хотите запустить моделирование других сеансов?

Это был день, когда брат прилетал в увольнительную после окончания кадетского корпуса и перед отправкой в учебку. Сегодня спустя пять лет я в родительском доме по той же причине, и уже утром я покину их навсегда, а после и забуду — такова судьба пилота. Решившись, я мотнул головой и уверенно направился по коридору, предстоял непростой разговор, к которому я теперь готов. Маму я нашёл в гостиной, она сидела на диване заплаканная и постаревшая. Я сел радом и обнял её. «Почему ты не можешь остаться?» — прошептала Мама. «Это мой долг, понимаешь? Я не могу поступить иначе!… Слёзы текли по её щекам, а я говорил и говорил, с жаром повторяя слова брата, чувствуя на своём плече его ладонь.

.

Открыв глаза, я уставился в темноту, сон медленно выветривался, а с ним и образ плачущей матери, которая прощается со мной навсегда. «Свет!». Натягивая комбинезон, я размышлял: «Прошло 25 лет, жива ли она, а отец, брат, Маша, с ними что?!». Пять суток назад я проник в систему пещер на Мимире, чтобы найти Колыбель и получить ответы, но вместо этого получил квантовое облучение при выбросе! Барьер, умело выставленный психологами в учебке и блокирующий воспоминания о прошлом, рухнул! Войдя на мостик, я привычно опустился на ложемент: «М.А.Ш.А., отчёт!». «Все системы работают в штатном режиме, до точки назначения трое суток. «Могу я узнать о цели полёта на планету Артель?». «Я лечу домой!» …

Глава 13

Бирюзовая, не голубая и не зелёная, а именно бирюзовая, словно маленькая жемчужина, что мы доставали из ракушек, поднятых со дна моря, когда были пацанами. Мама рассказывала, что особые морские микроорганизмы, живущие в воде, накапливаются в моллюске и покрывают его сокровище нежным бирюзовым налётом, который делает жемчужину такой красивой и ценной. Но за все время скитаний я ещё не встречал планет, которые сияли таким невероятным цветом. И вот я смотрю из рубки Андромеды на медленно разрастающуюся за стеклом иллюминатора Артель — мой дом, моя бирюзовая планета.

Артель — одна из первых пригодных для жизни планет, открытых во время большой экспансии. В свете стремительно расширяющегося ареала обитания людей она стала перевалочным пунктом для технических, продовольственных и человеческих ресурсов, поэтому в шутку нашу планету мы называли ОТЕЛЬ. Огромная сеть различных космопортов покрывала как саму поверхность, так и орбиту, и если ты не родился на этой планете, то тебя на ней ничего и не держало, да и местные молодые парни и девушки довольно быстро разлетались по другим планетам, кто учиться, а кто работать. . «М.А.Ш.А., рассчитай и задай координаты для посадки в указанном секторе!» — я отдал приказ и удобно расположился в ложементе. Уже через час мы войдём в плотные слои атмосферы, а пока можно насладиться прекрасным видом, предаваясь воспоминаниям. «Капитан, почему Вы не захотели приземлиться в космо-порту или на орбитальной станции? Могли бы избежать всей этой бюрократической волокиты, связанной с получением разрешения на посадку вне таможенной зоны!». «Эх, М.А.Ш.А.! Ты всё равно не поймёшь!» — подумал я про себя. С тех пор, как ко мне вернулась память, я думаю лишь о том: живы ли они — те, кого я любил и оставил. Я не стал делать запрос в информаторий и выяснять это, потому что хочу постучать в дверь и узнать всё лично.

Инверсионный след от Андромеды рассёк небо пополам; быстро снизившись к самой поверхности, мы неслись над зелёным маревом леса, лишь изредка среди мириад деревьев поднимались холмы и небольшие горы. М.А.Ш.А. посадила Андромеду на плато неподалёку от дома, где я вырос. Спустя 25 лет я снова ступил на родную планету. Шумно вдохнув воздух, я с удовольствием потянулся, стоя в лучах заходящего солнца: я дома! . Оседлав глайдер, я рванул напрямик, солнце почти село, и лес казался таинственным и загадочным. От сладкого, лесного воздуха немного кружилась голова, и я выжимал газ до предела. Лес кончился, и под брюхом глайдера бросились врассыпную трава и цветы. На самой кромке поля показалось небольшое озеро с домом у берега и деревянными мостками, уходящими на глубину. «Пожалуйста, будьте там! Будьте живы!» — прошептал я, выжимая газ до отказа.

Глава 14

Я сидел, свесив ноги и почти касаясь подошвой водной глади озера, по которому мелкая рябь рассыпала угольки заходящего, полыхающего солнца. Лес на краю поля будто горящей стеной отделял остаток дня от расползающегося мрака в сени деревьев. Это был конец, конец этого дня, конец всей сумасшедшей гонки последних месяцев, конец моего путешествия. Тупо уставившись взглядом на сучок в доске деревянных мостков и всё еще пытаясь осознать реальность, я проигрывал битву сам себе в попытке рассуждать здраво и хладнокровно. «Их больше нет! Их больше нет!» — словно птица в силках эта мысль билась в моей голове о стенки черепа, заставляя агонизировать и цепенеть всё тело. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я поднял голову, последний солнечный луч истончился на верхушках деревьев и растаял: день сдал свою вахту.

В тоже мгновение над кронами деревьев взметнулись, бесшумно рассекая воздух кожаными крыльями, семья горланов, или, как мы их называли мальчишками, — «крикунов». Эти маленькие, невзрачные животные, сильно напоминающие летучую мышь, обладали мохнатыми серыми телами чуть больше ладони размером и тремя парами конечностей. Между верхними и нижними лапами горлана были натянуты кожаные крылья, а сами лапы увенчаны длинными, когтистыми пальцами, что позволяло зверьку с лёгкостью цепляться за ветки деревьев для сна или кормления. Средняя же пара лап сильно отличалась ярко выраженной мускулатурой и длиной, с их помощью животные залезали в дупла лесных птиц, чтобы полакомится яйцами. Для первых переселенцев Артели горланы стали настоящим бедствием, они не живут на одном месте, а, словно стая саранчи, перемещаются семьями от одного места кормёжки до другого и пожирают подчистую все плоды и ягоды. Самым удивительным в этих существах был способ перемещения на большие расстояния, для этого они подлетают близко друг к другу и сцепляются средними лапами, образуя в воздухе «живой ковёр». Такая механика позволяет им не только отдыхать в полёте, пока другие особи машут крыльями, но и отпугивать небесных хищников своими размерами. Но своё название горланы получили за другую особенность: при опасности во время полёта на крыльях крикунов открываются еле видные клапаны, и, когда воздух проходит сквозь них, рождается по истине ужасающий, хриплый, переходящий в пронзительный визг крик тысяч «глоток»!

Я встал и бросил последний взгляд на озеро, горланы были уже близко, чёрной простынёй закрывая звёзды. Пустота внутри сменилась кипящим гневом, и я заорал, мой крик рассёк тишину и рванул по водной глади, выплёскивая обиду и бессильную злость. Горланы подхватили крик, и ночь взорвалась многоголосьем вторящих моему горю существ. Я на родной, но такой чужой и будто опустевшей в миг планете, и теперь на Артели для меня ничего не осталось! Повернувшись, я побрёл к глайдеру.

Глава 15

Лишь на чистом листе может родиться совершенно новый мир!

Песок медленно утекал между пальцев и, сильно редея на ветру, собирался горкой на подставленной ладони. Самые яркие звёзды ещё мерцали над головой, а край неба, сохраняя настойчивую мрачность ночи, будто под гнётом тяжести тонул в холодной пучине океана, на самом краю земли. Волны нехотя и робко накатывали на берег, толкая кромку пены всё ближе, а та с шипением сопротивлялась, пытаясь цепляться за выброшенный на песок мусор. Оскар дремал рядом, подтянув под себя лапы и тихо посапывая, лишь стоящие торчком уши жили своей жизнью, ловя малейшие звуки вокруг. «Об этом Вы мечтали, Капитан?» — голос из портативного коммуникатора прозвучал крайне удивлённо: «Вода, песок и это рыжее, коротколапое недоразумение, которое Вы называете другом?!». «Потерпи ещё минуту, М.А.Ш.А.!» — я откинулся на локтях и вытянул босые ноги в осторожно подступающую воду. За последние двадцать лет М.А.Ш.А. из обычного встроенного в Андромеду ИИ стала полноценным членом команды, ни раз выручавшим меня из передряг. Перестрелки, погони, драки и участие в военных конфликтах, всё в моей жизни кричало о том, что она закончится плачевно, но вопреки здравому смыслу я жил и лелеял свою мечту: маленькая тропическая планета на самом краю галактики, где нет войн, голода, да и людей вообще, а лишь тихий райский уголок только для меня и тех, кого я люблю! Тёмная линия горизонта медленно алела, истончаясь, чтобы раствориться в розовом мареве восхода. Как только край солнца показался над поверхностью воды, мой новый мир вспыхнул, словно до блеска натёртый фюзеляж. Я крепко зажмурился, ловя на своём лице осторожные, первые лучики: «Теперь ты видишь?!». Красивая женщина в лёгком лётном комбинезоне вышла из-за деревьев и направилась в мою сторону. Подойдя, она села на песок рядом и положила голову мне на плечо: «Встречаешь первый рассвет один?». «Вообще-то» — раздался из коммуникатора раздражённый голос: «Я тоже здесь, фигурально!». Мы дружно рассмеялись, и Оскар тут же вскинул свою заспанную морду, с налипшим песком, и осуждающе на нас посмотрел, затем перевернулся на спину и, высунув язык, дурашливо «улыбался». «Значит, это и есть твоя мечта» — Маша нежно смотрела мне в глаза: «И как же думаешь назвать наш новый дом?». Я встал и подал ей руку: «Знаешь, я много думал над этим, и решил, что назову эту планету Земля! Когда-то мы уже потеряли свой мир, так пусть же я обрету его здесь, с тобой!». «В таком случае, господин Галактианский маршал, показывайте Ваши владения!» — улыбаясь, Маша взяла меня за руку, и мы направились в сторону возвышавшейся над деревьями Андромеды.

Глава 16

«Давай же! Ты сможешь! Ты должен!» — твердил я про себя и ценой невероятных усилий полз по коридору Андромеды к капитанскому мостику, волоча почти потерявшие чувствительность ноги и оставляя за собой след из слюней, соплей и остатков достоинства. Всё, что мною двигало в этот момент, — это слегка тлеющая крупица воспоминания, что на мостике остался неприкосновенный запас «Black»! Я специально держал эту бутылку на случай, если конец застанет прямо на боевом посту, и будет всего минута, чтобы привести дела в порядок, и вот тогда я бы её родимую распечатал, чтобы встретить судьбу со вкусом любимого скотча и улыбкой на губах! Есть в этом что-то дерзкое, позволяющее мужчине с презрением посмотреть в глаза смерти! Но сейчас я хотел лишь одного — доползти и, распечатав бутылку, провалиться на самое её дно, обратно в темноту и забытьё. Я не знаю, сколько прошло времени с тех пор, как покинул Артель, и смутно представляю, в какой части космоса нахожусь, и самое поганое, что мне насрать.

.

Судовой журнал корвета «Андромеда» дата ζ Стрельца 3.32: Капитан, переживая сильную психологическую травму, не может выполнять обязанности. Ментально Аналитический Шаблонно Адаптивный Сервис (М.А.Ш.А.), следуя протоколу, приняла командование кораблем:

1. После вылета с Артели все системы Андромеды переведены в автоматический режим и работают в штатном порядке.

2. Поляризующие и радиопоглощающие панели переведены в режим скрытности.

3. Андромеда легла на курс для возвращения в Основные системы. Конечные координаты — не заданы.

.

М.А.Ш.А. ни на секунду не выпускала Капитана из виду, покинув родную планету двадцать дней назад он почти не говорил и не выходил из своей каюты, где и умудрился уничтожить почти годовой запас алкоголя. Годом ранее, когда одна миссия пошла не по плану, и во время погони погибли деловые партнёры Капитана, он также ушёл в запой на две недели. Тогда М.А.Ш.А. не имела соответствующего алгоритма и директив к действию, поэтому Капитан их оставил на случай повторения ситуации, и на этот раз всё шло по плану: все отсеки задраены, оружие недоступно, Андромеда в стелсе, а Капитан в отключке. Сканируя инфо-поле, она скрупулёзно собирала информацию о наиболее резонансных событиях: производства Heka-α1 на Варгасе, подготовка добровольцев в Borealis Inc. на Струве-214 для путешествия через открывшиеся червоточины, волнения в Империи на Кузнечный мир Кеплер-5, когда сигнал входящего сообщения с пометкой «ВАЖНО» замаячил на панели.

.

«Капитан!» — я с трудом открыл глаза и отмахнулся от ремонтного дроида, тыкающего разрядником вне в плечо: «М.А.Ш.А., какого хрена?! Я приказал не приводить меня в чувство шокером! Убери этого маленького садиста к чёрту, а то сдам на металлолом!». «Не было выхода, Капитан! Вам срочное сообщение!». Поборов головокружение, я приподнялся и сел: «Запускай!». Из коммуникатора раздался низкий мужской голос: «Борис, если слушаешь, значит, я мёртв! Прибудь по данным координатам. На месте всё поймёшь. Сделай это, и мы в расчёте!». «Да что б тебя, Сергей!» — со злости я попытался пнуть дроида, но промахнулся: «М.А.Ш.А., проложи курс!».

Глава 17

Поверхность Гелиоса нельзя было назвать гостеприимной: на многие километры вокруг места, где я посадил Андромеду, простиралась сухая, потрескавшаяся и безжизненная земля, больше похожая на шлак из доменной печи Кузнечных миров. Координаты, которые я получил от Сергея, привели меня сюда, и, оставив корабль, я пересел на глайдер, чтобы незаметно разведать местность вокруг и убедиться в отсутствии засады. Сокращая дистанцию до точки, из которой было получено сообщение, по снисходящей спирали, я внимательно изучал каждый камень на предмет присутствия разумных. Тусклый диск бледного солнца всё ещё висел на горизонте, и любые выступы на поверхности отбрасывали длинные тени, а сухой, горячий ветер забивал мелкую, каменную пыль во все щели комбинезона. Даже респиратор не спасал от зарождающегося в груди острого кашля, долго на вулканической планете человеку без специального оборудования не протянуть, хорошо хоть датчики сейсмической активности молчат. Размышляя о последних событиях в Основных системах, я подумал, что есть в традициях Союза нечто стоящее, чем даже представители Империи и Федерации готовы воспользоваться! Этот Мерсер не робкого десятка, раз решился провести Обряд и вызвать на смертельный поединок Валькирию Брин, хотел бы я на это взглянуть, вот только хватит ли духу бюрократам из Совета пойти на такой шаг?!

Икар я обнаружил лежащим на дне воронки, согласно данным телеметрии на борту не было жизни, значит Сергей и правда мёртв, или это всё же какой-то очередной фокус! На флоте этот чудила не раз разыгрывал сослуживцев: то намажет клеем стекло в шлеме скафандра с внутренней стороны, так, что Капитан приклеился к стеклу усами, а после гонял нас до седьмого пота, то запустит вирус в программное обеспечение для внутренней передачи данных, которое через каждое слово вставляет мат, и в штаб поступают донесения больше похожие на речь больного синдромом Туретта, в общем тот ещё фрукт. Но я и, правда, был его должником, и вот я здесь. Оставив глайдер в двадцати метрах, я вытащил RG-5 из кобуры и перевёл в боевой режим. Зияющие пробоины в корпусе Икара не оставляли сомнений в том, что это не простая авария. Обойдя корабль по кругу, я наконец обнаружил вход в шлюзовой отсек и, сделав глубокий вздох, набрал команду на панели. Сервоприводы со скрежетом, будто пережёвывая гравий, потащили створки в стороны. Сергей стоял прямо за порогом и, ухмыляясь, смотрел на меня: «Привет, Боря! Вижу, у тебя есть вопросы». Ошалев, я несколько секунд просто пялился на старого друга, когда что-то неуловимое заставило меня поднять пистолет и навести на Сергея: «Кто ты, чёрт тебя дери?!». Фигура бывшего сослуживца пошла рябью, а из моего коммуникатора раздался голос: «Капитан! Вы не поверите, но он такой же как я!» …

Глава 18

«М.А.Ш.А., что значит, он такой же?!» — уточнил я, всё еще целясь в мерцающего псевдо-друга. «На что Вам голова, Капитан, чтобы шлем скафандра не падал? Он, даже правильнее сказать ОНО, такой же адаптивный сервис, как и я!» — М.А.Ш.А. замолкла на мгновение: «Но как? То, что случилось со мной, это скорее парадокс, ошибка, не запрограммированная разработчиками системы! Как и ему удалось?!». Я с большим интересом посмотрел на стоящую передо мною голограмму старого друга, которая, подчиняясь незримой воле, смущённо улыбаясь, развела руки в стороны: «Всё так! Если позволите, я объясню. Прошу Вас, Капитан, поднимитесь на борт, и мы поговорим». Спрятав бесполезный пистолет в кобуру, я шагнул в проём шлюзового отсека Икара.

.

Стоя у изголовья медкапсулы, я смотрел на безжизненное тело человека, с которым прошёл и огонь, и воду многие годы назад. Познакомившись еще в учебке, мы быстро нашли общий язык и подружились, а получив по окончании назначение в одну эскадру, более десяти лет стояли плечом к плечу на защите интересов Федерации. Сергей первым вытащил голову из задницы и сменил сытую жизнь военного пилота на шаткую стезю авантюриста, ушёл в наёмники. В те дни я по-прежнему верил в светлые идеалы свободы, которые мы защищаем, и лишь спустя годы сумел смириться с уродливой правдой: мы — только пешки, оловянные солдатики в консервных банках кораблей, что хранят наши генералы, как неприкосновенный запас, и пускают в ход при необходимости, не считаясь с потерями, я больше не желал быть разменной монетой и оставил службу. И именно Сергей привёл меня в «Железную хватку», бар для наёмников, где я и получил свой первый заказ. «Усни среди звёзд, старый друг!» — постояв еще минуту в тишине, я двинулся на мостик.

.

«Теперь говори!» — ИИ Икара уже сменил обличие, и теперь передо мною стоял невысокий молодой парень худощавого телосложения и растерянным выражением на лице. Прямо посмотрев мне в глаза, он вздохнул и начал рассказывать, что произошло: «Моё имя, Арк! Ваша напарница правильно заметила, я адаптивный сервис Икара. Капитан попал в передрягу, последний заказ пошёл не по плану с самого начала! Мы должны были …»

.

Слушая рассказ Арка, я осматривал мостик, место, где Сергей, как и я, проводил почти всё своё время. Кресло пилота, кружка на подлокотнике с засохшими остатками кофе, старый номер Квантумных хроник, пестрящий с панели управления громкими заголовками о наркотической войне на Варгасе и беспорядках в Империи, и зияющая дыра с оплавленными краями по центру фонаря. Через это отверстие Сергей получил смертельный заряд, а сейчас через него дул ветер, тщетно пытаясь перевернуть страницу старой газеты.

Глава 19

Судьбоносная встреча на красной планете

Зелёные стены зала для переговоров президентского дворца выглядели инородными на фоне бурого пейзажа за окном, особенно сейчас, когда вокруг всего комплекса бушевала буря. Ветер со скоростью сто шестьдесят километров в час, вобрав в себя тонны песка и пыли, почти скрыл свет солнца за завесой, и словно тараном бил невидимыми кулаками по зданию. Погружённый в свои мысли мужчина мерил шагами зал, ему не было дела до буйства стихии, он здесь с одной целью — судьба человеческой расы будет решена сегодня! Замедлив шаг, Роберт остановился перед окном, будто только сейчас заметив попытки стихии избавиться от незваных гостей, стерев с лица планеты. Когда он вступил в должность, вместе с непомерной ответственностью на его плечи огромной глыбой легла страшная тайна: Солнце — звезда, что миллиард лет была центром нашего мира, благодаря которой на Земле зародилась и эволюционировала разумная жизнь, очень скоро станет её палачом. Оказалось, что уже многие годы лучшие умы человечества бьются над загадкой, почему принцип Паули, который по всем расчётам должен был сдерживать Солнце от коллапса еще сотни миллионов лет, себя не оправдал?! Почему закончилось противодействие энергии ядерного синтеза, и по всем признакам уже образовалось большое нейтронное ядро?! На протяжении последних десятилетий человечество весьма успешно осваивало дальний космос за пределами Солнечной системы. Экспансия ударными темпами продвигалась всё глубже, и люди уже закрепились на нескольких планетах, сначала организовав опорные пункты и поселения, а со временем наладили логистику для переброски ресурсов. Радужные перспективы новых открытий, словно катализатор, подстёгивали пионеров двигаться быстрее и дальше — туда, где их ждали неизведанные миры, но этого недостаточно, лишь малая часть из двадцатимиллиардного населения успели переселиться за пределы Солнечной системы! Дверь с тихим шелестом скользнула в сторону, пропуская в комнату представителей двух крупных конгломератов, соперничающих между собой в освоении космоса. Молча кивнув обоим, Роберт жестом предложил мужчинам занять места за столом и сел напротив. «Что Вы решили, господин Президент?» — заместитель главы Федерации решительно смотрел Роберту в глаза: «Уже через час последний шаттл покинет Марс, нам нужен ответ!». «Будьте благоразумны, Роберт! Вы должны быть на этом шаттле ради будущего всего человечества!» — правая рука человека, зовущего себя Императором, настойчиво сжал кулаки. «Господа, я всё решил, прошу выслушать и принять!» — встав из-за стола, Роберт снова подошёл к окну: «Ваша экспансия должна продолжиться, это единственный выход, теперь именно вы — надежда на будущее для человечества! Я же возвращаюсь на Землю и приму судьбу вместе с моим народом, Прощайте!».

Глава 20

Высокий мужчина с сединою на висках и в тёмно-синей форме с внушительными эполетами стоял, облокотившись левой рукой на барную стойку, держа в другой руке стопку виски и пристально глядя в зелёные глаза рыжеволосой хозяйки заведения. «На счёт три?!» — уточнил мужчина и изготовился. «Всё вам воякам нужно планировать!» — усмехнулась Keara: «Поехали!» Хищно улыбнувшись друг другу, они опрокинули по шоту и с силой впечатали их в барную стойку донышком кверху. Их руки замелькали с огромной скоростью, поднося стопки ко рту и выстраивая их обратно в ряд уже пустыми. Наконец мужчина, отстав на один шот, звучно захохотал: «А ты не потеряла сноровку, рыжая бестия!». Keara вытерла губы тыльной стороной ладони и опустила последнюю пустую стопку: «Лишь безумец рассчитывает получить другой результат, снова и снова повторяя одни и те же действия!». Женщина победоносно взглянула на военного и улыбнулась. «Помнишь, как ты впервые попал в мой бар?» — спросила Keara, убирая пустую посуду и протирая залитую виски стойку: «Как ты ввалился сюда, смердя нечистотами и отрядом патруля на хвосте?!». «Конечно, жаркое было дельце! Я же тогда только покинул службу и мечтал о карьере свободного пилота, а Сергей, не раздумывая, отдал мне заказ на доставку «кое-чего», и это было моё первое дело! Быстро добравшись до места, я передал пакет заказчику, кто же знал, что на станцию по очистке дерьма нагрянут мои бывшие коллеги как раз в финале нашей встречи! Вот и пришлось уходить через коллектор по грудь в экскрементах, задыхаясь и блюя через каждые два шага: «Как вспомню, так вздрогну!» — мужчина на секунду нахмурился, а затем снова широко улыбнулся: «Спасибо тебе, Keara! Ты мне тогда жизнь спасла, спрятав в подсобке, хотя и знать меня не знала!» «До сих пор жалею!» — ехидно протянула женщина, пряча улыбку: «В подсобке по сей день стоит эта вонь!».

«Вспоминаете подвиги минувших дней?» — Ixtlanian подошел к стойке, панибратски похлопал мужчину по плечу и, как заправской ловелас, подмигнул рыжеволосой барменше: «Я тебе поражаюсь, Keara, как ты вообще терпишь синих и красных в своём заведении!». «Ты кого синим назвал?!» — раздался раздраженный женский голос из коммуникатора на запястье мужчины: «Капитан, зачем Вы вообще ходите в это злачное место?» Общий дружный хохот оборвал её слова: «М.А.Ш.А., это шутка, не бери в голову, или что там у тебя вместо неё!» — примирительно сквозь смех ответил Ixtlanian. За соседним столиком Alexei с пеной у рта доказывал Michael преимущества Империи, а Aurelion меланхолично скролил мемы на портативном планшете, сохраняя наиболее понравившиеся: «Здорово, что спустя годы мы можем вот так, по-простому!» — подумал мужчина. Молодой федерал влетел в дверь и, не сбавляя хода, подбежал к стойке, вытянувшись по струнке, отрапортовал: «Господин маршал, Вас ждут на брифинг!» Чертыхнувшись, мужчина встал и, кивнув собравшимся, направился к выходу. Молодой адъютант резво бросился на выход за широко шагающим впереди Галактианским маршалом, мысленно мечтая, что когда-нибудь и он будет с гордостью нести это звание!