В темноте.

Глава 1

В темноте все звуки делаются громче. Конечно, если провести там достаточное время. Шипение пара, вырывающегося под давлением из переплетений уходящих вдаль коридоров труб, гудение светодиодных панелей, что слабо мерцали у самого пола, тихий металлический перестук, в глубине вентиляционных шахт, всё преобразилось в царстве теней. И непонятно, то ли это из-за обострения органов слуха, что взяли на себя основную функцию ориентации в пространстве, пока зрение сдало позиции, то ли из-за проникающего под кожу низкого и вездесущего гула, что медленно сотрясал весь корабль. Но капитан службы безопасности Роберт Росс так же не отрицал, что причина обостренного слуха кроется в добравшейся до их мозгов заразы, что убила и изуродовала большую часть команды первой в истории человечества миссии полёта на Марс.

Двое последних безопасников, включая самого Росса, выплевывая легкие, неслись по утопающим в черноте хитросплетениям коридоров зависшего на орбите Деймоса корабля. Не самое разумное поведение, особенно в их случае. Можно и споткнуться обо что-то в темноте, или налететь на торчащие тут и там штыри, что повылазили из проломов в стенах, как кости истлевших трупов. Или нарваться на любое другое дорогое и опасное в таких условиях научное оборудование, во множестве разбросанное вокруг. Однако мелькающие в лучах фонарей тени, что издавая визжащие звуки, неслись по следу двух людей, не давали особого выбора.

В правом ухе капитана зашипело.

— Роберт, обернись… — низко и вкрадчиво произнёс женский голос.

— Заткнись Зенкова! — огрызнулся в ответ мужчина.

— Ты ничего не исправишь.

Болтать с кем-то в наушнике, и при этом не сбиться с дыхания было для Роберта не такой уж и трудной задачей. Всё же он долгое время прослужил в армии, ещё до вступления в Международную Космическую Организацию. И если за себя капитан не беспокоился, то вот за молодого Дэвида, что каждые двадцать или тридцать метров останавливался, что бы выпустить за спину очередь из автомата, очень даже волновался. Сколько парень сможешь поддерживать темп, который был для Росса вполне приемлемым, капитан сказать не мог. Безопаснику не хотелось бы, что бы его сотрудник и коллега попал в лапы бывших членов экипажа. Один бог, если он здесь есть, знает, что изуродованные тела, слившиеся в огромные куски бесформенной плоти, могут сотворить с несчастным человеком. Росс не хотел проверять. Да и Дэвид, он уверен, тоже не горел желанием получить ответ на этот вопрос.

Коридор вывел к большой и круглой комнате — перекрёстку. Пол и стены, в свете закрепленного на автомате фонаря, окрасились в причудливые иероглифы, переплетающиеся и расходящиеся в витиеватых линиях, образующих настоящие рисунки из текста. Посредине комнаты, в свете пяти ламп, в которых горели черные свечи, разместился странный символ, с нечитаемыми буквами по краям маленького круга со стрелой наверху.

Не сбавляя темпа, офицер пересёк помещение, обогнув свечи и круг, оказавшись в шлюзе реакторной обернулся. Там, за сиянием свечей виднелся силуэт Дэвида. Оружия у него не было, и тьма вокруг него сгущалась. Фонарь капитана начал мигать и сбоить, как при приближении бывших членов экипажа. Откуда-то сверху, и одновременно снизу заслышалось скрежетание когтей о металл. Росс мог поклясться, что в его свободном от наушника ухе запищало. На мгновение, все звуки вокруг стихли. Что бы сразу же взорваться дикой какофонией безумного корабля. Пол перекрёстка взорвался, выпуская в комнату огромную каплевидную тушу, слепленную из кучи людей, уверенно стоящую на двух массивных лапах.

«Засада» подумал Роберт, и побежал к пульту управления шлюзом, надеясь, что механический привод ещё не был выведен монстрами из строя. Чудо случилось и створки стали смыкаться. Последнее, что увидел безопасник, перед тем как его напарник скрылся из виду, было искривлённое в испуге лицо Дэвида, и его рука, тянущаяся к гранате на разгрузке. Прислонившись к отрезавшим его от опасности слоям металла, Росс прикрыл глаза, чувствуя, как по другу сторону раздался сотрясающий стены и пол взрыв.

— Вот и всё, Роберт. Остался только ты.

Отвечать сумасшедшей ученой, что, по мнению капитана и была ответственна за весь хаос, безопасник не видел смысла. Росс плюнул и направив вновь оживший фонарь во тьму, пошел к реактору. Пол под ногами вновь ощутимо задрожал. Теперь только он сможет спасти человечество. Так ему хотелось бы думать. А что будет, когда после них прилетят спасатели, или следующая экспедиции, он не знал. Может и не хотел знать.

Они пытались вернуться домой, ещё когда это только началось. Никто не думал, что зараза так быстро распространится. Системы на борту самого совершенного технологического творения людей выходили из строя слишком быстро. Будто кто-то их намеренно ломал. Как выявило расследование Росса, именно так оно и было. Связь с землёй потеряли ещё, когда с Марса стали поступать сообщения о первых зараженных. По хорошему, как велят протоколы безопасности, им бы следовало активировать аварийный канал с центром, передать им всю информацию о вспышке неизвестной инфекции и оставив больных в модулях на красной планете, возвращаться обратно. Но доктор Зенкова настояла на продолжении миссии. Она сказала, что не гуманно будет бросить своих друзей здесь, обрекая на неизвестную участь. Знай Роберт, во что это выльется, тогда бы уже дал ей по шее, запер в карцере и, воспользовавшись чрезвычайными полномочиями, направил Странника обратно.

Навстречу капитану неслась приземистая, трёхногая тварь, с головой покрытой черными, длинными волосами. В свете фонаря сверкнули черные глаза бусинки, во множестве проросшие на лице бывшего человека. На месте рта извивались мандибулы, которые уместнее смотрелись бы на каком ни будь ракообразном, из самых недр океана на земле. Очередь автомата остановила направляющиеся к нему создание. Хотя Росс и знал, что не на долго.

Уже тогда, во время пылкой речи Елены, что стала исполняющей обязанности капитана корабля, после смерти последнего, у Росса закрались смутные подозрения. Стоило доверится интуиции, она его никогда ещё не подводила. И обстановка на корабле становилась всё хуже, и слишком поздно они взяли курс на землю. Из-за диверсии топлива не хватило на обратный путь. Но добраться до красной планеты — вполне. Модули колонистов особо не пострадали, и там оставались значительные запасы кислорода, воды и еды, что бы дождаться спасателей. А если прибавить к ним ресурсы Странника, то можно было бы продержаться целый год. Проблемой являлись мутировавшие члены экипажа, что по непонятным даже для ученой части корабля причинам стали ни с того принимать столь безобразные формы. Но даже так выжившие приняли решение спустится на поверхность и там попытаться наладить связь. Всё же, оружие у них ещё никто не отбирал.

Утопающая во тьме лестница вывела его в реакторную, что была самым большим помещением на корабле. У самого пола стелился пар, окрашенный в грязно желтый свет аварийными лампами. Среди лабиринтов труб и баков с охлаждающей жидкостью мелькали тени. Росс увидел окна операторской. Теперь он был куда ближе к намеченной цели.

Корабль ощутимо тряхнуло. Капитан не мог сказать, сколько ещё они так продержатся. Всё, что он знал, так это то, что они движутся. Последние члены экипажа, что ещё не сошли с ума и не срослись с мутантами, или кто они там, запустили Странника к Марсу. И было это несколько часов назад. Скоро они приблизятся к орбите красной планеты. Гравитация планеты уже действовала на корабль. По накренившемуся полу прокатились баллоны, трубы и всевозможный мусор. Самому ему пришлось уцепиться за поручень, что бы не полететь за ними следом.

— Роберт, обернись…

В ярости Росс выдернул наушник, но вместо зелёного огонька входящего сигнала увидел, что переговорное устройство и вовсе сломано. И как давно, он не мог сказать. Слуховые галлюцинации были одним из первых симптомов заражения.

Слишком поздно капитан бросился исполнять свои прямые обязанности. Проведенное им расследование установило, что доктор Елена Зенкова причастна к несчастному случаю, что привёл к смерти капитана корабля. Она так же запугивала и шантажировала других членов экипажа, убеждая их оставаться на орбите. Саботаж систем корабля так же её вина, но лишь отчасти. К тому времени у неё появились союзники. Такие же сумасшедшие, как и она, что непонятно чего хотели добиться. По правде говоря, он с Дэвидом и другими сотрудниками безопасности установили, что безумцы хотели на поверхности Марса установить связь с неким Барцабелем. Но легче от этого не становилось. Так, по крайне мере, становилась ясна причина, их яростного желания оказаться внизу.

Из темноты стали один за другим выбегать твари. Низкие, высокие, со множеством рук и клешней, с острыми когтями щупальцами, всё они когда то были людьми. Оружие в руках капитана скашивало их ряды, но существа были очень живучи. Странника мотало уже куда сильней. Искусственная гравитация выходила из строя и притяжение планеты буквально меняло стены и пол местами. Но Росс справился, он прорвался к шлюзу операторской и закрыв за собой массивный ворота взлетел к пультам. Не слишком заботясь о безопасности, Роберт стал ускорять процесс ядерной реакции. Все поглощающие стержни он извлёк из моноблока. Защитные системы взвыли о нарастании температуры, твари снаружи как будто тоже почувствовали опасность и стали активнее ломиться в операторскую.

Странник начал заходить на посадку. Повреждения систем сделали своё дело и корма корабля подалась вперёд, а нос наоборот задрался к верху, отчего Роберт чуть не улетел в обзорное окно впереди. Зато монстры отправились в полёт, освободив вид на залитую алым туманом реакторную. Пристегнувшись ремнями к креслу оператора, Росс продолжил направлять процесс. Электронная команда на принудительную остановку не прошла, потому безопасник перевёл её в ручной режим. Прямо перед ним выскочил рычаг. Елена всё сделал так, что бы повреждения не помешали приземлению. И если капитан не мог вернуться домой, то он хотя бы мог не дать им добиться желаемого.

— Роберт, обернись…

Неожиданно стена позади мужчины со скрежетом покинула своё место и в образовавшийся проём пролезло нечто, чему язык капитана не мог подобрать описания. Огромный, постоянно движущийся комок из костей и мышц, в котором проглядывали застывшие в агонии лица экипажа. Среди них ему даже померещился Дэвид.

Создание схватила Роберта за горло и прижало к пульту. В голове его вновь зазвучал голос Елены.

— Мне показали будущее, теперь твоя очередь.

В темнеющих от недостатка воздуха глазах капитана взорвалась яркая вспышка. Момент и он упал в бесконечность из водоворота ярких образов.

Он видел пламя, что пожирало тени грядущего. Там, в его сполохах он видел тысячи, нет, миллионы кораблей, что бороздили космос их галактики. Куда как больше их Странника и совершенней, они рассеяли людей по всем доступным мирам. Множеством своих человек затмил свет каждой звезды, заполонил землю каждой планеты. И там, в черноте будущего они были не одни.

Каждый камень, каждый кустик мха, каждый уголок бескрайнего космоса был чьим-то. Даже их родна планета была заселена бесчисленным сонмом разумных, и не очень, существ. Бестелесные, они не являлись жителями этого пласта реальности, но когда видели сны, перемещались в своих неосязаемых телах, сотканных из небытия, сюда. И они очень не любили, когда кто-то без спроса или уважения вторгался к их вотчину.

Роберт увидел как и они люди, попадали к ним. Вот что и случилось с командой. Они видели сны, что смотрели чьи-то глаза на той стороне. Они соединили свои разумы с иными, сливались, становились одним. Существа прошли через океан пустоты, и сплелись в безумной, погибельной песне с несчастными колонистами, сделав их часть себя. Изменив их под себя.

Росс увидел людей будущего. Идеальные, лишенные множества изъянов человека современного. Способные перестроить себя под любые нужды, приспособиться к любым условиям космоса. С гордо поднятой головой, эти потомки встречали вызовы негостеприимной вселенной. Такие сильные, такие умные и независимые. Такие высокомерные и жадные, что даже не заметили в своей бесконечной гонке за недостижимым постоянно присутствующих с ними рядом существ. И те таким отношением остались недовольны. Ещё бы, кому понравится, когда в его дом без спроса приходят и делают, что захотят?

Колонизированные миры пылают в войнах культов местных богов, вся галактика в огне, пока самые сильные пытаются удержать человечество от распада. И тогда всё станет ещё хуже. В глубине галактики, в её сердце, среди черных звезд, в недрах миллиардов солнц наблюдают существа из чистой энергии. Разумные протуберанцы, вихри плазмы, которых некая сила удерживает вместе. И к ним идёт война. Из иного места, очень темного и холодного, движутся полчища голодных существ. Рой гасит одно светило за другим, и с ними столкнутся жители звезд. Но пожиратели не пришли завоевывать, они в ужасе бегут. И целые галактики погибают, оказавшись у них на пути. А за ними, следуя неотвратимо и безжалостно, идёт сама смерть. Нечто, чего не должно быть во вселенной, но что по ошибке появилось и жаждет заменить собою всё.

От той женщины, что Росс знал когда-то, и которая с ним поднялась на борт Странника сейчас практически ничего не осталось. Лишь лицо, что с немигающим взирало на капитана напоминало о бывшем человеке. Тело её слилось с иными оболочками, и теперь в виде огромного комка на массивных бурых лапах давило его собой, медленно поглощая.

— Мы ничего не изменим, ничего не исправим. Даже со всеми технологиями, со всеми достижениями и приспособлениями, мы остаёмся рабами, которыми командует невидимый манипулятор за гранью собственного понимания. Нас ждёт война, бесконечная и неизбежная. Но если мы подготовимся, если примем помощь протянутых рук друзей богов, у нас может быть шанс, Роб.

— Нахуй иди!

Росс схватился за рукоять рубильника и резко дёрнул. Разогнавшийся реактор принудительной остановки не выдержал и рванул так, что весь корабль ярко вспыхнул, быстро израсходовав запасы кислорода. Вскоре уже ничего живого на искореженном борту Странника не осталось и его обломки стали сгорать, падая на поверхность Марса.