Яйца бухтозавров

Глава 1

— Ты это видишь? — меня разбудил голос Ромки. — Ну, посмотри же! Открой глаза!

Открывать глаза совсем не хочется. Я сладко дремал в кресле «Кошечки». Корабль шел по спокойному и хорошо знакомому маршруту.

«Легкий заказ», — как сказал Ромка. Можно и расслабиться. Но толчок в бок все-таки заставил меня открыть глаза.

— Ты видишь? — снова спросил Ромка.

Я посмотрел на экран. Наш грузовой отсек, ничего особенного.

— Ну?! — повторил Ромка.

И чего он там увидел? В большом грузовом отсеке стоит одинокий контейнер. Мы везем бумагу, вернее, бумажные носители или записки какого-то ученого, на станцию YMNIK-84 для более подробного изучения.

— Ну что? Ты ничего не видишь? — Ромка начинал сердиться, он ткнул пальцем в экран. Палец уперся в контейнер. На крышке контейнера моргает маленькая красная лампочка.

— Лампочка моргает, — произнес Ромка.

— Поморгает и перестанет, — отмахнулся я от Ромки.

— Чего?! — не понял Ромка. — Там вообще лампочки быть не должно, а эта еще и моргает!

Ромка открыл папку с документами и показал:

— Вот, смотри, контейнер третьего класса, на нем не должно быть никаких лампочек.

Мы уставились на экран. Лампочка на контейнере продолжает мигать.

— Может, это бомба? — ляпнул я первое, что пришло мне в голову.

— И кому, интересно, понадобилось нас взрывать?

Вроде особенно-то и некому.

—Может, груз хотят взорвать?

— Ага, места другого не нашли что ли? Обязательно нужно в нашем грузовом трюме взрывать?! — Ромка еще раз проверил документы.

— Ну да, никаких лампочек, — подтвердил он. — Это должен быть контейнер третьего класса, а внутри бумажные носители и никаких лампочек!

Мы снова посмотрели на контейнер.

— Во дает! — только и смог промолвить Ромка. На контейнере уже моргали три лампочки.

— Может, выбросим его в космос, и хрен с ним? — предложил Ромка.

— Ага, а ты знаешь, сколько нам придется платить, если мы не доставим груз?!

Ромка почесал голову.

— Может, тогда сходим посмотрим? — предложил он.

Лампочки на контейнере продолжают моргать. Похоже, все-таки придется сходить и посмотреть. «Кошечка» следует намеченным курсом, мы же направились в грузовой отсек.

Закрепленный возле стены, стоит одинокий контейнер и весело моргает лампочками. А я так надеялся, что нам это показалось. Мы склонились над контейнером — обычный, стандартный контейнер, но почему-то с лампочками. Из глубин своего комбинезона Ромка достал отвертку.

— Сейчас посмотрим, — с блеском в глазах произнес он.

Я знаю это выражение его лица, если его сейчас не остановить, он разберет весь контейнер.

Неожиданно Ромка завис над контейнером. Я выглянул из-за его плеча. Мда, на контейнере моргает уже целая куча лампочек. Я отодвинулся от контейнера, Ромка последовал за мной.

— Это ты сделал? — на всякий случай решил уточнить я.

— Нет. Я до него даже не дотронулся, — ответил он.

Он хотел еще что-то сказать, но мы услышали тихий щелчок. Желание подходить к контейнеру пропало сразу. Может, надо убегать? Но мы тупо стоим и смотрим на него. В контейнере плавно отодвинулась боковая стенка. Мне показалось, что я забыл, что надо дышать. Вдруг из контейнера вывалилось что-то темное и пушистое. Причем этого пушистого становится все больше. Пушистая волна стала приближаться к нашим ногам. Я рассмотрел, что это были маленькие, пушистые существа на четырех толстых лапках и с клювом на морде. Эти существа все продолжают вываливаться из контейнера.

— Что за … — раздалось со стороны Ромки.

— Ты лучше скажи, когда они перестанут вылазить.

Маленьких существ становится все больше. Пушистая волна докатилась до нас.

— Кажется, они еще и с когтями.

Несколько существ стали активно осваивать комбинезон Ромки. Остальные, увидев это интересное занятие, решили последовать их примеру. Кажется, эта пушистая волна накроет нас с головой. Невообразимое количество маленьких существ пытается залезть на нас с Ромкой.

— Пора сматываться отсюда!

Мы стали быстро снимать с себя существ и ставить их на пол. Похоже, это было безуспешное занятие, пока мы снимаем одних, залазят другие.

— Убегаем?

Мы рванули к выходу из грузового отсека, по пути стараясь снять с нас непонятных существ. Они же, оказываясь на полу, со всех лап кидались к нам обратно, но мы бежали быстрее.

— Всё! — облегченно произнес Ромка и закрыл дверь грузового отсека.

— Ты хорошо закрыл?

Ромка осмотрел двери и кивнул.

Мы плюхнулись в кресла.

— Куда ты смотрел, когда брал груз?! — наехал я на Ромку.

— Я вообще-то во внутрь не заглядывал, тем более что ничего интересно там и не должно было быть.

— И что нам теперь делать с этими… — я задумался, — бумагами?

— Может, уточним у транспортной компании, которая нам их доставила?

— Уточним, — согласился я.

На мой вызов в транспортной компании никто не отвечает. Ромка же увеличил изображение на экране и внимательно рассматривает то, что происходит в грузовом отсеке. Существа, кажется, решили проверить на прочность нашу «Кошечку». Они бегают возле контейнера и стучат своими клювами по полу.

— Что они делают? — недоуменно спросил Ромка.

— Как что? Вот сейчас прогрызут дно и отправятся в свободный полет, — попытался я пошутить.Звук, — напомнил я Ромке.

Он потянулся, чтобы включить звук, но тут карман его комбинезона зашевелился. Ромкина рука зависла в воздухе. Из кармана же высунулась маленькая пушистая голова с клювом.

— Ну вот, один все-таки прорвался. И как я его не заметил? — произнес Ромка.

Он засунул руку в карман и двумя пальцами осторожно вытянул неизвестное нам существо. Сейчас, в спокойной обстановке, мы смогли лучше рассмотреть незнакомца. Монстром его, конечно, не назовешь. Но таких мы раньше не видели. Оно недовольно брыкалось, похоже, ему не нравилось находиться в воздухе. Ромка поставил его на пол. Существо со всех лап рвануло к пульту управления. Ромка схватил стоявшую недалеко пустую коробку от печенья и накрыл его. Коробка не двигалась, было тихо.

Ромка поднял коробку, существо сразу рвануло в другую сторону. Ромка снова накрыл его коробкой.

— Пусть лучше так посидит, — произнес он.

Да, идти относить его в грузовой отсек пока как-то не очень хочется. Отнеся этого, мы можем принести с собой еще несколько. Наконец на мой вызов ответили в транспортной компании. На экране появилось лицо какого-то худого мужика. В диалог вступил Ромка, похоже, он с ним уже встречался.

Он попросил проверить наименование и содержание груза, который мы доставляем. Мужик подтвердил ту информацию, которая у нас уже была.

— Итак, вы говорите, что мы везем грузовой контейнер третьего класса внутри с бумагой, — уточнил Ромка.

— Да, место назначения — научная станция YMNIK-84, — подтвердил мужик.

— Тогда почему ваша так называемая бумага сейчас бегает по нашему грузовому отсеку и хочет его разнести?

Ромка переключил изображение камер с грузового отсека на мужика. Лицо мужика стало растерянным. Он еще раз проверил данные нашего груза и подтвердил старую информацию. Ромка же включил звук из грузового отсека. Похоже, этот стук как-то подействовал на мужика. Он зашевелился и собрался куда-то бежать, сообщив, что все проверит и выйдет с нами на связь. Он отключился. Нам оставалось только ждать.

Коробка неподвижно стоит на полу. А существа же в грузовом отсеке, похоже, начинали сходить с ума от радости: бегали, прыгали, продолжали стучать своими клювами по полу.

— Лучше выключи звук, — сказал я.

Ромка это сделал, и сразу стало как-то тише и спокойнее. Коробка продолжает стоять на полу. Поднимать и рассматривать существо нам уже как-то не хотелось.

— Ты представляешь, — сказал Ромка, — перед прилетом на YMNIK нам же придется их назад запихивать в контейнер.

— Я представляю лица тех ученых, которые откроют этот контейнер— и на них, как и на нас, начнут выпрыгивать эти существа.

— А я бы хотел на это посмотреть, — сказал Ромка.

Наконец с нами на связь вышел худой мужик.

— Тут вышло небольшое недоразумение. В нашей компании никогда такого не было. Похоже, у вас сейчас груз с биологическими объектами, который неделю назад должен был отправиться на планету Сентур. Но туда, похоже, отправились бумаги. Может, вы сможете доставить этот груз по назначению? Транспортная компания все вам оплатит.

Я прикинул маршрут до Сентура.

— Две недели до Сентура, — сказал я Ромке.

— Я вас сейчас соединю с заказчиком, — перебил меня худой мужик, наверно, он надеялся, что они уговорят нас лететь на Сентур.

Пока мы ждали установления связи с Сентуром, Ромка рассматривал маршрут.

— Ну чего? Дольше, чем мы предполагали, — сказал Ромка.

— Да, — подтвердил я. — Вот только ты видишь, что нам придется лететь вокруг территории, контролируемой птерами.

— Но мы же полетим по нашей территории, — успокоил меня Ромка.

Экран моргнул, и на нем появилось лицо лысого мужика в очках.

— Рад вас приветствовать, я профессор Вэйс. Вы везете наш груз. Мне все рассказал служащий транспортной компании.

Мы поздоровались в ответ.

— Что за биологический груз мы везем? — спросил я.

— Яйца бухтозавров, — с трепетом в голосе произнес он.

— Яйца?! — переспросили мы в один голос с Ромкой.

— Да, — подтвердил он.

— Бухтозавры — очень редкие животные, — начал мужик.

— Кажется, сейчас он будет читать нам лекцию, — шепнул мне Ромка.

— Послушаем, интересно же, — в ответ шепнул я.

— Можно покороче? — предложил Ромка мужику.

Тот кивнул и продолжил.

— Бухтозары обитают только на одной планете…

Коробка медленно поползла по полу.

— И последние лет десять из их яиц перестали вылупляться детеныши, вид этих редких животных находится на грани исчезновения.

Коробка уткнулась в стенку и изменила направление. То, что у нас по полу ползает коробка, кажется, заметили не только мы с Ромкой. Профессор тоже следил за коробкой и продолжал свой рассказ.

— На планете Сентур условия, благоприятные для жизни бухтозавров, поэтому здесь создали небольшую лабораторию с целью разведения бухтозавров. Вы же для этого везете их яйца.

Коробка вернулась обратно к нам и сейчас пытается оползти Ромкину ногу.

— Я понял. Мы везем их яйца, — сказал я Ромке.

— Профессор! — не выдержал Ромка. — Тогда почему ваши яйца сейчас бегают по нашему грузовому отсеку?!

— Как бегают?! Вы что, плохо закрепили груз? Каждое яйцо очень ценно! — удивился профессор.

— Мы хорошо закрепили груз, — перебил Ромка, — это ваш груз не захотел оставаться в контейнере!

Он поднял коробку, и маленькое пушистое существо рвануло к выходу. Ромка снова накрыл его коробкой.

Надо было видеть выражение лица профессора. Он так и застыл с открытым ртом.

— Профессор, и что нам теперь с этим делать? — вывел я его из оцепенения. Но, кажется, он меня уже не слышал.

— Мне нужно про это рассказать коллегам! — с этим криком он куда-то убежал. Перед нами же осталось изображение пустого кресла.

Через несколько секунд уже три головы смотрят на нас с монитора. Лысый профессор в очках старательно протирал очки. Рядом с ним один постарше, а другой совсем молодой, с огромной копной волос. Ромка снова снял коробку, существо же в этот раз побежало в другую сторону.

— Может, дать ему побегать? — предложил Ромка.

— А мы его потом найдем?

— Да, лучше в коробке, — сказал Ромка и накрыл его обратно коробкой.

Коробка продолжила двигаться в прежнем направлении, но значительно медленнее. Кажется, с другой стороны экрана ученые готовы были запрыгать от радости.

— У вас получилось! — восторженно произнёс профессор.

— У вас вылупился детеныш бухтазавра!

— Как вам удалось его высидеть? — поинтересовался тот, который был справа.

Мы с Ромкой переглянулись. Мы как бы в этом особенно участия не принимали.

— Всего один? Мы надеялись получить штук пять — произнес молодой.

— Это в лучшем случае, — перебил его профессор. — Даже один — это чудо!

Чудо в коробке продолжало двигаться в прежнем направлении и скоро снова уперлось в пульт управления.

— Ну почему один? — спросил я.

Ромка переключил изображение из нашего грузового отсека на профессора. Там же продолжалось веселье по поводу радостного вылупления из яиц. Три головы на экране молчали.

— Их так много! — первым пришел в себя молодой.

— Нам надо к этому подготовиться, — произнес профессор.

— Вы сможете их доставить к нам через трое суток?

— Трое суток?! — в этот раз удивился я.

— Да нам к вам лететь две недели!

— Где вы сейчас находитесь? — спросил профессор.

Я сбросил ему наши координаты. После изучения звездной карты профессор недоуменно у нас спросил:

— Но ведь по прямой можно за пять суток?

— По прямой не летает ни один грузовой корабль Земной конфедерации. Потому что по прямой — это через территорию, контролируемую птерами. Лететь по прямой — это самоубийство. Мы можем вокруг за две недели.

— Но через две недели они умрут, — грустно произнес профессор. — Уже через трое суток они захотят есть и пить, может еще пять суток какая-то часть из них протянет.

— Тогда мы их покормим, — сказал Ромка.

— И напоим, — добавил я.

— Это невозможно, — профессор становился все грустнее. — У вас на корабле точно нет ничего подходящего. Поить же их водой все равно что вас бензином. Бухтозавры воду пить не будут. Может быть, вы все-таки сможете их доставить к нам хотя бы через пять суток? Вы же понимаете, что это единственная надежда сохранить бухтозавров как вид, и эту надежду сейчас везете вы.

— Нам надо посовещаться, — сказал я и отключил профессора, пока он не уговорил нас окончательно.

— Ну что? — спросил Ромка.

Я пожал плечами. Я действительно не знал, что нам делать. Везти груз по дальнему пути не было смысла, все равно не довезем. Я посмотрел на карте, где находится родина бухтозавров, до нее мы за пять суток тоже не долетим.

— Полетели по короткому пути, — предложил Ромка.

— Но по длинному, во всяком случае, мы останемся живыми.

— Но по короткому мы сможем довезти бухтозавров, — настаивал Ромка.

— Если долетим! Ты забываешь про птеров.

— Ничего я не забываю. Но ты же сам слышал, что у нас сейчас в трюме чудо или надежда. Короче, нам надо их как-то довезти. Вот смотри, нам же только трое суток по территории птеров лететь.

— Трое суток, совсем чуть-чуть! — пробурчал я.

На карте территории птеров как большой айсберг, наш же маршрут пересекал его вершину.

— Сможем проверить нашу «Кошечку» в деле, — продолжал Ромка.

— Проверить в деле? — не понял я.

— Да, я поставил на нее новые сканеры и систему маскировки. Ну не совсем новые, — добавил Ромка.

— Но очень хорошие, — уверенно заявил он.

— Мы будем с тобой эти трое суток внимательно слушать пространство и облетать всех птеров. Не может же быть их там много понатыкано. Проскочим! — не так уверенно заявил он.

Вот это его неуверенное «проскочим». Я продолжал сомневаться. Ромка же поднял коробку и взял маленького бухтозавра, теперь мы, во всяком случае, знали, как он называется. Посадил это пушистое существо к себе на колено, оно же, кажется, чувствовало важность момента и никуда не собиралось убегать, а наоборот улеглось унего на колене и с интересном разглядывало нас. Ромка погладил его по голове, кажется, зверек остался довольным.

— Полетели по короткому, — выдохнул и произнес я, смирившись с выбором. — Может, и проскочим.

Мы с птерами как-то никогда и не встречались, не может же быть их там много, может, нас и не заметят. Я включил связь с профессором, его голова сразу показалась на экране.

— Хорошо, профессор, — сказал я. — Через пять суток мы постараемся доставить вам груз.

Профессор был очень рад нашему решению.

— Я вам тут информацию про бухтозавров подготовил. Я вам её скину?

Я кивнул в ответ.

— До связи, профессор, — я отключил связь.

Кажется, существо начинало дремать на колене у Ромки. У нас оставались еще сутки относительно спокойного полета. Я изменил направление движения «Кошечки».

— Может, отнесем им одеяло, будет помягче? — предложил Ромка.

Я кивнул.

Недовольно разбуженный бухтозавр проследовал под коробку. Мы же, взяв одеяло, направились в грузовой отсек. Как только мы вошли, нас сразу заметили, и вся куча маленьких бухтозавров рванула к нам. Мы пробежали несколько метров, надо было опередить их, я расстелил одеяло. Но было уже поздно, несколько бухтозавров добежали до нас, и все повторилось, они снова полезли на нас.

— Убегаем, пока остальные не добежали! — крикнул Ромка.

И мы кинулись бежать, снимая тех, что уже залезли на нас.

— Проверь карманы, — сказал я Ромке, проверяя свои, когда он закрыл двери в отсек.

Похоже, в этот раз мы никого с собой не захватили.

— Черт! Надо же было того отнести, — вспомнил я.

— Да ладно, он так хорошо у нас ползает, с ним как-то веселее, — сказал Ромка.

— Веселее так веселее, — произнес я.

Тем более что, судя по изображению на экране, вся куча бухтозавров собралась возле дверей из грузового отсека. Поэтому открыть их в любом случае было не совсем возможно. Мы плюхнулись в кресла.

— Все. Теперь спать!

Прошло пятьдесят часов.

Я внимательно вслушивался в звуки, доносившиеся из динамиков. Была моя очередь дежурить, а Ромка дремал в соседнем кресле вместе с удобно устроившимся на его голове бухтозавром. Именно на голове. Это оказалось любимым местом маленького пушистого зверька, с которым Ромка за прошедшие часы нашел общий язык. Я же слушал голоса птеров.

— Может, им уже какие-нибудь имена дать? — сказал я Ромке

Одни и те же, я стал уже различать птеров по голосам, совершенно не понимая, о чем они говорят. Сканеры определяли расстояние до птеров. И мы пытались как можно дальше их облететь, не создавая много шума при этом.

Кажется, нам пока что удавалось оставаться незамеченными. И тут я услышал человеческий голос. Шло сообщение, без какого-либо шифрования.

— Всем кораблям Земной конфедерации, говорит Черный Волк, нам требуется срочная эвакуация. Даю координаты.

Ромка сразу проснулся и вместе со мной вслушивался в звуки, доносившиеся из динамиков.

Требуется эвакуация — это, наверно, мягко сказано, если какой-то Черный Волк просит эвакуации на территории птеров, похоже, дело у них несладко. Это уже не просьба об эвакуации, а призыв о спасении.

— Если это военные, то им же запрещено посылать сообщения открытым текстом, — произнес он.

— Значит, это ловушка, — сказал я.

— Не обязательно, может, у них уже и нет другого выхода.

Похоже, на призыв о помощи им ответил только какой-то птер. Это заметил и Ромка.

— Глянь-ка, кажется, ему птер ответил, — сказал он.

Из динамика снова донесся голос Черного Волка с тем же сообщением. Через несколько секунд мы снова услышали человеческую речь.

— Черный Волк, это линкор SOH-45, вы нарушаете инструкцию.

И через секунду продолжил:

— Мы будем у вас через сорок минут.

— Через сорок минут будет уже поздно, — ответил голос Черного Волка. — Мы сможем продержаться минут десять, не больше.

Хорошо так сидишь, слушаешь и никуда не влазишь. Я определил расстояние до координат, указанных Черным Волком. Меньше десяти минут полета. Эта была небольшая планета, непригодная для жизни, кусок камня в космосе.

— А мы бы смогли их забрать раньше, чем за десять минут, — произнес Ромка.

— Не дури! — сказал я. — Смотри, тут вокруг планеты кружит корабль птеро.в

— Вот именно что кружит. Когда корабль уйдет за планету, мы сможем сесть в указанные координаты, забрать Черного Волка и улететь.

— И потом нас догонит злой птер и разнесет на кусочки, — сказал я.

— Ну, мы можем какое-то время покружить вокруг планеты, убегая от него, пока линкор поближе не подойдет.

Из динамика снова раздался голос Черного Волка.

— Ай, была не была! — произнес я. — Все равно у нас нет никаких шансов долететь.

Впереди был самый опасный участок пути. Вряд ли нам будет дальше так везти.

Я изменил направление движения «Кошечки» и направил ее к координатам, указанным Черным Волком. Через несколько минут на экранах показалась планета. Птер как раз очень вовремя ушел за планету.

— Садить будешь ты, — сказал я Ромке.

Он переключил управление кораблем на себя. Я же вышел на связь.

— Черный Волк, говорит капитан грузового корабля «Кошечка», через три минуты мы будем в указанных вами координатах. Подтвердите прием.

В глубине души я надеялся, что, может, уже забирать никого и не надо. Но из динамика раздался удивленный голос:

— Грузовой корабль «Кошечка», это Черный Волк, нас семь человек. Подтверждаю координаты. Очень вас ждем, — добавил он не по уставу.

За десять часов до описанных событий.

Черный Волк

— Нам поступил приказ забрать разведывательный зонд, упавший на планету в результате поломки, на территории, контролируемой птерами. Разведзонд собрал важную информацию для разведки. Нам нужно успеть раньше птеров, которые тоже будут стараться его заполучить. Они также будут стараться его заполучить в целом виде, информация на нем им также необходима.

За час до описываемых событий.

Разведывательный бот высадил группу на планете VCIQ-789.

За пятьдесят минут до описываемых событий

Прибыл фрегат птеров и высадил десант на планету.

За сорок минут до описываемых событий.

Группа Черного Волка обнаружила зонд.

За двадцать восемь минут до описываемых событий

Разведывательный бот уничтожен фрегатом птеров.

За двадцать пять минут до описываемых событий.

Группа ЧерногоВолка вступила в бой с десантом птеров.

За десять минут до описываемых событий.

Десант птеров прижал группу Черного Волка к скалам. Численный перевес на стороне птеров в соотношении один к десяти. Щиты группы на нуле, множественные мелкие ранения.

Выход в эфир с сообщением с просьбой о срочной эвакуации.

Настоящее время.

Борт «Кошечки»

— Ромка, ты планету видел? Там же одни горы! И как мы сядем?

— Но бот же десантников как-то сел?

— Так то же бот! Ты немного забыл про размеры «Кошечки»

— Да ладно, что мы, не сядем?! , отмахнулся Ромка.

Мы приближались к поверхности планеты.

— Похоже, там бой идет, — произнес я.

В указанных координатах находилась сравнительно ровная небольшая площадка. Кажется, с одной стороны этой площадки были наши десантники, а с другой на них наседали птеры. Я вышел на связь.

— Черный Волк, это грузовой корабль «Кошечка», минута до посадки. Было бы неплохо, если бы вы немного отодвинули птеров.

— Грузовой корабль «Кошечка», это Черный Волк, мы бы с радостью, но у нас что броня, что боезапас практически на нуле.

— Ромка, мы не сядем. Там такая стрельба. Нас же сразу разнесут!

— Не дрейфь, прорвемся, — сказал Ромка. — Я уже противометеоритные щиты включил.

Мы приближались к площадке. Бой на несколько секунд затих. Кажется, на нас с удивлением смотрели не только десантники, но и птеры. Почему? Я понял только через несколько секунд. Большой грузовой корабль шел на посадку на площадку, значительно меньшую по размерам самого грузового корабля.

— Ромка! Мы не влезем! — закричал я.

— Не дрейфь, прорвемся, и не так парковались, главное, краску не поцарапать, — пошутил Ромка.

С трех сторон площадку окружали скалы, с четвертой площадка обрывалась в пропасть. Я затаил дыхание. Важность момента, кажется, почувствовал даже бухтозавр, он затаился на Ромкиной голове, и из волос торчала только его голова. Птеры возобновили стрельбу, похоже, противометеоритные щиты помогали. Не обращая никакого внимания на их стрельбу, Ромка стал аккуратно опускать «Кошечку». Корабль мягко коснулся поверхности планеты.

— Все! — выдохнул я. — Кажется, мы сели.

Вообще-то сели, это громко сказано, хвост «Кошечки» был на площадке, но где-то одна треть корпуса нависла над пропастью.

Я снял противометеоритные щиты с правого борта.

— Черный Волк, говорит «Кошечка», грузитесь через правый боковой шлюз, не задерживайтесь.

Я открыл шлюз.

— Это Черный Волк, вас понял, — услышал я в динамике.

— Вообще-то задерживаться мы и не собирались, — добавил он.

Я закрыл за десантниками шлюз и включил противометеоритную защиту обратно. Ромка начал взлетать. Нам надо было торопиться, пока корабль птеров не появился над нами, нужно было успеть взлететь и спрятаться на другой стороне планеты до его прилета.

В командную рубку ввалились десантники. И сразу в рубке стало как-то очень мало места. Посадили тяжелораненого в свободное кресло.

— Какое у вас оружие? — услышал я голос одного из десантников, как я понял, это и был Черный Волк.

— Вообще-то у нас нет оружия, мы же гражданский корабль, — ответил я.

— Нет оружия? — растерянно произнес Черный Волк. Похоже, он не ожидал, что найдутся психи, которые полезут их спасать, даже не имея оружия.

— Возле планеты кружится корабль птеров, он уже уничтожил наш бот. Сейчас, как только он выйдет на линию огня, он возьмётся за ваш корабль.

Черный Волк поморщился, кажется, ему в голову пришла мысль, что остаться на планете им было бы безопаснее.

— Мы будем прятаться от него, уходя за планету, — сказал Ромка.

— Сюда идет линкор, нам нужно продержаться тридцать минут, — сказал Черный Волк.

Кажется, эти тридцать минут будут самые длинные в моей жизни.

И кошки-мышки начались, только сейчас мы были совсем не кошкой. Отлично все же то, что у нас такие хорошие сканеры. Самое главное было определить точное местоположение птера, чтобы вовремя спрятаться. Нам надо было все время держаться от него с другой стороны планеты.

— И что гражданский корабль забыл на территории птеров? — спросил Черный Волк.

— Мы доставляем груз.

— Ну да, логично, грузовой корабль доставляет груз, — сказал Черный Волк. — Удивительно вообще, что вы еще живы и так далеко забрались. Что же это за груз, ради которого стоило так рисковать?

Я ткнул пальцем, показывая на голову Ромки. Там, запутавшись в волосах, сладко спало маленькое пушистое существо, поэтому-то на него никто не обратил внимания.

— Что? Ради вот этого одного… — Черный Волк искал подходящее слово, — груза. Вы сейчас здесь?

— Ну, совсем и не одного. У нас их целая куча в грузовом отсеке. Поэтому мы вас и грузили через боковой шлюз.

— Грузили? — хмыкнул один из десантников. — Вообще-то мы не груз и грузились-то мы сами.

Черный Волк наклонился и внимательно рассматривал бухтозавра.

— Это какими же надо быть…? — он снова замолчал

Ну вот, сейчас скажет «дураками», вообще-то самое подходящее для нас слово.

— Отчаянными, — продолжил Черный Волк, — чтобы ради этого… груза переться неизвестно куда.

— Вообще-то это исчезающий вид, на грани вымирания, и если мы их не доставим, то бухтозавры вымрут.

— Кто? — не понял один из десантников.

— Бухтозавры, — повторил я.

— Ладно, не важно, — сказал Черный Волк. — Спасибо вам, братцы. Вы действительно смелые, так выдернули нас из-под самого носа птеров. Мы бы вряд ли дольше продержались.

До прилета линкора оставалось двадцать минут.

Черный же Волк продолжал:

— Я своим ушам не поверил, когда услышал, что к нам направляется грузовой корабль. А потом и глазам не поверил, когда эта громадина пошла на посадку. Здорово вы тогда сели, главное, птеров к скале прижали.

Из динамика раздался голос птера.

— Кажется, он сердится, — произнес я.

— Да, — сказал Черный Волк. — Сейчас он говорит, что сделает с «Кошечкой», когда догонит.

Похоже, Черный Волк переводил не все.

— А это уже про нас, — продолжил Черный Волк.

Птер продолжал ругаться. Но на это уже никто не обращал внимания. Мы ждали, когда же появиться линкор.

Прошло двадцать часов.

Мы продолжали осторожно красться по ранее намеченному маршруту. Красться — не совсем подходящее слово, потому что мы неслись на довольно приличной скорости, но осторожно, это точно. Наши сканеры прочесывали окружающее пространство, доставляя нам информацию обо всем происходящем вокруг.

Вот уже час как наши пути с линкором разошлись. С ним, конечно, было спокойнее, такая громадина, мы никогда так близко не подходили к линкорам. По сравнению с ним наша «Кошечка» была как … Лучше я не буду говорить, как что. Мы выгрузили на линкор десантников и какую-то часть пути прошли вместе с ним. Потом нам в благодарность за спасение десантников выделили фрегат, который должен нас охранять. Сначала мы, конечно, этому обрадовались, но потом… По сравнению с нашей «Кошечкой» он двигался слишком «громко». И поэтому первыми шли мы, а сзади шел фрегат.

— Сделаем из него приманку, если что, — сказал Ромка. — Пусть на него нападают, в конце концов, он же фрегат, а мы проскочим незаметно.

Если же нападут на нас, фрегат должен был прийти к нам на помощь. Но пока было все тихо, даже как-то странно. Неужели всех птеров линкор распугал. Динамик молчал, голосов птеров тоже не было слышно.

Но вот наш груз был почему-то совсем грустным. Бухтозавр, который был у Ромки, уже не хотел бегать по полу и лежал там, куда его положат. В грузовом отсеке бухтозавры тоже приуныли. После изучения нашего одеяла они его так и не выбрали для своей ночевки и сейчас все устроились в пустом, старом, не очень высоком контейнере, который давно стоял в грузовом отсеке. Пушистая куча больше не бегала и не стучала своими клювами.

— Кажется, он подыхает, — грустно произнес Ромка. Поднял лапу бухтозавра, лапа опустилась назад, зверек на это не обратил внимания.

— Что там профессор скинул нам за информацию?

Ромка открыл сброшенные профессором файлы.

Я уже читал раньше и ничего не понял про то, что они едят, одни названия, язык можно сломать.

— Во! Глянь! — удивленно произнес Ромка.

Он стал еще раз внимательно рассматривать маленького бухтозавра.

— Слушай, у нас, кажется, какие-то бракованные!

— Чего? — не понял я.

— Ну смотри, — он тыкнул в картинку на экране. — У этих крылья есть. У наших же почему-то нет.

— Ромка, ты как всегда посмотрел картинки и ничего не прочитал. Там же написано, у детенышей бухтозавров крыльев нет, вырастут потом.

— Ну это даже хорошо, что крыльев нет, — согласился Ромка. — представляешь, если бы они тогда из контейнера все на нас полетели?

— Я представляю другое, — сказал я. — Содержимое груза надо доставить в контейнере, ты представляешь, как бы мы их всех по «Кошечке» ловили, если бы они летать умели, а так немного только побегаем, запихивая их всех назад.

Но судя по грустному виду бухтозавра, бегать нам особо и не придётся. Ромка наконец-то дошел до того места, где описывалась еда бухтозаров.

— Да-а, — задумчиво он произнес. — Ты что-нибудь из этого знаешь?

Я отрицательно покачал головой.

— Я тоже не знаю, — грустно сказал он. — Нет, надо что-то делать!

Он встал, взял маленького бухтозавра и пошел с ним на кухню. Я же продолжал проверять показания приборов. Все было тихо, сзади нас шел военный фрегат, но меня не оставляло чувство, что я чего-то не замечаю. Что-то было не так. Я проверял и проверял показания приборов, но ничего не находил.

— Ну чего я не вижу?! Ведь что-то точно не так.

Вернулся веселый Ромка с бухтозавром. Странно, но бухтозавр тоже был веселый. Он вырывался из рук Ромки, баловался, крутился, играл с его пальцами. Ромка сел в кресло и посадил бухтозавра на колени. Бухтозавр тут же перевернулся на спину и стал махать лапами.

— Что ты с ним сделал? — не понял я.

— Я его напоил! — произнес с довольным видом Ромка.

Судя по тому, как вел себя бухтозавр, я начинал догадываться, чем Ромка мог его напоить. Я взял существо, поднес его к лицу и понюхал его клюв.

— Ну что ты! — возмутился Ромка. — Думаешь, я совсем? Он же маленький!

— Так чем же ты его напоил?

— Ну так. Я там всего разного намешал в молоко.

Похоже, Ромка не собирался уточнять, что это такое разное, я же не настаивал.

— Ну что ж, — сказал я, — если этот не сдохнет, то можно будет поить остальных.

— Ну чего ты сразу «сдохнет»? — грустно спросил Ромка.

Но не одному Ромке было грустно, я тоже не хотел, чтобы маленький бухтозавр сдох. За эти долгие часы полета мы как-то быстро к нему привыкли. Он был смешным и веселым, и в принципе, можно сказать, не лез, куда ему не следовало.

— Что у тебя здесь? — спросил Ромка.

— Тихо — ответил я.— Как-то уж слишком тихо.

— Это же хорошо, — сказал Ромка. — Еще сутки, и мы дойдем до безопасной территории.

Бухтозавр продолжал веселиться. Он полез на свое любимое место, на голову Ромки. Но в этот раз не устроился на ней спокойно, а решил там немного порезвиться.

— Ну все, — не выдержал Ромка. — Пойду остальных поить.

Он снял бухтозавра и посадил в кресло вместо себя.

— Сидеть, — сказал он.

И, кажется, зверек послушался. Во всяком случае, с кресла он никуда не собирался убегать. Ромка же ушел готовить свою смесь для остальных бухтозавров. Интересно, конечно, было бы посмотреть, как он будет их поить, но мне сейчас было не до этого.

Я уже точно был уверен, что что-то идет не так. Тишина была обманчивой. Птеры как будто специально ушли, освободив нам путь. А если так, значит, они готовят нам ловушку, мы идем первыми, и значит, первыми в нее попадем. Черт! Но никого же нет вокруг, пустые планеты, астероиды и ни одного корабля, только фрегат сзади нас.

Я продолжал проверять показания приборов. Нет, я должен понять, что задумали эти птеры! Вернулся Ромка. Он поднял бухтозавра и с уставшим видом сел в кресло. Он был весь в брызгах молока, но мне сейчас было не до этого. Я нашел то, что искал.

— Смотри! — сказал я ему и ткнул пальцем на экран.

Немного в стороне от нашего курса была планета, и рядом с ней, выключив двигатели, висел корабль. Вернее, я не был уверен, что это корабль, мне почему-то так казалось.

— Это корабль, — сказал я.

Ромка засомневался.

— Может это старый, заброшенный корабль? — предложил он.

Похоже, на нем была выключена или не работала никакая электроника.

— Нет, — сказал я, — это точно, он нас ждет!

— Да ладно, кому мы с тобой нужны? — произнес Ромка.

— Давай фрегату сообщим, пускай он обойдет нас и проверит.

— Точно, — сказал Ромка. — Хорошо ты придумал, пусть фрегат проверяет.

Я связался с фрегатом, хотя до этого мы договорились соблюдать тишину, и сообщил координаты подозрительного объекта. На фрегате согласились проверить мою догадку. Фрегат обогнал нас и пошел впереди, направляясь к кораблю птеров, как я считал.

Лучше бы я ошибался. Это действительно оказался корабль птеров. Он включил двигатели и рванул навстречу нашему фрегату. То, что было потом, сложно описать. То ли фрегат птеров оказался лучше оснащен, то ли там команда была опытнее, но только, кажется, наш фрегат начал проигрывать. Мы же снова убегали, включив двигатели «Кошечки» на полную мощность, уже забыв про всякую осторожность, неслись вперед.

— Может, нас не заметили? — с надеждой в голосе произнес Ромка.

Как бы мне тоже этого хотелось. Фрегат послал нам сообщение, что он больше не может продолжать бой и начинает отступать, чтобы выйти из боя.

— Мы снова одни, — упавшим голосом сказал я.

— Не одни, — сказал Ромка.

Я посмотрел на монитор, корабль птеров догонял нас.

— И чего он к нам прицепился?

Из динамиков раздался голос птеров. Неужели думает, что мы что-то понимаем?

— Во! А я его точно знаю, — сказал Ромка. — Это же тот, из-под носа которого мы Черного Волка с командой сперли.

Понятно теперь чего он к нам прицепился.

— Так это он за нами, выходит, столько часов шел, вот только мы почему-то его не заметили. Хитрый гад.

Расстояние между нами и птером сокращалось.

— Скоро он в нас пальнёт, — сказал Ромка.

Я проверил противометеоритные щиты, они были включены на полную мощность.

— Вряд ли это поможет, — грустно сказал Ромка.

Я это и без него знал. И главное, вблизи ни одной планеты, ничего большого, где бы мы могли спрятаться.

— Вот! — радостно закричал Ромка и показал в угол экрана.

Слева от нас двигался астероидный поток.

— Кажется, уровень восьмой, — на глаз определил Ромка. — Наши щиты должны выдержать.

— Наверно, — добавил он, подумав. — Мы пройдем через астероидный поток и выйдем на другой стороне. Метеоритный поток будет мешать птеру стрелять по нам.

— А если он пойдет следом за нами в астероидный поток?

— Нет, корабль пожалеет. Наверно, — не особо уверенно произнес он.

Я сразу повернул корабль к потоку. У нас не было выбора. Главное, нырнуть в поток раньше, чем нас догонит птер. Ромка еще больше увеличил мощность двигателей. Хотя куда еще больше? Мне казалось, что они и так работают на полную. Ромка снял бухтозавра с головы, не глядя посадил его в пустое кресло, сейчас точно было не до него, и переключил управление кораблем на себя.

Вот и астероидный поток. Ромка чуть сбросил скорость. Мы нырнули в поток. Уворачиваясь от больших метеоритов, Ромка аккуратно вел «Кошечку» через поток. Все, мы прошли поток и вынырнули на другой стороне. Ага, вот и птер подошел. Он оставался на той стороне потока, мы снова услышали его голос в динамике.

— Во, сейчас точно ругается, — произнес Ромка.

Судя по интонации птера, я тоже это понял.

— Ага, боишься краску поцарапать! — произнес Ромка птеру, как будто тот мог его слышать.

Птер же выстрелил. Как хорошо, что между нами был метеоритный поток. «Кошечка» почти не ощутила силу выстрела. Кажется, и птер это заметил. Он летел с другой стороны потока. Похоже, раздумывая, не нырнуть ли ему вслед за нами. Я проверял показания приборов. Хорошо, что поток пока не собирался заканчиваться. Птер выбрал подходящее место и нырнул в поток.

— Вот черт! — только и произнес Ромка.

Он снова включил двигатели на полную. Мы неслись вдоль потока, уходить далеко от него мы пока не решались. Как только птер должен был вынырнуть на нашей стороне, Ромка сразу направил «Кошечку» снова в поток. То, что обычно приносило смерть, сейчас было нашим единственным спасением. Мы уворачивались от больших астероидов, на маленькие уже не обращали внимания. Птер шел параллельным курсом вдоль потока, но больше пока не стрелял.

— Надо звать на помощь, — сказал я, — как Черный Волк, может, кто услышит.

И я стал открытым текстом, без всяких шифровок, которые я и так не знал, просить о помощи. Я повторял и повторял сообщение, но в ответ никто не отвечал, либо я слышал голос птера.

— Во гад! Издевается! — сказал Ромка.

Птер отлично понимал, что деваться нам было некуда, и поэтому больше не рисковал своим кораблем, ждал, где же мы вынырнем, наконец-то покинув наше смертельно опасное убежище.

Я не сдавался, услышали же мы Черного Волка, может, и нас кто-то услышит. И нас услышали.

— Это линкор ROH-29, я получил ваше сообщение, проверил ваш статус, его подтвердил линкор SOH-45. Мы изменили курс, через тринадцать минут выйду в зону вашей видимости.

— Это «Кошечка», с нетерпением жду вас, линкор, — ответил я явно не по уставу.

— Тринадцать минут, — проговорил Ромка.

Как хорошо, что поток не кончался. Птер, конечно, слышал сообщение, надеюсь, что он его не понял. А если и понял, то какая же выдержка у этого птера, зная, что придет линкор, он продолжает ждать, когда можно будет нанести по нам удар. Один раз мы уже убегали от этого птера. Тогда я думал, что те тридцать минут самые длинные в моей жизни, похоже, я ошибался, эти тринадцать были намного длиннее. Птер не хотел уходить, еще и астероиды начали пробивать наши антиметеоритные щиты.

— Нас так надолго не хватит, — сказал я Ромке. — Нам нужно отсюда выбираться.

— Нельзя, — сказал он. — Он только этого и ждет.

Кажется, антиметеоритные щиты держались из последних сил, энергия в них уже подходила к концу, еще немного, и летящие нам навстречу астероиды начнут разносить «Кошечку» на куски. В динамике снова раздался голос птера. Приборы показали, что он развернулся и стал уходить.

— Кажется, он уходит, — я не верил своим глазам.

Ромка стал сразу осторожно выводить «Кошечку» на другую сторону потока. Антиметеоритные щиты уже практически не работали. Приборы показывали приближение линкора.

Прошло еще сорок два часа.

Мы наконец-то на планете Сентур. Груз выгружен. Конечно, мы не запихивали маленьких бухтозавров обратно в контейнер. Занятие ловить их мы предоставили работникам научной станции. И они от этого были очень счастливы.

— Девятьсот девяносто девять, — радостно выкрикнул подбежавший к нам профессор.

— Из тысячи яиц у нас есть девятьсот девяносто девять детенышей бухтозавров. Это чудо! — не переставал повторять он.

— Как у вас получилось доставить их всех живыми? — восхищенно говорил профессор.

«Как получилось у нас самим остаться живыми?» — подумал я. Подробности нашего путешествия мы профессору не рассказывали, как и про ту смесь, которой Ромка напоил бухтозавров.

— Ромка, ну представь, бухтозавр вырастет, будет огромный с крыльями. Он же у нас в рубке не поместится! — я стал тихим голосом уговаривать Ромку.

— Будет в грузовом трюме жить, — ответил Ромка.

— Но ему же будет там скучно, — сказал я. — Вот представь, тебя бы в трюме заперли. Да и молока на него не наберешься.

Ромка вздохнул. Засунул руку в карман и вытянул оттуда уже ставшего почти членом команды маленького бухтозавра.

— Вот, — протянул он его подошедшему молодому сотруднику с лохматой головой.

— Он на голове любит сидеть, — добавил он.

Молодой сотрудник непонимающе посмотрел на Ромку.

— Короче, сами разберетесь.

Профессор продолжал бегать в полном восторге от происходящего. Кажется, его восторг разделяли все остальные сотрудники станции. Мы же повернулись к «Кошечке», нам пора было улетать.

— В этот раз только по длинному маршруту, — произнес я.

Мы посмотрели на «Кошечку», похоже в этот раз без капитального ремонта не обойтись. Вся обшивка «Кошечки» была раскурочена. Я вздохнул. Похоже, Ромка понял, о чем я думаю.

— Ну чего ты? Всего лишь немного поцарапали, — попытался он пошутить.

Немного помолчал и добавил:

— Да ладно тебе расстраиваться, главное, на ходу!

The end. To be continued.