Враг Внутри
Пролог. "Старик и Океан"
Пролог.
Тонкой красной линией судьбы сплетаются в причудливый узор. Будь то дело случая или некая высшая воля, что вершит судьбы, — истина неизвестна никому. Но те, кому посчастливилось понять своё место в хитросплетениях судьбы, способны проложить свой собственный путь.
---
Шёл 2150 соларный год. На краю галактики Млечного пути, сразу после тяжёлой битвы космофлота и штурма вражеского эсминца. На корабле-крейсере третьего легиона Рыцарь-Генерал стоял почти неподвижно. Его боевой костюм был покрыт запёкшейся кровью, пеплом и сажей. Мужчина преклонных лет вдумчиво всматривался в огромные иллюминаторы. В зале повисла давящая тишина. Белый мраморный пол повсюду рассекали золотые прожилки, и из него прорастали, будто деревья, колонны, увешанные алыми шёлковыми тканями.
За большими окнами медленно проплывали обугленные остатки разрушенных кораблей. Вслед за ними плыли и растворялись в космической тьме замёрзшие искалеченные тела.
Сайлас с печальным взглядом сел, скрестив ноги. Сжимая до хруста костяшек рукоять полуторного частотного меча, висевшего на поясе, он глубоко задумался: «Время течёт как неудержимая река, но война никогда не меняется. Сколько бы эпох ни прошло, сколько бы открытий ни было сделано, она всё та же, как и её непомерная цена…»
Он устало встал и выдохнул. Затем отряхнул с себя сажу и грязь, вытер о короткий плащ запёкшуюся кровь с перчаток. Слабые огоньки подсветки брони наконец пробились сквозь грязь. Он снял шлем и медленно стёр с него свежую кровь. «Est modus in rebus» (Всему есть мера), — устало пробормотал он себе под нос.
Оглядев зал и заметив на столе ящики, он быстро зашагал к ним. Трофейные артефакты с вражеского флота ранийцев кучей были навалены на длинный стол командования. Но его беглый взгляд оказался прикован лишь к одному предмету. В обугленном ящике из чёрного ониксового металла лежала белая сфера. Она выглядела так, будто высечена из лунного камня. Лишь слегка прикрытая изношенной серой тканью — небрежно, случайно, словно какой-то мусор.
Он с опаской приблизился. По лбу медленно стекали капли пота. Он приоткрыл рот, теряя дар речи. Дыхание стало прерывистым. Сфера тускло замерцала. От неё доносилось тихое нарастающее жужжание, растекавшееся эхом по залу. По её изящным металлическим бороздам потекли струи мягкого света.
Чутьё псионика подсказывало ему, что с его сознанием пытается что-то соприкоснуться. Медленно, осторожно, нежно. Он интуитивно ощущал, что это нечто издалека, незнакомое, и в то же время совершенно точно — сознание. Сознание иной формы, иных масштабов. Из неизведанных глубин космоса, куда не ступала нога человека. Страх, который его душил, постепенно растворялся и тонул в нарастающем интересе.
В какой-то момент Сайлас почувствовал лёгкие прикосновения на коже. Ему казалось, будто сотни незримых летящих пёрышек касались лица, щёк, губ и шеи. Затем в этих местах приятно потеплело, как от лучей рассветного солнца. Сердце замедлилось, словно в ритмичном танце сна.
Он увидел перед собой ярчайшую россыпь созвездий, рассекающих тьму бездонного космоса. Они переливались самыми немыслимыми оттенками, мерцали и светились. Нестерпимо яркие огни звёзд, казалось, вот-вот ослепят его. Он ощущал на себе их взгляды, чувствовал, как толпа незримых существ пристально наблюдает за ним. Ему чудилось, что они видят его насквозь — все мысли, всё, чем он является и когда-либо был.
Весь зал, колонны, стол — ему казалось, всё растворилось и осталось где-то далеко позади. В ушах нарастал мягкий гул и отзвуки журчания воды. Хотя он всё ещё неподвижно стоял в зале, его руки сами собой оказались на сфере. Широко открытые глаза заливала молочная пелена.
Он ощущал, как сознание плывёт по реке времени. Чудилось, будто звёзды показывают ему горизонт событий, в котором высечено всё прошлое и будущее. Перед ним словно рекой проплывали события давно минувших лет: древние битвы, мгновения озарений гениев разных эпох, невероятные моменты спасения от смерти тех, кому улыбнулась судьба.
Наконец он остановился на знакомом лице. Он увидел старого боевого товарища — Рыцаря-Генерала Маркуса Като в сражении с собственными легионерами. Узрел его смерть от их рук. Услышал глубокий басистый голос, возвещавший: «Исполнить приказ Альфа Омега». Сердце забилось с неистовой силой. Он старался вглядеться в детали, лица. Всматриваясь в лицо Маркуса Като, он узрел его последние мысли о сыновьях. Перед Сайласом предстало иное видение — события из другого времени. Он увидел близнецов, стоящих в горящем поселении ранийцев. Тот, кто был крупнее, оказался серьёзно ранен; тот, кто жилистее, встал на пути у собственных боевых братьев. И вновь всё тот же голос возвещал свой приказ в ушах нападавших.
Сайлас громко закричал: — Нееет! Не бывать этому! Только не Като!!! Предательство немыслимо!! Он ощущал, как с каждым ударом сердца будто молотки били в виски. Сайлас отшатнулся от сферы — и всё погасло, померкло. Будто ничего и не было. Лишь вкус железа во рту и жуткая боль, жжение в глазах напоминали о том, что ему пришлось увидеть.
Он еле стоял на ногах, опираясь на стол. На месте глаз остались лишь выжженные борозды и дым. Сайлас скрипел зубами и, сжимая кулаки, закричал ещё громче: — Стража! Ко мне! Спрячьте это!! Спрячьте надёжно! В зал вбежали рыцари, облачённые в силовые доспехи и алые изорванные плащи. В руках они держали энергетические щиты и частотные мечи. Через прорези шлемов можно было увидеть широко открытые глаза. Впрочем, недолго мешкая, двое рыцарей подбежали к Сайласу, взяли его под руки и усадили на высокий трон с мягкой обивкой в углу зала. Подключили провода и трубки с иглами, идущие от подножия трона к позвоночнику и шее Сайласа. Старик устало обмяк в огромном стальном кресле. Двое других сорвали ткань с колонны и ринулись к столу. Они накрыли весь стол алой шёлковой тканью с изображением двуглавого орла.
Старик Сайлас застонал и приподнял голову. Раны на месте глаз медленно затягивались, оставляя страшные шрамы. Он пробормотал: — Не бывать этому. Твои сыновья… Маркус. Я дал тебе слово, брат. И я сдержу его…
Никто из рыцарей не понял, к кому он обращался, как и того, что именно произошло с ним. Они закрыли двери в зал, преградили вход и не пускали никого к Сайласу. А Рыцарь-Генерал ещё долго и мучительно отвечал на множество вопросов своих подопечных.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
