Спасибо не надо

Глава 1

— Он опаздывает, — стажёр волновался.

— Ещё нет, — невозмутимо отвечал шеф.

Стажёр скосил глаза на табло. Панель часов, на которых отражалось время всех основных систем галактики, была видна с любой точки огромного зала космопорта. Шеф мельком посмотрел туда же, поморщился и машинально поскрёб ногтем лацкан парадного мундира.

— Стажёр Шугарт, вы хорошо изучили досье нашего гостя?

Шугарт браво отрапортовал:

— Праймус Секундус, почётный член Астронавигаторского общества, почётный секретарь Академии Запредельной Космонавтики, почётный Старейшина клуба Десяти, действительный технократ и член союза технократов Звёздного кольца, почётный председатель Общества любителей членистоногих…

— Хватит, — шеф подвигал густыми бровями.Шугартопять не понял, недоволен тот или просто прячет усмешку.

— Его корабль давно прибыл, — проворчал под нос стажёр. — Мы стоим тут битый час. Это неуважение…

— Вот он, — перебил шеф и резво двинулся вперёд, расплываясь в официальной улыбке.

Шугарт поспешил вслед за начальством.

Поток туристов давно иссяк, и по внушительному залу космопорта слонялись от силы сотня человек, из которых, был уверен стажёр, добрая половина являлась агентами службы безопасности в штатском.

— Господин Праймус, бесконечно рады вас видеть! Хорошо ли долетели?

Господин почётный секретарь Академии Запредельной Космонавтики, почётный член Астронавигаторского общества и прочая, и прочая, сунул руку в кармашек жилетки, достал оттуда допотопного вида хронометр, поглядел в него и ворчливо сказал:

— В районе Проксимы-пять немного болтало. Я даже не смог доесть десерт.

— Неужели? — вежливо отозвался шеф. Лицо его выражало живейший интерес.

— Да. И шампанское оказалось не той марки. Почему меня не встречает сам Глосиус?

— Адмирал Глосиус скончался три дня назад, — сообщил шеф, вежливо отступил в сторону, пропуская гостя. — Прошу вас…

— Это не причина, — господин Праймус уронил в руки шефу свой чемоданчик и неторопливо проследовал к выходу из космопорта.

Шеф поспешил за ним, перебросив чемоданчик стажёру.

Шугарт подхватил багаж, едва не уронив его на сияющий чистотой пол. Чемоданчик оказался тяжёлым, словно уважаемый гость таскал в нём гири.

Они почтительно усадили гостя в правительственный флаер. Роскошную машину ради такого случая прислали из гаража самого господина премьера.

— Во дворец, — распорядился шеф. — Премьер-министр с нетерпением ждёт вашего прибытия, господин Праймус.

— В отель, — невозмутимо отозвался гость. Он уселся поудобней на заднем сиденье и теперь оглядывал панораму столицы с высоты птичьего полёта. Эту воздушную дорожку имели право занимать только члены правительства. Вокруг на приличном расстоянии реяли флаеры службы безопасности.

— Но, господин Праймус, время не ждёт, — как можно убедительнее запротестовал шеф, и Шугарт со скрытым злорадством заметил, что тот растерялся. Вот так-то, не одному стажёру краснеть и блеять перед начальством. — Обстановка такова, что даже лишний час промедления может привести к катастрофе…

Гость рассеянно проводил взглядом башню дворца бракосочетания. На верхушке светились золотом фигурки жениха и невесты в натуральную величину.

— У нас есть всё время мира. А эта невеста немножко беременна, — легкомысленно заметил он.

Шугарт порозовел от возмущения. Вся столица знала, что если посмотреть на скульптурную группу под определённым углом, то платье на талии невесты оттопыривалось весьма пикантным образом. Но это их столица, их дворец, да и невеста тоже, в конце концов! И шутить над ними могут только местные, а не какой-то заезжий инопланетянин в щегольском фраке.

— В отель, так в отель, — обречённо согласился шеф, и они повернули в сторону зелёной зоны.

Лифт размером с комнату мягко поднял их под самую крышу отеля. Единственный номер, записанный на господина Праймуса, занимал весь этаж. Эксклюзивное помещение для дорогих гостей.

Дорогой гость прошествовал в номер. Возмутительно барским жестом указал вспотевшему Шугарту, куда поставить багаж. Тот водрузил чемодан на стол, больше похожий на маленькую площадь, чем на предмет мебели.

— Вы можете идти, — господин Праймус повалился в кресло, забросил ноги на стол и вяло махнул ладонью на шефа.

Шеф покраснел. Шугарт с испугом заметил, как прокатились желваки по начальственной челюсти.

— Что мне передать премьер-министру? — с преувеличенной вежливостью спросил шеф, глядя в подошвы ботинок господина Праймуса.

— Передайте, что я сделаю всё возможное, — гость вздохнул и стряхнул с манжеты невидимую пылинку. — О результатах вам сообщат.

Господин Праймус перевёл взгляд на застывшего возле стола стажёра:

— Оставьте здесь этого молодого человека. Пригодится.

— Да. Конечно.

Шеф коротко, резко кивнул, так, что безукоризненная чёлка упала ему на лоб, развернулся на каблуках и стремительно покинул номер. Только дверь хлопнула. Шугарт остался наедине с инопланетянином.

***

Гость покачал ногой в умопомрачительном ботинке, глядя, как играют солнечные зайчики на глянцевой коже сирианского крокодила. Потом ещё раз вздохнул и перевёл взгляд на молодого человека.

— Как зовут?

— Шугарт Штефан. Стажёр при службе… — принялся бодро рапортовать Шугарт. Не хватало ещё уронить себя перед этим инопланетным франтом.

— Хватит, — совершенно как шеф недавно, отмахнулся гость. — Штефан, значит. Стажёр. Эх, эх, грехи наши тяжкие…

Преувеличенно покряхтев и скорчив кислую мину, господин Праймус оттолкнулся ладонями от подлокотников и неожиданно легко выскочил из кресла.

Стремительно прошёлся туда-сюда по диагонали — Шугарт едва шею не свернул, поворачиваясь за ним.

— Так. Время у нас есть. Немного, но есть.

Гость резко остановился, шагнул к столу и положил ладонь на чемоданчик. Пробежал пальцами по крышке. Что-то мелодично звякнуло, крышка тихо щёлкнула и открылась.

— Скажите, стажёр, — негромко сказал Праймус, глядя внутрь чемоданчика. — Что вы знаете о техномагии?

— Техномагия — это миф, — твёрдо ответил стажёр, вытягивая шею в попытке заглянуть в нутро чудного багажа. Спина господина Праймуса, обтянутая элегантным фраком, заслоняла обзор. — Суеверие, присущее низшим классам. Технический прогресс не оставляет камня на камне от подобных…

Гость многозначительно покашлял. Шугарт умолк. Господин Праймус достал из чемодана нечто крохотное, уместившееся в ладони и подбросил вверх.

Взмыла к потолку и затрепетала прозрачными крылышками птица-колибри. Чирикнула что-то, заложила крутой вираж над столом. Задрожал на мгновение воздух, прошёлся по номеру невидимыми волнами, и всё стихло. Уши у Шугарта словно заложило ватой.

— Многофункциональность — мой конёк, — непонятно заметил гость.

Инопланетянин ещё покопался в чемодане, и стажёр, сделав шажок влево, сумел заглянуть господину Праймусу под руку. Чемодан был пуст. Если не считать чудесной шёлковой подкладки, собранной изящными складками и перетянутой наискосок узким ремешком с пряжкой.

Гость жестом фокусника вывернул кисть и на ладони его оказался листок бумаги. Такой же допотопный, как часы в кармане жилетки. Бумагой как материалом для письма давно уже никто не пользовался, так же как и ручками с пером, вроде той, что оказалась в другой руке Праймуса.

Гость аккуратно расправил листок, взялся за уголки и потянул вверх и в стороны. Лёгким жестом взмахнул им над столом, словно расстилал салфетку, и отпустил. Листок, медленно планируя к столешнице, быстро увеличился, приобрёл прозрачность и глубину. Шугарт вздохнул. Над столом, развернувшись в полноценный экран, повис объёмный виртуальный коммуникатор. Мечта любого чиновника от младшего возраста и до пенсии.

— Штефан, у вас есть девушка? — спросил инопланетянин.

Он пошевелил пальцами, и полупрозрачный экран подёрнулся рябью.

— Вам интересует моя личная жизнь, господин Праймус?

— Не хотите отвечать, не надо, — промурлыкал тот, не изволив даже повернуться к стажёру. — Ваша планета доживает последние деньки, какая уж тут любовь.

Гость поднял палец, и рябь на экране превратилась в вихрь радужных волн. Волны скрутились в тугую спираль, которая принялась неудержимо раскручиваться. Вскоре перед ними образовался беззвучный комнатный ураган. В центре его возник круглый глаз, который потемнел и стал углубляться.

Шугарт с трудом оторвался от дивного зрелища и уставился на гостя. Если бы от взгляда могла загораться материя, в элегантном фраке инопланетянина уже прожглась бы изрядная дыра.

— Вы не можете так говорить.

— Меня пригласили, чтобы я урегулировал больной вопрос с грядущей планетарной катастрофой, — легкомысленно заметил гость, поводя ладонью над столом, словно играя на невидимой клавиатуре. — Разве вам не сказали?

— В досье написано, что вы — консультант, — ледяным голосом ответил стажёр. Ему казалось, что тон его поставит нахального инопланетянина на место, но тот нисколько не смутился.

— А слово «технократ» современной молодёжи ничего не говорит, — проворчал инопланетный гость, взмахнув руками, как дирижёр.

— Мы собирались пожениться, — неожиданно для самого себя выговорил Штефан.

Лицо Вероники возникло перед ним, как наяву. По-мальчишески худенькое, веснушчатое, со смешными завитками волос на затылке, которые он так любил целовать. Корабли эвакуационной службы принимали на борт только гражданское население и особо ценные кадры специалистов. Женщины и дети в первую очередь. Работники спецслужб и добровольцы срочной эвакуации не подлежали. Вероника осталась на планете.

— И что вам помешало? — равнодушно спросил гость. Вихрь от взмаха его ладоней распух, взбурлил мешаниной радужных клочьев, а глаз виртуального урагана стал стремительно увеличиваться в размерах.

— Теперь уже поздно.

— «Поздно, поздно! — кричал Вольф. Пена и кровь текли по его подбородку…» * — явно что-то цитируя, отозвался господин Праймус.

Он повёл руками, резко развёл их в стороны. Вслед за этим движением чёрное пятно в середине вихря взбурлило воронкой и превратилось в здоровенную дыру прямо посередине гостиничного номера.

— Стажёр, вы хотите спасти мир? — Праймус шагнул к бешено вращающемуся вихрю. Он обернулся к Штефану и протянул ему руку. Лицо консультанта, бледное, с растянутыми в усмешке губами, показалось Шугарту маской клоуна. Злобного клоуна, потешавшегося над всем, что было ему дорого.

— Вы просто шут! — яростно выкрикнул стажёр, шагнув вслед. — Фокусник с дорогим коммуникатором!

— Так сделайте что-нибудь сами, — насмешливо ответил гость, отступая всё дальше в темноту урагана. — Оправдайте деньги, которые ваше правительство заплатило за мой визит. Ведь это бюджет вашей планеты за целый год.

Штефан молча шагнул вслед за ним. Если это шутка, он заставит шутника о ней пожалеть.

Воронка пропустила его в себя и беззвучно чавкнула, захлопнув огромный рот за спиной стажёра. В полной тишине бешено вращались стены тоннеля, похожие на внутренности огромной мясорубки. В их глубине метались, вспыхивали и гасли жилы чёрных огненных разрядов. Стены дрожали и изгибались. Было темно, холодно и почему-то пахло ванилью.

Впереди в круге света маячила чёткая, словно вырезанная из листа чёрной бумаги, фигура инопланетного гостя.

Штефан поспешил за ним, но фигура во фраке всё отодвигалась, словно стажёр был быстроногим Ахиллесом, пытающимся догнать черепаху.

— Время! — гулко произнёс инопланетянин. Он остановился так резко, что стажёр едва не уткнулся ему в спину.

Господин Праймус выхватил из кармашка ручку с золотым пером, взмахнул ей жестом заправского дирижёра. Блеснуло золотое жало, всё в пятнах засохших чернил.

Шугарт поднял глаза. Тоннель кончился. Они стояли на краю бездонной пропасти. Вокруг, докуда хватало глаз, возвышались стены титанического сооружения — не то цирка, не то кратера невообразимо огромного вулкана.

Каменные, бурые, все в потёках застывшей лавы, стены поднимались вверх, образуя гигантские ступени. На ступенях сидели твари, не виданные стажёром даже в страшном сне. Из множества отверстий, испятнавших камень, словно червивое яблоко, смотрели их круглые зелёные глаза. Чёрные и блестящие, как антрацит, существа сплошь облепили все склоны, выглядывали из нор, и от этого казалось, что каменные уступы шевелятся, как живые.

— Что это? — севшим голосом спросил Шугарт.

Господин Праймус повёл пером, и воздух перед ним замерцал золотыми искрами. Стены циклопической пещеры посветлели, а глаза тварей зажглись демоническим огнём.

— Это ваша планета. Её внутренний мир. Отражение её изнанки.

Плавающие в воздухе золотые огоньки собрались вместе, опустились к краю обрыва и сложились в изящную лесенку. Ажурные ступени проворной улиткой раскрутились вниз, в черноту пропасти.

Сквозь мерцающие планки лестницы Штефан видел торчащие вверх каменные клыки на уступах террас далеко внизу. Если упасть, умрёшь от страха прежде, чем долетишь до них.

Господин Праймус поддёрнул рукава фрака. Сверкнули бриллиантовые запонки.

— На что вы готовы ради любимой девушки, Штефан? Вы готовы умереть для неё?

— Прямо сейчас? — слабо отозвался тот.

— А когда вы собирались это сделать?

Шугарт собрался дать достойный ответ, но не успел. Лестница дрогнула и прогнулась, как бумажная. Что-то тяжёлое взбиралось к ним наверх, скрипя ступенями и посвистывая дыханием.

Из чернильной мглы пещерной ямы медленно возникла голова на вытянутой шее. Шея стала удлиняться, извиваясь по-змеиному. Мигнули и уставились на двух людей выпуклые глаза с квадратным зрачком. Лестница продолжала скрипеть. Очевидно, тварь всё ещё поднималась.

— Это же гнустис, только громадный, — пробормотал стажёр, глядя, как за ступеньку у самых ног Праймуса цепляется когтистая лапа с четырьмя пальцами. — Не могли они так вырасти!

— Вы веками откладывали решение проблемы, — сухо сказал Праймус. — Экономили на науке, тратили средства на строительство дворцов и памятников. Оттягивали до последнего, пока эти существа, которых ещё несколько столетий назад можно было успокоить, не проели всю вашу планету изнутри. И вот, когда проблема наконец занялась вами, вы зовёте на помощь нас, технократов. Вам легче заплатить мне, чем спасти население от эмиграции на задворки вселенной.

— Это неправда! — стажёр не находил слов. — Всё было не так!

Огромное, антрацитово-чёрное существо, в котором Шугарт с трудом признал ту надоедливую, но не слишком опасную тварь, которых учёные называли гнустис, а прочие — просто землеедом, поднялось над краем каменного уступа по плечи. Показалось веретенообразное туловище, всё в иголках шипов и бугорках бородавок, больше всего похожее на чёрный тощий огурец с ножками.

Морда существа, короткая, тупая, как башмак, вдруг разошлась надвое, открыв ядовито-зелёную пасть. Раздалось шипение, словно прохудился огромный баллон с газом.

— Держитесь за меня, — резко сказал Праймус. — Не отпускайте ни в коем случае.

Шугарт ухватился за фалду его изящного фрака. Ему было безумно жаль, что он оставил свой пистолет на службе.

— Ваше оружие здесь бессильно, — угадал его мысль консультант. — Поздно. Вот теперь действительно поздно.

Тварь ступила на край уступа. Скрежетнули по камню жуткие когти. Похожая на чемодан угольная голова с разинутой бездонной пастью на мгновенье застыла, и метнулась вперёд, словно атакующая кобра.

В следующий миг стажёр почувствовал, что ноги его оторвались от земли. Желудок ухнул и провалился куда-то в пятки, судорожно сжатые пальцы рук онемели. Он открыл глаза и увидел, что продолжает цепляться за фалду фрака. А сам фрак вместе с его обладателем уже почти исчез в пасти чудовищной твари.

Существо мотнуло головой, краешек ткани едва не вырвался из пальцев стажёра. Тот попытался подтянуться на руках, отчаянно цепляясь за фалду, подошвы ботинок отчаянно скребли по камням.

Тварь рыгнула, пытаясь протолкнуть добычу в горло. Стажёр видел, как в глубине пасти блестит золотое перо чернильной ручки господина Праймуса. Между игольчатых зубов теперь торчали только ноги в изящных ботинках из кожи сирианского крокодила.

Потом голенастые ноги гигантского гнустиса разогнулись, как пружины, с треском расправились полупрозрачные крылья, и чудовищная тварь взвилась в воздух. Шугарт закричал, отчаянно цепляясь за фрак.

Раздался оглушительный шум — твари, что облепили стены пещеры, тучей взмывали вверх. Они вылетали из нор, валились с уступов, подпрыгивали с каменных террас.

Крик застрял у стажёра в горле. Вся эта шипящая, свистящая и шуршащая на лету масса неслась к своему громадному вождю, в зубах которого болтался, как тряпичная кукла, Штефан Шугарт.

Ткань фрака распалась под пальцами с еле слышным треском. Шугарта швырнуло куда-то вбок. Кувыркаясь в воздухе, он успел увидеть, как безумной петардой мечется под сводами циклопической пещеры неисчислимый рой чёрных крылатых существ.

***

— Цвир-цвир-р!

Шугарт открыл глаза. Крохотная птичка-колибри смотрела на него круглым блестящим глазом. Он вздрогнул и разжал пальцы. Кусок чёрной ткани выпал из его руки и спланировал на паркет. Чудный паркет полированного дуба в номере господина Праймуса Секундуса, почётного члена Астронавигаторского общества.

Шугарт огляделся. Вихрь, бушевавший посреди номера, исчез, воронка с чёрным глазом урагана пропала, словно её и не было.

Пошатываясь, стажёр шагнул к необъятному столу и опёрся о его край дрожащими руками. Открытый чемодан инопланетного гостя мягко светил шёлковой подкладкой.

Птичка пискнула, вспорхнула на крышку чемодана, спрыгнула внутрь, забралась в один из изящных кармашков, повозилась там, устраиваясь поудобней, и пропала. Шугарт заглянул в кармашек, но увидел там только старомодную булавку, вколотую в шёлк.

На столе рядом с чемоданом лежал листок бумаги. Стажёр взял его, и, как давеча Праймус, потянул за уголки. Ничего не произошло, листок вовсе не торопился превращаться в шикарный коммуникатор.

— Стажёр Шугарт! Доложите обстановку.

Штефан обернулся. Это был шеф. Он выглядел странно. Парадный мундир расстёгнут на груди, правый эполет съехал к самому уху, а значок выпускника лётной академии, которым шеф так дорожил, был вырван с мясом, и приколот на рукав вместо запонки.

— Докладываю, — Шугарт взял себя в руки, и даже попытался щёлкнуть каблуками. — Инопланетянин исчез вместе с созданным им порталом!

— Вольно, стажёр, — рыкнул шеф. Штефан с изумлением заметил на щеке начальства след от губной помады. Того самого, редкого цвета, которым пользовалась госпожа министр обороны. — Вы собираетесь прочесть это, или нет?

Он бросил взгляд на листок. На кремовой поверхности бумаги проступали строчки, написанные от руки.

— «Незамедлительно доставьте мои вещи на корабль, — прочёл стажёр вслух. — Булавку оставьте себе, как подарок на свадьбу. Спасибо не надо».

— Исполняйте, — велел шеф.

— А как же…

— Полчаса назад пришла информация: состояние недр стабилизировалось, — шеф потёр щёку, рассеянно оглядел след помады на пальцах. — Эвакуация приостановлена. Поезжайте в порт, стажёр. Выполняйте распоряжение.

***

Огромный зал космопорта был почти пуст. Стажёр с чемоданом в руке прошёл на посадочную площадку, где стоял элегантный корабль господина Праймуса.

Автоматически открылся технический люк. Шугарт поставил на высунувшуюся металлическую ладонь приёмника старомодный чемодан. Ладонь убралась внутрь, люк захлопнулся.

Стажёр отвернулся, и медленно двинулся обратно, в пока ещё пустынный зал космопорта. Табло над входом показывало, что пять часов личного времени Штефана Шугарта куда-то пропало, растворилось в чёрной дыре гостиничного номера, в существовании которой он уже начал сомневаться.

Что-то зашуршало в кармане, он вытащил скомканный листок и взглянул на него. Выписанные ровным почерком строчки последнего распоряжения господина Праймуса истаяли без следа. На кремовой поверхности листка осталось только одно слово: «Спасибо».

Шугарт обернулся. Над посадочной площадкой космопорта дрожало зыбкое зарево — след стартовавшего корабля.

* А. Толстой, «Гиперболоид инженера Гарина