Вверх

Глава 1 - Почему вверх

Почему именно вверх? Этот вопрос возникнет у любого, кто впервые откроет эту историю. Ведь обычно люди говорят: "пойти вперёд", "спуститься вниз" или "двинуться дальше". Но здесь, в поясе астероидов, направление вверх имеет особый смысл.

Представьте себе необъятное пространство, где — вместо моря -белые облака и синее небо, а вместо материков — десятки, сотни, тысячи каменных островов. Они плывут в чёрном океане космоса, обросшие зеленью, источающие светящиеся испарения. Вокруг каждого острова держится невидимая, но прочная, словно стеклянный купол, атмосфера. Она не даёт жизни погибнуть, позволяет дышать и… парить.

Да, именно парить! Здесь не нужны ни крылья, ни машины. Стоит лишь оттолкнуться ногой от скалы — и тело мягко скользит в воздухе при помощи планера из листьев, медленно набирая высоту. Можно взмыть к соседнему острову, будто к облаку, а можно задержаться между мирами, зависнув в сияющем пространстве, где звёзды кажутся ближе, чем собственное дыхание.

И вот поэтому здесь всегда говорят: "Пошли вверх".

Потому что вверх — это не просто направление.

Вверх — это дорога.

Вверх — это путь.

Вверх — это судьба.

И наша история начинается именно так: с того, как одна девушка в один из обычных дней решила переименовать свой домашний остров.

Пора и вам отолкнуться от своего острова и узнать, что скрывает безбрежный мир парящих скал.

Её звали **Арина**. Она лежала на спине в своём планере, собранном из длинных упругих листьев, переплетённых тонкой лозой. Листья шуршали на ветру, улавливая потоки воздуха, и держали её в небесной глубине так уверенно, будто это был настоящий корабль. Арина управляла парусами острова, на котором жила. Её остров был не просто куском скалы среди облаков — он слушался её, поворачивался к солнцу, раскрывал зелёные паруса, словно гигантский цветок, и медленно плыл по голубому небу под ей управлением, система рычагов и руль позволяли управлять парусами которые направляли остров благодоря силе ветра. На острове был построен деревяный дом.

Сегодня, оттолкнувшись и взлетев на своём планере, она заметила, что ушла слишком далеко.

Сначала другие острова маячили на горизонте: светились, тянули к небу тонкие стволы деревьев, вспыхивали отблесками зеркал-сигналов. Но теперь вокруг был только простор. Белые облака мягко расстилались под ногами, а над головой уходило в бесконечность глубокое синее небо.

— И всё же… как же тебя назвать? — тихо пробормотала она, думая об острове.

Имя должно быть особенным. Ведь это не просто камень, не просто земля под ногами. Это её дом, её крепость, её тайный сад среди небес. Имя должно звучать так, чтобы даже ветер отзывался на него. Она перебирала варианты. Что-то нежное? Что-то гордое? Или имя, которое хранит тайну?

Планер качнулся, словно подталкивая её к решению, и Арина снова посмотрела вниз, в облака, где невидимой тенью плыл её остров.

Мир, в котором жила Арина, не был простым нагромождением островов.

Он состоял из **трёх огромных колец**, каждое из которых двигалось вокруг вечного небесного урагана. Внутреннее кольцо вращалось быстрее, среднее плавнее, а внешнее — медленнее всего, словно три орбиты из скал, лесов и рек, висящих в небе. Племена кочевали по этим кольцам, переправлялись на планерах и парусах от одного острова к другому, и каждое племя имело свои знаки, песни и легенды. Арина парила в тишине и думала о том, как нагнать одно из таких племён. Совсем недавно они были здесь: их острова, похожие на лодки с алыми парусами, скользили мимо, оставляя за собой долгие тени в облаках. Но теперь от них не осталось даже блеска. Только пустое небо и бескрайние белые валы облаков под ногами.

— Я их догоню, — сказала она вслух, сжимая перекладины своего планера. — Должна догнать.

И снова взгляд её вернулся к собственному острову, далёкому и скрытому в облаках. Он был особенным: с тёмными скалами, словно вырезанными из базальта, и светящимися зелёными садами наверху. Паруса-лепестки тянулись в небо и переливались золотом. Такой остров заслуживал имя, которое звучало бы, как заклинание.

Арина решила назвать его **Лисандр** — «остров, что ведёт за собой».

Пусть имя напоминает ей, что дом — не только убежище, но и корабль, что всегда укажет путь, куда бы она ни летела.

Глава 2 - Ядро

Арина вернулась на планере к Лисандру и приземлилась в тихой бухте между скал. Внутри острова, в пещере, скрывалось ядро — сияющий кристалл, что связывал её с самим существом острова. Она коснулась ладонью его поверхности, и в ответ пространство наполнилось мягким светом и голосом.

— Арина, ты снова ищешь имена? — спросило ядро, будто зная её мысли.

— И не только имена, — улыбнулась она. — Запусти симуляцию. Я хочу увидеть все возможные острова, какие встречаются в кольцах.

Кристалл загудел, и в воздухе возникли мерцающие образы. Один за другим перед Ариной проплывали острова.

— В основном острова — это базальтовые скалы, — пояснило ядро. — Плоские поверхности, обросшие травой. Немногие имеют леса, ещё меньше — реки и водоёмы. На тех где есть леса обычно найдены следы поселений за которыми в до гонку уходишь ты.

— Да, я это знаю, — кивнула Арина, внимательно глядя на проекции. — Они все как братья-близнецы. Чёрные камни, немного зелени, ровная площадка.

— Потому большинство племён не остаются на одном месте надолго, — продолжило ядро. — Такая земля не кормит, не хранит. Она лишь точка пути.

Арина задумалась.

— А если представить, что остров может быть иным? Не просто камнем с травой, а чем-то… живым? Таким, что поведёт за собой, как Лисандр.

Кристалл вспыхнул ярче.

— Это возможно. Но тебе сейчас надо нагнать иных поселенцев. Всё зависит от того, как ты направишь энергию парусов.

— Значит, Лисандр будет другим, — твёрдо сказала она. — Не точкой пути, а началом дороги в родной рой.

Арина провела рукой по воздуху, и возникли виртуальные проекции островов они послушно раздвинулись, собираясь в кольца. Она с лёгкостью расставляла каждый остров в виртуальном пространстве — плоские базальтовые плиты, травяные поляны, редкие лесные массивы. Всё, что когда-либо встречала, и всё, что ядро хранило в своей памяти, теперь выстраивалось в единую виртуальную карту.

— Ты работаешь быстрее, чем я рассчитывал,— тихо заметило ядро.

— Это несложно, — ответила Арина, вращая рукой целое кольцо из десятков островов. — Я же помню их все. Каждый изгиб скалы, каждое пятно травы.

— Но память обманывает, Арина. Она только снимок, а реальность иное.

— Может быть, — усмехнулась она, ставя последний остров на место. — Зато у меня есть ты, чтобы проверять.

— И всё же, среди тысячи камней ты ищешь что-то большее.

— Да, — прошептала Арина, глядя на мерцающую карту. — Я ищу тот остров, который поведёт меня дальше.

Арина закрыла ладонью светящуюся карту, и образы островов растворились в воздухе, будто тающий мираж. Тишина пещеры вернулась, только ядро продолжало тихо пульсировать светом в глубине скалы.

Она вышла наружу. Небо было прозрачно-синим, облака клубились мягкими волнами. Арина достала из сумки старую подзорную трубу — гладкий тёмный металл, украшенный затёртой гравировкой. Поднесла её к глазам и медленно повела по горизонту. Облака тянулись без конца, и только редкие тени, похожие на обломки камней, маячили далеко внизу. Она всматривалась настойчиво, будто надеялась выловить из этого сияющего моря хоть намёк на паруса кочевого племени, но нет только синяя, лазурная линия горизонта, хотя вокруг и вращались мелкие камни.

Труба улавливала каждую мелочь: блеск солнечного луча на камне, вихрь, разорвавший облако, силуэт птицы, мелькнувший в вышине. Но других островов рядом не было. Всё вокруг — только небо. Арина опустила трубу, прищурилась и задержала дыхание. Вдали что-то колыхнулось, будто на грани видимого. Она снова подняла трубу и уставилась в ту сторону. Ей показалось, что за облаками мелькнуло что-то красное, словно отблеск паруса, это пятно было между облаками. И так как это было невероятно далеко Арина решила что это иллюзия.

Арина задержала взгляд в подзорную трубу и наконец различила: далеко-далеко, за белой грядой облаков, проступали силуэты. Сначала — едва заметные точки, потом — вытянутые тени, а ещё позже вырисовались очертания настоящих островов. Сердце её дрогнуло. Она быстро спустилась к площадке, где находился штурвал — крепкая деревянная колонка с румпелем и тросами, уходящими вглубь острова. Взявшись обеими руками за рукояти, Арина повела руль в сторону, и Лисандр медленно послушался. Скалы тихо заскрипели, словно корабельный корпус, а паруса-лепестки, раскинувшиеся по бокам, развернулись навстречу ветру.

Она потянула за рычаг подъёмного паруса, и остров словно всплыл выше, перелетая через облачную гряду. Теперь курс был взят точно к удаляющимся теням.

Долго она стояла у штурвала, не сводя глаз с горизонта. Но постепенно свет начал тускнеть. Солнце уходило вниз, окрашивая облака в алый и золотой, а синий небосвод становился всё глубже, всё холоднее.

Когда небесный свет совсем угас, Арина закрепила руль и отпустила тросы парусов, чтобы остров сам держал плавный ход. Она направилась в свою каюту-кубрик которую соорудила на Лисандре. Там было просто: плетёная циновка, с подушкой из мягких трав и дверь, пока больше ничего

Арина улеглась, слушая, как ветер поёт в парусах, и шёпот ядра где-то глубоко внутри скалы сливался с этим вечным шумом.

Уже через несколько мгновений её глаза закрылись, и Лисандр продолжил свой путь вперёд, в ночь.

Проснувшись Арина снова прикоснулась к ядру. Свет вспыхнул ярче, и стены пещеры исчезли. Она стояла среди безбрежного неба, а вокруг медленно проплывали острова — настолько настоящие, что хотелось протянуть руку и коснуться шершавой базальтовой поверхности или сорвать травинку.

Она взмахнула ладонью — и острова послушно начали двигаться, словно огромный список, который можно перелистывать. Каждый следующий был уникальным, но все они казались осязаемыми, живыми.

— Симуляция готова, Арина, — сказал голос ядра. — Ты можешь перемещать и выстраивать острова, как пожелаешь.

В симуляции было видно как все острова удерживаются каким-то внутреним алгоритмам. Конечно она знала о том что силы гравитации на её родном острове Лисандре минимальны, но внутри симуляции было видно насколько точны силы удерживабщие острова один от другого. Её всегда удивляли рассказы старших о том что когда племена пытаются нагнать скорость скорости развития поражают и сейчас находясь в симуляции она догадывалась как достичь такого скоростного восприятия.

— Они выглядят… как настоящие, — прошептала она, проводя пальцами по воздуху. На мгновение ей даже показалось, что кожа ощутила прохладу камня.

— Для тебя нет разницы. Реальность и проекция одинаково ясны, если память достаточно сильна.

— Тогда давай дальше, — твёрдо сказала Арина и оттолкнула рукой целую гряду. Острова поплыли прочь, уступая место новым. — Я хочу пройти весь список, до самого конца.

— Это займёт время.

— У меня есть время, — упрямо ответила она, не сводя глаз с очередного мерцающего острова. — Я должна найти их, я должна понять куда устремилось племя.

Ядро замолчало, и только лёгкий звон сопровождал движение островов в симуляции, которая всё сильнее напоминала настоящий мир.

Глава 3 - В догонку

Арина вела Лисандр к центру кольца. Здесь небо казалось более родным, облака клубились плотными потоками, и острова теснились ближе друг к другу, словно собрались на совет. Ариане дуалось что так кажется потому что она тут всё знала. Каждый имел свои очертания, свои тропы и паруса, в основном давно заброщеные и пришедшие в негодность и все вместе они образовывали сложный узор, в котором легко было заблудиться новичку, но не ей.

Она стояла у штурвала, управляя своим островом, разворачивала паруса и настраивала курс так, чтобы пересечь каждую группу скал. Лисандр послушно слушался её рук: то скользил выше, то падал в воздушные ямы, то вновь выходил на прямой поток ветра.

Но только острова не отвечали на её сигналы, голосами жителей. Никто не откликался зеркалами, не махал парусами, не выпускал дым костров. Всё вокруг было пустым.

Чтобы разглядеть больше, Арина вновь взяла свой планер. Лёгкая конструкция из длинных листьев раскрылась, как крыло огромной бабочки. Девушка разбежалась и оттолкнулась от обрыва Лисандра. Воздух сразу подхватил её, и планер скользнул вниз, а потом мягко набрал высоту.

С высоты полёта Арина видела целые поля островов: одни плоские, поросшие травой; другие в форме каменных плит; кое-где попадались скалы с редкими деревьями или узкими трещинами, похожими на каньоны. Она кружила между ними, проверяла каждый, но всюду было одинаково — пусто.

Племя, которое недавно прошло здесь, словно растворилось в небе. Арина крепче сжала перекладины планера.

— Я их найду, — прошептала она. — Где-то они должны были оставить след.

И, накренив крылья, направилась к следующему острову, что вырастал впереди из облаков.

На Лисандре, а она его помнила и знала она стала разбирать ядро отключив его предварительно от оптимального питания.

На Лисандре Арина знала каждый камень и каждый склон. Но лучше всего она помнила дорогу к камню знаний с сияющим сердцем острова. В этот раз она пришла туда не для того, чтобы любоваться симуляцией. Она собиралась разобрать ядро, отключив его от привычного оптимального питания.

Сначала она погасила потоки энергии, перекрыла узлы, и кристалл потускнел, будто погрузился в сон. На его поверхности вспыхнула тёмная надпись:

"Нажмите любую клавишу."

Арина усмехнулась — каждый раз это казалось странной шуткой создателей ядра, древних мастеров, оставивших его потомкам. Она коснулась кристалла пальцами. Свет ожил, и на гладкой поверхности загорелся огромный баннер:

**ВВЕРХ — ранний доступ.**

Потом появилось мягкое послание, словно сам остров говорил от лица ядра:

*Спасибо за участие.**

Арина медленно выдохнула и нажала «Я понимаю». Мгновение — и её сознание скользнуло внутрь ядра.

Вокруг раскинулся сияющий зал, сложенный из света и отражений. Все линии и потоки сходились в центре, образуя ясную сеть. Это было настоящее нутро Лисандра — его память, его сила, его тайна. Она нашла данные о себе вот их ей и надо было.

Оказавшись внутри ядра, Арина шла по сияющему залу, словно по бесконечной библиотеке из света. Потоки данных тянулись ввысь и уходили в глубину, строки складывались в образы, и каждый из них можно было коснуться. Она искала не карты и не следы племён — в этот раз ей нужны были **данные о себе**. И ядро откликнулось. Перед ней вспыхнул контур её тела, точная проекция, будто зеркало, но составленное из света.

Всплыли строки:

Мутации тела: доступны три варианта.

— для мужчин,

— для женщин,

— универсальные изменения.

Арина задержала дыхание. Она всегда знала, что технологии ядра глубже, чем кажутся. Но одно дело — управлять парусами острова, другое — видеть, что можно менять саму себя. Проекция развернулась. Сначала —она читало о лице, о том как его можно изменить. Появились значки, позволяющие менять форму скул, линию подбородка, нос. Дальше — волосы: их цвет колебался от угольно-чёрного до белого, переходя через все оттенки — рыжие, золотые, даже бирюзовые. Глаза тоже можно было настроить и поменять: от привычного карего до прозрачного серого, зелёного, почти сияющего в темноте.

Технологии позволяли всё это — легко, словно редактировать карту островов, чем она часто занималась в ядре. Арина смотрела на свою световую копию и чувствовала, как в груди нарастает тревога.

**Кем она станет, если воспользуется этим? Собой ли останется?**. Подумав она решила ничего не менять.

Арина ещё раз взглянула на проекцию своего тела и закрыла доступ к изменениям.

Но тут ядро само вызвало новую запись. Видимо оно проснулось даже не смотря на низеую подачу тока. Перед ней промелькнуло изображение: девушка, почти её ровесница, в лёгком планере, скользила между островами того же кольца где сейчас находилась Арина.

Имя вспыхнуло рядом с изображение: **Элис**.

Арина нахмурилась. Видимо ядро окончательно проснулось.

— Кто это? — спросила она. - И к какому отрезку времени относится эта Элис? Ведь я тут одна.

— Элис, — ответил спокойный голос ядра. — Она, как и ты, ищет племя, покинувшее центр кольца.

Арина вгляделась в сияющий образ. Движения девушки были решительными, взгляд устремлённым. Почти как её собственные.

— Я могу встретиться с ней? — быстро спросила Арина. — Если мы ищем одно и то же, вдвоём будет проще. И почему я её раньше не замечала, хоть пространство и большое, но мы должны были пересекаться.

Пауза длилась дольше обычного. Затем ядро заговорило медленнее, с той особой тяжестью, когда оно выдавало что-то важное:

— Категорически нет.

— Почему?

— Я слежу, чтобы вы не встретились. Ваш контакт вызовет временную аномалию. Потоки памяти и событий сплетутся, и кольцо разрушит само себя.

Арина отпрянула от образа Элис, будто тот мог обжечь.

— Но если мы обе ищем одно и то же…

— Значит, каждая должна пройти свой путь отдельно. Это условие сохранения времени здесь в поясе астероидов нет гравитации, но есть правила удерживающее всё вместе..

Сияющий образ девушки погас, оставив Арину одну в световом зале ядра.

Она сжала кулаки. Если где-то рядом есть другая, такая же, как она, ищущая племя — значит, она не одна. Но встреча была запрещена.

Арина стояла посреди сияющего зала, не отводя взгляда от места, где только что мерцал образ Элис.

— Нет, — твёрдо сказала она. — Я всё равно хочу говорить с ней. Плевать на аномалии. Если мы обе ищем одно и то же, если мы в одном кольце — мы должны помочь друг другу.

Ядро вспыхнуло ярче, его голос стал жёстким:

— Твоё упрямство опасно, Арина. Но… есть одно решение.

Она затаила дыхание.

— Какое?

— Вы не можете встретиться лично. Но через сеть — возможно.

— Через сеть?

— Да. Ваши версии кольца отличаются по временной фазе. Разница — всего несколько минут. Этого достаточно, чтобы ваши пути не пересекались, то естья слежу чтобы вы не приближались друг к другу на расстояние минуты, то есть если ты где-то была то я пущу туда Элис только после минуты как ты покинишь место, эта минута критичесикй порог, личный контакт разрушил равновесие. Но я могу дать вам связь через сеть. Короткую, редкую. Не чаще одного раза за множество циклов.

Арина шагнула ближе к ядру, глаза её загорелись.

— Значит, мы сможем разговаривать?

— Сможете. Но время общения определяю я. Ты не сможешь вызвать её сама.

— И когда?

— Я сам задам момент. Ты узнаешь.

С этими словами ядро погасило все образы, и в пещере остался лишь слабый пульсирующий свет.

Арина выпрямилась. Она добилась своего. Теперь у неё был шанс услышать голос Элис — пусть недолгий, пусть редкий, но настоящий.

Глава 4 - Перед восхождением.

Арина сидела на краю Лисандра и смотрела в бескрайнее облачное море. Ветер трепал её волосы, паруса острова лениво шуршали, удерживая плавный ход. Ей казалось, что время остановилось. Она пыталась вспомнить. Но память ускользала, как вода сквозь пальцы. Ни лиц родителей, ни голосов друзей. Даже имён не осталось. Лишь смутные силуэты туземцев, встреченных когда-то в кольце, да их песни, звучавшие словно издалека. Всё остальное — пустота.

И только одно воспоминание всплыло ясно, будто ядро само подсветило его из глубин её сознания. Она снова услышала тот разговор — первый, самый давний. Тогда, когда Лисандр был ещё не островом, а пустой каменной плитой среди облаков, да это даже был не Лисандр, а инной остров.

— Арина, — говорил голос ядра. — Чтобы построить дом, тебе нужно собрать древесину и камень. Без этого мы не поднимем паруса.

Она помнила, как стояла на краю скалы, босыми ногами чувствуя холодный базальт. В руках — простой топор, за плечами пустой мешок. Всё только начиналось.

— Где мне искать? — спросила она тогда.

— На соседних плитах, — ответило ядро. — Там есть леса от разрушеных строений и залежи камня. Ты должна добыть их и вернуться.

Она кивнула, не понимая до конца, зачем, но чувствуя: это её путь. С этого началось её восхождение вверх. С первого прыжка на планере из листьев, с первых шагов в мире, где она была одна. Вроде тогда у неё даже планера не было

Теперь, спустя столько циклов, Арина сидела и думала: может быть, именно тогда, в том первом разговоре, ядро решило, что её судьба — идти вверх.

Арина закрыла глаза. Волны облаков под островом лениво перекатывались, а ей всё больше хотелось провалиться в прошлое. И вдруг оно всплыло — одно из самых первых воспоминаний, острое, как осколок стекла.

Она стояла на мачте разрушенного парусника. Сквозь трещины и дыры в корпусе пробивался свет, заливая пещеру бледными полосами. Сломанные балки торчали, как кости, ткань парусов висела клочьями, пропитанная влагой и временем.

Арина держалась за перекладину и смотрела вниз. Там, среди обломков, мерцало ядро. Оно было ещё слабым, его свет колебался, будто оно едва дышало.

— Арина, ты слышишь меня? — спросил тогда голос.

— Да, — ответила она тихо, не веря, что светящийся кристалл может говорить.

— Чтобы Лисандр ожил, тебе нужно собрать древесину и камень. Без них он не поднимется, без них у нас не будет парусов.

Она кивнула, хотя ядро и так знало её решение. Ветер завывал в трещинах корабля, тьма пещеры давила, но именно там началось её восхождение.

С мачты разрушенного парусника. С этого голоса. С первого задания. Хочешь, я продолжу и покажу, как Арина впервые прыгнула с этой мачты на планере и отправилась за древесиной? Арина помнила как тогда стояла на мачте разрушенного парусника, и в памяти всё оживало так ясно, словно она вернулась туда снова. Пещеру наполнял необычный звук — не просто эхо ветра, а мелодия, похожая на музыку, которую играли сами стены. Каждая нота словно отзывалась в её груди, подталкивая к первому шагу. Свет падал мягкими переливами: не снаружи, а будто изнутри самой пещеры, свет был мощный всёпроникающий, но не раздражающий. Он скользил по влажным камням, отражался на траве, пробившейся сквозь трещины. Тонкие стебли тянулись к сиянию, колыхались, как будто дышали, и от этого казалось, что пещера жива. Внизу, среди обломков парусника, лежали ящики. Одни разбитые, из них высыпались камни и обломки металла; другие — целые, но покрытые мхом, словно веками ждали, пока их откроют. И всё это сверкало в том странном переливчатом свете, будто мир хотел сказать: «Начни отсюда». Арина крепко держалась за мачту и смотрела вниз, где пульсировало ядро, слабое и едва заметное, но живое.

Собери древесину и камень, Арина, — звучал голос ядра в её голове. — Это начало.

Она вдохнула глубже, слушая музыку, впитывая свет. Это было её первое настоящее воспоминание — то мгновение, когда мир впервые признал её частью себя. Арина напряглась, пытаясь вытянуть из глубины памяти то, что было дальше. Картина с мачтой и пещерой стояла перед глазами ясно и отчётливо, но продолжение ускользало. Она знала только одно: ядро попросило добыть древесину и камень. И вот — странность. Она помнила, как будто моментально всё принесла. Ни дороги к соседним островам, ни тяжёлых шагов с грузом, ни пота, ни усталости. Только результат — готовые ресурсы у ног ядра, аккуратные стопки, как если бы они всегда были там. Арина нахмурилась.

— Почему так? — спросила она сама себя. — Откуда это ощущение, что всё было слишком легко?

В памяти вспыхнуло: возможно, потому что ресурсов тогда было в изобилии. Леса густые, хотя стоит заметить деревьев не так много, да и ресурсы в виде дерева она брала не срубая деревья, а собирая раскиданные тут и там доски, каменные жилы выходили прямо на поверхность. Всё лежало на виду, бери сколько хочешь. Но была и другая мысль — более тревожная.

Может, дело не в изобилии, а в воспоминании времени. Как будто само одно из трёх колец мира которые вращались вокруг урагана, тогда играло с ней, перескакивало на циклы повторений, сокращало события. Временные аномалии. Они всегда были рядом, незаметные, но ощутимые. Она помнила, как однажды ядро сказало: «Некоторые моменты ты не должна видеть полностью. Мы не можем позволить тебе всё помнить».

И это объясняло, почему после пещеры в её воспоминаниях зияла пустота.

Арина вынырнула из воспоминаний, словно из глубокой воды. Музыка пещеры, свет на траве, обломки парусника — всё рассеялось, оставив её в настоящем. Она стояла на своём острове, дышала ровно, и в груди рождалось то чувство, которое было сильнее страха и сомнений. Решимость.

Все ускользающие картины прошлого складывались в одно: её путь не завершён. Она должна узнать, куда ушли туземцы. Почему они оставили кольцо. Почему именно ей доверено идти за ними. Она поднялась и двинулась к ядру. С каждым шагом сердце билось быстрее. Разрушенные и покинутые паруса звенели от ветра, словно вторили её спешке. Всё вокруг стало чётким, ясным, как никогда прежде. Она шла стремительно — почти бежала. К ядру. К ответу. К восхождению. История Арины здесь заканчивается. Но её путь — только начинается.