Среди звёзд

1. Дежурный.

Бросив взгляд на восходящее над лесом солнце, Андрей поднялся на крыльцо и вошёл в дом. Пара щелчков замков фиксаторов и потёртые астроходы заняли своё место рядом с не менее бывалыми ботинками, в которых он покорял иные пространства. Андрей всегда любил походы и путешествия. Чем дальше — тем лучше. Но всё же шагнуть за полсотни парсек только за тем, чтобы подоткнуть штекер на датчике, это не то чтобы обидно, скорее мелковато и даже скучно. Привычными движениями освободившись от скафандра, Андрей оставил его на вешалке в прихожей и вошёл на кухню. Завтрак, к которому он едва успел притронуться перед тем, как раздался аварийный вызов, взирал на него с молчаливым укором. Над чашкой всё ещё вилась струйка пара.

2. Наладчик.

После очередной пары звонких ударов прозвучал прежний вопрос:

— А сейчас? — устало выдохнул Игорь, утирая рукавом пот со лба. Во всех генераторных всегда было жарко, но, к счастью, он к этому привык.

— 5703. Ты долго ещё там возиться собрался? — раздражённо отозвался дежурный, который, судя по его юношескому, если не сказать детскому, голосу, вполне мог оказаться студентом на подработке.

Куда больше жары досаждала лишняя болтовня и бестолковые комментарии. Но Игорь давным-давно решил всегда оставаться в рамках деловой этики, хотя временами это давалось с трудом.

— Сколько надо, столько и собрался, — буркнул наладчик и покрепче взялся за молоток. Можно подумать он тут бездельничает или халтурит.

Ещё несколько ударов наотмашь.

— Сейчас?..

— 5704. Нет, ты издеваешься? Десять минут осталось!

Ответа не последовало, только очередные взмахи, удары и утирание пота.

— Пять семьсот пять… — вкрадчиво произнёс дежурный, не дожидаясь очередного вопроса.

Игорь бросил злобный взгляд в камеру, через которую на него смотрел дежурный, и швырнул молоток на пол. На две долгих минуты он скрылся из поля зрения камеры, заставив дежурного разразиться громкой тирадой возмущения, а потом появился с огромной кувалдой в руках.

— Погоди-ка… — только и сумел прохрипеть дежурный.

Но Игорь уже замахнулся. Звон от удара заставил дежурного поморщиться и прикрутить громкость в наушниках. Он уже хотел выругаться и обрушить проклятия на наладчика, но внезапный всплеск показаний заставил его позабыть обо всём.

— Стоп! Пошло! Стоп! Теперь клапан!.. Клапан!!! — прокричал дежурный, ошарашенно глядя на монитор.

Кувалда грохнулась на пол.

— Сам знаю.

Игорь молниеносно выхватил из кармана ключ на десять. Через секунду всё было сделано.

— 5778! — радостно провозгласил дежурный. — Ну, ты даёшь! Заставил понервничать. Тебе такое не впервой, да?

— Закрывай свою заявку, — бросил Игорь, укладывая инструменты в ящик.

Спустя несколько минут светолёт оставил позади корону и уносил наладчика прочь от пылающего светила на следующий вызов, поступивший из системы бурого карлика. Срок закрытия заявки истекал через полчаса. По ту сторону иллюминатора с опущенным светофильтром изгибалась гигантская дуга протуберанца. Игорь закрыл глаза и опустил пониже спинку кресла. Визуальные эффекты от проделанной работы давно перестали его интересовать. Все параметры в допуске — это главное. А что до красот вселенских пейзажей — пусть ими восторгаются поэты и живописцы.

3. Выбор.

Капитан Громов изучающе смотрел на сидевшего перед ним стажёра, словно пытаясь заглянуть в его мысли, что, учитывая обстоятельства, было странно, если не сказать бессмысленно. Как капитан корабля он обязан учитывать все возможные риски, которые могут помешать выполнению поставленных задач и создать угрозы для благополучия экипажа. Тот, кто сейчас сидел перед ним, определённо относился к таким рискам.

— Кто-то из команды высказался против моего присутствия? — прервал молчание стажёр.

Спокойное лицо и уверенный взгляд производили должное впечатление. Не было никаких сомнений, что именно так и было задумано. Вот только одного этого никогда не было достаточно. И уж тем более не в этот раз. Громов всегда сам подбирал команду, насколько это было в его власти. Именно он несёт всю полноту ответственности за корабль, команду и всё, что произойдёт с момента вылета. Он должен знать, что можно требовать и что ждать от каждого члена команды в отдельности и от всех вместе. Межгалактическая миссия, длительный полёт — это всегда испытание, даже если всё идёт по плану. Профессиональные навыки важны, безупречное знание инструкций и регламентов необходимость, но только лишь этого недостаточно. Сплочённость команды нельзя обеспечить, следуя регламентам.

— Нет. Мне о таком не известно.

Громов не сводил взгляда со стажёра хотя ясно осознавал, что умение читать по лицам в этот раз бесполезно.

— Почему Павел — почему именно это имя? — продолжил капитан.

— Я решил, что так будет лучше, что это поспособствует укреплению доверия. Это неудачная идея?

Капитан пожал плечами. Он наблюдал за стажёром с самого его прибытия так пристально, как ещё никогда не наблюдал ни за одним из кандидатов в экипаж. Справится ли? Вольётся ли в команду? Конечно, имелся подробный отчёт с характеристикой о вновь прибывшем, но это только результаты тестирования и не более. А что будет в реальных условиях? Трудный и необычный выбор.

— О своём решении я сообщу по окончании испытательного срока. У вас ещё трое суток — работайте, Павел.

* * *

Тот, кто просил называть его Павлом, сидел на своём привычном месте в лаборатории напротив большого иллюминатора. Вид Земли из космоса производил неизгладимое впечатление на всех, кто впервые оказывался на орбите. Однажды он надеялся понять это. Хотя сама идея о надежде уже казалась непреодолимой преградой. Но кроме надежды у него была цель — заслужить доверие команды и стать членом экипажа. К этому он стремился всеми своими силами, прекрасно отдавая себе отчёт, что их может оказаться недостаточно. В случае успеха он станет первым, а в случае неудачи одним из многих.

Впереди ещё три дня. А пока тот, кто взял себе имя Павел, смотрел на планету по ту сторону иллюминатора, пытаясь разгадать секрет красоты. Перед его внутренним взором вверху справа горел индикатор зарядки, а слева пробегали строчки диагностического отчёта, обязательного для всех андроидов.

4. Окно.

Один из установщиков всё ещё разглаживал тонкую прозрачную плёнку, только что приклеенную на стекло, а второй уже заканчивал настройку. По ту сторону окна осенний ветер обрывал с деревьев остатки листвы и безжалостно бросал их на мокрый тротуар аллеи центрального парка. Небо укрывали тяжёлые тучи, моросил дождь. Вдалеке прохожий в коричневом пальто с поднятым воротником спешил прочь от непогоды. Петру вдруг почудилось, что он слышит гулкий стук его ботинок о тротуарную плитку. Наваждение — ведь окно закрыто. Пётр охотно поменялся бы с ним местами хоть несколько минут, но работы было невпроворот, а теперь ещё командировка. Нет, не скоро он сможет прогуляться по какому-нибудь парку.

— Всё готово, — произнёс, обращаясь к Петру второй из команды настройщиков. — Если нужен пульт, то он в коробке на столе. Распишитесь здесь.

С последними словами он протянул акт приёмки работ. Пётр расписался и поблагодарил рабочих. Закрыв дверь кабинета, он остался один и тут же торжественное произнёс:

— Открыть окно, — слова прозвучали излишне торжественно для такой банальной команды, и это заставило его самого слегка улыбнуться.

Со стороны окна налетел прорыв осеннего ветра с запахом мокрой опавшей листвы. Шум дождя и бедный шелест скудной листвы заполнили комнату. Казалось, что капли дождя вот-вот залетят в кабинет, но этого ожидаемо не произошло.

Несколько минут наслаждения осенней картиной пронеслись как одном мгновенье. Пора возвращаться к работе.

— Выключить окно, — сказал Пётр, садясь за стол. И тотчас пропал парк, дождь и прохладный осенний ветер. За окном вновь было множество мелькающих звёзд. Космолёт двигался по заданному курсу.