Темный огонь Нептуна

Пролог

Маленькие вейсы сидели смирно и зачарованно слушали рассказ воспитательницы о родной планете.

– Подрастете, тогда слетаем с вами на один из алмазных вулканов, – закончила она.

Малыши запрыгали от восхищения.

– А когда? А когда? – наперебой спрашивали они.

– Скоро, – улыбнулась нептунийка, – вы даже не заметите, как пролетит время. А теперь пора спать.

Она встала, чтобы собрать воспитанников и отвести их в уютную сферическую спальню. Распорядок дня – превыше всего.

Издалека, где-то снаружи, послышался странный гул. Воспитательница замерла, вслушиваясь. Дети тоже притихли.

Гул быстро нарастал.

Молодая вейси инстинктивно прижала к себе детей, обняв их большими крыльями. Недоброе предчувствие внутри уже успело превратиться в настоящий страх. Такого звука она никогда не слышала. Он был чужеродным, враждебным, злым.

Но что она могла сделать.

Ракета попала точно в цель.

Вскоре огромную горящую воронку уже заливала океанская вода, закипая в ней. Детский сад был расположен на побережье.

***

В безбрежном океане небольшой островок пестрел разноцветными шелковыми лентами. Вейсы собрались на семейный праздник. Все прихорашивались по-разному – кто-то оплетал шелком хвост, кто-то украшал грудь и шею, а кто-то повязывал небольшие ленточки на лапы. Шелк закупался у Земли в ограниченных количествах и был довольно недешев, поэтому нептунийцы надевали ленты только на самые торжественные даты.

Высоко в небе, забыв обо всем на свете, кружили двое.

На крыльях стройной представительницы клана Айо сверкала алмазная крошка, шею украшало легкое изящное ожерелье из камней чуть покрупнее, а на голове красовалась невесомая на вид маленькая диадема тонкой работы – она была сделана из скрепленных между собой мельчайших алмазов. На серо-голубой блестящей шерстке с двумя ровными белыми полосами все это великолепие смотрелось сказочно.

Ее кавалер был столь же ослепителен – легкие алмазные браслеты, закрепленные у основания крыльев, и довольно крупный алмаз на груди превращали его в существо, вылетевшее прямиком из легенд о спутниках Нептуна.

Воздушный танец был прекрасен. Круги, неспешные повороты завораживали тех, кто остался внизу.

Пара немного разошлась и снова начала кружить, не сводя глаз друг с друга. Постепенно они начали сближаться, будто хотели нарисовать в воздухе омут.

Вейси, не останавливаясь, несмело подняла передние лапы. Ее друг мгновенно повторил это движение, сверкнув серыми глазами. Они совсем сблизились, и вейси, улыбнувшись, осторожно коснулась лапами подушечек лап своего друга, одновременно сделавшего то же самое.

Снизу донеслись радостные крики родственников и гостей. Брак был заключен.

– Нам пора к гостям, – шепнул вейс подруге.

– Пора, – эхом откликнулась она, с сожалением вздохнув.

Прохладный ветер, в котором они парили, словно перерезало пополам обжигающим воздухом. Через долю секунды ярко-алая вспышка разорвала небо над парой и швырнула их вниз. Повсюду загудело, и огромная ракета пронзила нептунийское небо. Взрыв превратил островок в нечто черное и скукожившееся и вскипятил океанскую воду.

Через час к месту трагедии подлетел флайер с четырьмя существами на борту.

Тела двух вейсов бережно носили волны.

Флайер приводнился, превратившись в закрытую лодку. Один из сидевших в нем пассажиров – человек – открыл верхнюю часть кабины, нагнулся и, схватив нептунийку за заднюю лапу, втащил на борт.

– Смотри! Это ж алмазы, чтоб мне провалиться! Ей-ей, алмазы!

– Вот это богатство! А не слишком они здесь мохнато живут, а?

– Считай, уже не живут, – и пилот флайера, судя по внешности, уроженец Двазии, начал срывать украшения с мертвого тела. – Ишь, нацепили!

– Гляди-ка, даже на шкуре алмазная крошка!

– Ее бы тоже забрать.

– Ты же не хочешь сказать, что мы потащим с собой падаль?

– Так можно и не тащить. Возьмем только алмазы.

– А как?

– Достань-ка нож.

Пара минут – и окровавленный кусок плоти, взвившись в воздух, пролетел над водой и с громким плеском вернулся в океан.

Чтобы уже никогда не всплыть.

Глава 1

Тремя птунирами* ранее

В одной из нептунийских семей шел спор.

– Не к добру это, – качала головой бабушка, Хнарра Ари-Вейс. – Ох как не к добру.

– Перестань, мам, – шутливо отмахивался ее сын, – ты еще скажи, что Тритон в соединении с Талассой или затмение Нереиды – это плохие приметы. Все это суеверия.

– Затмение Нереиды – это астрономия! – парировала пожилая вейси. – Это то, что можно научно объяснить. А как ты объяснишь рождение детей, у которых потом вместо нормальных белых полос на боках либо появились рваные пятна, либо вовсе белой шерсти не выросло, как у нашей Рин?

– Может, мутация? – предположил вейс.

– Мутация? Не смеши меня, сын. Что, весь Нептун начал заключать близкородственные браки? Или было одномоментное облучение чем-нибудь? У нас такого не было и нет!

– Бабуль, ты опять обсуждаешь мою внешность?

Мелодичный голосок принадлежал вейси-подростку непривычного темно-серого окраса, которая случайно услышала разговор взрослых и теперь стояла на пороге комнаты, оперевшись лапой о стену.

– Будто это что-то плохое. Подумаешь, белая шерсть не выросла – все равно я такая же, как все! – с вызовом сказала она.

– Не волнуйся, Рин, – невозмутимо улыбнулась Хнарра. – Мы с твоим папой говорим не о тебе.

Гордо подняв голову, маленькая вейси удалилась с чрезвычайно важным видом.

– Следи за ней получше, Касс, – озабоченно сказала бабушка. – Тиррина уже не ребенок. Уж слишком вы с Оллой ее балуете.

– Ладно, мам, – кивнул Касс, – постараюсь. Но ведь мы так редко собираемся вместе... Олла тоже многое ей прощает.

– Вот то-то и плохо, – нахмурилась мудрая вейси.

Вечером Хнарра заглянула в спальню к внучке. Та молча лежала, повернувшись к бабушке спиной.

– Неужели опять обиделась?

Рин недовольно зафырчала, но все же отвернулась от стенки.

– Мне неприятно, когда ты говоришь об этом, – объяснила она.

– Рин, я просто хочу понять это явление. Понять, почему ты и твои сверстники такие... интересные.

– А что, раньше такого ни разу не случалось? Неужели ты за всю жизнь никогда не видела вейса без белых полос?

– Никогда.

Рин задумалась.

– Скажи мне, бабуль, – немного погрустнела вейси, – я и мои друзья – мы настоящие Ари и Айо?

– Глупышка, – ласково погладила ее по голове Хнарра, – аномалии иногда случаются, но только от тебя зависит, повлияют ли они на твое сердце. Пока ты будешь верна себе, Рин, ни одно отклонение от обычной внешности вейсов не поколеблет твой нрав настоящей Ари.

Она шевельнула крыльями.

– В ближайший восход Лариссы я полечу на Тритон на два дня. Побудете вместе с отцом. Привезти тебе льдинку?

У Рин загорелись глаза. Она с нетерпением ждала совершеннолетия – в двадцать птуниров вейсу выдавалось официальное разрешение летать на спутники без сопровождения взрослых – и считала дни до этого события. Ждать было еще довольно долго – целых три птунира.

– Ага! А расскажешь потом про ледяные террасы?

– Ну конечно, – улыбнулась Хнарра. – А теперь спи. Ветреных снов, – и она обняла внучку.

– И тебе.

Устроившись в постели поуютнее, Тиррина с нежностью посмотрела на полку с миниатюрными, прозрачными, намертво запаянными баночками, внутри которых переливались голубым и зеленым цветом крошечные кусочки тритонского льда, особым способом защищенного от таяния. Касс и Олла посменно работали на Тритоне, и у Рин было очень мало воспоминаний о моментах, когда вся семья была в сборе. Зато эти воспоминания были самыми светлыми и теплыми. Чтобы скрасить ожидание дочери, родители частенько привозили ей с Тритона такие сувениры, и Тиррина собрала уже целую коллекцию ледяных фигурок.

«Скоро увижу тритонский лед своими глазами, – подумала она, засыпая с мечтательной улыбкой на мордочке. – Осталось всего три птунира. Еще немного подождать, совсем чуть-чуть».

*Птунир – нептунийское понятие, означает один оборот Нереиды – спутника Нептуна – вокруг планеты. Приблизительно равен земному году.

Глава 2

Три птунира спустя

– Удачного полета, Касс, – Хнарра обняла сына. – Береги себя.

Тот кивнул, поправив на себе жилет-хетлис с отличительным знаком работника «алмазных» тритонских доков.

Тиррина в очередной раз вспомнила семейные праздники и вздохнула, провожая отца. Теперь все вместе они соберутся только через десять дней...

– Возвращайся поскорее, – жалобным голосом попросила она.

Касс крепко обнял дочь.

– Не грусти. Встречусь с мамой, а послезавтра она уже будет здесь. Время пролетит быстро, Рин, – он погладил ее по голове. – Слушайся бабушку и будь умницей, хорошо?

– Ага, – вейси шмыгнула носом. – Гладких тебе ветров, пап.

Касс еще раз заключил в объятия мать, взлохматил темную шерстку на макушке Рин, и шагнул за порог.

***

Недалеко от здания одной из нептунийских школ резвились несколько классов выпускников. Последний экзамен был сдан два дня назад, и теперь молодежь вовсю веселилась, коротая время за воздушными играми. Предполагалась общая прогулка на Скалистый остров – один из красивейших островов Нептуна с самыми высокими скалами, и все были уже в сборе, когда к сверстникам присоединилась Тиррина, по-прежнему грустная после проводов отца.

– Лети-им! – взмыл вверх один из вейсов, и вся компания ринулась в открытый океан.

– Рин, догоняй! – веселая сероглазая вейси с одной белой полосой – на левом боку – легко коснулась лапой плеча Тиррины и моментально унеслась куда-то вниз и вбок. Но у Рин не было ни малейшего желания играть в салки.

– Ты чего? – вейси вернулась, обескураженно глядя на одноклассницу.

– Не до игр сейчас. Прости, Фел, – ответила Тиррина.

– Что с тобой?

– По родителям скучаю. Очень. А они все на работе да на работе.

Прозвучало слегка капризно. Фéлент Айо-Вейс замолкла и, с силой взмахнув крыльями, рванулась вперед. Они с сестрой-близняшкой росли без отца – тот утонул в результате несчастного случая, когда они только учились летать.

Рин поняла, что сморозила не то.

– Фел! Подожди, Фел! – вейси кинулась догонять подругу и просить у той прощения.

На горизонте показался Скалистый. Вскоре молодые вейсы шумной гурьбой расположились на уступах и продолжили игры, песни и беседы. Кто-то делился мечтами о будущем, а кто-то наоборот, страшился предстоящих забот и проблем взрослой жизни, привыкнув к школе, учебе и одноклассникам. Третьи же радовались – прошла пора домашних заданий и нудной зубрежки. Некоторые парочки уединялись на островерхих утесах, возвышавшихся над водой отдельно от острова, где яростные волны бились далеко внизу о камни. Любуясь этим зрелищем, вейсы устраивались рядом друг с другом, чтобы вволю насладиться совместным общением.

– Ну чего ты грустишь? – пыталась растормошить Тиррину присоединившаяся к подругам Óриант, сестра Фел. – Десять дней? Да они пролетят так быстро, что ты их и не заметишь!

– Ори права, – кивнула Фелент. – Я бы на твоем месте встряхнулась и повеселилась вместе со всеми. Ведь теперь мы взрослые! Только подумай – хоть завтра можно получать разрешение на космические полеты. Между прочим, это твоя заветная мечта!

При упоминании космоса Рин наконец-то улыбнулась и взглянула вверх. Они с удобством расположились в ложбине между двумя крутобокими уступами, подле отвесной скалы – здесь не слишком сносило ветром. Скала частично закрывала небо, и Тиррина подавила в себе страстное желание прямо сейчас взлететь и броситься туда, за облака.

– Интересно, как выглядят звезды на самом деле, – тихо произнесла она. – Как думаете, они такие же, как в нашем школьном планетарии?

– Пока сами не полетим на Тритон, не узнаем, – пожала плечами всегда сдержанная в своих чувствах Ориант.

Они долго болтали о том, о сем, и постепенно темы для разговоров иссякли.

– А ты уже думала о семье? – вдруг поинтересовалась у подружки Фелент.

– Думала, – кивнула Рин. – Ни за что. Не хочу, чтобы дети бесконечно ждали меня с работы. А почему ты спрашиваешь?

– Да так, – туманно объяснилась вейси, внимательно смотря куда-то за спину однокласснице. Та тоже обернулась, проследив за ее взглядом, но увидела лишь большую компанию своих одноклассников и приятелей из других классов, расположившихся по соседству с ними. – Спросила из любопытства.

– Ну понятно. Кто о чем, – с иронией заметила Ори.

– Ой, да перестань! – возмутилась Фел. – Мы с Ронто просто друзья! Ну чего вы, чего? – но подружки уже хихикали вовсю, зная, что и здоровяк Ронто неровно дышит к Огоньку – с его легкой лапы это меткое прозвище приклеилось к Фелент еще с младших классов. Своим темпераментом она частенько походила на представительницу клана Ари – заводная, взрывная, веселая и довольно вспыльчивая непоседа, не пропускающая ни одной дружеской вечеринки. Невозмутимая Ориант же наоборот, слыла типичным представителем Айо, предпочитая здравый смысл сиюминутным эмоциям.

Словно услышав, что о нем говорили, Ронто в компании двух друзей – Форрила и Киллина – оказался возле подружек.

– Áниэн*, скоро ветряной максимум. Пора бы по домам, – дружелюбно, но настойчиво поторопил он их.

Сестры расправили крылья и взлетели вместе с Ронто и Киллином. От Рин не укрылось, что Ориант, увидев Кила, страшно смутилась и уставилась на свои лапы, но быстро пришла в себя и, вспорхнув вместе с друзьями, постаралась пристроиться в воздухе как можно ближе к явно предмету своего обожания. Пока замешкавшаяся на камнях Тиррина с улыбкой смотрела вслед однокласснице и думала о том, что Ори не такая уж бесчувственная, какой кажется на первый взгляд, к ней несмело подошел Форрил. Тоже почему-то оставшийся.

Вейсы быстро покидали Скалистый. Вскоре та его часть, где они только что болтали и веселились, совсем опустела.

– Рин, – негромко позвал Форрил.

– А? Чего? – задумавшаяся Тиррина отвлеклась от созерцания улетающих друзей.

Форрил как будто бы смутился.

– Э-э... Да нет, ничего. Извини, пожалуйста. И правда, пора по домам.

Взмахнул сильными крыльями и полетел догонять остальных.

Тиррина немного опешила, ничего не поняв, но потом махнула лапой на странное поведение товарища и тоже взмыла в небо.

А Фор ругал себя на чем свет стоит за то, что снова струсил.

***

На Тритоне, как всегда, кипела работа. Таможенники и рабочие встречали и провожали различные грузы. Большая полусфера-купол укрывала вейсов и гостей спутника от космического излучения и генерировала искусственную атмосферу – у Тритона своей почти не было. Таких полусфер на спутнике построили несколько. Единственное, чего не могли создать автоматы – сильных нептунийских ветров, поэтому вейсам, несмотря на мощные крылья и легкие тела, приходилось, попав на Тритон, практически забыть о полетах и передвигаться только пешком.

В зале ожидания маленького пассажирского космопорта – нептунийцы редко летали куда-либо, поэтому строить огромный кластер не имело смысла, – было от силы десять пассажиров. Прохаживаясь туда-сюда поодаль от них, между собой вполголоса разговаривали двое существ.

– А они прикольные. Даже жаль немного.

– Не замечал за тобой любви к сантиментам.

– Ну ты и загнул фразочку! Слушай, может, одного-двух возьмем живыми?

– Нафига?!

– Продадим. Например, бродячим циркам – они бы такое заценили.

– Можно, конечно, но это столько возни... Где мы их держать будем?

– На одном из крейсеров. Почему нет-то? В грузовой отсек притащим что-нибудь вроде клетки и запрем их там.

– Ой, не смеши! – закатил глаза один из собеседников – человек с разлохмаченной в разные стороны каштановой шевелюрой. – У нас дел по горло и некогда страдать фигней. Еду им еще искать... Сказано – полная зачистка, значит, полная зачистка!

Любитель торговли существами, молодой меркуриец, у которого на левой руке живого места не было от довольно пошлых татуировок, разочарованно скривил губы.

– Ладно. Убедил, – согласился он с приятелем. – Ну что, может, начнем уже наш... Как у тебя там на Земле говорят? Пеф... Префо...

– Перформанс? – подсказал человек.

– Во-во. Так когда? Охота уже поразмяться.

– Не гони уранских ящеров, – лохматый оглянулся вокруг, проверяя, не следит ли кто за ними. – Ждем команды от Стелса.

В зал ожидания вошла семья из пяти вейсов – старика, степенной супружеской пары и двоих озорных детей, которые тут же подбежали к ларьку с разными сладостями.

– Ой, мам, смотри, юпитерские конфеты!

– Мам, ну купи, пожа-алуйста!

В кармане у человека пискнул видеофон, оповещая о входящем сообщении. На экране высвечивалось одно-единственное слово:

«СТАРТ».

– Ну, что там? – нетерпеливо спросил меркуриец.

Лохмач сунул устройство обратно в карман и усмехнулся:

– Сафари объявлено открытым.

И неторопливо вынул из кобуры на поясе бластер.

***

В доках царил хаос. Три десятка вооруженных до зубов наемников зажали вейсов со всех сторон и теснили их к одной из стен полусферы. Бежать было некуда – разве что вырваться через шлюзы за защитный купол и моментально замерзнуть насмерть, не успев даже задохнуться. Беззащитные нептунийцы, не понимая, что происходит, инстинктивно пытались взлететь, но в искусственной атмосфере, несмотря на совершенную аэродинамику их тел, летать не получалось.

Касс с толстой папкой документов в лапах быстро шагал по узкому проулку, ведущему к одному из грузовых терминалов космопорта. Там парковались не только большие космические перевозчики, но и кораблики-челноки, возившие работников доков с Нептуна на Тритон и обратно. Вейс слышал странный шум и как будто бы даже чьи-то крики вдалеке, но не обратил на них особого внимания, торопясь добраться до одного из грузовиков и обменяться документами с его капитаном. С Оллой Касс уже увиделся, приняв у нее смену, и с нетерпением предвкушал момент большого перерыва в работе, когда они смогут побыть вдвоем. Большинство вейсов, отработавших смену, садились в челноки и отправлялись домой, но некоторые обзаводились скромными уголками на Тритоне – маленькими жилыми модулями рядом с терминалом, идеально подходящими для того, чтобы немного отдохнуть, если слишком устал, чтобы сразу лететь на Нептун. У Касса и Оллы тоже был такой модуль, и они использовали его для совместного отдыха, пока у одного из них четырехчасовой перерыв.

Вывернув на главную дорогу, ведущую к терминалу и модулям, Касс с удивлением увидел пятерых существ разных рас, преградивших ему путь.

– Смотри-ка, еще один, – невоспитанно показал на него пальцем коренастый сатурнианин. – А Стелс сказал, что вроде всех окружили!

– Сколько же их на Нептуне, если даже здесь так много? – хмыкнул его приятель, по виду двазиец.

– Вообще-то это закрытая охраняемая территория, – заметил Касс. – Вы как сюда попали?

Получив в ответ громкий смех и ничего не понимая, вейс собрался было миновать неприятную компанию, но его бесцеремонно оттолкнули назад.

– В чем дело? – возмутился нептуниец, чувствуя неладное. Вот бы добраться до пункта охраны перед входом в терминал...

Но он не успел. Двое нарушителей проворно обошли его сзади и больно ткнули прикладами бластеров в спину. Касс, не успев среагировать, споткнулся о чью-то нарочно подставленную ногу, упал, и из полетевшей на землю папки белыми перьями посыпались файлы с документами.

В голубых глазах вейса изумление смешалось с ужасом, когда один из врагов направил на него дуло бластера под всеобщий хохот.

Из проулка внезапно показалась нептунийка. Олла спешила к модулю и случайно пошла той же дорогой, что и муж. Увидев происходящее, она не смогла сдержать крик и кинулась к любимому.

– Касс!

– Беги! – успел крикнуть ей вейс, вскочил и с невесть откуда взявшейся силой тоже рванулся к ней, прочь от бандитов. – Беги отсюда!

Хлопок с шипением. Короткий стон.

Серо-голубая шерсть на спине и груди рухнувшего на землю нептунийца частично обуглилась, частично обагрилась кровью. Лазер прошил его насквозь.

– Касс... Касс, нет! – и Олла, не обращая внимания на убийц, подбежала к мужу. Она схватила бездыханное тело и прижала к себе, не понимая, что происходит.

– Очнись, Касс! Очнись!

Она тормошила его изо всех сил, не веря в происходящее, моля небеса, чтобы все это оказалось ночным кошмаром.

Напрасно.

Касс был мертв.

Растерянность, горе и страх завладели всем ее существом. Вместе со страхом пришло острое чувство одиночества и беспомощности. Вейси вдруг почувствовала на себе хищные и насмешливые взгляды и подняла голову.

Двое из разношерстной компании существ с оружием в руках и лапах одновременно вскинули бластеры. Меркуриец и лохматый человек хохотнули, наслаждаясь полной властью над жертвой.

Вдалеке раздался чей-то особенно громкий крик. Крик ужаса и агонии. И Олла вдруг поняла все. Не отпуская Касса, она инстинктивно взмахнула крыльями, чтобы взлететь, но безветренный Тритон не пустил.

Коротко зашипел выстрел.

Враги нарочно промазали, решив немного поразвлечься – ведь добыча от них не уйдет.

Раненая Олла закричала от боли и неловко упала набок, но Касса из лап не выпустила. Она пыталась ползти спиной назад, помогая себе такими бесполезными здесь крыльями, и смотрела <им> в лица и морды. Слезы текли из ее глаз.

– За что?.. – шептала она. – За что?..

– Извини, ничего личного, – ответил лохмач, щелкая затвором. – Просто кое-кому нужна ваша планета. Без вас.

И выстрелил в упор.

***

Аппетита не было. Тиррина вяло пыталась съесть хоть что-то, чтобы не огорчать бабушку, но получалось плохо. В конце концов она отодвинула тарелку.

– Извини. Мне не по себе как-то, бабуль.

– Что-то не так, – тревожно сказала Хнарра. – Я тоже чувствую.

Они обняли друг друга и погрузились в свои ощущения и мысли, не придав поначалу значения непонятному отдаленному гулу.

Гулу пронзающих атмосферу Нептуна ракет.

*áниэн – девчонки, девчата (непт.)

Глава 3

Парочка весьма скромных по размерам быстроходных шхун, десять эсминцев и четыре больших межгалактических крейсера во главе с еще более внушительным линкором по имени «Вепрь» стремительно приближались к орбите Нептуна.

В кают-компании флагмана шло совещание хозяев флота. Докладывал капитан «Вепря», стройный темноволосый и темноглазый землянин средних лет с безупречной военной выправкой, одетый в белый мундир с иссиня-черными погонами.

– Итак, через полчаса мы приблизимся к окрестностям Нептуна и начнем гравитационный маневр, чтобы избежать столкновения с метеороидным роем, который заметили наши навигаторы. Десантная группа номер один уже на месте, то есть на Тритоне, и ждет сигнала к началу зачист... первой части операции, – капитан запнулся и едва заметно поморщился, но быстро овладел собой. – Вторая и третья группы готовы к высадке на поверхность планеты. Разумеется, после бомбеж... обработки.

– Ну что ж, превосходно, – пожилой, богато одетый серпентиец, сидевший во главе стола, в знак одобрения несколько раз надменно похлопал в ладоши, вернее, в когтистые темно-зеленые трехпалые лапы. – Готовьте свои ракеты, Риш. Надеюсь, они вас не подведут.

Рядом встрепенулся грузный гуманоид-адриканин, щегольски повязавший на шею пестрый платок поверх строгого и дорогого костюма.

– А во сколько обойдется один залп? – с беспокойством спросил он у других сидящих за овальным столом существ. – По-моему, мы это не обсуждали!

– Милый мой, успокойтесь, – снисходительно произнес серпентиец. – Скоро вы забудете, что такое голод и нужда. Потерпите еще полгодика, а там и добыча алмазов начнется.

– А вас, Тальпур, хлебом не корми, только дай поиздеваться надо мной! – наигранно обиделся адриканин. – Я же тревожник, вы об этом постоянно забываете!

Тальпур Мор, председатель союза самых влиятельных олигархов Серпентия, Адрики и Зелгравии, не счел нужным отреагировать на эти слова.

– Вы свободны, капитан, – объявил он.

Подполковник ГВВС* в отставке Астрес Риш слегка поклонился и сделал движение, чтобы уйти, как вдруг, поколебавшись мгновение, снова повернулся к «благородному собранию»:

– Господа, я должен сказать вам кое-что еще.

Пока бровь Мора неспешно ползла вверх, показывая, насколько невозмутим ее обладатель, нервический щеголь с Адрики подскочил как ужаленный:

– Это плохая новость?! – чуть не заверещал он. – Насколько плохая?!

– Это не новость, а мнение, – ответил капитан.

– Мнение? Ваше? – вторая бровь Тальпура приподнялась с гораздо большей скоростью.

– Представьте себе.

– Ну что же, говорите, – по-королевски разрешил Мор.

Риш помолчал, подбирая слова похолоднее и поциничнее.

– Я считаю нецелесообразным уничтожение местного населения, – наконец, произнес он. – Мы... то есть вы... могли бы сотрудничать с ними, ведь они знают об алмазных вулканах и о планете в целом гораздо больше. К тому же на то, чтобы уничтожить всех нептунийцев, уйдет немало времени, и есть риск ответного удара с их стороны. И потерь среди моих подчиненных. А может быть, и среди вас всех, если вейсы доберутся сюда – а они вполне способны на это.

– Вы так считаете? – переспросил Мор.

– Да.

Тальпур со вздохом поднялся с места и не спеша подошел к капитану.

– Дорогой мой, – он фамильярно приобнял его одной лапой за плечи, – у вас плохая память. Мы вам уже заплатили половину суммы, а вы ее еще не отработали. Так что прав на собственное мнение у вас не больше, чем у нептунийцев на выживание. Вы меня поняли?

– Вы мне платили не за убийства гражданских, – стоял на своем Риш, уже понявший, что достучаться до совести олигархов не удастся.

– Правда? – деланно изумился серпентиец. – Никак не припомню, Астрес, есть ли такой пункт в нашем с тобой договоре. Ах да, действительно нет, какая жалость. Но, к счастью, есть другой пункт, – Мор появлялся то с одной, то с другой стороны от капитана, перейдя на «ты», называя его по имени и почти по-змеиному шипя ему то на правое, то на левое ухо – даром что имел рептилоидную внешность. – Звучит примерно так – «обязуюсь выполнять все требования и приказы членов домов Мор, Аларидо и Квенти, в противном случае...» Астрес, ты ведь помнишь, что в противном случае?

Риш вздрогнул, побледнел, но ничего не ответил.

– Как поживает твоя семья? – продолжал Мор, хищно сверкнув желтыми глазами с вертикальными крокодильими зрачками. – Сын, небось, уже лопочет да ходить учится? А сестра-красавица до сих пор одна? Нехорошо, нехорошо...

– Семью не трогайте! – прорезался у Риша голос. – Прошу... Я же делаю все, что вы мне говорите. Пожалуйста.

– Так никто ее и не трогает. Пока, – невозмутимо развел лапами Тальпур. – А ты веди себя соответственно, и все будет в порядке.

Повисла пауза.

– Орудия будут готовы к стрельбе через десять минут, – тихо сказал капитан, повернулся и вышел из кают-компании.

– Вот это другое дело! – кивнул вслед ему Мор, садясь на свое место.

– Послушайте, Тальпур, а этот ваш человек надежен? Он точно не подведет? – озабоченно подал голос еще один участник собрания, лысый тощий зелгравец из клана Аларидо.

– Не беспокойтесь, Цвик. Это уже политика – ведь у Земли с нашими планетами договоры о добрососедстве и взаимовыгодной торговле. Риш не дурак, он понимает, что малейшая неосторожность с его стороны приведет не только к гибели его семьи, но и к вооруженному конфликту межпланетного масштаба.

– Вашими бы устами да мед пить, – жалобно произнес адриканский щеголь Варт Квенти, нервно обмахиваясь веером из ярких перьев птицы цац.

***

Велев всем кораблям подтянуться поближе к «Вепрю» и построиться для атаки, Астрес окинул взглядом мостик. Все подчиненные зорко следили за приборами и жадно всматривались в голубую планету за обзорным окном. Словно стая охотничьих псов, подумалось Ришу – стоит подать знак, и все ринутся за добычей.

Небольшое судно «Кофемолка» приблизилось к флагману слева и запросило стыковку.

– Заходите, Кронни, – ответил Риш и отдал приказ подготовить левый шлюз к приему «гостьи», с которой он познакомился еще в начале пути к Нептуну, на собрании капитанов новообразованной эскадры.

Через несколько минут на мостике появилась стройная брюнетка средних лет в потертых брюках шоколадного цвета и черной кожаной куртке, небрежно накинутой на темно-зеленую футболку. Она заправила за ухо непослушную прядку волос, постоянно выбивавшуюся из незатейливой прически-хвостика, и без предисловий сказала Ришу:

– Кэп, пошептаться бы.

Непонятно, как Аталина Кронни – дерзкая и ловкая капитанша пиратской «Кофемолки» – оказалась в рядах захватчиков. Поговаривали, что ее, как и всех наемников в собранном олигархами флоте, купили баснословной суммой ЕГВ. Но чем больше Астрес общался с Кронни, тем сильнее сомневался в этом. Он предполагал, что Мор и остальные олигархи пустили в ход шантаж, хотя, с другой стороны, ни «Кофемолка», ни сама Аталина не представляли из себя ничего особенного, чтобы в случае отказа не менять их на другое такое же судно с более сговорчивым капитаном. В конце концов Риш бросил строить догадки – не все ли равно? Она такая же преступница, как и все остальные существа, согласившиеся на эту чудовищную операцию. Как и он сам.

– Пойдем, – понимающе кивнул капитан, сделал знак старпому занять его место и поманил Аталину за собой в коридор.

– У вас здесь камеры видеонаблюдения со звуком или без? – одними губами спросила Кронни.

– Не беспокойся, говори смело, – успокоил ее Риш, тем не менее, глядя на «коллегу» с подозрением. – На «Вепре» всего четыре камеры со звуком, и я знаю, где они установлены.

– Кэп, я вот о чем, – решилась, наконец, пиратка. – Знаю, ты против всего этого. Хочу, чтобы ты знал – я тоже.

Астрес ничего не ответил. Последнее время он не доверял никому, даже сестре, поэтому разозлился – ему казалось, что они с Аталиной могли бы стать приятелями или хотя бы просто хорошими знакомыми. Но выходит, что и она шпионка – вон как активно провоцирует его и вызывает на откровенность.

– На кого из олигархов ты работаешь? – помолчав, жестко спросил Риш.

– Не веришь – не надо, – обиделась Кронни. – Только я так скажу – стрелять не буду. Мне сказали, что нужно сопровождать ценный груз, а на «мокруху», да еще такую, я не подписывалась.

Может, и не лжет, подумал Астрес. Но все равно за ней нужен глаз да глаз.

– Вам, Кронни, сейчас стрелять и не нужно, – пожал он плечами.

– И потом не буду, – уперлась капитан. – Я свое дело сделала, теперь хочу получить обещанную вторую часть ЕГВ и свалить. А остальные здесь пусть хоть обстреляются.

– Значит, вот как ты здесь очутилась, – вздохнул Риш. – Крон... то есть Лина, послушай. Если ты действительно думаешь, что тебе заплатят и дадут, как ты говоришь, свалить, то это верх наивности. Какой, ко всем шрокам, груз?! Ты же пират, контрабандист, как ты могла на такое повестись?

В глазах Аталины мелькнул если не страх, то по крайней мере растерянность.

– Они мне так подробно и правдоподобно все расписали, – севшим голосом произнесла она.

– Они врут всем и даже друг другу, – зло бросил Астрес. – С этой категорией существ вообще лучше не связываться – целее будешь.

– Так что же мне делать?.. – куда-то мимо Риша, в пустоту, вопросила Кронни.

– А вы почему не на месте, Риш? – внезапно вывернувший из-за угла Цвик Аларидо быстро подошел к капитанам.

– Общаетесь? А уже пора начинать нашу великую миссию, – последние слова он произнес со странной смесью издевки и маньячной кровожадности в голосе. – Так что по местам.

– Кронни останется здесь, – вдруг заявил Риш тоном, не допускающим возражений. – Мне на мостике нужен надежный помощник, – объяснил он, тут же растеряв всю сталь в голосе под пристальным взглядом зелгравца.

– Кажется, у вас тут целый штат помощников, – презрительно отозвался Аларидо. – Ну хорошо, в общем-то мне все равно. Я не против. Начинайте операцию.

Астрес зашел в рубку, ругая себя последними словами. «Но все-таки хоть Лина не будет в этом участвовать напрямую», – мельком подумалось ему. Контрабандистка же, хоть и не поняла «маневра» Риша, но молча пошла вслед за ним, больше всего опасаясь, что олигарх окликнет ее.

– Кронни, прикажите своему старпому – или кто там у вас? – убрать «Кофемолку» с линии огня. Ее может задеть «Бархан», – Риш обращался официально, почти как на настоящем космофлоте, и Аталине это почему-то понравилось. Она кивнула, связалась по наручному коммуникатору со своей командой, и вскоре шхуна исчезла из обзорного окна, отойдя назад и фактически спрятавшись за флагман.

На секунду Риш прикрыл глаза.

– Команде «Вепря». Пятью осушающими по сектору два – товсь. Командам «Бархана» и «Свирепого». Десятью стандартными ракетами по сектору один – товсь.

Внутренний голос кричал – подожди! Не делай этого! Ведь все можно исправить даже сейчас!

– Астрес, упаси тебя космос дать слабину. Авторитет очень легко потерять, – тихо подсказала стоявшая за спиной капитана Кронни, словно почуявшая его сомнения и украдкой поглядывавшая на напрягшихся существ вокруг. – Они все ждут только твоего приказа.

Она права, подумал Риш. Сделал глубокий вдох.

И твердо произнес:

– Огонь.

Капитан не мог видеть, как взрываются улетающие в атмосферу Нептуна ракеты – плотные облака закрывали обзор – но ясно представлял себе творившееся на поверхности планеты. Ему уже приходилось наблюдать в действии эти остроносые вытянутые конусы – жуткое изобретение кого-то из засекреченных ученых неизвестно с какой планеты, предназначенное для терраформирования «непригодных для жизни» водных миров.

Риш понимал, что с этой минуты превратился в убийцу.

Но разве у него был выбор?

Или все-таки был?

***

Связь с Тритоном и другими лунами оборвалась так внезапно, что на «большой земле» никто не успел понять, что происходит. Десятки тяжелых ракет вгрызались в Нептун, превращая океан в кипяток, а дома – в пепел.

Царила паника. Миролюбивые вейсы никогда не сталкивались с агрессией извне, поэтому не умели противостоять врагам. Оружия на планете тоже толком не было.

– Бабу-уль!! – в ужасе голосила Тиррина, метаясь между дымившимися руинами дома и разыскивая Хнарру. – Бабушка-а!!

Она нашла ее зажатой между двух огромных кусков стены. Один упал пожилой вейси на правое крыло, пропахав торчащей арматурой глубокую борозду в боку, а другой придавил слева, нависая сверху и угрожая рухнуть на голову.

Тиррине повезло – в тот момент, когда одна из ракет взорвалась рядом с их жилищем и разнесла его в куски, она возвращалась с побережья, где они с Фел встретились, чтобы просто поболтать и немного прогуляться. Когда начался обстрел, обе подружки запаниковали и бросились к своим домам.

– Бабушка! – Рин почти ничего не соображала от страха, бестолково снуя вокруг еле дышащей вейси. – Бабушка!

– А ну соберись! – хрипло приказала внучке Хнарра. – Хнычешь, как маленькая! Давай, вдох-выдох!

Рин утерла слезы кончиком хвоста.

– Что мне сделать? – всхлипнула она.

– Прежде всего не паниковать! Да не трогай ты эту стенку, нас же обеих завалит!

– Ох, в доме же аптечка была!.. Сейчас, потерпи!

– Сто-ой! – повелительный возглас Хнарры вернул сорвавшуюся было с места внучку. – Сначала послушай. Рин, на нашу планету пришла беда. Я не знаю, кто стреляет, но одно ясно – это война. Понимаешь?

Рин кивнула, всхлипнув еще раз. Что такое война, она знала в теории – в школе на уроках истории Галактики учителя рассказывали о различных конфликтах, но мирный Нептун никогда не сталкивался с подобными угрозами. До смерти перепуганной Тиррине было непонятно, сон все происходящее кругом или явь. Страшная явь.

А вдали продолжало греметь. Земля дрожала.

– Тебе нужно срочно разыскать родителей, внучка, – тихо, но четко сказала Хнарра. – И собери друзей, только вместе вы сможете хоть как-то бороться и выживать.

– Бороться?!

– Если эти придут на Нептун, – продолжала вейси, – то прячьтесь в Большое Темное Пятно, туда они точно не полезут. Ты поняла? – с нажимом переспросила Хнарра, ловя блуждающий взгляд Рин. Слова дались ей с трудом, и она застонала от резко усилившейся боли в ране.

– В Пятно?! – ужаснулась Тиррина. – Это же верная смерть!

– А оставаться тут тоже смерть. Только хуже. Рин, послушай свою глупую бабушку.

– Ох, прости! – вейси сообразила, что не время препираться. – Я запомнила, бабуль.

– Тогда лети!

– А как же ты?!

– За меня не беспокойся, – еще тише ответила бабушка. – Лети же! И не смей раскисать, если хочешь жить, поняла?

– Я сейчас приведу помощь! – осенило Тиррину. Ну конечно, как она сразу не додумалась! – Подожди, потерпи совсем немножко, я мигом! – она сорвалась с места и умчалась, скрывшись за нависавшей стеной.

Хнарра смогла слегка улыбнуться ей вслед.

– Ну вот... Начинаешь соображать... – еле слышно выдохнула она и прикрыла глаза. Так было легче переносить страшную боль в боку и крыле. Вейси уже не боялась, что внучка опоздает с помощью – главное уже сказано. Оставалось надеяться, что Рин запомнит ее слова и сможет защитить себя и других.

Последней мыслью, промелькнувшей в голове Хнарры, была догадка о темной однотонной окраске шерсти молодежи.

«А ведь неплохой это камуфляж...»

* ГВВС - Галактические Военно-воздушные силы

Глава 4

К ночи обстрел прекратился. Воцарилась мертвая тишина, нарушаемая лишь треском огня, пожирающего здания, да отдаленными вскриками вейсов – раненых или потерявших кого-то из родных.

Рин обессиленно лежала в полузабытьи рядом со своим разрушенным домом, пытаясь не слушать эти стоны и не видеть, как что-то полыхает прямо в океане. Хорошо было бы узнать хоть что-то, связаться со знакомыми и друзьями, но ни один передатчик не работал, да и желания что-то делать у вейси не было. Сгущались сумерки, и Тиррина почти физически чувствовала, как ночь обволакивает ее и засасывает в темный омут странного безумия. Страх немного отступил, но вейси никак не могла собраться с духом и привести мысли в порядок.

Она опоздала. Непоправимо опоздала, примчавшись с двумя врачами к уже мертвому телу Хнарры. И не могла себе этого простить.

В тот момент, пережив первый шок и первую истерику, Рин вырвалась от врачей и помчалась к ближайшему космопорту, чтобы на любом транспорте добраться до Тритона и разыскать отца и мать, но едва не угодила под ракетный удар, уничтоживший весь космопорт. За несколько минут до прилета ракеты ей встретился раненый дядя Веллор – друг их семьи, чудом выбравшийся на челноке с Тритона уже после окончания зачистки. Он в двух словах пересказал Тиррине весь ужас произошедшего на спутнике и не стал скрывать от вейси страшную правду гибели ее родителей.

– Я сам их видел, – добавил вейс. – Тебе придется поверить мне на слово. Куда?! – он ухватил рванувшуюся к кораблям Рин за лапу. – На орбите полно вражеских кораблей! Теперь на Тритон не долететь, я сам непонятно как проскочил. Да стой же, Рин! Они мертвы, пойми! Мертвы!

Тиррина вдруг резко остановилась и прижала лапы к ушам, словно оглушенная. До нее дошло.

– Прости меня, – тихо произнес Веллор, обняв Рин. – Прости за такую весть... Будь сильной, Тиррина.

Вейси молчала. У нее больше не было ни мамы, ни папы, ни бабушки. Никого. И зачем тогда быть сильной? Ведь наверняка скоро не станет и ее самой.

В небе загудело, и она в панике, не разбирая дороги, бросилась прочь, успев выбраться из здания космопорта в последний момент.

Раненый вейс не успел.

Теперь же, когда этот бесконечный день вроде бы завершился, Тиррина терзалась воспоминаниями. Ей мерещился вейс в космопорту, которого она даже не попыталась вытащить, бабушка, которую она не успела спасти. Если бы она была порасторопнее и сразу полетела искать врачей, Хнарра бы сейчас жила. Если бы она думала не только о себе, дядя Веллор тоже был бы жив. Вейси страшно устала, проголодалась, очень хотела спать, но без конца прокручивала в голове одно и то же, казнила себя и боялась закрывать глаза.

– Ри-ин! Рин, отзовись! Где ты, Рин?

Тиррина подскочила, словно ошпаренная.

– Я здесь!!

И снова разрыдалась, бросившись навстречу Форрилу, обыскивавшему дом в поисках подруги.

– Ты ранен!

– Да ерунда, – махнул лапой Фор, чуть поморщившись от боли – царапина на плече была довольно глубокой. – Завтра заживет. Фел, Ори! – вдруг позвал он, обернувшись назад. – Я нашел ее!

Сестры синхронно вылетели из-за обломка стены, словно два мифических вейса из эпоса Нептуна, и через мгновение оказались рядом с Форрилом и Рин, заключив ее в объятия.

– Жива! Как ты? Не пострадала? – близняшки и Фор засыпали Тиррину вопросами, но та только плакала в ответ и обнимала всех троих.

Наконец-то она не одна.

***

До самого рассвета друзья искали одноклассников. Найти удалось всего двоих – Ронто и Киллина. А других... других лучше было бы и вовсе не находить.

– Куда теперь? – спросил Ронто после первых радостных минут встречи. И действительно – всем необходимо было надежное укрытие. Но из-за страха, туманившего разум, никому ничего не приходило в голову, а те укромные уголки, в которых молодежь раньше проводила время за играми, были разрушены.

Немного поколебавшись, Форрил вдруг сказал:

– У меня есть одно секретное место. Правда, тесновато будет, но мы все поместимся.

– Далеко? – уточнила обрадованная Фелент.

– Да нет. Я туда часто летаю, – Фор взмыл в красноватое от отсветов огня небо и повел друзей за собой.

Убежищем оказался уютный грот на побережье маленького островка, в котором нашлось место всем шестерым вейсам и еще осталось.

– А здесь хорошо, – и Киллин с облегчением повалился на песчаный берег, отойдя вглубь пещерки от тихо шелестящих волн прибоя. – Хоть небольшой отдых. Спасибо, Фор.

– А нас не затопит? – обеспокоенно спросила Ориант, также устраиваясь подальше от воды и поближе к Килу.

– Раньше не затапливало, – пожал плечами Форрил. – Но кто знает, что станет с океаном после сегодняшнего.

Все угрюмо замолчали, а Ори даже всхлипнула.

Мелкие царапины и ссадины нуждались в обработке, но у вейсов не было ни лекарств, ни повязок. Так же, как воды и пищи.

– Нам нужно решить, что делать дальше. Мы же не можем сидеть здесь вечно, – сказала Фелент.

– А я бы осталась.

Вейсы развернулись к произнесшей это Тиррине.

– Да ты что! – возмутилась Фел. – Прекрати это упадничество! Мы вот с Ори дали друг другу клятву, что не расстанемся и всегда и везде будем вместе. Мы же близнецы! Правда, Ори?

– Верно, – подтвердила Ориант, посерьезнев и утерев слезы. – И мы будем поддерживать и защищать друг друга, даже если... если станет совсем страшно, – она перешла на шепот.

Близняшки сидели рядом, прижавшись друг к другу, белыми полосами наружу – у одной на правом боку, у другой на левом – и Рин вдруг поняла, что воспринимает сестер как единое целое.

Она ничего им не ответила.

У Фелент есть Ориант и Ронто. У Ориант есть Фелент и Киллин.

А у нее нет никого.

Форрил вдруг пододвинулся к ней поближе и тронул за лапу. Рин вопросительно на него посмотрела, но он, открывший было рот, чтобы что-то сказать, лишь вздохнул и, промолчав, обнял вейси.

– Мы останемся здесь до тех пор, пока не будем уверены, что снаружи безопасно, – твердо произнес он, обращаясь ко всем сразу.

– А как, по-твоему, мы поймем, что можем выходить? – возразила Фелент. – Ведь нужна разведка! Скоро будет совсем светло, предлагаю выбираться по двое и...

– Всем отдыхать, я сказал! – перебил ее Форрил, повысив голос. – Не спорь, Фел. Это мой грот, в конце концов.

– Но...

– Ну хватит уже, Огонек,– Ронто ласково коснулся крылом крыла подруги. – Будто ты сама не устала. Фор прав, нам всем нужно отдохнуть и поспать, если получится.

Фелент для вида немного задрала нос и состроила было обиженный вид, но усталость и тихий рокот прибоя делали свое дело.

– Ладно, как хотите, – пробормотала она, положила голову на лапы и вскоре уже посапывала, прижавшись одним боком к сестре, а другим к Ронто. Остальную компанию не надо было уговаривать – у всех и так слипались глаза.

– Я покараулю, – вызвался Форрил. – Отдыхайте.

Молодежь сбилась потеснее вокруг засыпающей Фел и быстро забылась тревожным сном. И только Ронто таращился в предрассветные сумерки.

– Чего не спишь? – шепотом спросил Фор у друга.

Ронто печально посмотрел в сторону выхода из пещерки.

– Как думаешь, мы выживем? – еле слышно выдохнул он.

Форрил не ответил и лишь опустил голову.

Глава 5, часть 1

Очередное заседание в кают-компании «Вепря» состоялось после окончания первой бомбардировки.

– Но когда же территория станет пригодной для нашего существования? – спросил Аларидо.

– Как не терпится, – с ухмылкой прокомментировал Мор.

– Вещество из головок осушающих ракет начнет действовать через месяц, – ответил Астрес. – Вообще-то срок дольше, но у нас из-за срочности запланировано еще несколько дополнительных ударов. Израсходуем осушающие до конца.

Услышав это, Квенти вскинул голову, но Тальпур неторопливо приподнял лапу в успокаивающем жесте – мол, о стоимости не беспокойся.

– И еще, – продолжил капитан. – Если захватывать планету, то первую базу на поверхности нужно строить уже сейчас, не дожидаясь эффекта осушения. Пока аборигены не опомнились, закрепите свои позиции.

– Вы меня сегодня радуете, Риш. Сколько энтузиазма! – усмехнулся Тальпур, деланно поаплодировав капитану.

Астрес набрал воздуха, чтобы добавить еще пару замечаний, но вдруг оборвал себя. Его прошиб холодный пот при мысли, что он только что сам посоветовал захватчикам, как лучше и эффективнее уничтожать коренное население. По военной привычке он делился соображениями по тактике и стратегии, обсуждая порядок действий во время учений у карты и увлекшись, почему-то совершенно позабыл о ситуации. Когда олигархи милостиво отпустили его отдохнуть, Астрес добрел до своей каюты, заперся и в отчаянии со всей силы ударил кулаками по стене.

Ужасно хотелось как следует разукрасить наглую зеленую морду рептилоида, но Риш понимал, что первая же попытка сорваться с поводка станет фатальной. Мир погрязнет в межпланетной войне, Земля пострадает, а Астелия и Шедди...

Страшно подумать.

Срочно. Ему нужно срочно увидеть их.

Капитан схватил видеофон и, стараясь дышать размеренно, набрал номер сестры. К счастью, Астелия ответила на звонок быстро – прежде, чем в голову Ришу полезли самые черные мысли, каждый раз пугавшие его, когда сестра не брала трубку.

– Асто! Как хорошо, что ты позвонил!

– Хотел убедиться, что у вас все в порядке, – улыбнулся в экран Риш, стараясь казаться совершенно спокойным. – Привет, Эсти. Рассказывай, как вы с Шедди поживаете?

Астелия Риш весело защебетала, рассказывая последние нехитрые новости, и пододвинула к стационарному экрану небольшой стульчик, на который со второй попытки влез сын Астреса от бывшей жены. Мальчуган шести лет с не по-детски серьезными серо-зелеными глазами чувствовал себя в этот день неважно – одолела сильная слабость, но несказанно обрадовался звонку папы откуда-то из дальнего космоса.

– Как ты там? – заботливо и с ноткой тревоги в голосе спросила Астелия, как только отец с сыном наговорились вдоволь и она уложила мальчика в постель.

– Все... хорошо, – слегка запнувшись, обобщил Астрес.

– А, – понятливо кивнула сестра. – Расскажешь в деталях, когда приедешь домой. Кстати, скоро? Когда тебя ждать?

– Эсти... Я как раз хотел тебе сообщить... В общем, тут миссию продлили на целый стандартный год, – вздохнул Риш.

– Что? Год?! – ахнула Астелия. – И ты никак не сможешь вернуться раньше?

– Никак. Прости, это ужасная новость...

– Не придумывай, братец. Ужасные новости совсем другие, а эта вполне нормальная для твоей профессии, – девушка погрустнела, но стойко старалась не показывать этого. – Возвращайся по возможности поскорее, а мы с Шедди будем тебя ждать.

– Как он, Эсти? Ты знаешь, о чем я, – помрачнев, спросил подполковник.

– Пока нет никаких признаков болезни, и реабилитация продолжается, – осторожно сообщила сестра. – Надо отдать должное тому олигарху.

Астрес едва не сорвался на крик, мечтая, чтобы не только Эсти, но и вся Вселенная услышала – олигархи ничего не дают просто так. Но вовремя прикусил язык.

Операцию и лечение для умиравшего год назад Шедди оплатил Мор.

***

Один земной год назад

Флайер плавно летел над дорогой, оставляя позади километр за километром. Риш вел машину спокойно и уверенно, уже давно утихомирив клокотавший внутри вулкан гнева, отчаяния и безысходности, и только по взгляду можно было понять, что у подполковника нестерпимо болит душа.

Они с Ирэлой были счастливы. Поначалу. Но однажды Астрес, придя домой со службы, подметил, что жена сияет от радости и быстро понял причину – новые, довольно дорогие сережки, которыми Ирэла ему и похвасталась.

– Чудесные, – кивнул Риш в ответ на вопрос, нравятся ли они ему. – Где купила?

– Выиграла! – охотно сообщила жена, снимая заколку-«крабик» и выпуская на волю шикарные длинные брюнетистые волосы.

– В лотерею, что ли? – не понял Астрес.

– Не-ет, – Ирэла махнула рукой, – в казино. Ну, не серьги, конечно, а деньги. На них и купила.

Астрес немного оторопел от такой новости.

– Т-ты играла в казино?

– Ну да, а что? Нельзя?

– Да нет, что ты, – Риш не хотел быть тираном и запирать жену в четырех стенах. – Но...

– Ну тогда все в порядке! – и Ирэла, продолжая крутиться перед зеркалом, принялась расписывать мужу преимущества и достоинства карточных игр и рассказывать, каким образом ее занесло в казино.

– Ирэла, послушай, – мягко остановил ее Астрес. – Ты не боишься стать зависимой?

– Да ты что! Это просто миф. Я могу бросить в любой момент, когда захочу.

И Риш понял – Ирэла уже на пути к игромании, с такими-то заявлениями.

Вскоре она действительно стала все чаще пропадать в игорных домах, не обращая внимания на просьбы и увещевания Астреса. Женщина все чаще забывала о реальной жизни, по-настоящему оживая только за карточным столом. А все уговоры подполковника бросить игру или пойти к врачу натыкались на глухую стену непонимания и раздражения.

Беда не приходит одна. Еще одно испытание обрушилось на семью – смертельно заболел Шедди, их пятилетний сын.

Ирэла продолжала играть. Выигрывала она крайне редко, зато просаживать деньги ей удавалось почти каждый день. Несмотря на приличную зарплату подполковника и его экономию на всем, их с Астресом сбережения быстро таяли – лекарства для сына оказались слишком редкими и дорогими. Ирэла переживала за Шедди, но упрямо считала, что вот-вот выиграет достаточно денег для лечения.

Выигрыша все не случалось. А время шло.

Когда Ирэла в очередной раз вернулась домой под утро в весьма подавленном настроении – проиграла очередную часть ЕГВ – на пороге ее встретил тоже только что переодевшийся в домашнее Риш. Он не сомкнул глаз всю ночь – дорогущий препарат почему-то не подействовал, и Шедди медленно задыхался на глазах отца. Астрес в панике вызвал «скорую», мальчика срочно забрали в больницу и там подполковнику объявили – болезнь, несмотря на лечение, быстро прогрессирует и нужна срочная операция. Приступ удушья купировали, но Астрес продолжал сидеть у койки уснувшего сынишки, держа его за руку, пока медики не выпроводили Риша почти насильно.

– Ну что, выиграла? – саркастично спросил он, глядя на жену в упор.

Ирэла угрюмо помотала головой:

– Ни гроша... Удача запаздывает что-то. Но завтра непременно выиграю! Вечером же поеду!

– «Завтра» не будет, – сурово отрезал Астрес. – Хватит. Отвезу тебя к врачу, хочешь ты этого или нет. А вообще постыдилась бы! У тебя ребенок умирает, а ты думаешь только о том, как бы сорвать джекпот.

– Между прочим, я для сына стараюсь! – раздраженно бросила Ирэла, снимая пальто. – Не читай мне нотаций!

– Тогда почему не спросишь, где я был и как себя чувствует Шедди? – Риш тоже начал заводиться. – Я тебе звонил раз пятнадцать, почему ты не брала трубку?!

– Я выключаю звук, чтобы никто не отвлекал! В игре необходима полная концентрация внимания, как ты не поймешь!

Астрес вздохнул, прислонился к стене, опустив голову, и тихо произнес:

– Шедди забрали в больницу.

Ему показалось, что до жены, наконец, дошел смысл сказанного. Во всяком случае, на несколько секунд она замерла на месте с недорасстегнутым поясом на платье.

– Все плохо, Ирэла, – убито подытожил Риш. – Если ему не сделать операцию, то... прогноз неблагоприятный, – выдохнул он через силу страшные слова, услышанные от врача.

– Ну... Может быть, в этом есть и свои плюсы, – помолчав, задумчиво изрекла Ирэла. – Асто, не будь таким пессимистом.

– Ты себя слышишь? – вскричал Астрес. – Какие, ради всего святого, плюсы?

– Наш сын теперь под постоянным присмотром докторов. Можно не волноваться за него. И лекарства покупать не придется, а ЕГВ, которые нам на них выделяют, можно...

– Ты умница! – воскликнул Риш и порывисто обнял жену. – Ну конечно, как я сам не догадался! Быстренько скопим и заплатим за операцию!

– Вообще-то я не это хотела сказать, – снова нахмурилась Ирэла.

– А что?

– А вот нечего меня перебивать.

– Ну прости, дорогая, прости, пожалуйста, – скороговоркой зашептал Астрес, лихорадочно сжимая и целуя руку жены. – Я сам не свой последнее время. И перебил, и накричал на тебя... Прости, – повторил он.

– Ну ладно, так и быть, – улыбнулась Ирэла. – Я говорила о том, что было бы здорово взять все деньги и поставить их два к одн... Ты чего?

Астрес так резко отстранился, что опешившая жена чуть не потеряла равновесие.

– Ничего, – жестко обронил он. – Ложись спать. Завтра едем к психиатру.

– По-твоему, я больная? – вспылила Ирэла.

– А по-твоему, здоровая?! Игромания – это болезнь, если ты не знала. Так что извини, но придется сделать добро насильно.

С этими словами Риш аккуратно оттеснил жену из прихожей в ближайшую комнату, несмотря на ее протесты, и запер дверь – на случай, если Ирэла вдруг захочет сбежать.

– Асто! Асто, ты с ума сошел?! Выпусти меня сейчас же! – донесся возмущенный возглас.

– Выпущу. Завтра. Давай отсыпайся.

И подполковник ушел в другую комнату, чтобы тоже попытаться уснуть.

***

Психиатр не помог. Ирэла продержалась без игры два месяца, но потом, несмотря на терапию, снова сорвалась. Антидепрессанты и другие прописанные ей лекарства она стала тайком выбрасывать вместо того, чтобы принимать их, и делала это довольно успешно, пока Астрес случайно не застукал жену у кухонного утилизатора с блистером, полным таблеток.

Через пару недель после этого врачи клиники, куда надолго перебрался Шедди, сообщили Ришу, что если не сделать мальчику операцию в ближайшую неделю, то делать ее будет поздно. Для Астреса их слова стали ударом – он, конечно же, не успел накопить нужную сумму, озвученную докторами еще раньше. Начальство и сослуживцы, прознав о беде друга и подчиненного, объединились и собрали ЕГВ с миру по нитке, но даже этих денег не хватило – ведь государственное пособие Ирэла уже просадила.

Приехав домой из клиники, Риш обнаружил, что жена снова ушла – скорее всего, играть, хотя последнее время он запирал ее в комнате на ключ, борясь с чувством вины. Ирэла вылезла через окно.

Несколько минут подполковник давал волю гневу – поколотил боксерскую грушу.

Но, как ни удивительно, Ирэла вернулась всего полчаса спустя после Риша. Астрес подметил странности в ее поведении – не зажгла свет в прихожей, не переобулась, не ответила на сдержанное приветствие мужа. Просто проковыляла мимо него в спальню, глядя куда-то перед собой – в пустоту. И упала на кровать лицом вниз.

Астрес не на шутку встревожился. Что еще произошло?

– Только не говори, что проиграла в карты душу, – с горькой иронией усмехнулся он, осторожно присев рядом с женой.

И Ирэла сорвалась в истерику. Она зарыдала в голос, уткнувшись лицом в подушку и судорожно смяв в пальцах ее углы.

Астрес, аккуратно обняв жену за плечи и подарив подушке свободу, прижал Ирэлу к себе. Та, всхлипывая, постепенно успокаивалась.

– Ну давай, расскажи, что случилось, – ласково шепнул ей Риш. – Ты же знаешь, как я за тебя переживаю.

Ирэла долго молчала. Астрес терпеливо ждал, когда она придет в себя.

– Нам оплатят операцию и лечение Шедди! – вдруг выпалила женщина.

Астрес остолбенел. Он и мечтать не смел о помощи со стороны, но кто этот доброжелатель? Ни один из родственников и знакомых их семьи не владел суммами со множеством нулей. Что-то было не так во всем этом сказочном повороте дел.

– И что мы должны за такой жест милосердия? Или нашелся ангельски бескорыстный богач, для которого миллион ЕГВ – бросовая цена?

Ирэла вытерла слезы.

– Не мы, а ты должен, – сказала она.

– В смысле? – Астрес остолбенел во второй раз.

Жена кивнула:

– Я играла сегодня с олигархами с Зелгравии. А еще за столом сидел серпентиец, тоже олигарх, его зовут...

– Давай без подробностей, – жестко перебил Риш. Внутри билось недоброе предчувствие.

– Ну да, я же и говорю, – снова всхлипнула Ирэла. – Я ему... проиграла. Все. Понимаешь? Все!

– Все – это что? Деньги, вещи, дом, саму себя? – с сарказмом уточнил Астрес.

Ирэла кивнула еще раз:

– И тебя...

– Ч-что? Что значит – меня? – Астресу стало не по себе.

– Я хотела выиграть ЕГВ для Шедди... Поставила все, что нам собрали на операцию и все наши сбережения – чтобы выигрыш был побольше...

Риша бросило в жар.

– Но все повернулось не так, и деньги достались Мору – серпентийцу. А у меня не осталось ничего... Я разревелась, думаю, все, пора вешаться. Мор спросил, отчего я так переживаю, ну я ему все и рассказала – про Шедди, про тебя, где ты служишь. А он и говорит – мол, так и быть, прощу тебе, дорогуша, долг и оплачу все «больничные» квитанции, лекарства и даже процесс реабилитации для твоего сыночка, если твой муж послужит мне и окажет кое-какую услугу. Я не поняла, какую.

– Надеюсь, не интимного характера, – язвительно произнес ошарашенный Астрес.

– Мор велел ставить на кон эту самую услугу, – продолжала Ирэла, не обращая внимания на слова мужа. – То есть если он выиграет, то закабалит тебя на какое-то время.

– И он выиграл, – с нарастающим гневом закончил Астрес.

– Да. Я знаю, что это подло, – тихо промолвила жена. – Прости.

– Подло? Подло?! Ты это только сейчас осознала, да?

– Прости, Асто, я сама не знаю, как это вышло...

– Да что я... – у Риша внутри дрожала каждая жилка. – Как ты сыну потом в глаза смотреть будешь?! Да лучше бы он умер, чем узнает потом, что его мать играла в казино на живых людей! Что она проиграла сначала весь дом и семью, а потом и его жизнь!

– У меня не было выбора, Асто...

– Выбор всегда есть! И ты его сделала осознанно, когда в первый раз села играть!

Резко встав с кровати, Астрес в три шага пересек комнату, вышел в коридор и с такой злостью врезал боксерской груше, что старый потрескавшийся кожаный чехол не выдержал эмоций подполковника и с треском лопнул по шву.

Риш всегда считал, что если люди разлюбили друг друга, значит, это не настоящая любовь. И он был уверен, что ему-то такой поворот не грозит. Но сейчас подполковник чувствовал, что его глубокое и нежное чувство умирает, и это было невыносимо больно. Но и простить такое предательство не в его силах – по крайней мере, пока.

– Асто, ты неправ, – прошелестела Ирэла, подойдя сзади к мужу. – Я же больна, ты ведь сам говорил. Нельзя на меня сваливать всю вину. Да и потом, ничего ужасного – ну послужишь этому серпентийцу, вряд ли это надолго. А за Шедди не волнуйся, он сильный, выкарабкается. Да и вообще, радовался бы – ведь нам не нужно теперь думать о деньгах, все будет оплачено.

Риш медленно развернулся. Он не верил своим ушам. Ирэла говорила совершенно осмысленно и уверенно, не производя впечатления помешавшейся игроманки, только что истерично рыдавшей в подушку.

Получается, все эти несколько месяцев он стучался в закрытую дверь. Все его убеждения, просьбы, мольбы, требования, вся его борьба – все напрасно. А жена даже не осознает, что натворила.

– Передай Мору, – с трудом сдерживая себя, сказал Астрес, – что нам с Шедди не нужна его грязная подачка и никаких услуг я оказывать не собираюсь. Я достану деньги на операцию честным путем и буду рядом с сыном. До конца. Чего и тебе советую. Но вряд ли ты меня послушаешь.

Суетливый звонок видеофона резким контрастом ворвался в напряженное молчание супругов.

– Да? – по инерции зло бросил Астрес, ответив на вызов. И лишь после этого осознал, что на экране высвечивается номер врача Шедди.

Доктор радостно сообщил, что на счет больницы поступила огромная сумма, достаточная для оплаты лечения, и что мальчика начали готовить к операции.

Путь назад был отрезан. Ловушка захлопнулась.

Глава 5, часть 2

Спустя три месяца

– Ну поешь хоть немного, – упрашивала Астелия, специально для брата приготовившая его любимое блюдо.

– Не хочется. Извини, Эсти. Ты всегда потрясающе готовишь, но сейчас кусок в горло не лезет. Да и ночь на дворе.

Все попытки Риша избежать уплаты долга Ирэлы потерпели неудачу – серпентиец оказался настолько настойчивым и влиятельным, что даже начальство штаба ГВВС на Земле не смогло противостоять его желанию использовать подполковника для каких-то тайных и наверняка темных дел. За Астреса вступился было сам глава ГВВС, к нему присоединились много пилотов разных чинов, они дошли до президентов Земли и Серпентия, но все безрезультатно. Планеты находились в хороших дипломатических отношениях, но имелись довольно серьезные разногласия по некоторым вопросам, поэтому и серпентийские, и землянские власти опасались олигарха-игрока, у которого к тому же имелся свой собственный космический флот – Тальпур вполне способен разжечь вражду между планетами, если не исполнить его прихоть. Многие в Галактике порадовались бы аресту серпентийца, но хитрый ящер балансировал на грани закона и ни разу не совершил ничего противоправного. Предъявить ему было абсолютно нечего.

Ришу пришлось подать в отставку по требованию Мора. Тем не менее Астрес уломал его немного подождать с долгом – пока Шедди не выпишут из больницы. После успешной операции выздоровление шло довольно быстро, но мальчику предстояли долгие месяцы реабилитации, и Астелия предложила Астресу, чтобы племянник пожил у нее, если подполковнику придется на время покинуть дом. «Скучно нам вдвоем точно не будет», – со смехом добавила сестра.

И вот наступил роковой день. Вернее, ночь. Накануне Астресу позвонил секретарь Мора и, подробно объяснив, как добраться до жилища олигарха, объявил, что тот ждет Риша не позднее, чем завтрашним утром, без отговорок и опозданий. «А если я откажусь и не приеду?» – поставил вопрос ребром Риш. В видеофоне что-то пискнуло, и кто-то другой, не показавший лица или морды, произнес измененным, но угрожающим голосом: «Тогда будем говорить по-другому. Сестра у тебя чересчур красивая. Не боишься, что отдам ее моим охранникам?»

Подполковника обдало холодом. Астелия действительно слыла красавицей, будучи моложе Астреса на девять лет. Выйдя замуж в двадцать пять, она через два года вдрызг разругалась с мужем и после громкого скандального развода не захотела больше иметь дела с мужчинами, хотя поклонников ее красоты и веселого нрава не убавилось. Астрес не лез в семейные дрязги, но, пообщавшись как-то раз с «бывшим», пришел к выводу, что сестра поступила правильно.

Риш знал – с Мора (а угрожал, без сомнения, именно он) станется привести свои слова в действие. В Галаполицию и ГСБ обращаться бесполезно. Остается только подчиниться, а там будь что будет – главное, чтобы Астелия и Шедди жили спокойно. В конце концов, подумалось Астресу, а вдруг и правда ящер его отпустит после отработки долга.

Чтобы не опоздать, через полчаса Ришу предстояло завести флайер и покинуть сына и сестру. Возможно, навсегда, подумал Астрес – все-таки кто знает, что за услугу потребует от него Мор.

– Я буду поливать цветы в вашей квартире, – сказала с улыбкой Астелия. – А то Ирэла их совсем забросила. Кстати, где она теперь живет, не знаешь?

– Наверное, к родителям своим уехала или квартиру снимает. Эсти, я даже знать не хочу. Развелись, и ладно. Пускай теперь что угодно делает.

– Ну, ну, братец. Такое с каждым может случиться. Тебе нужно попытаться простить ее.

– Такое не прощают, – Астрес упрямо отвернулся, уставившись в предрассветную тьму за окном.

– Как знать, – задумчиво произнесла девушка.

– Эсти, не защищай ее, пожалуйста! Ты подумай – она ведь даже не попыталась отсудить своего собственного ребенка! Как такое вообще возможно?

– Любая мания притупляет все инстинкты, – развела руками Эсти.

– Но не материнский же!

– Бывает, что и материнский. Ты радуйся, что суд встал на твою сторону и алименты платить не заставил, – усмехнулась сестра.

– Радуюсь, – совсем не радостно подтвердил Риш.

Подошло время отъезда. Астрес заглянул в одну из двух комнат, которую сестра переделала в детскую. Уютно укрывшись одеялом, Шедди крепко спал, дыша спокойно и ровно.

Риш почувствовал, как ему сдавило горло.

– Ирэла, Ирэла. Что же ты наделала... – с тоской прошептал он, любуясь спящим сыном.

Вздохнул и вышел в холл, где его уже ждала сестра.

– Пожалуйста, береги Шедди, – попросил он ее.

– Не волнуйся, – серьезно сказала Эсти. – Он очень сильный мальчуган. Родители назвали нас с тобой «звездными» именами, а ты продолжил эту традицию – и Шедди будет жить долго. Как его звезда-тезка.

– Мне бы твою уверенность, – сказал Риш. – И знаешь, что? Не рассказывай ему слишком много о том, что случилось с его матерью. Пусть у Шедди не будет ненависти к ней.

– Ты сам расскажешь, когда он вырастет, – улыбнулась сестра.

«Ага, конечно», – мрачно подумал Астрес. Морально он готовился к худшему. И обнял сестру:

– Эсти, если вдруг...

– А-асто, – Астелия укоризненно посмотрела на брата. – Как не стыдно! Ты словно на войну отправляешься! Все будет хорошо, вот увидишь.

Астрес вздохнул. Знала бы сестра, какими карами запугивал его Мор.

– Дверь незнакомцам не открывай, слышишь? Особенно серпентийцам. И на улице будь осторожна, прошу. По сторонам поглядывай повнимательнее, по возможности не ходи там, где безлюдно...

– Да ты что? – встревожилась Эсти. – С чего такие крайние меры? Постой... тебе угрожали?! Кто?!

Вместо ответа Риш обнял сестру и тихо вздохнул:

– Умница моя, тебя не проведешь. Вот и пользуйся своей хитростью. Ну, мне пора.

– Ты не ответил, – нахмурилась сестра.

– Ну... ты нечто вроде гарантии того, что я никуда не сбегу от Мора.

– Ерунда какая! – возмутилась Астелия. – Он нарушает закон, скажи ему.

– Для таких закон не писан. Просто пообещай, что будешь осторожна.

– Обещаю, – серьезно сказала девушка.

Астрес кивнул и поцеловал сестру в лоб.

– Прощай, Эсти. Береги себя.

– До свидания, – поправила Астелия. – Удачи тебе и, пожалуйста, тоже будь осторожен. Я горжусь тобой, братик.

– А я тобой.

Подполковник уже открывал дверцу флайера, когда Астелия негромко окликнула его и подбежала, чтобы еще раз обнять и поцеловать.

– Возвращайся, – шепнула она.

***

...Бесконечная ровная дорога привела Астреса к «логову дракона» – вычурному дворцу серпентийского олигарха Мора. Аккуратно припарковав флайер в углу роскошного двора за высоченным забором, Риш вышел из машины, и несколько мускулистых подтянутых серпентийцев – скорее всего, охранников – провели его к Тальпуру в кабинет.

– Ба, Астрес Риш собственной персоной. Присаживайтесь. А вы идите! – велел подчиненным ящер, и тех словно ветром сдуло.

Риш продолжал стоять.

– Садитесь, садитесь. Надеюсь, вы не слишком устали с дороги? – промолвил рептилоид, пристально разглядывая Астреса. – Мне нужно серьезно поговорить с вами, подполковник.

Подчеркнутая вежливость Тальпура покоробила Астреса. Он все же сел, решив пока понаблюдать за своим врагом:

– Я слушаю.

– Видите ли, – начал Мор, – мою большую семью на Серпентии связывают давние деловые отношения с олигархическими кланами Адрики и Зелгравии, которые со временем переросли в почти дружбу. И когда клан зелгравцев Аларидо инициировал гуманитарную миссию на Нептун, мы не могли остаться в стороне.

– Нептун? Мне казалось, что у этой планеты нет никаких проблем, – удивился Риш. – Зачем им гуманитарная помощь?

– О, дорогой мой, не все показывают в новостях, – вздохнув, покачал головой ящер. – Итак, мы объединили все наши корабли, купили и наняли еще несколько вместе с экипажами, и получилась довольно внушительная эскадра, которая сможет перевезти весь груз, коего мы собрали немало. Но вот незадача – этой эскадрой должен кто-то командовать, а это ответственная работа. И тут очень удачно подвернулась ваша жена...

– Бывшая жена, – ледяным тоном уточнил Астрес.

«Под-вер-ну-лась! Тварь чешуйчатая».

– Это все равно.

– Она больна, у нее игромания. Вы не могли этого не заметить. И тем не менее воспользовались ее слабостью.

– Нельзя было упустить такую возможность, – невозмутимо возразил Мор. – А когда я изучил ваше досье, то решил, что сама судьба посылает мне вас. Лучшего капитана мне, пожалуй, не найти.

– Вы серьезно сейчас? – Риш поразился цинизму серпентийца и тому, насколько нагло тот льстил ему.

– Вполне, – вдруг недобро сузил глаза Мор.

– Ну допустим. Итак, что входит в отработку карточного долга моей жены? – Астрес решил расставить все факты по своим местам и уточнить каждую деталь, чтобы не оставить рептилоиду лазеек.

– Нужно довести флотилию до орбиты планеты и проследить за разгрузкой. Вот и всё, что от вас требуется.

– Всё? Знаете, необязательно было для этого угрожать мне и моей сестре, – холодно отозвался Астрес. Он смотрел на Мора и уже ненавидел его всем сердцем.

– Ну не обижайтесь. В наших делах лучше перестраховаться, не правда ли?

Подполковник смолчал.

«Не о-би-жай-тесь. Надо же».

– К тому же еще не перевелись пираты. Для них наш груз был бы очень ценен.

– Вы, случайно, не наркотики везете? – подозрительно прищурился Риш. – Не скрывайте, я же все равно узнаю.

Ящер рассмеялся:

– Успокойтесь, ничего противозаконного. Просто вы повезете, кроме всего прочего, лекарства.

– Понятно.

– А ваша сестра знает, где вы? – вдруг поинтересовался Мор.

– У меня нет от нее секретов.

– Ну что же, это даже хорошо. Пусть и дальше знает то, что знает, – загадочно произнес серпентиец. – Но о цели и конечной точке миссии, пожалуйста, никому ни слова. Я вам даже заплачу за секретность. Внакладе не останетесь.

– Мне ваши деньги не нужны. Но интересно – с чего вдруг делать великую тайну из мирной миссии, да еще и из такой масштабной?

«Точно наркота».

– Я уже сказал – не все показывают в новостях. Идти желательно через червоточины, чтобы как можно меньше светиться на радарах у разных судов. С Земли вы полетите на небольшом корабле, перед Марсом встретите мои суда – они там планируют выйти из «кротовины», а весь остальной флот – адриканский и зелгравский – подхватите после кольца астероидов. В том регионе не слишком много народу, можно незаметно собраться вместе и двинуться непосредственно к Нептуну.

Все это было крайне подозрительно. Но деваться некуда.

– То есть у вас все-таки есть капитаны, которые поведут флотилии до Марса и кольца астероидов? – не сдержал усмешку Риш.

– Есть. Но ни один не подходит на роль командующего. Итак, Риш, с этого момента вы подчиняетесь не только мне, но и поступаете в полное распоряжение моих друзей с Зелгравии и Адрики, – непререкаемым тоном произнес Мор.

– Что?! – Астрес не выдержал и вскочил с места. – Послушайте, это уже переходит все границы! Да, я согласился на всю эту унизительную авантюру, но моя жена проиграла вам, а не вашим так называемым друзьям! Вам! Договор был между Ирэлой и вами, и я не принимаю иных условий!

Мор тоже встал и подошел вплотную к Ришу, который уже пожалел о своей несдержанности.

– Ты же не хочешь, чтобы твоей сестре выдали немного не те таблетки для твоего сыночка, м? – вкрадчиво произнес серпентиец.

У Астреса сверкнули глаза. Он был в ярости, но неимоверными усилиями держал себя в руках.

– Это шантаж! Я вызову Галаполицию или сообщу в ГСБ, – пообещал он сквозь зубы.

– Да? – хохотнул рептилоид. – И что ты им скажешь? Или у тебя в кармане диктофон включен?

– Не смейте мне «тыкать», – Риш чувствовал, что проигрывает. Он с удовольствием вытащил бы свой именной бластер и прожег бы несколько дыр в голове Тальпура, но понимал – если и удастся уйти отсюда живым после этого, то только в тюрьму за убийство, ведь закон будет на стороне ящера. – Я вам не прислуга!

– Как хочу, так и говорю, – фыркнул Мор. – Молчи и выполняй все, что я скажу, иначе не поздоровится не только твоей семье, но и всей Земле. Натравлю на вас Серпентий и Зелгравию с Адрикой, – последнюю угрозу Мор уже не проговорил, а прошипел, медленно смакуя слова.

Астрес чувствовал себя кроликом перед безжалостным удавом, но изо всех сил пытался без страха смотреть в жуткие драконьи глаза.

– Ты ненормальный, – произнес он, поняв, что с противником нужно говорить на его языке. – Маньяк. Я не удивлюсь, если в грузовых отсеках кораблей вместо гуманитарки обнаружу оружие.

Один из охранников, услышавший с этажа ниже повышенные тона разговора, вбежал в кабинет с поднятым бластером, но Тальпур остановил его властным жестом.

– Ты как раз вовремя, – кивнул он сородичу, – разговор окончен. Отведи капитана в комнату для гостей и накорми получше – завтра выдвигаемся. И чтобы ни один волос с его головы не упал, слышишь? – грозно добавил он. – Он мне здоровым нужен. Снимите китель, Риш, – и олигарх взял со стола какой-то маленький предмет.

– Это еще зачем?!

– Снимай, – прошипел охранник, трехпалой лапищей сдавив Астресу плечо.

– Да вы что творите?! – запаниковал Риш, увидев в лапе Мора маленький диск с торчащими оттуда тремя короткими толстыми иглами. – Это же статья! Пытки и издевательства над живым существом запрещены законами всех планет!

– Не дергайся, иначе позвоню своим молодцам, что дежурят сейчас возле дома твоей сестры.

– Нет! Не смей ее трогать, слышишь?!

– А вот ко мне ты должен обращаться на «вы», – назидательно поднял коготь Мор и кивнул охраннику, тот выкрутил руки Астресу, стащил китель и надорвал рукав рубашки на его плече. – Твоя жена тебя проиграла, а я великодушно спас твоего сына, и ты теперь мне должен пожизненно. Ты мой раб. Понимай это как хочешь. И не волнуйся, все стерильно.

С этими словами Тальпур с силой вдавил диск в плечо Риша. В глазах у подполковника словно взорвался фейерверк, ему очень захотелось потерять сознание, и он призвал всю силу воли, чтобы не застонать, но Мор тут же рывком вытащил иголки, и пытка прекратилась так же неожиданно, как и началась, оставив после себя лишь три слегка кровящие ранки и уже не такую сильную, но противно ноющую боль.

– Вот и славно, – довольно потер лапы Мор, убрав диск в ящичек стола. – Я ввел тебе под кожу три чипа с печатями трех олигархических кланов Серпентия, Адрики и Зелгравии. Деактивировать их невозможно, так что не думай, что сможешь сбежать и скрыться. Попытаешься вытащить чипы – мы сразу об этом узнаем, и тогда пеняй на себя. Семья и вся планета будет на твоей совести. А теперь отдай рубашку, ее зашьют к вечеру, – приказал он.

К охраннику присоединился его коллега, они молча увели Риша в «комнату для гостей» и встали снаружи у дверных панелей. Через два часа прислуга вернула ему искусно зашитую рубашку, принесла великолепный обед, но Астрес этого не видел и не слышал – его желание, наконец, исполнилось.

***

– ...Ты чего так помрачнел? – Астелия по-прежнему любовалась братом через экран стационарного видеофона.

– Послушай, Эсти, – вдруг перебил ее Астрес, – я хочу, чтобы ты знала.

– Да? Так, подожди, – чуткая Эсти встревоженно придвинулась ближе к устройству и поправила микрофон на платье. – Говори, что стряслось.

Риш открыл было рот, чтобы рассказать сестре, где он и что делает, но замолчал на полуслове. Он чуть не проговорился.

Нет. Ни в коем случае Астелия не должна узнать об этом страшном договоре, заключенном с олигархами. О чипах, о бомбах, о «зачистках» и обо всем остальном. Ни в коем случае. И не потому, что Мор запретил, а просто... побежит в Галаполицию или в ГСБ, и ее тут же убьют. Хорошо еще, если сразу...

– Ты чего? Я слушаю, – удивилась Эсти.

– Да так... Ничего. Извини, я пошутил, – замялся Риш, пытаясь скрыть за улыбкой свой промах.

– Пошутил? – нахмурилась сестра. – Асто, ты с ума сошел? Я же беспокоюсь за тебя! Дурацкие шутки, братец!

– Ну ладно, прости. Не подумал головой, согласен, – Астрес незаметно вздохнул с облегчением.

Но Эсти подозревала неладное с момента отъезда Астреса – как только узнала о «гарантии». Она не стала выспрашивать у брата подробности, однако решила сама потихоньку разузнать, что происходит. «Я аккуратно, никто не догадается», – подумала девушка.

Раздался сигнал на коммуникаторе. Астреса вызывал Аларидо.

– Иду, – коротко ответил Риш, вставая. – Прости, сестренка, мне пора.

– Береги себя, – Астелия послала воздушный поцелуй и сложила пальцы в сердечко. – Ты самый лучший брат.

– Я тоже тебя люблю, – ласково улыбнулся Астрес, помахал рукой на прощание и нажал на кнопку отбоя.

Аларидо задумчиво мерил шагами кают-компанию, когда капитан явился по его вызову.

– Ваше предложение принято, Риш, – серьезно сказал он появившемуся подполковнику. – Высылайте группы на зачистку и работы по подготовке строительства первой базы. И найдите место посуше, если это сейчас возможно. Что стоите? Свободны!

Астрес не проронил ни слова. Бесполезно. Он сам подсказал им способ скорее убить планету. Коротко кивнув, Риш отправился на мостик.

– Стелс, прием. Приготовиться к третьему этапу операции, – скомандовал он, вызвав главного наемного убийцу по комму. Дождался его хищной усмешки и ответа «всегда готов». – Первая и вторая группы, на выход!

В открытый космос один за другим вылетали быстрые шлюпки-флайеры, способные работать и в безвоздушной среде, и в атмосфере. Построившись в определенном порядке, они резко стартовали с места и вскоре исчезли среди нептунийских облаков.

Глава 6

Огромное спасибо Шэре за неоценимую помощь и вдохновение в работе над колыбельной.

Форрила одолевал сон. Среди ночи усталость взяла свое, и вейс задремал было, уронив голову на лапы, но проснулся от чьего-то тихого жалобного стона. Резко приподнявшись, Фор некоторое время напряженно слушал тишину и шелест набегающих волн, потом решил, что ему почудилось, но звук повторился.

Всхлип?

С Фора разом слетела вся сонливость. Он встал и обеспокоенно обвел взглядом друзей. Несмотря на сильнейшее нервное потрясение, все крепко спали. Ориант пару раз вздохнула во сне, Ронто дернул хвостом.

Всхлипывания донеслись снова.

– Рин! – шепотом воскликнул Форрил, поспешив к однокласснице. – Рин, что случилось? Тебе плохо?

Тиррина подняла на него глаза, полные слез. Она так и не сумела заснуть.

– Мама, папа, – прошептала она, – бабуля...

– Не переживай, – Форрил несмело коснулся крылом плеча подруги. – Завтра с утра полетим искать наших родных. И твоих родителей в первую очередь, я тебе обещаю.

Рин отчаянно помотала головой:

– Они... они... понимаешь...

Она уткнулась головой в грудь Форрилу и разрыдалась.

Фор не сразу понял, что именно не смогла выговорить Тиррина, а когда понял, вздрогнул. И не поверил. Он хорошо знал ее семью, ведь почти все одноклассники частенько ходили друг к другу в гости, и Форрил тоже не раз бывал у Рин дома. Как и она у него.

– Т-ты их видела? – испуганно спросил он.

– Нет, они на Тритоне... Мне дядя Веллер сказал...

– А дядя Веллер откуда знает? – Фор недоверчиво склонил голову набок. – Может, это неправда?

– Он все видел! Он был на Тритоне, когда все случилось! И он тоже... потом... в космопорту... А я сбежала! И даже не попыталась его вытащить из-под обломков после взрыва!

– Как?.. И он?! – у Фора сел от страха голос.

– Да... – продолжала хлюпать носом вейси. – И бабушку я тоже не спасла! А теперь и на Тритон не долететь, а там мама и папа! Их убили! Там всех убили! – и Рин зашлась в новом приступе рыданий.

Нет, не может быть, чтобы их родители погибли. Не может такого быть. Форрил отказывался это принять. Он обнял одноклассницу крыльями и провел лапой по ее голове.

– Я не верю, – прошептал он. – Не верю! Нам нужно найти всех. Пока есть хоть малейшая надежда, мы должны искать наших родных, слышишь? Нужно добраться до Тритона и искать там.

– Но как?.. Дядя Веллер сказал, что он еле выбрался оттуда.

– Утром все вместе подумаем, – решил Фор. – Поспи хоть немного, Рин, нам всем понадобится очень много сил.

Тиррина помотала головой:

– Я не смогу.

– Ну хоть попробуй. Что ты делала раньше, чтобы заснуть?

Вейси снова всхлипнула. Воспоминания давались нелегко.

– Мечтала...

– О чем? – поинтересовался Форрил.

– О разном. О том, чем займусь, когда закончу школу... А еще, знаешь, у меня были баночки с разноцветными тритонскими льдинками! – даже сквозь слезы и страх Рин с восхищением вспоминала свои сокровища. – Я любовалась ими перед сном и мечтала увидеть эти льды на самом Тритоне.

– Вот и подумай о них сейчас, – улыбнулся было Фор и тут же прикусил язык. Рин ничего не ответила и лишь задрожала, закрыв мордочку лапами.

– Ох, прости! – Форрил постучал себя по голове. – Слушай, у меня идея. Мама когда-то пела мне колыбельную, и я ее до сих пор помню. Попробую повторить для тебя. Ложись, ложись, – и он ласково провел носом по щеке Рин, которая снова заплакала при мысли о матери и бабушке, которые больше никогда не расскажут сказку и не споют ей на ночь.

Дождавшись, пока Тиррина устроится поудобнее, Фор сам улегся рядом и помолчал, вспоминая слова колыбельной. И тихонько, еле слышно замурлыкал прямо в ухо подруге:

Баю-баю, баю-бай,

Поскорее засыпай.

Пусть уносит ветер вдаль

Грусть, обиды и печаль.

Крепко спи, мое дитя,

Силы будут у тебя.

Светлый сон к тебе слети,

Засыпай и не грусти.

«Самому бы не заснуть», – Фор обеспокоенно потряс головой и потер слипающиеся глаза.

Думай про полет меж гор,

Про безоблачный простор,

Спят все луны, ветры спят,

Дети тоже спать хотят.

Добрых снов, дитя, усни,

Смелым, добрым ты расти.

Самый лучший ты на свете,

Мне другого не найти.

Крепко глазки закрывай.

Спи, мой милый, баю-бай.

Вскоре Рин перестала шмыгать носом и тихонько засопела, свернувшись калачиком. Усталость взяла свое.

Форрил, собравшись с силами, неслышно встал, аккуратно растолкал Кила и попросил сменить его. Тот, с готовностью кивнув, сладко потянулся и подмигнул другу – мол, не беспокойся, подежурю. И успокоившийся Фор впервые за много часов позволил себе расслабиться. Он снова улегся рядом с Тирриной и моментально провалился в сон.

***

Утро не стало добрым. Киллин, время от времени остервенело протиравший глаза, чтобы не заснуть, только собрался разбудить Ронто и передать ему пост часового, как где-то совсем недалеко раздался грохот взрыва. Земля под вейсами заходила ходуном, с потолка грота упало несколько камней, к счастью, никого не задевших. Со всех мигом слетел сон.

– Бежим отсюда! – в панике закричала Фелент.

– Стойте! – остановил друзей Ронто. – Сначала надо разведать...

– Какая разведка?! Нас же сейчас завалит! Все за мной, скорее!

И Фел рванулась к выходу. Форрил закричал что-то про опасность снаружи, но вейси в порыве благородства стремилась вывести друзей из убежища, переставшего им быть.

– Сто-ой! – рявкнул Ронто. Он в два прыжка и взмаха крыльями догнал Фелент и повалил ее на песок у самой воды. – Огонек, не делай резких движений, ладно? Это нас погубит.

Вейси фыркнула, хотела заспорить и вдруг уставилась на воду.

– Ты тоже это видишь? – прошептала она.

Океан быстро отступал от грота, обнажая пологое песчаное дно.

– Странный какой-то отлив, – нахмурился Ронто. Оглянулся – остальная компания уже высунула головы из пещерки и тоже с подозрением смотрела на слишком тихую и гладкую поверхность океана.

И вдруг Ронто понял.

– Это же... Все за мной, живо! – вскричал он и взмыл в воздух.

Едва успели вейсы вылететь из грота, как огромная волна накрыла и поглотила его, вмиг затопив. Настоящим приютом и убежищем пещерку теперь назвать было сложно.

Потрясенные и мокрые от брызг друзья наперебой благодарили Ронто. Форрил печально посмотрел на скрывшийся под водой грот. Исчез еще один кусочек детства, подумалось ему.

Вейсы сделали круг над местом ночевки и бросились прочь.

***

Весь этот и два последующих дня друзья скитались в поисках еды, лекарств, убежища и других вейсов, чудом не попадая в эпицентры бомбардировок. От идеи добраться до Тритона пришлось отказаться – весь транспорт, встречающийся вейсам на пути, представлял собой искореженные груды металла. Киллин искал старшего брата, но тот словно в воду канул. У сестер, Ронто и Фора поиски также не увенчались успехом – родных не было ни среди живых, ни среди мертвых. Впрочем, последние встречались на пути чаще всего. Тиррина же понуро плелась в хвосте компании и молча перебирала воспоминания о мирной жизни. Ей искать было некого.

На четвертый день взрывы прекратились. Усталые вейсы остановились на ночлег в маленьком разрушенном и сожженном поселке на берегу океана.

– Помоги-ите-е...

Слабый зов из всей шестерки услышала только Ориант. Друзья жарко обсуждали управление космическими челноками, все еще надеясь найти хоть одно невредимое судно, и Ори, лежавшая немного в стороне и не принимавшая участия в разговоре, резко подняла голову и вслушалась в шум волн.

Крик повторился.

– А ну, тихо! – прикрикнула она на распалившихся товарищей. – Слушайте!

Вейсы замерли. В следующий миг Ронто сорвался с места, за ним последовал Фор, и вскоре они, мокрые до кончиков хвостов, уже тащили в лапах к убежищу совсем маленькую вейси. Малышка чуть не утонула в высоких волнах, наглоталась воды и теперь отчаянно кашляла, пытаясь от нее избавиться.

– Инуэн*, скорее! – отфыркиваясь, крикнул Форрил. – Она же простудится!

Взрослые вейсы без труда ныряли и плавали, задерживая дыхание под водой на целых пятнадцать минут, но малышня не рождалась с этим умением – оно формировалось в подростковом возрасте, одновременно с появлением белых полос на боках.

Но ребятам и не нужен был крик Фора, чтобы понять, что вейси совсем плоха. Они засуетились и захлопотали вокруг несчастной. Где-то раздобыли относительно чистую ткань, чтобы вытереть, просушить и согреть маленькую нептунийку, отдали ей самые вкусные кусочки из своих скудных запасов, найденных накануне в другом поселении, и напрасно старались утешить – она не ела и плакала не переставая, хоть Ориант и заключила ее в объятия.

– Чш-ш, тихо, – уговаривала она малышку, – ну перестань, милая. Как тебя зовут?

Но вейси, хоть и утерла слезы, но молчала, испуганно всхлипывая.

– Как она сюда попала?

– Ясно, потерялась!

– Птуниров пять ей, не больше!

– Да замолчите вы! – цыкнула на всех Ориант. – Вы ее пугаете!

– Дай я попробую, – негромко произнес Форрил и прилег на камни так, что его голова оказалась вровень с тревожными глазами вейсеныша. Помолчал, доброй улыбкой пытаясь завоевать ее доверие. – Согрелась, áну ила**?

Та немного похлопала глазенками и нерешительно кивнула.

– А где твоя мама?

Вейси задрожала и снова расплакалась под синхронные недовольные вздохи Ориант и Киллина.

– Утешил, спасибо, – проворчал Кил.

– Как умею, прости! – огрызнулся Форрил.

Но ану вдруг потянулась к Фору, пытаясь вылезти из-под крыльев Ори. Тот обрадованно перехватил малышку у одноклассницы и, ласково подмигнув, коснулся носом ее носика.

– Тебя здесь никто не обидит, – твердо пообещал он. – А если что и произойдет, то я буду рядом.

– И я, – добавила Фелент.

– И мы тоже, – присоединились остальные. Даже ко всему безучастную Рин тронуло происходящее, и она, робко погладив вейси лапой по голове, пообещала ей вслед за всеми защиту и покровительство.

Снова посыпались вопросы, но Ори строго шикнула на всех:

– Дайте вы ребенку придти в себя! Пусть поспит, отдохнет, а утром все решим. И не шумите!

И она, отобрав уже немного успокоившуюся малышку у Форрила, еще плотнее укутала ее крыльями, баюкая:

– Спи, ану ила, спи.

Все остальные потихоньку тоже угомонились. Перед тем, как заснуть, Киллин решил поделиться своей идеей:

– А давайте полетим на Скалистый? Там наверняка кто-то должен быть!

– Завтра, все завтра, – настаивала Ориант, оставшаяся сторожить покой друзей. – Отдыхайте.

***

Немолодой вейс пришел в себя, с трудом приподнялся, сбросив с себя что-то холодное, увидел, что это труп сородича и в ужасе отшатнулся от него. И застонал от боли – у основания крыла кожа и мышцы были рассечены лазером почти до кости.

На Тритоне царила мертвая тишина.

Собравшись с силами и зажав рану лапой, вейс пополз в ту сторону, где, как он помнил, должен был находиться узел межпланетной связи.

Связь оказалась цела.

С трудом дотянувшись до сенсорных панелей, нептуниец включил постоянный сигнал SOS. Кто-нибудь точно услышит, должен услышать, отчаянно понадеялся он. И упал замертво, так и не узнав, что сигнал услышали на «Вепре» и «Бархане». Услышали и тут же заглушили.

*Инуэн - ребята (друж.)

**Ану ила – девочка моя.