Суррогатная мать для принца обезьян

Глава 1

Полине приснился странный сон.

Она лежала на операционном столе. Вокруг неё толпились какие-то гуманоиды, одетые в хирургические костюмы. По короткому меху, растущему даже вокруг глаз, она поняла, что это не люди. Человеческие брови не могут быть такими кустистыми, и разрез глаз необычный — выпученные, круглые, как у животных, со странной формой зрачков. Больше она ничего разглядеть не смогла из-за надвинутых на лоб медицинских колпаков и масок, закрывающих нижнюю половину лица. Или правильнее было сказать морду? А потом перед глазами мелькнул какой-то странный блестящий предмет, после которого она почувствовала укол в руку, веки стали закрываться сами собой и... она проснулась.

Села сонная на своей кровати и машинально почесала руку, где во сне ей сделали инъекцию.

— И приснится же такой бред! — пробормотала она вполголоса, чтобы не разбудить спящего мужа.

Впрочем, он сам открыл глаза и с обеспокоенностью в голосе спросил:

— Поль, ты чего подскочила как ошпаренная?

— Сон дурацкий приснился, вот и проснулась, чтобы он закончился. — чтобы не сильно пугать Пашу, добавила: — Не волнуйся, водички попью и снова завалюсь спать. Завтра... — зевая, сказала она, глядя на смартфон, — а точнее уже сегодня, день напряжённый. Блин, перед директором отчитываться придётся.

— Ты это, не переживай, — потирая кулаком заспанные глаза, проговорил Павел. — Я давно тебе говорил, что пора валить с этой работы. Столько твоих нервов и сил на неё уходит.

— Пашка, ты мой муж или где? — перевела его слова в шутку Полина. — Решил вместо поддержки на мозги покапать!

Она встала и пошла на кухню. Павел, закутавшись в одеяло как в тогу, поплёлся следом, смешно шлёпая по полу босыми пятками.

— Чёрт, как же чешется! — выругалась Полина и принялась чесать руку.

— Что там, покажи? — окончательно просыпаясь, спросил муж, разглядывая её руку.

— Скорее всего, какая-то особенно голодная комариха постаралась, — снова пошутила молодая женщина, разглядывая зудящее красное пятнышко. — Наверное, хотела тебя куснуть за мягкое место, а тут я на пути попалась! Можно сказать, защитила любимого от покушения на его драгоценную жизнь.

— Какие комары? Зима скоро! — буркнул муж, достал коробку с лекарствами и принялся шебуршать блистерами и тюбиками. — На вот, помажь! И давай спать уже, ночь на дворе!

Чмокнув жену в плечо, он ещё сильнее замотался в одеяло и прошлёпал обратно в спальню. Полина намазала странное пятнышко мазью и на всякий случай залепила сверху лейкопластырем…

На работе ей было не до зудящей крапинки. После разговора с директором, который прошёл на редкость в приятной атмосфере, работы прибавилось. Чему она была даже рада.

К вечеру пятнышко подросло и опухло. К счастью, перестало чесаться.

“Если за пару дней не пройдёт, надо будет к дерматологу записаться, — думала Полина. — Может, аллергия на что-то выползла?”

Через несколько дней опухоль стала ещё больше. Маленькое, еле заметное пятнышко превратилось в здоровенную алую блямбу. Боли не было. Разве что рука казалась потяжелевшей, будто налилась чем-то невидимым…

— Поля, ты к врачу записалась? — спросил вечером Павел, опасливо кивая на распухшую руку.

— Да, на послезавтра, — кивнула она, — там окошко по времени удобнее.

— Не затягивай, пожалуйста, — попросил муж, — не нравится мне всё это. Лишь бы ничего серьёзного.

Полина плавно перевела разговор на другую тему. Ей самой это не нравилось, и на работе коллеги уже начали задавать вопросы, хотя она, как могла, прикрывала опухшую руку шалью. Специально достала её с антресолей — бабушкина ещё, почти новенькая, вязаная, красивая… К доктору тоже идти было боязно. Что там могло быть?

Ночью, накануне приёма к врачу, Полина долго ворочалась и не могла уснуть. Внезапно окно резануло ярким светом прожектора. Потом послышался странный шум на балконе. Она сползла с кровати и, накинув на плечи бабушкину шаль, на цыпочках пошла смотреть. Может, воры?

Только успела открыть балконную дверь, как на голову некто накинул что-то тёмное. Цепкие лапы спеленали её, словно ребёнка, и вытащили в окно.

— Уууу эыыы у-ху ээээ ыух! — услышала она резкие и при этом тихие звуки.

Хватка ослабилась, чем Полина попыталась воспользоваться. Ничего не вышло — спеленали её крепко. И мешок из плотной ткани на голове (или что там было?) не давал ничего рассмотреть.

Дальше она слышала только еле различимый гул, как от работающего двигателя. Она не знала, кто и куда её везёт. Деваться было некуда. Стараясь не тратить попусту силы, она затихла и, кажется, даже задремала…

Потом её снова куда-то понесли, на что-то усадили и сдёрнули с головы попону. Полина с любопытством огляделась по сторонам.

“Ну, вот тебе, мать, и доктор”, — подумала она, разглядывая обстановку, очень похожую на современный кабинет врача, оснащённый различной техникой.

В комнату вошли двое. От их вида она непроизвольно ойкнула. Перед нею**,** одетые в медицинские халаты и колпаки, стояли две обезьяны. Именно стояли на задних лапах.

— Аэээыуха хо-хы! — завизжал перед Полиной один из них, судя по одежде и поведению, — главный.

Он потрогал её волосатыми лапами. От прикосновения она испуганно сжалась в комок, кутаясь в шаль, словно ища под ней защиту.

— Ыыы ауи-ха ууу! — снова замахал руками главный, что-то рассказывая второму.

Тот кивнул и сунул в ухо Полине какую-то штуковину, напоминающую беспроводной наушник.

— Покажите, пожалуйста, руку, — услышала она в ухе чёткий металлический голос.

Что это? Переводчик? Она послушно протянула руку. Главный обезьян с благоговейным трепетом погладил опухоль, приговаривая:

— Подождите, Ваше высочество, скоро вы сможете появиться на свет!

От услышанного Полина готова была грохнуться на месте от удивления. Не выдержав, спросила, кивая на руку:

— Там что, зародыш???

— Приносим извинения за доставленные неудобства, — снова раздался голос робота в ухе. — Нам пришлось спасать принца и прибегнуть к тайному суррогатному вынашиванию.

— Почему именно в руку? — закричала Полина. — Почему я? Разве мало на Земле людей?

— Примите мои глубочайшие сожаления о случившемся... — ухая и вертясь, распинался перед нею обезьян. В это время работал переводчик: — Я постараюсь вам всё объяснить, пока буду проводить исследование растущего принца.

Если бы кто-то показал Полине развернувшуюся картину со стороны, она бы расхохоталась от души, но... всё это происходило с ней. Это она стояла с распухшей рукой посреди навороченного кабинета и наблюдала за... да, за обезьяньими ужимками и прыжками, совершенно не вяжущимися с высокопарными речами роботизированного автоматического переводчика, транслирующего речь прямо в ухо.

— Прошу вас, достопочтенная суррогатная мать принца, прилягте на эту кушетку, я проведу ультразвуковое и световое исследование. Не волнуйтесь, это совершенно безболезненно и безопасно для вашего человеческого организма, — снова заухал обезьян, подпрыгивая на месте и стуча себя кулаками по груди.

— Ладно, объясняйте! — Полина прилегла на кушетку и уставилась в неизвестно откуда появившийся монитор из какого-то полупрозрачного материала. — Только, пожалуйста, подробнее объясняйте. У меня к вам куча вопросов... Но я так понимаю, что жизнь вашего принца важнее!

— Вы правы, глубокоуважаемая носительница принца! — перевёл робот, пока доктор-обезьян держал в одной руке странную штуковину, похожую на микрофон, а второй быстро что-то набирал на такой же появившейся из ниоткуда панели управления.

Его руки, по самые ногти заросшие шерстью, на удивление проворно обращались с техникой… Или правильнее было назвать их лапами с когтями?

— Отвечу на первый вопрос, почему именно в руку, — и он ткнул длинным крючковатым когтем в монитор. — Ваши человеческие органы отличаются от наших. В вашей матке нет... извините, в вашем языке не существует слова, обозначающего этот орган, поэтому просто посмотрите…

Полина взглянула в монитор и открыла рот от удивления — вокруг локтевой и лучевой костей образовался какой-то... надутый полый бублик? Плавательный круг? И внутри этого пузыря, обхватив верхними и нижними конечностями кости, висел лысый обезьяний малыш. За его спиной плавно шевелились какие-то крохотные отростки.

— Моё сердце преисполнено радостью, с принцем всё хорошо, он сам здоров и крылья развиваются как положено... — шипел в ухо робот, пока обезьян в халате приплясывал от радости за своими панелями управления.

— А почему я? — робко спросила Полина со своего места.— А вы... — после приступа бурного ликования мохнатый доктор снова уселся на своё место, — вас просто выбрали из базы землян. Биохимия вашего организма наиболее приближена…

— Доктор! Доктор! — сухо и безэмоционально перевёл аппарат визг внезапно вбежавшего помощника. Он так громко ухал и издавал гортанные звуки, что Полина с трудом различала то, что переводит автомат в ухе: — Здесь шпионы дяди принца! Мы не успеем произвести извлечение плода, надо бежать!

— Да, да, — заухал доктор-обезьян. — Берегите носительницу принца!

Помощник издал то ли рык, то ли истошный писк, на который сбежалась целая группа вооружённых до зубов обезьян. Они подхватили Полину на руки и помчались вверх по лестнице. Пока её тащили, она рассмотрела, что ступени были вырублены прямо в скале. И никакое это не здание, в привычном для людей смысле, а рукотворные пещеры.

На плато уже стоял летающий аппарат, напоминающий вертолёт. На месте пилота в неком подобии шлемофона, естественно, тоже сидел обезьян. Помощник доктора прыгнул первым и ловко втащил её внутрь. Когда шасси медленно отрывались от земли, запрыгнул взъерошенный доктор.

Группа экипированных обезьян заняла позицию и приготовилась обеспечивать отход.

— С вами всё в порядке, вы не сильно испугались? — шипел в наушнике робот, проглатывая слоги и окончания.

“Наверное, из-за полёта помехи, — мелькнуло в голове Полины. Казалось, что мозг отказывался верить в происходящее, потому что следом полезли совсем другие мысли: — Это ведь сон? Это не может быть правдой!”

Как можно незаметнее она ущипнула себя за руку и тут же вскрикнула от неожиданности.

— Вы... Порядка? Неха-ха-рошо? — в глазах доктора появилось беспокойство.

Полина кивнула, а в голове пронеслось: “Конечно, за принца своего драгоценного переживает! Нужна ему какая-то суррогатная инопланетянка с раздутой рукой!”

В этот момент доктор-обезьян просвечивал её руку миниатюрным приборчиком. Беспокойство в его глазах перерастало в животный страх. Он истошно завопил, после чего пилот натянул штурвал на себя, и вертолёт ушёл в крутое пике. Доктор выхватил из рук пилота рацию и начал нечленораздельно орать в трубку.

Из этого потока воя, уханья и рыка, переводчик смог распознать только слова: “готовность”, “операционная” и “пора”.

На другой скале, в таком же вырубленном прямо в породе помещении, их уже встречала другая группа обезьян в медицинских халатах. Среди них Полина заметила особ женского пола. Интересно, как они у них называются? Самки? Дамы?

Долго размышлять ей не дали, уложили на каталку и стремглав покатили по каменному коридору. Чьи-то лохматые руки (или всё-таки лапы?) приложили к её лицу кислородную маску. Далее последовал укол. Она думала, что сейчас снова потеряет сознание, но этого не произошло. Она продолжала всё видеть и слышать. Даже переводчик заработал как положено. Правда, из передаваемой в ухо тарабарщины она ничего не понимала. Возможно, как и сказал доктор-обезьян, в человеческой речи просто не существовало аналогов используемых терминов.

А потом её накрыла волна эмоций, когда крохотный обезьяний малыш, забавно перебирая маленькими цепкими лапками, перебрался на её плечо. Она смотрела на сморщенную мордочку с огромными глазищами и покрытые редкими шерстинками ушки. Ещё разглядела, что на спине принца обезьян забавно шевелятся маленькие кожистые крылышки.

— От всего нашего народа выражаем вам огромную благодарность за спасение жизни принца, — произнёс доктор-обезьян, размазывая слёзы по морде.

Все, кто был в операционной, завопили так, что у Полины чуть не лопнули барабанные перепонки.

— Что с ним будет? — спросила она и кивнула на малыша, уснувшего на плече.

— Пока он не подрастёт, будет жить здесь, — ответила какая-то обезьянья дама и аккуратно сняла малыша с плеча Полины.

— Вам пора, — раздался в ушах металлический голос, и вокруг всё завертелось в обратном порядке: вспышка света — гул двигателя — снова вспышка… и темнота.

Полина очнулась от того, что муж теребил её за плечо.

— Пашка! Как же я соскучилась по тебе! — кинулась она на шею любимого.

— Поль, чего это тебя на приключения потянуло среди ночи? — проворчал он, помогая ей подняться. — Я проснулся от грохота, прибегаю, а тут ты лежишь. А рядом вот это валяется… — Павел поднял в руке увесистую золотую цепь с подвеской, украшенной россыпью самоцветов.— Тут с полкило золота, — прикинул он на руке, — ещё и кулонище висит. Дорогой, наверное. Похоже, что тебе этой штуковиной по голове и прилетело. И откуда она могла свалиться? С луны, что ли? Ты как? Голова не болит? Как рука?

— С рукой всё в порядке... уже. Вот смотри сам, — она повертела рукой перед глазами мужа.

— А это что за царапина? — подозрительно спросил он, показывая на то место, откуда доставали принца обезьян.

— А, это... — Полина лихорадочно искала ответ, который бы удовлетворил любопытство мужа, — наверное, когда падала, обо что-то поцарапалась.

— Поль, осторожнее надо быть... — продолжал беззлобно ворчать Павел с тревогой в голосе, — меня могла бы разбудить, я бы сам сходил проверить. Зачем на холод в одной пижаме выходить?

— А шаль? Вязаная, бабушкина? — спросила она и удивлённо подняла глаза на мужа.

— Не было на тебе никакой шали, — пожал плечами тот, — только пижама…

— Наверное, там забыла, — грустно вздохнула Полина, глядя на звёздное небо.

— Где там?

— Где, где? На работе, конечно! — выпалила она, не зная, что ответить.

Действительно, не рассказывать же Пашке о своих инопланетных приключениях? Тем более она так и не поняла: ей всё приснилось или это происходило на самом деле? С одной стороны, всё началось со странного сна, а с другой... Полина сначала посмотрела на тонкий шрам на предплечье, а потом на золотую цепь. Что это? Благодарность за спасение жизни принца или ей на голову счастье чисто случайно привалило?

Конец истории