Тестовый вылет

Глава 1

На орбите ничем не примечательной ледяной планеты располагалась станция «Терминал Эридани», жизнь в которой, казалось, застыла. Равномерно бегущими сигнальными огнями станция размечала свои пустующие стыковочные площади, словно приглашая всех желающих. Голографические экраны напрасно тратили энергию, демонстрируя бесконечный поток рекламы.

В глубине станции, арендовав себе одноместный номер, отдыхал после рейса пилот Риген. В его комнате звучала запись ночных сверчков, а освещение было выставлено в режим «закат». Мужчина средних лет смотрел в небольшое окно, за которым виднелся космос. День выдался на редкость спокойным: всего пара рейсов в ближайшие звёздные системы с десятком пассажиров — обычными сменными работниками.

Риген заметил, как одинокий маленький корабль замедлился у станции и, повисев несколько секунд в пространстве, начал стыковаться. Его охватило необъяснимое ощущение надвигающейся беды, но он заставил себя отойти от окна и устроился на кровати с планшетом, выбрав какой-то малоизвестный фильм.

Однако тревога не унималась и, когда запиликала панель связи на двери, буквально взвыла в душе.

Со вздохом отложив планшет, пилот подошёл к двери и открыл её мужчине примерно своего возраста, который буквально сиял от счастья по неясной причине.

— Риген, сколько лет, сколько зим! — завопил его старый друг и коллега, инженер Эфен. — Я как только узнал, что ты завис на этой станции, сразу примчался!

Не теряя времени, Эфен привычно направился к консоли климат-контроля, отключил сверчков и перевёл освещение в обычный режим. Риген тяжело вздохнул, но не стал выгонять гостя — тот уже вовсю шарил в его холодильнике.

— У тебя тут шаром покати, — проворчал Эфен. — Чем ты вообще питаешься?

— Космическим излучением, — хмыкнул пилот. — Эфен, ты ведь пришёл не просто поболтать, верно?

— Ага! — энергично закивал инженер. — Я такую идею придумал, просто закачаешься!

— Эфен, ты же помнишь, что я до сих пор начинаю икать, когда вспоминаю твой корабль? Как в прошлый раз у тебя взорвалась силовая установка после “небольшой” модификации?

— Да! Она ещё так забавно шумела, пока медленно плавилась… Всего-то надо было половину брони снять...

— Ты забыл, что в результате она взорвалась и вместе с двигателями улетела в открытый космос?

— Нет! Вот в том-то и дело… Я придумал систему, которая…

— Что угодно, — перебил Риген, — только не трогай мой корабль.

— Ну ты даже не дослушал! — деланно обиделся Эфен, но тут же перешёл на умоляющий тон. — Риген, ну правда, выслушай! Я не буду трогать твой корабль. Вообще! Даже близко не подойду, обещаю. Мне всего-то нужна твоя компания. Ну, точнее, чтобы ты подобрал меня в спасательной капсуле, если что-то вдруг пойдёт не так...

— У тебя постоянно что-то идёт не так, — ответил Риген, скрестив руки.

— Я всё учёл в этот раз! — не сбавлял темпа Эфен. — Я выкупил по дешёвке списанного «Стрижа» у шахтёров, когда его собирались отправить на переработку, и сделал классную модификацию!

Риген тяжело вздохнул, но промолчал. Эфен, заметив это, оживился ещё больше:

— Слушай, это будет не авантюра, а технический эксперимент! Ты можешь сидеть за штурвалом своего «Воробья» и пить чай, пока я обкатываю новую систему.

— Дай-ка угадаю… Она будет скрежетать, трещать и держаться на честном слове, нужная кораблю так же, как тебе третья нога?

— Ну да… то есть нет… — растерялся Эфен. — В общем, я недавно посмотрел голофильм про повстанцев в космосе.

— Ты же понимаешь, что там всё постановочно? — перебил Риген.

— Конечно, понимаю! — раздражённо ответил Эфен. — Дай досказать. Там повстанцы ловко отстреливали двигатели у военных, чтобы те не могли зайти им за спину. Я и подумал — а что, если сделать такую же систему?

— Которая будет самостоятельно отстреливать двигатели? — усмехнулся пилот.

— Да нет! Ну как ты не понимаешь?! Систему, которая позволит отстыковывать двигатели от корабля!

— Нафига?

Эфен недовольно посмотрел на коллегу и тяжело вздохнул, собираясь с мыслями.

— Риген, ты как пилот должен понимать: двигатели — самая важная часть корабля! Они плотно прилегают к силовой, а та своим излучением мешает полноценному ремонту в космосе, понимаешь?! А так — отстыковал двигатели и спокойно починил в полевых условиях… Или вот: ты же знаешь, что двигатели — самая горячая система. Представь, если система охлаждения даст сбой? Двигатели будут греть весь корабль, даже если он отключится… А так — отстыковал их и спас корабль.

— Ну… Внезапно звучит благоразумно, — пробормотал Риген. — Но если это так очевидно, почему тогда никто не воплотил это в жизнь?

— Потому что стандарты Федерации! — с жаром выпалил Эфен. — Кораблестроители зажаты в правила, поэтому любые новшества тормозятся… А независимые инженеры, как я, — нет! Я договорился с ребятами и собрал испытательный образец… Кстати, он очень жизнеспособный. Я на нём сюда и прилетел.

— Да ладно! — искренне удивился Риген. — Ты собрал корабль, который не пытается взорваться при каждом прыжке? Ладно… Дай хоть взгляну на это чудо.

— Я знал, что ты клюнешь! — усмехнулся Эфен. — Зацени!

Инженер вытащил портативный проектор, заглушил свет в номере и вывел проекцию «Стрижа» — дешёвого и широко распространённого малого грузового корабля. Корабль выглядел потрёпанным после многочисленных встреч с астероидами. Ключевой особенностью модификации стали шесть пар дополнительных двигателей, каким-то образом присоединённых к стандартным трём.

— Что Это?! — раскрыл рот в изумлении пилот. — Как Этому вообще разрешили стыковаться?!

— У вас тут сонное царство, — усмехнулся Эфен. — Местный диспетчер сверил идентификатор и тут же забыл обо мне.

— Ладно… Я слетаю с тобой, — наконец сдался Риген, — но только ради того, чтобы посмотреть, как Это вообще летает.

— Договорились! — просиял Эфен. — Ты лучший, Риген!

Через полчаса они уже находились в своих кораблях на стыковочных площадках. Риген запустил самодиагностику систем своего «Воробья». Пока тот был занят, пилот подключился к видеокамерам станции, чтобы получше рассмотреть «Стрижа» Эфена, освещённого несколькими мощными прожекторами.

«Стриж» выглядел так, будто его собирали из случайных деталей, а потом волокли волоком через астероидный пояс. Корпус был испещрён следами сварки и вмятинами. На панелях доступа к силовой установке виднелась особенно внушительная вмятина, подозрительно напоминающая след от гаечного ключа. Шесть пар дополнительных двигателей выглядели совершенно чужеродно, да и были всех цветов радуги.

— Запомни, — вышел на связь Эфен, — как только система зафиксирует перегрев, избыточную вибрацию или сбой — двигатель отстреливается. Это будет, Риген, просто отвал движка!

Риген предпочёл не комментировать и, запустив двигатели, аккуратно отстыковался от станции. Отлетев примерно на километр, он развернулся, чтобы посмотреть, как ведёт себя в полёте корабль Эфена.

Если бы в космосе были слышны звуки, пространство наполнилось бы стонами и скрежетом металла, которые издавал несчастный корабль. Основные двигатели выбрасывали импульсы неравномерно, заставляя маневровые системы работать на износ, чтобы хоть как-то компенсировать неестественное поведение.

— Прыгай за мной! — раздался голос Эфена в эфире.

В наушниках Ригена послышалось неестественное гудение и свист — явно не стандартные звуки работы двигателей.

— У тебя там точно всё в порядке? — спросил он.

— Всё просто зашибись! — невозмутимо ответил инженер.

Его «Стриж» резко рванул с места, оставив «Воробья» Ригена далеко позади. Пилот попытался догнать коллегу, но тот оказался слишком быстрым — когда он наконец достиг скорости, подходящей для прыжка, инженер уже давно ушёл в гиперпространство.

Оказавшись на орбите белого гиганта — крайне горячей звезды, вынуждавшей работать на пределе даже самые современные охлаждающие системы, — Риген застал корабль коллеги, совершающим непредсказуемые манёвры.

— Разве не сказка? — вышел в эфир Эфен. — Даже охлаждаться не надо.

— Ты точно двинутый на голову, — пробормотал Риген.

— Ладно, теперь переходим к тесту! Я собираюсь подлететь поближе к звезде.

— Я не пойду за тобой… Мой корабль и так уже стонет от жары.

— И не надо! Я там выбросил видеозонд… Подключись к нему и сними мой корабль крупным планом. Я хочу это потом посмотреть.

Риген покачал головой, но, не привыкший отступать, подготовил оборудование к съёмке.

В изображении с зонда он увидел, как «Стриж» всё ближе приближается к звезде, пока внезапно не вспыхнул, превратившись на пару секунд в бело-голубой огненный цветок. Все двигатели, включая основные, мерцая, понеслись прочь в пространство, рисуя в вакууме причудливые траектории остатками топлива. Развалившийся надвое корабль стремительно рассыпался на две безжизненные половины. Из него неторопливо вылетала на своих двигателях, сбегая от гравитации звезды, спасательная капсула, ярко мигая красными габаритными огнями.

— Ты снял это? — взволнованно спросил Эфен. — Это было настолько круто!

— Мне кажется, ты единственный идиот, который радуется смерти своего корабля, — с явным облегчением в голосе сказал Риген.

— Зато знаешь, какие я данные получил? Военным и не снилось…

— Это было… — выдохнул Риген.

— Великолепно! — перебил его Эфен, в голосе которого звучал безумный восторг. — Риген, данные! Всё отработало идеально! Надо повторить — только с другой конфигурацией двигателей!

Риген тяжело опустился на сиденье, понимая, что для Эфена испытания только начались, а для него — череда новых спасательных операций.

— У тебя силовая взорвалась от перегрева, — устало пробормотал он, — а вместе с ней и двигатели отлетели.

— Нет! Система сработала как надо, просто переборщили со сваркой, — не терял оптимизма инженер-испытатель. — Подбросишь меня до станции по-дружески? И не забудь видеозонд прихватить, я его арендовал.

— От тебя одна лишь морока, — вздохнул пилот.

«Воробей» загрузил капсулу и зонд в свой грузовой отсек, после чего, отдалившись от звезды, прыгнул в другую систему. Останки «Стрижа», ставшего невольным подопытным, медленно ускоряясь, устремились к звезде, пока не сгорели, скрыв следы смелого эксперимента.