Самый большой идиот во Вселенной

Глава 1

Маленькому Феде повезло родиться в семье мультимиллиардера.

Его дед – Христофор Яхонтов – был одним из первопроходчиков эпохи так называемого дикого освоения Солнечной системы: покорял Цереру и добился впечатляющих результатов. За это получил земельные привилегии – каковых, впрочем, удостаивались многие из героев того времени – и остался на облюбованной планете.

Федин отец – Семен Яхонтов, – в отличие от героического деда, не любил колесить по Галактике, зато имел предпринимательскую жилку. В подземных пустотах, которых на Церере имелось множество, оборудовал теплицы. Невиданная урожайность сельскохозяйственных культур сделала семейное предприятие фантастически рентабельным.

Наткнувшись на золотую жилу, Федин отец не стал жадничать, а объявил о сдаче подземных участков в аренду. Новоселам – на льготных условиях – предоставлялось оборудование и технологии, позволявшие выращивать сельскохозяйственные культуры. Кредитов на прожитие и выплату хватало с лихвой, и арендодатель внакладе не оставался. Вот таким нехитрым способом, буквально за пару десятилетий, Яхонтовы превратились в одних из богатейших землевладельцев Солнечной системы.

К сожалению, Семен Яхонтов скончался в молодом возрасте, а его несчастная супруга умерла за пару лет до того, так что тринадцатилетний Федя остался под попечительством дяди, человека уже пожилого.

Нельзя сказать, что дядя не заботился о племяннике. Заботился и еще как! Он дал Феде лучшее образование, какое только возможно: в элитарном Колледже управления на Плутоне. Федю готовили к карьере государственного мужа – что, учитывая заслуги деда-первопроходца и финансовые возможности семьи, представлялось разумным и почти неизбежным.

Поначалу шло как полагается.

В возрасте восемнадцати лет Федор Яхонтов был принят на службу в Министерство Космических перевозок, на должность референта. Уже через четыре года ему удалось дослужиться до должности советника зампредседателя Федерации Солнечной системы – блистательная карьера, которой никто из других молодых людей не то что не удостаивался, но даже мечтать не смел.

Однако, государственная служба молодого Федю тяготила. На Церере он считался полубогом – собственно, и был таковым, ввиду зависимости остального населения планеты от семьи Яхонтовых, – но в административном аппарате являлся хотя нерядовой, но все же сошкой: одной из многих. Между тем его высокомерная манера держаться: глядеть сверху вниз на коллег, в том числе вышестоящих, – не соответствовала служебному положению. В результате вместо того, чтобы приобретать друзей, Федя наживал врагов.

В его неуживчивом характере уже тогда проступали зачатки неадекватности, хотя очевидным это сделалось намного позже.

Толчком, опрокинувшим карьеру, стал полученный от зампредседателя выговор. Феде пеняли, что составляемые им доклады сложны для понимания: не имеют четкой структуры, размениваются на малосущественные подробности и часто содержат ошибочные заключения. Вместо того, чтобы сделать выводы, молодой человек вспылил и положил на стол заявление об увольнении.

В глубине души Федя рассчитывал, что начальство раскается и предложит внуку знаменитого первопроходца остаться на должности, но никто ничего такого не предложил. Обиженный взял и в самом деле плюнул на карьеру государственного деятеля, к которой дядя – к тому времени скончавшийся – скрупулезно готовил его в течение десятилетия.

Собственно, зачем мультимиллионеру карьера? Мироздание и так открыто перед ним нараспашку: делай то, к чему имеешь наклонности.

Освободившись от служебных обязанностей, Федя решил, что имеет наклонности к поэзии и выложил в сеть несколько стихотворных опусов. Тексты вызвали умеренный резонанс, но не из-за художественных достоинств, а авторства. Любопытно же ознакомиться с произведениями публичной личности: это уравнивает в самомнении. А Федя – в качестве представителя семьи Яхонтовых – личностью был куда как известной и упоминаемой. Но даже он – при всей своей малоопытности – почувствовал, что со стихами что-то не то: неказистые они какие-то получаются, невыдающиеся.

Разочаровавшись в поэзии, Федя совершил естественный для поэта кульбит и перешел на прозу. Даже не прозу, а исторические исследования, поскольку решил заняться жизнеописанием Христофора Яхонтова – первооткрывателя Цереры и своего знаменитого деда. Кто, как не любящий внук, сможет наиболее подробно и достоверно осветить героические деяния?!

Где история, там и политика. Одновременно с историческими изысканиями Федя принял деятельное участие в Ордене космических рыцарей – тайной организации, направленной на свержение существующего строя. Космические рыцари обсуждали, как устранить творимую в Галактике несправедливость. Мнения разнились, но все единодушно полагали: надо что-то делать, дальше так продолжаться не может.

Увы, ни с жизнеописанием деда, ни с рыцарской деятельностью не сложилось: не до того стало. Причина оказалась уважительной: между землянами и цивилизацией фуззов из звездной системы Чалавана вспыхнул вооруженный конфликт. Для людей, только-только приобщившихся к межзвездным перелетам, это было в новинку – узнать, что среди высокоразвитых внеземных цивилизаций имеются отъявленные подонки, с которыми на узких космических тропках лучше не пересекаться.

На начальный момент столкновения оставалось неясным, удастся ли сдержать инопланетный натиск: земная цивилизация зашаталась и, существовало опасение, вот-вот обрушится.

Как всегда в подобных – балансирующих на грани катастрофы – ситуациях последовал взрыв патриотических настроений.

Федор Яхонтов – человек, воспитанный в благородных традициях, – не мог остаться в стороне от всеобщего угара. Он опубликовал в сети пламенный призыв к спасению уникальной земной цивилизации. Таких призывов появлялось в те окаянные дни множество, но Федино заявление сильно отличалось от соседних: не только тем, что принадлежало мультимиллиардеру, а в первую очередь тем, что оный мультимиллиардер официально предложил председателю Федерации Солнечной системы перечислить все имеющиеся у него сбережения в государственный бюджет – на борьбу с чалаванскими фуззами. Себе Федя оставлял совершенные, по его меркам, крохи: на текущее прожитие.

Вы когда-нибудь слышали, чтобы мультимиллиардер предлагал добровольно передать свое состояние – до последней полушки практически!!! – на общественные нужды?!

Своим заявлением – естественно, ни с кем не согласованным – Федя поставил правительство в крайне неудобное положение. С одной стороны, если предложение принять, можно посмотреть, как патриотически настроенный идиот начнет выкручиваться в новых для себя условиях. Однако, возникал вопрос: если один мультимиллиардер – в час нависшей над родиной опасности – поступил бескорыстным образом, почему столь же бескорыстно не поступают другие?.. Яхонтовы не были единственным богатым семейством в Солнечной системе: имелись другие, не менее прославленные и зажиточные, в том числе широко представленные в госаппарате. И где их патриотизм, спрашивается?!

В итоге Председатель – в личном обращении к Феде – заявил: в жертвовании состоянием нет необходимости, так как Федерация Солнечной системы обладает достаточными ресурсами для отражения любой внешней агрессии. Но, если топикстартер пожелает, то может организовать боевую флотилию на собственные средства: она будет включена в состав Космофлота и примет участие в боевых действиях.

Федя так и сделал. То есть на собственные средства приобрел боевые корабли.

Вы представляете, сколько они могли стоить? Это дороговато даже для мультимиллиардера. Впрочем, миллиардеры денег не считают, поэтому корабли были приобретены, начато комплектование экипажей.

С комплектованием – поскольку армия успела мобилизовать большинство космофлотчиков – возникли закономерные сложности. Выяснилось, что на Фединых кораблях некому летать: не хватает квалифицированных специалистов.

Но мультимиллиардер не дрогнул и обратился к фермерам – арендаторам на Церере. В случае, если они завербуются во флотилию, Федя пообещал им немыслимые в мирных условиях финансовые бонусы.

Некоторые из фермеров клюнули и записались – к сожалению, в недостаточном количестве. Остальные либо не имели необходимых навыков, либо не годились по состоянию здоровья, либо не испытывали желания. Нашлись даже отступники, которые предпочли свалить с планеты, – но таких были единицы, конечно.

Не в силах набрать людей на Церере, Федя кликнул клич по окрестностям. Добровольцы приходили и записывались, но опять-таки – не в массовом порядке. Записывались отдельные высоконравственные личности: как правило, не нуждавшиеся в деньгах и соглашавшиеся по зову сердца. Некоторые из добровольцев являлись потомками тех, кто вместе с Фединым дедом – Христофором Яхонтовым – исследовал Цереру и другие астероиды Пояса.

Федя лично комплектовал экипажи – с тем же высокомерным видом, с которым раньше служил в аппарате зампредседателя. И это сказывалось. Если арендаторы с Цереры относились к представителю семейства Яхонтовых лояльно, то прибывшие с других планет добровольцы такой привычки не имели. Соответственно, возникали недоразумения.

Одно из недоразумений завершилось мордобоем. Федя вступил в кулачный бой с будущим офицером, таким же отпрыском благородного семейства, как сам.

Чем закончился мордобой, неизвестно – вероятно, несколькими царапинами и синяками, а чем еще он мог закончиться? – но в этот момент молодой человек осознал, что еще немного и не успеет спасти родину. Тогда он переложил комплектование экипажей на плечи помощников, а сам – благо связи позволяли – записался на офицерскую должность в Космофлот и немедля вылетел на фронт боевых действий.

В течение нескольких последующих месяцев Федя принял участие в битвах при Мираке, Алиоте и Интеркрусе, где – находясь на штабной должности – наконец-то проявил себя с положительной стороны и даже был награжден именным оружием.

Здесь бы молодому человеку и образумиться, слиться с окружающим социумом, но... наконец к месту боевых действий прибыла флотилия, закупленная и укомплектованная на семейные деньги. Она получила название Яхонтовской, по фамилии организатора.

Федя – как изначально предполагалось – назначался командиром флотилии собственного имени, с присвоением звания генерал-майора. И тут идиотизм молодого человека проявился с новой – прежде невиданной – силой.

Как оказалось, Федя совершенно не умеет командовать. То есть с начальственным высокомерием обстояло очень даже хорошо, а вот с содержательным наполнением приказов – не очень: квалификация подкачала. Ведь образование молодой человек получил гражданское, но никак не военное.

Даже подчиненные смекнули, что Федя в качестве землевладельца – одно, а в качестве генерал-майора – совсем другое, и относиться к нему начали соответственно. Не спешили исполнять приказания, откровенно дерзили и своевольничали.

Дошло до того, что на одной из стоянок матросы Яхонтовской флотилии устроили пьяный дебош, завершившийся громким скандалом и расследованием. Наказать виновных не успели, потому что флотилия сменила дислокацию, отправившись к местам боевых действий, – но и на фронте лучше не стало.

Первым делом один из кораблей в Федином подчинении вступил в конфликт с дружественной космической расой: кажется, за более выгодную диспозицию. Инцидент чуть не завершился перестрелкой. А кто виноват? Правильно, командир флотилии, то есть Федя, который – не сумев погасить взаимную неприязнь в зародыше – переложил ответственность за принятие решений на подчиненных.

Мучимый раскаяниями совести, Федя попытался реабилитироваться. Через неделю, когда представился подходящий случай, он проявил решимость и отдал приказ на нанесение превентивного удара. Приказ был выполнен, но надо ж тому случиться: в расчеты вкралась ошибка и бомбардировали – как выяснилось немного погодя – союзническую планету. Не обошлось без жертв среди мирного населения.

После этого случая за Яхонтовской флотилией прочно закрепилась репутация отморозков, управляемых не вполне адекватным командиром.

О Фединых подвигах прознали в ставке главнокомандующего. И соответствующим образом отреагировали: флотилия была расформирована, а ее личный состав распределен между другими боевыми соединениями. Федины корабли – выстроенные, между прочим, на его деньги! – укомплектовывались другими экипажами.

Яхонтовская флотилия завершила свое недолгое и бесславное существование.

Что касается самого владельца и командира, то он направлялся на почетную, но мало что решающую штабную должность, где мог предаваться раскаянию по поводу допущенных тактических и стратегических ошибок.

Разумеется, Феде это не понравилось, и он отправил командующему гневное письмо о несогласии с расформированием своей флотилии и, в целом, неуважительном отношении к своей заслуженной персоне.

«Уважаемый Председатель! – писал Федя в числе прочего. – Если бы в отношении моего деда, Христофора Яхонтова, поступили подобным подлым образом, он бы отказался исследовать Пояс Астероидов, рискуя собственной жизнью, в результате чего человечество и до сего момента не совершило рывок к звездам. То, что сделано по вашему прямому приказу, является не только непозволительной ошибкой, но и актом неуважения к моим славным предкам, а через них – ко всем открывателям Галактики».

И так далее в таком духе.

На Федино несчастье, к тому времени конфликт с чалаванскими фуззами разрешился в пользу землян: агрессор был отброшен и более не представлял опасности. Земля не нуждалась в героях. Посему Председатель Федерации Солнечной системы не снизошел до объяснений с зарвавшимся генерал-майором, чей патриотический облик за последнее месяцы слегка потускнел, а тихо отправил в отставку по состоянию здоровья.

Что касается здоровья, это была чистая правда. Во время одной из стоянок молодой человек отлично повеселился, вследствие чего подхватил трудно излечимое заболевание внеземного происхождения. Венерическое, хм... Больного вылечили быстро – благодаря его финансовым возможностям, иначе бы пришлось изрядно помучиться, – но последствия оказались тяжелыми. Отныне у Феди не могло быть детей.

Военная карьера вместе с присущими ей фривольными похождениями окончилась, а жизнь продолжалась.

То, как несправедливо и незаслуженно – проще говоря, паскудно – с ним обошлись, расформировав Яхонтовскую флотилию, не давало Феде покоя и провоцировало на напряженную умственную деятельность. В итоге молодой человек вспомнил, что состоит в Ордене космических рыцарей, и отдал дань политической борьбе.

Теперь Федя точно знал, что делать. В переписке и личных беседах обсуждалась – ни больше ни меньше – замена Федерации Солнечной системы на Конфедерацию. Естественно, путем военного переворота – а как иначе? Понятно, что при таком раскладе нынешнему председателю грозило уйти в отставку. Иначе говоря, прожект был напрямую направлен против председателя Федерации Солнечной системы – человека, занимающего высшую должность в текущей политической иерархии.

Неудивительно, что тайные службы обратили на Федю самое пристальное внимание. Мультимиллиардера и представителя прославленного семейства не спешили арестовывать, но в оперативную разработку приняли с удовольствием.

Ладно бы политические вольности, но Федя начал вести показательно асоциальный образ жизни: цинично использовал генеральский китель в качестве халата и сузил круг общения до нескольких – самых близких – приятелей и слуг. Но самое вопиющее – попытался превратить Цереру в неприступную крепость.

Раньше планета являлась крупнейшим в регионе поставщиком пищевых продуктов. Проведенная Федей мобилизация нанесла производству урон, но поправимый: количество фермеров, отправившихся на войну с чалаванскими фуззами, не являлось критичным. Осуществленная вслед за тем милитаризация нанесла вред гораздо больший.

Обезумевший Федя – хорошенько: что называется, от души, – вложился в строительство на Церере противоракетных установок. Персонал набрали из моряков расформированной Яхонтовской флотилии, так что определенный боевой опыт у этих людей имелся. На случай, если потенциальному противнику удастся высадиться на планету, организовали силы наземной самообороны.

В общем, Федя скопировал устройство вооруженных сил Федерации Солнечной системы – насколько в этом вопросе разбирался. Хотя оставалось непонятным, кто собирается на Цереру нападать. Чалаванские фуззы? Военная кампания против них завершилась победоносно: инопланетяне затаились в родной звездной системе и боялись оттуда нос высунуть.

Интересно, что должна была думать, наблюдая за Федиными военными упражнениями, тайная полиция? Не то ли, что оные упражнения связаны с военным переворотом, планируемым на заседаниях Ордена космических рыцарей? Но эта элементарная мысль голову мультимиллиардера не посещала.

Желая прояснить ситуацию, на Цереру направили законспирированного агента, которому удалось проникнуть в Федин дом под видом камердинера. Но – то ли агент оказался плохо обученным, то ли так хитроумными чинами и планировалось – только камердинер был изобличен в шпионаже. Самим нанимателем, который его прилюдно и цинично поколотил.

Богач, распускающий кулаки, – невелика важность: такое происходит сплошь и рядом. Однако, камердинер, избитый и в спешке покинувший Цереру, написал заявление в правоохранительные органы, а те уже – невзирая на смехотворные обстоятельства дела – дали ему административный ход. Не иначе, по наущению той же тайной службы.

На Цереру прилетел дознаватель, но был с позором изгнан.

Как думаете, если к мультимиллиардеру попросится на прием участковый, с заявлением на этого мультимиллиардера, куда его пошлют на проходной? Вот приблизительно туда же послали прибывшего дознавателя.

Но решение было принято, маховик преследования запущен, поэтому для повторного разговора на Цереру прибыла аж целая боевая флотилия.

Планета была защищена от нападения с орбиты: недаром Федя укреплял оборонительные редуты, – но тут сказался психологический фактор. Фермеры, из которых состояло ополчение, отказались стрелять по кораблям Федерации – то есть по своим, – вследствие чего полицейская флотилия не получила должного отпора.

Расстроенный изменой Федя не стал даже сопротивляться, позволив погрузить себя на корабль и увезти из родных пенатов.

Задержанного доставили на Венеру, где предъявили обвинение в нанесении телесных повреждений, а до окончания разбирательства оставили под подпиской о невыезде. Суровейшее наказание для представителя прославленной фамилии. Что сказал бы достославный Христофор Яхонтов, доживи до такого позора?!

А Федя, даже став невыездным, продолжал держаться так, словно по-прежнему находился на родной Церере среди обязанных ему фермеров.

Главному прокурору, подписавшему документ о невыезде, он отправил е-мэйл такого содержания:

«Знаешь ли ты, урод, против кого поднял руку? Против человека, чей дед исследовал Пояс Астероидов, за что получил высшие привилегии, а отец благоустроил Цереру, сделав ее житницей, которая кормит половину Солнечной системы? А сам я являюсь генерал-майором и имею наградное оружие как признанный герой войны против чалаванских фуззов. Так какое имеешь право ты – жирный правоохранительный слизняк – арестовывать меня и вывозить с постоянного места жительства? Как правоохранителю тебе должно быть известно, чем грозит превышение служебных полномочий. Если ты не трус, приезжай ко мне – я своими руками разукрашу твою толстую морду».

Ознакомившись с посланием, Главный прокурор рассвирепел и назначил медицинскую экспертизу, которая – а что, кто-то сомневался в результате? – признала Яхонтова Федора Семеновича, генерал-майора в отставке, душевнобольным. Соответственно, был поставлен вопрос об опеке над громадным – в основном, находящемся на Церере – имуществом.

И все равно, социальный статус Феди – несмотря на его откровенные безумства и выкаблучивания – оставался еще слишком высоким, чтобы решить вопрос радикально. Все могло быть переиграно. Но случилась последняя неприятность, поставившая на опальном мультимиллиардере жирный крест.

Скончался председатель Федерации Солнечной системы – тот, волей которого было начато уголовное преследование. А во время его переизбрания произошел вооруженный мятеж, закончившийся неудачей: участники были разогнаны и частично уничтожены, оставшиеся в живых зачинщики арестованы.

Федя не имел к этому отношения: он во время беспорядков находился на Венере, без права выезда. И вообще, мятеж осуществила другая тайная организация. Однако, некоторые из космических рыцарей в заговоре участвовали. К тому же лелеемые ими идеи конфедерации имели косвенное отношение к лозунгам заговорщиков, по этой причине Федя – все еще мультимиллиардер – оставался под подозрением.

Все бы ничего – даже в такой пропащей ситуации оставалась надежда отбиться, – но возник нюанс. Заключение медицинской экспертизы не успели утвердить, поэтому, с точки зрения юриспруденции, Федя оставался дееспособным генерал-майором в отставке. Ввиду чего от него как военнослужащего потребовали присягнуть новому председателю. И что вы думаете? Федя категорически отказался: по той причине, что новый председатель Федерации Солнечной системы – круглый и неисправимый дурак, поскольку не понимает преимуществ конфедерации перед федерацией. Так прямо и заявил.

Не удивительно, что новый председатель – после того, как выслушал доклад о последних Фединых выкрутасах, – не стал рассусоливать, а утвердил заключение медицинской комиссии и принял решение об опеке над имуществом. Первое лицо государства только что подавило вооруженный мятеж, потому немного нервничало и не сочло нужным вдаваться в достославную Федину родословную.

И Федю – мультимиллиардера, генерал-майора и одного из родовитейших людей в Солнечной системе – начали лечить от помешательства. Лечили активно: с применением душа Шарко, привязывания к кровати, электрошока и других сильнодействующих средств, – вследствие чего душевное состояние больного приблизилось к поставленному диагнозу. Медицина не ошибается.

Федя прожил еще около тридцати лет, разменяв в итоге восьмой десяток, но что это была за жизнь? В заточении и под медицинским надзором.

Редкие посетители, которых допускали к больному, утверждали, что он страдает манией величия и одновременно преследования – во всяком случае, такое впечатление производил этот несчастный старик. Которого – принимая во внимание высокий старт при рождении и совершенное ничтожество при смерти – вполне можно считать величайшим идиотом во Вселенной. Поскольку он сам – последовательно и целенаправленно – разрушал и таки разрушил собственную судьбу.

***

Если вы считаете, что я все выдумал, то окажетесь сильно не правы. Я лишь облек в форму фантастического рассказа историю одной исторической личности. Какой – не скажу: сами попробуйте установить, как в действительности звали этого благородного, разностороннего, настырного и необучаемого идиота.