В поисках Солнечной Вселенной

Отправление ·

Прошло много времени с тех пор как люди впервые покинули земные берега и отправились в далекое путешествие.

Их корабли, карты, навыки становились все лучше.

Все больше постулатов из непреложных истин переходили в разряд мифов, пережиток предков. Что у земли есть край, что небо - это невозможный предел, что вырваться в далекие его просторы невозможно.

Бьюик нахмурился, глядя в иллюминатор. Эта простая привычка превратилась в традицию каждый раз при отлете корабля. К сожалению, обоснованную. Положение его становилось все менее завидным.

— Мёртв.

Звуки шагов были такими мягкими, что появление доктора никто не услышал. Его голос был легким, будто он сообщил, что капитан судна уснул.

Бьюик обернулся. Кроме него в напряжённом молчании ещё несколько человек ожидали развязки начала их путешествия. Впрочем, в космосе многие эмоции как будто сами собой атрофируются и уходят вглубь сознания. Не самое приятное чувство.

Штурман Диорам рассмеялся. Бьюику сразу не понравился этот парень. Высокий, широкоплечий, с густыми нависающими бровями и испепеляющим взглядом. Чёрное одеяние с накидкой приближало его к вычурному образу пирата. Он подошёл к молодому юноше, который, казалось, был в оцепенении, и опустил руку ему на плечо.

— Капитан назначил тебя главным, Арли, — почти повелительно громогласно напомнил он.

Сжав пальцы в кулаки, юноша поднял лицо и Бьюик заметил, что его черты стали куда суровее, чем стойкое спокойствие, которое он заметил ранее.

— Мы продолжим путешествие! — провозгласил юноша, встав на ноги.

— С телом на борту? Надо повернуть, — возмутилась Хесса и тряхнула тёмными волосами с золотыми прядями. От неё шли какие-то магнитные излучения. Бьюик не удивился бы, узнай, что она андроид. Ее костюм был лаконичен и покрыт характерной нашивкой. Это было единственным объяснением странных вибраций, которые видел в ней Бьюик. Он старался не смотреть ей в глаза.

Космический корабль с большим трудом вышел незамеченным в открытый космос на поиски достойной добычи. Все понимали, что пиратам нет возможности вернуться в порт. Это было слишком опасно.

— Да, очень разумно, — иронично хохотнул Диорам и приблизился к ней. Бьюик замер. Он одновременно испугался за Хессу, которая и бровью не повела, продолжая стоять, сложив руки на груди, и в то же время понимал, что он тут не поможет. Он лишний.

Единственный, кто здесь не был пиратом, был он сам. Договорившись с капитаном, он вступил на борт, выигрывая время, поскольку другие суда не шли в нужную ему сторону. Время и пространство - вот его главные цели. В борьбе за них он не замечал более существенных вещей. И после слов доктора о смерти капитана он осознал, что оказался на пиратском корабле без какого-либо обнадёживающего фактора.

— Я капитан. И мы полетим по курсу, — голос Арли был твёрд и непреклонен.

— Как скажешь, капитан, — ответила с неохотой Хесса и лишь тогда Диорам отступил от неё. К ужасу Бьюика штурман направился к нему.

— А ты кто? — насмешливо прозвучал голос Диорама, а глаза цепко впились в бесстрастное лицо.

— Пленник, — с едва уловимой иронией ответил Бьюик, вспоминая «официальную» версию своего положения. Он вдруг ощутил безмятежность, подобно меланхоличному доктору, который тоже стоял в стороне и, казалось, с мыслями о чем-то далеком и прекрасном, хоть лицо его и выражало печаль.

Несколько смешков, в том числе и Диорама, пронеслись по пространству, теряясь в механических устройствах и плазменных панелях.

— Серьезно? И какой нам в тебе толк?

— У него было соглашение с капитаном, — заметил механик, выпрямляясь и протирая руки после окончания обследования судна.

Диорам поднял брови и уже, вероятно, хотел задать свои условия дальнейшего вышвыривания с корабля ненужного балласта, но его прервал негромкий, но звучный низкий голос, от которого невольно шли мурашки по коже.

— Почему ты полетел с нами? В порту было много пассажирских судов.

Говорящий стоял у дальней стены. Профессиональный наёмник, едва ли кто-то рискнёт с ним спорить.

— Вен…

— Просто Амин, — поправил канонир Бьюика довольно дружелюбно.

— Я… — Бьюик внезапно ощутил, что все его доводы, которые принял, вероятно, по своим соображениям, почивший капитан, не прокатят с Амином и он должен раскрыть правду. Не взирая на присутствие остальных членов экипажа, его голос звучал ясно и громко.

— По этому курсу мы попадём прямо в чёрную дыру.

Игра на выживание :

Смерть — это часть жизни. Небольшие смерти преследуют нас ежечасно. Что-то заканчивается, давая начало новому.

Кто-то с ужасом взирает на оставшиеся в прошлом время, возможности, отношения и поломанные теперь вещи. Кто-то с надеждой смотрит в будущее и ждет нового.

Тело бывшего капитана сгорало в громадном ящике с мигающими лампочками, когда доктор Дигори произносил эту исповедь своим мягким душевным голосом. Брион Дигори был единственным, кто постоянно находился в каком-то отрешённом состоянии, а его глубокий взгляд имел тихую грусть.

Никто на корабле отчего-то не сомневался, что капитан умер своей смертью, хотя это было внезапно. Покончив с импровизированными похоронами, новый капитан отдал приказ взять запланированный ранее курс.

Бьюику напомнили о том, что он пленник на корабле: окружив его, команда самым пристальным образом обратила к нему своё внимание. Для него это было ново. Обычно люди просто не слушали его, не обращали внимание на слова и мысли.

— Я обнаружил странное скопление энергии в этих местах, куда идёт ваш путь, — объяснил он, ведя пальцем по карте, подсвечивающей звёзды и основные траектории путей, по которым шествовали десятки кораблей. Он указал на так называемые темные воды - недостаточно изученные места, которые попадались зачастую в космосе.

— Там ничего нет, — возразил Амин, задумчиво сведя брови.

— Чёрные дыры поглощают свет, поэтому их нельзя увидеть. Она есть там. Что-то массивное должно быть.

— Тогда просто не полетим туда, — раздраженно отрезал Диорам, поверхностно глядя на изученные вдоль и поперёк карты. Как штурман он знал почти наизусть многие основные пути. К тому же что и где можно найти.

Допрос прервался диким стрекотом.

— Что это? — поразился Бьюик, распахнув глаза в ужасе.

— Град, — коротко сказала Хесса. Она ловко поднялась на ноги и метнулась к одному из пультов управления, занимая кресло и вводя нужные данные.

В боковом иллюминаторе бесшумно в отличие от стрекота в корабле пронеслась стая метеоритов, некоторые из них были россыпью небольших камней, несколько были больше человека.

Капитан рванул к главному пульту управления. Диорам в два-три шага уже стоял на своём месте и неспешно, крепко схватив одной рукой круг контроллера, похожего на руль, а другой кран, он поднял взгляд в высвечивающиеся графики таблиц и сдвинул контроллер на несколько позиций. Моторы зашумели. Механик цокнул раздраженно и скрылся в техническом отсеке.

— Повернуть направо и прибавить ходу! — воскликнул капитан Арли, делая резкий манёвр и быстро переключая ряд тумблеров.

— Капитан, там патруль, — предупредила Хесса.

Ещё несколько манёвров помогли кораблю уклониться от смертоностных камней. Гравитационная стабилизация на судне работала безотказно и казалось, будто это метеориты в космосе совершают кульбиты, словно подгоняемые веселым ветром, а вовсе не слаженная работа экипажа двигает в нужном направлении корабль, по ощущениям будто стоящим на твёрдой неподвижной поверхности. Лишь неугомонный стрекот возвещал о близкой опасности.

— Турбины в бабины, — хохотнул задорно Амин и выхватил из-за пояса какой-то инструмент, быстро сверкнувший в его ловких пальцах. — Мы избавимся от них, разрешите только добраться до пушек.

— Не избавимся, — тяжело выдохнув после преодоления череды ступеней, вернулся механик. — Прорвало трубу с кислотой.

Диорам едва уловимо вздрогнул. Его пальцы сильнее сжали кран. Он знал, что значит это известие. Им конец.

— Чем конкретно это грозит? — Арли сделал ещё несколько переключений, выдвинул рычаги в нужные положения совместно с мастерским переключением штурмана и корабль повернул на бок, ловко проскользнув мимо двух облаков метеоритов. — Отлично, Диорам!

— Феликс, ты ранен! — выдохнула Хесса обеспокоено, заметив на плече механика вспоротую ткань костюма. Тот отмахнутся, вид его был мрачным и серьёзным.

— Мы потеряли половину топлива, магнитный прибор навигации и маскировки. И спасательные капсулы, на одного из нас не хватает.

Ненадолго повисло давящее молчание, разбавленное дробящим уши и нервы стрекотом. С одной стороны патруль, который скоро настигнет пиратов. Маскировка сломана и скрыться от них не выйдет ровно как и быстро уйти. Уходить в сторону метеоритов, где камней будет куда больше отдельных небольших партий, подобно верной смерти без исправной системы автоматической навигации. Время поджимало.

— Мы можем свернуть в сторону тёмных вод, — предложил Бьюик.

Диорам выругался и бросил яростный взгляд на Бьюика.

— Ты это подстроил?

— Нет, — выдохнул Бьюик.

Диорам прищурился. В его глазах отразился неестественный блеск.

— Это единственный выход, — не своим голосом молвил капитан. — Вырвемся и потом сменим курс как и планировали. Феликс, мы дотянем до перевалочного пункта?

— А как же наша добыча? — поразился разочарованно Диорам. Амин тоже заметно напрягся.

— Сейчас нет времени, надо беречь топливо и корабль. В случае опасности капсул на всех не хватит, — Арли хмуро передвинул несколько позиций на экране. — Перекрыть все клапаны. Надо устранить поломки. Пойдём по курсу внешней гравитации.

Он откинулся на спинку кресла. Диорам мрачно выставил фиксаторы на приборы и, кивнув Амину, пошёл с ним в технический отсек. Феликса перехватил доктор, не смотря на меланхолию, аккуратно и скоро накладывая швы на вспоротую кожу.

Бьюик поднялся на замену механика и пошёл по лестнице вниз. Спускаясь, он услышал голоса.

— Я не для того вырывался в космос, чтобы слушаться каких-то мямлей. Мне нужны детали, пока в моем теле есть, что менять.

Голос Диорама был ниже обычного, в нем слышалась стальная твёрдость, почти отчаянная. В свете ламп вновь сверкнули его глаза, с характерным отсветом интоксикации каким-то из этанолов нового поколения.

В поисках новых соединений для топлива, которым нужна была меньшая температура возгорания, медицинских препаратов и утилизации гор переработанного мусора человечество пережило не одну волну отравления. Не обязательно было находиться в эпицентре разработок. Достаточно было оказаться не в том месте не в то время.

Кому-то повезло меньше и в некоторых случаях люди попросту угасали, умирая от отравления и облучения. Кто-то цеплялся за жизнь. Диорам впился в неё зубами.

Умирать от интоксикации было болезненно и долго. Единственным выходом была замена органов. И штурман преследовал эту цель, находясь в пиратской команде.

Он как никто другой знал, чего хочет и что готов отдать за это все.

Зреющие безумства :·

Бьюик наконец понял, почему в космосе атрофируются сильные чувства. Перед его взором за иллюминатором распахнулась тьма, тянувшаяся в бесконечную даль. Где-то далеко мерцали всеми переливами цветов звёзды. Наверху проносились стайки от громадного потока метеоритов, от которых корабль сумел уклониться. И хотя его скорость была более чем приличной, он все также находился в полном равновесии без малейшего ощущения движения. Пространство космоса одновременно манило, располагало к себе и с другой стороны распахивало непроглядную тьму и неясно было - то ли в направлении их курса мало дальних звёзд, то ли их притягивает к себе нечто более громадное и не источающее света. Например, чёрная дыра.

Чёрные дыры невозможно увидеть. Их можно рассчитать, заметить что в каком-то месте отсутствует свет, ведь они поглощают все, и предметы и даже фотоны света, все попросту сползает в эти громадные затягивающие все мешки, сжимающие свою добычу в малые пространства. Это называется массивность. Обычные планеты и звёзды обладают массивностью за счёт своей массы, но их можно заметить по свету и зачастую их размеры громадны.

В космосе слишком много неизученных пространств и что в них кроется порой тоже не поддаётся измерениям. Чёрные дыры не испускают никаких излучений или волн. Они все только поглощают. Да и приборов было недостаточно, чтобы отсканировать подобные громадные пространства.

Корабль неотступно направлялся в темные воды - непомеченные на карте места, неизведанные никем. За этим понятием могло скрываться что угодно. Эти обладали гравитацией. Ее максимальная сила была неизвестна, значит, корабль может в любой момент попасть в ловушку притяжения, из которой выбраться будет почти невозможно - сила гравитации при сближении с ее источником неукоснительно растёт.

Это знали все.

И все же это был единственный путь сейчас.

Когда ты бороздишь на неподвижном по ощущениям корабле по нескончаемому мраку, глядя на бездушные далекие огни и сам находишься в нем, становишься частью этого бездушного словно неподвижного пространства, чувства тоже стихают, наливаются твёрдостью стали.

Диорам тоже наблюдал за хладным и бесконечным космосом в иллюминаторе, брови его были сведены как и скулы.

Он не любил заходить туда, где карты не могли предсказать дальнейшее развитие событий. Впрочем, пиратское судно порой делало такие невообразимые крюки, что с лёгкостью отрывалось от погони или выигрывало в борьбе за скорость и расстояние, но все это штурман проделывал благодаря картам и своему чутью. И сейчас это чутьё не предрекало ничего хорошего.

— Феликс, как твоя рана?

Механик провёл рукой по светлым волосам, убирая их на лоб и очаровательно улыбаясь. Его плечо было искусно перебинтовано доктором.

— Я определённо иду на поправку. Спасибо, — улыбнулся он Хессе, стоящей рядом, обнявшей себя за плечи. Она кивнула в ответ.

— Я все ещё храню те грани, что ты мне дал. Думаю, сейчас они тебе нужнее, — она протянула небольшие камешки, похожие на игральные кости.

— О, — поразился механик, принимая грани. — Ты их так и не потратила.

— Мне они не за чем, — буркнула упрямо Хесса и добавила задумчиво. — Надеюсь, тебе станет лучше.

До того, как Феликс успел ей ответить, Диорам своим бодрым и насмешливым голосом озарил почти тягостное молчание на судне.

— Сыграем в колпак? Давайте, дрейфовать ещё черт знает сколько часов.

Амин поднял голову от изучаемых карт, над которыми он склонился вместе с молодым капитаном Арли. Диорам знал, что это занятие лишено смысла.

— Давайте, — согласился Амин и присел за главный стол. К нему с другой стороны присел Диорам. Капитан, поколебавшись, сел у края стола. Бьюик предпочёл остаться у иллюминатора и никто не призвал его лично.

— Только для начала надо ставки сделать, — усмехнулся Диорам, когда Феликс сел напротив него рядом с Амином и протянул вперёд руку, чтобы сделать свой жест, обозначавший ход. Все посмотрели на Диорама и его задумчивую усмешку.

Капитан промолчал, не пресекая такого расклада и опустил на стол монету. Диорам достал блестящий значок, светящегося в темноте устройства. Амин опустил две монеты меньшего номинала. Феликс похлопал себя по карманам и, пожав плечами, опустил грани на стол. Хесса, стоящая неподалёку, молча распахнула глаза, остолбенев. Казалось, в ее выражении лица было не столько изумление, сколько потерянность и опустошение.

— Вперёд!

— Два на три!

— Два на два!

Игра состояла из двух частей, сначала договорённостей и ставок, а затем непосредственных соревнований между разными участниками в силе и ловкости.

Спустя несколько партий Арли встал у штурвала и мрачно вернул свой взгляд к приборам, чувствуя ответственность за движение судна. Феликс проиграл пару раз и все не мог отыграться. Плюнув и махнув рукой, он рассмеялся вслед за Диорамом и Амином и встал из-за стола.

— Ладно, парни, пойду попробую снова заделать наши дыры, — махнул он рукой и направился в техническое отделение.

Партия Диорама и Амина закончилась победой последнего. Пожимая руку противнику, Диорам сощурился.

— Ты прекрасный игрок.

— Не только игрок, — отозвался наёмник и они обменялись улыбками.

Бьюик заметил это. Кажется, будто Диорам проверял кто на что способен. И Амин показал ему, что пока он тут не самый главный. Вопрос лишь в том, найдут они общий язык или встанут по разные стороны баррикад. Он не сомневался — место капитана недолго будет за юным Арли. Вопрос борьбы за власть — лишь вопрос времени. Сколько есть этого времени у Бьюика, Арли, остальной команды?

Хесса коротко и быстро вздохнула и быстро спустилась в технический отсек вслед за механиком.

Капитуляция ::

— Мы набираем скорость!

Казалось, что в плавном течении далеких звёзд в иллюминаторе и тишине на судне этот возглас Хессы был чем-то несоответствующим общей обстановке. Штурман Диорам отвлёкся от постройки кривых линий траектории пути в объёмных голограммах карты и направился на своё место управления.

— Капитан?

— Я вижу, — Арли, сведя брови, смотрел на основное табло, в котором показатели неспешно менялись, увеличивая значения на десятые доли.

— Нам стоит действовать в ближайшие минуты, — отозвался Диорам, хмуро глядя в свои панели с графиками на уровне глаз.

Капитан Арли молчал. Команда тоже молчала. Бьюик невольно чувствовал, что он один начинает нервничать. Может, он незнаком со здешними правилами и потому напрасно считает это бездействие мнимым? В конце концов бравые пираты не похожи на тех, кто сдастся без попытки спастись.

— Капитан, выше по курсу вижу корабль! — Амин глядел в прибор, напоминавший подзорную трубу, уходящую в потолок. Он криво улыбнулся и от его голоса вновь бросало в дрожь.

— Торговый? — нахмурился Арли, опуская пальцы на один из рычагов.

— Нет, это охрана высшего эшелона! — улыбка наемника была неоправданно удовлетворённой.

Корабль набирал скорость, притягиваемый гравитацией неизвестного источника. Бьюик не выдержал.

— Лучше сдаться, чем оказаться в ловушке гравитации, — выдохнул он, проходя вперёд.

— А, наш «пленник», — проговорил задумчиво Арли, не оборачиваясь от приборов. Его голос был настолько отстранённый, словно он машинально произносил слова, а мысли его были сосредоточены на другом.

— Да, тот самый учёный из-за которого мы чуть не угодили в чёрную дыру. Уже расхотел туда направляться? — гадко оскалился Диорам, повернув голову к Бьюику. Блеск его глаз был подобен яркой вспышке молнии.

Сердце замерло в груди Бьюика.

— Хесса, свяжи его, да поскорей, — голос Арли набрал силу, капитан оторвался от приборов и устремил взгляд в лобовой иллюминатор.

— Я не устраивал поломки, клянусь! — выдохнул Бьюик.

Хесса в два прыжка оказалась перед ним с грациозностью пантеры, тряхнув своими темными с золотом волосами. Бьюик попытался уклониться от неё, но та ловко захватила его запястья в руки, а затем разжала пальцы. На руках Бьюика остались связанные между собой браслеты. Он стиснул зубы и в гневе и отчаянии молча поднял взгляд на команду, как ни в чем ни бывало занимающую свои места. В следующую секунду он оказался прижат к стене. А затем Хесса вернулась на своё место. С точки своего заточная Бьюик видел несколько рам иллюминаторов.

— Поворот направо под углом с вывертом! — скомандовал капитан и повернул рычаг. Послышался скрип разных кранов, команда оживленно меняла курс судна и оно ловко вышло на завороте, оказавшись недалеко от корабля охраны. Вскоре послышался сигнал радиоволн и электронный голос затребовал разрешения и допуск. По всей видимости, сигнал пришёл с судна охраны.

Амин рассмеялся.

— Капитан, чего мы ждём? — нетерпеливо и весело спросил он.

— Надеюсь, у тебя все готово, Амин?

— Так точно капитан. Пушки на взводе.

— Отлично. А теперь спрячь их. Прибавить ходу!

Амин, казалось, с зубным скрежетом, убрал заготовленные панели для управления оружием. Судя по их количеству и качеству, в распоряжении канонира было пушек на целый взвод.

Корабль рванул вперёд. Бьюик закатил глаза. Оторваться от преследования теперь было весьма сложно. После игнорирования прямого обращения и к тому же прогулки прямо под носом охраны мира такого уровня шансы уйти даже не ничтожны, их просто нет. Дать бой было бы куда разумнее, хотя преимущество все ещё оставалось не на их стороне.

Судно рвануло вперёд. Охрана закономерно пустилась в преследование. Ещё несколько предупреждений электронного голоса перешли в приказ остановиться.

— Капитан, по нам стреляют! — более чем возмущённо возвестил механик и выругался.

— Что ж, тогда придётся остановиться, — согласился Арли. — Тормозим.

Хесса и Диорам, налегли на свои рычаги и корабль плавно остановился в пространстве. Вскоре рядом замаячил бок громадного судна охраны.

— Что теперь?

— Сдаёмся, — удовлетворено произнёс Арли, поворачиваясь на своём стуле от табло к команде.

Бьюик ошарашено наблюдал за происходящим. У него было странное пугающее ощущение, что его слова повлияли на происходящее. Он что, может управлять другими людьми?

Буквально через пару секунд корабль наполнился отвратительным шумом, а на его борт ворвались люди в форме и разбежались по всему кораблю, нацелив на каждого присутствующего оружие, кроме Бьюика, все ещё стоящего у стены. Все светящиеся по периметру панели окрасились в красный.

— Что это? Нас поймали? — удивленно и меланхолично подивился вышедший из своего уединения доктор, преследуемый несколькими конвоирами и покачал головой. Его слабые руки с немного расслаблено сжатыми пальцами были подняты.

— Так-так, очередные нарушители, которые пытались уйти от закона, — покачал наставительно головой управляющий охранной командой, проходя по пространству и оглядывая панели и пиратов, заложив руки за спину.

— Командир, на судне обнаружены номера украденого брига!

Управляющий мрачно усмехнулся.

— Кто капитан?

— Я, — поднялся на ноги Арли. Вид его был спокойным и смелым.

— Не делай глупостей, мальчишка, — прошипел Амин. В голосе наемника послышались повелительные нотки и управляющий посмотрел на него задумчиво, подозревая, что настоящий капитан мог скрываться в другом лице. Да и Арли выглядел самым юным, что тоже могло вызвать сомнения в его высоком звании.

— Амин-Амин-Амин, — покачал головой Арли как будто осуждающе, его лицо выразило покорность судьбе, хотя и было мрачным. — Не стоит так беспокоиться, Амин. Помни, кто есть твой капитан.

Он говорил слова так медленно, проникновенно и печально, что это невольно вызывало сочувствие. На руках капитана оказались блестящие браслеты с цепочкой.

— Идём, капитан, поговорим, — грубовато хохотнул управляющий и кивнул остальным.

Амин проводил их внимательным взглядом, потом перевёл его на Хессу.

Как только за управляющим, капитаном и ещё парой человек закрылась дверь, Амин сложил губы трубочкой и произнёс какой-то странный звук. На корабле послышался низкий звон, закладывающий уши. Бьюик поморщился и зажмурил глаза, но сейчас же открыл их, так как услышал шум движения.

Молниеносно легким мановением руки Амин вытащил из-за пояса какой-то мелкий предмет и повёл по воздуху рукой, посылая блестящие небольшие иглы. Несколько человек, окруживших его, с выдохом опустились на пол. Секунды неожиданности хватило не только ему.

Хесса ловким ударом толкнула одного из окруживших ее. Ухватившись за поручень рядом со своим креслом, она перемахнула через него, приземляясь на другого нападавшего.

Диорам двинул локтем того, кто был ближе к нему. С ещё одним он сцепился в рукопашную.

Доктор перехватил два шарика с ультракислотой, которые находились в его пальцах и разбил их о костюмы стоящих за ним. Те со стонами осели на пол.

Механик направил руки в стороны своих преследователей, от его жеста из его костюма выскочили два разряда, нейтрализуя конвоиров.

Одолев своего противника, Диорам обернулся и увидел как дуло ещё не поверженного врага направлено прямо на него. В следующую секунду раздался выстрел и Амин опустил пушку, чтобы в следующую секунду отразить атаку сзади, в три приёма уложив бойца.

— Спасибо, — пробурчал Диорам и все они направились к главному табло. Амин сел за стол.

— Мы можем войти в их систему, — воодушевлённо заметил Диорам. — Но нам нужен пароль нашего судна.

— Арли сказал нам его прежде, чем выйти, — улыбнулся Амин, вспоминая слова капитана до того, как тот ушёл в сопровождении, и набрал код — 3415.

От введённого кода все светящиеся панели обрели приятный тёплый желто-оранжевый свет.

— Ха! — рассмеялся Диорам. — Теперь мы в системе главного управления.

— Да, они же сами к нам подключились, чтобы остановить корабль и дали доступ. А наш код лишь поменял управление, — Амин застучал по клавишам. — Смотри-ка, у нас доступ во все их отсеки. И подключение к кислороду команды.

Звук нажимаемой кнопки явно обозначил хладнокровную казнь наемником оставшихся ещё живых противников.

— Что ж, хорошая добыча. Жаль, Арли за это пришлось дорого заплатить, — Диорам отошёл от стола, направляясь ко входу на чужой, теперь уже захваченный корабль, когда двери открылись и на пороге оказался сам Арли вполне живой и здоровый, лишь немного потрёпанный.

— Что, капитан, тихо дождался нашей победы? — отойдя от секундного замешательства хохотнул весело Диорам.

— Ну почему же, — неспешно прошёл Арли вперёд, улыбаясь и пряча небольшой кинжал со светящимися узорами в ножны. — Должен же был кто-то синхронизировать коды доступа.

Команда радостно возликовала, похлопывая друг друга по плечам и распределяясь по ролям, кто какую добычу унесёт с судна и какие коды доступа ещё стоит открыть.

— И развяжите его, — Арли поднял на Бьюика свой добрый взгляд. — Охрана не стала бы нападать на пленника, а жгуты нам сейчас пригодятся для груза.

Готика любви ::·

Космос величаво раскрывает свои объятия, принимая гостей. Он мрачен, таинственен и пугающ. Он показывает оптические иллюзии и искажает пространство. Он готов разбить иллюминатор внезапно залетевшим метеоритом и уничтожить все в считанные секунды мучительной нехваткой кислорода. Он готов сыграть со временем, дав разогнаться или замедлиться, а потом дать обнаружить себя в забытьи и без возможности осознать, какое сейчас столетие. И на тысячи тысяч километров вокруг неоткуда ждать помощи.

Звон осколков разбитого иллюминатора наполняет пространство и воздух с силой вытесняется прочь. Тело бешено бьется о стены, пока лёгкие в отчаянии сохраняют последний сделанный вздох.

Но, наконец, воздух заканчивается. И выходит из легких. Глупая, полная отчаяния попытка сделать новый вздох, словно позабыв о том что в космосе нельзя дышать. Не только потому что в вакууме нет кислорода. От разницы давления в легких и вне их он расширится и легкие просто лопнут по причине взрывной декомпрессии. Но, возможно, потеря сознания наступит быстрее.

Бьюик рывком поднялся на ноги, тяжело дыша. Испарина покрыла лицо, которое он оттер, приходя в себя после кошмара.

Корабль пополнился провиантом и в нем вновь царило мрачное спокойствие и тишина. Глаза давно привыкли к неяркому освещению, а его редкое потрескивание и дребезжание было заменой скрежета надоедливых насекомых. По крайней мере, этим объяснением можно было себя успокаивать от неприятных и будоражащих периодических звуков. Спасательных жилетов на захваченном судне не оказалось, так что на корабле все ещё была нехватка этого ресурса ровно на одного человека.

— Док, я уверен, что ты справишься, — усмехнулся Диорам. Голос его однако, тяжелым звоном отражался от обшивки.

— Я не могу заменить тебе всю руку, — покачал головой Дигори, сидя за столом перед штурманом. — Материала недостаточно.

— Как и времени, — возразил Диорам.

— Одно дело сменить протез на протез, но отрезать здоровую функционирующую…

— Черт возьми! Вы боитесь?

Брион Дигори поднял пристальный взгляд светлых глаз и сложил пальцы вместе.

— Да, я боюсь. Кровопотеря может быть колоссальной и у меня нет подходящих инструментов…

— Я видел у тебя несколько ампул загустителя, — прищурился Диорам.

— Этого не хватит.

Их разговор прервался звоном разбившихся осколков. Из-за тишины на судне этот звук прозвучал четко и внятно, хотя не было понятно из какой части корабля он донёсся.

Капитан, сидевший перед главным столом и провалившийся в сон, вздрогнул и проснулся.

— Что это было? — изумился Диорам встревоженно.

Амин вскочил на ноги и бросился к источнику шума.

Послышались приглушённые крики. Амин вернулся, таща с собой за руку Хессу.

— Что ты творишь? — зашипел он. Она всхлипнула и покачала головой.

— Вспомни, чему ты обучена, — жестко напомнил он и устремился назад.

— Да что там происходит? — раздраженно вздохнув, Диорам направился следом за наемником, не обращая внимания на Хессу, которая, казалось, была вне себя.

Он замер в дверях.

Механик стоял в техническом отсеке, немного растерянный на вид.

Рядом на полу лежали осколки ещё поблёскивающей свечением какой-то панели.

— Я… Просто…

Казалось, Феликс не в силах был ничего сказать.

— Ты понимаешь, что наделал? — прозвенел голос наемника. Покачав головой, он вернулся к остальным. Бледный механик направился следом. Диорам все ещё смотрел на разбитую панель.

Хесса тяжело дышала, сидя в своём кресле.

— Мы лишились панели управления стабилизаторами. Теперь мы слепы, — проговорил Амин мрачно.

— Впереди по курсу был перевалочный пункт. Долетим туда и устраним поломки, — капитан оглядел табло и устремил свой взгляд в лобовой иллюминатор. Впереди была видна небольшая станция. Собранных на захваченном корабле кодов допуска должно было хватить, чтобы добыть нужную панель.

Корабль совершил посадку на небольшой станции, предоставлявшей собой плоскую платформу с подсветкой по периметру и с линиями посадочных полос. Ее корпус был из яркого красного металла с золотом.

— Как странно, — проронил доктор, когда корабль мягко сел.

На простойной платформе размером со средней величины крейсер было пустынно не считая небольшого ангара. С частично сорванным боком, словно громадной ложкой сорвали кусок кремового торта.

— Я не могу считать их сигнала, — проговорил Диорам напряжённо.

— Амин, Хесса, Феликс — вы пойдёте на поиски тросов и панелей, на таких станциях зачастую коды можно вводить вручную. Или если найдёте недостающие части — тоже сойдёт, — распорядился капитан. — Диорам, на нас управление кораблем и принятие сигнала. Док, проверь запасы по топливу и прочему.

— Я тоже хочу выйти, — проговорил Бьюик. Команда обратила на него внимание. Обычно он просто находился у бокового иллюминатора, как тень, глядя в темноту космоса. Он не удивился бы, если бы о нем и вовсе забыли. Благо пока никому не понадобилось переливать его кровь или пускать его на иной расходный материал.

— Лучше бы и не зайти, — мрачно усмехнулся Диорам негромко. — Слушайте, а что он тут вообще делает, этот пророк, считающий, что мы направляемся в чёрную дыру?

— Куда мы придём лучше всего известно штурману, не так ли? — заметил Бьюик негромко, но твёрдо. Диорам обжег его своим светящимся взглядом. — Я заплатил большую сумму за этот полёт.

— Это правда, — кивнул Арли. — Деньги в общем доступе.

— Не пристало нам катать туристов, — буркнул Диорам.

— Я не турист. Я учёный.

— Изучаешь чёрные дыры?

— Я изучаю все способы, которые помогут мне попасть в Солнечную Вселенную.

После небольшой паузы Диорам рассмеялся.

— Это детские сказки! — покачал он головой. Бьюик промолчал.

Платформа давала некоторое свечение и после мрака корабля оно выглядело для глаз вышедших даже ярче.

— Вижу тросы! — провозгласил Амин, дойдя до края платформы. Хесса, Феликс и Бьюик приблизились к нему.

Притяжения платформы было достаточно, чтобы не улететь с неё в космическое пространство. Ее край резко обрывался. Все опустились на него и заглянули за ее «изнанку».

Это было похоже на вышивку, лицевая сторона которой представляет собой нарядную картинку, а обратная — ее уродливое кривое отражение с длинными оборванными нитками.

На неосвещенной «изнанке» платформы был чёрный лес тросов, трубок и прочей снеди, притягиваемой к поверхности с обратной стороны.

— Похоже, произошла авария, — заметил Амин. — Она разнесла склад и многое из него вылетело, но сумело притянуться к этой стороне, зацепиться за технические тросы. Там должны быть все вылетевшие детали. Пошли, надо найти подходящую панель.

Ловко ухватившись за край платформы он сделал кульбит, прыгнув через голову и притягиваясь к обратной стороне, оказавшись прямо под остальными. Когда все перебрались, то оказались в полной темноте кроме еле уловимого свечения от костюмов.

Тьма космоса поглотила пиратов и ученого. Бьюик невольно вспомнил свой сон и поежился.

Все что можно было увидеть — это далекие огоньки звёзд и громадные изгибающиеся словно странные щупальца провода, тросы, трубки. Ноги запутывались в каждом шаге в этом техническом мусоре, иногда что-то трескалось. И все это было практически неразличимо без источника света. Просто потоки звёзд вверху переодически перекрывались темнотой, а тела неожиданно то касалось, то обвивало новое «щупальце».

Бьюик понял, что застрял. Нога утопала в проводах и новые попытки ее вытащить ничем не заканчивались. Заметив вдалеке свечение он помахал рукой, но, конечно, остался незамеченным. Поднятую руку, которой он махал, зацепило ещё одним проводом и он оказался обездвижен. Он оглянулся. Он был один, только таинственное свечение маячило впереди, то поднимаясь, то опускаясь. Он не мог разобрать, кто из команды это был. Но подобные движения были слишком хаотичны для человека. Новые попытки освободиться не давали результатов. Какая-то гигантская темная материя опустилась на него, шурша и он стал беспомощно барахтаться в ней.

Нет…

Это не может так закончиться…

Внезапно щупальца обхватили его и с силой потянули к себе, поглощая в недра материи. На платформе ведь не может быть ничего живого. Свечение ослепило его в первые секунды.

— Вставай! — толкнул его в плечо Амин, вместе с Феликсом поставившим Бьюика на ноги, именно их руки он принял за щупальца в почти кромешной тьме. Амин убрал за пояс нож.

— Она сводит меня с ума, — негромко обронил механик потухшим отчаянным голосом, продолжая какой-то начатый разговор. — Она плачет, кричит, угрожает мне. Заставляет слушаться себя. Она пытается помочь, но не даёт отказаться от своей помощи…

Амин поднял руку, останавливая его речь. В космосе не слышно звуков, потому что нет воздуха, который распространяет звуковую волну. Но вибрацию по платформе под ногами все трое вполне ясно ощутили. И затем снова. То самое странное свечение перед ними, которое ранее видел Бьюик вновь отчётливо виднелось. Нечто вновь сделало резкое движение и вновь вибрация была ощутимой. Бьюик только сейчас понял, что его насторожило. Свечение отличалось по цвету от того, что было на костюмах команды.

Все замерли.

— А ну живо, вперёд, — скомандовал Амин. Вместе с Феликсом и Бьюиком они направились к свечению. Свечение приблизилось и вновь сделало резкое движение. На этот раз вибрация была сильнее. Свечение перед ними странно изгибалось.

— Какая удача, это похоже на панель, — удовлетворено улыбнулся Амин. В проводах запуталась изогнутая панель, она и давала свечение. Все трое принялись ее распутывать, удерживая от очередного натяжения проводов.

— Это всего лишь Хесса, — обратился Амин к Феликсу, возвращаясь к беседе. — Просто дай ей отпор и не ввязывайся в разговоры, которые тебе не нужны. Любовь бывает сложной, но это все равно любовь.

Феликс что-то хотел возразить, но лишь поникше выдохнул.

— Ты не знаешь об этом, — заметил он все же мрачно.

— Я? — рассмеялся Амин. — Моя жена ждёт меня домой, думаешь за десять с лишним лет, что мы вместе, не было ссор? Но я все равно люблю эту чертовку больше жизни и никогда не разлюблю! А ты влюблён, Бьюик?

Бьюик вздрогнул.

— Да, — задумчиво ответил он. — Я лечу, чтобы найти ее. Я не знаю ни места ни полного имени. Не знаю даже существует ли она или будет ли когда-то существовать. Просто верю, что найду. Это все, что у меня есть.

Это был первый раз, когда он не просто расплывчато думал о своей жизни и научных трудах и поисках. Это был первый раз, когда он проговорил вслух все, из чего состояли его жизнь, мысли, плоть. Это даже пугало. Не выглядело так однозначно и обнадеживающе как порой в ободряющих помыслах. Скорее как опустошение, подобно обратной стороне платформы, погружённой во мрак, холод, враждебные щупальца и пугающие огоньки с мнимой надеждой.

Амин присвистнул и понимающе улыбнулся. Это отчасти вернуло Бьюику самообладание.

— Главное не уронить на этот раз, — рассмеялся Амин и кивнул Феликсу, перехватывая панель, освобождённый от проводов. — Нам пора, сходи, поищи свою ненаглядную.

Феликс как будто вздрогнул и обречённо пошёл в сторону свечения костюма Хессы.

Лучшее решение :::

— Мы надеемся, вы с хорошими новостями. Вход только с ними, — рассмеялся капитан Арли, встречая на борту тех, кто возвращался с платформы.

— Как видишь, — кивнул Амин. В его руках была панель на замену разбитой. Механик направился вслед за ним в технический отсек.

— Установка займёт время, — покачал головой Амин, вернувшись и задумчиво и немного скучающе проходя мимо главного табло, затормозил у стола. — Док, что за фигню ты откопал? Закопай сейчас же обратно!

— Это всего лишь муляж, — Дигори, сложив руки на груди и нахмурившись, глядел на реалистичную проекцию того, что больше всего напоминало отвратительное насекомое.

— Выходит, нам надо убить время в ожидании, — Арли потянулся руками в стороны, разминая мышцы. — Амин, есть предложения?

Наёмник закатил глаза.

— Капитан, последний раз, когда я предлагал кого-то убить, вы велели мне убрать оружие, — напомнил он, останавливаясь за креслом капитана и задумчиво оглядывая пустынную потрепанную платформу перевалочного пункта.

— Да, но ты ведь все равно всех убил. Просто чуть позже и за один раз.

Амин поморщился и покачал головой.

— Ну что поделать? Не я такой, работа такая. Сомневаюсь, что нам нужны ещё пленники. Итак один есть, а спасательных жилетов на одного не хватает. Лучшее соотношение для русской рулетки.

Он коротко усмехнулся и опустил руки на пояс, подбочинясь.

— К тому же эти засранцы, чего доброго, доложили бы о нашем местоположении в главное управление.

— Действительно, — согласился Арли, глядя на приборы. — Эта важная миссия должна возлежать на наши плечи.

Амин поднял брови.

— Пока вы искали детали, Диорам обнаружил, что эта невзрачная, всеми забытая платформа имеет доступ к основным серверам нескольких ближайших главных управлений. Допусков, которые мы взяли на корабле охраны, недостаточно для полного взлома. Но зато у нас есть коды связи с главными абонентами. Они с Хессой сейчас взламывают штаб-квартиру министерства охраны.

— Мм, — буднично согласился Амин, слушая последние новости.

— Для этого нам нужно повисеть на проводе, установив бесперебойную связь ненадолго. Ты переговоришь с ними, Амин?

— Знаешь, капитан, — наёмник удобно расположился в своём кресле за спиной Арли по правую руку. — Сдаётся мне, ты по своей воле хотел быть главным на судне, чтобы осуществлять свои грандиозные планы.

— Просто меня начало ммм… донимать то обстоятельство, что мы не можем найти нормальных деталей ни на кораблях ни на перевалочных пунктах. Куда смотрит патруль? Все разграблено!

— Да уж, к тому же не нами, — покачал головой Амин и надел небольшое устройство на ухо, от которого шла короткая трубка в сторону рта.

Корабль заполонил шум помех, которые вскоре прервались. Звенящая тишина некоторые время висела в воздухе.

— Кто это? — послышался удивленный голос.

— Я из фонда защиты растений, — оживился Амин. — Знаете ли вы, какая угроза повисла над вымирающими видами от бобров, грызунов и прочих совсем не безобидных созданий? Мы просто обязаны бороться с этим. И нам необходимо только ваше разрешение на принятие профилактических мер и распространение лозунгов.

— И какие же у вас лозунги?

— Самые обычные. Съел бобра — спас дерево.

— Да вы с ума сошли!

— Ну, это лозунг только о бобрах. А ведь есть те, кто причиняет куда больший вред. Например, браконьеры.

— Да, вот против них необходимо вводить меры.

— Согласен. Для них все просто: предупредительный выстрел в голову.

— Что за ужас?

— А что поделать? Патроны надо беречь.

— Все это слишком агрессивно.

— Вовсе нет. Спокойствие и улыбка — никакой агрессии. А то так и давление ещё повысится. Да и точность выстрелов упадёт. А патроны, как мы уже знаем, надо беречь.

— Есть, — улыбнулся Диорам и кивнул Арли и Амину.

— Вам не дадут разрешения на подобные вещи, — чопорно отозвался голос.

— Как жаль, как жаль, — вздохнул Амин. — В таком случае придётся делать их без разрешения.

Прежде чем голос что-либо ответил, послышался скрежет и связь прервалась.

— Ну вот, господа и дамы. В нашем распоряжении пятая часть обозримого космоса, — расслаблено обернулся в своём кресле Арли. — Прекрасная работа.

Бьюик перевёл задумчивый взгляд на доктора, с него на стоящие остывающие чашки.

— А почему никто не пьёт чай?

— Потому что это не чай.

— О, я не знал.

— Меньше знаешь — крепче спишь.

— Я бы даже сказал, чем меньше, тем крепче. Иногда очень крепко, — хохотнул Диорам, поднимаясь от компьютеров и обмениваясь улыбкой с Амином, убирающим аудиоаппаратуру из уха.

— Тогда я начинаю понимать, почему вы молитесь перед едой, — меланхолично отозвался Бьюик.

Мечты и чувства :::·

Бьюик всегда знал, что его предназначение выше всего обыденного. Выше простого, окружающего мира. Выше даже времени и пространства.

— Чтобы добраться до неё, мне нужна чёрная дыра.

— Ты одурел, парень, — бросил Диорам зло. Его руки крепко были сложены на груди. Остальная команда в обыкновенной для всех молчаливой задумчивости слушала Бьюика.

— Я готов лгать, но, клянусь, не буду. Мне не за чем. Я не боюсь вас, не боюсь смерти и космоса. Мы итак обречены гнить в этом саду камней и железа словно под надгробными плитами.

— Все чего я действительно хочу — сказать что-то красивое, — передразнил его Диорам. — Считаешь, твои слова — оружие ужаса? Ты просто никто для меня!

— Раньше меня многое пугало. Меня мучили кошмары, — продолжал Бьюик. — Как будто от страха я проваливаюсь в бездну и не могу отличить, что реально, а что нет.

— А теперь? — улыбнулся Амин.

— Больно бывает не только от боли. А страшно бывает не только за совесть. Я это понял. Но что я могу изменить, направляемый собственной тенью?

Он покачал головой.

— Мои поиски это словно хождение по воде — на грани реальности и вымысла. Мир полон секретов и загадок. Ещё не все разрешено и не все предрешено.

— И они заставляют тебя верить в призрачный шанс на успех? — усмехнулся капитан Арли и облокотился на спинку своего кресла. — Пока мы ждём подходящий корабль мы и правда словно рыбаки по горло в воде на дрейфующей льдине. Так что вперёд, давай гулять по воде со мной.

Бьюик усмехнулся и улыбнулся капитану. Его признания в поисках своей призрачной возлюбленной породили ещё большую меланхолию на корабле.

Механик тихий и мрачный стоял в коридоре отсека и глядел в иллюминатор. Амин коснулся его плеча и кивнул в сторону Хессы.

— Феликс, ты сам на себя не похож последнее время. Хватит страдать. Кого ещё назвать ты хочешь своим счастьем… или ненастьем? — он усмехнулся.

— Какие страсти!

Оба обернулись. Диорам стоял перед ними с иронично поднятыми бровями.

— А ты не веришь в любовь? — спросил Амин.

Диорам повёл головой, словно отгоняя назойливую муху.

— Когда-то был счастлив, а счастье так… — он не договорил и твёрдо закончил. — И ушло. Я не верю Бьюику. И в любовь тоже. Вам не напоминают его причуды танец какого-нибудь злобного гения?

— Брось, если человек влечим целью или чувством, он способен на многое. Но не похоже, что он притворяется.

— Это игра, без сомнения, — покачал головой Диорам. — В которой обречённых ждёт поражение.

— Какие мрачные краски. Ты же не считаешь, что он в одиночку соберётся вести корабль? — криво улыбнулся Амин.

— Космос способен сводить с ума. Влиять на нас всех. Человек устроен так, что ему нужна деятельность, живость. Мы куда лучше привыкли справляться с этими трудностями. Очевидно, что никто не хочет отступать и возвращаться на землю. Как бы то ни было… я не сдамся без бою!

Амин слушал его с улыбкой, но наёмник оставался спокоен. Феликс мрачно молчал, глядя на собеседников и ушёл в технический отсек. На лестнице вскоре послышались шаги.

Феликс мог и не оборачиваться, он уже давно узнавал эту поступь.

— Мне иногда наивны твои слёзы, когда ты снова ссоришься со мной, — он не отрывался от инструментов, пытаясь наладить один из вышедших из строя щитков.

— Феликс, — голос мрачно и жестко ударился о стены.

Он попытался соединить пару проводов и закрепил клеммы, сигнальные лампочки замигали и загорелись ровным светом.

— У нас с тобой одни и те же споры, — он вздохнул и обернулся, выпрямившись. Хесса стояла на расстоянии перед ним. — Пора понять, что нас не изменить.

Он повёл рукой, переключая кнопки.

— Забудь мечты, прости в них меня — станут честней твои слёзы.

— Феликс!

— И ты поймёшь, взглянув на себя в конце концов — надо жить здесь и сейчас.

— Я хочу… Хочу быть кем-нибудь другим, или я взорвусь. И больше ничего, ничего…

Она покачала головой, глядя подавлено на вереницу приборов.

*** Прим. автора: в данной главе использованы цитаты из ряда известных песен, кто сколько нашел?)

То, что осталось в прошлом ::::

К пустынной платформе вскоре прибыла автопилотируемая капсула с провиантом и запасными деталями, которых на перевалочном пункте не оказалось. Корабль вновь был готов двигаться дальше, бороздить просторы космоса, как и его команда.

— И часто у тебя бывали такие кошмары? — спросила Хесса, пока механик, штурман и наёмник были заняты укладкой припасов.

— Про нереальность бытия? — Бьюик усмехнулся. Сейчас это казалось забавным в отличие от тех моментов, когда он в ужасе вскакивал с постели в темноте. — Это было похоже на навязчивые идеи. Знаешь, как замечать дежа вю и чувствовать, что это не показалось. Впрочем, я не могу полностью исключать того, что происходящее вокруг меня — всего лишь игра воображения. Возможно, вся реальность вокруг придумана лишь для того, чтобы обманывать мой мозг и давать решать ему задачи здесь, отвлекая от настоящей, подлинной реальности.

— Целая реальность ради одного тебя? — Хесса иронично подняла брови. — Ты что, избранный?

Бьюик скромно и смущённо пожал плечами, превращая все в шутку этим показным жестом. Конечно, подобное предполагать глупо. А с другой стороны чему он научился у космоса, так это тому, что ничего нельзя исключать наверняка.

— Раньше я увлекался археологией. Меня манили загадки всегда, но сначала это касалось моей собственной планеты и ее прошлого. Я даже мечтал когда-нибудь стать профессором в престижном университете, — он мечтательно поднял глаза и покачал головой над своими былыми надеждами. Тогда это казалось масштабно. Сейчас — песчинкой в бесконечности возможностей. — А потом… Новые загадки заманили меня в путешествия и моя жизнь наполнилась приключениями, — он рассмеялся. — Помню, ещё в детстве у меня была игрушка космонавта. У него раскрывались крылья и он целеустремлённо готов был покорять космос, не видя его пределов… И ведь люди до сих пор не нашли этот предел! Потом я ее потерял, хотя и подписывал своё имя у неё на стопе, чтобы не портить.

— Мое детство прошло довольно скромно, — отозвался Феликс, подходя. Механик закончил со своей частью работы и протирал руки тряпкой. — Я вырос без отца, а дядя сколотил состояние на бирже, придерживаясь самых честных правил. Он не давал нам с матерью ничего, но когда занемог в почтенном возрасте сразу позвал к себе. Мы приехали и сидели с ним до самого последнего дня. И что бы вы думали? Он завещал все деньги на благотворительность.

Феликс усмехнулся и отбросил со лба светлые русые волосы, подчеркивающие его красивое лицо. Хесса безразлично или же нарочито безразлично обратила своё внимание к очищаемой ею запасной детали.

Бьюик был даже приятно удивлён тем, как пираты начинают общаться с ним, практически принимая за «своего».

— Что? — механик воззрился на молчаливую Хессу и смущённого Бьюика. — Мы ведь все равно все вместе, как ни крути, часть корабля, часть команды.

— Ммм, что ж, семья — это самое главное, не так ли? Думаю, отдать этот долг твоему дяде все же стоило.

— Ради него? — насмешливо поднял брови механик.

— Ради себя, — пожал плечами Бьюик.

— В любом случае, мне и не нужны были его деньги. Я стал участвовать в гонках и сам чинил свою машину. В конце концов, это стало приносить свою славу, — Феликс улыбнулся. — А семья, какой бы она ни была, все равно семья. И хотя мой отец погиб на таких гонках, меня это никогда не пугало. Как и возиться с техникой.

— А как ты пришёл в космос?

Феликс пожал плечами.

— На нашу планету в очередной раз залетел торговый корабль, им нужна была помощь. Никто не хотел браться за починку, а я взглянул и обнаружил знакомые принципы приборов и схем, разобрался и смог все наладить. Они в ответ предложили полететь с ними. Разглядели потенциал. У той развитой цивилизации были приборы, которые могли его определить, — он покачал головой, посмеиваясь. — Состав мерилореан или мидихлориан в крови, я не помню. Так я перешёл на космическую технику.

— А у меня исключительный состав костюма, — пояснила Хесса, вытягивая руку, блестящую как металл, только менее ярко. — В него входит адамантий, очень редкое соединение.

— Ты, кажется, во всех горячих точках последнего пятилетия побывала, — усмехнулся Феликс.

— Не только пятилетия, а куда больше, — возразила девушка и убрала назад темные волосы с золотом. Она нахмурилась на несколько секунд. — Это… выматывает. Правда, теперь мне сложно без адреналина и опасности. Обычная жизнь не для меня. Когда кто-то говорит про убийство, я сразу чувствую интерес, хотя, как ни странно, по жизни я пацифист. Просто иногда сложно сдержать эмоции.

Феликс сдержанно рассмеялся, претворяясь, что кашляет.

— Ну вот, я пробовала жить на какой-то планете, давольно тёплые места. И так уж вышло, что моим соседом оказался Амин. Сначала он показался мне странным. Потом я уж решила, что он детектив или вроде того. Он весьма скрытный, хладнокровный и умный. Блестящий ум. Но, как оказалось, он первоклассный убийца. И так уж вышло, что бывший солдат стал для него лучшим компаньоном как и наоборот.

Она усмехнулась. Корабль, наконец, отчалил и поднялся вверх.

— Ну что, Арли, волнуешься? — усмехнулся Амин, стоя недалеко от кресла, за которым ровно сидел юноша, управляя приборами. — Сколько тебе, семнадцать?

— Пятнадцать.

Амин покачал головой.

— И в таком юном возрасте уже капитан. Что ж, похоже, тем ни менее, запала тебе не занимать.

— Я не просился быть капитаном. Но таковы наши обстоятельства, — мягкий голос молодого Арли был спокоен, в нем чувствовалась сила как и размахе его плеч. — Что до меня, я родился в глухих просторах космоса. Поэтому я такой бледный. Без должного притяжения планет почти невозможно обзавестись достойной физической силой, но мне повезло попасть в хорошую школу космической подготовки. Поэтому я обладаю и силой и ловкостью не хуже родившихся на планетах. Нас поили специальным раствором, в основе состава которого кровь животных, он давал нам силы. Без почившего капитана я бы не выжил, это он нашёл меня и направил в ту школу. Он был мне все равно что родитель. А потом я переместился сюда.

Диорам стоял, сложив руки на груди, и в какой-то момент, словно что-то обдумав, заговорил.

— На моей родной планете уже издавна были беспорядки, куча неблагополучных районов. Плохая репутация. Когда-то один могущественный клан целиком был уничтожен происками вероломных сил. И все из-за редких ископаемых. Единой власти нет, кругом бардак и небольшие местные области, в которых бандиты держат всех в ежовых рукавицах и каждый должен сам бороться за жизнь.

Он покачал головой.

— Но среди этого мрака нашёлся один герой, решивший своими силами установить порядок и остановить произвол этих бандитов. У него было много денег, насколько я знаю, хорошее наследство. И он собственноручно летал по всей планете и возрождал порядок и законы. О нем даже легенды ходили. Все ждали его, глядя в ночное небо и подсвечивая его фонарями, чтобы он заметил, иначе отличить поселение от километров карьеров и шахт было бы невозможно. Я не верил, что он существует, пока он не оказался в нашем городе…

Все с интересом смотрели на Диорама. Ему понадобилась пауза.

— Но он не исправил положение кардинально. На смену одной власти пришла другая и одни проблемы сменились другими. Пока все снова не ужесточилось, мне удалось улететь оттуда.

— Должно быть, там редко летали корабли.

— Я ждал двенадцать лет, — кивнул мрачно Диорам и в его голосе послышались отголоски мрачного надтреснутого отчаяния. В темноте его взгляд ярко блеснул, а затем он закрыл глаза.

— А я жил на болотах, — беззаботно и негромко отозвался доктор Дигори.

— Тебе нравилось?

— Да, у меня был уютный домик прямо в топях и домашний ослик для сельских нужд. Я изучал насекомых и паразитов. Это довольно увлекательно, — меланхолично ответил он. — К сожалению, эти заповедные места вскоре привлекли внимание браконьеров. Под болотами и деревьями на этой удивительной планете обнаружились залежи каких-то особых полезных ископаемых. Началась война за ресурсы.

— И вы сбежали?

— Сбежал, — подтвердил доктор. — После того как в ужасающей борьбе был дан отпор захватчикам и мы прогнали их прочь, мне некуда было возвращаться. Не осталось ни дома, ни ослика, ни семьи.

Он пристально взглянул в глаза спрашивавшего Бьюика, его лицо было как всегда спокойным, только взгляд блестел больше обычного.

— Капитан, оставленный маячок работает исправно, — доложил Диорам.

— Отлично, — сглотнув после этих разговоров, Арли слабо, но ободряюще улыбнулся. — Теперь у нас налажена связь с ближайшими кораблями, они все как на ладони.

*** Прим. автора: в данной главе есть отсылки к ряду популярных фильмов, кто сколько нашел?)

Апокалипсис ::::·

Диорам услышал странный шум первым. Никто не взялся бы сказать, какие его аномальности связаны с облучением, которое он получил на родной планете, а какие — с заменёнными деталями, которыми он начинял своё тело, обгоняя настигающую его смерть.

— Подъем!

Бьюик ощутил как что-то глухо ударило его и он упал и проснулся.

Саднящая боль перебарывала тяжелую сонливость. Когда он выпрямился и увидел светящиеся глаза Диорама, спать как-то сразу расхотелось. Штурман продолжил будить всех.

— Капитан, какого…

Едкое шипение наемника словно ледяная вода вкатило дозу настороженности и напряжённости прежде чем его голос прервался ультразвуком.

Бьюик впервые слышал звук такой тональности и мощности.

Это было самое настоящее оружие. Не отвлекающий манёвр, не предупреждение о метеоритах за окном.

Мозг словно сжали в тиски, осознанность растворилась и Бьюик просто бессвязно смотрел перед собой. Казалось, даже глазам больно. Остальные пираты тоже замерли, хватаясь за стены и кресла.

Хесса и Диорам одни остались на ногах. В освещении подсветки было заметно резкое и точное движение девушки и ужасный звук прекратился.

Бьюик разлепил слезящиеся глаза. В одной из приборных панелей торчал аккуратный нож. Диорам переключил один из громадных рубильников.

— Так какого, капитан? — усмехнулся наёмник, выпрямляясь и возвращаясь к начатому разговору.

Арли и без того бледный в недоумении и тревоге всматривался в табло.

— Не могу разобрать. Все системы в порядке. Феликс?

Механик отряхнулся, поднимаясь с пола после головокружительного звука.

— Вся техника в порядке, коротить не должно. Проверял пять часов назад, — он подошёл к приборной панели в оглядел нож, усмехаясь точности его всаживания.

— Странно, — нахмурился Арли, садясь в кресло и погружаясь в сверку высвечивающихся показателей.

— Дай сюда, — несколько угрюмо и раздраженно подошёл Диорам к капитанскому креслу. Арли обернулся на него, чуть сведя брови.

— Я разберусь.

— Мальчишка! — выдохнул штурман. — Уступи мне место, сейчас надо обнаружить проблему как можно скорее. Я знаю этот корабль как свои пять пальцев.

— Я знаю его не хуже, — возразил Арли, возвращаясь к расчётам.

Диорам нахмурился и сжал кулаки.

— Не будь безрассудным, капитан.

— Диорам, проверь сервер. Возможно, дело в нем, — остановив палец на одной из строк, Арли нахмурился. — Ну?

Диорам сжал губы и подошёл к своим приборным панелям.

— Капитан, мои системы показывают, что все в норме! Внешних сигналов мы не принимаем, — наёмник убрал выдвижные панели на своих устройствах у кресла.

— У меня тоже все в норме, — заметил Диорам.

В это время корабль, который всегда был неподвижен, даже совершая невероятные кульбиты, внезапно тряхнуло.

Все, кто не успел ни за что схватиться упали от неожиданности. То есть только Бьюик, не обладавший такой блестящей реакцией как пираты.

— Капитан!

— Все по местам! — голос Арли наполнился силой и твёрдостью. — Помехи вызваны внешним воздействием.

Перед лобовым иллюминатором появилась длинная и тонкая полоска. Она становилась все ослепительней. А затем стала увеличиваться в размерах, набухая и превращаясь в эллипс и выравниваясь в ровный круг.

— Коллапсар!

Все заняли свои места. Бьюик неподвижно замер, глядя на то, что…

— Чертов учёный! — Диорам зарычал и вскрикнул.

… что он искал долгие годы. То, что обладало свойствами воронки, бывшая звезда, которая набирала массивность. Дыра. Или вернее то, что можно было ею считать. Для корабля, стремительно сходящего с ума, это было не столь важно.

Он, подобно Бьюику, обратился к завораживающему свечению и сдался ему.

В груди все замерло.

Бьюик словно ощущал как нагнетание, смирение, боль переходят в пугающее напряжение, ощущение неотвратимости и безысходности. Такое же однозначное и жестокое как сама реальность. Бейся — не бейся — все бессмысленно. Все предрешено. И исход однозначен.

Они все проиграли. И он выиграл.

Что-то зашипело. Капитан отдавал очередные приказы, пираты суетились вокруг, ловко и умело переключая рычаги. Корабль как и Бьюик почти не реагировали на их крики и команды в сервер.

Он так долго ждал этого, жаждал. Это было даже больно. И в то же время он ощутил свободу. Настоящую свободу. Лёгкость в этой удушающей безысходности, в дрожащем корабле, в назойливо пикающих сигналах, в отрывистых командах и отрывистых ответах, в звоне и шуме движений. В их ненависти. В их растерянности. Все это просто перестало иметь значение.

Песчинка на фоне громадной бездны посередине ослепительного словно искрящегося круга.

— Мы уже зашли за горизонт событий, — проронил он, чувствуя как влага скатывается по щеке.

Вот и все. Точка невозврата пройдена. Притяжение слишком велико, теперь они не смогут вернуться.

Он будто вживую наблюдал нечто эпохальное, невероятное, завораживающее. А, впрочем, так и было.

— Нет! Мы должны повернуть! — воскликнула Хесса и налегла на рычаги.

— Значения замедляются.

— Потому что замедляется время вокруг, — пояснил Бьюик и оторвался от захватывающего зрелища, и перевёл взгляд на табло, подойдя к столу капитана. Он слегка дрожал. — Мы потратим десятки лет, преодолевая пространство и сближаясь с...

— Чертовой дырой! Ты с самого начала знал, гад! — Диорам сверкнул глазами.

— Не я определял наш маршрут, — чуть дрожа произнёс Бьюик, хотя чувствовал он себя прекрасно, разве что волнение кружило голову и притупляло все чувства и мысли. Он поднял руку, указывая вперёд, на раскрывающуюся бездну. — Мы попали на перпендикуляр. Нас не должно размазать в пространстве, раз уже не размазало.

— Вот спасибо, гений! — выдохнул Диорам.

Остальные подавленно молчали. Лишь корабль скулил периодическим мягким пиканием то ли прося пощады, то ли смиренно свыкаясь со своей долей.

За гранью :::::

Мир превратился в сплошное смазанное полотно. Мышцы ломало, внутри странная тоска и опустошённость словно выкачали силы. Холод сковывал и неприятно лип к коже. Мысли путались и клубились, перескакивая в разные моменты прошлого, беспокойств о будущем и нелепости их положения.

Приборы какое-то время показывали внешние данные, потом, пискнув, перестали доносить информацию.

Чёрная дыра поглотила корабль.

Это длилось вечность.

Не доли секунд, не пару вдохов. Вечность.

И спустя вечность в этом мраке они вдруг ощутили что напряжение перестало давить.

Все молчали, говорить было больно.

— Капитан! — внезапный возглас, казалось, вернул команду в реальность. Все обернулись к лобовому иллюминатору.

Впереди была странная сфера, она была видна, похожа на переливчатый поток, будто покрытая движущейся водой, под которой находилось что-то серого стального цвета. Корабль двигался прямо на неё. И с каждой секундой все быстрее.

Они не заметили как уже оказались внутри. Давление и напряжение спали. Вокруг был оглушительный свет, проникающий через иллюминаторы.

Все ощущалось особенно четким. Осознанным.

— Где мы?

— В Солнечной Вселенной, — срывающимся голосом просипел Бьюик.

— Это глупые сказки! — воскликнул Диорам. Его голос звонко разнесся по кораблю.

Все подошли к иллюминаторам. Как будто истощенные путешествием, иссякшие, прошедшие внутренние испытания и вышедшие из этих бурлящих вод, они словно достигли блаженного света и долгожданного покоя. На душе было тихо и хорошо. Хотя и сил ни на что не осталось.

— Смотрите!

Прямо сквозь стекло в корабль проникали потоки света и обретали очертания причудливых форм. Сферы, слипшиеся пузырьки и изгибающиеся ленты. Их было много, они заполонили пространство и плавно кружили по кораблю, окружая команду.

— Что это? — спросила Хесса и коснулась сферы. А затем рассмеялась. — Я вижу цветные пироги.

— Пироги? — поразился Феликс и коснулся изящной ленты. — Нет, они говорят о том, что здесь полно мягких игрушек.

— Что за чушь? — возмутился Диорам и сжал пузырьки. Его лицо преобразилось в удивление. — Это… Просто мир каруселей. Чертовы американские горки… У нас дома такие дороги были…

— Мир конфет, — улыбнулся доктор Дигори, держа пальцами полоску, — Разных вкусов.

— Я один вижу морские глубины? — рассмеялся Амин, на открытой ладони которого кружило несколько светлых капель.

— Мир говорящих животных, — поделился своим опытом Арли. Мягкое облако само спустилось к нему на плечи. — Кажется, они научились подглядывать за людьми и пытаются понять нашу цивилизацию. Считают нас странными и почти разумными.

Бьюик прикрыл глаза, когда светлая капля коснулась его лба и мягко улыбнулся. Женский образ ярко вспыхнул перед глазами.

— Это ее Солнечная Вселенная, — прошептал он.

— А кто она? — оживился Феликс. — Королева?

— Каждая любимая — королева, — усмехнулся Амин, разглядывая своего «светлячка». — Куда же мы теперь!

— Смотрите! — вновь воскликнула Хесса.

Корабль вновь оказался во мраке космоса посреди звёзд, а необычные светлые капли исчезли. Но этот космос не был таким темным, повсюду царили цвета. Где-то было облако фиолетового цвета. Где-то виднелась туманность синих переливов. А вот там — желтых приглушённых оттенков.

— Кажется, кто-то переборщил с химикатами, — покачал головой Феликс, оглядывая новые территории.

— Возможно, как раз мы, — задумчиво отозвался Арли.

— Капитан, если мы наткнёмся на разумных животных, что делать будем?

— Скажем, что прибыли понабраться опыта для развития своей цивилизации, — беззаботно отозвался Арли, включая двигатели.

Нападение :::::·

Если ты передашь мне тот ключ, я смогу освободиться.

Бьюик моргнул. Странно. То ли мысль пришла в его голову сама, то ли это произошло из-за пристального взгляда Хессы.

Он повернул голову и заметил перед собой неспешно плывущий механический ключ.

— Вы глупцы! — послышался голос. Он был со странным гудением, какое порой бывает в микрофонах, проникал прямо в голову и дробил сознание. — Вы совершено не понимаете законов времени и пространства и реальности! Вы обречены!

Бьюик поморщился. Перед глазами у него оказалась вспышка. Он как будто видел как команда рассыпается по своим местам, Диорам что-то кричит капитану и переводит рычаги, вслед за ним и капитан Арли переключает тумблеры. Амин выдвигает несколько своих панелей, усеянных кнопками с подсветкой и подобно музыканту легко и причудливо скользит по ним пальцами, от каждого прикосновения соответствующая кнопка зажигается, а через секунды слышен взрыв за пределами их корабля.

Пронзительный голос смолкает, вспышка рассеивается. Бьюик открывает глаза. Он вновь среди команды, объятой странными путами притяжения, словно в мягкие и тугие пледы. Нет, ему привиделось как они ускользают из ловушек.

Полёт из сферы шёл нормально, пока внезапно пространство перед ними ни стало дрожать рябью, а затем корабль словно врезался в водную поверхность, будто все это время летел не по космосу, а приближался к водной глади, отражавшей свои звёзды и цветные облака туманностей и сливался с необъятным небом вокруг.

Потоки воды искажали пространство, словно во все иллюминаторы били струями из шлангов. Их закрутило и понесло как будто по течению, корабль так кружило, что ничего невозможно было разобрать, а приборы, хоть как-то освоившиеся в новой вселенной, вновь сошли с ума. И хотя для пиратов и Бьюика все было неощутимо и пол не уходил из-под ног от любых резких движений корабля, смотреть в иллюминаторы без головокружения было невозможно. Все это сопровождалось самым настоящим ревом как будто они в самом деле попали в водоворот стихии.

Когда все кончилось, они услышали этот противный голос. Они увидели как на корабле возникли чьи-то очертания, но не могли их разобрать. Как будто чувствовали чьё-то присутствие. Волнение, трепет, растерянность — все интуитивные чувства обостряли внимательность и напряжение.

— Пришельцы! Сколько в вас сил, мыслей! Сколько спрятано сокровищ за вашими перегородками сознания! Надежды, мечты, вера, принципы, отчаяния и мое любимое — страх.

Голос рассмеялся. Перед глазами все плыло. Мысли, образы, ключ. Они все оказались вдали от приборов, рядом друг с другом без возможности пошевелиться, точно в прозрачных мягких коконах, не затрудняющих дыхание.

— Посмотрим, чем поживиться для начала, — рассудил голос.

Тогда Бьюик ощутил первую вспышку. Вот он, тогда ещё совсем юный подросток. Для своего времени и методов обучения он считается младшим специалистом. Как впрочем и любой школьник с факультативами определённого профиля. Хотя, говорят, раньше в школах изучали сразу все о мире. Это так волнительно, должно быть, иметь возможность заниматься всеми науками человечества сразу, видеть их и касаться. Вокруг горы снега, за спиной старое здание с громадными окнами лаборатории, на которой он трудится с напарником. А он стоит и наблюдает северное сияние. Даже холод отступает перед этой завораживающей красотой.

Вспышка закончилось и они вновь на своём захваченном корабле. Голос придирчиво выбирает, в чьё прошлое вонзить зубы, а Бьюик внезапно слышит голос Хессы.

Если ты передашь мне тот ключ, я смогу освободиться.

Бьюик сосредоточился на металлическом блеске ключа. Он был совсем рядом. Где-то недалеко был слышен рык Диорама.

После новой вспышки Бьюик с сожалением открыл глаза и понял, что Амин так и не дотянулся до панелей. Ключ проплыл прямо перед его лицом.

— Вы такие разные! — радовался голос. — Право слово, как конфетки. Интересно, а ты кислый или сладкий?

Со вкусом земли.

Бьюик не слышал, но как будто разобрал голос Дигори. Вообще, говорить было невозможно, он не мог понять, почему. Сделав небольшое движение вперёд, он схватил ключ зубами и обернулся туда, где слышал голос Хессы.

— Так даже интересней! — азартно прошипел голос.

Бьюик разжал зубы, запуская ключ в ее сторону. Он услышал тихий характерный шорох. А затем божественный звук нажимаемой кнопки.

Голос вскрикнул.

Сквозь пелену перед глазами появилась яркая вспышка. Все кончилось в один момент. Все стояли на ногах, вспышка, обойдя все тела, словно освободила их от невидимых пут. Зрение вернулось к ним.

Один Арли сидел на полу, его футболка была порвана, рядом с ним, отпрянув, стоял громадный пушистый кот размером в половину человека, на его мордочке читался ужас. Взгляд зелёных глаз был прикован к груди капитана.

Во всю ширину груди Арли располагалась татуировка гордого орла, расправившего крылья, что, судя по всему, привело кота в ужас.

— Смотрите-ка, кто у нас на борту, — холодно процедил Амин и кот перевёл взгляд на наемника, от чьего голоса пробежали мурашки по коже.

— Да я всего лишь… Вы же расходный материал! — взвился кот и выгнул спину, подняв хвост.

Амин вытащил пистолет, направил на кота и нажал на спусковой крючок с ненавистью и отвращением. Но вместо пистолета в его руке оказался плюшевый медвежонок.

— Твою ж…

— Вы теперь принадлежите мне! — расхохотался голос и Бьюик вздрогнул от того, что он принадлежал с виду довольно безобидному коту. — Здесь вы не можете мне противостоять и вынуждены играть по моим правилам!

Его довольное урчание сотрясло корабль.

— Цветные пироги.

Голос Хессы прозвучал четко, звонко и весомо.

Как будто переключился рубильник, все напряжение спало, а в руках Амина появилось его законное незаконное оружие.

Кот распушил хвост и зашипел.

— Но он же котик! — воскликнул Феликс.

— У тебя пять секунд, — Амин звучно взвёл курок.

Кот округлил глаза, жалобно мяукнул и кинулся вон.

Бьюик определённо переживал чувство дежа вю.

Команда рассыпалась по своим местам.

— Говорящие животные! — передразнил злобно Диорам недавние слова Арли и перевёл рычаги, корабль дернулся и полетел. — Считают нас почти разумными! Чтоб им пусто было!

Арли переключил тумблеры.

— Ты ведь не просто так его отпустил, Амин? — спросил он.

— Разумеется, — бросив взгляд на ещё бледного доктора, Амин занял своё место и выдвинул панели. — Зачем тратить лишние пули на одного, когда можно взорвать весь корабль?

Бьюик стоял у окна, глядя на взрывы корабля их внезапного узурпатора. Рядом возникла Хесса.

— Как ты догадалась?

— Это был код… — она в удивлении перевела взгляд на Бьюика и продолжила. — То, что мы видели, когда залетели сюда, было предзнаменованиями. В нашем мире тоже порой блокируют все системы других кораблей и кодом-паролем является особая фраза.

Бьюик понимающе кивнул, глядя как на фоне цветных туманностей вспыхивают остатки кислорода поверженного корабля.

— Это было гениально! — улыбнулся Феликс. Хесса не обратила на него внимания.

Катарсис ::::::

Этот мир появился совсем недавно. И если Большой Взрыв был сотворён неизвестной рукой, то пространство с переливами цветных туманностей, причудливыми сферами и самыми невероятными осуществлениями было создано мной.

Все уже позабыли мое имя, но пользовались этим миром как парком развлечений или попытками построить лучшую жизнь.

Но Солнечная Вселенная не то место где кровь, скопленное состояние и власть могут все решить. Здесь попросту невозможно создать достойных рычагов давления, поскольку каждый сам решает как ему жить и на каких условиях.

Похоже на хаос?

Как показывает время, хаос — самая органичная форма жизни.

Порядок нужен только пока на него можно опираться. Но не здесь. Здесь не сработают правила. Не сработает влияние на других. Только влияние на самого себя.

Люди так привыкли ориентироваться на окружающих и смотреть на них, что совершено не умеют смотреть на себя и видеть себя. Они могут прекрасно помнить чей-то голос, но ужасаться своему. Они могут завидовать чьему-то успеху и не замечать своих талантов. Они могут быть обманутыми, чувствовать несправедливость, проигрывать в спорах.

Этот мир совсем другой. И далеко не все люди могут примириться с его особенностями, согласиться с преимуществами и недостатками.

Вот и корабль с пришельцами вряд ли протянет здесь долго. Но меня это не беспокоит. Солнечная Вселенная сама разберётся с ними. А мне пора заняться своими делами.

— Капитан, у нас все ещё нет курса. Я не хочу ждать, пока нас занесёт в очередную ловушку.

Арли задумчиво нахмурился. Сфера, через которую они попали сюда, исчезла.

— Бьюик, мы уже выполнили с лихвой твои условия. Хотя и сами не поняли как… Теперь твоя очередь отправить нас домой, а тебе найти порт или планету.

Бьюик подошёл ближе к лобовому иллюминатору и вгляделся в бесконечность уже слегка пугающих облаков света и цвета.

Но он все также был твёрд в своих желаниях.

Его взгляд привлекла одна сияющая вдалеке звезда.

— По этому курсу у нас больше шансов встретить что-то подходящее, — он указал на неё. — Ее хорошо видно и наверняка она служит ориентиром. Я читал о таких. Чем контрастней звезда с окружающим ее фоном, тем лучше и дальше ее видно и тем меньше вокруг сторонних препятствий вроде метеоритов, а значит, это удобное место для перевала.

Арли задумчиво поглядел на предложенный курс и обернулся на Диорама.

Штурман сложил руки на груди и был мрачен.

— В этих тёмных водах у нас нет ни карт ни сигналов для ориентира. Мы слепы.

Подойдя к своему месту и взглянув на свои данные, он покачал головой и вздохнул. Затем перевёл взгляд светящихся глаз на ожидавшую его слов команду.

— Держимся средней скорости с готовностью дать отпор и маневрировать. Все по местам.

Пираты засуетились. Корабль неуклонно стал сближаться со звездой, которая не росла в размерах. Но это было не важно. Пусть она находится хоть за сотни световых лет от них — главное это вид в тех местах, где они летят. Где-то здесь вполне удобно расположить базу или…

— Капитан, мы добрались до «звезды», — иронично рассмеялся Диорам.

Арли поднялся на ноги, вглядываясь в сферу перед ними, принятую ранее за звезду. Она была небольшой, меньше корабля, но больше человека.

— Предлагаю запустить пробный вариант, — заметил Амин, вертя в пальцах тонкую стальную иглу. — Посмотрим, не опасна ли эта штука.

— У нас немного времени, — подал серьёзный голос доктор Дигори. — Здешняя атмосфера влияет на корабль и наши технологии не в силах предотвратить облучение.

— Приятного мало, — тихо мрачно усмехнулся Диорам.

Внезапно поднялся стрекот.

— Капитан, наши системы показывают стремительный перепад давления, у нас буквально пару минут, чтобы покинуть корабль!

— Ну что ж… — вздохнул меланхолично Дигори, будто в определённой мере ждал этого момента.

Команда бросилась к спасательным капсулам.

— Хватай жилеты!

— Переключатели не забудь!

— Перевожу в режим автопилота!

— Капитан, система даёт сбой! Нужен доступ к…

Диорам снял с запястья какой-то браслет, отчего его рука покрылась красными пятнами. Решительно подойдя к сбоящей и верещащей системе, он обхватил браслетом один из датчиков и огоньки и звуки смолкли.

Его тяжёлый взгляд смирил механика и поторопил их обоих.

— Капитан, есть доступ!

Арли обернулся и бросил взгляд на Бьюика, замершего в нерешительности и сжавшего пальцы от волнения.

— Чего ты встал? — прикрикнул он. — А ну живо в капсулу!

Бьюик вздрогнул и бросился к одной из них.

Капсулы как раз по размерам были с человека. Небольшие овальные лодочки с прозрачной значительной стороной для лучшего обзора и достаточными инструментами для движения и зацепки предметов.

Когда вся команда оказалась вне корабля, Арли с облегчением выдохнул и все услышали этот выдох по общей связи. Оказавшись на некотором отдалении от корабля, они замерли, в тоскливом напряжении касаясь взглядом его бортов в последний раз…

… но ничего не произошло.

Спустя секунды и минуты корабль как ни в чем не бывало оставался парить без малейших причин для паники.

Феликс в удивлении открыл панели связи с кораблём.

— Капитан, давление идёт по циклу. Оно… возвращается в норму и снова сбивается…

— Аномальная чертовщина! — рявкнул Диорам.

— Нужно вернуться и попытаться устранить неполадку, — своим весомым голосом проговорил Амин.

— Капитан… корабль…

Полный отчаяния зов не нуждался в дополнительных пояснениях. Корабль затянуло в сферу и он, ярко вспыхнув, пропал в ней.

Повисла напряжённая тишина.

— Летим за ним! Когда мы попали сюда, прошли то же самое! Это наш шанс! — немного осипшим голосом проговорил Диорам.

— Да, пожалуй, — согласился Арли. Его голос как всегда звучал мягко и спокойно.

Бьюик помнил, что есть одна проблема. Как минимум одна в этот непростой момент, когда ты просто висишь в открытом космосе, в бесконечности. И эта проблема вскоре была озвучена.

— У нас не хватает одного парашюта.

— Кто складывал жилеты? — спросил строго капитан.

— Я! — ответила Хесса.

— Запускай тех, у кого они есть, того, кто его лишён, мы подхватим, — распорядился капитан.

— Если ему хватит кислорода… — болезненно рассмеялся Феликс.

— Выполнять, — твёрдо распорядился капитан.

— Я останусь здесь, — негромко, но убеждённо сказал Бьюик. — Тут есть ещё несколько блестящих объектов, наверняка хотя бы одна из них перевалочная платформа.

— Ты просто безумен, — поразился Диорам.

— Это просто вера в любовь, — клубящимся мягкостью глубоким голосом отозвался Амин. Губы наемника изогнулись в изящной улыбке.

Бьюик вновь ощутил ободрение. Странным образом этот голос уже в который раз ободрял его.

— Тогда прощай! — улыбнулся Арли. — Я не жалею, что ты попал на борт.

— Как и я, — задумчиво проговорил доктор.

— Удачи тебе, — сказал Феликс.

Хесса нажала на кнопку и доктор влетел в сферу.

— Но не будем забывать, что вместе со спасательным жилетом был и мотор. Хесса, кто-то не сможет вылететь, — голос Диорама мрачно донёсся до ушей.

Новый «выстрел» и Арли вылетел в сферу.

— Кому ты не дала жилет? — спросил Диорам и в следующую секунду вылетел в сферу.

Бьюик замер. Если у него нет мотора ему будет сложно добраться до платформы. Если, конечно, здесь есть платформы в радиусе пары километров. На большее не хватит кислорода. А без жилета его и того меньше.

— Хесса, не делай глупостей… — голос Амина потонул в свистящем потоке и он тоже исчез в сфере.

В пространстве космоса остались только Бьюик, Хесса и Феликс.

Механик в немом ужасе глядел на девушку.

— Ты отверг мои чувства, — ее голос, казалось, стал стальным как у машин. — Играл с ними и не ценил моих симпатий…

— Ты сама мучила меня, — тихо отозвался механик бесцветно, будто у него уже начал заканчиваться кислород. — А потом и вовсе перестала замечать… Прошу, прости меня, если я обидел. Я всегда восхищался тобой.

Они некоторые время смотрели друг другу в глаза.

Бьюик ошарашено выдвинул чуть дрожащими пальцами свою панель с данными. У него было в достатке и топлива и кислорода. Жилет был у него на борту.

Выходит, его не было у кого-то другого. Он замер. Он понимал, что ничего не может поделать. Кислород одного из двоих перед ним неумолимо заканчивался, знаменуя начало мучительной гибели.

— Я не сержусь, — проговорила Хесса мягче и от этого мурашки побежали по коже. — Больше не сержусь. Прощай.

Она нажала на кнопку. Механик звучно выдохнул. А его капсулу снесло в сферу.

Бьюик оцепенел.

— Мне не нужен кислород…

— Ты осталась! — выдохнул он. — Погоди, я сейчас помогу тебе.

— Не надо. Я хочу остаться с тобой.

Бьюик перестал лихорадочно искать подходящие рычаги.

— Что? — непонимающе выдохнул он.

— Ты погибнешь без подходящего специалиста, — усмехнулась она. — И не сможешь найти свою любовь. А я… здесь чувствую себя куда лучше, чем в том мире.

Бьюик заметил ее улыбку.

Он знал, что шансов найти его возлюбленную меньше, чем иглу в стоге сена. Даже шансов выжить у них с Хессой гораздо больше, хотя нет никаких гарантий, что на ближайшем расстоянии от них окажется перевалочный пункт или база или что они доберутся до неё прежде, чем их запасы воздуха иссякнут или что они в принципе смогут куда-то добраться.

Но что-то толкнуло его вперёд.

Он не боялся смерти и боли. Он боялся не найти ее.

— У тебя скоро закончится кислород. Нам надо торопиться.

Космос простирался перед теми, кто вверил им свою судьбу.