Серебристый Дракон

Глава 1

Меня зовут Анна. Я живу на улице Степной, это единственная улица в нашем посёлке. Она начинается у облупившегося памятника Ленина, проходит мимо десятка низеньких домов постепенно теряясь среди пожелтевшей травы. За нашим посёлком нет других поселений, дальше простирается только дикая степь, волнующаяся под ветром, похожая, наверное, на море из книжек. Где-то очень далеко она встречается с тёмными пиками гор, которые в ясные дни, свободные от пыли кажутся парящими над самым горизонтом.

Бабушка рассказывала, что когда-то наш народ не знал домов и заборов. И мы никогда не задерживались на одном месте, но потом пришли другие времена. Люди стали строить дома, пахать землю и забывать старые дороги, по которым двигались их предки.

Я младшая у нас в семье, и поэтому свободного времени у меня немного больше, чем у остальных. Иногда я выхожу за двор и долго смотрю на степь, наблюдая, как ветер перекатывает волны высокой травы, а иногда просто сижу на крыльце и слушаю, как стрекочут насекомые где-то в траве.

Мой старший брат, самый умный человек в нашей семье. Я пока ещё не хожу в школу, а он уже заканчивает её. Учителя часто хвалят его, а соседи говорят, что однажды он непременно уедет учиться в большой город. Он знает множество вещей, названия которых я даже не могу запомнить.

Иногда брат приносит домой книги. Он берёт в школьной библиотеке. Большинство этих книг кажутся мне скучными в них много цифр и незнакомых слов. Но встречаются и другие. В них рассказывается о далёких странах, о густых лесах и о городах, настолько больших, что в них живёт больше людей, чем во всех окрестных посёлках.

Больше всего мне нравятся книги о море. Я никогда его не видела, но почему-то мне кажется, что оно чем-то похоже на нашу степь. Оно такое же бескрайнее и такое же неподвижное. Только вместо колыхающийся травы по нему бегут волны. Я подолгу рассматриваю рисунки огромных кораблей с высокими мачтами и белыми парусами и представляю, как они уходят за горизонт, туда, где начинается неизвестный мир. Иногда мне кажется, что стоит лишь достаточно долго смотреть вдаль, и среди дрожащего марева над степью покажется такой же корабль, только плывущий не по воде, а по золотым волнам иссохшей травы.

Однажды, старший брат принёс книжку «Мифы народов Китая». Я никогда прежде не слышала о Китае. Само это слово казалось мне далёким и загадочным, словно принадлежало не настоящему миру, а одной из сказок.

С первых страниц рассказывалось о древних императорах, бессмертных мудрецах, драконах, которые жили в облаках и повелевали дождями, о горах, уходящих вершинами выше небес, и о реках, что текли с самого начала времён. Мне особенно запомнились драконы, что-то в них завораживало.

Я рассматривала не только драконов, но и горы, окутанные облаками. Они были похожи на те далёкие вершины, что иногда появлялись на горизонте за нашей степью. Конечно, наши горы выше и темнее, но если долго смотреть на них перед самым закатом, они тоже начинали казаться ненастоящими, словно висели между землёй и небом.

Иногда, светлыми лунными ночью, когда все спят. Я выхожу на улицу, мне нравится слушать ночных сверчков, сидя на крыльце, но бывает я выхожу и за двор и смотрю на степь.

Обычно ночью там ничего не видно. Темнота становится такой густой, что кажется, будто за последними домами заканчивается земля и начинается густое чёрное ничего. Но при яркой луне степь видна почти так же хорошо, как днём, а некоторые вещи даже лучше, как те блюдца, что скачут по небосводу.

Я никогда не спрашивала о них у родственников. Мне казалось, что это что-то обыкновенное, как трава, сверчки или горы. Иногда блюдца двигались медленно, иногда внезапно срывались с места и исчезали среди звёзд. А бывало, что одно из них останавливалось прямо над нашим посёлком.

Блюдце висело высоко над степью, большое и совершенно круглое. Оно не издавало ни звука, только по его краям перебегали тусклые огоньки белые, голубые и иногда красные, и зелёные. Я долго смотрела на него, и мне начинало казаться, что оно что-то хочет от меня.

Иногда блюдце приближалось. Тогда воздух вокруг становился холоднее, будто оно забирало немногое ночное тепло себе. Волосы поднимались у меня на голове, а на языке появлялся металлический привкус.

После прочтения книги о Китае я задумалась: а может быть, эти блюдца и есть драконы?

В книге говорилось, что драконы умеют менять облик, скрываться в облаках и подниматься выше самых высоких гор. Они повелевают ветрами и дождями, а иногда спускаются к людям, чтобы передать им предупреждение или открыть тайну. Возможно, это были те же огни что видела и я, но их называли их драконами, потому что не знали другого слова. Или, наоборот, мы теперь называем их блюдцами, потому что разучились видеть драконов.

С тех пор, когда над степью появлялся круглый свет, я представляла, что внутри серебристой оболочки свернулось огромное длинное тело, покрытое блестящей чешуёй. Что там, за гладкими стенами, медленно открываются глубокие глаза и шевелятся тонкие усы. Дракон прячется в странной скорлупе, чтобы люди не испугались его настоящего облика.

Однажды я подняла руку и помахала ему. Огоньки по краям вспыхнули один за другим. Я не знала, было ли это ответом, но на всякий случай помахала ещё раз.

Тогда из середины блюдца протянулся тонкий луч света. Он остановился рядом со мной, коснувшись пыльной дороги, и на земле появилось круглое светлое пятно. В нём были видны мелкие камни и сухие стебли травы.

Я шагнула ближе к свету. Луч передвинулся немного в сторону и я пошла за ним.

Так мы дошли почти до конца улицы, туда, где последние дома становились совсем низкими, а дорога терялась среди жёлтой травы. Дальше начиналась степь. Тогда луч погас.

Блюдце всё ещё висело надо мной, но теперь его огоньки светились слабее. Я подумала, что оно передумало или просто хотело показать мне дорогу.

Вдруг в конце улицы начала появляться лестница, будто сотканная из света и серебра. Она протянулась от самой земли до блюдца, а от блюдца обратно к земле.

Казалось, лестница приглашала меня подняться.

Я огляделась. В посёлке всё было тихо. В домах никто не зажигал свет, за заборами не лаяли собаки.

Я подошла ближе и осторожно коснулась первой ступени ногой. Она оказалась твёрдой, хотя сквозь неё я видела землю. От неё шёл холод. Я немного подождала, но ничего не произошло. Тогда я встала на неё обеими ногами.

Над головой сразу вспыхнули огоньки. Они несколько раз обежали блюдце по кругу, словно заметили меня. Я поднялась на следующую ступень, потом ещё на одну.

Мне было страшно смотреть вниз, но всё равно хотелось узнать, какой наша улица кажется сверху. Я обернулась и увидела крыши домов, дворы и памятник Ленину. С высоты он выглядел совсем маленьким и уже не казался настолько важным, как внизу. Я продолжала подниматься.

Скоро последние дома остались далеко внизу. За ними во все стороны тянулась степь. При свете луны степь ещё сильнее напоминала мне море. А наш посёлок был маленьким островом, о котором, наверное, никто кроме его жителей не знал.

Чем ближе я подходила к блюдцу, тем холоднее становился воздух, а металлический привкус во рту усилился. Теперь я заметила, что серебристая поверхность блюдца не была совсем гладкой. На ней виднелись небольшие пластины, наложенные одна на другую, как чешуя дракона.

Я осторожно провела ладонью по одной из пластин. Она была холодной, но под пальцами едва заметно дрогнула, словно блюдце оказалось живым и почувствовало моё прикосновение. На его поверхности появилась тонкая тёмная линия. Она стала шире, несколько пластин разошлись в стороны, и передо мной открылся проход. Изнутри лился слабый голубоватый свет. Я думала увидеть длинное тело дракона, свернувшееся под серебристой оболочкой, но за отверстием был только узкий коридор.

Я остановилась на последней ступени и посмотрела вниз. Наш посёлок отсюда казался совсем маленьким. Я с трудом различала дома и тонкую полоску улицы. Если бы кто-нибудь сейчас проснулся и вышел во двор, то всё равно не заметил бы меня. Я переступила через край прохода. Пол под ногами был гладким и немного тёплым. Внутри не было ни дверей, ни окон, ни ламп. Свет появлялся прямо из стен.

Коридор плавно изгибался, поэтому я не видела, куда он ведёт. Блюдце казалось небольшим, когда я смотрела на него с земли, но внутри оно было огромным. Может быть, свет обманывал меня или я просто плохо умела определять размеры предметов, находившихся высоко в небе.

Через несколько шагов я услышала тихий гул. Иногда к нему примешивался другой звук, будто кто-то очень большой медленно дышал за стенами. Коридор закончился круглой комнатой. Посреди неё лежало длинное серебристое тело. Оно несколько раз обвивало комнату и терялось где-то в темноте под потолком. Вдоль спины тянулся ряд тонких прозрачных пластин, светившихся голубым.

Я сразу поняла, что это дракон. Он оказался не совсем таким, как на рисунках в книге. У него не было ни крыльев, ни лап с длинными когтями, ни усов. Возможно, он прятал всё это под телом.

Пол под моими ногами сначала потемнел, а затем стал прозрачным как стекло. Под моими ногами появилась наша степь. Я разглядела горы, тонкие линии высохших рек и маленькие светлые точки поселений. Наш посёлок тоже был там, но таким крошечным, что я не смогла его найти.

Горы больше не казались высокими. Они лежали на краю земли маленькими неровными складками. Вскоре исчезла и сама земля. Вокруг осталось множество звёзд. Некоторые горели неподвижно, другие медленно плыли сквозь темноту.

Первая земля появилась среди больших белых облаков.

Под нами лежала зелёная степь. Она была похожа на нашу, только трава там ещё не успела пожелтеть. В ней росли красные и белые цветы, а ветер гнал к востоку длинные волны. На горизонте стояли горы, такие высокие, что облака задевали их вершины и разрывались на части.

Посреди степи возвышалось одинокое здание. Когда-то оно, наверное, было красивым. Перед входом сохранились белые колонны, широкие лестницы и остатки каменного портика. Теперь окна зияли пустотой, крыша провалилась, а по стенам ползли трещины.

На стенах ещё виднелись мозаики. Они изображали людей, машины и незнакомые созвездия. Некоторые звёзды были выложены красными кусочками, другие чёрными.

Рядом со зданием находились круглые озерца ртути. Они лежали среди цветов, похожие на большие зеркала. В них не отражалось небо. Серебряная поверхность показывала только траву и тех, кто подходил совсем близко.

Иногда возле руин появлялись странные жители. Одни выглядели как люди, другие были сделаны из тёмного металла или подвижной тени. Они неторопливо гуляли по степи, собирали камни и возвращались в пустое здание перед закатом. Мне показалось, что они жили здесь так долго, что уже не помнили, кто построил их дом.

Дракон называл это место Степью Оставшихся.

Дальше начинался Великий Лес.

Он был таким огромным, что его деревья закрывали землю от края до края. Их кроны срастались, образуя неровную зелёную поверхность. Среди дубов и тёмных елей лежали болота. По утрам над ними поднимался белый туман, а по вечерам вода становилась чёрной и блестящей, словно её покрывали маслом.

Маленькие круглые озёра прятались среди камышей и осоки. На их поверхности покачивались кувшинки, летали стрекозы и время от времени лопались тяжёлые пузыри. Дно нельзя было разглядеть даже там, где вода казалась мелкой.

Под болотами скрывались остатки старых городов. Из ила выступали верхушки башен, каменные лица и заржавевшие шпили.

По озерцам плавали маленькие лодки. В них сидели длинноухие жители леса, обмазанные пахучими мазями. Они забрасывали сети и доставали со дна вещи древних народов. Никто из них не знал, кому принадлежали найденные вещи. Чем глубже мы залетали в лес, тем тише он становился. В самой его середине не пели птицы и не квакали лягушки. Там стояли затопленные ворота, за которыми начиналась дорога в ещё более древнюю часть мира.

Мы не стали спускаться к ней.

Великий Лес отступил, и перед нами появилось Плато Тысячи. Его окружали голые каменистые равнины, над которыми постоянно висела жёлтая пыль. В середине плато возвышался Сан’яосай.

Сначала я приняла его за гору. Потом увидела на склонах ровные ряды окон, мосты и башни. Весь город был одной огромной крепостью. Нижние его стены уходили глубоко под землю, а верхние терялись среди облаков.

На верхнем ярусе стояли храмы и жилые дома. Там находились сады с низкими деревьями, библиотеки и красочные площади. Между башнями висели мосты, по которым двигались бесконечные толпы людей. Жителей было так много, что я не смогла представить их всех одновременно.

Средний ярус казался темнее. Над мастерскими поднимался дым, в узких галереях горели красные фонари, а рынки располагались прямо на переходах. По служебным дорогам двигались странные металлические существа. Некоторые были похожи на людей, другие состояли из колёс, рук и больших блестящих глаз.

Нижние уровни города не освещались. Там тянулись машинные залы, шахты и тоннели. На стенах сохранялись надписи, составленные из повторяющихся фигур. Они напоминали одновременно буквы и узоры. Иногда эти знаки менялись, когда рядом проходили люди, словно древняя крепость продолжала следить за своими новыми обитателями.

Под всеми ярусами находился зал. В нём на каменном троне спал великан. Рядом с ним сидело странное существо, похожее одновременно на человека, машину и зверя. Это был настоящий король этих земель.

Следующей была красная земля Тотлана.

Она лежала под ярким белым солнцем. Между невысокими горами простирались поля, сады и каналы. Вода в них казалась зеленоватой, а берега были выложены чёрным камнем. Над городами поднимались ступенчатые храмы, украшенные изображениями солнц, деревьев и пернатых змей.

На площадях горели большие чаши с огнём. Жрецы в длинных головных уборах поднимались по храмовым лестницам, а внизу шли рынки, праздники и торжественные шествия. Яркие ткани, золотые украшения и разноцветные перья делали толпу похожей на движущийся цветник.

На востоке начинался Уетлатль. Его жители носили светлые закрытые одежды и строили дома с узкими окнами. Их города были ниже тотланских, зато улицы тянулись ровно и далеко, а над крышами возвышались тонкие башни.

Между двумя землями стояли стены. Некоторые были сложены из камня, другие обозначались только рядами столбов.

За Тотланом лежало безжизненное плато.

Там не росла трава и не было деревьев. Серая земля тянулась до самого горизонта, покрытая инеем и мелкими острыми камнями. Над ней висели неподвижные звёзды, хотя солнце продолжало светить где-то далеко.

На плато встречались богатые шатры и опустошённые города. В одних шатрах горело тёмное пламя, в других белое. Их окружали одинаковые армии из всадников с огненными глазами. Издали армии казались разными, но сверху различались только цветом коней и знамён.

За городом начинались Великие Равнины, но и они оказались только частью дороги.

Эта дорога проходила через облако Оорта, огибала Объект Хога и поднималась к Кадату. Чёрная гора стояла среди звёзд. Её подножие терялось в космической пыли, а вершину окружали хороводы из ангелов. На самом верху виднелись тёплые золотые огни, словно там находился чей-то дом.

Кадат казался мне похожим на наши далёкие горы. Только наши вершины скрывали облака и, возможно, море, а за этой горой не было ничего, кроме ещё более глубокой темноты.

После Кадата мы долго летели среди холодных маленьких миров.

На Ганимеде стояли пустые здания, оставшиеся от людей. Их залы были такими большими, что один стол мог тянуться несколько километров Другую планету, покрывали равнины замёрзшего газа. Посреди них возвышался одинокий дворец, словно имитирующий давно исчезнувшее здание. В его окнах не было света, но двери оставались открытыми, словно хозяева вышли совсем недавно.

Вокруг этих миров двигались огромные существа. Они состояли из метала, света и газа. Они существовали так долго, что постепенно забывали прежние тела и имена.

За этими мирами снова появилась степь.

Теперь я увидела под травой тонкие, почти незаметные дороги. Некоторые проходили мимо нашего посёлка и исчезали в горах. Другие тянулись к Великому Лесу, Сан’яосаю и холодным землям Кадата. Самые древние поднимались прямо в небо.

Внизу плыл белый корабль с высокими мачтами. Его паруса были наполнены ветром, которого я не чувствовала. Корабль двигался по золотой траве, не сминая её, и медленно уходил в сторону тёмных гор.

Я закрыла глаза, и корабль перестал видеться мне.

Некоторое время я ничего не слышала. Потом почувствовала под босыми ногами холодную твёрдую поверхность. В лицо мне дул знакомый степной ветер, пахнущий пылью и сухой травой.

Я находилась на крыльце, хотя не помнила, как спустилась с лестницы и вернулась через весь посёлок. Дверь оставалась приоткрытой, как в ту минуту, когда я вышла. За окном было темно. В доме по-прежнему все спали.