Schiz effect

Рассказ первый

Часть 1. Иден Прайм.

Миссия на Иден Прайм не сулила ничего хорошего и наверняка не должна была стать развлекательной прогулкой, учитывая задание, с которым нас отправили в колонию. Но я и подумать не мог о том, что мне придется столкнуться с гетами и полчищами искрящихся, как неоновая вывеска, безмозглых зомби, норовящих убить меня и моих напарников, во что бы то ни стало. В результате нападения из всех колонистов, некогда проживавших в этом поселении, и солдат, направленных охранять раскопки на его территории, не осталось ни одной живой души, только сержант Уильямс смогла уцелеть.

Я несколько воодушевился, когда нам все же удалось найти двух ученых, но радость моя довольно быстро сменилась скептическим настроем под влиянием неадекватных речей доктора Мануэля. Не то что бы я предпочел найти несчастного придурка мертвым, но его неконтролируемый спам угрозами наступления конца света очень скоро стал мне порядком надоедать.

— Разве видеть будущее — безумие? — молвил он, глядя на меня блеклыми глазками. — Видеть, что всех нас ждет гибель, понимать, что спасения нет, надежды нет. Я не сошел с ума. Я единственный, кто не сошел с ума!

— Простите его, он нездоров. Как говорится, гениальность и безумие — две стороны одной медали, — сказала доктор Уоррен, грустно улыбаясь. — После нападения я дала ему двойную дозу лекарства.

«Лучше заткни психопата, не то ему действительно не поздоровится», — пронеслось в голове. Мысль эта показалась мне столь заманчивой, что я не преминул немедленно воплотить ее в явь и с размаху — но несильно — ударил Мануэля по голове. Доктор испуганно вскрикнул и, закатив глаза, рухнул навзничь.

— Что вы наделали?! — воскликнула Уоррен, побагровев от злости, и склонилась над Мануэлем, чтобы убедиться, что с ним все в порядке.

— Ваше лекарство плохо действует, — ответил я, пожимая плечами.

Голос в голове, звучавший немногим раннее, злорадно захохотал, а где-то на задворках сознания раздалось недовольное цоканье. Я подумал, что это определенно странно и, возможно, ненормально, но не придал должного значения.

Часть 2. Маяк.

Протеанский артефакт стоял передо мной во всей своей таинственной и в чем-то даже мистической красе. Я разглядывал его, цепляясь взором за причудливые элементы орнамента и выступы. Какой цели он служил? Работает ли он до сих пор? Можно ли с его помощью захватить власть? Или хотя бы вызвать эскорт…

«Не время глазеть, Марк, вызывай "Нормандию"», — произнес властный женский голос, вызволивший меня из задумчивости.

— «Нормандия», маяк в безопасности. Просим немедленно эвакуировать нас, — отойдя в сторону, передал я по каналу связи и, получив ответ, обернулся. Эшли стояла возле маяка, напряженно высматривая в нем что-то.

«Пусть отвалит от него!» — прорычал мужской голос.

— Сержант Уильямс, отойдите от маяка немедленно! — скомандовал я, чувствуя нарастающий гнев. Эш послушно отступила назад.

— Капитан, когда его только раскопали, он не вел себя так. Возможно, его активировали, — сказала Эшли.

«Она права», — подтвердил женский голос.

«Откуда ты знаешь?» — спросил я мысленно самого себя и на миг задумался о том, что раньше у меня не было предрасположенности к диссоциации личности.

«Подойди к нему», — раздались одновременно оба голоса, но затем только женский добавил с доброжелательной интонацией: «Все будет хорошо, Марк».

Не отдавая себе отчета в совершаемых действиях, я приблизился к маяку, как мне велели.

— Капитан, я не уверен, что стоит подходить ближе, — сказал Кайден.

— Все в порядке, — бросил я в ответ, убежденный, что это действительно так, но прежде чем я сделал еще один шаг, неведомая сила сжала меня в стальных тисках, не давая ни единой возможности пошевелить даже пальцем, и подняла над землей. Я поддался страху на мгновение, я не ожидал, что произойдет нечто подобное, но постарался взять себя в руки и справиться с эмоциями. Однако новое чувство объяло мой разум, и перед глазами возник отвратительный и устрашающий образ живых машин, уничтожающих все на своем пути — планета за планетой. Я ощутил закрадывающийся в каждую клетку моего мозга ужас миллиардов существ, стоящих на пороге неминуемой гибели, я ощутил их беспомощность, их гнев, их стремление выжить любой ценой. Я почувствовал собственной кожей холод черного космоса, из которого прибыли эти твари, в одно мгновение я пережил бессчетное количество смертей от их механических щупалец, и каждый раз это чувство оставляло болезненный след в моем сознании.

— Эш-ли — промолвил я осипшим голосом, с трудом сопротивляясь видению. — Кор…

— Капитан! — Сержант бросилась было мне на выручку, но Кайден не позволил ей приблизиться, уверяя, что это опасно. — Капитан, говорите, я слышу вас!

— Дай-те… мне… попкорн…

Маяк светился, словно новогодняя ёлка, и я почувствовал жар, исходящий от него. Напряжение росло, и дольше работать он не мог. Раздался взрыв, и меня отбросило в сторону, словно тряпичную куклу. Наступила звенящая тишина.

Часть 3. Лазарет.

— Наконец-то он очнулся.

— Марк, ты в порядке?

— Конечно, он в порядке, женщина!

— Он наверняка не в порядке, Джон. Ты прекрасно знаешь, что мы пережили в момент использования маяка.

— Лично я был взбешен фактом того, что эта Эшли Уильямс, — мужчина выделил имя Эш пренебрежительным тоном, — лезет туда, куда ей не положено, и что из-за нее маяк был уничтожен.

— Он был уничтожен по нашей вине, Джон. Ни Кайден, ни Эшли к этому не причастны. Протеанский маяк не рассчитан на использование человеческой расой.

— Молчать! — гаркнул я, резко садясь в постели и хватаясь за голову, и осознавая, что услышанный мной диалог звучал только в моей голове, так как я был совершенно один в помещении. — Всем молчать! Что это? Что со мной происходит?

— Успокойся, Марк, сейчас я все объясню. Дыши спокойно, не нервничай.

— Ты солдат или нянька в детском садике? Шепард мужик, в конце концов, он способен взять себя в руки и без твоих сопливых советов.

— Кто вы такие? — спросил я и, беспокоясь, что кто-то услышит, как я говорю сам с собой, добавил шепотом: — Откуда вы взялись?

— Я Джейн Шепард, твоя… альтер-версия, я полагаю.

— Капитан Джон Шепард, капитан. Твоя адекватная альтер-версия.

— Да уж, много адекватности в том, чтобы заставлять кого-то бить людей по лицу, Джон! — возмутилась Джейн.

— Это только начало, детка, — ответил тот и рассмеялся, на что женщина раздраженно цокнула.

— Откуда вы взялись, черт вас подери? — повторил я свой вопрос.

— Мы сами не знаем, Марк. Я думала, что для меня все кончено, когда я…

— …уничтожил Их, — договорил фразу Джон.

— Стала Катализатором, — поправила Джейн с учтивостью в интонации.

— Ушам своим не верю! Ты решила, что контролировать Их — разумное решение? В каком же дерьме должна быть твоя вселенная, если ты пошла на поводу у Призрака?

— Уничтожение не выход, Джон! Ты… мы же и сами часть этого, забыл?

— Какая теперь разница? — произнес Джон рассерженно. — Все было тщетно.

— Да, увы, мы снова в самом начале, — согласилась женщина.

— Та-а-ак, кажется, мне пора брать отпуск, — произнес я мысли вслух и встал с кушетки, чтобы размять ноги.

— Я понимаю, насколько все это парадоксально, Марк, но ты должен нам поверить, — вкрадчивым тоном ласкала слух Джейн.

— Действительно парадоксально то, что Шепард — женщина, — сказал Джон.

— Оставьте меня в покое! — закричал я, не в силах больше терпеть устроенный балаган. Как раз в этот момент в медотсек зашла доктор Чаквас, принявшая мои слова на свой счет. Она подняла на меня полный удивления и непонимания взгляд, но я не смог найти в себе силы поведать ей о той чертовщине, что творилась у меня в голове, и потому лишь спешно выскочил из лазарета, представляя себе всю нелепость ситуации и пытаясь скрыть раскрасневшееся от ярости и стыда лицо.

Часть 4. Первое слушание.

— А это, должно быть, протеже Андерсона, капитан Шепард? Человек, приложивший все усилия, чтобы уничтожить протеанский маяк. — Сарен был до скрипа зубов уверен в своей недосягаемости. Он фривольно оскорблял меня и человечество в целом, зная, что никто не заступится.

«О, Марк, если бы я мог показать тебе, как сочно разлетелась, словно спелый фрукт, его голова. Прямо здесь, Марк, прямо на этом самом месте. Можешь ли ты представить себе, как чертовски приятно спустя многие месяцы охоты за кем-то видеть, как он умирает от твоих рук?» — говорил Джон. Голос его звучал благоговейно, и мне казалось, что он даже причмокнул в конце, очередной раз упоминая образы разбросанных по Залу Совета мозгов турианца.

«Это омерзительно, Джон, — задыхаясь от возмущения, сказала Джейн. — Ты же знаешь, что он был марионеткой и не мог противиться воле Властелина. Но, тем не менее, внемля голосу разума, нашел в себе силы покончить с этим».

«О чем ты говоришь, женщина?» — удивился Джон.

«Вам есть, что сказать по существу, тараканы?» — поинтересовался я мысленно.

«Нам жизненно необходима поддержка совета в этом вопросе. Заступись за человечество и укажи советникам на то, что Сарен презирает его, и этим презрением пронизано всё: его поведение, манера речи. Это наверняка заставит их задуматься о сущности Сарена», — предложила Джейн.

«Забей, капитан, как только мы достанем доказательство его связи с гетами, все само разрешится, а ты станешь СпеКТРом», — сказал Джон таким тоном, что я явственно представил, как он ухмыляется.

В том, что Совет внемлет моим словам, если я последую совету Джейн, я сильно сомневался. Потому вариант Джона мне нравился больше хотя бы потому, что мне не придется напрягать голосовые связки в словестной перепалке с турианским гадёнышем.

— Сейчас у нас недостаточно достоверных доказательств того, что Сарен причастен к происшествию на Иден Прайм и убийству Найлуса, — заговорил я, перебивая посла, пытавшегося своей силой убеждения донести до совета, что Сарен тот еще подонок. — Но уверяю вас, я найду их, чего бы мне это ни стоило. — Я старался придать голосу как можно больше твердости, будто бы я видел наяву красочные образы, которые так увлеченно описывал Джон, и даже лично нажимал курок пистолета, из которого была выпущена пуля, разорвавшая череп турианца на осколки.

Эффект меня удовлетворил. Казалось, даже Артериус нервно моргнул, поддавшись моей не меньшей, чем у него, самоуверенности.

— Вам есть, э-э-э, что еще добавить, посол Удина? — задал вопрос саларианский советник.

— Нет, советник Валерн, — ответил Удина, злобно глядя на Шепарда, испортившего ему звездный час.

Часть 5. СпеКТР.

Вот он сладкий миг. До чего смехотворны вытянутые от изумления лица советников, слушающих запись голоса Сарена. Если бы они только знали, что их ждет еще немало шокирующих известий о Властелине, Торианине, Протожнеце, Левиафане, грядущей войне… Я и сам еще не до конца осознал все, что мне накануне поведали мои альтер-версии. Однако в глубине души я понимал, что это не вымысел, и заваренную кашу придется расхлебывать мне одному.

Тем не менее, сложно представить более значительную власть, чем власть знаний. Я знаю все наперед, я могу предвосхитить гибель миллиардов людей и инопланетян, сделав всего одно верное решение прямо сейчас. У меня есть опыт двух совершенно непохожих друг на друга лидеров и осведомленность в тех событиях, которые еще не произошли, но уже заложены в основу моих собственных великих свершений. Я думал, что сошел с ума, но теперь я понимаю, что голоса в моей голове не безумие, но просветление, дающее мне и всей вселенной еще один шанс на совершенное будущее.

Я был крайне взбудоражен мыслью о том, сколько всего мне придется пережить на собственной шкуре, смаковал каждую историю и каждое действие других моих Я, рознившихся по характеру, убеждениям — во всем, кроме одного: они не были мной.

«Святые подштанники яга! Шепард, перестань думать таким образом. Меня это пугает», — осторожно вставил реплику Джон.

«Будет нехорошо, если из-за нас ты потеряешь рассудок», — добавила Джейн.

«Женщина, это была твоя идея выдать ему сразу все на блюдечке с голубой каемочкой», — рассердился Джон.

«Прекратите ругань, я из-за вас не слышу Спаратуса», — подумал я со злостью и нахмурился.

«Кто такой Спаратус?» — спросил озадаченный Джон.

«Советник турианцев, невежда», — ответила Джейн.

«Тю, нашел, кого слушать».

Между тем спор Удины и советников переходил от глобальных, но доселе подернутых пеленой неизвестности домыслов о том, для чего Сарену нужен Канал, к реальным фактам: Сарен предатель и его необходимо найти и устранить.

— Думается, я уже доказал, что достоин звания СпеКТРа, уважаемые советники, — сказал я, делая шаг вперед. — Так к чему нам флотилия, когда я один способен выследить и поймать Сарена для свершения правосудия?

С балконов, окружавших Зал Совета, донесся не то восхищенный, не то возмущенный ропот. Быть может, и то, и другое. Советники многозначительно переглянулись и смерили меня взглядом, который я расценил бы как одобрительный.

Отметив что-то на панели, стоящей перед ней, советник-азари сказала:

— Решением Совета вы наделяетесь всеми полномочиями и привилегиями члена Специального Корпуса Тактической Разведки Цитадели. СпеКТРы — это идеал, это символ; воплощение смелости, целеустремленности…

«Как приятно услышать это вновь! Такая честь, Марк, такая честь!» — самозабвенно шептала Джейн, внемля помпезным речам Тевос.

«Какая скука», — буркнул Джон, из-за чего был удостоен быть названным нелитературным выражением.

— Мы посылаем вас в Траверс за Сареном. Он скрывается от правосудия, и вы, капитан, вольны использовать все средства для его ареста и устранения. Доступные нам сведения о предполагаемом месте нахождения Сарена мы вышлем послу Удине. На этом заседание Совета объявляется закрытым.

Интерлюдия 1.

Мако быстро и гладко мчался по пустынной планете; практически лишенная гор, она вся лежала под лучами местной звезды, освещенная ее голубоватым светом. Я и мои компаньоны наслаждались поездкой, ведь редко когда выдавалась возможность оказаться в тихом и мирном крае, наполненном спокойствием.

Вездеход легонько тряхнуло, и Гаррус недовольно хмыкнул.

— Не нравится тряска? Ну-с, бывало и хуже, — сказал я, улыбаясь. — Недолго осталось, судя по карте, мы в нескольких километрах от источника аномальных сигналов.

— Дело вовсе не в комфортабельности поездки, капитан. Не похоже, чтобы вездеход трясло от неровностей поверхности земли.

— А от чего же еще его может трясти? — поинтересовался я. — Данных о землетрясениях на этой планете нет.

Мако вдруг приподнялся с одного бока на пару футов и снова опустился, хотя до этого я видел, что дорога впереди совершенно ровная.

— Капитан, вы знаете, я заметил такую особенность, что довольно часто на таких вот равнинах может обитать одно очень опасное существо, — вполголоса проговорил Гаррус, будто боялся, что это самое существо его услышит.

— Это какое? — переспросил я, не совсем понимая, к чему клонит турианец.

Вдруг прямо перед Мако земля встала на дыбы, и из нее вырвалось массивное и бугристое коричнево-зеленое туловище чудовища со множеством щупалец по краю огромного сочащегося ядом отверстия на конце его тела. Существо отклонилось назад, а затем плюнуло сгустком темно-зеленой мутной слизи в вездеход, который едва успел увернуться от атаки. В ответ Мако выстрелил из крупнокалиберной пушки и попал молотильщику в пасть. Издав оглушительный рев, хищник ринулся обратно в подземный тоннель.

— БЫСТРЕЕ ШЕПАРД! ТЫ МОЖЕШЬ ЕХАТЬ БЫСТРЕЕ?! — кричал без умолку Гаррус, дергая водительское кресло.

— Я слишком молода, чтобы умереть, слишком молода, — повторяла, как заведенная, Лиара, прячась под сидением.

Спустя два часа земного времени я стоял на пригорке у равнины, которая встретила нас распростертыми объятиями щупалец, и нервно курил неизвестно откуда взявшиеся в бардачке Мако сигареты. Гаррус и Лиара лежали тут же прямо на земле и все еще пытались удостовериться в том, что они живы, щупая выступающие части тела на предмет целостности.

— В следующий раз, Гаррус, говори мне сразу, если у тебя появляются какие-либо подозрения на счет молотильщиков.

— В следующий раз я останусь на «Нормандии», капитан.

Часть 6. Надежда Чжу.

Трехмерные изображения галактик в системе Беты Аттики приковали к себе мой задумчивый взгляд. Я слишком хорошо знал, что меня ждет на Феросе и что «срезать» путь к Торианину невозможно, не оставив за собой множество невинных жертв. В мыслях роились бесчисленные идеи, в том числе не принадлежавшие мне, но ни одна из них не удовлетворяла моему желанию сделать все быстро, легко и без потерь среди колонистов.

— Тебе не кажется, что миссия на Феросе не должна быть легкой? — поинтересовалась Джейн.

— Но она и не должна быть тяжелой только потому, что вам обоим пришлось сделать немало лишних действий, тогда как решение находилось в буквальном смысле под вашими ногами, — ответил я шепотом, чтобы никто из подчиненных не мог меня слышать.

— Я полностью поддерживаю тебя в том, что задачу следует упрощать, если известно, как это сделать, — сказал Джон. — Но это не тот случай. Тебе придется идти с боем против колонистов, чтобы добраться до Торианина.

— Я же сказал, что не стану жертвовать людьми.

— Тогда это бесполезно, капитан, ты просто тянешь варрена за яйца. Будет у тебя еще шанс показать, насколько ты крут, но не сегодня.

Проблема состояла в том, что мне необходимо было выбить гетов из штаба «Экзо-гени» и заполучить гранаты с нейтрализующим газом, чтобы обезвредить колонистов. Если бы только голоса в моей голове имели плоть и кровь, чтобы я мог их послать вместо себя…

— Это мы еще посмотрим, — ответил я, смакуя пришедшую мне на ум идею.

Высадившись в порту Надежды Чжу вместе с несколькими напарниками, я направился прямиком к Фай Даню, чтобы сделать вид, будто бы я ничего не знаю о причине, по которой геты напали на колонию, а в это время мои компаньоны разбрелись внутри поселения на указанные мной точки.

— Так вы действительно понятия не имеете, что гетам понадобилось на Феросе? — интересовался я, широко улыбаясь и глядя Фай Даню в глаза. Он хмурился и не спешил отвечать. Похоже, до него начало доходить, что я в курсе существования Торианина.

— Я не понимаю, на что вы намекаете, капитан.

— Не понимаете? — удивился я и, задумчиво побарабанив пальцами по экрану шлема, который держал в руках, спросил по внутренней связи: — Вы на позициях?

«Так точно, капитан!» — донесся из динамика голос Тали, ей вторили Гаррус, Лиара и Эш.

— Действуйте по сигналу.

— Что происходит? Объяснитесь немедленно, капитан! — Лидер колонистов заметно нервничал, стоявшая возле него Арселия потянулась к пистолету, но остановилась на половине пути по знаку старосты. — Пожалуйста, капитан, я не хочу вредить вам.

— Аналогично, — ответил я и надел шлем. — Активируйте!

От внезапно возникшего писка у меня едва не свернулись в трубочку уши, а Фай Дань и Арселия лишились чувств, не успев ничего понять, и рухнули на землю. К счастью, действие ультразвука продлилось считанные секунды, этого было достаточно, чтобы нейтрализовать колонистов, которые могли бы помешать мне проникнуть в подземные сооружения поселения.

— Группа «Тесак», сбор у панели управления краном; «Щит», позаботьтесь, чтобы колонисты не очнулись до того, как мы обезвредим цель; «Молот», направляйтесь к шоссе. Имейте в виду, что там тоже могут быть колонисты. Всех выживших в штабе «Экзо-гени» взять под арест. Как слышно, прием?

— Выдвигаемся, капитан. Конец связи, — ответила Эшли, которую я назначил командиром группы «Молот». Я не сомневался, что все пойдет по плану, ведь с ней я отправил Рекса, Гарруса и еще нескольких хороших бойцов, служащих на борту «Нормандии». Они не могли не справиться с поставленной задачей. Я же направлялся к Торианину в компании кварианки и азари.

Часть 7. Отчет.

Бледные голограммы советников озаряли собой зал для совещаний. Уставший и изможденный после борьбы с Торианином и получения Шифра я хотел отчитаться как можно скорее и отдохнуть перед выполнением очередной задачи.

— Корпорация «Экзо-гени» должна была поставить нас в известность о существовании Торианина. Несомненно, это сделало бы вашу задачу проще. Однако, судя по тому, что нам сообщили, вы знали о нем, не так ли, капитан?

— Я приказал просканировать Ферос до посадки на планету «Нормандии», и в ходе этой процедуры была обнаружена неидентифицированная сигнатура, источник которой находился под поселением. Это показалось мне подозрительным, и когда я удостоверился, что в отчете, выданном корпорацией, нет упоминаний о каких-либо подземных сооружениях, то решил разработать план действий на случай, если найденный источник окажется угрозой для колонистов или группы высадки. Я не предполагал, что все обернется таким образом.

Конечно, я не стал говорить об истинном положении дел, советники не поверили бы мне, хоть моим словам было достаточно доказательств, или же вовсе посчитали бы меня безумным. Впрочем, «Нормандия» действительно сканировала Ферос и обнаружила Торианина. Этот ход был сделан мной для того, чтобы убедить команду, что мы собираемся оглушить колонистов не из моей злорадной прихоти, а из-за реальной необходимости этого.

— У вас отличная интуиция, капитан, — заметил Спаратус с недоверием. — Но разве обязательно было при этом уничтожать Торианина? Сведения, которые он мог предоставить, колоссальны, и теперь они пропали втуне.

— Мне жаль, но иначе я поступить не мог, — ответил я и добавил вполголоса: — Хотя определенно хотел бы иметь армию сексуальных овощей-азари.

— Вы что-то сказали? — переспросила Тевос.

— Я сказал, что при всей выгоде изучение Торианина слишком опасно для того, кто стал бы этим заниматься. Сама природа Торианина в том, чтобы порабощать умы, и мы знаем, к чему это может привести.

— Тогда, быть может, вы сделали правильно, ликвидировав его, — сказала советник-азари и добавила, прежде чем выключить связь: — Берегите себя, капитан.

— У вас отличная интуиция, капитан, — передразнил Спаратуса Джон и рассмеялся. — У него бы рога отвалились, узнай он, откуда тебе действительно известно о Торианине.

— Это не рога, а гребни, Джон, — поправила Джейн.

— Чтоб ты провалилась, женщина, не перебивай меня!

— Я удивлен, что вы так скоро заговорили снова. Я уж думал, вы от досады навсегда исчезните из моей головы, — сказал я вполголоса и вздохнул. Меньше всего на свете сейчас мне хотелось слушать очередную перепалку моих личных советников.

— Твоя хитрость на Феросе действительно заслуживает похвалы, Марк, — сказала Джейн.

— Приберегите ваши хвалебные речи до того момента, когда я действительно начну взрывать и бомбардировать танцпол, — ответил я и улыбнулся.

Интерлюдия 2.

— Значит, Вакариан струсил? Хе-х, мне больше достанется, — сказал Рекс, когда мы грузили необходимые вещи и аппаратуру в Мако перед высадкой на очередной неисследованной планете.

— Я не горю желанием снова встретить молотильщика.

— Убить молотильщика трудно, но возможно. На Тучанке тот, кто смог убить молотильщика, становится легендой.

— И кто-то убивал? — поинтересовался я.

— Да, Шепард, я убивал, — ответил Рекс, скалясь.

— Я этого не знал. Я рад, что ты с нами, Рекс, — сказал я с энтузиазмом и, похлопав крогана по массивному плечу, сел за руль.

Вездеход трясло и шатало во все стороны, но, к счастью, не из-за того, что кто-то норовил вылезти из-под земли и сожрать Мако целиком. Все было куда тривиальнее, и от того мне стало даже как-то неловко, будто бы я обязан был спуститься именно на ту планету, где обитает молотильщик, чтобы дать Рексу шанс вдоволь насладиться риском лишиться жизни и угробить всех остальных.

— Стой! Шепард, останови это ржавое корыто! — вдруг взревел Рекс. Это было так неожиданно, что я нажал на тормоз слишком резко, и Тали, будучи не пристегнутой, ударилась экраном шлема о приборную панель. Пока я удостоверялся, что с ней и ее шлемом все в порядке, кроган вывалился из вездехода и направился размашистым шагом прочь.

— Рекс, постой, куда ты идешь? — крикнул я вслед компаньону, вылезая из Мако.

— Мне надоело трястись как пыжак в тесном ботинке!

— Ладно, хорошо, но я все равно не понял, куда ты направляешься?

— Иди за мной, хлюпик, и узнаешь, — ответил Рекс, доставая из-за широкой спины дробовик.

Когда я почти догнал его, раздался оглушительный выстрел, и навстречу мне из кустов выскочило маленькое существо, похожее на земную мартышку.

— С дороги! — крикнул Рекс, появляясь прямо передо мной. Я отпрыгнул в сторону, и кроган снова выстрелил, заливаясь громоподобным хохотом. Тело несчастной мартышки подбросило вверх и далеко вперед от мощного заряда, попавшего в нее.

— Зачем ты это сделал? — спросил я, кривясь от недовольства.

— Затем, что мне скучно, Шепард. Теперь мы можем ехать дальше, — ответил Рекс, направляясь обратно к Мако.

Часть 8. Станция «Расселина».

Капитан Вентралис встретил нас с оружием наготове, но затем опустил его, увидев, что перед ним отряд людей, а не рахни.

— Прошу прощения. Кто ж знает, что там на монорельсе, — сказал он вместо приветствия.

— Я понимаю вашу настороженность. Не думаю, конечно, что эти жуки умеют делать вкусный кофе, но монорельсом они наверняка могут управлять, — предположил я, ухмыляясь. Вентралис проигнорировал мою издевку.

— Они лезут из риск-лабораторий и конца им нет, мои люди уже несколько дней сидят на стимуляторах. Фактически, вы человек, и этого достаточно, чтобы не открывать по вам огонь. Но кто вы?

— Капитан Шепард, СпеКТР Совета. Доложите обстановку.

— Пришельцы захватили риск-лаборатории, оттуда выбрался только Хан Олар, да и тот не в себе, — ответил Вентралис. — Мы и глазом моргнуть не успели, а эти твари уже ломились на мой пост. Фактически, тогда нас было намного больше.

— Вам известно, что это за существа? — поинтересовался я, изображая неосведомленность.

— Мы не ученые, СпеКТР. Совет директоров прислал азари разобраться с ними, вчера она зашла в риск-лаборатории. Фактически, с тех пор ничего не известно.

— Полагаю, это Бенезия. Она все еще там?

— Назад она точно не выходила. Но одна азари вряд ли могла что-то сделать. Я дам вам ключ-карту, с ней вы сможете попасть в комплекс, а я своих людей на верную смерть посылать не стану. Надеюсь, вам это понятно?

— Несомненно. А что еще вы можете рассказать мне об этих пришельцах?

— Спросите Хан Олара. Фактически, он последний вышел из риск-лабораторий.

— И о Бенезии вам нечего мне сообщить? — задал я очередной вопрос с интонацией, которую Вентралис наверняка распознал как ироническую, но вида не подал.

— В общем и целом, мне известно только, что она влиятельная шишка. Я с ней не общался.

Я глубоко вздохнул и посмотрел на капитана Вентралиса с самой доброжелательной улыбкой, какую только умел показывать, чувствуя раздражение от того, что меня принимают за идиота.

— Поговорим начистоту, — предложил я, сложив руки на груди. — Мы оба знаем, что Бенезии нет в риск-лабораториях и что она дала вам приказ устранить меня, но я должен вас предупредить, что мне известно достаточно много для того, чтобы не быть заставленным врасплох. Мы поступим следующим образом: я беру вас и ваших людей под арест и обещаю, что никто при этом не пострадает, ну, а вы даете мне все необходимые пропуски, чтобы я мог беспрепятственно добраться до матриарха Бенезии.

— А вам не кажется, Шепард, что вы силитесь проглотить кусок, который встанет вам поперек горла? — спросил Вентралис, опуская руку к оружию. В тот же момент Эш направила на него дуло пистолета.

— Забавно, что вы так скоро поверили в мой блеф, — сказал я с усмешкой. — Собственно, это лишь подтверждает то, что вы работаете на Бенезию.

— Фактически, нас здесь намного больше, Шепард. Вам не выбраться со станции живыми.

— Фактически, капитан Вентралис, у меня самое мощное оружие и самая крепкая броня, которую вы себе только можете представить, потому что я СпеКТР, и могу позволить себе такую роскошь. Если вы окажите сопротивление, для меня и моего отряда это покажется тычком гнилой палкой. Прикажите своим людям сложить оружие.

Капитан посмотрел мне в глаза упрямо и с вызовом, словно надеялся просверлить в моем черепе сквозное отверстие. Другие охранники, находившиеся тут же, переводили взгляд с Вентралиса на моих людей и обратно, ожидая приказа. На посту их было меньше нас — трое против пятерых, но всего на станции было достаточно людей, чтобы попытаться убить нас. Я надеялся, что капитан не станет рисковать. От того, что каждый из нас потеряет людей, легче не будет, ведь кому-то следовало сдерживать рахни до тех пор, пока они не будут уничтожены полностью нейронной очисткой.

— Вентралис, не испытывайте мое терпение, — процедил я сквозь зубы. — Я здесь, чтобы помочь уладить проблему с рахни. У меня нет ни желания, ни времени разбираться с людьми Сарена, а ваши подчиненные измождены борьбой с жуками.

— Я с удовольствием убил бы вас, будь мы здесь один на один, СпеКТР, но сейчас я отвечаю не только за свою собственную жизнь, — ответил Вентралис и, медленно достав из-за пояса пистолет, передал его Лиаре. — Опустить оружие, — приказал он двум другим бойцам.

— Я рад, что вы сделали правильный выбор. Предлагаю вам и дальше сотрудничать со мной. Хотя бы до того момента, пока станция не будет избавлена от рахни.

— Согласен.

— Где Бенезия? — спросил я лишь для того, чтобы ненароком не посеять у своих компаньонов подозрение в том, что мне известно чрезмерно много.

— В изолированной лаборатории, — ответил Вентралис с явным неудовольствием.

— Где была раньше ваша сговорчивость, капитан? — спросил я, посмеиваясь. Никто не нашел мои слова забавными, так что пришлось снова стать серьезным. — Возьмите одного человека, и направляйтесь вместе с Рексом в риск-лаборатории. Я хочу, чтобы вы запустили нейронную очистку, о которой говорила Мира. Постарайтесь не раздражать Рекса, он этого не любит. — Кроган при этих словах злобно ухмыльнулся, отчего охранники нервно поежились. — Эшли, Гаррус, заблокируйте главный уровень до тех пор, пока я и Лиара не вернемся из лаборатории, никого не выпускать, даже если им очень сильно приспичит покататься на монорельсе в компании инопланетных жуков.

— Капитан, вы уверены, что вам не нужна помощь? — спросил Гаррус. — Речь идет о десантницах-азари и матриархе.

— Мы справимся, — ответил я и посмотрел на Лиару. Она казалась рассеянной, будто мысленно подбирала слова, с которыми встретит мать.

Часть 9. Изолированная лаборатория.

Бенезия была одна, но очевидно, что где-то неподалеку находились ее подручные, готовые в любой момент оказать ей поддержку. Я надеялся, что мне удастся этого избежать, однако мои советники убеждали меня, что сломить влияние Сарена на Бенезию не дано ни мне, ни Лиаре. Но я все же попытался, и первая попытка закончилась провалом.

Устранить десантниц-азари оказалось делом нелегким, поскольку пришлось переступать через себя и непреодолимое желание познакомиться с одной из них, но я справился с этой задачей. Когда же я добрался до матриарха, она выглядела ослабевшей, но, как и прежде, полной решимости служить Сарену. Однако в какой-то момент Бенезия смогла перебороть его власть над ее разумом, чтобы помочь мне и предоставить необходимую информацию о том, что искал Сарен. Я же собирался использовать этот момент иначе.

— Не тратьте силы попусту, Бенезия, — поспешил я сказать, прерывая матриарха на полуслове. — Если вы смогли выяснить местонахождение мю-ретранслятора у Царицы, то и я смогу. Сию минуту важно лишь то, что я хочу помочь вам избавиться от влияния Сарена.

— Вы знаете, как? — с изумлением спросила Бенезия, Лиара обратила на меня такой же удивленный взгляд, как и у матери, щеки ее посинели от волнения.

— Еще нет, но я полагаю, что есть способ вернуть тому, кто подвергся внушению Властелина, его собственную волю.

Матриарх покачала головой, на губах ее застыла печальная улыбка.

— Это невозможно, капитан, уже слишком поздно. Его шепот так сложно подавить… Я стараюсь, стараюсь изо всех сил, но это бесполезно.

— Пойдемте со мной. Мы исследуем это влияние, найдем способ заглушить его или изменить и тем самым ослабить его силу. Наверняка есть шанс спасти вас!

— Вы этого не знаете. Если вы неправы, то я погублю вас, как только Сарен снова завладеет моим разумом.

— Мы должны попытаться, — сказала Лиара. Бенезия обратила на нее полный сожаления и горечи взор.

— Прости, Крылышко, но я не могу. Я думала, что у меня хватит воли не поддаваться Сарену, но он сильнее, чем кто-либо другой. Так трудно бороться… Я не могу… Я никогда собой уже не буду.

Матриарх схватилась за голову и зарычала от напряжения, пытаясь вернуть себе быстро ускользающий, как вода сквозь пальцы, контроль.

— Я пытался избежать этого, Лиара, — обратился я шепотом к напарнице, видя, что действительно ничего нельзя поделать, — хотел использовать лишь как крайнюю меру. Похоже, что иного выбора у меня нет.

Азари зажала рот ладонью и вздрогнула от нахлынувшего отчаяния. Я снял с пояса пистолет и направил его на матриарха.

— Ты умрешь, — процедила сквозь зубы Бенезия и бросилась вперед, но ее действия предупредил выстрел. Две короткие иглы на закрученном спиралью проводе вцепились в ее грудь, и матриарх затряслась всем телом, дергая руками, словно в эпилептическом припадке. Когда я отпустил спусковой крючок, она замерла, закатила глаза и повалилась на пол ничком.

— Шепард, что вы сделали? — огрубевшим от волнения голосом спросила Лиара и прокашлялась, чтобы расслабить голосовые связки.

— Применил к вашей матушке пятьсот тысяч вольт, — ответил я, пожимая плечами. — А что, надо было убить ее?

— Ну, нет… конечно, нет. И что теперь с ней будет?

— Я уже забронировал ей место в психиатрической лечебнице на Палевене. Там о ней позаботятся.

— Но, Шепард, она не больна! — возмутилась азари.

— Вы полагаете? А как объяснить шепот, о котором она говорила, и внезапную перемену поведения, и желание убить нас? Я понимаю, вам сложно смириться с этим, но ваша мать шизофреничка, — сказал я, кладя руку на плечо ошеломленной Лиары, смотревшей на меня полными непонимания глазами. — Все будет хорошо. Надо только отволочь ее на «Нормандию», чтобы доктор Чаквас дала ей снотворное. Циклобарбитал, например. Отличная вещь, кстати. (прим. автора: наркотическое снотворное).

Оставив Лиару наедине с ее мыслями и лежащей в бессознательном состоянии Бенезией, я направился к Царице, чтобы обсудить наше с ней дальнейшее сотрудничество.

Интерлюдия 3.

Мако тяжело вздыхал и скрипел, когда я пытался проехать на нем поперек отвесной скалы. Эшли, сидевшая рядом, вцепилась мне в плечо и смотрела через небольшое окошко на открывавшийся из него вид: далеко внизу бурная река лизала серые камни, и воды ее были столь мутными, что даже у самой кромки берега нельзя было увидеть, насколько глубока эта река.

— Я сейчас чихну, — прогнусавил Кайден, зажимая нос рукой. Эшли медленно повернула голову в его сторону и, глядя на него с непроницаемым выражением лица и широко распахнутыми глазами, прошипела:

— Не смей.

Уильямс боялась, что любое движение может нарушить баланс, и тогда вездеход рухнет вниз столь стремительно, что она не успеет убить меня за криворукость.

— Но я больше не могу терпеть, ой, а-а-а… ых…

— Я вычленю имплантаты из твоей пустозвонной дурной башки голыми руками и засуну их тебе через глотку так далеко, что они будут звенеть у тебя в паху, пока ты барахтаешься внутри летящего вниз Мако и зовешь на помощь мамочку. Я достаточно ясно выразилась, лейтенант?

— Так точно, мэм, — ответил Кайден, обливаясь слезами.

Тут я не смог удержаться — уж слишком цветущая была планета, которую мы исследовали — и чихнул, ударившись при этом лбом о руль. Несколько минут Эш и Кайден молчали, косясь на меня, а когда я вырулил на горизонтальную поверхность, Уильямс схватила меня за шиворот, но, так и не успев ничего сказать, лишилась чувств. Кайден чихнул.

Часть 10. Вермайр.

Существует такая пословица: лишь двоим благородный уступает дорогу — Советнику и разъяренному крогану. Я знал, что наступит момент в моей нелегкой жизни, когда придется приложить все возможные и невозможные усилия для того, чтобы не пасть жертвой гнева Урднота Рекса. Но каждый шаг, сделанный мной в его сторону, становился все тяжелее, а количество мертвой рыбы в заливе росло. Казалось, дробовик Рекса аккумулировал его ярость и уничтожал всякое морское существо, находящееся поблизости, одним своим видом. Я вспомнил, как тело пыжака, застреленного Рексом во время недавней высадки на неисследованной планете, грациозно пролетело возле меня, как я вглядывался в скорченную гримасой боли мордашку, и представил, что на его месте могу оказаться я.

Голоса предательски молчали, предпочитая роль наблюдателей. Я был один на один с собой и своими собственными мыслями.

— Рекс, не мог бы ты на минутку прекратить истреблять местную фауну? Нам, кхм, нам надо поговорить, — сказал я, приблизившись к крогану.

Огромная, изуродованная шрамом голова обернулась ко мне, и я прочел в алых глазах Рекса готовность поделить на бесконечно малую функцию всякого, кто станет перечить ему.

— Шепард, если от генофага есть лекарство, его нельзя уничтожать.

— Я абсолютно солидарен с тобой, Рекс. Ты же знаешь, я тебе не враг.

— Правда? Мы сражаемся против Сарена. Он создал лекарство для моего народа, а вы хотите его уничтожить. Вот и скажите мне, где друг, а где враг?

Кроган сделал несколько шагов ко мне навстречу и встал вплотную, нависая надо мной, словно неприступная гора. Чувствуя, что моя система терморегуляции вот-вот сорвется, я попытался успокоиться и не подавать вида, что мне нехорошо.

— Каким-то образом, Шепард, вы всегда знаете все наперед. Вы считаете, что это не заметно, делаете вид, что у вас феноменальная интуиция, но вы неправы, полагая, что ваши компаньоны лишены наблюдательности. Так поведайте, что у вас на уме.

— И ты поверишь мне? — спросил я, ощущая прилив уверенности. Возможно, пролить свет на будущее кому-то еще не такая уж и плохая идея. Учитывая, что от этого зависит моя жизнь. «Будь осторожен в своих высказываниях», — посоветовала Джейн.

— Я попытаюсь, — процедил кроган.

— Послушай, Рекс, не нужно быть ясновидящим, чтобы понять, для чего Сарену лекарство от генофага. Ваша раса однажды уже была подчинена, и Сарен сделает это снова ради собственной выгоды. Ты этого хочешь для будущих поколений кроганов? Жизнь, созданная лишь для того, чтобы отдать ее служению Пожинателям?

— Нет, — ответил Рекс, не отводя взгляда от моего лица. Все тело ныло от напряжения.

— Тогда почему дуло твоего дробовика до сих пор упирается мне в ребра? — вежливо поинтересовался я и обернулся, чтобы поглядеть на Эшли, застывшую неподалеку в нелепой позе с пистолетом в руках. - Отставить, сержант! Это даже не смешно. Я отправился бы на корм рыбам раньше, чем вы сделали бы выстрел.

— Верно подмечено, — сказал Рекс, убирая оружие. — Вы хитрый паршивец, но убедительный. Надеюсь, у вас припасена пара тузов в скафандре, потому что в ваших руках будущее моей расы.

— Будущее всего мира в моих руках, Рекс, — добавил я вполголоса, — и — совершенно точно — пара тузов.

Несколько секунд Рекс пристально смотрел в мои глаза, а затем молча отошел в сторону, позволяя мне, наконец, свободно вздохнуть.

Часть 11. Блок разведения кроганов.

Едва бомбу установили, Эш сообщила, что их прижали возле зенитной башни. Нужно было забрать отряд Эшли, но кроме того, решить здесь и сейчас, как поступить, чтобы не делать выбор, стоявший перед моими альтер-версиями в той же ситуации. Оба они пошли разными путями, и обе спасенные жизни с их точки зрения стоили того, чтобы пойти на риск. Но в моей власти было спасти и Эшли, и Кайдена и укрепиться во мнении, что я могу изменить ход событий, в которых, казалось бы, нет иного пути.

— Урднот, Вакариан, ТʼСони, вы остаетесь с Аленко. Геты наверняка слетятся на бомбу, как пчелы на мед, так что приготовьте им теплый прием, — отдал я приказ. — Тали, вы со мной. Нужно как можно скорее забрать Уильямс и возвращаться обратно.

— Есть, капитан!

— Держите позиции, во что бы то ни стало. Если хоть один из вас погибнет, я скормлю его тело варренам, — пригрозил я и, убедившись, что компаньоны настроены на серьезный бой, направился к зенитной башне.

«Ты не только не сможешь спасти их обоих, ты еще и лишишься других отличных бойцов», — шептал едкий голос Джона.

«Марк, ты действительно рискуешь потерять намного больше, чем должно», — вторила ему Джейн.

«Я не стану игнорировать возможность избежать чьей-либо смерти. Я сделаю это и докажу вам обоим сейчас и в будущем, как много ошибок вы совершили», — мысленно ответил я, вкладывая в свои слова столько гнева, чтобы мои альтер-версии прониклись им и заткнулись до тех пор, пока все не закончится.

На половине пути к зенитке Кайден сообщил, что на их позиции высадились геты, но огневой мощи хватает, чтобы сдерживать атаку. Отряд Эшли также находился под плотным обстрелом, и я приказал им по возможности выдвигаться в мою сторону. Мы встретились у лифта. Едва его двери распахнулись, в меня и Тали со свистом полетели пули — геты были повсюду. Эшли тяжело ранили, но она еще стояла на ногах, другие члены ее отряда погибли в перестрелке. Поднявшись на верхний уровень блока, я заложил несколько мин в лифте, чтобы геты не могли последовать за нами этим путем, и бросился на выручку Кайдену.

Как только поднялись тяжелые ворота, отделявшие нас от остальной части команды, я с облегчением вздохнул, увидев, что мои друзья живы и практически целы. Рекса и Лиару сильно потрепало, но Кайден и Гаррус еще держались.

— Всем в укрытие, не лезьте на рожон! — приказал я, открывая подавляющий огонь по гетам.

Тут же яркая вспышка отбросила меня в сторону, но Рекс быстро сообразил и, схватив меня за руку, втащил за преграду, спасая от новых атак с воздуха.

«Сарен», — раздались в голове оба голоса одновременно, невозмутимые и в то же время полные горькой досады. Я подал отряду сигнал, чтобы они ждали дальнейших приказов и не высовывались.

— Вот мы и встретились лично, Шепард, — вместо приветствия сказал Сарен. — Забавно, геты считали наибольшей опасностью саларианцев. Вы провернули действительно впечатляющую диверсию, жаль только, что все это тщетно. Я не позволю вам разрушить все, чего я добился. Вам даже не понять, какова ставка.

— При всем уважении, Артериус, это вам не понять, какова ставка, — крикнул я. — Вы полагаете, что подчинение Пожинателям спасет нам жизни?

— Вы были на Иден Прайм, Шепард, вы единственный видели, на что способны Пожинатели. Так скажите мне, неужели вы готовы пожертвовать триллионами жизней, как это сделали протеане, ради бессмысленной борьбы? Вам ведь известно: никто и ничто не остановит Пожинателей.

— Мало одного видения, чтобы понять, что нас ждет. Ничто не в силах предвосхитить реальные факты, Сарен. Вы знаете только то, что дает вам Властелин. А он говорил вам, что потом становится с такими агентами, как вы? — поинтересовался я. Ответа не последовало, и я продолжил: — Почему мы не знаем ничего о прошлых циклах? Где хоть какие-то следы былого присутствия Пожинателей в нашей галактике? И почему Властелин один, где другие Пожинатели? Не закрадывалась ли в вашу голову мысль, что протеане все же смогли помешать им каким-то образом? А если это так… Вы слушаете? Если это так, то у нашего цикла есть реальный шанс на победу. И я знаю наверняка, что есть.

До моих ушей донесся издевательский смешок турианца. Где-то на задворках сознания Джон приказывал мне убить его, мешая свою речь с отборным ненормативным лексиконом, но мне удавалось отвлечься от него, обдумывая дальнейшие слова.

— Откуда вам знать, Шепард? — задал вопрос Сарен. — Кто вы такой, чтобы иметь хотя бы малейшее представление о целях Пожинателей?

— А вы, я так погляжу, по ним специалист? Ну, давайте, расскажите мне, зачем они из цикла в цикл уничтожают все более или менее развитые цивилизации, оставляя лишь те, которые живут в каменном веке. Не уверены, что можете дать верный ответ? А знаете, кто сможет? Их создатель.

— У Пожинателей нет… создателя, — несколько нетвердым голосом произнес Сарен, по его интонациям было заметно, что он сомневается.

— У всего есть создатель, Сарен. Не могли же они появиться из конгломерата звездной пыли и оформиться в летающих каракатиц? Вот сейчас мои слова должны навести вас на мысль, что способ уничтожить Пожинателей все же есть, раз существует кто-то, кто стоит за всем этим и наверняка имеет представление о том, где у этих машин кнопка «Выкл».

Я опустил свое оружие и, набравшись смелости, вышел из укрытия. Никто не проронил ни слова и не пошевелился. Сарен стоял в нескольких ярдах от меня, но не намеревался нападать. Он выглядел задумчивым и потерянным. Именно этого я и добивался.

— Ваш ученый, работавший над изучением влияния Властелина на разум, сообщил мне, что Властелин оставляет подчиненному волю ровно настолько, насколько ему это необходимо, чтобы агент не чувствовал себя ущемленным и использовал свои способности в полной мере, — продолжал я заговаривать зубы турианцу, медленно и ненавязчиво сокращая дистанцию между нами. — Вы нужны ему как полководец, но когда вы выполните свое предназначение, он уничтожит вас. Пока еще вам удается противиться внушению и пытаться самостоятельно искать ответы. Я вижу это по вашему чрезмерно напряженному лицу. Сделайте его проще, пожалуйста, — сказал я, заставив Сарена нахмуриться и забыть о своих размышлениях.

— Давайте облегчим друг другу жизнь, — сказал я и протянул Сарену руку, — мы оба добиваемся одной цели — мира между органикой и синтетикой, и я знаю, как это сделать.

То, что произошло дальше, заняло считанные мгновения: вместо рукопожатия турианец поднял свой пистолет на уровень моего лица, рефлекторно я быстрым ударом выбил его, и тогда Сарен схватил меня другой рукой за горло, подняв над землей так, что мне оставалось только беспомощно болтать ногами в воздухе. Позади закопошились мои компаньоны, но выстрелить они не могли, поскольку я закрывал собой Сарена. Пальцы бывшего СпеКТРа крепко сдавливали сонные артерии, сознание неумолимо покидало меня. Я замахнулся и, концентрируя в кулаке всю темную энергию, какую мог в этот момент, ударил Сарена по лицу. Биотический взрыв отбросил нас друг от друга. Упав на спину, я попытался подняться как можно быстрее, но оступился и рухнул на колено.

— Не стрелять! — крикнул я своему отряду. — Он нужен мне живым!

Сарен тоже пытался прийти в себя и добраться до оружия, лежащего неподалеку, но я оказался проворнее и, приблизившись к нему, выбил из турианца дух ударом в чревное сплетение. Подняв с земли пистолет Сарена, я направил его на СпеКТРа, но тот больше не двигался. Глубоко вздохнув, я обернулся к компаньонам.

— Он еще жив? — поинтересовался Гаррус.

— Конечно, я же сказал… — хотел было ответить я, но меня перебил Рекс.

— Так давайте прикончим его, — сказал он, подходя к лежащему без сознания турианцу и приставляя к его голове дробовик.

— Нет! — воскликнул я сорвавшимся от ужаса голосом. — Черт возьми, Урднот, он нужен мне живым. Я капитан, и мне решать, что делать с пленниками.

— Это глупо, Шепард. Совет пощадит его.

— Совет не узнает, что он схвачен.

— В каком смысле не узнает? Чего вы добиваетесь, капитан? — спросил Кайден.

— Мы должны изучить внушение Властелина. Вас удовлетворит такой ответ, лейтенант Аленко? — спросил я.

— Меня — нет, — ответил вместо Кайдена Рекс.

Я смерил крогана полным возмущения и гнева взглядом, но он априори не мог иметь какое-либо влияние на Рекса.

— Если я дам слово, что мы полетим на какую-нибудь пустынную планетку убить парочку-другую молотильщиков, ты обещаешь не трогать Сарена? — спросил я. Кроган отвел взгляд, размышляя над моим предложением. На его устрашающей физиономии попеременно возникли задумчивость, ярость, сомнение и снова задумчивость.

— Ладно, — сказал он наконец, поднимая Сарена за воротник и перебрасывая его через плечо, — так и быть, я продамся за пару дохлых молотильщиков.

— А как насчет нас? — возмутилась Лиара, складывая руки на груди.

— Рекс, я позволю тебе водить Мако, если ты будешь охранять Сарена! — продолжал я сыпать договорами.

— По рукам, Шепард, — отозвался кроган. Другие компаньоны разочарованно зацокали.

— Все, господа, торги окончены, устанавливаем бомбу и уходим, — сказал я, злорадно ухмыляясь.

Интерлюдия 4.

В зале для совещаний было тихо и прохладно. Только этого я и желал сейчас, сидя в одном из кресел и потирая онемевшие от перенесенного волнения руки, кожа которых казалась толстыми перчатками, натянутыми на кости и мышцы.

— Должен признать, капитан, я не верил в успех твоей затеи, — сказал Джон. Голос его был много тише, чем обычно, и необычайно спокоен.

— Я знаю, — ответил я и усмехнулся.

— И все же Сарена надо убить. Влияние Властелина на него слишком сильное, чтобы можно было попытаться завербовать его.

— Действительно, Марк, — подключилась к разговору Джейн. — Вся информация, которую он мог бы предоставить в твое распоряжение, уже и так известна тебе. Что толку держать его на корабле? Ты только подвергаешь опасности свою команду. Передай его Совету.

— Никакой пощады предателям, — прошипел Джон. — Он должен быть казнен.

— Прекратите спорить, — устало сказал я. — Меньше всего на свете сейчас я нуждаюсь в вашей ругани.

Я ощущал, как затылок и виски сдавливает невидимый обруч и растет напряжение в глазах — верные предвестники головной боли. Я надеялся, что теперь все будет проще, ведь я опережал Жнецов как минимум на шаг, но вместо этого, планируя дальнейшие действия, натыкался на препятствия, обойти которые казалось совершенно невозможным.

Раз за разом я попадал в тупик, начинал все заново, перепроверяя каждую деталь, строил новые пути, основываясь на том, что смог изменить до этого, но решения не было. Впереди только бесконечная стена от земли до самых дальних звезд, от горизонта до горизонта, и в моих силах лишь остановиться перед ней, предвосхищая столкновение.

— Мне нужна ваша помощь, а не бессмысленные рассуждения о том, кто из вас двоих прав, а кто дурак. Грядут перемены, которые вам неведомы, и мне придется сражаться вслепую. Так сделайте милость, настройтесь на адекватное суждение. Мне нужны ваши советы. Мне нужна ваша поддержка.

— Я помогу тебе, Марк, всем, чем смогу, — пообещала Джейн.

— И я. Даю свое слово, — добавил Джон.

— Да будет так.

Часть 12. Подготовка.

В кратчайшие сроки грузовой отсек «Нормандии» освободили от ящиков и других ненужных на данный момент предметов, чтобы обустроить в одной из его частей своего рода изолятор для Сарена. Изолятор этот представлял собой куб, созданный силовыми полями, которые поддерживались от нескольких дистанционных генераторов в разных укромных частях корабля на случай, если кто-то попытается отключить хотя бы один из них. О том, где они находятся, знали лишь Тали и Лиара. Сарена охранял один Рекс, но и этого было достаточно.

Когда я пришел проведать бывшего СпеКТРа, он уже пришел в себя и теперь расхаживал внутри куба, изредка поглядывая в сторону Рекса или осторожно дотрагиваясь пальцами до сломанного мной носа, который немного опух и потемнел. Учитывая анатомию турианцев с их плотной жесткой кожей, будь на его месте человек, нос у него разнесло бы порядочно.

— Не желаете ли продолжить наш диалог, Артериус? — поинтересовался я, останавливаясь возле отделявшего меня от Сарена поля.

— Не особо, — ответил турианец, обдавая меня ледяным взглядом синтетических глаз.

— Отчего же так? Вы полагаете, я везу вас в Цитадель на слушание? Увольте! У меня другие планы.

— Вы так или иначе погибнете, потому что Властелин идет за вами по пятам, — ответил Сарен.

— Из-за вас? Сомнительно. Конечно, я лишил его лучшего агента и отбросил назад, но у него наверняка найдется, кем вас заменить. Иначе Властелин давно бы уже догнал «Нормандию» и смял как жестяную банку, что ему вполне под силу.

— Что вы задумали? — поинтересовался турианец.

— Уничтожить Властелина, а затем разобраться с остальными Жнецами, — ответил я, пожимая плечами, словно речь шла не о войне, которая затронет все расы во всех уголках галактики, а о прогулке до магазина с рыбками и хомячками.

— Ваша самонадеянность сыграет с вами дурную шутку, капитан, — сказал Сарен и отвернулся от меня, всем своим видом показывая, что не намерен больше общаться.

— Она уже сыграла ее с вами. Поразмышляйте на досуге о том, что я сказал вам на Вермайере, — бросил я в ответ и направился в Зал Совещаний.

Когда я вошел, все уже сидели на своих местах и ждали только моего появления. По лицам многих из моих соратников я понял, что они недовольны моим решением взять Сарена в плен, но кроме того им было невдомек, почему я хочу скрыть его поимку от Совета, и это посеяло сомнение в моей компетентности. Конечно, никто не говорил напрямую, что раздосадован результатом миссии на Вермайере, но это было очевидно.

— Я перейду сразу к делу, — сказал я, — становясь перед командой и закладывая руки за спину. — У нас на борту один из лучших агентов Властелина. Я не могу утверждать, насколько сильна связь между ними и может ли Жнец определить наше местоположение или даже понять, что Сарен еще жив. Во всяком случае, он не преследует нас. Властелин имеет определенную цель, которая находится на Иле. Наша задача сейчас — выяснить, что ему необходимо на этой планете и опередить его до того, как он найдет замену Сарену.

— Мы не уведомим Совет о том, что собираемся сделать? — спросила Эшли.

— Нет, — ответил я, качая головой, — если я скажу, что упустил Сарена, с вероятностью более высокой, чем мне хотелось бы, они отстранят меня и начнут подготовку к вторжению гетов, что неприемлемо, ведь тогда они упустят из виду Властелина.

— Мы можем убедить советников в том, что реальная опасность это Пожинатель, а не геты, — предложила Лиара. — У вас ведь есть видения, полученные от маяков.

— Маяки уничтожены, а видения для Совета не доказательство, это я узнал еще на первом слушании.

— Положим, эта тактика ясна, — сказал Гаррус. — Но почему мы не должны говорить им, напротив, о том, что Сарен пойман?

— Потому что в этом случае Совет и вовсе может расслабиться, решив, что без Сарена геты не станут вести наступательные действия. Того хуже — они свяжут мне руки, заставив осесть в Цитадели в качестве телохранителя, а это верное поражение, поскольку за то время, что мы потеряем, Властелин может обойти нас и нанести удар.

Я сделал небольшую паузу, чтобы дать компаньонам обдумать мои слова. Для меня было важно, чтобы они следовали за мной не потому, что я приказал им, а потому что они разделяют мое решение. Но, похоже, я зашел слишком далеко в своем стремлении сделать все как можно лучше и быстрее. Логика моих действий была малопонятна другим.

— Ваше недоверие к Совету вполне обосновано, если учитывать их прошлое отношение к вашим обвинениям против Сарена, — сказал Гаррус, — но почему вы так уверены, что их невозможно будет убедить в том, что атаки гетов спланированы Властелином, а не Сареном?

— Вы знаете это, потому что были со мной и видели то же, что и я. Совет же должен опираться на реальные факты. У нас нет доказательств существования Жнецов. Совет не станет рисковать флотилией, доверяя одним только словам новоиспеченного СпеКТРа.

— Мы не сможем в одиночку провернуть это дело, — сказал Кайден.

— Мы должны, — ответил я, ударяя кулаком о ладонь. — Иного пути нет. Только мы можем предотвратить катастрофу, и я надеюсь на вашу поддержку.

Снова пауза, уже чуть более долгая, чем прежде, но я не собирался вынуждать кого-либо идти на миссию, которая может закончиться их гибелью, и позволил спутникам размышлять столько, сколько им было необходимо.

— Я с вами, капитан, куда бы вы ни пошли. Я обязана вам жизнью, — сказала Эшли, поднимаясь из кресла и вставая по стойке смирно.

— Как и я, капитан, — поддержал ее лейтенант Аленко. Я коротко кивнул, благодаря их за оказанную поддержку.

— И все мы, — добавила Тали, остальные были с ней солидарны.

Если бы Совет хоть на толику доверял мне так, как мои компаньоны… нет, мои друзья, мы уничтожили бы Властелина задолго до того, как власть его, черная опухоль с алыми прожилками, распространилась так далеко. Но человека судят по поступкам, а не словам, и я готов доказать Совету, что я прав.

Часть 13. Финальная битва.

Поросший бурной растительностью таинственный Ил встретил нас зловещей тишиной. Здесь я чувствовал необычайный покой и в то же время благоговейный трепет пред ликами безмолвных каменных статуй, стоявших во внутреннем дворе над Архивами. На какое-то время я и мои спутники забылись, растворились в древности этого места, потерянного цивилизацией. Хотя путь до ретранслятора предстоял неблизкий, а времени было немного, мы позволили себе насладиться природой Ила и протеанской архитектурой, потому что знали, что вряд ли снова вернемся сюда.

Когда мы достигли тоннелей, в которых некогда скрылись протеане в надежде спастись от Жатвы, ВИ Страж уже ждал нас. Увы, из нашего с ним диалога я не почерпнул практически ничего нового, и все, что мне оставалось — забрать программу Стража для контроля над хранителями Цитадели.

Все шло гладко. Но только до тех пор, пока мы не добрались до Канала, где встретили сопротивление в лице небольшого отряда гетов. Почти в тот же момент, когда я и мои компаньоны открыли по ним огонь, Джокер сообщил, что Цитадель подверглась нападению, а в Президуме вражеские лазутчики. Плюнув на помеху, я бросился к ретранслятору, Эшли и Гаррус бежали позади, прикрывая тыл.

«Как, черт возьми, кто-то смог проскользнуть мимо "Нормандии"?» — негодовал Джон.

«Кто-то очень хитрый и юркий, — сказала Джейн. — Нас застали врасплох. Нужно продумать новый план».

«План только один — бежать вперед, пока не повалишь на землю и не затопчешь врага, опередившего тебя», — сказал Джон.

Я был бы не столь солидарен с Джоном в другое время, но сейчас иного выбора не дано. Вскочив на всех парах в залитый ярким свечением ретранслятор, я тут же погрузился в быстрый поток голубых частиц, которые помчали меня к Цитадели, а до этого — несли кого-то еще.

Спустя считанные секунды я очутился на противоположной стороне коридора масс-ретранслятора. Удар о плитку был не из приятных, но руки-ноги, по ощущениям, остались целы, защищенные броней. Рядом повалились Гаррус и Эшли, им также не пришлось по вкусу это путешествие.

Я посмотрел вверх и с облегчением выдохнул: Цитадель была раскрыта, Властелина не видать, значит, у меня еще был шанс опередить его служку и не дать ему захватить контроль над станцией.

— Вперед, у нас мало времени, — сказал я, не без труда поднимаясь и направляясь к лифту.

— Шепард, — окликнул меня Гаррус, я обернулся. Турианец сидел на корточках рядом с Эшли, придерживающей ногу, согнутую под неестественным углом.

— Капитан, мне жаль, я подвела вас, — проговорила она и зажмурила глаза, борясь с болью.

— Если ты еще когда-нибудь такое скажешь, я тебя разжалую, — сурово сказал я, подходя к Уильямс и беря ее на руки.

— Оставьте, оставьте меня здесь, у меня есть оружие, и я все еще могу им пользоваться.

— Здесь опасно, мы поднимемся все вместе. Гаррус!

— Я следом за вами, капитан, ведите.

Путь до Зала Совета казался совершенно безопасным, словно и не было никакого нападения. Ни одного врага.

Выйдя из лифта, я осторожно опустил Эшли на пол и, достав из-за спины снайперскую винтовку, заблокировал ей двери, поскольку ничего другого под рукой не было.

— Гаррус, останься с Эш, я справлюсь сам.

— Я могу о себе позаботиться, капитан, — с нетерпением и гневом ответила сержант.

— Я знаю, Эшли, но мне действительно необходимо, чтобы вы оба находились здесь и нигде более. Это приказ.

— А если там засада? — сказал Гаррус, оглядываясь на видневшиеся на том конце зала высокие окна Башни Цитадели, через которые внутрь лился яркий свет.

— Тогда вам тем более надо остаться здесь.

— По-вашему, мы спрячемся в лифте, когда увидим, что вас окружили? — спросила Эшли. — Так вот я сидеть не стану, приползу на животе и голыми руками выверну наизнанку этих синтетических мерзавцев. — Уильямс нахмурилась и хотела было поменять положение на более удобное, но едва она попыталась это сделать, как тут же замерла от пронзившей ее боли и скривилась.

— В этом и заключался мой план: умереть и дать тебе отомстить за меня Властелину. Увы, я не смог придумать более изящного способа победить его, — сказал я и улыбнулся. Уильямс не нашла мою шутку забавной. — Как я и говорил, это приказ. — Смерив компаньонов жестким взглядом, я проверил наличие боеприпасов под рукой и направился вперед.

Добравшись до панели управления станцией, я снова осмотрелся, но ничто не вызывало у меня подозрения, а Джон и Джейн молчали, не смея отвлекать мой слух. Однако как только я вставил ОНД с программой Стража, позади раздался выстрел, и поясницу обожгло, словно раскаленным добела копьем, воткнутым в спину. От жгучей боли у меня невольно подкосились ноги. Упав на бок, я поспешил обернуться с вытянутым в руке пистолетом, но некто уже был в шаге от меня и ударом ноги выбил оружие из рук.

— Думаю, теперь вы жалеете, что оставили меня в живых, не так ли, Шепард? — раздался знакомый женский голос. Я поднял взгляд и нервно рассмеялся, увидев, что передо мной стоит Рана Таноптис. Я знал, что в будущем еще столкнусь с ней и даже услышу, что она убила нескольких гражданских на Тессии под влиянием Жнецов, но встретиться так скоро…

— Властелину не понравилось, что вы убили Сарена, — сообщила Рана, приближаясь к панели управления, но не спеша пользоваться ею. — Его интересует, зачем вы забрали его тело. Хотите покопаться в его останках, понять, как действует влияние Властелина на органических существ? Или желаете позаимствовать парочку модификаций для себя?

— Что с моими людьми? — процедил я сквозь зубы, не отводя взгляда от азари.

— Убиты, конечно. Правда, я не стала заниматься этим лично, но уверена, что геты с ними разобрались. Я ведь ученый, а не убийца. Моя ключевая задача — дать Властелину контроль над Цитаделью, а не ликвидировать всех, кто встанет у меня на пути. За это он позволит мне проводить над его рабами опыты. Кстати, насчет вас он тоже дал мне кое-какие указания. Но сначала мы дождемся самого Властелина, ладно?

— Только дотронься до панели, я тебя…

— «Я тебя» что? — переспросила Рана, наступая мне на руку с такой силой, что затрещали суставы. — Как бы ни везло вам до сего момента, вы все равно проиграли, Шепард. Печально, не так ли?

Азари усмехнулась и потянулась к панели, намереваясь закрыть Цитадель. Преодолевая боль, я приподнялся и, схватив ее за ноги, резким движением опрокинул на пол. У меня не хватало сил подняться, потому я лишь держал азари, надеясь, что Гаррус еще жив и спешит мне на выручку. Думать о ползущей позади него Эшли было слишком смешно для складывающейся ситуации. Впрочем, сейчас я был в том же положении.

— А ну пусти меня, грязный, мерзкий, отвратительный… Насилуют! — закричала Рана, колошматя меня кулаками по голове и лицу.

— Ну что вы, мисс, как вы могли предположить такое? Я всего лишь пытаюсь раздавить вас весом своего атлетически сложенного тела!

— Подонок! — выругалась азари, и внезапно меня отбросило в сторону биотическим ударом. Рана поднялась на ноги и, тяжело дыша, выставила вперед ладонь, вокруг которой искрилось голубоватое масс-поле. Невидимая рука схватила меня за горло и потянула вверх, но я не чувствовал удушья. Биотическая сила Раны значительно ослабла из-за влияния Жнеца, ей было не по силам долго удерживать меня, и она знала это. Потому, отбросив меня подальше, азари подбежала к лежащему неподалеку пистолету, который сама же выбила у меня из рук, и, подняв его, направила в мою сторону.

— Властелин приказал не убивать вас, — проговорила она, тяжело дыша, — но, похоже, у меня нет другого выбора.

— Постой, ну чего ты злишься? Нормально же общались. Присядь, давай обсудим это как взрослые разумные люди.

— Замолчите! Я наслышана о ваших сладких речах. Вам меня не заболтать. Я предана Властелину, и я одержу над вами победу!

Улыбка на губах азари стала безумной, глаза расширились от чувства превосходства, которое она ощущала, держа меня на прицеле.

— Попрощайтесь с жизнью, Шепард.

Раздался выстрел. Руки азари опустились, и пистолет выпал из них, а затем и она, опустив взгляд на пулевое отверстие в груди, рухнула ничком.

Я замотал головой, пытаясь понять, откуда стреляли, и вот стали слышны шаги на лестнице, ведущей к постаменту, и показалась гордо поднятая голова Вакариана. Турианец шел с винтовкой на плече, а позади него шествовали Тали и Рекс, поддерживавший Эшли за талию. Процессию замыкал… Сарен.

— Я рад вас видеть, правда, искренне рад, но не совсем понимаю, что делает здесь этот… — начал было я, но бывший СпеКТР перебил меня, уверенным шагом направляясь к главной панели.

— Если бы не моя связь с Властелином, ты был бы мертв, Шепард, — сказал он, пальцы его заиграли на клавишах.

— Что ты делаешь? — спросил я, чувствуя, как спирает дыхание от ужаса.

— То, что должен.

— Капитан! — раздалось по внутренней связи.

— Джокер, какого черта происходит, я же сказал вам оставаться на орбите Ила!

— Меня заставили прилететь за вами на Цитадель, — ответил Моро.

— Кто заставил? — спросил я, глядя на Сарена, который уже закончил свои манипуляции. В Зале Советов становилось все темнее и темнее — Цитадель закрывалась.

— Рекс заставил, сэр, — ответил Джокер голосом, полным сожаления. Его можно было понять. Не подчиниться Урдноту было нелегко. А вот кому подчинялся теперь сам Рекс, был тот еще вопрос.

«Черт возьми, Шепард, ты только что потерял всю команду из-за того, что взял Сарена на борт», — раздался голос Джейн. Джон молчал, очевидно, не желая повторяться или оскорблять меня.

— Властелин приближается к Цитадели, — сообщили кто-то по передатчику.

— Прикажете открыть огонь? — осведомился другой.

— Нет, — ответил Сарен. — Все под контролем. Сохраняйте свои позиции до дальнейшей команды.

— Кто это?

— Капитан Шепард, СпеКТР Совета, — ответил турианец. Он оглянулся и не без удовольствия заметил, как мое лицо покрывается багровыми пятнами от ярости. Я чувствовал себя настолько отвратительно, настолько глупо, что не мог произнести ни слова.

Рация продолжала разрываться от передач: «Он не успеет», «Успеет, ты только посмотри, с какой скоростью он движется!», «Отойдите все с его пути, отойдите все с его пути! Он разнесет вас в щепки!», «Не успеет…», «Уже близко», «Смотрите, смотрите!».

Стало совсем темно, только несколько источников освещения, работающих от аварийного генератора, давали хоть какой-то свет. И вдруг станция вздрогнула, словно столкнулась с чем-то огромным. На панели управления загорелся красный индикатор, сообщая, что возникли неполадки. Тали приблизилась к ней и стала быстро набирать команды. Гаррус помог мне подняться.

— Что происходит? — спросил я, стараясь вложить в голос как можно больше холодного спокойствия.

— Сейчас узнаете, — ответил Сарен. Казалось, на его изуродованном модификациями лице возникла улыбка, но тут же исчезла и он, отойдя подальше, напрягся всем телом. — Началось.

«Он не движется, — снова заговорил передатчик. — Кажется, его сдавило лопастями станции. Так точно, он в ловушке!».

Тогда-то я и сообразил, что произошло.

— Огонь! — приказал я «Нормандии» и обернулся к Сарену. Я понятия не имел, как СпеКТРу удалось рассчитать все так, чтобы поймать Жнеца точно в момент закрытия Цитадели, но ясно было одно — нельзя упускать этот момент. «Огонь из всех орудий!» — последовал еще один приказ — от адмирала Хаккета.

Станцию снова затрясло.

— Властелин прорвался внутрь, — сообщила Тали, — но потерял часть внешней обшивки. Похоже, он на пределе.

— Вам придется убить меня, Шепард, потому что Властелин воспользуется мной, чтобы расправиться с вами, — сказал Сарен, отходя подальше от меня и моих компаньонов. — Я сделал все, что мог, пока мой разум еще принадлежал мне, но теперь я не уверен, что Жнец не попытается завладеть им полностью.

— Я не стану вас убивать, — ответил я. — Боритесь, не дайте ему сделать это. Боритесь ради собственной жизни, вы нужны мне.

— Минуту назад вы думали, что я одурманил ваших друзей, чтобы захватить управление Цитаделью, — сказал Сарен и усмехнулся, его била мелкая дрожь, едва заметная глазу, но очевидная в его состоянии.

В тот момент, когда Властелин врезался в Башню Цитадели, она содрогнулась с такой мощью, что всех нас опрокинуло с мостика в атриум, располагавшийся под Залом Советов. К счастью, сама Башня практически не пострадала. Приподнявшись и оглядевшись, я увидел, что Сарен лежит неподалеку, придавленный трупом Раны Таноптис. Я попытался подползти к нему, чтобы проверить, жив ли он, но внезапно откуда-то сверху в него ударила алая молния, и его тело вместе с телом азари скрылось под россыпью искр. Тали хотела было приблизиться, чтобы оттащить турианца в сторону, но Рекс удержал ее за руку и очень кстати, поскольку азари вдруг ожила, раскрыв горящие ярким свечением глазницы, и поднялась в воздух. Ее останки прямо на наших глазах трансформировалось в нечто монструозное и ужасное: кожа и мышцы иссыхали, покрываясь черным струпом, и повисали на костях ветхими лоскутами; конечности росли, становясь неестественно длинными и вооружаясь острыми когтями; одежда на теле тлела, словно оно горело изнутри, и пламя это вырывалось через ноздри и глаза, вселяя смятение и ужас.

— Убейте это, — проговорил я охрипшим голосом, отползая подальше, потому что существо начало медленно приближаться ко мне, плывя по воздуху и перебирая по нему ступнями, словно делая несмелые шаги.

Отовсюду на него посыпались удары, пули метались по атриуму нескончаемым потоком, но существу все было нипочем. Одним биотическим ударом оно в мгновение разбросало всех атакующих по разным углам и снова потянулось ко мне.

Рекс бросился было молотить голыми руками то, чем стала азари, но она вдруг исчезла и в следующий момент появилась вновь прямо возле меня. Подняв мое безвольное тело одной рукой, чудовище раскрыло жуткую пасть и завизжало так, что у всех, кто стоял рядом, заложило уши и волосы встали дыбом.

Схватив существо за то, что раньше было прелестным личиком Таноптис, и закрыв ладонью рот, я наполнил руку темной энергией и тут же высвободил ее, надеясь, что этого может хватить. Голова азари взорвалась, разбрызгавшись по стенам и потолку осклизкими кусками плоти, а я снова упал прямо на травмированную поясницу и от невыносимой боли, сковавшей тело и рассудок, потерял сознание.

Эпилог.

Опираясь на костыль, я сделал шаг вперед и предстал перед Советом. Теперь, когда в него входил представитель человеческой расы, я чувствовал себя увереннее и знал, что меня поддержат. Впрочем, и без того я заручился неплохой поддержкой, когда пресек попытку Властелина захватить Цитадель, и в этом мне помогло немало отличных бойцов. Кое-кто из них теперь нуждался в поддержке с моей стороны.

— Мы рады, капитан Шепард, что вы поправились, — с искренней улыбкой сказала советник-азари. — Ваша служба неоценима, и то немногое, чем мы в силах вас отблагодарить, мы исполним.

— И первое, о чем вы попросили нас, едва придя в себя после тяжелого ранения, это амнистия для Сарена Артериуса, — продолжил Спаратус. — Я в вышей степени изумлен. Я единственный из советников полагал, что вы ликвидируете Сарена, едва он покажется на горизонте, даже не заикнувшись о возможности передать его Совету, но сейчас вы хотите, чтобы мы его оправдали? Люди очень странные существа, если не сказать иначе.

— Лично я нисколько не удивлен тому, что Шепард адекватно оценил способности Артериуса и дал ему второй шанс, — сказал советник-саларианец. — У капитана на все есть собственное мнение и для всего свое решение, пусть даже мы с ним будем не согласны. В этом мы убедились еще на первом слушании. Я говорил вам, Спаратус, а вы только закатывали глазенки. Вы до сих пор не вернули мне мои деньги.

— Тебе их не видать, Валерн, ты ставил на то, что капитан притащит Сарена в Цитадель, а не станет защищать его, — пробурчал турианец.

— Объясните, капитан, почему вы считаете, что бывший СпеКТР Сарен Артериус не должен быть осужден за предательство Совета и пособничество Пожинателям?

— Сарен один из первых узнал о маяке на Иден Прайм, но понимал, что видение, которое тот вызвал, не послужит веским доказательством того, что Цитадель находится под угрозой, как понимал и я, когда нашел его. — Я говорил спокойно и размеренно, глядя на Советников так, чтобы у них не промелькнуло и малейшего сомнения в верности моих слов. — Он изучал информацию о Властелине, искал его, и когда нашел, стал его агентом для того, чтобы иметь возможность саботировать планы Властелина. Но ему не было известно о влиянии, которое оказывает Пожинатель на органических существ, а когда осознал, что тот его контролирует, было слишком поздно. При всем желании, Артериус не мог сопротивляться. Однако когда мне удалось схватить Сарена, его связь с Властелином ненадолго истощилась. У Сарена появилась возможность снова вернуть себе собственный разум, и он воспользовался этим, чтобы помочь мне спасти Цитадель, хотя понимал, что у него будет мало времени, прежде чем Властелин снова обретет над ним власть.

— Откуда вы все это знаете, капитан? Как вы можете быть уверены, что все именно так и было? — спросил Валерн.

— Кое-что мне стало известно благодаря Ране Таноптис, она была нейроспециалистом, которого нанял Сарен, чтобы изучать влияние Властелина, кое-что рассказала матриарх Бенезия, когда пришла в себя. Я склонен верить ее словам, поскольку она нашла способ бороться с влиянием хотя бы временно, и прекрасно понимала то, о чем говорит.

— Судя по тому, что нам сообщили, матриарх в психиатрической лечебнице, — с недоверием сказал Спаратус.

— Я ее туда направил. Между прочим, там оказывают помощь не только поехавшим с жуткими шепчущими голосами в головах, но и тем, у кого синдром выгорания, например.

— Что такое синдром выгорания? — спросила Тевос.

— Это когда мне приходится рисковать своей жизнью ради спасения галактики, что очень напрягает мою нервную систему и сказывается на моем самочувствии. Я совсем мало стал кушать, посмотрите, как я исхудал. У меня стресс!

— Ужасно, — согласились советники, качая головами.

— Вы подтверждаете слова капитана Шепарда, Сарен? — обратился к турианцу Валерн. — Или вам есть, что возразить?

— Нет, мне нечего возразить, Советник. Это так мило с его стороны, я даже прослезился, слушая о своих заслугах, — ответил тот.

— Как-то подозрительно, — сказал Спаратус.

— Полно вам нудить! — запротестовал я. — В одной известной книге директор школы просто так дает любимому факультету баллы, чтобы он выиграл в ежегодном школьном соревновании факультетов! И никто не против совершенно.

— Достаточно убедительно.

— Вот да, когда я не знаю, какое решение принять, вспоминаю подобные ситуации в фильмах, — поддержала Тевос, и ее пальчики забегали по панели. — Кхм, решением Совета Сарен Артериус признается невиновным в совершенных им преступлениях, поскольку в этот период находился под ментальным влиянием Пожинателя, что доказано в ходе расследования. Но статус СпеКТРа мы ему не вернем, это будет слишком жирно для старого хитрого турианца, забитого от гребней до пальцев ног синтетическими модификациями. На этом слушание объявляется закрытым.

Бурные аплодисменты прокатились по балконам Зала Советов, кто-то не смог перенести такого поворота событий и кричал, что отомстит за омраченную честь Альянса… или Пасьянса, я не расслышал до конца.

Я думал лишь о том, что теперь, когда были закончены последние штрихи, можно было перейти к следующему пункту моего плана, напротив которого размашистой рукой значилось «Цербер».

Конец первого рассказа.

Рассказ второй

Пролог.

За прошедший месяц многое изменилось: Цитадель, частично разрушенную в ходе нападения гетов и Властелина, начали отстраивать заново, человечество заняло своё место в Совете, а крупными учёными и исследователями предприняты попытки пролить свет на исчезновение протеан в ходе изучения Ила. Изменилось и представление большинства рас о нашей вселенной. И хотя официально виновниками нападения были геты, многие знали, кто за этим стоит на самом деле, и понимали, что это не конец.

Изменения коснулись и меня. Сражение за Цитадель нехорошо сказалось на моем самочувствии, и теперь я, вероятно, до конца своих дней буду прихрамывать на левую ногу. По крайней мере, я вообще могу ходить, учитывая то, что Рана Таноптис, подвергшаяся влиянию Властелина, стреляя в меня, метила в позвоночник.

Впрочем, пока я находился на больничном, у меня было достаточно времени, чтобы спланировать свои дальнейшие действия и дать задания моим компаньонам. Урднот Рекс отправился на Тучанку, чтобы объединить разрозненные кланы, Гаррус — на Палевен, обивать пороги высших чинов от моего имени, Тали — в Кочующий Флот с аналогичной миссией (и просьбой позаботиться о том, чтобы адмиралы, склонные к началу новой войны с гетами, несколько повременили с этим), Лиара Т’Сони и Уильямс отправились на Марс для поисков чертежей Горна, а Кайден остался на Цитадели в качестве моего шпиона при Удине. Практически весь экипаж «Нормандии», кроме тех, без кого корабль не мог функционировать, находился в отпуске. А Сарен, которому я всё ещё не мог доверять в достаточной степени, постоянно находился под моим личным надзором.

Но помимо очевидных целей рассредоточения своей команды (предупреждение о грозящей опасности и соответственное накопление сил и средств основными армиями) была и другая: я хотел свести возможные жертвы к минимуму, если мне при всей моей подготовке не удастся избежать нападения Коллекционеров.

Часть 1. Станция «Кронос».

У стыковочного шлюза нас встретила Миранда Лоусон с группой сопровождения. Не узнать её было невозможно, поскольку Джон дал мне чрезвычайно подробное её описание вплоть до родинок в интимных местах, что было явно лишней информацией, но ни я, ни Джейн не могли его заткнуть. Миранда отвела меня и Сарена в кабинет Призрака, более напоминавший обзорную площадку с потрясающим видом на Андадиус, планету, на орбите которой находилась станция. В центре зала на своем почётном месте восседал Призрак и курил сигару.

— Благодарю, Миранда, можешь быть свободна до дальнейших распоряжений, — сказал Призрак, кивнув. — Чем обязан столь неожиданному визиту, капитан?

— Многим известно, кто стоит за нашествием гетов, и только Совет отказывается взглянуть на ситуацию здраво. Силы Альянса значительно пострадали после битвы за Цитадель, даже если кто-то и хочет мне помочь, то не может — всё упирается в решение Совета относительно управления ресурсами и средствами, — сказал я и сложил руки на груди. — Мне нужна ваша помощь в борьбе со Жнецами, а вам нужен я, чтобы подправить карму «Цербера».

— Наполеоновские планы, Шепард, — усмехнулся Призрак. — Я уже давно понял, что с вами тяжело вести дела, вы даже Властелина сумели оставить с носом. К слову, не скажите ли мне, какая роль в этом визите отведена Артериусу?

Я обернулся к Сарену и заметил, что тот хмурится, будто вспоминая что-то, и едва я открыл рот, чтобы ответить, турианец просиял и неожиданно громко фыркнул.

— Джек Харпер! — воскликнул Сарен, разводя руки в стороны. — Кто бы мог подумать, что мы встретимся вновь?

Призрак затушил сигару и, поднявшись из кресла, подошел к Артериусу, чтобы обнять его, словно старого доброго знакомого.

«Минуточку… они что — друзья?» — раздался изумлённый голос Джейн.

— Пардон, кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? — поинтересовался я, глядя то на Сарена, то на Призрака.

— О, Шепард таки не в курсе? — удивился глава «Цербера». — Приятно слышать, что капитан не всезнающ.

— Нам довелось познакомиться двадцать шесть лет тому назад, — ответил Сарен. — Долгая история, капитан, быть может, я когда-нибудь расскажу её вам.

— Буду очень признателен, но сейчас у нас на повестке дня деловое соглашение.

— Верно, — согласился Призрак. — Что именно вы хотите получить от меня?

— Информацию о Коллекционерах, их деятельности в Системе Терминус и ресурсы для борьбы с ними.

— А взамен я получаю вас? — осведомился Призрак, поглаживая подбородок и щуря голубые глаза.

— Именно так, но с небольшой оговоркой. От вашего имени открыто я могу действовать только в Системах Терминус.

— Да, я знаю, капитан. Незадолго до вашего прибытия мне сообщили о том, что вы просили аудиенции у Совета, — сказал Призрак и, видя неприятное удивление на моем лице, добавил: — Вы заранее всё распланировали, а я заранее подготовился к вашему прибытию. Всё честно.

— Пожалуй, — нехотя согласился я, ощущая привкус обиды.

«Я тебе говорил, что Призрака невозможно обвести вокруг пальца. Иначе он не был бы Призраком», — сказал Джон, усмехаясь.

— Что ж, капитан, мне понадобится некоторое время, чтобы предоставить вам необходимые ресурсы, но для начала я дам вам наводку. Обратитесь к Арии Т’Лоак, ей кое-что известно о Коллекционерах.

У стыковочного шлюза стояла незнакомка в такой же форме, как у Миранды, но черного цвета, отчего ее оливковая кожа казалась еще темнее.

«Совершенно не рад тебе представить Майю Брукс, — злобно проговорил Джон. — Самую коварную стерву, которую мне только доводилось встречать. От неё добра не жди, она только нож в спину воткнуть способна».

— Здравствуйте, капитан, — сказала офицер, приближаясь и протягивая руку для приветствия. Я коротко кивнул и решил воздержаться от рукопожатия, но женщину это не сильно смутило. — Меня зовут Хоуп, Хоуп Лилиум. Призрак приставил меня к вам для поддержания связи и помощи в вашем расследовании.

— Ладно, пусть так. Но на «Нормандии» вы будете выполнять мои приказы, — сказал я, не сводя с лица «Хоуп» подозрительного взгляда. От неё не укрылось мое недоверие, и она скривила губы в ухмылке.

— Конечно, капитан.

Часть 2. Станция «Омега».

Едва я сошел с «Нормандии», мне дали понять, что моё появление в системе Сарабарик отслеживалось, и первое, что я обязан сделать, ступив на «Омегу», это представиться Арии Т’Лоак. Впрочем, других планов у меня пока что не было, потому я сразу отправился в «Загробную жизнь».

Азари восседала на роскошном кожаном диване, и неоновый свет, лившийся у неё из-за спины, создавал великолепную картинку, от которой нелегко было отвести взгляд. Арию окружали телохранители, но, даже ведая задолго до встречи, насколько она сильна, я мог бы по одному её виду и по тому, как азари держится, сказать, что охрана ей ни к чему, и Ария способна защитить себя самостоятельно.

Азари кивнула, разрешая присесть рядом.

— Я знаю, зачем вы пришли, капитан, — сказала она. — Коллекционеры.

— Слышал, вам удалось сорвать их сделку на «Омеге».

— Не только. Я также узнала кое-что об их планах.

— Что вы хотите получить за эту информацию? — поинтересовался я. Ария положила руку на спинку кресла и, полуобернувшись ко мне, закинула ногу на ногу.

— Я не могу надолго покидать станцию, люди должны видеть меня, чтобы помнить, кто их лидер. Найдите для меня одну крысу, пытающуюся подорвать мой авторитет, и мы в расчёте.

— И что я должен буду с ней сделать? — спросил я, с неудовольствием отмечая, что меня считают наемником.

— Привезти сюда — только и всего, — ответила Ария, успокоив меня, и я коротко кивнул, соглашаясь. Азари обратилась к батарианцу, стоявшему неподалеку: — Принеси ОНД.

Ария взяла со столика бокал с коктейлем и, отпив немного, продолжила:

— Коллекционеры и раньше появлялись в системе, покупали ресурсы и рабов, но рабов необычных: близнецов с редким заболеванием, азари-альбиносов, существ с какими-то генетическими отклонениями.

— Азари-альбиносы? — переспросил я не без удивления.

— Да, такое же неприятное зрелище, как и люди-альбиносы, — ответила Ария и усмехнулась. — Неделю назад они заключили сделку с «Синими светилами», но помимо новых рабов им понадобилось кое-что еще.

Помощник Арии передал мне ОНД, за которым она его посылала, и азари пояснила:

— Здесь информация о численности человеческого населения на Земле, Цитадели, «Омеге» и многих других станциях и планетах-колониях. Кем бы ни были эти Коллекционеры, они крайне опасны, Шепард, и они имеют что-то против людей.

— Благодарю за наводку, Ария, — сказал я и протянул было руку для прощания, но азари подняла на меня тяжелый, пронизывающий холодом взгляд, и я передумал.

— Гризз проинструктирует вас насчет моего дела, — сказала Ария и вернулась к своим делам, тонко намекая, что наша беседа окончена.

По пути к ретранслятору Джокер вызвал меня, чтобы показать что-то, в его голосе я уловил волнение и испуг. Когда я подошёл в кабину пилота, он сразу же указал на датчики: неподалёку от нас находился неопознанный крейсер, который наводил на нас орудия и разворачивался, чтобы выстрелить. Вместо тревожного звоночка в моей голове раздались голоса Джейн и Джона: «Это они».

— Быстро к ретранслятору, — скомандовал я осипшим голосом.

— Какого черта происходит капитан? Они не могут нас видеть, если только кто-то…

— Вали из системы! — гаркнул я, не в силах сдерживать ужас, разрастающийся в грудной клетке. Джокер глядел на меня с таким видом, словно сомневался в моей адекватности. Между тем крейсер Коллекционеров оказался на линии выстрела.

— Невозможно, это просто невозможно — вполголоса повторял Джокер, высматривая что-то на датчиках и меняя настройки.

В жерле крейсера разгорался оранжевый свет, не предвещавший ничего хорошего. Не успел я и слова произнести, как «Нормандия» вильнула в сторону, и луч прошёл у левого борта, не задев корабль.

— Джефф…

— Я понял, — буркнул бледный, как полотно, Джокер. Включился масс-ускоритель, и «Нормандия» рванула вперёд так неожиданно, что едва не протаранила крейсер Коллекционеров, в мгновение ока оставшийся позади.

Только когда мы оказались в безопасности, я вдохнул полной грудью и сел в кресло координатора. Джокер передал управление автопилоту и обернулся ко мне, у него с лица словно сошла вся кровь, но он старался держать себя в руках.

В кабину одновременно вошли Сарен и Хоуп, вторая тяжело дышала и смотрела на меня с тревогой — впервые за то время, что её приставили ко мне, я видел, что она искренне переживает какие-то эмоции.

— Что произошло? — осведомился Сарен.

— Коллекционеры заходили познакомиться, а я был неодетым. Пришлось срочно ретироваться, — ответил я и изобразил на лице подобие улыбки.

— О боже, — выдохнула Хоуп.

— Бог здесь не причем, — сказал я и хлопнул Джокера по плечу, забыв, что так делать не стоит, Джефф вскрикнул и поспешил отодвинуться от меня, пока я не сломал ему руку. — Извини, Джокер. Хоуп, — снова обратился я к помощнице. — Сообщи Призраку, что необходимо позаботиться о безопасности экипажа «Нормандии», Коллекционеры попытаются выловить нас снова, корабль не переживёт их атаку.

— Да, капитан, — кивнув, ответила Лилиум и убежала прочь.

— Не одет, значит, — сказал Сарен и усмехнулся, — видимо, от Призрака ты хочешь получить новую шубку?

— Норковую желательно, да.

Интерлюдия 1.

— Сейчас не самое удачное время для релаксации, Марк, — не унималась Джейн.

— Это мне решать, — ответил я в полный голос. В баре было шумно, и я не опасался, что кто-то может услышать, что я разговариваю сам с собой, а даже если и услышит, подумает, что я попросту пьян.

— Я ничего против не имею, но, по крайней мере, не напивайся так, как в прошлый раз в «Чистилище».

— Эй, бармен! — крикнул я, подзывая саларианца. Отвечать Джейн мне не хотелось. — Угости-ка посетителей этого замечательного бара. — На барную стойку легла карточка. — Сегодня я добрый, но только сегодня.

Бармен ответил мне радостной улыбкой и стал созывать танцующих воспользоваться аттракционом неслыханной щедрости от капитана Шепарда. К счастью, кредитов у меня было достаточно, чтобы устроить небольшой пир для незнакомых мне инопланетян, и когда количество благодарных лиц поредело, я присоединился к общему веселью на танцполе.

— Что сейчас начнется, — снова занудила Джейн, но голос её звучал совсем тихо в буйном попурри смеха, музыки и криков, а ответ Джона и вовсе остался мной не расслышанным. Я подумал даже на мгновение, что нашел способ заглушить голоса своих альтер-эго, но становиться алкоголиком было невыгодно.

Спустя некоторое время, когда опьянение стало потихоньку покидать меня, я заметил, что неподалеку от меня какой-то мерзавец пытался заставить симпатичную азари потанцевать с ним, она упиралась и кричала, но никто, кроме меня, не обратил на это внимание.

— Оставь девушку в покое, — крикнул я на ухо парню, крепко сжав его предплечье и заставив отпустить руку азари.

— Тебе-то какое дело? — прошипел он в ответ и съездил мне по лицу кулаком. Отрезвляющим этот удар назвать было нельзя, в целом, я вообще ничего не почувствовал, но не ответить не мог, и мгновение спустя обидчик лежал мордой в пол, пуская на него слюни.

— Ох, спасибо вам, — сказала азари громко, чтобы я расслышал её сквозь грохот музыки. — Как же он меня достал!

— Может, вам нужна компания, чтобы отбиваться от таких уродов? — спросил я с учтивой улыбкой. Впрочем, я не был уверен, что в таком состоянии я мог изобразить учтивость, потому девушка резко замотала головой и поспешила удалиться. — Как хочешь, — отмахнулся я и поплёлся в зону отдыха, чтобы растечься на кожаном кресле и отдохнуть от пляски.

Светомузыка меня нервировала, но чувство сонливости было сильнее, и в какой-то момент биты и всполохи стали так далеки, что я погрузился в дремоту, а потому я не мог точно сказать, в какой момент мне пробудил бархатный женский голос.

— Вы забыли вашу карту.

— Да? — буркнул я и, открыв глаза, замер, увидев перед собой женщину такой красоты, какой ещё никогда не встречал. От её скул, от её чудесных губ, от её невероятно завораживающих глаз нельзя было отвести взгляд. Азари улыбнулась в ответ на мое любование ей и присела рядом, закинув ногу на ногу, а я продолжал рассматривать её, словно произведение искусства.

— Ваша карта, — снова повторила азари, протягивая мне кусок пластика, не имеющий сейчас для меня совершенно никакого значения.

— Конечно, — сказал я, опомнившись, — благодарю вас.

— Меня зовут Моринт, — представилась азари и чуть склонилась ко мне, позволяя вдохнуть аромат её сладковатого парфюма. — Вы здесь впервые, не так ли? Большинство этих людей вокруг скучны, с ними совершенно не о чем говорить. Но вы другой.

— Стараюсь по мере сил быть не-таким-как-все, — ответил я и рассмеялся. — Но я и сам удивлен, что встретил такую роскошную женщину в этой забегаловке. Чем вас привлекло это место?

— Место не имеет значения, меня интересуют люди, и сегодня мне интересны вы. Почему так?

— Все тянутся к чему-то особенному, — предположил я и самохвальски зачесал волосы назад пальцами. Моринт рассмеялась, и в уголках её глаз возникли морщинки, заставившие улыбнуться и меня.

— Вы очень самоуверенны, мне это нравится. Чем вы занимаетесь?

— Спасаю галактику, — просто ответил я, пожимая плечами. — Быть может, вы слышали о нашествии гетов и Битву за Цитадель? Это я.

— Вы напали на Цитадель?

— Нет, — отмахнулся я и захохотал. — Я её освободил. Ну же, разве вы не знаете о капитане Марке Шепарде?

— Знаю, конечно, — кивнула Моринт и оглянулась. — Хотите, уйдем отсюда? Я живу неподалеку, и я не против пообщаться наедине.

— С удовольствием, — ответил я и, поднявшись, предложил азари взять меня под руку, на что она охотно согласилась.

Наслаждаться квартирой Моринт мне не пришлось, поскольку я был занят другим родом деятельности. Впрочем, краем глаза я подметил, что у неё была коллекция холодного оружия и несколько довольно гротескных скульптур, но какое это имело значение?

— У вас столько шрамов, капитан, — шептала азари, лаская руками мою шею и запуская в волосы тонкие пальцы.

— Напоминание о былых сражениях.

— Вы любите убивать?

— Н-не сказал бы, — неуверенно ответил я, и где-то на подкорке возникла мысль, что заданный вопрос прозвучал несколько странно.

— А я люблю, — сказала Моринт, запрокидывая мою голову и глядя мне в глаза, её собственные при этом вдруг стали совершенно черными и глубокими, словно бескрайний космос, безмолвный, полный ужасов и опасностей…

«Шепард…» — мелькало где-то далеко на горизонте, словно угасающая звезда.

— Скажите, что хотите меня, капитан, — шептала азари опьяняюще нежным голосом. — Скажите, что ради меня вы пойдете на убийство. Что готовы на всё.

«Шепард!» — голос Джона ворвался в сознание так внезапно, что я невольно оттолкнул азари от себя и пополз на спинку кресла, силясь понять, что сейчас произошло. Моринт сидела на полу, ошеломленная, пожалуй, не меньше, чем я.

— Это невозможно, как ты… — выговорила она, но затем, быстро вскочив на ноги, подняла меня в воздух, сжимая горло биотическим полем.

«Убей или будешь убит», — ледяным тоном сказал Джон.

Мой взгляд упал на закрепленные на стене мечи. Вытянув руку к ним, я попытался сорвать один из них, но силы слишком быстро покидали меня.

— Мне жаль, что всё обернулось таким образом, — сказала Моринт, усмехаясь. — Мне было бы приятнее убить вас по-другому, но у меня нет выбора.

— У меня тоже, — хотел ответить я, но голосовые связки свело, и последнее слово так и осталось за азари, а затем серебристое лезвие мягко вышло из груди Моринт, и синяя капля крови с его острия упала на пол. Когда я опустился на твердую поверхность, азари была уже мертва.

«Больше не пей» — в один голос приказали Джон и Джейн, и я мысленно пообещал им, что не буду.

Часть 3. Станция «Минитмен».

Времени на то, чтобы строить новый корабль, не было. Призрак согласился оснастить «Нормандию» SR-1 необходимой защитой и системой предупреждения, чтобы умалить вероятность того, что Коллекционеры застанут нас врасплох, и всё же мне было неспокойно.

— SR-2 была вдвое больше SR-1 и могла измочалить этот недоделанный крейсер в два счета, — сказал Джон.

— У нас ее нет, — ответила ему Джейн. — И помимо прочего, мы должны попасть на борт крейсера, чтобы предоставить Призраку информацию о ретрансляторе «Омега-4» и системе «свой-чужой», иначе, Марк, ты не сможешь действовать далее, не вызывая подозрений. Нельзя просто так заявить, что тебе известно, куда ведёт канал ретранслятора и каким образом Коллекционеры проходят его, а другие корабли — нет.

— В этом сама суть проблемы, — проговорил я задумчиво. — Вариант достать данные только один: заманить Коллекционеров в ловушку так же, как они сделали это в вашей истории, использовав сигнал SOS, но я не представляю, каким образом воплотить эту идею. Единственный шанс — ловить их на живца, то есть на меня самого, а это самоубийство.

Сотрудники «Цербера» сновали по коридору мимо меня, но никто из них особо не прислушивался к тому, что я говорю. Все они были заняты собственными делами.

— Быть может, удастся использовать что-то вроде ЭМИ, чтобы вывести крейсер из строя, а в это время проникнуть на его борт. Но как подойти к нему достаточно близко, чтобы провернуть это?

— Отвлекающий маневр, — ответил кто-то позади. Я вздрогнул и обернулся, возле меня стояла Миранда Лоусон. Она окинула меня изучающим взглядом и подбоченилась. — И давно у вас привычка разговаривать с самим собой?

— Я люблю беседовать с умными людьми. А вот подслушивать нехорошо.

— Вряд ли можно назвать умным того, кто болтает о своих планах на станции, напичканной прослушивающими устройствами.

— Да, пожалуй, — ответил я и огляделся в поисках камер.

— Я передала Хоуп указания Призрака насчет новой команды, она отбирает досье, — сообщила Миранда. — Он предлагает вам для начала найти профессора Мордина Солуса, высококлассного специалиста, бывшего оперативника ГОР. Его данные уже есть у Хоуп.

— Буду иметь в виду.

— А насчет ЭМИ я поговорю с Призраком. Нам нужен этот крейсер, чтобы изучить Коллекционеров, в этом вы правы.

— Я бы и сам мог поговорить с ним об этом, — заметил я.

— У вас достаточно других дел, капитан, оставьте разговоры мне и Хоуп, — ответила Лоусон и направилась прочь.

«Особенно ей», — недовольно буркнул Джон, которому совершенно не нравилось, что вместо Миранды за мной хвостиком вилась Майя Брукс.

Когда я вернулся на борт временно предоставленного «Цербером» корабля, Хоуп тут же вручила мне планшет с несколькими именами.

— Мордин Солус, Тейн Криос, Окир, Найрин Кандрос, Заид Массани, Касуми Гото, Джек. Хм.

— Что-то не так, капитан? — спросила Хоуп, глядя на меня с прищуром.

«Другая история, другие напарники, Шепард», — сказал Джон.

«Окир наверняка уже занимается созданием „идеального крогана“, но вряд ли тебе доведется познакомиться с Грантом, если сам Окир вступит в твою команду», — подхватила Джейн.

«Мне нравился Грант, классный парень».

«Еще я не вижу Самару, это не дело. Найрин тоже биотик, но значительно слабее Самары, а Джек, конечно, хороша, но с ней тяжело общаться».

«К ней только надо найти подход, женщина. Один из наиприятнейших опытов в моей жизни», — добавил Джон и рассмеялся, на что Джейн громко выругалась.

«Еще я припоминаю, что вы говорили о каком-то Джейкобе», — сказал я мысленно.

«Он служит под началом Миранды, потому, вероятно, и не включен. Меня больше волнует, найдем ли мы Легиона».

«Я этот кусок железа даже не активировал», — ответил Джон.

«Ну и дурак», — парировала Джейн.

— Всё в порядке, — сказал я, обращаясь к Хоуп. — Благодарю вас за проделанную работу. Не будем откладывать дела в долгий ящик, передайте пилоту, что мы направляемся за новой командой, — добавил я и вручил досье обратно. Нужно было связаться с моими старыми компаньонами, но только так, чтобы об этом не знал «Цербер».

Интерлюдия 2.

Вы начали диалог с МилаяМордашка2161:

777Неуязвимый777: SOS! Тали, нужна твоя помощь, срочно вылетай ко мне.

МилаяМордашка2161: Что случилось?

777Неуязвимый777: Мне нужна команда для выполнения важной миссии, составишь компанию?

МилаяМордашка2161: Я немного занята.

777Неуязвимый777: В каком смысле?

МилаяМордашка2161: Пытаюсь по твоей же просьбе вправить мозги адмиралам МФ.

МилаяМордашка2161: Кстати, ты был прав, в последнее время поднялось много шумихи вокруг идеи возвращения Ранноха.

777Неуязвимый777: У нас на носу вторжение Жнецов как бы.

МилаяМордашка2161: В этом и дело. Я пытаюсь убедить адмиралов в том, что сейчас необходимо копить силы на битву со Жнецами.

МилаяМордашка2161: Это тяжело, Шепард.

МилаяМордашка2161: Я и сама склоняюсь к тому, чтобы принять их сторону.

777Неуязвимый777: Ой, всё!

МилаяМордашка2161 печатает…

Вы завершили диалог с МилаяМордашка2161.

Вы начали диалог с 4РХ4НГ3Л:

777Неуязвимый777: Йоу, Гаррус, не хочешь присоединиться к моей кампании против Коллекционеров? Будет очень опасно, но тебе ведь такое нравится.

4РХ4НГ3Л: Я на совещании, Шеп.

777Неуязвимый777: Чего?!

4РХ4НГ3Л: Если ты забыл, то напоминаю, что я теперь «специалист по борьбе со Жнецами». Потом спишемся.

777Неуязвимый777: Стой!

4РХ4НГ3Л завершил текущий диалог.

Вы начали диалог с Археолог2017:

Автоматическое сообщение приветствия от Археолог2017: Здравствуйте #юзернейм#. У меня всё хорошо. У моей мамы тоже всё хорошо. Нет, она не шизофреничка, у неё синдром профессионального выгорания. Да, она скоро выпишется. Извините, но я сейчас занята на раскопках. Всего доброго, до свидания.

777Неуязвимый777: 2017? Если предполагать, что это дата рождения, то зачем ты прибавила себе шестьдесят лет?

Археолог2017: Привет, Шепард! У тебя что-то срочное? Я сейчас занята немного…

777Неуязвимый777: Все заняты, я это уже понял, но я тут тоже не в беруши бью.

Археолог2017: Баклуши*

777Неуязвимый777: Неважно! Я собираю команду против Коллекционеров. Ты со мной?

Археолог2017: Нет, конечно.

777Неуязвимый777: Не понял.

Археолог2017: Мы с Эш почти докопались, в прямом смысле этого слова, до лаборатории, где, по моим расчётам, могут находиться необходимые тебе чертежи. Хочешь сказать, это может подождать?

777Неуязвимый777: Ты права, не может. Ладно, пока.

Вы завершили диалог с Археолог2017.

Вы начали диалог с Археолог2017:

777Неуязвимый777: Так зачем ты написала 2017?

Археолог2017 завершил текущий диалог.

Вы начали диалог с УРДНОТ-УНИЧТОЖИТЕЛЬ-МОЛОТИЛЬЩИКОВ:

777Неуязвимый777: Рекс.

УРДНОТ-УНИЧТОЖИТЕЛЬ-МОЛОТИЛЬЩИКОВ: ШЕПАРД.

777Неуязвимый777: Ре-е-екс!

УРДНОТ-УНИЧТОЖИТЕЛЬ-МОЛОТИЛЬЩИКОВ: ШЕПАРД!

777Неуязвимый777: РЕКС! 1

УРДНОТ-УНИЧТОЖИТЕЛЬ-МОЛОТИЛЬЩИКОВ: Ш Е П А Р Д!!!

777Неуязвимый777: Гоу мочить Коллекционеров?

УРДНОТ-УНИЧТОЖИТЕЛЬ-МОЛОТИЛЬЩИКОВ: Я ЗАНЯТ (((

777Неуязвимый777: Следовало догадаться. И чем же занят конкретно ты?

УРДНОТ-УНИЧТОЖИТЕЛЬ-МОЛОТИЛЬЩИКОВ: ВЕДУ ПЕРЕГОВОРЫ С КЛАНАМИ. Я СТАЛ ВОЖДЁМ, МАРК. НЕ МОГУ ПОКИНУТЬ ТУЧАНКУ СЕЙЧАС.

777Неуязвимый777: Не буду спрашивать, что ты сделал с предыдущим. Ну ладно, удачи тебе. Если у тебя заездом будет какой-нибудь саларианский учёный, гони его в шею.

УРДНОТ-УНИЧТОЖИТЕЛЬ-МОЛОТИЛЬЩИКОВ: ОК, ШЕПАРД, СПАСИБО, БУДУ ИМЕТЬ В ВИДУ.

Вы завершили диалог с УРДНОТ-УНИЧТОЖИТЕЛЬ-МОЛОТИЛЬЩИКОВ.

Вы начали диалог с БиОтИкN7:

Автоматическое сообщение приветствия от БиОтИкN7: В данный момент я нахожусь на важной встрече посла Андерсона с коллегией волусов в качестве телохранителя. Это, знаете ли, нелёгкая работа, так что при всём желании я не могу вам ответить. Всего доброго.

Вы завершили диалог с БиОтИкN7.

Часть 4. Зал совещаний.

«Нормандия» была готова к грядущим приключениям, а предложенные Хоуп специалисты завербованы. Новая группа выглядела внушительно, но я не был уверен в том, что могу ей доверять. Увы, старых друзей я не смог вызвать обратно на «Нормандию», так что у меня были только Джокер, доктор Чаквас и команда корабля, но они не принимали непосредственного участия в миссии, хоть и были незаменимыми соратниками.

— Прежде чем окунёмся в незабываемое приключение, — начал я вместо приветствия, — хотел бы вам напомнить, что оно может окончиться смертью для всех нас. Но! Это будет смерть храбрых бойцов, которые спасают галактику от мерзких механических тентаклей Жнецов.

— В которых никто не верит, — усмехнулся Заид.

— Выходит, с точки зрения большинства рас, мы будем не храбрыми, а глупыми, — подхватила Касуми.

— Смерть не худшая участь. А что подумают о нас другие, не будет иметь значения после гибели, — ответил Тейн.

— Обоснуйте, — вмешался Мордин и начал сыпать парцелляциями с такой частотой, что у Сарена невольно отвисла челюсть: — По-вашему, жизни после смерти нет? Не учитываете процесс существования после логического финала? Пусть эту теорию нельзя доказать. Но опровергнуть тоже нельзя. Современных технологий недостаточно. Только субъективные выводы. Но когда-нибудь тайна загробного мира будет раскрыта. Попытки были всегда. Изучение души относится к этим попыткам. Земляне в период с XVIII по XX век включительно полагали, что душа весит 21 грамм. Смехотворно! Какого было их разочарование, когда они узнали, что это вес воздуха. Человек умирает, лёгочная ткань спадает, воздух выходит из альвеол. Но сам факт…

— Мне сейчас очень хочется узнать, сколько весит воздух в легких саларианца, — пробасил Окир, сжимая кулак.

— Ар-р-рг! — возопила Найрин и звучно хлопнула ладонью по лбу.

— Эта кучка мусора вообще способна кого-то убить кроме здравого смысла? — задала риторический вопрос Джек.

— Кто внёс в список сопартийцев этих чудиков? — поинтересовался Сарен.

— Я, — неуверенно ответила Хоуп из-за моей спины.

— Забудем на минуточку о том, что мы находимся в юмористическом рассказе и поговорим серьёзно, — прервал я затянувшийся диалог. — Наша задача номер один сейчас — Коллекционеры. Нам необходимо выяснить, где находится их база, как туда попасть и что для этого нужно. Начинать следует с малого: нам удалось вычислить координаты одного из их крейсеров, «Нормандия» приблизится к нему на безопасное расстояние и выпустит заряд ЭМИ, чтобы деактивировать системы вражеского корабля. Пока он будет бесполезным куском металла в космосе, мы возьмём крейсер на абордаж и спасём обитающих там Коллекционеров от бренного существования в этом несправедливом мире.

— Я готова, — сказала Джек, поднимаясь с кресла.

— А если у меня не было в планах брать тебя конкретно на это задание? — спросил я озадаченно.

— Мне плевать, Шепард, мне скучно, и я хочу замочить парочку инопланетных задниц, потому что моя задница онемела от многоЛЕТНЕГО НАХОЖДЕНИЯ В ТУЕВОМ СТАЗИСЕ!

— Хорошо, что она родилась человеком, а не кроганом, — тихо сказала Касуми.

— А я был бы не прочь спариться с такой самкой, — ответил Окир, вставая. — Я тоже хочу посмотреть на этот крейсер. Думаю, ребята будут рады увидеть меня.

— У кого-нибудь в планах вообще есть пункт «слушаться команд Шепарда»? — спросил я, оглядывая новую компанию.

— У меня, — сказала Хоуп, подняв руку. Джон заржал.

Часть 5. Крейсер Коллекционеров, который не смог уничтожить «Нормандию» SR-1, и теперь пожалеет о своём промахе (он пожалел бы в любом случае, это всем известно!).

Операция «Тушите свет» прошла на удивление легко, и «Нормандия» смогла подобраться достаточно близко, чтобы сэкономить нам время на перелёт от одного корабля на другой с помощью челнока. Время сейчас было очень важным аспектом, ведь Коллекционеры почти сразу после отключения всех систем их крейсера начали устанавливать альтернативный источник питания.

Когда мы добрались до кокона, в котором находился один из Коллекционеров, я отправил Хоуп запрос на изучение данных исследований, которые проводились над ним. К тому моменту я уже знал, что обнаружили Коллекционеры, изучая одного из своих соплеменников, но я посчитал, что другим тоже следует это знать.

Хоуп довольно быстро расшифровала материалы и сообщила, что ДНК Коллекционеров оказалась аналогичной ДНК протеан, что повергло её, по всей видимости, в шок, поскольку она начала верещать и просить меня сделать фотографию представителя исчезнувшей расы.

— Окир! Окир! — позвала Джек, садясь на мёртвого Коллекционера сверху. — Сфоткай меня вместе с дохлым протеанином.

— Фоткай себя сама, сейчас это модно, — отмахнулся кроган.

— Это как? Так что ли? — спросила Джек, открывая фотосъемку на своём инструментоне и отставляя руку, чтобы сделать селфи.

— Да, молодец, быстро учишься, — небрежным тоном похвалил Окир. — Не забудь сбросить в эти ваши человеческие социальные сети.

— Надеюсь, ты не будешь подбегать к ещё живым Коллекционерам и просить у них автограф? — спросил я у девушки.

— Не, пусть эти четырехглазые берут автограф у меня! — ответила она и, пошаманив над фотографией, громко цокнула. — Экстранет не ловит, потом скину. Найрин, поставишь мне «палец вверх»?

— Нельзя ли немного серьёзнее отнестись к заданию? — огрызнулась турианка.

— Так ведь ты у нас эпицентр серьёзности, милашка. Смотри только не бросайся грудью на амбразуру, а то кто ж тебя заменит в команде?

Ещё довольно долго мои компаньоны перекидывались взаимными подколками, но когда мы вышли в главный зал, все голоса умолкли. Я и сам, прекрасно зная о планах Коллекционеров, оказался завороженным открывшейся картиной: по всему своду в ячейках покоилось бесчисленное множество капсул, отведенных чуть ли не на каждого человека в галактике. Несомненно, после Систем Термина Коллекционеры напали бы на Землю, Марс и другие насёленные планеты в Солнечной системе, и только в моих силах было остановить этот безжалостный марш служения Жнецам.

— А это не хочешь скинуть на «спейсбук»? — вполголоса спросила Найрин.

— На меня подписаны только церберская девка и пилот-калека (по внутренней связи раздалось недовольное сопение Хоуп), при всём желании, шокировать общественность чудовищными замыслами Коллекционеров я не смогу, — ответила Джек и шмыгнула носом. — Шепард, а мы точно справимся?

— Сомневаешься?

— Нет, прикидываю, с какой вероятностью я доживу до финала, чтобы набить морду главному Коллекционеру.

— Ну, если будешь ко мне хорошо относиться, то сто процентов доживёшь, — сказал я.

— Я должна с тобой переспать для того, чтобы попасть в финал конкурса самоубийц?

«Скажи, что да» — приказным тоном произнес Джон.

— Н-н-необязательно, — ответил я, поколебавшись, чем заслужил обидное оскорбление от другого капитана и благодарность от третьего.

— Ты милый, Шепард, но я предпочитаю мужиков пожёстче, правда, Окир?

— Меня не интересуют хлюпкие человеческие самки, — не оборачиваясь, сказал кроган.

Разобравшись с самками, то есть с данными, которые Хоуп скачала из серверов крейсера, и наконец-то объявившимися обитателями оного, наша команда высадки поспешила вернуться на «Нормандию». Все системы крейсера постепенно включались, а вот системы «Нормандии» из-за наличия канала для взлома были выведены из строя. Узнав об этом, я отослал всех в зал для совещаний, а сам помчался к Джокеру.

— Хоуп?

— Идёт восстановление, но это займет некоторое время.

— У нас нет времени! — крикнул Джефф.

С его почётного места лучше всего было видно, как медленно, но неумолимо разворачивается крейсер взбешённых Коллекционеров для атаки.

— Не говорите никому, но я думаю, что мы не переживём эту встречу, — сказал я осевшим голосом. — А если всё же переживём, пусть Призрак найдёт какого-нибудь другого хакера.

— Варп-ядро почти готово к запуску! — сообщила Хоуп.

В жерле крейсера разгоралось жёлтое пламя — так «заряжалось» главное орудие, которое с минуты на минуту поделит «Нормандию» на ноль.

«Похоже, от судьбы не убежишь» — с сожалением сказала Джейн.

«Мы что, не можем дать предубеждающий залп?!» — крикнул Джон, и я представил его красное от гнева и беспомощности лицо, точнее, своё лицо, если бы оно принадлежало и Джону. Эта мысль помогла мне отвлечься от осознания того, что судьба действительно находит тебя вопреки всему.

Джокер яростно молотил по клавишам, того гляди переломает пальцы, я осторожно положил ему на плечо ладонь, и он, обернувшись, посмотрел на меня широко распахнутыми, полными ужаса глазами.

От вспышек со стороны крейсера в кабине становилось всё светлее, похоже, когда произойдёт выстрел, ничего толком и не будет видно. А жаль, хотелось бы запомнить этот момент.

«На радаре слева!»

Не разобрав даже, кто это сказал, я обратил свой взгляд на экран, на котором отображались близлежащие космические тела или корабли, и увидел, что в нашу сторону на огромной скорости что-то мчится. Мгновение до залпа, и это что-то таранит крейсер Коллекционеров с фланга, отводя траекторию выстрела. Раздается взрыв (мы могли его только видеть, но я явственно представил, какой был бы звук, не разделяй нас вакуум: чудесный, громкий, волнующий, хороший такой «БАБАХ», одним словом, божественный звук), и корабль Коллекционеров ломается пополам.

Казалось, целую вечность я и Джокер наблюдали, как благодаря инерции разлетаются куски обшивки, пока, наконец, голос Касуми, находившейся здесь всё это время, не вывел нас из транса:

— Я думала, вы шутили по поводу самоубийственной миссии.

— Ты об этом? — переспросил я, показывая в сторону уничтоженного крейсера. — Этого вообще в планах не было.

— А ЭТО было? — Касуми отступила назад, и я невольно последовал её примеру: прямо в лобовой иллюминатор от места взрыва на большой скорости летело нечто полуовальное чёрного или серого цвета — я не мог разобрать из-за бликов на его поверхности. Когда до «Нормандии» неопознанному объекту оставалось несколько ярдов, оно раскрылось, и тогда стало ясно, что перед нами гет, однако это открытие повлекло за собой возникновение немалого количества других вопросов.

— Он пытается что-то сказать? — предположил Джокер.

Гет действительно много «жестикулировал»: махал конечностями, двигал головными пластинами и беспорядочно мигал единственным глазом.

— Морзянку кто-нибудь знает? — поинтересовался я.

— А если он говорит с нами на языке гетов? — предположила Касуми.

— У гетов нет языка, они общаются ноликами и единичками. Давайте впустим его. Это не очень разумно, но, кажется, он спас нас.

Специальным краном с магнитным полем гет был перенесен в грузовой отсек, где ему уже было подготовлено уютное место в компании меня и моих напарников, вооружённых штурмовыми винтовками с бронебойными пулями.

— Шепард-коммандер! Мы благодарны, что вы взяли нас на борт, — выпалил гет, едва я приблизился к нему.

«А вот и Легион» — сказала Джейн, посмеиваясь.

«Не факт, — засомневался Джон, — тот гет, которого я отдал Призраку, был пробит насквозь в районе того, что у человека называлось бы грудной клеткой, а на плече была часть костюма N7. Меня тогда заинтриговал этот момент, но я не стал ради него связываться с чёртовой железкой».

«Он нашёл её у обломков „Нормандии“ SR-1. К тому моменту он уже давно имел отверстие от выстрела, но почему только тогда решил закрыть его куском моей брони, не смог сказать».

— Ты знаешь меня? — спросил я у гета.

— Все знают вас.

— Ты явно спас меня и мою команду, отправив на таран свой корабль. Разве не должно было быть наоборот?

— Этот корабль не принадлежал нам.

— Ты его спёр у своих же?

— Не спёрли, а позаимствовали, Шепард-коммандер.

— Ну, допустим. Вопрос в другом — почему ты всё-таки спас нас?

— Не всё имеет логическое объяснение, Шепард-коммандер. Разве мы не могли совершить это действие по велению сердца? — спросил гет, и я готов был поклясться, что в его интонациях промелькнули нотки обиды.

— У тебя нет сердца, — крикнула Джек и на всякий случай достала второй пистолет.

— Вы несправедливы к нам. Если бы эта платформа могла, то ушла бы в запой, — ответил гет и «свернулся калачиком», то бишь включил режим ожидания или… что там вообще включают геты, когда так складываются?

— Эм, вырубаться посреди разговора невежливо, — сказал я и осторожно постучал по пластине на спине гета, но тот не отреагировал. — Я этого так не оставлю! То есть, его не оставлю здесь вот так. Установите вокруг него силовое поле, а то вдруг он чего учудит.

Интерлюдия 3.

Юстициар ждала меня в назначенном месте. Едва я увидел её, моя рука невольно потянулась к пистолету, но Джейн вовремя напомнила, кто стоит передо мной.

— Вы не Моринт, — сказал я, сжимая кулаки в попытке подавить желание выстрелить в знакомое лицо.

— Нет, я не Моринт, — ответила азари. — Меня зовут Самара.

— Сходство невероятное. И всё же вы… привлекательнее, — заметил я не без доли смущения и гнева на самого себя.

Юстициар окинула взглядом причал и поманила меня за собой.

— Здесь много лишних ушей, капитан, прошу вас, пойдёмте в более тихое место.

— В прошлый раз подобное предложение едва не свело меня в могилу, — сказал я и нервно усмехнулся. — Впрочем, почему бы не клюнуть на эту уловку ещё раз?

— Хорошо, Шепард, ради вашего спокойствия, останемся здесь, но тогда я буду кратка.

Азари снова оглянулась, а затем приблизилась ко мне.

— Вам известно, кто такие Ардат-Якши, капитан?

— Очень хорошо известно, — ответил я и, вспомнив состояние, в которое ввела меня Моринт, вздрогнул.

— На протяжении последних четырёхсот лет убийство Моринт было главной задачей моей жизни и причиной, по которой я стала юстициаром.

— Моринт — ваша дочь, не так ли? — спросил я, стараясь говорить как можно более учтивым тоном.

— Была ею. Юстициар отрекается от своей семьи, давая присягу Кодексу.

— Но вы были огорчены известием о её смерти?

— Потеря дочери опустошила меня, капитан. Она была отважной и умной, я гордилась ею. Но слышать о деяниях Моринт было невыносимо. Теперь с ней покончено, и я крайне признательна вам за это, пусть вы и не знали о том, что вас ждёт.

— Я бы хотел в качестве благодарности от вас получить согласие на моё предложение, — сказал я. — есть важное дело, в котором мне пригодилась бы ваша помощь.

— Боюсь, это невозможно, капитан. Как юстициар я служу Кодексу и не выполняю сторонних поручений. Даже в благодарность за такие услуги как та, которую вы оказали не только мне, но и всему миру, устранив Ардат-Якши.

— Мне это известно. Но вам наверняка понравится. Я ищу сторонников в борьбе с Коллекционерами.

— Коллекционеры — достойные противники. Пожалуй, я могла бы согласиться, — несколько задумчиво произнесла Самара.

— Нам нужны такие сильные и опытные бойцы, как вы. И такие благородные. В моей команде, порой, совсем туго с благородными поступками.

— Команда следует указам командира. Её поступки говорят о его собственном моральном облике.

— Вот потому мне и нужны вы — внести баланс.

— Что ж, я принимаю ваше предложение. Однако я должна буду присягнуть вам на верность, чтобы исключить конфликты между Кодексом и вашими приказами. Хочу вас также предупредить: если ваш приказ заставит меня пойти против чести, я убью вас после выполнения миссии.

— Я понимаю. К тому же быть убитым столь прекрасной женщиной — лучшее, на что я могу рассчитывать.

— Мне льстит ваш флирт, но он здесь неуместен, я старше вас на тысячу лет, — ответила Самара, учтиво улыбаясь.

— Кому это когда-либо мешало, в конце концов? — усмехнулся я. — Серьёзно, я согласен на чисто платонические чувства, секс для меня не главное.

— Я уже жалею, что согласилась с вами работать.

Часть 6. Мёртвый Жнец.

Из данных, собранных во время выполнения задания на крейсере Коллекционеров, удалось достоверно узнать о местонахождении базы последних и о существовании системы опознавания, позволяющей Коллекционерам беспрепятственно проходить через ретранслятор Омега-4 к центру галактики. В связи с тем, что крейсер был уничтожен, необходимо было найти другой корабль, чтобы добыть эту систему, и таким, по наводке Призрака, оказался мёртвый Жнец, пойманный гравитационным полем бурого карлика в системе Тора. О том, что он не совсем мёртвый, я не стал упоминать, поскольку миссия обещала пройти гладко.

Прорвавшись через бурю и оказавшись в поле эффекта массы Жнеца, «Нормандия» наконец перестала трястись, как волус, застрявший в текстурах. Было непривычно и даже несколько страшно ступать на борт корабля, который по сути своей был разумным существом. Потому я взял с собой всех, кто только поместился в челноке (Хоуп очень уж хотела попасть внутрь Жнеца, но Окир вытеснил её своим необъятным туловищем), кроме Сарена. Мне не хотелось, чтобы под влиянием другого Жнеца его снова посетили крамольные замыслы.

После первого же поворота коридора с нами столкнулся незнакомец в медицинском халате с эмблемой «Цербера», а учитывая то, что по моему наитию никто не ожидал встретить здесь живых людей, несчастного едва не превратили в решето в ту же минуту, что он возник перед нашей изумлённой компанией.

— Кто вы? — спросил я, не опуская дробовик.

— Нет, кто ВЫ такой и что делаете здесь? — задал встречный вопрос мужчина.

— Капитан Шепард, СпеКТР Совета, я здесь по важному заданию, связанному с Коллекционерами.

— Коллекционерами? Коллекционерами чего? — удивился незнакомец. — Я доктор Чандана, руководитель… руководитель… — доктор вдруг осёкся, и в его взгляде я прочёл озадаченность. — Не помню, но чем-то я руководил.

«Из-за того, что ты начал миссию задолго до меня и Джона в своё время, могу предположить, что научная группа относительно недавно начала изучать Жнеца, и его влияние ещё не изменило их в достаточной степени для того, чтобы поработить их полностью».

«Жаль, я хотел посмотреть зомби-хоррор» — сказал Джон с досадой.

«Жаль?! У Марка появилась исключительная возможность спасти этих несчастных, а ты говоришь о том, что тебе жаль, что они не стали безмозглыми хасками! Это невыносимо» — возмутилась Джейн.

— Где сейчас находятся другие сотрудники? — поинтересовался я у доктора Чанданы.

— В лабораториях, наверное, — ответил тот. — А в чём, собственно, дело?

— У меня приказ эвакуировать научную группу, доктор, объявите по рации об общем сборе у главного шлюза.

— Предвкушаю радость Джокера на этот счёт, — осклабился Заид.

— Мы тут заняты вообще-то, — запротестовал Чандана. — Мы тут как бы… занимаемся… м-м-м, занятиями. Чёрт, опять голова заболела, извините, мне надо принять таблетки.

— Доктор Чандана, это крайне важно, корабль продолжает воздействовать на разум существ, находящихся внутри него, и если я немедленно не уведу вас, всё закончится крайне печально.

— О, да, точно, мы что-то делаем с кораблём! — обрадовался мужчина и вдруг став хмурым, спросил у меня вполголоса: — У вас нет ощущения, что здесь как будто бы тесно?

Я оглянулся на шестерых своих компаньонов, толкавшихся за моей спиной.

— Возможно, некоторое стеснение присутствует, — ответил я.

Доктор не сразу, но всё же поддался на мои уговоры и сообщил по громкой связи сотрудникам о том, что проект свернули и Жнеца необходимо покинуть в течение часа. Однако когда работники исследовательской ячейки «Цербера» уже сидели на чемоданах, корабль ощутимо тряхнуло. Ситуация быстро выходила из-под контроля, поскольку, судя по комментариям Джейн, мне нужно было отключить ядро эффекта массы, чтобы снять внезапно возникший щит, мешающий перебросить учёных и нас самих обратно на «Нормандию», а это было чревато падением Жнеца с небес на землю.

Впрочем, сложившуюся ситуацию ещё можно было бы как-то решить, но почти сразу после активации щитов научные работники стали вести себя довольно агрессивно в отношении меня и моих компаньонов. То им Джек, видите ли, вульгарно одета, то Окир громко дышит, то Самара слишком презрительно на них глядит. В общем, прицепились что ваши бабушки на лавочках. Явно проделки Жнеца.

Без каких-либо затруднений (если не считать того, что всю дорогу нас донимали своими претензиями учёные) найдя носитель с технологией «свой-чужой» и достигнув ядра Жнеца, я предоставил Легиону возможность собрать необходимую для него информацию и отключить силовой щит.

Как только всё было сделано, Джокер изящно пристроился сбоку от корабля так, чтобы команда высадки и группа учёных могли перекочевать на «Нормандию», но именно в этот момент мне суждено было столкнуться с проблемой: несчастные зомбированные сотрудники наотрез отказались уходить. Возможно, они были напуганы тем, что им в одних только лёгких костюмах для нахождения в бескислородной среде придётся скакать с одного корабля на другой в то время, когда один из них неминуемо несётся к поверхности ближайшей планеты. Вопрос был решён усилиями Джек и Найрин, которые к тому времени настолько устали от наездов учёных, что просто запихнули их в открытый шлюз «Нормандии» эффектом массы.

Дальнейший наш путь пролегал на станцию «Минитмен», куда я намеревался передать спасённых учёных. Пусть там теперь мучаются с ними.

Интерлюдия 4.

— Удваиваю, — сказала Джек, бросая несколько фишек в общую кучу.

— Отвечаю. — Найрин подвинула свои фишки и наградила Джек сдержанной улыбкой.

— Пас. — Сарен вздохнул и, сбросив карты, встал из-за стола. — До нитки обобрали, бестии.

— Ваше слово, капитан? — спросил Тейн, исполнявший обязанности дилера.

— All in, — ответил я, осторожно сдвигая кучу фишек к центру стола.

— Вы блефуете, Шепард-коммандер, — сообщил Легион.

— Да с чего ты взял, Клап-Трап? — усмехнулся я.

— Шестёрка червей и король бубен. Любая карта в ривере обеспечивает вам лишь старшую карту. Вероятность выпадения комбинации «флеш» у Джек: 76,53%. Вероятность выпадения комбинации «фулл хаус» у Найрин: 89,68%.

Джек непечатно выругалась и осыпала Найрин оставшимися фишками, турианка в ответ перевернула стул Джек.

— Я же просил тебя не считать карты, Легион, — сказал я разочарованным тоном и биотическим полем отодвинул дерущихся женщин друг от друга.

— Просили, — подтвердил Легион, — но не приказывали, — добавил он, от чего я опешил.

— Я приказываю тебе пойти и выброситься в открытый космос.

— Это нерациональный приказ, Шепард-коммандер. Мы можем оказаться полезнее, пребывая внутри корабля.

— Да знаю я, — согласился я и вздохнул. — Принеси мне тогда виски что ли.

— Эта платформа не исполняет обязанности официанта, Шепард-коммандер.

— Надо было тебя…

— Держите, капитан, — ласково проворковала Касуми, появившись из ниоткуда позади меня и ставя на стол стакан виски со льдом. — Не ругайтесь на Легиона, он так шутит.

— Он умеет шутить? — засомневался я.

— Вчера он попытался сравнить моё выражение с выражением морды какого-то земного существа по имени Грампи, — сказал Окир, — я объяснил куску металла, что со мной вообще не следует заводить диалоги.

Одна из пластин на голове Легиона приподнялась, а око стало светить чуть ярче.

— Не смей, железка, — предупредил его кроган.

— Как Грампи-кэту будет угодно, — ответил Легион и сложился пополам, поскольку в следующий момент Окир встал из-за стола и, подойдя к гету, поднял его и с громким рыком швырнул в стену, снеся при этом моё любимое кресло для релаксации.

Часть 7. «Нормандия» SR-1.

— И как, позвольте поинтересоваться, ты расскажешь о нападении Коллекционеров? — с желчью в тоне проговорил Джон. — Извините, пожалуйста, но у меня тут предчувствие, что в программе «свой-чужой», установленной на «Нормандии», есть вирус, который отошлёт наши координаты Коллекционерам. Не делайте последнюю диагностику аппаратуры, пока не удалите его. Так что ли?

— Что мешает мне намекнуть на такую вероятность?

— Это может показаться подозрительным, Марк, — сказала Джейн.

— Брось эту затею, капитан, так или иначе, ты всё равно спасёшь похищенную команду, — настаивал Джон.

— Многие погибли, защищая «Нормандию» от вторжения! — возмутилась Джейн.

— Это их обязанность, — усмехнулся Джон.

— Нет, я не могу оставить всё, как есть. Хоуп? — позвал я помощницу по внутренней связи.

— Да, капитан Шепард, — ответила та почти сразу.

— Зайди ко мне на минуту.

— О-о-о, уже бегу!

Пока Хоуп бежала, а скорее — ползла на четвереньках, судя по тому, что пришла она нескоро, я успел покормить рыбок и хомячка, протереть пыль на всех кораблях из своей коллекции и поиграться со странным шаром, который я раздобыл ещё когда моим заданием было устранить Властелина. Когда же Хоуп пришла, я понял, почему она так медлила.

— И вот я здесь, — сказала она, улыбаясь и поправляя завитки блестящих волос. Платье на девушке было столь обтягивающим, что, казалось, её грудь вот-вот вывалится.

— Я не понял, ты что, решила, что я тебя на свидание позвал?

— А разве нет? — ужаснулась Хоуп и покраснела.

— Так ведь я даже намёков не давал… — удивился я.

— Но вы всегда со мной так вежливо разговаривали, и я подумала, что… О, боже, пойду переоденусь.

— Нет уж, постой, — поспешил сказать я, и Хоуп уже было обрадовалась, что сумела-таки меня обольстить, но как только я начал речь о том, ради чего позвал её, девушка скисла: — Проверь ещё раз программу опознавания Жнецов на наличие вирусных программ.

— Я уже делала это, капитан, всё чисто.

— Проверь ещё раз. Подключи защиту, распознающую самые сложные из возможных вирусов, но убедись в том, что она чиста.

— Не понимаю, капитан, какая надобность в дополнительном сканировании? Нам осталось только провести диагностику программ, с которыми мы интегрировали систему, и мы можем пройти ретранслятор Омега-4. Разве вы не хотите, чтобы миссия закончилась быстрее?

— Вам не обязательно понимать мои приказы, Хоуп Лилиум, достаточно просто выполнять их. Проведите сканирование и сообщите о результатах.

— Так точно, капитан, — с досадой ответила Хоуп и поспешила ретироваться.

— Мог бы и переспать с ней перед последним этапом миссии, — сказал Джон. — А потом убить. Ты даже не представляешь, как здорово это снимает напряжение перед опасным заданием.

— Это отвратительно! — ответил я одновременно с Джейн.

— Не буду я ни с кем спать, когда у меня в голове два посторонних человека, — добавил я.

— Так ведь это даже интереснее.

— Знаешь, как называется ситуация, когда девушка не в курсе, что с ней спят три человека одновременно? — спросила Джейн и тут же ответила сама: — Изнасилование!

— Да кто ей скажет, что нас трое?

Не удостоив своих альтер-эго другими высказываниями из боязни влипнуть в дискуссию о сексуальных девиациях, которая уже начинала разгораться между Джоном и Джейн, я решил немного выпить, чтобы хоть немного заглушить их голоса.

Часть 8. База Коллекционеров.

К счастью для меня и всей команды «Нормандии» Хоуп всё же нашла тот самый вирус, который, по словам моих альтер-версий, стал причиной неожиданного нападения Коллекционеров, и удалила его. Программа «свой-чужой» была успешно установлена, и теперь я пожинал плоды нескольких месяцев подготовки к «самоубийственной миссии» и одновременно пытался выгнать гигантское око из моего грузового отсека средствами от насекомых.

Когда Джокер нашёл место для «парковки», а Хоуп убедилась, что на базе Коллекционеров отсутствует оповещение о проникновении вражеских кораблей, я собрал команду в зале совещаний, чтобы распределить обязанности компаньонов.

— Чтобы проникнуть внутрь базы, кому-то необходимо будет пройти по вентиляции и открыть преграждающую путь дверь изнутри, — сообщила Найрин, изучая голограмму базы. — Также мы можем разделиться на две группы: одна группа будет отвлекать на себя внимание Коллекционеров, вторая — под вашим командованием, Шепард — будет группой внедрения. Лично я вызываюсь на роль техника.

— Да что ж тебя тянет всё время на самоубийство? — спросила Джек.

— Нет, — ответил я, покачав головой, — эта задача для Легиона, уж он-то любую дверь откроет в два счёта.

— Нам страшно отправляться на столь ответственное задание, Шепард-коммандер, — сказал гет, растопырив головные пластины.

— Я выброшу тебя в космос, железка, — пригрозил Окир.

— А вот вы, Окир, — перебил я крогана, — будете вести вторую группой, у вас ведь есть опыт командования.

— У меня такой опыт был уже тогда, когда Самара только ходить училась.

— Вы сильно умаляете мой возраст, Окир, — зарделась юстициар.

«Надеюсь, его прибьют по дороге» — подумал я с ревностью, но вслух сказал только несколько слов напутствия.

Когда первая преграда была позади, наши группы снова встретились. Потерь удалось избежать, но Окир был ранен, и, узнав об этом, я пожалел о своих мыслях. Также оказалось, что мы находимся в комнате с пресловутыми коконами. Только теперь внутри них можно было разглядеть людей.

«Марк, это похищенные колонисты! Они могут быть ещё живыми» — предположила Джейн, и я приказал найти способ открыть все коконы, в которых кто-то находился. Действовать нужно было быстро с учётом того, что в любой момент на нас могли напасть Коллекционеры.

Как только все уцелевшие были освобождены, Хоуп сообщила, что, судя по данным сканирования, впереди нас ждёт неприятный сюрприз. И как я мог забыть об ищейках? Мне не удалось столкнуться с ними раньше, и никакой защиты от них у нас не было. Впрочем, по словам Джона и Джейн, она не помогла бы от того роя, что ждал нас впереди, с ним способен был справиться только биотик.

— Я могу создать поле, которое оградит нас от этих насекомых, — предложила Найрин.

— Ты когда-нибудь перестанешь предлагать свою кандидатуру на задания, в которых тебя ждёт неминуемая гибель? — спросила Джек и страдальчески вздохнула.

— Найрин, ты хороший боец, но как биотик намного слабее меня, Джек или Самары, — ответил я и обратился к азари: — Не откажете мне в просьбе сопровождать нашу маленькую компанию?

— С удовольствием, капитан.

— Я готов снова возглавить вторую группу, — сказал Окир.

— Я не могу рисковать вами, вы отправитесь назад вместе с группой спасённых нами колонистов. Им нужно будет прикрытие.

— Раненный кроган представляет лишь ещё бОльшую опасность для врага, Шепард, — процедил военачальник.

— И потому я хочу, чтобы вы сопровождали выживших. Если хоть один четырехглазый ублюдок вылезет, чтобы кого-то подстрелить, я хочу, чтобы вы порвали его на флаг Альянса. А вторую группу возглавит Сарен.

— Гр-р, будь по-твоему, Шепард, — нехотя согласился Окир.

Отдав новые распоряжения, я вместе с азари, саларианцем и дреллом выдвинулся в путь. Он оказался уже не столь простым, как прежде, к тому же рой нарушал связь между нашими группами, а Самаре тяжело давалось поддержание барьера, пока мы прорывались через отряды Коллекционеров и толпы хаски. Когда оставалось совсем немного до зала, отделявшего нас от ищеек и второй группы, азари заметно сникла, но не сдавалась.

— Мордин, Тейн, сможете оборонять нас на оставшемся пути? — спросил я у компаньонов.

— Несомненно, капитан, — ответил Солус.

Я убрал оружие и, подойдя к Самаре, взял её за руку, чтобы передать часть своей энергии ей.

— Спасибо, Шепард, — проговорила юстициар, тяжело дыша, и улыбнулась, — вдвоём нам будет легче удерживать барьер, но врагов становится всё больше.

— У меня есть вторая рука, — ответил я и показал наглядный пример на Коллекционере, который появился из-за укрытия, отправив его в незабываемый полёт в другой конец базы.

— Тогда нам наверняка нечего бояться.

— Как это романтично! — заметил Тейн и внезапно погрузился в одно из своих многочисленных воспоминаний. Я предпочёл пропустить его комментарий мимо ушей.

Вскоре мы объединились с остальной командой, но и тогда нам было не суждено идти вместе дальше: Коллекционеры пытались взломать запечатанную дверь, чтобы добраться до нас. Я вынужден был оставить кого-то прикрывать тыл, и я посчитал, что чем больше бойцов останется, тем выше шанс того, что мы никого не потеряем.

«Действуй продуманно, Марк, — сказала Джейн. — у каждого из твоих компаньонов есть определённый коэффициент защиты. От того, кого ты оставишь здесь, а кого возьмёшь с собой на финального босса, зависит, погибнет ли кто-то из оставшихся».

«Если и погибнет, это будет Мордин, Касуми или Джек» — добавил Джон.

«Что? Какой к черту коэффициент защиты? Вы о чём вообще, чёрт возьми?»

«Бери с собой саларианского певца и татуированную, — посоветовал Джон. — Тогда у оставшейся группы средний коэффициент будет 2,4 — все останутся живы. Аж тошно от такой идиллии».

«Не хочу знать, что за чушь вы несёте».

— Самара и Джек пойдут со мной, остальные останутся под командованием Сарена оборонять тыл.

«Средний коэффициент защиты оставшихся компаньонов 2,2, Марк, тоже неплохо» — сказала Джейн.

Проигнорировав замечание советницы, я подумал, что стоило бы сказать какую-то напутственную речь, и тут же в моей голове возник целый список предложений от Джейн и Джона:

«Зададим трёпку этим инопланетным гадам!» — «Это пропаганда расизма, Джон».

«Мы сражаемся не за себя, но за мир во всей галактике…» — «Галактике плевать было, что я уничтожил Протожнеца, а Альянс только ресничками похлопал, как юная дева и засунул меня в тюрьму для военных преступников на три месяца».

«Скажи, что скормишь их варренам, если облажаются» — «Уже было» — «Да тьфу на тебя, женщина!».

— Я рад, что мы прошли этот путь вместе, — начал я, оглядывая своих компаньонов, которые тоже стали мне друзьями. — Но впереди у нас ещё немало других врагов, и мы не можем сдаться здесь и сейчас. Эта война нескоро закончится, но я обещаю вам одно…

Я сделал небольшую паузу, всматриваясь в напряжённые физиономии соратников, а затем продолжил:

— После этой заварушки я устрою вам гулянку с таким количеством спиртного, что даже Джек будет много!

— Я ЖЕ ПРОСИЛА НЕ ГОВОРИТЬ О МОЕЙ ПРОБЛЕМЕ С АЛКОГОЛЕМ, ШЕПАРД! — заорала Джек и пнула меня под ребра биотическим ударом.

— Ладно, больше не буду, — ответил я, пытаясь разогнуться. Впрочем, компаньонам понравилось моё предложение, и я ощутил, что им сразу стало немного веселее находиться здесь, на базе Коллекционеров, в центре галактики, в месте, куда впервые ступает нога человека, азари, дрелла… в общем, всех их.

С помощью перемещающихся по базе платформ наша группа проследовала вдоль труб к огромному залу в центре базы Коллекционеров, в которой они содержали Протожнеца. Сейчас его строение, если сравнивать его с человеческим (ведь его создавали похожим именно на homo sapiens), представляло собой лишь череп и верхний пояс конечностей, тогда как, по словам Джейн и Джона, их глазам предстал Протожнец, достроенный почти до нижнего пояса конечностей. Два года ушло бы у Коллекционеров на туловище, быть может, ещё год или два на завершение, и Жнец мог бы спокойно бороздить бескрайние просторы космоса, наводя ужас на его обитателей.

Я представил себе, как человекоподобный Жнец подлетает к Цитадели, как в своё время это сделал Властелин, садится сверху на Башню Призидиума и подключается к управлению станцией с помощью своего полового члена… гм.

Отбросив подобные мысли, я дал указание стрелять по цистернам, через которые Протожнецу подавалась питательная смесь из того, о чём я не желал думать. Хватило нескольких залпов, чтобы разбить их, заставить Протожнеца рухнуть вниз и похоронить его под грудой обломков. Единственное, о чём следовало беспокоиться — о возможности Протожнеца выползти обратно, цепляясь зубами за платформы, потому что рук для этого у него ещё не было, но он, вероятно, если бы и хотел, не мог провернуть такое нелёгкое дело.

В момент, когда я устанавливал заряд взрывчатки, на мой инструментон поступил вызов от Призрака.

— Да-да?

— Как у вас там дела, капитан?

— Потихоньку, мистер Харпер, я как раз закладывал бомбу, когда вы позвонили.

— Я думаю, что с этим можно повременить, Шеп, — подозрительно вкрадчивым тоном сказал Призрак.

— Я думаю, что ожидал от вас такого предложения, — ответил я и подошёл к краю платформы, чтобы убедиться, что Протожнец не собирается внезапно напасть на нас.

— Тогда, полагаю, вы понимаете ценность базы Коллекционеров для нашего дела.

— Понимаю, но есть одна проблема, мистер Харпер. У нас тут человекоподобный Жнец, редкий недоделок, но, тем не менее, не теряющий надежд на возможность скушать пару миллиардов людей.

Услышав мои слова, Джек и Самара также приблизились к краю и взглянули вниз. Открывшаяся нам картина хоть и была забавной, но уверенности в завтрашний день не вселяла: даже та малая часть, которую представлял собой Протожнец, была живой и смотрела на нас с таким презрением в механических глазах, что мне хотелось провалиться сквозь землю.

«Марк, оно стреляет лучами энергии изо рта!» — предупредила Джейн, и действительно, в следующий миг оранжевый столб едва не унёс жизни трёх замечательных бойцов, включая мою собственную, но по счастливой случайности прошёл в стороне от нас.

«С калибровкой у него плохо» — догадался Джон.

— Я взорву базу, Призрак, каких бы планов у вас на неё ни было, поскольку нет другого способа убить Протожнеца.

— Каких ещё способов? Пристрелите его, делов-то, — ответил Призрак и фыркнул.

— Вас здесь нет, но я буду терпелив и ещё раз скажу: ЕГО НЕЛЬЗЯ ПРИСТРЕЛИТЬ ИЗ НАШИХ МАЛЕНЬКИХ ПУКАЛОК. ОН ОЧЕНЬ БОЛЬШОЙ И СТРАШНЫЙ, И ОЧАМИ СВЕРКАЕТ. Так понимаете?

Протожнец попытался испепелить нас ещё раз, и хотя залп снова ушёл в сторону, он был уже чуть ближе, чем прежний.

«Пристреливается что ли, гад?» — с досадой сказал Джон.

— Ой, я больше не могу говорить, мама зовёт кушать, — крикнул я и отключил разговор с Призраком. — Быстро устанавливаем бомбу и валим, — добавил я, уже обращаясь к соратницам.

— Призрак тебе потом уши отдерёт за то, что ты трубку бросил, Шепард, — сказала Джек, смеясь.

— У него ничего не получится, если Протожнец доберётся до нас первым и испепелит мои уши.

Бомба была установлена, но по классике жанра, в последний момент Протожнец таки попал лучом по платформе, на которой мы находились, расколов её пополам. Все связанные с ней другие платформы также начали падать. Джек и я были ближе всех к твердой поверхности, но Самару, которая устанавливала бомбу, отбросило к краю. Она попыталась подняться как можно быстрее и рвануть, что есть силы, к нам, но платформа под её ногами предательски накренилась, и юстициар могла вот-вот потерять равновесие и рухнуть вниз.

Ни одна мысль не успела возникнуть в моей голове, ни одно слово не было произнесено моими альтер-эго — так быстро сработала моя реакция: я бросился к азари и, оказавшись рядом, оттолкнул её к Джек, используя при этом всю биотическую силу, что мог в тот момент. Меня самого при этом отбросило от края так далеко, что при всём желании я не смог бы ухватиться даже за обломок платформы, чтобы взобраться по нему обратно.

Летя прямо в пасть Протожнецу спиной вперёд, я подумал, что так даже лучше, чем если бы меня развернуло, и я мог видеть куда именно меня несёт судьба. Внезапно я завис на половине пути, и мерцающее голубое поле объяло меня и потянуло обратно. Я готов был разрыдаться от радости, если бы не очередной луч энергии, возникший возле моего тела и заставивший меня вскрикнуть.

Как только я оказался на земле, Джек с размаху врезала мне по лицу кулаком.

— Я ЧУТЬ В ШТАНЫ НЕ НАДЕЛАЛА, ИДИОТ! — заорала она.

— Потом поговорим, милая, ладно? — ответил я, сплёвывая в сторону, а затем подтолкнул дам к выходу. — Пора уносить отсюда ноги.

Уносить ноги пришлось под обстрелом Коллекционеров, но это было уже не столь важно. И когда Джокер подвёл «Нормандию» достаточно близко, чтобы мы втроём без проблем перебрались на корабль, я смог вздохнуть полной грудью. Впрочем, в следующий миг мои лёгкие безнадёжно выключились из процесса жизнедеятельности, как и всё остальное, кроме сердца.

— Капитан? — позвала Самара и, когда я обернулся, притянула меня к себе и поцеловала. В щёчку, конечно, но этого того стоило. — У меня нет слов, чтобы выразить в полной мере благодарность за проявленный вами поступок.

— А мне и не надо слов, — проговорил я осипшим голосом. Азари усмехнулась, но всё же исполнила мою негласную просьбу, оставив куда более убедительный поцелуй на память.

Эпилог.

Археолог2017 начала диалог с 777Неуязвимый777:

Археолог2017: Эврика!

Археолог2017: Мы нашли чертежи оружия против Жнецов, Шепард.

777Неуязвимый777 печатает…

Конец второго… ой, минуточку, ещё ведь DLC!

Рассказ 2.1: Серый Посредник

Нет ничего более приятного, чем пробуждение ранним утром выходного дня от звонка своего босса. Конечно, Джек Харпер не совсем был моим боссом, но в последнее время приходилось оказывать ему немало услуг в благодарность за ту помощь, которую предоставляет он. Послать его я не мог по нескольким соображениям, и в первую очередь потому, что Призрак способен существенно попортить мне кровь и планы.

Однако все предыдущие поручения носили чисто дипломатический характер (пойди убей того, пойди подкупи этого, выкради мне нефритовую печать династии Мин за десять миллиардов кредитов) и косвенно были мне на руку. Новое же задание перечёркивало значительный кусок сюжетной линии.

— Моим разведчикам удалось раздобыть информацию о местонахождении Серого Посредника, — сообщил Призрак и сделал небольшую паузу, во время которой я мог слышать, как он затягивается сигарой, а затем протяжно выдыхает. — В последнее время мне нередко приходится бороться с ним за влияние в том или ином секторе.

— Вы предлагаете мне нейтрализовать Серого Посредника?

— Информация, которой он владеет бесценна. Это выгодно нам обоим, капитан, я знаю, вы понимаете, — Призрак снова отвлёкся, теперь, судя по всему, на то, чтобы выпить виски со льдом, стук которого о стенки стакана я услышал. — Кроме того, вам будет интересно узнать, что ваша первая встреча с Коллекционерами была организована благодаря наводке Посредника на след «Нормандии».

— Вы пытаетесь вызвать во мне личную неприязнь к «Эс Пэ»? — усмехнулся я. — Ну, положим, я согласился.

— Вас заберёт Миранда. Если считаете необходимым, возьмите ещё одного напарника, но не больше. Чем меньше людей знает об этой операции, тем лучше, — сказал Харпер, затем раздался странный звук, напоминающий шум засорившегося кондиционера, и Призрак издал громкое гортанное урчание.

«Что он там делает?» — удивилась Джейн.

«Идиотский вопрос. Кокаин нюхает, конечно. Чем ещё может заниматься глава самой крупной террористической ячейки на территории Альянса в воскресенье утром?» — пояснил Джон.

— А вы вообще имеете представление о том, кто такой Серый Посредник, мистер Харпер? — поинтересовался я.

— Догадываюсь, — ответил Призрак. — Но я никогда не был склонен к тому, чтобы высказывать догадки, что и вам советую. Важны только факты, капитан.

Последнее предложение Призрак проговорил сквозь зубы, послышалась какая-то возня, звук засасывания поршнем жидкости вместе с воздухом, затем ненадолго воцарилась тишина, но спустя несколько мгновений она прервалась полным удовлетворения вздохом.

«Героин пошёл» — сообщил Джон.

«По-моему, это уже чересчур» — сказала Джейн с возмущением.

«Пф, я перед каждой миссией закидывался амфетамином» — признался Джон, вызвав бурную реакцию у Джейн с ненормативной лексикой и нравоучениями.

— Джек? — позвал я, не дождавшись дополнительных указаний. Призрак не отвечал, но тихо сопел. Я завершил вызов и попытался снова заснуть.

У меня было время поразмышлять, и я понял, что не смогу поспособствовать становлению Серым Посредником Лиаре или кому-то ещё из моих компаньонов, подходящему на эту роль. Призрак заранее продумал этот момент и выбрал Миранду именно потому, что мог доверить лишь ей место главы столь обширной и мощной организации: Миранда была ему полностью предана, имела множество связей по всей галактике и обладала необходимыми для Серого Посредника качествами. Идеальная кандидатура с точки зрения «Цербера». Плохая кандидатура с точки зрения моих планов на базу СП.

«Я никогда не прощу тебя, если ты упустишь возможность сделать Посредником Лиару, — повторяла Джейн всё время, что мы летели к информатору Миранды. — Эта кукла не достойна такой роли, что бы ты там ни думал».

«Кукла здесь только твоя синекожая баба, — отвечал ей Джон. — У неё вон даже брови нарисованные. Всё время стебал её из-за них».

«Я убью тебя, как только у меня появится такая возможность».

— Какой-то вы молчаливый сегодня, капитан, — сказала Миранда, глядя в зеркало заднего вида. Она сидела на водительском месте аэротакси.

— Продумываю план действий, — ответил я, зевнув.

— А стоило бы поглядывать по сторонам, — подал голос Сарен.

— Что-то не так?

— За нами уже пятнадцать минут следует хвост. Золотистый «форд Джет», в третьем ряду справа.

— Орлиный глаз, Артериус, — похвалил я. — Я бы ни за что не разглядел его на таком расстоянии.

— У меня увеличена аккомодация по сравнению с глазами других разумных существ.

— Зря я не умер, — вполголоса сказал я, представляя, сколько полезных штуковин в меня могли бы запихнуть в рамках проекта «Лазарь».

— Попробуем оторваться. — Миранда выключила автопилот и резко ушла в сторону от трафика.

Аэрокар преследователя не отставал и, когда мы оказались в безлюдном районе, открыл по нам огонь из встроенных в корпус машины пулёметов. Лоусон ловко уходила от обстрела, виляя между небоскрёбами. Вскоре к погоне присоединились ещё трое. Они быстро нагоняли нас и, видимо, хотели сбить, но при том, что наш аэрокар в сравнении с их транспортом был куском бесполезного металла, Миранда умудрялась отрываться от преследования.

— Энергия заканчивается, — сообщила Лоусон.

— Что будем делать? — поинтересовался Сарен, доставая штурмовую винтовку. Видимо, он предполагал, что в данной ситуации остаётся надеяться только на меткий выстрел в лобовое стекло.

— Прыгать, — сказала Миранда и внезапно нырнула внутрь недостроенного здания, едва не вызвав у меня сердечный приступ. — Сейчас!

Снова включив автопилот, Лоусон открыла дверь и выпрыгнула из аэрокара наружу. Не сразу, но Сарен и я последовали её примеру. К счастью, мягкому приземлению поспособствовал вовремя использованный эффект массы.

Из четырёх преследователей также через здание рискнул пролететь только золотистый «форд». Убедившись, что они клюнули на приманку, мы вышли из укрытия и вызвали другую машину — до места встречи с информатором пешком вовремя не добраться.

Однако по факту прибытия нас ждал сюрприз: жилой комплекс, в котором нас должен был ждать человек Миранды, был оцеплен.

Подойдя ближе, я неосознанно отметил про себя азари, стоявшую среди обломков стены, которая обрушилась из-за взрыва на одном из этажей. В отличие от других азари-полицейских, она была одета в дорогую и довольно качественную броню, какую я и сам с удовольствием носил, если бы Совет до сих пор обеспечивал меня материально так же, как и полгода назад.

«Да ладно!» — воскликнул Джон, когда мы подошли к ограждению, и та азари обернулась.

«Вазир, — сообщила Джейн. — Хоть что-то не изменилось».

— Капитан Шепард? Не ожидала вас здесь увидеть, — сказала азари, приближаясь. — Меня зовут…

— Тела Вазир, СпеКТР Совета, — перебил её Сарен.

— Сарен Артериус! — удивилась Вазир. — Постойте, я достану маркер, а вы распишетесь на моём нагруднике, Шепард на правой половине, а вы на левой.

— Что здесь делает СпеКТР? — поинтересовалась Миранда.

— Какой из трёх? — усмехнулась Вазир. — Десять минут назад в Гамильтон-плаза прогремел взрыв, который смёл целый этаж. По сводкам спасателей, выживших нет. Есть основания полагать, что это было покушение на посла элкоров. Потому я здесь. А теперь вы, господа.

— А мы пришли отдохнуть перед тяжёлой рабочей неделей, — ответил я, подмигнув и кивнув в сторону Миранды. — Хотите четвёртой к нам, Вазир?

— Нет, я, пожалуй, воздержусь, — ответила азари с перекошенным лицом.

— Вы многое теряете, — сказал я, покачав головой и направился к зданию.

Нас пропустили внутрь, едва я упомянул свой статус. Как и сказала Вазир, этаж, на котором взорвалась бомба, был почти полностью уничтожен, и это был именно тот этаж, на котором снимал комнату осведомитель Миранды. Взрыв не был совпадением и вряд ли являлся покушением на посла, который жил совершенно в другом корпусе. Впрочем, мне было достаточно известно о Вазир, чтобы не верить её словам. Одно её присутствие там же, где находился человек, обладающий информацией о местонахождении Серого Посредника, говорило о том, что за нами послали убийц.

— Комната Дерека пострадала чуть меньше тех, что у пожарного выхода в другом конце коридора, — сказала Миранда, изучая место происшествия. — Видимо, там и была заложена бомба. Грубое упущение. ОНД с информацией мог сохраниться среди обломков.

— Не беспокоишься, что потолок рухнет нам на голову, пока мы будем искать флешку? — спросил я.

— Наёмники Серого Посредника устранят нас быстрее, чем это произойдёт.

— Это значительно облегчает наше существование, — заметил Сарен ехидным тоном.

Перешагивая через обгоревшую мебель и ломая подошвой осколки стёкол, мы принялись обыскивать пепелище. Дело было непростое, по словам Миранды, без сведений Дерека мы надолго потеряем след Серого Посредника, а я не мог сказать, где находится его база, не вызвав море вопросов.

— Я нашёл Дерека, — сказал Сарен. — Он прятался под кроватью. Это его не спасло.

Турианец поднял кровать, чтобы мы с Мирандой могли подлезть к телу и осмотреть его. Пока Лоусон проверяла наличие ОНД среди обрывков сгоревшей одежды, я просканировал само тело, надеясь обнаружить какие-то следы. Я не думал, что из этого что-то получится, но, к моему удивлению, рядом с рукой Дерека нашлась органическая субстанция. Сдув пепел и включив ультрафиолетовую подсветку я увидел надпись «Хагал». Как это старомодно — писать собственной кровью на полу. Но мило, а главное — очень кстати.

— Что это может значить? — поинтересовалась Миранда, глядя на слово.

— В одной из систем Туманности Песочные часы есть планета Хагалаз, — сказал я и отошёл, позволяя Сарену опустить полуразвалившуюся кровать на место. — Очень красивая планета, но жестокая. Из-за длительного периода обращения и формирования постоянного столкновения горячего и холодного фронтов на её поверхности никогда не прекращаются бури. В таком климате способны жить только местные зверушки. Идеальное место для того, чтобы обустроить секретную базу.

— Интересная мысль, Шепард, возможно, её следует проверить, — с недоверчивым тоном в голосе ответила Миранда. — Но всё же нужно отыскать ОНД.

— Он наверняка сгорел или его забрали до нашего прибытия, — предположил Сарен. — Не советую терять время на поиски. Вероятнее всего, неподалёку нас уже поджидает отряд убийц.

Из коридора донёсся какой-то шум.

— Похоже, они уже здесь, — проворчал я.

Затаившись с оружием наготове, мы ждали приближения незваных гостей. Конечно, это могли быть и полицейские, мы ведь находились на месте преступления, но нет, это действительно были наёмники, и едва один из них заглянул в комнату Дерека, как Миранда убила его, пустив пулю в лоб. Остальные тут же потянулись к нам, услышав выстрел, но и их жизни оборвались также быстро.

Вазир среди нападавших не было, но я нутром чувствовал, что мы ещё встретимся.

Единственной зацепкой была надпись на полу. Моё предположение Миранда поставила под сомнение, что, в принципе, было логично, но всё же проверила и выяснила, что на минимальной орбите Хагалаза находится крупный объект, соответствующий по параметрам космическому кораблю. Тогда же Лоусон подметила, что у меня поразительное чутьё на секретные базы, но звучало это как подозрение, а не похвала.

Незаметно высадившись на поверхности корабля, который Серый Посредник использовал в качестве своего логова, и проникнув внутрь, мы несколько удивились тому, что практически не встретили сопротивления. И не зря. Западня была устроена в узком коридоре, где нашу небольшую группу ликвидации отрезали от обоих выходов. Тут-то и объявилась Вазир.

— Прошу меня простить за то, что не дала о себе знать раньше, — сказала она. — Серый Посредник желал узнать, как его нашли, и уничтожить осведомителей. Но вы всё равно оказались здесь. Что ж, поздравляю, но жить вам осталось недолго.

— Это мы ещё посмотрим, — огрызнулась Миранда.

— Можем поспорить, — ответила Вазир, пожав плечами. — Я и личная охрана Серого Посредника или вы втроём. СпеКТРы иногда способны творить невероятные вещи, но не в данном случае. Убейте их, — приказала азари наёмникам.

Миранда подняла кинетический щит, чтобы закрыть нас, но прежде, чем она сделала это, я телепортировался прямиком к Вазир. Ударить её я не успел, поскольку азари тут же исчезла, оставив меня среди отряда вооружённых людей, но мне удалось увильнуть от наёмников, раскидав их биотической волной и спрятавшись за укрытием. По крайней мере, часть огня я переведу на себя, это даст Сарену и Миранде возможность отбиться от атаки с другого конца коридора.

Вазир снова появилась и отбросила меня в проём, где я, распластавшись под ногами противников, снова становился лёгкой мишенью. Не поднимаясь полностью, поскольку на это не было времени, я ещё раз попытался использовать бросок, и теперь, оказавшись подле азари, резко разогнулся, ударив её головой в живот. Благо, на мне был достаточно крепкий шлем и броня с амортизаторами, иначе свернул бы я шею в тот же миг, что провернул фокус с тараном. Вазир отлетела в стену, оставив на ней сеть трещин. Я снова бросился к ней, разметав в стороны находившихся рядом наёмников, и, пока СпеКТР не опомнилась, осыпал её градом ударов, вкладывая в каждый биотическую силу. Выходило медленно, но эффективно, однако нельзя было сбрасывать со счетов людей Серого Посредника, и мне пришлось телепортироваться в укрытие, чтобы перевести дух и не попасть под обстрел.

Миранда и Сарен крошили противников, как салат оливье. Вот что значит отличная боевая подготовка. Но расслабляться ещё было рано. В коридоре, где нас окружили, практически негде было прятаться. Когда нападающие поймут, что стрельба малоэффективна против биотиков с мощными щитами, они придумают что-то интереснее.

Словно в подтверждение моим словам, мимо меня прокатилась граната.

— Ложись! — крикнул я, присаживаясь на корточки и закрывая голову руками. Граната описала дугу в обратном направлении, сопровождаемая голубоватым шлейфом — это Миранда вернула её отправителю. Раздался вопль ужаса, но его тут же заглушил взрыв, сотрясший коридор.

Я осмелился выглянуть из-за укрытия и получил бронированной перчаткой по любопытной моське. Не совсем соображая, полагаясь на одни только рефлексы, я ударил в ответ, но наткнулся на блок, и тогда пнул обидчика ногой в живот. Вазир отшатнулась, но устояла, и в отместку, подняв меня над полом, отшвырнула в сторону.

Я упал неподалёку от Сарена, прятавшегося за колонной, и рядом снова стукнулась о пол граната. Подхватив её полем эффекта массы, я забросил гранату в сторону Вазир, но азари успела переместиться до того, как прогремел очередной взрыв, погребя под обвалившимся потолком нескольких человек. СпеКТР появилась возле Миранды и попыталась отобрать у неё оружие, но Сарен обстрелял её, заставив исчезнуть.

Показавшись из-за колонны неподалёку, азари открыла огонь, и мне пришлось временно сменить диспозицию, а затем я бросился к Вазир, чтобы снова схлестнуться с ней в рукопашном бою. По-видимому, Миранда также желала показать азари, на что способна. Мы оба, не сговариваясь, оказались в один миг возле Телы, и нам обоим вдруг пришла в голову одна и та же мысль: схватить Вазир и переместиться вместе с ней, чтобы хорошенько приложить лицом в стену. Только вот я рванул в одну сторону, а Миранда — в другую. Несмотря на это небольшое разногласие, каждому из нас досталась половинка СпеКТРа, и все остались удовлетворены. Кроме, конечно, Вазир, потерявшей свою целостность.

Разобравшись с охраной, мы наконец подобрались к командному центру.

За полуовальным столом восседала необъятная махина с рогами — ну точно дьявол во плоти. Слабый свет лился из-за его спины, закрывая лицо (широкую, как млечный путь, морду) зловещей тенью.

— Здравствуйте, капитан Шепард, — пробасил Серый Посредник. — Я ждал вас.

— Была бы здесь Джек, попросила бы сделать фото с ягом, — сказал Сарен таким тоном, будто громада мускулов перед ним не представляла опасность. — Интересно, как он стал Серым Посредником?

— Полагаю, предыдущий Посредник имел неосторожность приобрести яга в качестве ручного питомца и поплатился за это, — предположила Миранда. Яг медленно поднялся из-за стола.

— Я как-то смотрел программу в экстранете про то, что домашние животные убивают своих хозяев, — вдруг вспомнил я. — Якобы у представителей семейства кошачьих на Земле и двузубых на Палевене в организме обитают бактерии, которые вызывают у людей и турианцев помутнение рассудка.

Яг взревел и разбил массивный рабочий стол одним ударом, заставив стопки документов разлететься в разные стороны.

— Боюсь, этот и без бактерий нас прикончит, — предположила Лоусон.

Как только Серый Посредник бросился вперёд, я достал из-за спины гранатомёт и пальнул в него. Яг успел закрыться кинетическим щитом, который отвёл снаряд вверх. Взрыв сотряс потолок, и огромный кусок оторвавшегося от потолка крепления придавил Серого Посредника под собой. Издав полный боли вопль, Серый Посредник попытался подняться, но обессилел и замер навсегда.

— У ягов явно нет лишней пары органов, как у кроганов, — подметил Сарен.

— Но гонора раз в десять больше, чем у них.

— За то и был наказан, — заключил я.

Миранда довольно быстро освоилась в командном центре и сообщила Призраку об успехах. Как я и полагал, Харпер позволил своему лучшему оперативнику взять на себя полномочия Серого Посредника. Я же получил уникальную — по его мнению — возможность использовать положение Миранды в своих целях. «В рамках разумного, конечно» — добавил Призрак и усмехнулся. Похоже, он подозревал, что я имел свои планы на это место. Что ж, у меня ещё остались козыри в рукаве. Сдаваться рано.

Рассказ 2.2: Левиафан

Часть 1. Цитадель.

Творческий хаос в лаборатории доктора Брайсона создавал о Гаррете впечатление человека, охваченного какой-то идеей вплоть до безумия. Фотографии, документы, сводки, легенды, слухи, куски различных пород и галактическая карта с сотнями пометок наводили на меня благоговейный ужас.

Брайсон отдал своему помощнику поручение и увёл меня в соседний зал. Пока доктор рассказывал о своём исследовании и поисках Левиафана Диса, я пытался продумать, как бы помягче сообщить ему, где тот находится, поскольку я не мог предугадать реакцию учёного на моё заявление. Посудите сами: заниматься чем-то много лет и вдруг узнать, что какой-то Джон Доу уже чуть больше года в курсе, где укрывается конечная цель масштабного проекта, в который было вложено немало кредитов и сил, при том, что сам Джон Доу не сделал для установления этого факта ровным счётом ничего. Я бы убил этого человека и закопал под секретным окном в секретном саду.

Не особо вслушиваясь в болтовню доктора, я не нарочно загляделся на сине-зелёную сферу, стоявшую на подставке у стены за стеклянной перегородкой.

«Это тот самый артефакт, с помощью которого Левиафан управляет сознанием людей» — сказала Джейн.

«Вполне возможно, что он управляет кем-то прямо сейчас» — добавил Джон.

Я тряхнул головой, отгоняя ступор, и взглянул на доктора Брайсона, тот показывал что-то на галактической карте, а слева к нему подбирался его помощник с археологической лопаткой в руках.

— Извините, доктор, — сказал я вкрадчивым тоном, — кажется, вас хотят раскопать.

Брайсон резко обернулся и шарахнулся в сторону от помощника, тот пробубнил какую-то ерунду с неестественно бесцветной интонацией в голосе и поплёлся следом, волоча ноги, как хаски.

— Сделайте что-нибудь, Шепард! — вопил Гаррет, бегая вокруг рабочего стола. Помощник неуклонно преследовал его, не предполагая даже, что можно взять что-то тяжелее и убойнее и бросить это в доктора.

На столе заголосила голова хаска. Заржал Джон.

Когда помощник проходил мимо меня, собственно, не обращая на моё присутствие абсолютно никакого внимания, я сделал подсечку, и несчастный, распластавшись на полу, стал дёргать руками и ногами, пытаясь подняться.

— Приболел он что ли? — поинтересовался я у Брайсона.

— Я не знаю, капитан, но всё это очень подозрительно.

— А откуда у вас та сфера? — спросил я, указывая на артефакт.

— Она была найдёна одним из учёных группы «Аврора», доктором Алексом Гарно. Он прислал её мне для детального изучения. Дерек как раз занимался этим по моей просьбе.

— Вы не находите здесь связь?

— Полагаете, артефакт каким-то образом повлиял на сознание моего ассистента?

— Либо так, либо Дереку надоело работать за мизерную заработную плату.

Помощник приподнялся на руках, и пополз в сторону Брайсона, тот взвизгнул и забрался с ногами на стол. Придавив Дерека к полу подошвой сапога, я вдруг сообразил, что сейчас самое время сказать Гаррету правду, раз уж он всё равно в шоке.

— Левиафан Диса прячется на дне океана на планете Деспойна, — выпалил я.

— Что? — переспросил он, устремив на меня изумлённый взгляд.

— Что? — вторил ему я, выпучив глаза.

— Откуда вы знаете?

— У меня было видение… э-э-э… вызванное артефактом! — сказал я, решив, что это, возможно, удачное оправдание, и продолжил загробным голосом: — Вокруг вдруг стало темно и холодно, я слышал чей-то зов, и он сообщил мне свои координаты и номер телефона.

— Это подозрительно, капитан. Впрочем, вы спасли мне жизнь, и это определённо отличный повод начать верить любому вашему слову.

— Не могу не согласиться.

Связав Дерека, неустанно повторявшего «тьма должна быть неприступна» и засунув ему в рот кляп, я направился к Брайсону, увлечённо применявшему результаты своих исследований на галактической карте, чтобы доказать мои слова.

— Не сходится. Ни одна из найденных группой «Аврора» улик не указывает на систему Пси Тофета, что уж говорить о конкретной планете.

— Это логично, вам не кажется, доктор? Левиафан, возможно, единственное существо, способное один на один убить Жнеца. Конечно, у него нет желания быть найденным, потому как Жнецы тоже заинтересованы в его поиске.

— Пожалуй, это разумное объяснение. Вы отправитесь на Деспойну, капитан? — спросил Брайсон.

— Да, но мне нужна ваша помощь. Мне понадобится батискаф или любое другое средство, приспособленное к погружению на большие глубины.

— Батискаф это хорошая идея, я полечу вместе с вами, и мы исследуем планету вдвоём.

— Исключено, доктор, я лечу один, — ответил я, покачав головой. — Я понимаю, что это работа последних лет вашей жизни, но пробиться к Левиафану будет тяжело. Я оказывался в различных передрягах и выберусь в случае чего, а вы нет.

— Какой же вы жестокий! Сначала ломаете мне шаблон, сообщая местоположение Левиафана, требуете снаряжение, а затем бросаете. Я обиделся!

— Доктор?

Гаррет сложил руки на груди и отвернулся.

— Ну, до-о-октор, — затянул я, тыча в плечо Брайсона пальцем. — Я пришлю вам фоточки. Ну, хотите, запишу видео?

— Хочу, — буркнул тот.

— Так что, договорились?

— Договорились, — ответил Брайсон и вздохнул. — Но я всё равно на вас в обиде.

Часть 2. На дне.

Казалось, моя голова вот-вот треснет от давления, но причиной этому были не три с половиной тысячи метров глубины. Я чувствовал, будто что-то сжимает мой мозг, силясь раздавить его. Закричав, но не услышав собственный крик, я упал на колени и коснулся лбом холодного камня. Легче не становилось. Мысли путались. Медленно открыв глаза, я увидел, что стою на коленях на подводной скале без робокостюма и даже своей брони. Я поднял взгляд и увидел Их.

Три существа, размеры которых столь превосходили всё увиденное мной ранее, что я не мог подобрать слов, медленно поднимались из глубин, высясь надо мной неприступной стеной.

— Левиафаны, — раздался голос Джейн совсем рядом.

Я оглянулся и не поверил своим глазам: подле меня стояла высокая жилистая женщина с длинными чёрными волосами, заплетёнными в косу. Она тоже посмотрела на меня своими серыми, почти бесцветными глазами, и на её мертвенно-бледном лице застыло изумление. Затем она перевела взгляд куда-то поверх меня. Я проследил за ним и подсознательно был готов к тому, что увижу. По правую руку от меня находился рослый мускулистый мужчина, он обернул ко мне загорелое лицо, испещрённое шрамами, и я ужаснулся тому, как выделялись под его кожей и радужками глаз имплантаты, отторгаемые плотью хозяина. Джон ухмылялся , но глаза его при этом выражали озадаченность.

Джейн протянула мне руку, покрытую ожогами от кончиков пальцев до локтя , и резко одёрнула её, испугавшись увиденного, как будто впервые взглянула на эти страшные отметины. Я поднялся самостоятельно и огляделся. Вместо океанских глубин передо мной простиралось серое ничто без конца и без края.

— Занимательно, — прозвучало громогласное эхо, и вдруг откуда-то появился Сарен, образ которого Левиафан решил использовать для общения со мной. — Ты пришёл один, человек, но здесь вас трое.

— В магазине «fix price» сегодня скидки — три по цене одного, — пошутил я и завыл от пронзившей мозг боли.

— Послушай-ка сюда, чучело подводное, — прорычал Джон, — мы не для того сюда добирались, чтобы ты мозги нам спёк.

— Джон, пожалуйста… — взмолилась Джейн.

— Тьма должна быть неприступна. Ваша самоуверенность привела лишь к вашей гибели.

— Нам нужна твоя помощь, — выдавил я, снова опускаясь на колени, не в силах держаться на ногах. Джейн подхватила меня, не давая упасть, и я чувствовал кожей струпья на её руках.

— Мы не помогаем, — ответил Левиафан, и Сарен одарил нас полным ледяной скорби взглядом.

Мне казалось, что я задыхаюсь. Не могло быть так, что мне не хватало кислорода, невозможно — я всё предусмотрел. Мы всё предусмотрели.

— Я изучил вас. Вы выделяетесь. Но этого не достаточно. Вы останетесь здесь, чтобы служить нам. Смена циклов продолжится.

— Да надоело это слушать! — заорали в один голос Джон и Джейн.

— Вы, летающие каракатицы, будете сражаться вместе со всеми, — не переставал сыпать оскорблениями Джон. — Какой толк от того, что когда-то ваша раса властвовала над всеми цивилизациями в галактике, если сейчас вы зажали хвосты в заднем проходе и сидите на дне чёртового океана?

— Вместе мы одержим победу над Жнецами, никто не будет собран, слышите? — вторила ему Джейн.

— Никаких перемен не будет.

— Я знаю, что такое Катализатор, — проговорил я, поднимая взгляд на Сарена, чей образ довольно органично сочетался с глубоким и властным голосом Левиафана, звучавшего в моей голове. — Я знаю, как использовать Горн. Я подчиню Жнецов себе. Или уничтожу. Жатвы больше… не будет.

Левиафан молчал, будто оценивая мои слова. Боль растекалась обжигающей лавой, оставляя саднящие шрамы и желание разбить голову обо что-нибудь. Что угодно… лишь бы это прекратилось.

— Да, знаешь, — согласился Левиафан. — Но есть ещё один возможный путь, человек.

— Что? — воскликнули три голоса.

— Мне не известно досконально, на что способно устройство, называемое вами «Горн», но я вижу, что каким-то образом, вы уже использовали его. Я не понимаю, откуда эти воспоминания, но если они настоящие, то с помощью Горна можно создать другую действительность.

— То есть из-за него мы здесь? — вполголоса спросила Джейн.

— У меня нет ответа на этот вопрос. Возможности Горна могут быть известны Катализатору. Вот его и доставайте теперь своими расспросами.

Иллюзия исчезла столь быстро, что у меня перед глазами осталась вспышка, словно я долго смотрел на лампочку, которую кто-то внезапно выключил. Я снова был внутри робокостюма и ни Джейн, и Джона рядом не было.

«Всплывай, Марк, больше нам здесь делать нечего» — прозвучал голос Джейн, и я машинально запустил реактивный двигатель.

Часть 3. «Нормандия» SR-1.

На корабль я вернулся не с пустыми руками. Помятуя о рассказах Джона и Джейн о том, что Левиафаны могли разрывать связь Жнецов с одурманенными ими существами с помощью сфер, я взял с собой несколько, надеясь воспользоваться ими в будущем.

Конечно, я сам рисковал попасть под влияние Левиафанов, ведь Жнецы не первые, кто научился порабощать органику, они переняли эту способность у тех, по чьему образу и подобию были созданы — у Левиафанов. К счастью, доктор Гаррет Брайсон сконструировал генератор поля, блокирующего излучение артефакта, что позволило нам безопасно перевозить на «Нормандии» несколько таких сфер.

Я сидел в своей каюте и составлял план будущей операции, когда у меня в голове вдруг возникла любопытная мысль. Я взглянул на парящий над столешницей серебристый шар, который раздобыл около года назад. Он, конечно, отличался от артефакта Левиафана. Тем более, что когда я нашёл этот шар, его диаметр был в десятки раз больше нынешнего, а размер артефакта оставался постоянным. И всё же что-то их объединяло. Я вспомнил видение, пришедшее ко мне, когда я дотронулся до шара. Возможно, он также представляет собой артефакт, через который некая цивилизация наблюдала за эволюцией человека.

Когда-нибудь, возможно, я займусь этим и разузнаю, что к чему.

Рассказ 2.3: Объект Ро

Часть 1. Станция «Арктур».

Благодаря Джону и Джейн я знал всё, что касалось «Проекта», целью которого было уничтожение ретранслятора «Альфа» и предотвращение захвата галактики Жнецами. И, конечно же, я знал, к чему это привело. Увы, я не мог просто заявиться в батарианскую колонию и сказать: «Эй, ребята, а давайте-ка поедем все вместе на экскурсию в Цитадель», чтобы избежать жертв, но и доказать что-либо, не побывав на астероиде 157-Голгофа, на котором находилась база Аманды Кенсон, тоже не мог. Явиться туда это рисковый шаг, который я обязан сделать, чтобы двигаться дальше, но и тут не обошлось без проблем: мне нужна была причина для визита, и я ухватился за информацию о том, что доктор Кенсон собирала детали для двигателя на свалках Омеги.

Дальше я положился на волю случая: однажды на поисковую группу Аманды напали батарианцы, и я их спас, будто бы удачно оказавшись рядом. Самой Кенсон среди спасённых не оказалось, но меня слёзно попросили сопроводить группу на станцию, а я был совсем не против.

Когда я прилетел на «Арктур», в ангаре меня встретило табло с обратным отсчётом.

«Ну и ну, — присвистнул Джон. — Когда я попал сюда, оно показывало два дня».

«Мы были здесь в 2185ом году», — напомнила Джейн.

И то верно, ведь сейчас шёл 2184й, и потому надо мной горело «16:11:20:07», а слева мелом кто-то дописал «2». Видимо, до прибытия Жнецов оставалось 216 дней.

— Капитан Шепард! Вы не представляете, как я рада вас видеть. — Аманда Кенсон вышла ко мне навстречу с широкой улыбкой и покачала головой. — Вы всегда оказываетесь там, где больше всего нужны, не так ли?

— Не стану спорить.

Женщина протянула мне руку для приветствия, и я пожал её в ответ.

— Мои люди рассказали, чем мы здесь занимаемся? — поинтересовалась доктор.

— В общих чертах. Полагаю, они хотели предоставить эту честь вам.

— Ну, конечно. Пройдёмте со мной в центральную лабораторию.

— Этот «объект Ро» что-то навроде протеанского маяка, насколько я понял? — спросил я по пути.

— В каком-то смысле, — ответила Кенсон, — но он не протеанского происхождения. Увы, нам не известно, для чего он создан, однако мы обнаружили, что «объект Ро» принимает сигналы из чёрного космоса и также их передаёт обратно.

— От кого и кому? — уточнил я для поддержания диалога.

— Пожинателям. — Аманда посмотрела на меня, ожидая увидеть изумление на моём лице, и мне удалось убедить её в том, что я удивлён, поскольку она продолжила: — Я знаю это потому, что артефакт вызвал у меня видение об их прибытии. Тот таймер, что вы видели в ангаре, это время, через которое они достигнут Туманности Гадюки. А затем используют ретранслятор «Альфа» и захватят всю галактику. Их выбор пал именно на него неспроста, он особенный, так как связан со всеми другими ретрансляторами в галактике, включая Цитадель. Понимаете, насколько всё серьёзно? База «Арктур» строится лишь с одной целью — уничтожить ретранслятор, без которого вторжение будет отложено на несколько месяцев, а то и лет. У нас ещё достаточно времени на завершение Проекта, но ваша поддержка была бы кстати.

— Я должен убедиться в том, что всё сказанное вами реально, — ответил я.

— Несомненно. — Кенсон кивнула и раскрыла передо мной дверь в лабораторию.

Как и говорили Джон и Джейн, «объект Ро» просто стоял посреди зала, частично зарытый в грунт астероида. Ни специального барьера, ни хотя бы предупредительных табличек («Осторожно! Злые Пожинатели!») — ничто не защищало снующих вокруг людей от промывания мозгов, и я уже сам начинал ощущать воздействие артефакта.

— Как долго вы работаете с ним? — спросил я, глядя на Аманду и размышляя о том, как сбежать со станции.

— Пару месяцев, — ответила Кенсон.

— И никаких странностей за это время на заметили? — продолжил я расспрос и уточнил: — Головные боли, резкая перемена настроения, потеря аппетита? Нет? Или, может, появилось ощущение, будто вами управляет летающая каракатица?

— Я не понимаю, к чему вы ведёте, капитан. — женщина сложила руки на груди и сощурилась.

— Вы строите станцию вокруг технологии Пожинателей и думаете, это никак не отразится на вас?

— Я не малое дитя, капитан, я прекрасно знаю, насколько опасно моё исследование, но вы должны довериться мне, вы должны увидеть то же, что видела я.

— Сначала я сделаю это место безопасным, — сказал я и направился прочь из лаборатории.

— Капитан! — донеслось из-за спины. Я остановился и глубоко вздохнул. Похоже, побоища не избежать, артефакт уже изменил сознание Кенсон, и она попытается задержать меня, чтобы я не мешал ей.

«Пленить капитана Шепарда на семь месяцев? Она не может быть уверена, что никто не хватится тебя, — сказал Джон. — Проще ликвидировать».

«Она не убила нас, не убьёт и Марка, — возразила Джейн. — И держать тебя в плену тоже рисковая затея».

— Да, доктор? — ответил я, обернувшись.

— Что бы вы там не придумали, помните, что дело серьёзное, а времени у нас немного. Мне действительно нужна ваша поддержка.

Я помедлил, ожидая продолжения, но, похоже, всё оказалось не так, как я представлял, и Аманда, на самом деле, ещё не одурманена. По крайней мере, не настолько, чтобы потерять здравомыслие. Так что я кивнул ей и вернулся на борт «Нормандии».

Единственным известным мне способом противостояния влиянию Жнецов были Левиафаны и их артефакты. Возможно, доктор Брайсон мог бы разработать экранирующее поле и для «объекта Ро», но пока что хватит и сфер.

Я добился поддержки Проекта от Миранды (Призрак всё ещё дулся на меня за уничтоженную базу Коллекционеров), которая теперь обладала значительными ресурсами Посредника, но взамен остался ей должен, и кто знает, что и когда эта хитрая дама попросит. И всё же оно того стоило, ведь уже через полтора месяца Проект был завершён, оставалось лишь самое малое — убедить триста тысяч батарианцев покинуть Бахак, а затем направить астероид мечты навстречу взрывным приключениям.

Часть 2. Омега

С тех пор, когда я был здесь последний раз, ничего не изменилось. Разве что местные фараоны стали более подозрительными в отношении инопланетных граждан, скупающих рабов-альбиносов или монозиготных близнецов. И, конечно же, никому не удалось сместить «правителя» Омеги — Арию, к которой я, собственно, и прилетел.

— Зашли опрокинуть бокал-другой турианской настойки, капитан, или по делу? — спросила азари, когда я вошёл в её ложу.

— На службе не пью, — ответил я по привычке строгим тоном, который тут же был удостоен многозначительным «кхе-кхе» Джек.

— Тогда присаживайтесь. Как говорят люди: «в ногах правды нет».

— И то верно, — согласился я и опустился на кожаный диван.

Ария неспешно потянула коктейль через соломинку и лишь затем вновь обратилась ко мне:

— По какому же вопросу в этот раз?

— Хочу лишить триста тысяч батарианцев их родного дома и мне нужна ваша помощь в переговорах как нейтральной стороны.

— Это шутка? — буркнул один из телохранителей Арии, батарианец. Но, увы, никто не обратил на него внимания.

— Знаю, как это выглядит, — продолжил я, — но речь о вторжении Жнецов. Только так я могу остановить их.

— Проще убедить Совет в том, что Системы Термина — безопасное и славное место, чем провернуть то, о чём вы говорите, капитан, — ответила Ария.

— И тем не менее я прошу вас предоставить мне возможность поговорить с кем-то, чей голос имеет значение для батарианцев.

— Без проблем, Шепард, но имейте в виду, что я не стану собирать куски вашего бренного тела по всей Омеге.

— Надеюсь, что не придётся, — сказал я с унылой улыбкой.

Ария пообещала устроить встречу с представителем Гегемонии через пару-тройку дней, а до тех пор я мог воспользоваться её гостеприимством и остановиться в неплохой ночлежке в более или менее спокойном районе Омеги, чем я с удовольствием воспользовался, ведь нечасто выпадал случай просто ждать и ничего более не делать.

Какого же было моё удивление, когда в назначенный день явился Ка’Хаирал Балак, находящийся в розыске по всему Траверсу. Оно, конечно, немудрено, ведь мы с ним уже сталкивались раньше, так что сейчас я надеялся, что наше мимолётно-искромётное знакомство сыграет мне на руку.

— Шепард.

— Балак.

— Надеюсь, вы помните о том, что это переговоры на нейтральной стороне, — произнесла Ария вкрадчивым тоном.

— Я не собираюсь нападать, — ответил Балак. — В конце концов, капитан заслужил шанс выслушать его.

— Как и я. Есть дело, которое важнее преследования террориста, — сказал и поведал Ка’Хаиралу свой план как можно более исчерпывающе.

— То есть я должен поверить, что Жнецы захватят всю галактику через пять месяцев и единственный способ предотвратить это — уничтожить, мать его, ретранслятор в системе Бахак, где проживают триста тысяч моих сородичей? Так что ли? — уточнил Балак, глядя на меня, как на идиота.

— Абсолютно точно, — подтвердил сопровождавший меня Мордин.

«Чего ты распинаешься перед ним? — занудил Джон. — Батариашка не пойдёт тебе навстречу, их с детства учат ненавидеть людей».

«Речь не о людях, а о всей галактике!» — заявила Джейн.

«Тоже мне героиня нашлась. Не все такие выпендрёжники, как вы с Марком, большинству существ спасение мира до одного места».

«Но ты ведь и сам спасал его», — напомнила Джейн.

«Я просто хотел получить скидку на хомячка. Девять тысяч кредитов это слишком для комка шерсти».

— Понимаю, всё это выглядит, как бред душевнобольного человека, но у меня есть доказательства. На базу «Арктур» вы, конечно, со мной не полетите, так что я взял кое-что другое. Доктор, будьте любезны.

Саларианец снял с плеча большую спортивную сумку, поставил её на пол и потянулся к замку. В тот же миг несколько дул уставились в его лицо.

— Сохраняйте спокойствие, — сказал он, но всё же помедлил с раскрытием сумки. — Хотел бы вас убить — уже сделал бы это. Собственных рук вполне достаточно.

— Без фокусов, — процедил Балак.

Мордин раскрыл сумку так, чтобы все видели, что в ней находится.

— Это магический шар для гадания? — с интересом спросил один из батарианцев.

— Это мяч для сквотчинга? — вмешался другой.

— Это икра Пожинателей? — предположил третий.

— Это коммуникатор, — ответил я, разочаровав их. — Коснитесь его поверхности рукой, Балак.

Батарианский генерал смерил меня недоверчивым взглядом четырёх глаз и толкнул одного из телохранителей к сфере, чтобы тот её проверил. Батарианец осторожно поднёс трясущуюся от волнения ладонь к холодной сине-зелёной поверхности сферы, и та засияла неровным светом.

— Они сказали, что я придурок, — обиженно сообщил испытуемый.

— Кто они? — рявкнул Балак и, оттолкнув батарианца, коснулся артефакта сам.

Несколько минут он стоял в оцепенении и смотрел на сияние, которое испускал осколок, а затем, медленно убрав руку, уставился куда-то вдаль.

— Ну? — вкрадчивым тоном спросил я, чтобы развеять гнетущую тишину.

— Ничего не понятно, но очень интересно.

— Так что вы скажете, Балак? — повторил я.

— Мне… мне надо подумать. Дайте времени до завтрашнего дня.

Балак молча вышел из переговорной, коей служил VIP-зал в стриптиз-клубе, и его свита удалилась вместе с ним.

— Он согласится, — сказала Ария. Она поднялась с диванчика и также собралась уходить. — Не знаю, с кем общался Балак через эту штуку, но он остался под впечатлением. Моё присутствие завтра не понадобится.

— Спасибо за всё, Ария.

— Спасибо тут не причём, ты знаешь мои условия. Ну а пока что можешь оставаться, прислать тебе девочек?

Мордин ткнул меня локтем в бок и подмигнул, когда я обернулся. Даже если бы он этого не сделал, у меня не было выбора, иначе пришлось весь вечер слушать ворчание Джона, которого лишили увеселительной программы.

— Пожалуй, да, — ответил я и выпил бокал слабоалкогольного коктейля, чтобы немного заглушить разразившуюся в голове брань.

На следующий день встреча повторилась. Ария была права, Балак согласился эвакуировать батарианскую колонию в течение трёх-четырёх недель, но взамен потребовал за неделю найти планету, пригодную для заселения, артефакт Левиафанов, а также сведения о месте их обитания. Джейн сообщила, что это неспроста, ведь Гегемония уже двадцать лет пытается выйти на след некогда упущенных ими Левиафанов. Я пошёл на эти условия, потому что боялся, что Балак сорвёт сделку, если я откажу. К тому же, Левиафаны не беспомощны. Если они скрылись от батарианцев однажды, скроются снова. Главное, чтобы я сам потом не получил от них по шапке.

С первым пунктом и вовсе не было проблем, я сразу предложил Балаку Эю, на которой побывал недавно. Я расписал Ка’Хаиралу, насколько великолепна флора этой планеты, и он остался доволен.

Эпилог.

После Битвы за Цитадель я начал подготовку к вторжению Жнецов, которая включала в себя чёткий план действий для каждого моего соратника и сильное желание не погибнуть вместе с «Нормандией» при встрече с Коллекционерами. Многое из того, что я задумывал, свершилось — мою команду пополнили выдающиеся бойцы, человекоподобный Жнец был уничтожен, а Левиафаны присоединились к войне против Пожинателей. Но были моменты, которые никто не мог предсказать из-за влияния моих решений на ход истории. Так Серым Посредником стала Миранда Лоусон, и теперь я должен склонить её к предательству «Цербера», чтобы не упустить выгоду, которую сулит её нынешнее положение.

Что же касается ретранслятора «Альфа», то всё прошло относительно гладко: батарианская колония и инженеры с базы «Арктур» были заблаговременно эвакуированы, двигатели на астероиде 157-Голгофа запустили удалённо. Ретранслятор был уничтожен и единственный, кто пострадал, это Предвестник, гневные сообщения от которого я получал несколько дней.

Почему же тогда я употребил слово «относительно»? Потому что моя невинная шутка с Эи едва не развязала войну с батарианцами. К счастью, у Балака не было письменных доказательств того, что я называл ему именно эту планету, и дело закрыли, оставив его с носом. От него я тоже вскоре получил гневное сообщение, а точнее посылку, в которой лежали подгнившие фрукты с Эи и записка с пожеланием не подавиться. В любом случае, задача была выполнена, ведь вторжение Пожинателей откладывалось, и начинался новый этап моей миссии.

Рассказ третий

Пролог.

Грозовые тучи простирались до самого горизонта, вселяя необъяснимый и всеобъемлющий ужас в души людей. По всем каналам связи, по всем радиостанциям и ТВ-программам, в экстранете и с помощью интструментрон-оповещений объявили общую тревогу, но было слишком поздно. Они подобрались незаметно и двигались столь быстро, уничтожая всё живое на своём пути, что ни один корабль Альянса не мог соперничать с ними.

По небу волной прошли изломанные линии алых молний, и серые облака разверзлись, впуская врагов в святая святых — на планету Земля.

Изящные корпуса Жнецов тонули в отсвете неоновых вывесок и зеркальных небоскрёбов. Их механические щупальца тянулись к поверхности, словно божественная длань, но длань эта несла погибель, а не созидание.

— Да что за чушь! — возмутилась Джек, бросив горсть попкорна в полотно, на котором команда Шепарда смотрела новый фильм-катастрофу «Жатва», недавно вышедший в прокат.

— Совершенно солидарен, — сказал с набитым ртом Гаррус, — не так они выглядят.

— Кто вообще придумал сделать Жнецов похожими на каракатиц? — поинтересовался Тейн, приглядываясь к строению оного на экране. — Мне казалось, они больше напоминают кальмаров.

— По словам Марка, они похожи на каких-то Левиафанов, — сказала Самара и переключила канал. Никто не стал возражать. К всеобщему удивлению, Самара попала на ток-шоу, в котором интервьюировали Шепарда. — Вспомнишь солнце, вот и лучик, — добавила она, улыбнувшись.

— Вам удалось побывать на борту Жнеца. Мёртвого, конечно, — говорил ведущий.

— Именно так, он был повреждён мощным орудием, которое, между прочим, нашли раньше, чем самого Жнеца, — ответил Шепард и сделал паузу, чтобы выпить воды. — Но даже в таком состоянии Жнецы способны воздействовать на живых существ с помощью какого-то излучения и менять их восприятие действительности, поведение и эмоции. Жнецы подчиняют своей воле всех, кто окажется поблизости, чтобы те воплощали их коварные замыслы.

— Говорят, одного из агентов Властелина удалось «излечить» от этого пагубного влияния. Это действительно так?

Сарен взволнованно сглотнул.

— Да, матриарх Бенезия сейчас вместе со своей дочерью, известным археологом Лиарой Т’Сони, занимается воссозданием технологии протеан, которая поможет нам победить Жнецов.

— Я задушу его, — процедил сквозь зубы бывший СпеКТР.

— Капитан решил хайпануть на волне своей головокружительной известности, разве это плохо? — спросила Касуми. — Я думаю, в этом есть определённая выгода для нашей миссии.

— Вы также написали книгу о Битве за Цитадель.

— Что?! — разом воскликнули компаньоны.

— Да, написал, — ответил довольный собой Шепард. — В ней многое вымысел, но всё, что касается Жнецов…

На экране появилась обложка книги и ссылка на онлайн магазин в экстранете в виде графического кода, чтобы предоставить зрителям уникальную возможность заказать её, не вставая с дивана. На обложке, выполненной в тёмно-синих, тёмно-серых и пурпурных тонах (какая безвкусица! — высказался Мордин) среди развалин Цитадели и останков Жнеца высилась грозная фигура Шепарда с волевым подбородком (у него, конечно, и свой ничего, но тут какой-то совсем квадратный, — сказала Найрин), хмурым взглядом и плотно сжатыми губами, что, по мнению художника, создавало впечатление серьезности и непоколебимости. А рядом, прильнув к широкой груди, стояла очаровательная азари, костюм которой пострадал в пылу сражений и был разорван в районе роскошного бюста (как удачно! — подметил Заид).

— Это, случаем, не та азари с Фероса? — поинтересовался Кайден. — Скажи, Тали, что похожа?

— Сходство определённо есть, — согласилась кварианка. — А как её звали?

— Шиалла, — ответила Эшли.

— Это она и есть, — сказал Рекс и загоготал. — Только без зелёного фильтра.

— Азари-десантницы действительно хороши, одобряю выбор капитана, — прокомментировал Окир с ухмылкой.

Самара поднялась с дивана и вышла из зала. Остальные проводили её внимательными взглядами.

— Шепард-коммандер будет страдать, — заключил Легион и издал серию скрежещущих звуков, которые расценили как издевательский смех.

— Также я консультировал режиссера «Жатвы», — продолжал Шепард.

— Я видел этот фильм на днях, он невероятный. Думаю, своей убедительностью он обязан…

— Вот почему Жнецы похожи на каракатиц, — сказала Миранда и переключила канал. — Что ж, судя по реакции Самары, капитан больше никого не будет консультировать.

— А кто галактику спасать будет? — воскликнула Хоуп, осознав смысл фразы и схватившись за голову.

Часть 1. Марс.

Уничтожение ретранслятора «Альфа» обошлось малой кровью, но положило начало служебным разбирательствам по поводу моей связи с «Цербером». Ни Совет, ни Альянс не могли закрыть глаза на то, что я работал с Призраком, а потому лишили меня статуса СпеКТРа и отстранили от службы. Что тут скажешь? Бюрокретины. Впрочем, это не мешало им пользоваться мной и дальше.

Когда Лиара и Эшли обнаружили чертежи Горна, меня по-тихому отправили на Марс как специалиста по зловредным каракатицам дать оценку находке. Забавно, что несмотря на опасения Джейн, никто не требовал от меня объяснений, почему мои люди работали в марсианском архиве. Как только стало известно об оружии против Жнецов, Альянс сам придумал красивую легенду, которая отлично ложилась на историю покорения человечеством космоса после обнаружения протеанских технологий на Марсе в 2148.

Едва я переступил порог научной станции, меня окликнула незнакомка в белом халате поверх облегающего чёрного костюма и протянула руку для приветствия.

«СУЗИ? — удивилась Джейн. — Как такое возможно?».

«Ты забыла про ту хреновину, которая спёрла чертежи и едва не завалила Эшли? — сказал Джон. — Как там её…».

«Ева, — вспомнила Джейн. — Дело плохо, Марк, это искин».

— Доктор Ева Коре, — представилась шпионка, всё ещё ожидая моей реакции. Я ответил рукопожатием и хмыкнул. — Что-то не так, капитан?

— У вас… тёплая рука.

— А какой ещё ей быть? — с улыбкой произнесла Ева. — Я же не ИИ, загруженный в мобильную платформу с оболочкой, имитирующей кожу, а просто человек.

— Ну да, — ответил я и громко хохотнул.

«Вообще не палево», — сказал Джон.

Ева сопроводила меня к Лиаре, поскольку они работали над расшифровкой и переводом одних и тех же данных, но порознь. На мой осторожный вопрос о том, чьих будет Ева, она назвала какой-то научно-исследовательский институт в Париже, а затем перевела диалог в другое русло.

Увидев меня, Лиара бросилась было обниматься, но фигура за моим плечом, похоже, отвадила её от этой затеи.

— Рада встрече, Марк, — сказала азари и отвела взгляд.

«Башковитая раскусила церберскую шпионку, но думает, что ты с ней заодно», — предположил Джон.

«Мы должны убедить её, что это не так! — взмолилась Джейн. — Я не вынесу, если снова придётся оправдываться перед друзьями».

«Отставить хандру, капитан! — приказал я. — Мы не знаем, что на самом деле думает доктор Т’Сони, так что успокойтесь».

Тут же объявилась и Уильямс. Она бросила небрежный взгляд на Еву, затем обернулась ко мне и кивнула в знак приветствия.

— Хакет прислал тебя? — спросила Эшли.

— Да. Он хочет услышать моё мнение о находке, прежде чем начнётся бюрократическая тягомотина с финансированием.

— А мне хотелось бы услышать, откуда доктору Коре известно о чертеже, — сказала Лиара и сложила руки на груди.

— А вам? — задала встречный вопрос шпионка и улыбнулась.

— Ладно, довольно игр, — не выдержал я. — Вы же связаны с «Цербером», Ева, не так ли?

— О, какой изящный ход, — усмехнулась Эшли, — будто ты не в курсе.

— С чего мне быть в курсе, я не работаю на них! — ответил я, всплеснув руками.

— Ага, и это не ты помог церберовской кукле стать Серым Посредником, — припомнила Лиара.

— Ну-ну, дамы, капитан, прошу, не ссорьтесь, — Ева жестами остановила спор. — Да, меня прислал Призрак, но признайте, у нас одна цель — защитить галактику от Пожинателей.

— Цель-то одна, а вот средства разные, — ответила Уильямс.

— От лица Призрака предлагаю вам деловое сотрудничество, — продолжила шпионка, проигнорировав слова Эшли, — «Цербер» возьмёт на себя строительство оружия протеан, а вы…

— Исключено, — отрезал я. — Чертежом владеет Альянс, и именно Альянс займётся им.

Доктор Коре открыла на омнитуле канал связи, и спустя несколько секунд перед нами возникла голограмма курящего Призрака.

— Здравствуй, Шепард. — Его голос звучал грубо, изменённый динамиками.

— Здорово, Джек, — ответил я и сложил руки на груди. Эта неосознанная реакция огорчила меня, и я решил напасть первым, чтобы не дать Призраку преимущество: — Всё ещё обижен на меня из-за базы Коллекционеров?

Харпер громко и злобно всосал дым, но на провокацию не повёлся.

— Полагаю, вас не устроило предложение доктора Коре. Подумай хорошенько, Шепард, сколько времени уйдёт, прежде чем Альянс даст зелёный свет строительству протеанского оружия? Оно им не нужно. Твои начальники склонны слушать Совет, а Совет насаждает ложь о том, что Жнецов не существует. Им проще обвинить во всём гетов. Да вы и сами это знаете.

— И что я скажу Хакету? «Извините, но я отдал чертежи Призраку, потому что он гений, миллиардер, плейбой и филантроп»?

— Вы находчивый человек, капитан, я уверен, вы что-нибудь придумаете.

— Нет, — ответила Лиара, грозя голограмме пальцем, — мы никого не станем обманывать и абсолютно точно не отдадим чертежи «Церберу».

— Считаете, я говорю всё это затем, чтобы убедить вас сотрудничать? — Призрак затянулся сигарой и выпустил изо рта густой дым, вызвавший помехи на голограмме. — Вы не герои остросюжетного фильма, а я не главный злодей. Мне не нужно распыляться, пытаясь переманить вас, потому что я получил копию чертежа с пометками доктора Т’Сони тридцать пять минут назад. Всё, что от вас требуется, это не мешать мне работать.

«Всё пропало! — застонала Джейн. — Горн — это результат сотрудничества всех рас, а не только людей. Нельзя допустить, чтобы Призрак единолично занимался им».

«Неприятно признавать, но я согласен, — сказал Джон. — Плевать на дружбу народов, но "Цербер" не должен обладать таким оружием».

«Придётся уступить, — ответил я с недовольством, — не будем же мы строить одновременно два Горна? Если "Цербер" может сделать его, пусть делает. Однажды вы увели у них из-под носа корабль, искин и лучших оперативников… А я заберу Горн».

— Вы ЧТО?! — Хакет негодовал. Голограмма тряслась от праведного гнева адмирала, а Лиара и Эшли вздрагивали от каждого ударения в слове. — Вы допустили передачу протеанского чертежа «Церберу»? Шепард, вы И-ДИ-ОТ! Вам могли вернуть звание, вернуть статус СпеКТРа, а теперь вы будете отстранены от службы ещё на пятьсот десять лет, потому что вам понадобится именно столько лет, чтобы осознать, насколько опрометчивый поступок вы совершили! Доложите об этом комитету обороны, а затем я лично прослежу за тем, чтобы вас наказали! Свободны!

Часть 2. Цитадель.

Ситуацию с чертежом замяли, но для этого я вкинул все очки опыта в убеждение и удачу, заабузил баг с репутацией, заплатил кучу кредитов известной ханарской актрисе за эротические фото и клонировал себя, чтобы затем позволить клону бесславно погибнуть. Тем не менее, рассчитывать на поддержку Альянса я не мог, а адмирал Хакет был слишком зол, чтобы помогать мне. Только Андерсон вступился за меня, благодаря его протекции мне позволили покинуть Солнечную систему, и теперь я снова обращался к Совету.

— Что конкретно вы хотите, капитан? — задала вопрос советник Тевос. — Из вашего доклада выходит, что вы обнаружили схему некого протеанского устройства, но «Цербер» перехватил инициативу по его созданию.

— Всё так, — ответил я, — однако в чертежах упоминается Катализатор — деталь, многократно усиливающая мощность этого оружия, и я должен её найти.

— А Совет здесь причём? Разве «Цербер» не обеспечивает вас всем необходимым? — съязвил Валерн и обернулся к азари за одобрением.

— Да не работаю я на них, — процедил я. Повторять это вновь и вновь не доставляло никакого удовольствия. — Я прошу вернуть мне статус СпеКТРа.

— Исключено, — сказал Спаратус, но в голосе его не было того предубеждения, что у Тевос и Валерна. — Вы дискредитировали себя. Следовало остановиться ещё год назад, когда вам удалось уничтожить Властелина, но вы упорно желали доказать существование расы машин, которые вот-вот явятся и захватят галактику.

— Кстати, где они? — ухватился за мысль саларианец. — Я вижу лишь начисто стёртую систему Бахак.

— Я предотвратил вторжение!

— И кто это подтвердит? — продолжал давить Валерн. — Кучка невменяемых учёных, таскавших мусор с пиратской станции?

— А как же Коллекционеры? Протожнец? — Во мне бурлила злоба, но я понимал, что в интересах Совета не разводить панику среди гражданских, однако складывалось впечатление, что они и сами поверили в легенду о том, что во всём виноваты геты.

— Нам известно лишь то, что доложил Удина, — ответила Тевос. — Никто не рискнёт лезть в центр галактики ради доказательств. Скажу вам больше: никто не верит, что вы были в центре галактики.

— Тому есть свидетели, — напомнил я.

— Ваши подчинённые ими не являются по очевидным причинам.

«И так каждый раз», — сказал Джон.

«Это не повод опускать руки», — попыталась приободрить Джейн.

«А что ещё делать, когда они связаны?», — подумал я и взглянул на Удину. Советник хранил молчание на протяжении всего заседания, молчал и теперь.

— Мы не задерживаем вас лишь потому, что вы в своё время заслужили наше личное доверие, капитан, — объяснил Спаратус. — Но помочь ничем не можем.

Я развернулся и направился прочь.

В доках, где я искал попутку, чтобы отправиться на Тессию и разрулить ситуацию самостоятельно, меня нашёл ассистент Удины и передал, что тот ждёт меня. Выбор у меня был скромный, потому я вернулся в президиум.

— Я не могу единолично вернуть вам статус, но у меня есть идея, — заявил Удина. — У вас будет достаточно власти в Пространстве Совета, но применять оружие запрещено.

— Внимательно слушаю, — ответил я и понадеялся, что не придётся платить натурой.

— Я назначу вас послом.

— О-хо-хо, Хакет не обрадуется.

— Полагаете, я рад? Если бы ваши действия не были столь… вопиющими, возможно, Совет не дал такой категоричный отказ.

— Вы в это верите? — усмехнулся я. Удина цокнул языком и отвёл взгляд. — Мне больше не на кого надеяться, так что я согласен на любые условия.

Советник провёл документ о моём назначении в программе и выдал мне временное удостоверение.

— Ошибаетесь, Шепард. Человечество верит в вас, хоть вы и рискуете всем, связываясь с «Цербером». Прошу, не отсвечивайте, работая на Призрака.

«Неожиданно, — удивилась Джейн. — Помощь пришла, откуда не ждали».

«Иногда Доннел принимал верные решения. Иногда нет, — сказал Джон. — В конце концов, он всегда был на стороне человечества».

«Как и Призрак», — добавила Джейн с грустью.

Интерлюдия 1.

Призрак всё ещё считал меня своим ключевым оперативником, а потому отправил на задание, связанное с протеанским артефактом на Иден Прайм. Джек скрыл от меня суть миссии, но я-то знал, что меня ждёт и почему «Церберу» нужен именно я.

Проблема была в том, что «Нормандию» мне не вернули, потому на Иден Прайм я отправился с Лиарой на её челноке. Она всё ещё злилась на меня за Марс, но чуть меньше, чем Эшли, так что я коварно воспользовался слабостями азари, посулив невероятное открытие.

На месте нас встретила Ева Коре, чем свела все мои старания по налаживанию отношений на нет. Но она провела нас к артефакту и дала полную свободу действий, потому Лиара моментально забыла о вражде и приступила к изучению отчёта о раскопках. Азари готова была влезть в стазис-капсулу сразу же, едва она откроется, но её останавливало то, что это убьёт драгоценного протеанина.

— Вы совсем не удивлены находке, капитан, — заметила Ева.

— Просто устал, — ответил я. Джейн пожурила меня за то, что я расслабился и перестал притворствовать, пришлось играть до конца. — Слишком много всего произошло на этой неделе. А ещё я не понимаю, зачем я здесь.

— Очевидно же, — ответила доктор Коре, — у вас есть протеанский шифр. Помогите открыть капсулу, а я помогу вам.

— Я вообще-то тоже здесь, — напомнила Лиара, лежавшая на крышке щекой.

— Как замечательно, что среди нас специалист по протеанам, — сказала Ева ехидным тоном, который не укрылся от Т’Сони.

Когда протеанина вывели из стазиса, он похлопал четырьмя глазами и, воззрившись на нас, спросил:

— Что, Жнецы уже ушли в тёмный космос?

— Н-нет, — ответил я.

— Ну так и пиздуйте отсюда.

Лиара рухнула на землю без чувств, и я склонился к ней, чтобы помочь, а в это время протеанин покинул капсулу и, приблизившись к нам, схватил трёхпалой ладонью Еву Коре и меня. Я подумал было, что он хочет подсобить с Лиарой, но в момент прикосновения часть его воспоминаний перешла мне, а мои — ему. Именно этого протеанин и добивался.

— Искин, человек и азари. Любопытно, — заключил он, а затем взглянул на меня. — Но любопытнее всего то, что в тебе…

— Явик, нет! — От страха я позабыл, что не должен знать его имя, но сейчас это волновало меня меньше всего. Внутри всё сжалось так же, как при встрече с Левиафанами: протеанин понял, что у меня в голове ещё два Шепарда. — Ни слова больше.

Он снова коснулся меня.

— Ясно, о твоей тайне знают только те громадные существа, — подтвердил Явик и спросил с явным намерением снова тронуть меня: — Что они такое? Никогда прежде не слышал о них.

— Может, ты потом меня полапаешь, наедине? — огрызнулся я и сделал шаг в сторону. Не таким я представлял себе протеанского солдата, о котором мне рассказывали.

«Извини, я забыла, что он умеет читать мысли», — отозвалась Джейн. Её голос звучал стыдливо.

«А я и предположить не мог, что он нас засечёт», — добавил Джон.

— Заманчивое предложение, капитан, — ответил Явик, — но мы едва знакомы для такого.

— Кто-нибудь объяснит, что тут происходит? — поинтересовалась доктор Коре.

— Нет, — ответили я и протеанин одновременно.

— Ладно, спрошу позже на борту «Нормандии».

— Что? — встрепенулся я.

Оказалось, в качестве награды за выполненное поручение Призрак вернул мне мой корабль. Как именно «Церберу» удалось забрать «Нормандию» у Альянса Ева не сказала, но тогда-то я понял, как высоко сидят агенты Джека… И, конечно же, он приставил ко мне Еву. Впрочем, сейчас это была меньшая из моих проблем.

Я понятия не имел, с чего начать разговор с Явиком, когда мы остались тет-а-тет, но он упростил мне задачу, просто протянув руку. Пара мгновений, и мы получили друг о друге всю необходимую для дальнейшего диалога информацию, которой было так много, что ещё минут двадцать мы молчали, переваривая её.

Наконец Явик заговорил:

— Получается, они…

— Ага, — ответил я. — А ты, значит…

— Не-а.

— И что теперь?

— Ну-с… — Явик развёл руками.

— Ну да. Я, собственно, хотел…

— Да я понял.

— Так и?

— Ну, конечно.

— Класс.

«И добавить нечего», — подытожил Джон.

Часть 3. Переговоры.

Жнецы не стояли у порога, но моя подготовка к их прибытию шла тем же путём, какой был у Джона и Джейн. Я встретился с примархом Федорианом на Палевене, чтобы обсудить детали союза и помощь в постройке протеанского устройства. Федориан оказался хитёр и расчётлив, но для меня не стало неожиданностью его условие. Гаррус и Сарен (пока я был под следствием, бывший СпеКТР успел слетать на Палевен и прозондировать мозги турианским дипломатам) подогрели его страх перед Жнецами, и потому он согласился участвовать в проекте, но в качестве ответной услуги просил разобраться с крогано-саларианской проблемой.

И теперь Федориан принимал на своём крейсере дилатрессу Линрон, вождя кроганов Урднота Рекса, матриарха Бенезию, выступавшую от азари, и меня. Едва оказавшись в одном помещении, Линрон и Рекс принялись ругаться, словно мать с провинившимся сыном. Для многих саларианцев кроганы были непокорными, буйными и — что пугало их более всего — мстительными, а значит априори опасными.

— Лекарство от генофага! Ишь чего удумал! А потом что? Подать вам галактику на блюдечке с голубой каёмочкой? — Тон дилатрессы не оставлял надежд на мирное разрешение конфликта.

— Мы достаточно страдали. Тысяча четыреста шестьдесят семь лет мой народ нёс бремя предков, которые отдали свои жизни в войне против рахни. А вы в это время отсиживались в сторонке!

— О распрях нужно забыть перед лицом предстоящего вторжения, — вмешалась Бенезия. — Рекс, вы знаете, что случится, если мы не найдём общий язык и не объединимся против Жнецов.

— Я не стану сотрудничать, пока саларианцы помыкают нами, будто пыжаками какими-то!

— Наша обязанность в том, чтобы помыкать вами! Дай кроганам волю, и вы заполоните галактику, словно вредители!

— Неразумно бросаться такими словами, дилатресса, — заметил Федориан. — Не хочу соскребать ваши останки со стен переговорной.

— Так постарайтесь не допустить этого, — встрепенулась Линрон. — Я прибыла сюда только потому, что была уверена в своей безопасности.

— Возможно, новая дилатресса действительно будет сговорчивее… — подумал я вслух. Линрон посерела от испуга и вжалась в иллюминатор за спиной.

— Нет, мне нужна эта, — отрезал Рекс и смерил саларианку дезинтегрирующим взглядом. — У неё наши женщины и ОНД с исследованиями Мэлона.

— Мэлона? — пришёл мой черёд напрячься. — Я же предупреждал тебя на его счёт.

— Я полагал, что ты передумал, раз прислал его вместе с Окиром.

— Вот же… Рекс, я не имею к этому никакого отношения, — ответил я и сел в кресло у стены — ноги стали ватными.

Урднот поставил мощные руки на стол и тяжело вздохнул.

— Он притащил Мэлона на Тучанку ещё в прошлом году, но сразу же свалил, потому что носился вместе с тобой за Коллекционерами. А вернувшись, убил саларианца. — Я ощутил, насколько Рекс подавлен произошедшим, и понимал его чувства, но мне самому сейчас было вдвойне хреновее, ведь я не только не предотвратил беду, но сделал хуже. Рекс продолжил: — Моей беспечности нет оправдания, я положился на Окира и этим сгубил многих достойных кроганов.

«Вот тебе и неожиданные последствия, — скорбно усмехнулся Джон. — Откуда Окир вообще узнал об этом психе?»

«От Мордина, вероятно», — сказала Джейн.

— Что Окир сделал с исследованиями Мэлона? — спросил я.

— Передал мне, а я сохранил. Не мог я допустить, чтобы мои люди погибли напрасно. Вот только саларианцы пронюхали про опыты. Агенты дилатрессы выкрали результаты исследований и увезли нескольких выживших женщин.

— А сам Окир?

— Да что ему сделается? — отмахнулся Рекс.

— Что ж, — я перевёл взгляд на Линрон, — будете отнекиваться или скажете, где держат заложниц?

— А если не скажу?

— За ваши действия ответит вся раса, — предупредила Бенезия. — Саларианцев лишат места в совете, и никто не станет помогать вам, когда придут Жнецы. Не вздумайте огрызаться, Линрон, — предупредила матриарх, глядя на гримасу ярости дилатрессы, — будет только хуже.

— Они на Сур’Кеше, — сдалась Линрон.

Часть 4. Сур’Кеш.

Незадолго до прибытия на Сур’Кеш ко мне подошла Ева и сказала, что «Цербер» не допустит передачи лекарства от генофага кроганам. Её прямота удивила меня, и я воспользовался моментом откровения, чтобы узнать, какую роль в этом сыграет сама Ева, и она ответила, что непосредственную, но как именно и когда не уточнила.

С того момента мои мысли были лишь об одном, потому я оставался на чеку всё время, что находился на базе ГОРа.

Из трёх захваченных саларианцами кроганок лишь одна согласилась вернуться на Тучанку, две другие уже осели на пышущей жизнью планете, устроились работать в местный общепит и взяли в ипотеку хаты на берегу океана. Никакие ухищрения и умасливания не действовали на них, и я боялся, что ситуация грозит стать вторым Вермайром, но Мордин провёл с Рексом душевную беседу, и тот успокоился.

Однако главная проблема была впереди.

— Без лекарства союзу не бывать, — заявил Рекс.

— Решаемо, — заверил Мордин. — Есть наработки, нужно найти способ распространения. Возможно, с помощью Завесы… Да, это вариант.

— Как скоро оно будет готово? — не унимался вождь.

— Исследования Мэлона поспособствуют ускорению. Ждите.

— Мой народ ждал тысячу четыреста шестьдесят семь лет! В Азкабане!

— Да-да, слышал это не меньшее количество раз. Я не волшебник. Генофаг не исцелить мановением волшебной палочки.

Рекс показывал озабоченность и раздражение, но был доволен участием Мордина и уважал его несмотря на прошлое Солуса. В конце концов, каждый имел право на искупление.

Интерлюдия 2.

Сигарный дым создавал помехи на голограмме Призрака. Я видел и даже ощущал его недовольство и удивлялся тому, что со мной Джек не скрывает эмоций. Но не потому, что мы с ним близкие друзья, а потому что он был уверен, что я не представляю для него опасности. Могу нашкодить, перемешать карты и планы, но не более.

— Станция «Аверн» — ваших рук дело? — Джек не стал утруждать себя приветствием и вопросами о моём самочувствии.

Я крутанул пальцем маленькую сферу, парящую над журнальным столиком, и улыбнулся.

— Не понимаю, о чём вы.

Призрак закусил сигару и перекинул ноги одну на другую.

— Вам не следует лезть в мои дела.

— Повторюсь: я не знаю, что вы имеете в виду. Передо мной стоит важнейшая задача, а потому глупо отвлекаться на мелочные попытки разозлить вас.

— Не ёрничайте. Очевидно, что вы лично не участвовали в зачистке, а поручили это Серому Посреднику. — Призрак уже знал все детали операции, но хотел припугнуть меня и добиться признания, чтобы потешить эго. — Вы, Шепард, словно чёрная дыра, затягиваете всякого, кто приблизится к вам.

— Кроме вас, конечно, — сказал я, откинувшись на спинку кресла и заложив руки за голову. — Ваша масса значительно крупнее. Я не о весе, разумеется, вы в отличной форме для вашего возраста. И не такой уж старый, просто…

— Довольно, — процедил Джек сквозь зубы и закрыл лицо ладонью, чтобы скрыть разочарование и усталость.

Станция, о которой шла речь, принадлежала «Церберу» и находилась за ретранслятором Омега-4. Там экспериментировали с адъютантами. Я рискнул обратиться к Лоусон за помощью, чтобы спасти Найрин и всех, кто погиб при захвате Омеги, и не ошибся — Миранда приняла необходимые меры. Но она не знала, для чего Призраку были нужны адъютанты, а я смолчал.

— Кто ваш информатор, капитан? — спросил Джек.

— Вам до них не добраться, — заверил я с ухмылкой. Джон вторил мне задиристым смешком.

— Посмотрим, — ответил Призрак тоном, который заставил меня насторожиться. — А с Мирандой я проведу отдельную беседу. Напрасно она решила, что отделалась от меня, став Серым Посредником.

— Не делайте глупостей, Джек, — попросил я, осознав всю серьёзность его намерений.

— Глупости по вашей части. Чёрная дыра, Шепард, уничтожает всё, что оказывается поблизости. Помните об этом.

Харпер прерывал вызов, каюта погрузилась во тьму, и лишь сфера создавала едва уловимое свечение, притягивая к себе взгляд.

— Видимо, про бомбу на Тучанке он не в курсе, — сказала Джейн.

— Ага, — согласился Джон. — Иначе его зад полыхал бы куда сильнее.

Часть 5. Тучанка.

Рекс дёргал меня каждую минуту, а я не решался начать миссию, ожидая, когда со мной свяжется дилатресса, чтобы рассказать о повреждении завесы. По какой-то причине Линрон не делала этого, и я плюнул, потому что всё равно не хотел ей пособничать. К тому же, проблем с завесой не предвиделось, значит, и Мордину ничего не угрожало. Я шёл на задание с лёгким сердцем, но лёгкость эта быстро улетучилась, когда мне сообщили, что со мной пытается связаться Миранда Лоусон.

— Шепард, у меня мало времени, буду краткой. — Голос женщины прерывался то ли из-за плохой связи, то ли из-за тяжёлого дыхания. — Протеанское оружие перевозят в другую систему. Я знаю, куда, скажу лично. И ещё: «Цербер» заминировал Завесу. Бомба сработает при попытке распылить лекарство.

Миранда затихла, словно выжидая, затем возникли помехи и вызов прервался. Я пытался связаться с ней снова, но безрезультатно.

— Вот на кой чёрт ты втянул её в разборки с Призраком? — пробасил Джон. Неожиданно было слышать гнев и волнение в его голосе.

— Я должен был спасти Омегу, — ответил я шепотом.

— Турианку ты хотел спасти, а не Омегу, ксенофил хренов.

— Вы б лучше о Горне подумали, — вклинилась Джейн. — Если Миранда погибла или схвачена в плен, всё пропало.

Заболела голова. Я помассировал виски пальцами и постарался успокоиться, направив мысли в другое русло.

— Надо покончить с генофагом, — сказал я.

— Спасти Лоусон важнее, — возразила Джейн. — И это говорю тебя я, человек, который её на дух не переносит. Без неё мы никогда не найдём Горн!

— Мы уже на Тучанке! Если я отступлю, Рекс и Мордин отправятся к Завесе без меня, потому что это для них важнее. Я не дам им погибнуть!

— Никто не погибнет, — раздался позади голос. Я обернулся и увидел Еву Коре. — Я могу помочь, только попросите.

— Как долго ты здесь стоишь? — спросил я и отступил, смущённый и расстроенный.

— Достаточно, чтобы убедиться, что Миранда говорила правду о ваших странных привычках.

— Это ты имела в виду, когда предупреждала о планах «Цербера»?

— Да. Не смотрите так, я не знала, как именно они собирались помешать, — сказала Ева, видя, что я багровею от злости. — Клянусь своим процессором, — добавила она. — Я хочу помочь. Но вопрос в том, примите ли вы мою помощь?

«Ни за что!» — отрезал Джон.

«Она шпионит на Призрака, Марк, о какой помощи может быть речь?» — поддержала Джейн.

— Что ты собираешься сделать? — спросил я.

— Обезврежу бомбу. Или отсрочу детонацию, насколько возможно, чтобы распылить лекарство.

— Почему ты предаёшь «Цербер»? — Нельзя было тянуть время, но я должен был понять, на чьей стороне Ева, потому что интуиция подсказывала мне не рубить сплеча.

— Мои взгляды расходятся с их убеждениями… Но вы вряд ли поверите в это. Так что я напомню вам кое-что. У Альянса есть учебный полигон на Луне, которым управлял ВИ «Ганнибал».

— Я отключил его год назад.

— Это ещё мягко сказано. — Ева качнула головой и улыбнулась, глядя мне в глаза и ожидая реакции.

Конечно, я знал, что Ева и есть тот ВИ, но мотивы искина оставались для меня загадкой.

— Первое, что я увидела, осознав себя, были вы, — продолжила Ева, удостоверившись, что я всё понял. — Вам должны быть понятны мои… чувства. Я ждала встречи с вами с тех пор, как «Цербер» установил меня в эту платформу и дал новое имя. Я хочу быть полезной вам, Шепард.

«Она манипулирует тобой, — сказал Джон. — Какие к чёрту чувства? Она синтетик!»

«А если это правда?» — засомневалась Джейн.

«Гетопоклонников не спрашивали!» — гаркнул Джон.

— Хорошо, я принимаю твою помощь, — сказал я и прикрыл глаза, потому что в следующий миг мои альтер-эго устроили такой галдёж, от которого ещё сильнее загудела голова. — Нужно сообщить остальным о бомбе.

— Нет, ещё не время, — ответила Ева. — Вызовем подозрения у «Цербера», и бомбу взорвут раньше, чем мы доберёмся до завесы. Их главная цель — не позволить распылить лекарство, сопутствующие жертвы это просто бонус.

«Ну ты видишь, что она тебе очки втирает?» — У Джона не было лёгких, но каждое слово он выдавливал из себя так, будто ему не хватало воздуха.

— Возьмите меня в команду высадки, а на месте всё решим, — потребовала Ева.

Говорить «если ты мне лжёшь…» было бессмысленно. Если Коре хотела обмануть меня, то ей удалось, потому что мой собственный внутренний голос доверял ей.

До Завесы мы добрались беспрепятственно. Всю дорогу я думал: сказала бы Ева о засаде, не позвони мне Миранда? Скорее всего, да… Иначе зачем она пришла в зал совещаний?

В непосредственной близости от здания Ева выступила вперёд.

— Мы на месте, — начала она. — Капитан уже в курсе, так что скажу по существу: в башне заложена бомба, которая сдетонирует при попытке воспользоваться Завесой.

— Почему вы говорите об этом только сейчас?! — В два шага Рекс преодолел расстояние, разделявшее нас, и ткнул мне в бок дробовиком. Всё-таки второму Вермайру быть.

— Раскрыли бы себя врагу, — пояснил Мордин, догадавшись. — Что предлагаете?

— Передайте лекарство мне, доктор, я обо всём позабочусь, — ответила Ева.

— Исключено.

— Вот каков твой план? — сказал я. — Совсем не подозрительно.

— «Цербер» должен верить, что я вас одурачила и заполучила лекарство.

— Так ведь и одурачила, — процедил Рекс, глядя на меня сверху вниз.

«Господи! Ну почему я попал в этого дурака, а не в Рекса? — горевал Джон. — Лучший компаньон, лучший друг, просто лучший», — добавил он и всхлипнул.

«Всё пропало, — подхватила Джейн. — Я больше никогда не увижу Лиарочку».

— Капитан, — обратилась ко мне Ева, — я не знаю, как развеять ваши сомнения. Понимаю, невозможно верить кому-то вроде меня, но я верю в вас. У меня была уникальная возможность наблюдать и сравнивать. «Цербер» преследует одну цель — защитить человечество, и ради неё Призрак жертвует всем, включая самих людей. Но не собой. А вы стремитесь спасти каждого, независимо от их расы и убеждений: Сарена, Бенезию, королеву рахни… даже самого Призрака. Вы цените любую жизнь, хоть друга, хоть врага. Ваша вера в других… не поддаётся логике, и притом вы готовы рискнуть собой ради них. Это восхищает меня. Я верю в вас, Шепард. Верите ли вы в меня?

— Отличная речь, но это просто слова, — сказал Рекс. — Я не поведусь.

— Наше мнение не в учёт. — Мордин похлопал Рекса по плечу.

Речь Евы убедила меня в том, что я сделал правильное решение. И хотя все были против, я ответил:

— Верю.

Ева улыбнулась.

— Ваша мимика подтверждает, что вы честны. Тогда я на вашей стороне. Доктор, — Коре протянула руку, — лекарство.

Мордин нехотя передал кейс и посмотрел на меня с осуждением. Рекс не находил себе места.

— Это ошибка, Шепард! Это ошибка, и мы за неё горько заплатим!

Пока Ева поднималась в зал управления Завесой, я не находил себе места, меряя шагами внутренний двор. Вскоре она сообщила, что помимо «Цербера» в системе похозяйничала ещё и ГОР, но она устранила все препятствия. А ещё спустя пару минут Завеса заработала, и вверх взлетели миллионы частиц, несущих на себе лекарство.

Небо окрасилось золотистым заревом. Песчинки, распыляемые вокруг, ловили на себе блёклые лучи солнца и медленно ложились на руины некогда великой цивилизации кроганов. Рекс хватал их ртом и хохотал, словно безумный, а Мордин качал головой и улыбался, глядя на него.

— Не обманула! — кричал вождь, притопывая ногами. — Ах, чертовка, не обманула!

Я знал, что Ева сделает всё правильно, ведь она упомянула ГОР. И хотя эта переменная была мне неизвестна, она говорила о прямоте искина. А вот Дилатресса затаила обиду и саботировала миссию, не зря я заподозрил неладное, когда она не вышла на связь.

— Следует принести извинения, — предложил Мордин.

Что-то чудовищно грохнуло. Я поднял голову и увидел, что Завеса охвачена огнём, а на землю падают её обломки.

— Что такое? — опешил Рекс. — Разве Ева не обезвредила бомбу?

— Она говорила, что отсрочит взрыв, если не справится, — ответил я и опустил голову. — Она знала, на что идёт.

— Пожертвовала собой? Немыслимо!

— Смотрите! — Мордин указал вверх.

Из чёрного дыма выскользнуло что-то тёмное и ухнуло вниз по покатой стене. Мы бросились туда, куда оно упало и обнаружили под башней Еву. Её оболочка, имитировавшая человеческую кожу, сгорела, а покрытое сажей и искорёженное тело едва двигалось — синтетические руки и ноги вывернуло, разорванные провода искрились.

— Ева — гет?! — не поверил своим глазам Рекс.

— Обычный искин, — уточнил Мордин. — Есть шанс, что выжила.

— Ева, отзовись! — Я приблизился к синтетику, чтобы помочь, но понятия не имел, как.

Одна из рук Коре задёргалась, и искин поднял большой палец вверх.

Часть 6. Академия Гриссома.

Автоматическая дверь лазарета распахнулась, впуская меня и Мордина внутрь. Я положил Еву на ближайшую свободную кушетку и выдохнул: весила она, как два мужика вместе.

— Это ещё что такое? — возмутилась доктор Чаквас, подойдя к «пациенту». — С каких пор, по-вашему, я стала робототехником?

— А куда мне её нести? — таким же тоном ответил я.

— Судя по виду, на помойку, — фыркнула Карин, но, заметив, как я на неё посмотрел, стушевалась. — Что произошло?

— Вызвалась распылить лекарство, зная о саботаже, — сказал Мордин. — Пожертвовала собой, доказывая лояльность. Невиданный героизм даже по меркам существ из плоти и крови.

Чаквас наклонила голову и погладила шею, осматривая обгоревшее и изломанное синтетическое тело.

— Понимаю, что вы впечатлены её действиями, но я, например, только сейчас узнала, что Ева была искином, и уверена, что всё это, — она указала на полученные при взрыве повреждения, — входило в её планы.

— Не пали, — прошипела Коре и заискрила разорванными проводами.

— Всё равно её надо починить, — настаивал я. Чаквас хотела заладить, что она не техник, но я перебил: — Пусть полежит пока у вас.

В лазарет зашли Гаррус и Сарен. Они прилетели на Тучанку немногим позже Нормандии вместе с примархом.

— Дела-а-а, — протянул Вакариан, поглядев на Еву. — Так вот почему она вместо чая пила моторное масло…

— Рекс всё рассказал, — сообщил Сарен. — Я знаю одного специалиста по ИИ, который может помочь, но с тех пор, как мы… виделись в последний раз, прошло больше двадцати лет. Не знаю, где она может быть сейчас, но твой друг, Дэвид Андерсон, знает наверняка.

***

— Кали? Зачем она тебе? — спросил Дэвид.

Судя по виду посла, он был рад оторваться от бумажной волокиты и потрепаться по видеосвязи, но мой интерес к старшему лейтенанту Сандерс насторожил его.

— У меня тут искин, которому требуется ремонт, а одна птичка нашептала, что Кали в этом спец.

— Птичка, говоришь, — процедил Андерсон. Он сцепил пальцы в замок и подался вперёд. — Передай этой птичке: если он хоть на световой год приблизится к Кали, я рога ему оторву. — Андерсон стукнул ладонью по столу и откинулся на спинку кресла. — Мне с самого начала не нравилось, что ты взял Сарена в команду. Ты не знаешь о нём того, что знаю я.

— Все заслуживают второй шанс, Дэвид, — сказал я.

Посол покачал головой и вздохнул.

— Кали работает воспитателем в академии Гриссома. Я предупрежу её о гостях. — Андерсон снова приблизился к экрану и очень злобно произнёс: — Не вздумай приводить Сарена!

Бывший СпеКТР и сам не желал наносить визит старой знакомой. На мои расспросы о том, что произошло между ним, Андерсоном и Кали (помимо истории с подставой), Артериус не отвечал, потому я планировал задать их другим участникам событий.

***

В Академии меня встретила Джек и я удивился тому, как она выглядела и как держалась, хотя Джон и Джейн рассказывали об изменениях, произошедших с ней после борьбы с Коллекционерами.

— Какими судьбами, Марк? — поинтересовалась Джек, глядя на Мордина и каталку с накрытым телом, которую он толкал перед собой. — Зачем мертвяка нам привезли?

— Мертвяк? Где?! — отовсюду к нам начали стекаться подростки в униформе академии. Какой-то паренёк попытался заглянуть под покрывало, но Джек отпихнула его эффектом массы.

— Ну-ка брысь по своим комнатам, а не то я отбивные из вас сделаю, — сказала она и, чтобы показать серьёзность своего заявления, засветилась синей аурой. Ребята засмеялись, но послушно разбежались прочь.

— Не хотел бы я оказаться на месте провинившегося ученика, — заметил я.

— Расслабься, Шеп, я мелких не обижаю, — ответила Джек с полу-улыбкой. — Хотя иногда хочется дать подзатыльник. Так зачем вы здесь?

— Есть дело к Кали Сандерс.

— Ну тогда идём, провожу вас, — предложила Ноль и повела дальше по коридору. — Давай только без вербовки на очередную миссию по спасению галактики. Не хочу представлять, какой тут начнётся цирк без неё.

— Предлагаешь себя вместо Кали?

— Не-а, у меня испытательный срок. Мне здесь нравится, не хочу прое… Э-э, потерять всё из-за очередных злодеев.

— Ого! Налицо прогресс, — сказал Мордин с уважением. — Подходящая работа это хорошо. Способствует душевному равновесию и развитию личности.

— Ой, отвали, мозгоправ, — отмахнулась Джек, продолжая невольно улыбаться. — Пришли, — добавила она, указывая на дверь кабинета с именной табличкой. — Я пойду, а то скоро занятие начнётся. Если задержусь хоть на минуту, мои оболтусы начнут канючить и разнесут кабинет к еб… на фиг. Разнесут кабинет на фиг, — повторила она для себя, чтобы не оговариваться впредь.

Мы попрощались с Джек и постучались, прежде чем войти в кабинет Кали. Сама Сандерс сидела за рабочим столом, а у стены сбоку — Андерсон, и они беседовали о чём-то до нашего появления.

— А вот и знаменитый капитан Шепард, — поприветствовала женщина. Она поднялась и подошла ко мне для рукопожатия.

— Рад встрече, — ответил я. — Дэвид много рассказывал о вас.

— Не сомневаюсь, — сказала Кали, глядя на него с ухмылкой. — Но, видимо, не всё, раз у вас в команде затесался Сарен Артериус. Впрочем, вы здесь не из-за него, полагаю. Что у вас стряслось?

— Нужен специалист по ИИ, — объяснил я и приподнял покрывало, показывая Еву.

— Откуда у вас такая платформа? — с изумлением спросила Кали. Она подошла к каталке и, раскрыв тело полностью, стала изучать. — Невероятная работа…

— Вы ведь сохраните это в секрете?

— Разумеется! Но мне нужно знать, кто создал её, чтобы понимать, с чем предстоит работать.

Джон и Джейн не были знакомы с Кали настолько, чтобы советовать мне, как поступать, потому я посмотрел на Андерсона. Тот коротко кивнул.

— «Цербер», — ответил я вполголоса. Сандерс подняла на меня гневный взгляд.

— Да вы издеваетесь! Дэвид, кого ты ко мне привёл? Этот человек либо глупый, либо слепой. Нет, я понимаю, один раз оступиться и связаться с мудаком, но чтоб ещё и с Призраком…

Андерсон развёл руками.

— Теперь ты понимаешь, что я думал, когда ты искала Грейсона?

— Это другое! — тут же нашлась Кали. — Он исправился ради дочери и… Ой, всё! — отмахнулась она, видя, что посол лишь посмеивается, а затем снова обратилась ко мне: — Скорее всего, «Цербер» использовал технологии Жнецов, чтобы создать этот ИИ.

— Вы разбираетесь в них?

— В 2162-м я исследовала артефакт, обнаруженный в системе Вуали Персея. Все наработки по проекту украл Сарен, а спустя двадцать лет попытался захватить Цитадель с помощью этого артефакта.

— То есть «Властелина»?

— Я понятия не имела, что это Жнец, — сказала Кали с горьким сожалением. — А год назад погиб мой друг: «Цербер» проводил на нём эксперименты, ему вживляли технологии Жнецов. Я изучила всё, что могла, чтобы спасти его, но было слишком поздно.

— Соболезную.

— Мне сложно принять сочувствие от того, кто работает с Сареном и Призраком.

— Пришли за помощью, не нотациями, — вклинился Мордин. — Сарен помог предотвратить вторжение Жнецов в 83-м. Призрак строит оружие, чтобы уничтожить их. Ева, — он указал на искина, — помогла излечить генофаг. Нет только хороших и только плохих, есть поступки. Они говорят больше. У нас одна цель. Помогите достичь её — почините Еву.

— Цель у нас одна, вы правы, да только… — Кали наверняка хотела добавить про разные средства, но лишь вздохнула. — Оставьте вашу «Еву» на несколько дней. Я сообщу, когда будет результат.

Вернувшись на Нормандию, я обнаружил в трюме Окира, который запихивал в шкафчик Рекса свои вещи. Он заметил меня и отложил сумки в сторону.

— Не в моём характере признавать ошибки, — сказал он, почесав свежий шрам, пересекавший правую щеку и широкий рот. — Вождь желает, чтобы я прикрыл твою спину, но окончательное решение за тобой, капитан.

— Это так ты говоришь: «Я всё испортил, Рекс изгнал меня с Тучанки, мне больше некуда идти, простите меня, Шепард»?

Лицо Окира перекосило от злости, и он, зашипев от боли, снова почесал шрам.

— Берёшь ты меня в команду или нет, варрен тебя дери?

— Отработаешь вину по полной программе, — ответил я. — Добро пожаловать на борт. Снова.

Окир грозно хмыкнул и, кивнув, вернулся к шкафчику.

Интерлюдия 3.

Голубое свечение голограммы залило каюту, я сощурился и поднял руку в знак приветствия.

— Здорово, Шепард, — ответил Тейн и закашлялся.

— Эй, с тобой всё в порядке? — Я отставил стакан с виски и, встав с кресла, приблизился к голограмме.

— Нет, совсем не в порядке… Синдром Кепраля прогрессирует. Так что прямо сейчас я в госпитале на Цитадели.

— Что говорят врачи?

— Деликатно намекают, что я должен был склеить ласты ещё полгода назад, — Тейн хрипло рассмеялся, но кашель снова прервал его.

— Сочувствую, друг.

— Всё в порядке, Марк, — отмахнулся Криос. — Я прожил не самую благочестивую жизнь, но это моя жизнь, и я ей доволен.

— Значит, на Нормандию не вернёшься?

— Обвешанный капельницами вместо аммуниции? Прости, Шеп, но сейчас у меня сил хватит разве что на безногого китайца.

— Ну тогда я обязательно пришлю тебе одного, чтоб ты не скучал.

— Буду ждать, — улыбнулся Тейн.

***

С тех пор, как Кайдена возвели в СпеКТРы, он стал ещё менее общительным, чем прежде. На мои попытки дозвониться он отвечал коротким автоматическим сообщением, что занят.

И вот, когда я ждал этого меньше всего, Аленко таки вспомнил обо мне.

— Что ты хотел, Шепард?

— Что я хотел? Ты же мне звонишь, — сказал я, стоя в душевой кабинке в одном полотенце.

— За последнюю неделю у меня двадцать восемь твоих пропущенных… Ты что, принимаешь душ? Перезвонить позже?

— Нет, Кайден, я готов поговорить с тобой в любое время и в любом месте, не то что ты!

Новоиспечённый СпеКТР закатил глаза и тяжело вздохнул.

— Выложу, как есть: я не хочу с тобой общаться.

Отношение Эшли и Кайдена ко мне ухудшилось после истории с Коллекционерами, я знал это, но мне казалось, что время расставит всё по своим местам. Увы, я ошибался, надо было лично заниматься налаживанием связей, но я предпочёл посвятить свободное время мемуарам.

— Из-за твоей работы на «Цербер» на меня тоже смотрят косо. Знал бы ты, каких усилий стоило Удине убедить Совет назначить меня СпеКТРом. И я не облажаюсь, как ты, поэтому… — Кайден замялся, то ли находя нужные слова, то ли борясь с мигренью. Это отразилось на его лице смесью таких противоречивых эмоций, что я решил, у него инсульт. — Поэтому больше не беспокой меня. Я не вернусь под твоё командование, даже если речь о спасении галактики от вторжения Жнецов.

— Я уважаю твой выбор, — ответил я со всей серьёзностью, какая могла быть у полуголого мужчины с полотенцем на бёдрах. — Уверен, как СпеКТР Совета ты и сам способен сделать всё необходимое для защиты разумной жизни в галактике.

— Спасибо, Шепард. Это всё?

— Не совсем… — Я опустил голову и поджал губы, собираясь с мыслями, затем посмотрел прямо в камеру и сказал: — Давай выясним, какой СпеКТР-человек круче? Только ты и я — бой на кулаках. Без биотики и усилителей.

Аленко отключился.

— Струсил, — догадался я.

***

Найрин ответила не сразу и без голограммы. На заднем фоне доносился голос Арии, проклинавшей кого-то.

— Что у вас там случилось?

— Шахматная дуэль, — сказала турианка отрешённо. — Уже пятый день режутся, словно безумные.

— Кто с кем?

— Ария с церберским генералом. Победит он — Ария сдаст Омегу без боя, победит она — надерёт Олегу зад.

— Что-о-о? — переспросил я, не веря своим ушам. — Какого чёрта, я же разобрался с… — Замолчал, так как зашипела Джейн. — Как она согласилась на эти условия?

— На самом деле, — Найрин перешла на шепот, — если Ария победит, Петровский раскроет убийцу её дочери… Только я тебе ничего не говорила.

«Жаль, я не знаю, кто это, — сказал Джон. — Хотел бы я посмотреть на рожу Олега, когда Ария послала бы его к чёрту».

«Честно сказать, я понятия не имела о том, что у неё есть дочь», — добавила Джейн.

— И до какого счёта дуэль?

— До первой победы, конечно.

— Хочешь сказать, до сих пор никто из них не выиграл?

— Сама в шоке. У нас есть подобная игра, но она намного сложнее, так что не представляю, чего они тянут. А ты зачем звонишь кстати?

— Да вот узнать, не хочешь ли ты снова полетать на самоубийственные миссии?

— Не, я завязала. Твоих Коллекционеров мне хватило до конца жизни. Посижу, пожалуй, на Омеге, тут безопаснее.

— Разве что под крылом у Арии. Что ж, пожелай ей от меня удачи.

Часть 7. Горизонт.

Победа над генофагом и заключение военного союза между кроганами и турианцами не радовали меня, ведь из-за моих амбиций пострадала Миранда, и Джон напоминал об этом каждую минуту, а Джейн добивала тем, что лишь Лоусон знала, где находится Горн. Жива ли она до сих пор? А если жива, то где её держат? Ответов не было, оставалось надеяться лишь на чудо.

И оно случилось. Кали Сандерс связалась со мной вскоре после того, как я оставил ей Еву, и сообщила, что искин передала координаты нескольких исследовательских комплексов «Цербера», предположив, что в одном из них я найду Миранду.

Кали также предупредила, что Призрак не просто злопамятный и жестокий, но ещё и по-своему рациональный. Её друг, Пол Грейсон, работал на него и предал ради дочери. Призрак мог просто убить Грейсона за это, но превратил в хаска, чтобы изучить влияние Жнецов на разум. Я с ужасом представил, какая участь ожидала Миранду.

Когда я просматривал полученные данные, мне попалась информация о Святилище на Горизонте и Джейн тут же оживилась:

— Марк, Святилище это база Генри Лоусона для изучения индоктринации.

— Миранда там, мамой клянусь, — сказал Джон.

— Ты же сирота, — напомнила Джейн.

— А ты зануда.

В прошлом моими усилиями колонии удалось избежать нападения Коллекционеров, но и теперь она не подозревала о делах, происходящих у неё под носом. Скрытность была одной из сильных сторон «Цербера», но не моей — я не имел ни малейшего понятия, как незаметно проникнуть в исследовательский комплекс. Но тут, словно подгадав момент (а такое вполне вероятно, зная её), объявилась Касуми и предложила свою помощь.

В деле снова был Соломон Ганн, теперь, правда, не глава преступной группировки, а офицер Альянса в отставке, который выступал посредником в сделке по поводу материального обеспечения исследований Лоусона. Да, чего я совершенно не ожидал, так это того, что финансовая сеть «Цербера» была уничтожена молниеносным и точным ударом турианской разведки. Произошло это примерно в то же время, когда комитет обороны полоскал меня за ретранслятор «Альфа». Новость меня не обрадовала, потому что я слабо представлял, на какие гроши строится Горн, и тем больше я надеялся найти Миранду целой и невредимой, чтобы выяснить всё у неё.

Прикрытие работало хорошо ровно до того момента, когда я встретился с Генри Лоусоном лично. Он меня узнал, но забить тревогу не успел, ведь его самого забила Касуми, прикрывавшая меня под маскировкой. Пока батя Миранды лежал в отключке вместе со своими подручными, я отыскал её саму.

Миранду держали за бронированным стеклом в укреплённом помещении, замурованной в какое-то устройство, напоминавшее кедровую бочку, но служило оно явно не для распаривания кожи перед сеансом массажа. На её бледном лице просвечивали голубые огоньки, влажные от пота волосы прилипли ко лбу и щекам, прикрывали глаза, вокруг которых залегли густые тени.

Она не пришла в сознание, когда мы освободили её, потому пришлось ждать, пока десант расчистит нам путь наружу, чтобы доставить Миранду в лазарет.

Под капельницами и в окружении лавиафановских сфер Миранда быстро пришла в себя, но оставалась крайне слабой.

— Рада видеть, — прошептала она, глядя на меня воспалёнными глазами.

— Мне жаль, что с тобой… — начал было я, но Лоусон медленно качнула головой, прерывая мои извинения.

— Они знают… — продолжила она. Мне пришлось подсесть ближе и наклониться к её лицу, чтобы расслышать слова. — Они тоже знают, где оно…

— Кто они? Жнецы? — переспросил я, Миранда кивнула. Холодок подкрался к самому сердцу и коснулся его тревогой.

— Они наблюдали… — пояснила она. — Они были… внутри меня. Изучали. Пробовали… силы.

Миранда облизнула губы и закашлялась. Я понял, что она настолько обезвожена, что не может плакать, слёзы просто не идут.

— Пиши, — произнесла женщина хриплым голосом, и я поспешил раздобыть датапад, чтобы ввести данные, которые она хочет мне дать, пока ещё может говорить.

Силы Лоусон были на исходе, приходилось наклоняться к самому рту, чтобы разобрать цифры, которые она произносит. Когда она закончила, то положила ладонь на моё плечо и притянула ещё ближе. Джон пустил скупую мужскую слезу, предвкушая поцелуй за спасение, и я смутился, решив так же, но мы оба сильно ошиблись. Очень сильно. Потому что Миранда впилась зубами в мой скальп.

— Э-э, мисс Лоусон? — произнёс я скорее с недоумением, чем со страхом.

— Можги-и-и-и, — ответила Миранда, щекоча мой висок языком.

— Докто-о-о-о-ор! — позвал я Карен, при этом пытаясь вырваться из рук ставшей удивительно сильной женщины.

Чаквас влетела в лазарет, поскользнулась на входе, упала, но тут же поднялась и гневно крикнула:

— Что у вас здесь происходит?!

— Зомби-апокалипсис, вот что!

— А, это, — медик отмахнулась, словно от мухи, — сейчас галоперидольчику бахнем, и пройдёт.

— О, а мне можно? — спросил я, отбившись, наконец, от Миранды.

«Тебе — нет, — сказал Джон, — а то вдруг мы с Джейн пропадём».

Интерлюдия 4.

Вскоре после спасения Миранды на связь вышла её сестра Ориана. Оказалось, что Миранда успела передать ей коды доступа к базе данных Серого Посредника и сети его агентов, и всё это время она следила за оперативниками «Цербера», чтобы найти и освободить сестру. Однако вместо этого узнала, что те собираются снова перевезти Горн в другое место, и нужно действовать быстро, пока есть возможность.

Координаты, которые дала Миранда, указывали на одну из систем в Вуали Персея — идеальное место для того, чтобы спрятать что-то от Совета: там в своё время прятался Властелин, а сейчас где-то там бороздит космос дредноут гетов, с которым мне ещё только предстоит разобраться.

И как раз геты представляли не меньшую опасность для нашей миссии, чем «Цербер». Благо, что к этому моменту Кали Сандерс починила Еву, и та с новыми силами и обновлённой антивирусной программой присоединилась к нашему небольшому отряду похитителей Горна, состоящему из меня, моих тараканов, Лиары и Орианы.

Если не считать горячих споров дам о том, кто должен замещать Миранду, пока она лечится от каракатиц в голове, до Горна мы добрались без приключений. Благодаря Еве мы избежали обнаружения как разведчиками гетов, так и «Цербером», и смогли проникнуть на передвижную станцию, к которой был присоединён Горн. А здесь уже сработала Ориана: наёмники Серого Посредника взяли на себя преследователей, пока мы угоняли Горн.

Призрак, естественно, узнал обо всём и начал обрывать омнитул то мне, то Лиаре, но нас уже ничто не могло остановить, и уж точно не китаец со славянскими корнями, которому Андерсон прострелил колени год назад.

Как только мы добрались до ретранслятора, то вздохнули спокойно. Горн теперь находился под бочком у Цитадели и присмотром сотен кораблей Совета, включая «Путь предназначения».

Правда, проблема была в том, что они не охраняли его, поскольку какой смысл охранять средство против Жнецов, в которых никто не верит? Так что Горн простаивал сам по себе, ожидая дальнейших действий, а чтобы ни у кого не возникли вопросы, Лиара подделала документы, будто он является её собственностью.

Однако ещё нужно было выяснить, как много успел сделать «Цербер», а что ещё только предстоит выполнить, и здесь на помощь пришли турианцы и саларианцы. Я поставил Лиару руководить проектом, поскольку только ей мог доверить столь важное задание, а ещё потому, что она начала покушаться на Ориану. Азари осталась довольна назначением и ласково назвала Горн Аннигиляторной Пушкой.

Часть 8. Кочующий Флот.

Когда я в очередной раз собирался отправиться на Тессию, со мной на связь вышла Тали. Она сообщила о странной активности гетов в Вуали Персея, а также о том, что Кочующий Флот направляется к Ранноху с известной целью. Рассказать подробнее, что сподвигло адмиралов к активным действиям, Тали не могла, потому я немедленно сообщил Джокеру, что мы летим к точке сбора кварианского флота, чтобы успеть до начала вторжения.

В пути мы с Джейн и Джоном обменивались предположениями о том, из-за чего засуетились кварианцы. Наиболее вероятным был вариант, что Раэль нашёл-таки способ взломать гетов. Однако, наученный собственной историей, я ожидал какую-то более экзотическую причину. И она такой и была.

Когда мы приблизились к Кочующему Флоту, нас предупредили, чтоб «Нормандия» оставалась на расстоянии, и сообщили, что к нам выслана делегация. Состав у неё был просто чудный: Тали, Раэль и Легион. Последний сообщил, что они втроём побывали на базе еретиков, и уничтожили её, и именно от еретиков Легион узнал, что на границе Вуали Персея появился Жнец.

— Насколько достоверна эта информация? — спросил я. Не хотелось верить в то, что Пожинатели уже на пороге, но геты не умели врать, они лишь оценивали ситуацию другими формулами.

— Достоверна, — ответила вместо Легиона Тали. — И это ещё не всё. Мы отправляли в дальний космос корабль с небольшим отрядом на борту, чтобы найти Жнеца.

— Зачем?

— Чтобы контролировать гетов… — сказал Раэль и поспешил объяснить, видя, как моё лицо багровеет от злости: — Мы тогда ещё не знали об индоктринации! Год назад «Цербер» проник на один из кораблей Флота. Что-то нужно было предпринять, иначе следующее нападение могло закончиться гибелью всей нашей расы! В общем, этот корабль, «Иденна», дрейфовал в соседней системе, а на борту находилась только человеческая девочка. Она была истощена и дезориентирована, нам не удалось узнать у неё, что случилось, но, судя по всему, «Иденна» нашла Жнеца.

— И он летит к Ранноху, — заключил я с досадой и закрылся ладонями.

— Это наша забота, Шепард, — сказала Тали. Голос её дрожал, это было слышно даже через фильтр. — Забери девочку, нам нечем её кормить, и она не говорит ни слова. А ещё похоже, что она биотик и довольно сильный.

Потеряшку привели почти сразу — она находилась на корабле Раэля, «Аларее». Я связался с Кали, чтобы узнать, можно ли поместить девочку в Гриссомскую академию, пока не выяснят, кто она и как попала на кварианский корабль, но внезапно выяснилось, что Сандерс знает её, это была дочь её покойного друга, оперативника «Цербера» Пола Грейсона.

Едва Джиллиан — так её звали — увидела голограмму Кали, сразу оживилась и заговорила.

— Джиллиан, а где Хендель? — спросила Кали после короткой беседы.

— Ушёл с кварианцами на другой корабль, — ответила девочка, опустив голову.

— Какой корабль? — подключился я к разговору. — Большой такой, похожий на каракатицу? Как вы его обнаружили? Почему ты была на «Иденне» одна?

Девочка обернулась ко мне слишком резко, будто забыла, что я нахожусь с ней в одном помещении, и обхватила себя руками. Доктор Чаквас, тоже присутствовавшая здесь, показала жестом, чтобы я помалкивал.

— У Джиллиан аутизм, капитан, — пояснила Кали. — К ней нужен особый подход. Я попытаюсь выяснить у неё нужную вам информацию, потерпите.

Мне не оставалось ничего иного, как сесть в дальний угол и наблюдать за общением воспитателя и её подопечной.

Именно Сандерс отправила Джиллиан на Кочующий Флот, чтобы спасти от преследования «Цербером». По этой же причине я должен был оберегать девочку, пока Андерсон и Кали не придумают, где её спрятать на этот раз.

Что касается экспедиции «Иденны», то она увенчалась успехом — кварианцы нашли Жнеца. Часть команды перебралась на него, чтобы перебросить в Вуаль Персея. А дальше случилось то, что следовало ожидать — их всех индоктринировали. Джиллиан тоже слышала голос Жнеца, но, видимо, её особенность как-то помешала ему, потому Джиллиан отпустили. Остальные же дружно покинули «Иденну», включая оберегавшего девочку Хенделя.

— Если этого достаточно, я отведу девочку в лазарет, она ещё очень слаба, — сказала Карен, я утвердительно кивнул.

— Капитан Шепард позаботится о тебе, Джиллиан, — заверила Кали. — Ты можешь ему доверять так же, как мне. Хорошо?

— Не знаю, — ответила девочка, на меня она даже не взглянула.

— Пожалуйста, Шепард, берегите её, — попросила Кали, когда Чаквас вывела девочку из зала. — Призрак не должен узнать, где она. Джиллиан очень сильный биотик, и я боюсь представить, какие планы он строит на её счёт.

По-хорошему, следовало оставить девчонку в ближайшей человеческой колонии и сообщить Хаккету о Жнеце, но время было не на моей стороне: Кочующий Флот сообщил, что Жнец уже на Раннохе, и они тоже выдвигаются к планете, чтобы отбить её. Видимо, у них был очень сильный козырь, иначе я не мог объяснить их завидное рвение воевать с миллионами гетских платформ и миллиардами гетских же программ, улучшенных Пожинателем.

Часть 9. Раннох.

— Шепард, — заговорил Жнец.

Воздух колебался от мощи его голоса. Не хватало ширины и высоты обзора, чтобы узреть громадную машину целиком. Нутро скручивало от одного его вида, но я подавлял страх, как мог.

— О, время для злодейской речи, — сказал я нарочито громко и с усмешкой. — Я слушаю.

— Цикл должен продолжиться. Сопротивление бесполезно.

— Прошу, не останавливайся, у тебя такой сексапильный голос…

— Органическая жизнь это хаос, а мы — порядок. Каждая органическая цивилизация должна быть утилизирована, чтобы привнести порядок в хаос. Это неизбежно.

— Прямо сейчас я неизбежно возбуждаюсь от твоего глубокого и чарующего тембра.

Алое око Жнеца недоумённо мигнуло.

— Ты не понял…

— Цикл должен продолжиться, да-да, уже слышал. А можешь зачитать что-нибудь из Шекспира? Быть или не быть…

— Без нашего вмешательства органики обречены, — настаивал Жнец, игнорируя моё паясничание. — Мы — ваше спасение.

— Если бы у «Властелина» был такой голос, я бы стал его агентом…

Жнец взъерошил щитки на корпусе, поднялся на укреплённых ногах и затяжным прыжком взмыл в небо, чтобы улететь с планеты подальше от извращённых форм органической жизни, но замер, окружённый голубым свечением. Я удивился, поскольку полагал, что Жнецы не обладают биотикой, но затем до меня дошло — его удерживали. Жнеца! Удерживали биотикой! Я обернулся и увидел, что Джиллиан стоит рядом, вскинув руки вверх, лицо её напряжено от усилия, а ноги дрожат.

«Не зря девчонку прихватили», — заключил Джон.

— Быть того не может… — произнесла Тали и протёрла визор перчаткой.

— Эта платформа полагает, что существует вероятность, согласно которой вам стоит предпринять какие-то действия, — сказал Легион, не впечатлённый зрелищем лишь потому, что чувствами не обладал, и тем самым привёл в чувство меня.

Затея была в том, чтобы как-то отвлечь Жнеца, пока Ева синхронизирует системы наведения фрегатов Кочующего Флота с «Нормандией» и, собственно, наводит на него прицел. И я надеялся, что времени для этого у неё было достаточно.

— Адмирал Хен’Гаррель, как слышите? Сейчас самое время нанести удар!

Обезвреженный Пожинатель дёргал лапками от бессилия и злобно палил во все стороны лазером, угрожая жизням наземного отряда в лице меня и моих спутников, но залп орудий, словно огненный дождь, вызванный богами, низверг Жнеца обратно на землю грудой бесполезного металла.

Джиллиан опустилась на пол от усталости. Я взял её на руки, а Тали связалась с «Нормандией», чтобы вызвать челнок, но её прервал Раэль сообщением о готовности какого-то вируса. Он сказал об этом на общей частоте, потому и я, и Легион сразу поняли, о чём речь: Раэль использовал вирус еретиков под собственные нужды, потому-то кварианцы и пустились во все тяжкие. И не было сомнений в том, что этот вирус заставит гетов повиноваться своим создателям.

Легион предпринял отчаянную попытку помешать кварианцам и предложил раздать гетам копию кода Жнеца, чтобы те приобрели свободу воли. Он уверял, что геты готовы к сотрудничеству.

В командовании Кочующим Флотом начался сущий кошмар: Хен’Гаррель, Корис и, естественно, Тали были против подчинения гетов, ведь по конституции гражданином является любой, не зависимо от происхождения, а подчинение гетов кварианцам приравнивалось к крепостничеству, которому не место в современном прогрессивном обществе. Шала’Раан, Раэль и (кто бы сомневался) Зен выступали за порабощение, потому что кто знает, что ещё взбредёт гетам: равные права? почасовая оплата труда? возможность голосовать на выборах адмиралов и выдвигать своих кандидатов?

Мнения альтер-эго тоже разделились: Джейн считала, что геты заслуживали обрести волю, но Джон выбрал язык фактов: в течение последних трёхсот лет геты уничтожали все корабли, которые пытались пересечь Вуаль Персея, независимо от того, кому они принадлежали и какие мотивы имели, а потому все заявления о самозащите априори недействительны, и никто не знает, чем обернётся сегодняшний союз завтра, а рисковать такими серьёзными вещами нельзя. И я был с ним согласен, ведь никто и никогда не примет гетов как равных себе, тем более их создатели. Война разразится вновь, это лишь вопрос времени.

Я высказал эту позицию, и Легион неожиданно поддержал меня. По его расчётам с вероятностью в 73% конфликт вспыхнет снова в течение ближайшего десятилетия. После таких откровений даже толерантная половина адмиралов признала, что вирус повиновения нужно использовать.

Таким образом всех гетов «обработали», включая и самого Легиона (на самом деле, нет, поскольку он отключился от канала связи с другими гетами, но об этом Легион никому не сообщил). Джиллиан и всех пострадавших органиков — команду «Иденны» и Хенделя Митра — госпитализировали. Они, как и Миранда, выглядели крайне паршиво, но по крайней мере остались живы.

Я не знал, какие ещё сюрпризы ждут меня впереди, но надеялся, что самое сложное осталось позади.

Интерлюдия 5.

Как и Кайден, Эшли взяла в привычку игнорировать мои звонки. Но если Аленко всё же перезвонил, то капитан-лейтенант ограничилась перепиской.

МэдлинДеФер: Я знаю, что тебе надо

МэдлинДеФер: Мой ответ: НЕТ!

777Неуязвимый777: : ’(

Некоторое время я смотрел на надпись «МэдлинДеФер онлайн», и когда она сменилась на «МэдлинДеФер печатает…», злорадно ухмыльнулся.

МэдлинДеФер: Меня не разжалобить плачущей мордашкой

777Неуязвимый777: : ’((((((((((((((((((((((((((((((((((((((((((((((((

МэдлинДеФер: Шепард!

МэдлинДеФер: Я говорила с Кайденом

МэдлинДеФер: Кулачный бой?

МэдлинДеФер: Серьёзно?

МэдлинДеФер: Ты хоть представляешь, как мы себя чувствуем из-за тебя?

777Неуязвимый777: Почему никто никогда не спрашивает, как чувствую себя я каждый раз, когда мне напоминают о «Цербере»? Как будто у меня был выбор, к кому обращаться за помощью!

МэдлинДеФер: Выбор есть всегда

777Неуязвимый777: Но вы с Кайденом выбрали принципы, а не нашу дружбу.

Несколько минут Эшли ничего не писала, и я решил, что она закрыла диалог, но ошибся.

МэдлинДеФер: Я понимаю, что ты принимаешь непростые решения

МэдлинДеФер: Но ты прав, я слишком принципиальная

МэдлинДеФер: И ты знаешь, почему

МэдлинДеФер: Благодаря тебе я добилась, наконец, признания

МэдлинДеФер: А теперь из-за тебя же рискую его потерять

МэдлинДеФер: Хакет назначил меня капитаном

МэдлинДеФер: У меня теперь свой корабль

МэдлинДеФер: Своя команда

МэдлинДеФер: И парень появился

777Неуязвимый777: Ого! Поздравляю. Его, случайно, не Джеймсом зовут?

МэдлинДеФер: Откуда ты знаешь?

— Ой, — сказал я вслух, осознав, что снова палюсь на деталях, которые знать не должен.

777Неуязвимый777: Птичка напела…

МэдлинДеФер: Я этой птичке перья-то повыдёргиваю при встрече

— Ой, — повторил я, представляя, как достанется Гаррусу.

МэдлинДеФер: Джеймс твой большой фанат

МэдлинДеФер: Аж тошно

МэдлинДеФер: Я пойду, дел по горло

МэдлинДеФер: Спишемся в другой раз

МэдлинДеФер: завершила диалог с 777Неуязвимый777.

***

— Как тут включить изображение? — спросил Заид у кого-то, в ответ раздались детские смешки.

— Вот сюда нажми, — подсказал голос ребёнка постарше.

Передо мной возникла голограмма Массани, прерываемая со всех сторон помехами в виде маленьких лиц и ручек.

— Ты устроился нянечкой в детский сад?

— Хуже. За чужих детей хотя бы платят, а эти все мои.

— Это кто? — поинтересовалась малышка, которая влезла на передний план, перекрыв собой наёмника.

— Это капитан Щепяльт! — ответил другой карапуз, и я невольно заулыбался — оказывается, даже самые маленькие знали обо мне. — Он ляботает на «Цельбель».

Радость мгновенно улетучилась.

— Да не работаю я на них!

— Мама сказаля, цто «Цельбель» плохой.

— Тогда пусть твоя мамка за тобой и присматривает, — прорычал Заид, отсаживая мальчишку.

— Полагаю, ты будешь счастлив услышать моё предложение, — сказал я, мысленно считая количество детей.

— Одна моя часть — да, но другая… — Заид глубоко вздохнул и потрепал по голове задремавшего на его бедре ребёнка. — После наших приключений я пересмотрел приоритеты. У меня были женщины… много женщин. Я нашёл их и… Как видишь, у меня теперь очень большая семья, и всем этим сорванцам нужен отец.

— Постой-постой, ты сказал «отец»?! Я думал, это твои внуки!

— Мне тридцать девять лет, Шеп, — мрачным тоном заметил Массани. — Нет, внук у меня тоже есть, точнее, скоро родится, но все эти негодники — мои детишки. Так что я откажусь от очередной миссии по спасению мира.

— Ну и ну… Тогда желаю тебе успехов на новом поприще и побольше терпения, а то знаю я тебя.

— Ты детей-то не сравнивай с… нехорошими людьми. Первых ещё можно научить, а вторых только могила исправит, вот я и помогал им встать на путь к искуплению.

Я попрощался с Заидом и отключился. Половина моей команды теперь была занята своими делами, это огорчало меня, но, в конце концов, я спокойно мог положиться на оставшихся компаньонов. Кроме Сарена… доверять ему на все сто процентов было бы серьёзной оплошностью. И Окира — он уже успел наделать дел. И Касуми — кто знает, что у неё на уме и где она затаилась?

Если так подумать, то и себе я не мог доверять — когда в голове помимо собственного голоса поселились ещё два и постоянно спорят, нельзя не сомневаться в своей адекватности.

Часть 10. Тессия.

— Меня начинает раздражать ваше эмоциональное возбуждение, матриарх, — процедил сквозь зубы Явик. — Я ощущаю его, даже не касаясь вас.

— Все протеане такие зануды? Вы представьте себе хоть на секунду, что случится, когда мы войдём в храм Атаме! — ответила Бенезия.

— Все азари попадают в обоморок. Я зануда, а не тупица.

Челнок матриарха приземлился на парковке для VIP-посетителей. Явик вылез наружу и сразу же направился ко входу в храм, а Бенезия, ожидавшая, что он откроет ей дверь и подаст руку, печально вытряхнулась следом и засеменила за протеанином так быстро, насколько ей позволяло длинное узкое платье.

Охранница на входе остановила Явика и попросила предъявить пропуск.

— Это шутка такая?

— Он со мной, — сообщила Бенезия и сбросила азари на омнитул разрешение на посещение храма, а затем протолкнула протеанина внутрь, пока он не испепелил охранницу взглядом. Та в свою очередь чуть ли не свернула шею, глядя вслед спутнику матриарха и соображая, где она могла его видеть.

В храме в это время проходила экскурсия. Группа детишек изучала экспонаты и памятники культуры и внимательно слушала пояснения учёного об их происхождении, пока их воспитательница беседовала с другим учёным. Бенезия провела Явика мимо них напрямик к статуе Атаме, возвышавшейся в центре широкого круглого зала.

— Смотри, это он! — зашептались дети, стоявшие как раз у бюста протеанина. Сходство действительно было очевидным, и вскоре все посетители подтянулись к странной парочке, чтобы поглазеть на представителя вымершей расы.

— А вы правда протеанин? — спросила одна из девочек.

Явик обернулся и опустил недовольный взгляд четырёх глаз на неё. Бенезия всё копошилась в своём омнитуле, пытаясь найти что-то, и ему не оставалось ничего другого, как общаться с примитивами.

— Да, я протеанин, — ответил Явик.

— А вы правда последний представитель своего вида?

Воспитатель шикнула на ребёнка, задавшего такой грубый вопрос, но ей и самой было интересно узнать на него ответ.

— Да, последний, — прошипел Явик.

— А вы правда проиграли войну со Жнецами?

Этот вопрос прозвучал уже из уст Бенезии. Протеанин обернулся и уже собирался дать ей увесистый аргумент, но она показала ему ключ дешифровки, открывающий засекреченные протеанские данные. Явик рыкнул и пошёл трогать экспонаты руками.

— А что здесь, собственно, происходит? — спросила одна из учёных.

— А это, собственно, не вашего ума дело, — ответила Бенезия.

Азари попыталась возразить матриарху, но та оттеснила её грудью назад и вовремя — Явик активировал нужные ключи, и статуя Атаме развалилась на куски, обнажив протеанский маяк. Пока учёные бегали вокруг и охали, воспитатель собрала детей на безопасном расстоянии и наблюдала вместе с ними за происходящим.

Появившийся из маяка ВИ оценил обстановку и, заключив, что находится в пост-протеанской эпохе, обратился к Явику:

— Жнецы уже ушли в тёмный космос?

— Не совсем, — ответил протеанин.

— Ну так и…

— Здесь же дети! — напомнила Бенезия.

Явик и ВИ «Месть» смерили матриарха презрительным взором восьми глаз.

— Примитивы.

— Истинно так, брат.

— Брат, поясни, что там за Катализатор.

— Да что там объяснять, я тебе всю инфу в директ сброшу, разберёшься.

— Согласен, я ж не примитив какой-то.

— Ну и всё.

— Спасибо, брат, увидимся ещё.

— Обнял, брат.

***

— Серьёзно? — спросил я.

— Я задала тот же самый вопрос, — заверила Бенезия. — Всю свою жизнь я изучала наследие протеан, их влияние на нашу расу, учила Лиару, что их цивилизация была величайшей. И стала свидетелем самой разочаровывающей картины на всём белом свете.

— Да ладно вам нудить, главное, что мы получили то, что хотели, — отмахнулся Явик. Он как раз расшифровывал полученные данные.

— И то верно, — согласился я. — Лиара уже должна была закончить все приготовления, так что надо выдвигаться к Аннигиляторной Пушке.

— Жду не дождусь увидеть своими глазами конец этого кошмара, — сказала Бенезия воодушевлённо.

— Там, где кончается кошмар для вас, начинается сущий кошмар для Жнецов, — заметил Явик и разразился низким грудным смехом, напугав меня и Бенезию до чёртиков.

Часть 11. Цитадель.

Аннигиляторная Пушка простаивала неподалёку от Цитадели, полностью готовая к использованию, но для этого её надо было состыковать с Цитаделью, чего Совет нам позволить не мог.

Я молил всех известных мне богов совершить чудо, и отозвались разом все, иначе я не представляю, как могли сорваться с цепи и Жнецы, и Призрак, и Уртимиэль, и Логейн… А, это из другого мира. В общем, причин для паники было достаточно, чтобы задействовать, наконец, Аннигиляторную Пушку.

Естественно, всё пошло не по плану, ведь в последний момент оказалось, что Призрак давно готовил саботаж. Удивительно, что после атаки турианской разведки на штабы «Цербера» у того ещё остались ресурсы и агенты, но факт оставался фактом — Цитадель была захвачена.

Однако мне и Сарену удалось попасть внутрь. Мы скооперировались с Андерсоном и добрались до зала управления, где соединялись Аннигиляторная Пушка и башня Президиума.

Там нас уже поджидал Призрак с модными техно-татухами по всему лицу, но шанса произнести блистательную речь о контроле Жнецов ему не удалось, так как появился Катализатор в образе Раны Таноптис. Почему именно Рана? Да чтоб меня сразило молнией, если я знал…

— Как-то вас тут многовато, — заметил Катализатор, оглядывая гостей.

— Ты кто? — спросил Андерсон и надел очки.

— Я коллективный разум Жнецов, созданный, чтобы найти ответ на главный вопрос жизни, вселенной и всего такого.

— Это не та вселенная, — сказал я осторожно, чтобы никого не обидеть.

— Тем не менее, я готов ответить на ваши вопросы.

— Почему Жнецы уничтожают всё живое? — тут же сработал Андерсон, будто у него с собой был список каверзных тем для пресс-конференции с представителем Пожинателей.

— Нет, постойте! — Я замахал руками на своих компаньонов, призывая их к молчанию. — Я понимаю, что вы ничего не знаете, но я-то знаю! Чёрт возьми, да я с самого начала был в курсе всего. Я не хочу слушать это снова! Можно я просто сделаю то, зачем мы сюда пришли, а вы потом занимайтесь, чем хотите, без моего участия.

— Что значит «с самого начала»? — поинтересовался Призрак.

Я задумался, стоит ли выдавать своих альтер-эго. С одной стороны, вероятность того, что мне поверят, крайне мала, а с другой — мы ведь все здесь, на финишной прямой, куда Сарен, Призрак и даже Андерсон никогда не попали, если б я заведомо не знал обо всём.

— Шепард «читал» маяк, как и я, вот и весь секрет, — ответил Сарен. В общем-то, он был прав, хоть я и имел в виду совсем другое. — А остальное поведали Левиафаны.

«Оставь это, Марк, не нужно никому знать о нас», — сказала Джейн.

«Просто выполни свою задачу, не усложняй, — поддержал её Джон. — Тут и так аншлаг. Чую, без драки не обойдётся».

— Ладно, какие у меня варианты? — спросил я у Катализатора.

— Направо пойдёшь, — он указал на красный переключатель, — Жнецов уничтожишь. Налево пойдёшь, — он указал на синие рычаги, — Жнецов законтролишь.

— Выбирай контроль, — подсказал Призрак.

— Ни в коем случае! Выбирай уничтожение! — встрял Андерсон.

— Не-не-не, давай ещё варианты, — возразил я. — Должно быть что-то ещё.

— Ну-у-у, есть у нас одна технология, но она очень сырая. — Катализатор сделал шаг в сторону, открывая путь к потоку голубого света, льющегося между Аннигиляторной Пушкой и Цитаделью. — Прямо пойдёшь — синтез органики с синтетики наколдуешь.

«Я не понял, это как?» — спросил Джон.

«Это же то, о чём говорил Сарен, — с восторгом ответила Джейн, — идеальное решение: каждый будет иметь преимущества органической и синтетической жизни и не иметь недостатков ни одной из них. Вот к чему мы шли, вот ради чего мы пережили всё это снова!».

— Ага, как же, — внезапно усмехнулся Сарен. — А может, это просто аэрогриль? Прыгнул туда — и всё! «Directed by Robert B. Weide».

— Железяки так шутить не могут. Я рискну, — сказал я, закатывая рукава.

— А ты не можешь выбрать этот вариант, — заявил Катализатор.

— В смысле? — осипшим от напряжения голосом спросил я.

— Этот луч, — он указал на яркое сияние, — расщепит тебя на атомы и использует твою ДНК для создания совершенно нового генетического кода для всех существующих форм жизни. А ты обычный человек, в тебе ни грамма синтетики, ни байта технологий. Твоя жертва ничего не изменит.

— Тогда я пойду, — вызвался Призрак и шагнул к светлому будущему.

— Никуда ты не пойдёшь, подстилка Пожинателей, — отрезал Андерсон, перекрывая ему дорогу. Завязалась драка.

— Я пойду, — сказал Сарен. — Я ведь знал, что к этому всё шло, значит, именно мне суждено принести себя в жертву. — Он обернулся ко мне и сверкнул лампочками глаз. — Спасибо, Шепард, что дал мне шанс всё исправить. Я никогда не был таким героем, какими их принято изображать, таким, как ты. Я должен был погибнуть год назад здесь же, на Цитадели, сражаясь с тобой, но ты спас меня от влияния Жнецов и даже взял в свою команду. Я всё ещё считаю людей низкосортными существами, — Сарен показал жестом, мол, ничего личного в ответ на мой выразительный взгляд, — но ты, Шепард, достойный разумный.

— Я сейчас вырублю этого козла и займусь тобой, — пообещал Андерсон, шлифуя полосатые щёки Харпера.

— Эй, я вообще-то жертвую собой ради спасения всей жизни в галактике, включая ваше драгоценное человечество. Люди… — Сарен сплюнул в сторону. — Вы настолько эгоцентричны, что даже инопланетяней всегда изображаете гуманоидами и наделяете их теми же страстями, какими страдаете сами.

— Полно тебе бухтеть. Обнимемся на прощание? — спросил я, разводя руки.

— Если я тебя уважаю, это не значит, что меня от тебя не тошнит, — ответил Сарен и, развернувшись, побежал трусцой по дорожке, ведущей прямо к голубому лучу.

Затем была зелёная вспышка и оглушительный взрыв. Мне снилось, что я, Джон и Джейн сидим в голове у долийского эльфа и помогаем ему закрывать разрывы в Завесе…

Эпилог.

— Иди поешь, я сменю тебя.

— Спасибо. Знаешь, я так привыкла, что мы всегда рядом… Так странно кушать в одиночестве.

— Мне тебя с ложечки покормить что ли?

— Ты неисправим.

— А с чего вдруг мне исправляться? Я теперь печень и лёгкие могу менять хоть дважды в год, как изношенные детали.

Я приоткрыл глаза и уставился на стоявших у койки искинов. Кого-то они мне смутно напоминали, кого-то, кого я видел лишь однажды, но постоянно слышал у себя в голове…

— Джейн? Джон?

— Э-э-эй, наконец-то ты очнулся! — обрадовалась Джейн.

— Ну ты и соня! Тебя даже вчерашний шторм не разбудил, — добавил так же радостно Джон.

— Мы приплыли в Морровинд?

— Что? Нет, мы на Сур’Кеше.

Мне поведали о событиях прошедшего месяца: моё тело нашли в обломках Цитадели и оцифровали сознание, чтобы поместить в мобильную платформу, то же сделали с Андерсоном, а сознание Харпера закрыли под замок в недавно оборудованной современной тюрьме, где срок отбывали по-современному технологично. На самом деле флеш-карта с его личностью лежит в ящике рабочего стола Андерсона, но вы же никому не скажете об этом?

Теперь, чтобы путешествовать по галактике не нужен космический корабль, а только мощные сервера, которые перешлют файл с записанной личностью на нужный адрес, где данные перенесут в синтетическое тело, выданное напрокат.

Правда, с такими высокими технологиями расцветут новые, невиданные ранее угрозы, но это уже совсем другая история.

Конец.