Ртутное утро

РТУТНОЕ УТРО

Артем Деружинский

1. ЗАКОН ТЯГОТЕНИЯ

Я не проснулся, меня выбросило из сна. Сначала был глухой звук, как будто кто-то ударил по корпусу джета кувалдой. Потом вой сирены. Глаза открываются от красного мигания, в нос бьет запах гари. В лучшем случае это система охлаждения. Быстро срываюсь с койки, и резкая боль пронзает голову. Бегу к панели управления, но уже вижу через лобовой иллюминатор приближающуюся холодную поверхность Луны. Сажусь в кресло, на главной панели сообщение:

«!ПОВРЕЖДЕНИЕ ГЛАВНОГО ДВИГАТЕЛЯ! ПЕРЕХОД В РУЧНОЙ РЕЖИМ!»

Какой дурак вообще это настраивал? А, ну да…

Ремни, свет, питание, не успеваю за руками. Завожу маневренные двигатели и набираю ближайшему диспетчеру:

— Диспетчер, прием, я падаю!

Корабль входит во вращение: Луна-космос-Луна-космос.

На таких каруселях меня еще не катали.

Все трясется, во рту сухо, пальцы дрожат, а дыхание дается с трудом. Теряю джойстики из рук, но снова цепляюсь и пытаюсь стабилизировать полет.

Холодный голос вырывается из динамика:

— Принял. Только в Купол не влети.

Сигнал прерван, уведомление на экране:

«Оцените качество обслуживания! :)»

Лучше и быть не может.

Удалось стабилизировать траекторию, но есть нюанс. Стабилизировал я ее прямо в Жилой Купол. Джойстики на себя, увожу джет и… вспышка снизу. Теперь стало реально страшно. ПВО приняла меня за метеорит. Быстро глазами выбираю наиболее ровный участок для падения и ухожу туда. Предупреждение о тепловом наведении резко запищало, камера выводит изображение ракеты рядом. Делаю резкий маневр в сторону и пикирую вниз. Сирена смолкла, а ракета улетела вверх покорять космос.Поверхность совсем близко, финальный рывок. Удар! Подушка безопасности, как поезд, влетает в лицо, снова заработали аварийное освещение и система оповещения. Двигатели, отработав сегодня на полную, мгновенно отключаются.

Не знаю, сколько я просидел в отключке, по ощущению вечность. Подушка уходит в свое логово, начинаю просыпаться. Все тело болит, в голове каша, а в ушах звон. Но я жив. Все-таки жив. Через лобовуху видно серый лунный грунт, дым, куски обшивки и линию горизонта. Каюта вроде в норме, весь урон пришелся на нижнюю часть. В которой горит главный двигатель.

Активирую герметизацию и, ковыляя, подхожу к стойке со скафандром. Он стоит спиной ко мне и ждет. Опять это странное ощущение, будто вхожу в новое тело. Надеваю шлем, интерфейсы вспыхивают, появляется звук, шевелю руками и ногами. Движения не мои, слишком легко и плавно. Стоило мне это чудо инженерной мысли немало, пусть теперь отрабатывает.

Шлюз со скрипом открылся, и меня встретил бесконечно-однотипный ландшафт Луны. Джет зарылся на уровень поверхности, так что спрыгивать не придется. Делаю первый шаг по грунту, и резкая боль стреляет в голову. В глазах помутнело, начинаю терять равновесие. Сажусь на ближайший валун, чтобы прийти в себя и оглядеть Ворона. Закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Вроде становится легче.

Но что же меня сбило? Надо найти причину.

Сопло главного двигателя дымит и гордо смотрит в космос. Угловатый корпус перекосило, что-то искрит, вокруг валяются куски обшивки, а от солнечных панелей осталось только название. Встаю и подхожу ближе к задней части. На этой стороне вроде ничего необычного: царапины, запекшийся реголит, маневровые двигатели пережили падение.

Перехожу на другую сторону и сразу вижу причину. Пробоина. Небольшая, сантиметров 10 в диаметре, но обшивку смяло внутрь — значит не снаряд. Из-за обилия дыма разглядеть что-либо внутри сложно, надо совать руку. Костюм защищает от ожогов и порезов, гасит тактильные ощущения. Нащупываю что-то неровное, угловатое. Просто какой-то кусок металла. Сложно даже угадать, чем он был ранее, просто космический мусор.

И во сколько же мне обойдется этот…

Входящий звонок. Интерфейс высвечивает контакт заказчика. Включаю только голос:

— Мужик-мужик-мужик, только скажи, что ты опаздываешь! — опять этот беспокойный, но привычный голос.

— Да нет, буду вовремя. Правда, придется потоптать местные пейзажи.

— В смысле? То есть… ты живой там хоть? Тут толпа собралась, ставки делали. «Это метеорит! Нет, это корабль!». Ну а когда метеорит начал уклоняться, то…

— Да-да-да, я живой, но уже нищий, — смотрю на кусок мусора в руке. — Буду в баре через час.

— Н-но... — сбрасываю.

Иногда его невозможно заткнуть. Благо, технологии позволяют.

Копаясь в контактах, нахожу местную ремонтную станцию «Сигма». Звонок пошел.

— Как вы вообще нашли этот номер? Оффлайн-заказы уже не принимаются, все автоматизировано. Если вы в радиусе обслуживания, то просто оставьте заявку на сайте, — удивленный и раздраженный женский голос ударил в ухо.

— Извините, давно тут не был, остался старый контакт.

— А, старый клиент, — пауза и вдох. — Мы эвакуируем ваш джет и проведем полное обслуживание. Завтра заберете. И да, удалите этот номер.

— Спасибо за пони… — звонок прерван, — …мание.

Ну уж нет, ничего удалять не буду.

Оглядываюсь на Ворона в последний раз и направляюсь в пустошь. Далеко я не улетел, можно сказать, упал за забором. Буквально в километре отсюда величественный форпост человечества: полусфера из стекла и металла, окруженная полями из спящих солнечных батарей. Купол сияет огнями, как маяк в пустоте. Вокруг него снуют луноходы, вырезая фарами пятна света на пепельном грунте, а красные рамки входов манят внутрь.

Тело все еще ноет, надо опять привыкать к лунной гравитации, а еще я так и не выспался. Хреновый день какой-то, планета тоже. Да она даже не планета, зато проблем на ней…

По мере приближения выбираю шлюз: в одном стоит очередь из техники, в другом обслуживаются местные сталкеры. А вон тот пустой.

…пошел бы в какую-нибудь контору, сидел бы сейчас на жопе ровно, файлы перекладывал… и ответственность.

Подхожу к терминалу. Сверху камера охраняет закрытый проход. На панели под ней куча разных разъемов: для чипов, карточек, проводов и прочих извращений. Достаю из рукава шнур и подключаюсь.

— Личность подтверждена, добро пожаловать в ЖК-10, — приятный женский голос открыл шлюз.

За дверью ждал длинный переход между внешним и внутренним куполами. Прохожу мимо технических выходов и нахожу нужный проход. В тамбуре дезактивации струя жидкости бьет по скафандру и быстро стекает на пол, будто в ускоренной перемотке. Наконец, меня пропускает дальше.

После вакуумной тишины город оглушает. Воздух плохо гасит звуки. Все кажется резким, чуть металлическим. Даже шаги отдаются приглушенным щелчком, а голоса плывут в резонансе. Серые модульные двухэтажки выглядят игрушечно, как лего. Вместо лестниц висят сетки и поручни: подтянуться проще, чем идти по ступенькам. На здании слева прямо с крыши человек

Неоновые контуры домов и вывески пытаются приветствовать меня, но билборд впереди диктует:

«СОЮЗ — порядок в звездном хаосе», — строгий солдат на экране заставляет поверить. Кого-нибудь.

«Халатность на рабочем месте» вам больше подходит.

Такой же солдат стоит у турникета. Экзоскелет в красно-белых тонах, на шлеме камеры, антенны, мигает какой-то датчик. Одна только мысль, и сервоприводы вскинут руки с винтовкой, палец нажмет на спуск, а старая свинцовая пуля вышибет мне мозги за доли секунды.

Снимаю шлем, вдыхаю затхлый воздух. Сегодня фильтры пахнут чуть вкуснее. Прохожу КПП и иду дальше по широкому тротуару. Рядом вприпрыжку прогуливаются люди, над головой проноситься дрон с доставкой, а на детской площадке дети играют в баскетбол на большом батуте.

Кто-то спрыгивает рядом и чуть не врезается в меня. Уклоняюсь, но влетаю в высокий барьер магистрали. Виновник скрылся за углом.

А чем я хуже?

По поручням лезу наверх здания и оглядываюсь. Этот город реально живет в 3 уровня. Люди снуют по крышам, переходят по мостам, перепрыгивают через проулки. Кто-то залезает в окно, кто-то выныривает из него прямо в джет. В этом ЖК я бывал раньше, но привыкнуть к такому образу жизни просто невозможно.

Через пару дворов здания обрываются, надо спускаться. Приземляюсь рядом с такси. Внутри спит водитель, перевязанный ремнями. Он вздрагивает, замечает меня и жестом предлагает подвезти. Рядом по магнитному покрытию проспекта проплывает уборочная машина и всасывает клубы пыли. Звон металла бьет по ушам. Монтажники? Или кто-то неудачно прилунился? Купол всё искажает и резонирует, как перевернутая кастрюля.

На здании мигает вывеска в виде гаечного ключа. Конечно, такими тут никто не пользуется, но симулякры любят. Это символы чего-то старого, настоящего. Об этом напоминает постоянно висящая над головой Земля. Большой диск, который манит движениями циклонов, яркими цветами и огромными материками. Она всегда здесь, слишком здесь. Даже для местных это дом. Тут говорят, что самый романтичный способ умереть — это долго смотреть на Землю. Мол, сердце не выдерживает.

Действительно, с моста-то здесь не спрыгнешь.

Останавливаюсь и решаю проверить миф.

Ну, вроде Земля, много раз видел с разных ракурсов, ничего особенного. Евразия, на месте Африки циклон, две Америки выглядывают сбоку… Взгляд начинает засасывать, мутнеть. Уже невозможно оторвать. Звук улиц затухает, а Земля приближается с каждой секундой. Появляются какие-то воспоминания, как во сне или даже не из моей жизни, странный шум. Воздуха не хватает, сердцебиение отдается в висках. Это я смотрю на Землю или Она на меня? В глазах темнеет, ноги становятся ватными. Вдруг кто-то хватает за плечо и разворачивает.

— Все в порядке? — Моим спасителем оказался прохожий.

— Я думал э-это байка для… для туристов, — жадно глотаю воздух и пытаюсь прийти в себя.

Он кидает взгляд на Землю, усмехается и идет дальше. Появилось желание взять у планеты реванш. Но нет, не сегодня.

Перевожу дух и иду дальше. За поворотом появляется нужная мне улица. Дома образуют арку и акустическую зону внутри. Весь шум пропадает, голова перестает трещать. Справа на стене обычной краской нарисована кружка и надпись под ней.

«MERCURY». Походу, это какой-то портал в прошлое. Умеет же он выбирать места.

Звук в баре оседает в воздухе, как пыль на столах. Он глушит голоса, шаги, даже мысли. Внутри полутемно, только локальные светильники на столах. Справа за стойкой приветливо машет бармен, слева отдыхают посетители. Публика разная. У пары инженеров робот-официант забирает бутылки, рядом с ними девушки в AR-очках, играют в виртуальную дженгу. В дальнем углу двое военных спорят: шепотом, взглядами, как будто боятся услышать сами себя.

Сажусь за стойку.

— Новый клиент! — улыбается бармен. — Первая бутылка за наш счет.

— И давно тут такие приличные места? — пробегаю взглядом по меню. — «Лунный всадник», ноль-пять в стекле.

— Отличный выбор! Давненько уже стараемся, — идет к холодильнику.

Бармен молодой, в носу пирсинг, синие волосы взъерошены, а классический костюм добавляет контраст. Достает «Всадника», открывает, смазывает горлышко лаймом и подает.

— Пожалуйста, — смотрит с интересом. — А почему вы в скафандре?

Подношу бутылку к носу:

— Ух, хороший запах. Да я только из пустоши. Может видел фаершоу над куполом?

— А, так это были вы. Такие яркие гости нам нужны!

Дверь с шипением открывается, заходит он. Низкий, худой, почти лысый азиат в обычном лунном образе: пальто от пыли, эластичные штаны, мягкие ботинки. Немного беглый взгляд ищет меня. Жестом приглашаю к себе.

— Якуб! Как добрался? Э-э, в смысле, ну ты понял, — садится рядом.

— Ну да, пешком все было нормально.

Бармен смеется и спрашивает:

— Имя звезды вечера я уже знаю. А что насчет вас? Кстати, что будете?

— Я Ли Шэнь, друг Якуба. Буду, пожалуй, Червоточное. С трубочкой, — на лице проступило смущение.

— Как пожелаете, — бармен с улыбкой начинает подавать.

— Я так понимаю мы… — Ли переводит на меня взгляд и кивает в сторону столиков.

Начинаем собираться, но бармен нас останавливает:

— Держите трекер, чтобы официант не потерял вас, — маленький гаджет в его руке моргнул красным.

Забираем все и идем вглубь. Один военный сопровождает нас подозрительным взглядом. Садимся у стены, опускаем плечевые ограничители на креслах, чтобы не улететь.

— Да как так-то! — одна из девушек ударила кулаком по столу. Ее подруга смеется.

Наверное, от такого удара виртуальная дженга разлетелась по всему бару.

Перевожу взгляд на Ли. Сидит как-то неуверенно, одной рукой крутит стакан, второй играет пальцами по столу.

— Ну что, давай первый глоток, — подношу свою бутылку к нему. — За встречу!

— За встречу! — отвечает стуком своего пластикового стакана.

Пиво идет по бутылке медленно, как мед, но на вкус очень легкое. Оно прибивает к креслу, оседает в голове и расслабляет. За это и люблю «Всадника». Сколько там отпивает Ли понять сложно: трубочка непрозрачная.

— Ну, что там за дело? — ставлю бутылку в держатель стола.

— Да так, работка не пыльная, — он тоже ставит свой стакан. — Отвезти один кейс на МОС…

— МОС? Что ты на Марсе забыл? — перебиваю его.

— Ничего. Это для коллеги. Он сейчас исследования проводит, попросил редкие лунные образцы, — опять берет стакан и начинает нервно пить.

— И давно Лунные институты сотрудничают с Марсианскими? — отпиваю в ответ.

— Не институты, а люди науки. Официальной почтой такие грузы не пройдут, — массивная капля пива вылетела из его трубочки.

— Ну, ради науки и тебя я

— Не менее химозную, чем твое любимое пойло.

Наш смех заливает весь бар. Давно мы все-таки не виделись, слишком давно.

Внезапно появляется официант: высокое тело-капсула с кучей манипуляторов едет на шаре-гироскопе. Вместо лица обычный дисплей с «эмоциями». Люди до сих пор не могут отказаться от этой человечности в роботах. Останавливается рядом и ставит закрытый поднос на стол.

— Комплимент от бара! — пикселями на экране пытается изобразить улыбку и укатывается обратно на кухню.

Смотрю на бармена, тот подрубает какой-то древний трек. Ли уже набрал картошку-фри за обе щеки, я же решаю взять луковые кольца. Все-таки лунному фаст-фуду до земного, как отсюда до Марса.

— Ладно, — запиваю кольца пивом, — что там по грузу?

— Будет в почтамате. Координаты и код сейчас скину, — его глаза мигнули синим цветом.

По запястью пробежала вибрация. Пришло уведомление на часы.

— Ты все-таки купил эти линзы? Они же как корабль стоят.

— Ну, как и твой скафандр, — судя по звуку из его стакана, он отпил последние капли, — реально удобная вещь.

Пиво дало в голову. Нахожу на столе интерфейс-меню, заказываю еще пару бутылок. А потом еще, и еще, и еще.

* * *

Обнаруживаю себя у стойки, бармен внимательно смотрит на меня.

— Вот скажи мне, Волтер, как он вообще пьет эту жижу? — киваю на Ли и его стаканы.

— Нет, Во-во-волтер, — заикаясь, парирует друг, — л-л-учше скажи как он пьет свое… «пиво»?

— Господа, — бармен спокойно разводит нас, — вам нужно спать. Якуб, у нас есть спальные капсулы на втором этаже. Подожди пока я проведу твоего друга.

Волтер уводит Ли к выходу, тот шатаясь отдает мне честь. Отвечаю ему тем же и ковыляю к лифту.

Че вообще происходит? Это я так быстро накидался?

Три попытки попасть по кнопке закончились провалом. Бармен с улыбкой подбегает на помощь, берет меня под локоть и затаскивает внутрь. Ноги уже почти не держат, все плывет перед глазами, а яркое освещение дополнительно их выжигает. Кажется, что мы проехали уже этажей десять. Двери открываются, выходим в коридор с кучей люков.

— Так, сейчас найдем тебе свободный в нижнем ярусе, — проводит меня дальше. — Вот, это будет твой. 10 гравов за ночь.

— Пойдет… — язык уже почти не слушается.

Люк открывается, я заваливаюсь внутрь, а сознание улетает прочь.

* * *

Резкий писк взрывает голову. Надеюсь, в этот раз точно система охлаждения. Открываю глаза. Темно. Кажется, я ослеп. Резко поднимаюсь, бьюсь головой об что-то и падаю обратно. Писк прекращается. Переворачиваюсь и обнаруживаю себя в капсуле. Мягкое свечение светодиодной ленты очерчивает ее контуры. Экран на потолке показывает 8:00 по лунному.

— С добрым утром, Якуб! Время аренды капсулы истекло. Просьба покинуть ее, — откуда-то из динамиков голос бармена.

Так, я в баре. Что я делаю в баре? Точно. Ли, заказ, МОС.

Ногой нащупываю сенсор люка, он выпускает меня наружу. Коридор освежает воздухом из открытого окна. Подхожу к нему, опираюсь рукой на подоконник и глубоко вдыхаю. Этот пропущенный через фильтры воздух сейчас кажется самым вкусным. Разворачиваюсь и иду к лифту. Стук слева — кто-то пытается выбраться из капсулы. Из моей дико несет перегаром. Дохожу до лифта и вызываю его, в этот раз попал по кнопке с первого раза.

Только не опять эта пыточная.

На удивление, освещение лифта уже не так кусается, а спуск не кажется таким долгим. Зал пустой, официанты убирают столы. Волтер от безделья натирает стаканы.

— Доброе утро! Как спалось? — опять он улыбается.

— Спалось вообще супер, а вот просыпалось не очень. Сколько там с меня? — подхожу к стойке.

— Так, сейчас посчитаем, — он немного насторожился. — Вы со своим другом вчера неплохо погуляли. За все вместе 50 гравов.

Попытка вспомнить — резкая боль бьет в висок. Начинаю подносить запястье к терминалу:

— С этого скупердяя будет трудно содрать даже 10. Ладно, пусть будет 50… А хотя стой. Жвачка есть?

— Да, вместе будет 51. Какой вкус? — бармен успокоился и полез в стеллаж.

— А есть что-нибудь лунное, необычное? — пытаюсь вглядеться в ассортимент.

— Ага, со вкусом реголита будете?

— Ладно, давай клубнику. И кстати, где мой шлем? — пробиваю оплату.

Бармен дает жвачку и достает шлем из-под стойки. Жму ему руку и двигаю к выходу. Стоять.

— Эм, Волтер… где у вас тут туалет? — последствия вчерашней пьянки подступили только сейчас.

— Около лифта дверь. Вам помочь? — он не сдержал улыбки.

Я аж протрезвел от такого вопроса:

— Сам справлюсь.

Берусь за ручку двери-купе и морально готовлюсь к худшему. Открываю. Запах конечно… Нормальный? Пахнет освежителем, лесом вроде. Хотя я уже не помню, когда последний раз был в лесу. Все чисто, плитка на стенах блестит, пьяных тел нет.

Подхожу к писсуару. Во рту сухо, как в пустыне, голова трещит, глаза слипаются. Резкий звук сзади.

Открылась кабинка? Но ведь я никого не…

— Доброе утро! — громкий робо-голос ударяет по ушам

Сердце екает, дергаюсь от испуга, а давление бьет в вески. Оборачиваюсь. Обычный андроид, похож на вчерашнего официанта. А может это он и есть. Умываюсь и присасываюсь к крану. Не знаю, насколько чистая тут вода, но сушняку все равно.

Выхожу из туалета и с неописуемым количеством эмоций смотрю на Волтера.

— Все в порядке? — с уже привычной ухмылкой спрашивает бармен.

— Это самый странный бар, в котором я был. Во всех смыслах.

— Я рад, что вам понравилось, приходите ещё!

Выйдя из бара, решаю рассмотреть упаковку жвачки. «Вкус Земли: аромат клубники».

Мда, по задумке это должно было звучать лучше.

Кладу одну пластинку в рот и подключаюсь к интерфейсу шлема. Надо найти сообщение от Ли.

Этому потом отвечу, это бот, это даже открывать не хочу. Вот оно. «Ячейка D-42. Код: 1969-квадро. Удачи».

В этот лунный период утро от вечера отличается только названием. Солнца нет, Земля висит прибитая к одному месту, а освещение на улицах не отключается. Только людей ходит поменьше. Когда шел сюда, даже не успел оценить всю красоту этого переулка. Дома близко друг к другу, неоновое освещение подчеркивает контуры зданий. На лавке, освещаемой фонарем, спит какой-то алкаш, пристегнутый к ней ремнями. Лунная романтика.

Судя по карте, почтомат

Ли настолько заботлив, что выбрал именно это место?

Правда, сама станция на другом конце Купола, и идти пешком никакого желания. Решил поискать в сети такси. Да, не густо, хотя и не удивительно. Только одна служба с невероятно оригинальным названием «Экспресс». Оставляю заказ. От похмелья пробило на воспоминания.

Как же хреново было в начале. Впервой было нарушать законы, рассчитывать только на себя, бояться за жизнь. Онлайн-игры. О да, они меня спасли. Там и познакомились с Ли. Уже глаза слипаются, а он: «Давай еще одну, сон для слабых». И еще, и еще. Потом походы по барам, до сих пор от его «Червоточного» передергивает. И Новый Год, да. У него на хате, трансляции с Земли, количество бухла… Нет, сейчас лучше не вспоминать. Погудели тогда на неделю отходняка. И вот опять мы встретились. Это реально дружба. Огромная удача в наше время.

За время моих размышлений по магнитному покрытию дороги успело подплыть такси. Знакомое лицо, дедок с парковки. Пытаюсь выдавить улыбку и сажусь на заднее. Приятный кожаный салон в темных цветах, едкий запах сигарет и дешевого ароматизатора. Таксист украдкой метнул взгляд на меня через зеркало заднего вида. Лет 60, небольшой седой ирокез, очки, козья бородка, рубашка. Вроде детали есть, но лицо не запоминается.

— Станция обслуживания? — спрашивает он, смотря в смартфон.

— Да, именно туда, — полностью откидываюсь в кресло, подголовник автоматически подстраивается.

— Как сейчас в пустоши? — машина тронулась, легкий гул индукторов от двигателя начинает напрягать.

— Как вы узнали? — открываю голову от кресла.

— Сейчас по делам летите? — резкий поворот влево. Какая-то машина пролетает справа. — Да чтоб тебя! Понакупают прав.

— Откуда такая дедукция, дед? Между заказами детективом подрабатываешь? — в этой машине становится неуютно. Пробую тихо дернуть ручку двери. Заблокирована

— Старики любят поговорить, — взглядом сканирует меня по миллиметру.

— Слушай, старче, а что ты вообще делаешь за рулем? Сюда не добрались беспилотные такси? — нащупываю пистолет в кобуре. Уж очень мне не нравится этот водила.

— Может и добрались. Но с кем приятнее поговорить? С бездушной машиной или со мной?

— Нет у меня настроения разговаривать, — в окне показалась ремонтная станция.

— Что ж, приехали. Удачи в космосе! — таксист недовольно разблокирует дверь.

Быстро выхожу из машины и оплачиваю поездку.

Ушлый дед, копает на клиентов. Интересно, это он сам или с конторой в доле?

Впереди на большой парковке стоит мой Ворон. За рядами кораблей виднеется само здание мастерской.

«Сигма/Быстрое обслуживание/Доступные цены», — лозунги на проекции сменяют друг друга. Слева от парковки стоит почтомат. Довольно массивный, ячеек на 100, но маленьких. Значит, мне не придется везти лунные валуны. Пробегаюсь глазами и нахожу нужную. Быстро ввожу пароль на дисплее: 1-9-6-9.

Что такое квадро? Где вообще буквы?

Нахожу на панели 4 кнопки: квадрат, треугольник, круг и звезду. Жму квадрат. Ячейка со щелчком открывается, достаю груз. Серый кейс, металлический, с гравировкой «GeoMoonTech».

Увесистый. Он туда свинец с ртутью положил что ли?

Ладно, нет времени тут крутиться, надо идти к джету. Начинаю присматриваться к выполненной работе. Все четко, на корпусе ни царапинки. Краску обновили везде, не только в местах повреждений. Но с цветом не угадали, он явно стал темнее. Хотя так даже лучше. Благодаря лунной гравитации обхожусь без лестницы, просто запрыгиваю в дверь. Теплая волна прошлась по телу. Вот я и дома.

С облегчением снимаю скафандр. Терморегуляция отработала хорошо, практически не вспотел за целые сутки. Он точно стоит своих денег. Беру кейс и сажусь в кресло, включаю основные системы, прислушиваюсь. Пошла электроника, заработала вентиляция, врубилась система отопления.

— Ворон, проверь себя полностью, — отдаю голосовую команду. Уже видно, что сервис хороший, но это не помешает.

Пока он думает, пытаюсь открыть кейс. Видна прорезь между крышками, но больше ничего, абсолютно гладкий. Надо будет спросить у Ли.

— Все системы в норме. Готов к полету.

— Точно? А главный двигатель? — тянусь к холодильнику под панелью управления. Надеюсь, содержимое не пострадало при падении. Надо выпить нормальной воды, сушняк просто убивает.

— Повторная проверка положительная. Пункт назначения?

Открываю дверцу. Батарея пивных бутылок стоит в держателях и ждет команды вместе с двумя винными. Воды нет.

— Сегодня ты поведешь, у меня обстоятельства, — беру пиво.

— Принял. Но куда? — в голосе помощника появилась радость. Или мне показалось?

— На МОС, через варп. Иначе полгода лететь будем, — открываю бутылку, запах ударил в ноздри.

Делаю глоток. Свежесть, вкус, даже голова яснее стал, но это ненадолго.

— Протокол безопасности обязывает пристегиваться, — теперь в голосе системы появилось раздражение.

Город начал уходить вниз. Набираю Ли, но абонент не абонент. Значит, я могу просто отдохнуть. Закрываю глаза.

* * *

Что-то выдергивает меня из сна, но ремни удерживают в кресле. Впереди сопло другого джета светит синим огнем. Все ясно, я в пробке перед варп-кольцом.

— Ворон, в чем дело? С утра все на дачу рванули?

— Пробка 8 баллов, пограничный контроль. Рекомендую спрятать все лишнее.

Какое интересное совпадение.

Смотрю в телефон, час назад пришло сообщение:

«Звонил? Наверняка по поводу кейса. Он на отпечаток закрыт, так что можешь не пытаться. Там реально ценные образцы»

Что-ж, вдруг там реально ртуть, лезть не буду. Но что-то он не договаривает.

Огромное варп-кольцо не влезает в обзор. Массивный супер-технологичный телепорт, полностью обвитый огромными кабелями, пропускает одновременно несколько потоков кораблей. Грузовых, легковых, пассажирских и сразу в две стороны. А что внутри самого кольца, мне до сих пор не понятно. Визуально ничего, только в момент переноса все пространство внутри мигает белым.

— Ворон, как думаешь, что внутри варпа?

— Таких сведений у меня нет. Известно лишь то, что кольца были построены 30 лет назад. СОЮЗ и Коалиция договорились о политике неразглашения. Независимые ученые выдвигают разные версии, но по моим расчетам целесообразность таких размышлений примерно равно нулю.

— Договорились... Нет бы о чем-нибудь хорошем. Ладно, открой схрон.

Около ног, рядом с холодильником, отщелкнула ячейка. Внешне никак не выделяется, просветить тоже нельзя. Самое выгодное вложение в бизнес за все годы. Кладу в нее кейс, бутылочку тоже. Сейчас уже не понятно, за что дадут больший срок.

В варп-пространство въезжает последний джет передо мной. Ворон стыкуется к отсеку КПП, и открывает дверь.

— Здравия желаю. Таможня, — заходит офицер СОЮЗа и протягивает ксиву.

Бело-красная форма, фуражка с четырехконечной звездой, без оружия. Он сделал только шаг, а уже осмотрел всю каюту массивным визором, похожим на VR-очки.

— Что-нибудь нелегально провозим? Наркотики, оружие? — всматривается вдаль

— Людей… и уран. Шучу, не уран, — серьезно смотрю ему в «глаза».

— Настроение хорошее? Причину узнать можно? — он делает шаг ближе и начинает сверлить взглядом.

— Да нет, могло быть и лучше. Ладно вам, офицер, хорош ломать комедию. Я тут летаю уже несколько лет, могли бы и запомнить.

— А мы и запомнили, Якуб Крук 2175 года рождения, поэтому и досматриваем. С прошедшим юбилеем, кстати, — он подходит еще ближе и смотрит на холодильник.

— Офицер, на рабочем месте? Я-то не против, но я не ваше начальство, — открываю дверцу и показываю свою коллекцию.

— Все шутки шутите. Дошутитесь. Ладно, доброй дороги, — офицер отдает честь и выходит за дверь.

Ворон отстыковывается и влетает в варп. Сейчас будет гадко. Кольцо визуально уходит назад, впереди остается только космос. Вся электроника гаснет, наступает абсолютная тишина. Из-за отключившейся гравитации немного подлетаю в кресле. Закрываю глаза и жду. Начинает нарастать гул, приборы хаотично загораются и тухнут, в голове появляется странный вой, лицо заливает светом. Начинаются галлюцинации. Крики, люди, огни. Все смешивается в кучу. Резкая пустота. Сознание еще мгновение по инерции цепляется за реальность. Прыжок.

2. БЕССОННИЦА

После прыжков я всегда не могу прийти в себя. В горле ком, живот болит, голова кружится.

— Все в порядке? — спрашивает система.

— Как обычно, — прохрипываю и открываю холодильник.

Надо будет купить воды, много воды. А пока пиво. Через силу пропихиваю глотки. Последствия сегодняшнего дня будут отвратительные.

Своим размахом обзор перекрывает огромная Марсианская Орбитальная Станция. Вокруг вертикально протяженного технического модуля кольцом выстроены жилые и обслуживающие отсеки. Длинные цепочки кораблей тянутся к куче терминалов по кругу, разноцветные огни на антеннах вспыхивают и затухают. За станцией, в мертвом космосе, висит Марс. Отсюда уже видны точки местных шахт и заводов. Некоторые располагаются в кратерах, некоторые на поверхности. Попасть туда трудно, спуск только по спецпропускам, да и делать там нечего. Даже мне.

Залетаем в терминал, тут уже несколько кораблей стоят в очереди. Ворота открываются. Ворон приземляется, двигатели успокаиваются, а дверь открывается. Достаю кейс из схрона и выхожу на парковку. Огромный ангар на десятки кораблей оглушает. Люди группками направляются к выходу, боты-ремонтники обслуживают побитые джеты, за ними наблюдает инженер. То ли учится, то ли контролирует. На потолке висят различные указатели, реклама и расписание местных рейсов. С дальней стены бросается в глаза надпись:

«Коалиция заботится о вас!»

Или о ваших кошельках.

Проверяю адрес получателя. Гостиница «Фобос», 105 номер. Осталось только понять, как туда дойти. Локальная сеть сразу предлагает карту станции и строит маршрут. Узкие улицы зажаты бесконечными помещениями. На стенах куча рекламы и плесень из камер. Шум толпы, мало воздуха, громкие лозунги — все это давит на голову. Хочется просто воды и тишины.

Проходя мимо местной клиники, вижу попрошайку. К нему навстречу идут патрульные: черная форма с синими вставками, на поясе шокеры и дубинки, на беретах красуется синий значок Земли. Один сканирует меня своим глазным имплантом, второй принимает какое-то сообщение через наушник. Походу, сейчас прогонят бедолагу. Они окружают его, тот лезет в карман и что-то протягивает в руке. Довольные рожи органов правопорядка разворачиваются и патрулируют дальше.

Поворачиваю налево и подхожу к лифту, нужен четвертый этаж. Рядом стоит женщина: откровенно одетая, татуировка на руке и шее, желтые губы и ресницы, с очень надменным видом что-то листает в смартфоне. Заходим в лифт, встречаемся взглядами. Она фыркает и обратно смотрит в экран.

И что это значит? Беру телефон, чтобы осмотреть свое лицо. Да, оно помятое, с явными признаками похмелья, а волосы явно просят их помыть. Но в целом-то не настолько все плохо.

Женщина замечает мои действия, начинает смеяться и берет за руку.

— А ты забавный, — стреляет глазами и выходит на третьем. На часы приходит новое сообщение с адресом.

Это у нее вместо визитки?

Опустошенный физически и морально, добираюсь до отеля. По найденной в фойе карте направляюсь к нужной комнате. К кому-то в номер заходит слишком антропоморфная робот-горничная, явно не только для уборки. В соседнем слышны какие-то крики и удары, а из другого выходит пьяный мужик в одном лишь полотенце.

Получатель явно тут живет не от хорошей жизни.

Нахожу нужную дверь и звоню. Тишина. Звоню еще раз. Мигнул зрачок — меня сфоткали. Из-за открывающейся двери показывается мужчина в халате и медицинской маске. Он молча смотрит на кейс и жестом просит его отдать. Протягиваю груз, но не отпускаю. Получатель поднимает раздраженный взгляд и вырывает кейс. Дверь закрывается.

У меня были и более странные клиенты, но этот особенно жуткий.

От плохой вентиляции чихаю, в голове стреляет, в глазах мутнеет. Больше нет сил, надо отдохнуть. Возвращаюсь в фойе, смотрю цену на ночь.

30 евро. Это мои последние гроши, но до Ворона я уже не дойду.

Войдя в номер и раздевшись, без сил падаю на кровать.

* * *

Ночью не спится, внутри мутит, ощущаю проваливания вниз. После варп-прыжков всегда плохо, но в этот раз я сам себя добил. Открываю глаза, в окне вид на космос. Однотипный и тихий. Взгляд начинает плыть.

Внезапно обнаруживаю себя в ванне. Из зеркала на меня смотрит бледный труп: волосы почти потеряли прическу, глаза в растерянности, пальцы с черным маникюром чешут легкую небритость. К горлу подкатил ком, меня вырвало. Жадно пью воду из-под крана и умываюсь. По рукам пробежала дрожь.

Какие-то шаги за входной дверью. Остановились. Иду к пальто и достаю пистолет. Он еще ни разу не подводил. Надеюсь, не подведет и сейчас. Тихо взвожу затвор и становлюсь за дверью. Щелчок. Заходит мужик с пушкой наготове, осматривается. Трясущимися руками целюсь ему в затылок:

— Ты кто такой?

Он вскидывает руки. Дверь закрывается и из-за нее показывается его напарник, целящийся мне в голову. Ситуация патовая.

— Мы пришли поговорить — внезапно убирает пистолет и достает удостоверение.

Мичаэль Кусто, сотрудник Коалиции. Что от меня хотят Синие?

Опускаю пистолет и иду к окну.

— Ночью, со стволами наперевес и со взломом двери. Наверное, очень важный разговор, — сажусь в кресло.

Корпораты стоят, осматривают номер. Мичаэль подходит к тумбочке с кувшином.

— Взлома не было, мы просто открыли дверь, — наливает 2 стакана воды. — А вот вы подозреваетесь в убийстве.

Один стакан передает мне. С подозрением смотрю, нюхаю. Чуйка требует отказаться, но жажда мучает до сих пор.

— Я подозреваюсь в нем уже 3 года, и оно было на Земле. Вы тут каким боком? — делаю глоток.

Что значит 4 часа назад? Где я был 4 часа назад? В 105 номере.

Делаю еще глоток:

— Не понимаю, о чем вы. 4 часа назад я спал…

— Но мы не уверены, что это вы, Якуб, — корпорат внезапно перебивает.

Ответ немного ошарашил. Зачем они тогда здесь?

— Вы либо самый тупой идиот в мире, либо вас подставили. И нам больше интересно узнать про второй вариант. Если вы нам что-нибудь расскажете, то это сильно поможете следствию.

Та-а-а-ак, хорошо. Получается, кейс был не простой. Ли, мать его, Шэнь. Решил моими руками сделать грязную работу?

— Я-я-якуб, вы тут? — Мичаэль наклоняется ко мне и смотрит в глаза.

И что, мне сейчас покрывать этого ушлепка? А в честь чего? Мог хотя бы объяснить, предупредить на крайний случай.Но он выбрал так.

— Ли Шэнь, мой др... знакомый. Препод в лунном универе. Попросил передать какой-то кейс. Ничего больше не сказал.

А я чувствовал, что дело мутное. Я ведь заметил странности, но все равно доверился. А он… Вот такая вот дружба.

— А вы и не спрашивали? — активизировался Андреан.

— Дело шло по прайсу «без лишних вопросов». А еще я ему доверял. Доверял, — наливаю себе еще воды.

— И вы не проверили посылку? — Мичаэль ставит пустой стакан.

— Вообще хотел, но кейс был закрыт на отпечаток пальца, — полностью выпиваю.

Каждый шаг этого гребаного азиата был мутным. Да и я два дня не просыхаю. Алкоголь меня рано или поздно… уже погубил.

— Вам не кажется, что это скорее почерк спецслужбиста, чем преподавателя? — Андреан достает планшет.

— Вы хотите сказать, что он работал на Красных? Ага, и жертва тоже непростая. Из-за обычного убийства вы бы вообще не приехали.

Мичаэль усмехнулся, Андреан скривился.

— Прекрасная дедукция, Якуб. С вами приятно иметь дело и поэтому мы предлагаем вам сотрудничество. И нет, вы не просто загладите свою вину перед нашей организацией. Мы предлагаем достойную оплату за ваши труды. Вскоре с вами свяжутся, рекомендуем ответить. Спокойной ночи.

Синие уходят, а я разворачиваюсь к окну и смотрю на успокаивающий космос. В номере повисла тишина, как после выстрела. Даже гул вентиляции стих.

Во что я вляпался. И как от них теперь избавиться? А от них не избавиться. Но и работать на них… Нет-нет-нет, я что-нибудь придумаю. Но сперва надо навестить бывшего друга. А там посмотрим.

* * *

Просыпаюсь в кресле. Голова ясная, ничего не болит, только в животе пусто. Встаю и наступаю на что-то холодное. Это пистолет. Чувствую потерянность, надо смыть ее в ванной.

Вода освежает, мозг начинает потихоньку заводиться. Подхожу к специальной дверце в стене, за ней стоит пакет с завтраком. Сок, а точнее вода с ароматизатором апельсина, и кусок вяленого синтетического мяса. Сейчас это кажется пищей богов. Беру еду и сажусь за стол. В смартфоне долго смотрю на контакт Ли. Переписка удалена, черный список.

Даже не поностальгировать. А если он меня ненавидел все это время? И никакой дружбы не было?

Заканчиваю с завтраком, собираюсь и отправляюсь в ангар. Никуда лететь не хочется, мозг цепляется за любые отмазки:

Может, зайти к вчерашней незнакомке? По карте тут недалеко, мне не помешает от всего этого отвлечься.

Нет, чувак, нам надо опередить корпоратов и выяснить все что сможем. Ли явно оставил какие-то следы.

Коридоры, люди, парковка, Ворон. Все с какой-то космической опустошенностью и автоматизмом.

— Доброе утро. Сегодня твои показатели позволяют рулить. Поведешь? — система отлично научилась считывать меня.

— Да, хочу почувствовать контроль хоть над чем-то, — падаю в кресло.

Прикосновение по интерфейсам, пластиковая поверхность джойстика, гул двигателя, обратная дорога до варпа — все это немного успокаивает. Сегодня пробок нет, Коалиция обычно не страдает всякими проверками. Она просто закрывает кольцо, если хочет устроить торговую войну.

Во внутреннем кармане пальто нахожу таблетки. Проби-акти-био-селло… че-то там. Обычно помогает не блевать после прыжков. Глотаю капсулу и залетаю в портал. Все гаснет, откидываюсь в кресле. Абсолютная тишина на мгновение взрывается резким электрическим треском. Оборачиваюсь. В конце каюты, на кровати, сидит Ли и, сложа руки, смотрит в пол. По спине пробежал холод, в горле образовался ком. Опять треск. Теперь он стоит рядом и смотрит вдаль.

Какого хрена тут происходит?

Ли начинает мерзко смеяться и поворачивать голову ко мне. Через мгновение наши взгляды соприкоснуться. Что я чувствую к этой гниде?

Давай, посмотри мне в глаза, если сможешь.

Меня тряхнуло. Вся электроника загорелась вновь, двигатели завелись. Мы уже у Луны, а в каюте уже никого.

— Ворон, ты что-нибудь видел сейчас? — пытаюсь прийти в себя, перевожу взгляд на спутник.

— Нет. На время варпа я отключаюсь, как и остальные системы, ты же знаешь.

— Д-да, точно. Сейчас просто такой глюк словил, просто жуть. Раньше такого не было, — растираю вески пальцами.

— В самом странном задокументированном варп-прыжке пилот корабля застрелился. Оружия в каюте таможенники не нашли.

— Ты всегда умеешь поддержать.

Без проблем долетаю до злополучного ЖК-42. Главный шлюз наверху Купола пропускает к еще одному, а тот внутрь. Ли Шэнь живет рядом с большим крытым парком. Много раз он туда меня водил, и каждый раз было интересно посмотреть на вымахавшие под лунной гравитацией растения. Свободы у них тут больше, чем у людей.

На парковке замечаю истребитель Коалиции. Черный узкий корпус, кабина на двух пилотов, складные крылья. Не для аэродинамики, а для вооружения.

Они добрались первыми? Ладно, хотя бы осмотрюсь.

Проверяю наличие пистолета и выхожу из Ворона. Обычный двухэтажный дом, не отличимый от остальных. Дверь подъезда обрамляет рамка, горящая зелёным цветом. Значит открыто. Аккуратно захожу внутрь, прислушиваюсь. Тишина. Поднимаюсь наверх и нахожу нужную квартиру. Дверь закрыта, замок не взломан. Есть шанс, что Синие не смогли открыть дверь. Ввожу пароль, одобрительный щелчок.

Ли действительно мне доверял, даже пароль от квартиры. Почему же он тогда меня подставил?

Внутри я надеюсь найти хоть какие-то ответы. Хотя бы одно слово, хотя бы намек.

Конечно, застать тут владельца я не рассчитывал. Может, увидеть какой-то беспорядок или следы борьбы, но не это. Квартира встречает спертым воздухом и пустыми комнатами. Мебель есть, но нет жизни. Тут на стене раньше висела картина, там стоял комп. Пустые столы и полки, мертвая кухня и гостевая.

Захожу в спальню, может хотя бы тут что-то. Кровать не заправлена, шуфлядки выдвинуты, шкафы открыты.

В окне что-то стукнуло, просвистело около уха и влетело в стену. Сердце ударило, легкие сжались, в глазах потемнело. Не успев ничего понять, падаю вниз.

Выстрел? Снайпер? Засада? Надо ползти к выходу.

С первого этажа доносятся тяжелые шаги, кто-то бежит. Меня окружают. Подползаю к двери, закрываю ее и резким движением дотягиваюсь до защелки. Выстрела не последовало. Единственный выход теперь — окно. На часы звонит Ворон:

— Все в порядке? Я зафиксировал выстрел.

— Ничего не в порядке! Подлети к левому окну на втором этаже и забери меня отсюда!

В висках стучит, сердце колотится, руки начинают потеть. Перебираюсь под окно и достаю пистолет.

С улицы нарастает гул двигателей, в комнату начинают ломиться.

— Можешь выходить, — сообщает Ворон.

Открываю окно, забираюсь на подоконник и запрыгиваю в джет.

— Гони-гони-гони! — подбегаю к иллюминатору и пытаюсь высмотреть происходящее в комнате.

Джет устремляется к шлюзу Купола. Так ничего и не увидев, сажусь в кресло, пристегиваюсь и беру управление. Если это засада Синих, то сейчас за мной погонится их боевой истребитель. Надеюсь, стрелять внутри Купола он не будет, и у меня есть фора.

Прохожу шлюз, покидаю это чертово место и устремляюсь вдаль.

— Куда летим? — система нарушает молчание.

— Пока что куда-нибудь, главное на полной скорости, — передаю ей управление.

Достаю плеер. Мой отпечаток подходит для разблокировки. Одна единственная запись висит на главном экране.

А стоит ли? Хочу ли я услышать то, что услышу?

Поколебавшись еще минуту, включаю запись:

— Я знал, что ты найдешь его первым. Это был риск, но… я должен объясниться. Да, я подставил тебя. Я не буду оправдываться, как я обычно делаю, просто у меня был выбор: либо моя жизнь, либо твоя. И выбор я сделал. Все равно оправдался, получается. Хм… Так вот. Да, я врал тебе о многом. Я не работаю преподом в универе. И зовут меня не Ли. Но, знаешь… кое-что… кое-что было настоящим. Даже так у нас получилась дружба. Это тоже звучит как вранье, но послушай. Я реально считал тебя другом. Помнишь, как ты пьяный сцепился с каким-то громилой? Я полез драться, хоть боец из меня никакой. А сколько раз мы от патрульных убегали? А сколько праздников мы отметили вместе? И я реально жил на той квартире, для тебя двери всегда были открыты. Я не прошу прощения или даже понимания. Вряд ли это можно принять. Просто ты должен был это услышать. И да… В плеере на СД-карте оплата. Я знаю, что ты сейчас на мели, так что лучше возьми. И еще... Не пытайся искать меня. Прощай.

Запись обрывается. Наступившую тишину разбавляет только двигатель Ворона, который гонит куда-то вдаль. Сжимаю пластик плеера до онемения в пальцах и смотрю на звезды, пытаясь найти ответ в них. Ступор, меня охватил ступор.

Нет, ну не смешно ли? Я даже не знал его имени! Все эти годы были сплошной ложью! И он еще что-то про дружбу говорит. Урод.

Но есть проблемы посложнее. Надо где-то залечь на дно. Раньше покушений на меня не было, особенно с участием корпоратов. Я тупо не знаю, что делать. Давление бьет в лоб, мозг накидывает кучу вариантов. Листая контакты, глаза цепляются за недавний.

«Мастерская Сигма». Безумная идея, но других нет.

Пока устанавливается связь, пытаюсь высмотреть погоню по камерам.

— Я же просила удалить этот номер! — резкий голос приводит меня в чувство.

А что говорить-то? Помогите, меня убивают? Как-то объяснить ситуацию? Ладно, импровизируем.

— Не люблю сжигать мосты. Возможно, в этот раз это спасет мне жизнь.

Повисла пауза.

— Мне нужно укрыться, хотя бы на сутки. Я оказался в очень не том месте и в очень не то время. И сейчас вы единственная надежда. Если все удастся, то я вам все объясню за бутылочкой сухого красного, — как раз две таких у меня стоит в холодильнике.

Из динамика послышался вздох, потом долгое молчание. Кажется, надежды нет.

— Я пришлю заархивированное сообщение. Пароль ты знаешь, — звонок завершен.

Эта ставка сыграла, поверить не могу. Довериться незнакомому человеку, наверное, глупая идея. Хотя, какая разница? В знакомых сейчас тоже нет веры.

— Ворон, что там с погоней?

— По всей видимости, нам удалось оторваться. Не наблюдаю ничего.

— Обожаю тебя, не зря столько денег вбухал, — волна облегчения прошла по телу.

О! Пришло сообщение. Ага, архив. Но какой пароль? Количество символов тоже не указано. Шикарно, иголка в стоге сена. И откуда я его знаю, если мы всего два раза говорили? Подключить к решению Ворона? Нет, обойдусь. Думай. Что могу знать только я и она? Мастерская, ремонт, джет… чек. Сумма ремонта, точно.

Пробую ввести. 20 тысяч. Именно столько гравов стоил мне кусок космического мусора. И столько же стоит сейчас моя жизнь.

Архив открылся, внутри координаты. Чувствую невероятное облегчение и эйфорию. Сердце колотится как бешеное, руки трясутся. Лететь до пункта назначения несколько часов, поэтому решаю отдохнуть.

— Ворон, дальше давай по этим кордам, а я на боковую, — сползаю с кресла и иду к койке.

* * *

— Якуб, подъем. Мы уже на месте, — сквозь сон пробивается голос системы.

Открыв глаза, еще несколько секунд смотрю в потолок. Как-то не хочется покидать кровать. В ней нет проблем и суеты, в ней мне всегда рады.

— Ты должен на это взглянуть, — Ворон выманивает меня из постели.

Все-таки поднимаюсь. Впереди посреди космоса висит немалых размеров сфера, окруженная какими-то буйками-маячками. Поверхность станции гладкая, почти без окон или видимых шлюзов. Странная вогнутая часть, похожая на большой телескоп, смотрит куда-то в космос. Проплываем через контур маячков, на приборной панели высветилось сообщение о потере внешней связи.

Это владельцы мастерских сейчас так живут? На личных станциях с глушилками?

Подлетев ближе, замечаю красное мигание и открывающийся шлюз. Залетаю внутрь и паркуюсь. Из холодильника достаю вино и выхожу. Оказываюсь в небольшом холодном ангаре, путь дальше преграждает стена. Неуверенно подхожу к ней вплотную.

Может быть, тут есть какая-то дверь? Или это какая-то ловушка?

Замечаю сферическую камеру сбоку, ее глаз осматривает меня.

— Все как обещал! — демонстрирую бутылки.

Молчание.

— Мне

Долгое молчание и тишина ангара. Только дежурное освещение монотонно мигает и капает на нервы.

Что ж, похоже чудес не бывает. Разворачиваюсь и направляюсь к джету.

В принципе, можно перекантоваться в открытом космосе. Пропитание буду заказывать через курьеров. Иронично. Помотаюсь так недельку-другую…

Щелчок и вой гермозатвора раздались эхом. Оборачиваюсь. В стене открылся небольшой проход. Не веря своим глазам, быстрым шагом иду внутрь. Казалось, что дверь вот-вот закроется у меня перед лицом.

Тамбур дезактивации. Меня окатывает водой, густым дымом, а в конце продувает. И так 3 раза подряд.

Такое ощущение, что я на военной базе или лаборатории. Зачем такие меры предосторожности?

Чистый и сухой попадаю в прихожую. Коврик, как будто прибитый к полу, открытый шкаф-купе, зеркало, явно давно не мытое, пустая подставка для обуви. Пыли столько, что можно на ней рисовать.

В конце этого коридора, облокотившись об косяк двери, стоит она. Худая, ростом со мной, в темном халате. Волосы чёрные, собраны в пучок, в некоторых местах пробиваются седые локоны. Нервная работа? Лицо острое, со шрамом на щеке, без макияжа. Глаза сверлят меня холодным серым свечением. Линзы? Скрестила руки: ногти короткие, без маникюра. От нее исходит какая-то бесконечная усталость, но точно не угроза.

Делаю первый шаг вперед, она идет навстречу.

— Спасибо, что впустили. Я даже не знаю, как вас благодарить.

— Знаешь, — она берет одну бутылку, — 2195 год. 5 лет выдержки. Откуда у тебя оно?

— Выиграл у одного барыги в уно, — ставлю вторую бутылку на стол и снимаю пальто.

— В… уно? — с недоумением смотрит.

Что-то меня зацепило в этом взгляде. Может, я все еще не могу привыкнуть к этим серым зрачкам.

— Да, он очень любил уно.

— А ты?

— А я выигрывать. Все это время я даже не знал, что делать с этим призом. Не люблю вино.

Она берет вторую бутылку и идет в проем направо. Разуваюсь и следую за ней. Заходим на просторную кухню. Свет она почему-то не включает, только голубая подсветка по контурам столов, шкафов и потолку. В полутьме проглядывается полный срач: открытые коробки, немытая посуда, пустые бутылки на полу.

Она подходит к большому винному шкафу, в нем стоит целая армия. Из всего многообразия узнаю только пару марок. Хорошее земное, так себе с МОС и чернила с Луны. Не похоже на коллекцию, просто случайный набор. Открывает одну бутылку, промывает бокалы и разливает. Садимся за стол, освещаемый лавовой лампой.

Из окна открывается вид на Луну, мимо проплывает буек-глушилка.

— Кора, — протягивает бокал ко мне.

— Якуб, — чекаемся.

— Я знаю, — от этого я чуть не подавился.

Да, я же её клиент. Но после недавних событий такие фразы напрягают.

— От кого бежишь?

— Почему впустила?

— А не надо было?

Первый раунд переговоров закончился быстро. Еще минуту сидим в тишине.

— Синие, — делаю глоток.

— Поэтому и впустила, — она уже опустошила бокал, наливает еще.

— Как тебе?

— Лучшее, что я пила за последние годы, — её щеки покраснели.

— Это меньшее, чем я могу тебе отплатить, — допиваю свой бокал.

Достаю плеер из кармана и ищу зубочистку на столе, с ее помощью достаю СД-карту и вставляю в часы. Кора с удивлением смотрит на меня. На счет пришло 10 тысяч гравов.

Он обещал 2, а тут 10. Интересно, это последние его гроши или подачка от конторы?

— Даже не думай, — Кора наклонилась через стол и посмотрела на экран, — оставь эти копейки себе.

Она садится обратно и выпивает второй бокал.

— Копейки. На такие деньги я могу прожить полгода, — смотрю ей в глаза.

— Если не учитывать ремонты по 20 тысяч, — она улыбается и доливает обоим.

Меня пробило на смех, вино дало в голову.

Даже если это мой последний вечер, то он довольно неплох.

— Меня прижали корпораты, устроили покушение. И всему этому поспособствовал один мой бывший друг, — кручу бокал, пить уже не хочется.

— У нас много общего, — седой локон упал ей на лоб. — Только мне сбежать не удалось. Сижу тут годами, работа иногда помогает не сойти с ума.

— Я уже подметил твою… осторожность. Но в чем причина?

— Пока что моя осторожность работает. Пока что. Я каждый день высматриваю корабли, жду стука в дверь. Если честно, я не хотела тебя впускать. Подумала, что это хитрый план, чтобы меня выманить, — она резко замолчала.

Выходит, сейчас я мог привести за собой хвост и крупно ее подставить. Что если Ли был в той же ситуации?

— Мастерская «Сигма». Не часто бываю на Луне, но говорят, что это лучший сервис, — постукиваю пальцами по столу.

— Спасибо за комплимент, — Кора улыбается и берется за бокал. — Это и дар, и проклятье… и причина.

Мы молча чокаемся и отпиваем. Повисла пауза.

— И кто же тебя прессует? Синие? Красные? — перевожу взгляд на окно.

— Когда им нужно, они работают вместе. СОЮЗ хочет у себя на Луне монополию, Коалиция — войти на этот рынок. Пока что я мешаю обоим, — в ее голосе слышится грустная усмешка.

— Вся эта муть в большом бизнесе никогда меня не привлекала. Лучше быть, скажем так, мелким предпринимателем. Хоть и не совсем легальным, — перевожу взгляд обратно на нее.

Пустые глаза Коры на мгновение оживились.

— И все-таки, кто ты?

— Если тебе нужно быстро что-то доставить, без лишних справок и пошлин, а особенно, если об этом чем-то не должны знать лишние люди, то обращайся ко мне.

— Контрабандист! — ее указательный палец направился на меня.

— Мне больше нравится «курьер», — жестами пытаюсь увиливать, — с широким списком услуг.

— Может, нам пора отдохнуть? У меня есть вторая кровать, — Кора зевает и смотрит в сторону выхода.

Немного пьяный и уставший следую за ней. Останавливаюсь у прихожей.

Кто знает, что придет ей в голову? Может, она все еще меня в чем-то подозревает..

— Спасибо за гостеприимство, но мне спокойнее будет в своем джете, — из-за неловкости немного мнусь.

— Да, я понимаю, — она покрутила упавший локон и пошла в другую комнату. — Спокойной ночи.

— Спокойной.

Одеваюсь и иду к Ворону. После теплой кухни ангар отрезвляет холодным воздухом. Забираюсь в джет, включаю отопление и ложусь спать.

— Как все прошло? — внезапный

— Ну, она меня не выгнала. Завтра буду набиваться на пожить подольше, — поворачиваюсь на бок.

— И ты будешь ночевать здесь?

— Ты к чему клонишь? Скажи спасибо, что мы сейчас не в открытом космосе.

— Так и скажи, что со мной тебе лучше, — внезапно голос системы сменился на женский.

Поднимаюсь от смеха. Пытаюсь успокоится, но гогот подступает волнами.

— Ну хорош! Ты когда так шутить научился? — сижу и вытираю слезы.

— Наши отношения для тебя шутка? — все тем же женским голосом дразнит Ворон.

— Да хватит, я же так не усну сегодня, — смех продолжает пробиваться. — Давай в отключку лучше.

— Ладно, ладно, спокойной ночи — голос сменился на обычный.

Пытаюсь заснуть, но смех все не отступает. На помощь приходят вопросы. О сегодняшнем дне, о корпоратах и о мотивах внезапной спасительницы.

Крушение, опрос, засада. За последние два дня я мог умереть трижды. Среди всего хаоса эта станция кажется безопасной. И все же, почему она меня впустила? Это огромный риск для нее. Или она тоже чего-то не договаривает?

3. СПУТНИК

Громкий вой шлюза развеивает сон. Затем гул двигателей и стук металла об металл.

— Эй, Ворон, мы куда-то улетели? — протираю глаза и поднимаюсь.

— Нет, мы все еще у твоей новой подруги. Доброе утро, кстати.

— Эу, ты реально ревнуешь? — подхожу к боковому иллюминатору.

Ворон молчит, а я вижу рядом припарковавшийся маленький джет. Как таковой кабины нет, только отсек для грузов. Окрашен в зеленые цвета, с надписью на борту:

«FTL». Это контора по доставке еды.

Выхожу осмотреться. Спросонья пробивает в дрожь. По мере приближения к беспилотнику, его камера не открывала от меня взгляд. Рев гермозатвора разорвал мертвую тишину, оборачиваюсь. Это Кора. Черная закрытая одежда, перчатки, респиратор.

Она бы еще скафандр надела.

— Знаком с такими? — маска глушит ее голос.

— Ага, коллеги по цеху. Или конкуренты, это как посмотреть, — вырывается зевок. Все еще не могу проснуться.

Кора подходит к дрону и из грузового отсека достает термосумку.

— Твои меры безопасности позволяют пользоваться услугами таких компаний?

— Это не их дрон. Точнее, уже не их, — серые зрачки отсвечивают в полутьме ангара. — Пойдем завтракать?

Желудок требует согласиться. В дезактиваторной легкие не выдерживают процедур, начинаю кашлять. Кора взволнованно смотрит на меня, но ничего не делает. Уже в прихожей откашливаюсь, проходим на кухню.

По пути ощущаю противную липкость на теле, все чешется. Я уже почти неделю не мылся. Перебарываю неловкость и спрашиваю:

— Можно воспользоваться твоим душем?

Она останавливается и поворачивается ко мне. Несколько мгновений ее взгляд прыгает от меня на пол и обратно.

— Да, конечно. Слева от прихожей, потом опять налево, — она еще раз кинула взгляд и пошла дальше.

Отправляюсь на поиски ванны. Только сейчас замечаю, что интерьер нифига не уютный. Все какое-то металлическое, серое, как в техническом помещении. Ни картин, ни зелени, хотя бы искусственной. Коридоры не отличаются друг от друга.

У меня бы тоже крыша поехала от таких декораций.

Захожу в нужную дверь, свет автоматически включается. Джакузи, душ, умывальник — без излишеств. Раздеваюсь, захожу в кабинку. Внутри стоит необычайно малое количество бутылочек и флаконов, сразу нахожу гель. Горячая вода размягчает тело и разум, смывает груз прошедших дней. Мысли начинают структурироваться, а мозг осмыслять происходящее.

Похоже, здесь можно остаться. Никто не будет искать меня именно тут... Но кто же в меня стрелял тогда на квартире? Там стоял джет Коалиции. Это была засада от них? Снайпер выстрелил, и после неудачи пошла группа захвата. Но почему они не задержали меня тогда, в отеле? Да и проводить такие операции на Луне… Красные никогда бы не дали им разрешение на такое. Что-то в этой истории не складывается.

После душа чувствую себя намного легче, даже дышится свободнее. Прохожу в следующую кабинку под большую сушилку для тела. Нарастающий гул закладывает уши, воздух режет глаза. Сухой и чистый одеваюсь и иду к Коре. По пути появляется соблазн побродить по комнатам, осмотреться. Но тогда она точно решит, что я шпион.

Войдя на кухню, меня встречает запах горячего фаст-фуда. И такого я уже не чувствовал где-то год.

— Это с Земли? — с предвкушением сажусь за стол.

Пицца, бургеры, картошка-фри, луковые кольца. Даже по внешнему виду уже понятно, что это не уровень Луны или Марса.

— Ага, это тебе за вино, — она положила на мою тарелку кусок пиццы. Грибы, курица, какой-то соус. И главное — земной сыр.

— Вроде как мы уже квиты.

Кора усмехается, но ничего не отвечает.

— Земной фаст-фуд это конечно круто. Но часто ты так питаешься? — выбираю самый сочный бургер.

— Я каждый день живу, как последний, — она откладывает пиццу и смотрит на меня, — глупо задумываться о вреде здоровью.

На часах высветилось еще со вчера не прочитанное сообщение:

«Надеюсь, ты не забыл про нашу встречу?»

Это Джон, частый заказчик. Уже вечером будем обсуждать дела, но ответить сейчас не могу, связи нет. Странная мысль всплыла в голове:

Может, взять ее с собой? Да, это риск, но посмотри на нее. Ты просто так улетишь, оставишь ее здесь? Особенно после вчерашнего разговора? Можно хотя бы предложить. Вопрос ребром. С одной стороны, это опасный шаг. С другой, это единственное, чем я реально могу ее отблагодарить.

Слова застряли в горле. Смачиваю их колой, сахарозаменитель придает смелости:

— Кора, скатаешься сегодня со мной на РКС?

Она перестает жевать, из руки выпадает наггетс. Ее глаза растерянно бегают, но без видимых эмоций. В один момент показалось, что у нее проступили слезы. А может, это опять линзы отсвечивают? Через мгновение она опять принимается за еду:

— Я не была там уже сто лет. В принципе нигде не была. Даже не знаю, как оно там.

— РКС действительно выросла за последние годы, но атмосфера та же. Веселье гарантирую, — пытаюсь заглянуть ей в глаза.

— Я не знаю, что надеть. Не хочу привлекать лишнее внимание, — копается в коробке с наггетсами.

— Мода для фриков. Я подскажу, если что, — улыбкой пытаюсь подбодрить

Вдруг ее рука останавливается, а взгляд впивается в меня:

— Ну а как же наша общая проблема? Если нас заметят, найдут, выследят?

А вот это, детектив, правильный вопрос.Сейчас мы с ней в равном положении. Закрыться

Не знаю, удалось ли подобрать правильные слова, но времени думать больше нет:

— Теперь я тоже живу каждый день, как последний. Глупо задумываться о безопасности.

Молчание, взгляд в стол. Кажется, я ее загрузил. Резко встает и выходит с кухни.

Что-ж, из меня не лучший психолог. Надеюсь, хотя бы не выгонит.

Доедаю и с трудом встаю из-за стола. Судя по часам, время вылетать. В прихожей у зеркала обнаруживаю поправляющую волосы Кору. Кожаный жакет, черные джинсы, кеды. На руке отыгрывает светом металлический браслет.

— Воу, писк моды 2020? — от моего комментария она вздрагивает. — Да ладно, это классика.

Я надеваю пальто, достаю из кармана любимые круглые фиолетовые очки и подхожу к зеркалу.

— А что, неплохо смотримся, — причесываю волосы.

— Так сразу и не скажешь, что контрабандист и монополистка.

Из меня вырывается пырск, она улыбается. Юмор у нее вполне-вполне. Кора нажимает кнопку у двери, и мы проходим тамбур без обливания водой и прочих пыток. Под эхо от наших шагов подходим к джету.

— JP-233. Не новая модель, но надёжная, — взглядом изучает его.

— Это Ворон. Без цифр.

Она кидает недоумевающий взгляд.

— Для тебя это может быть просто механизм и набор характеристик. Для меня это друг на долгие световые годы, — провожу рукой по корпусу.

Ворон сам открывает дверь и спускает лестницу. Пропускаю Кору вперед.

Я беру сейчас охрененную ответственность за этого человека. Может, ну ее?

Подумав еще немного, забираюсь внутрь.

— Ну, знакомьтесь. Это Кора, человек, которому я обязан жизнью, — указываю на нее. — А находимся мы в Вороне. Ему я тоже обязан жизнью. Много кому я должен как-то.

Сажусь в кресло, врубаю двигатели. Стараюсь не сбить стоящий на парковке дрон и вылетаю со станции. Немного неловко, обычно я летаю один и разговариваю только с системой. Со стороны это, наверное, смотрится странно.

— Ворон, а можешь включить музыку? — сзади донесся голос Коры.

Она сидит на моей кровати и наблюдает в иллюминатор. Система молчит.

— Да, Ворон, вруби какой-нибудь спэйс-джаз, — именно этот жанр показался мне подходящим.

Кора одобрительно кивает и ложится. Это самую малость нагло, но пусть. Условий для пассажиров у меня действительно не много. Путь предстоит долгий, синты и саксофон убаюкивают.

— И ты вот так целыми часами? Летаешь по космосу, из собеседников только нейронка? — с зевком спрашивает Кора.

— Иногда целыми сутками. Но не стоит недооценивать Ворона, с ним не скучно. Иногда, — меня тоже потянуло в сон.

Мы выплыли за пояс глушилок, пришло еще одно нервное сообщение от Джона. Успокаиваю его, хотя он не из истеричек. В любом случае будет ждать.

* * *

Коры давно не было слышно, оборачиваюсь назад. Она, раскинув руки, спит. Отдаю управление системе и иду к соне. Шаги ей никак не мешают, мое приближение тоже. Склоняюсь, беру за плечо:

— Кора, думаю тебе будет интересно.

Она вздрагивает, забегавшие глаза восстанавливаются на моих. Провожу к панели управления и уступаю кресло, сам же облокачиваюсь на спинку.

Впереди, похожая на древнее колесо со спицами Развлекательная Космическая Станция притягивает к своим шлюзам очереди из кораблей и джетов. В длинных соединениях разными цветами переливаются окна, а в середине собственный варп поглощает и выплевывает корабли. Настолько эта станция востребована и рентабельна. И все это посреди темного и мертвого космоса.

Этот костер посреди вечного холода явно заворожил Кору, она смотрит не отрываясь.

— Сколько мы там будем? — ее вопрос веет волнением.

— Максимум двое суток. На этот раз.

Ворон влетает в ангар и садится. Кора надевает медицинскую маску, я проверяю пистолет в кобуре. Выходим.

На перронах бродят семейные пары с пакетами, пьяные компании, торгаши мелочевкой и девушки на час. Все это окружает и явно давит на Кору. Она сторонится людей, странно на них пялится, в ней чувствуется какая-то заторможенность. Через толпу провожу ее к лифтам.

Кабина приходит почти полная, придется потесниться. Встаем вплотную друг к другу. Я смотрю на дверь, стараюсь не пропустить этаж. Она же уставилась куда-то в пол. Лифт движется неохотно, будто предупреждая о чем-то.

Мне кажется, или я уловил запах ее духов? Что-то мятное и сладкое. Интересный выбор.

Двери выплескивают нас наружу. В нос ударяет палитра запахов, приправленная химозностью вентиляции. Синтетическая ваниль, едкие ароматизаторы, искусственная копченость и парфюм — все смешивается в одну кучу. Кора постоянно засматривается на витрины, останавливается, прислушивается, заходит в разные рестораны и магазины. Музыка и лозунги завлекают внутрь.

Так вот на кого рассчитан весь маркетинг.

В парфюмерке она подзвависла конкретно. Смотрит флаконы, нюхает пробники. И если так подумать, это единственная вещь, которую нельзя выбрать по доставке. Не хочется отрывать Кору, но время идет.

— Мне нужно успеть на встречу, и я не могу оставить тебя тут, — беру за руку и увожу. Продаван провожает нас очень недовольным взглядом.

Наконец, находим нужный паб «100 Цельсий». Шум голосов, разноцветные огни над танцполом, легкая дымка с кухни. Вижу за стойкой Джона. Африканец лет 35, короткие белые волосы, недельная небритось, красная глянцевая куртка. Сидит со стаканом колы и о чем-то треплется с барменом. Подходим к нему.

— Здарова, Джон, — сажусь за стойку.

— Якуб! А это… — его взгляд натыкается на Кору. Она садится рядом со мной.

— К... Карина, моя знакомая, — ловлю на себе вопросительный взгляд бармена.

От воспоминаний о прошедших днях становится плохо. На сегодня точно никакого алкоголя.

— Фанту без сахара.

— Карина не будет мешать? Без обид, — Джон разворачивается и жестом просит еще одну порцию.

Тем временем Карина, то есть Кора, пошла по тяжелым напиткам. Возможно, вывести ее сразу в такое место было ошибкой.

— Она тут по своим делам. Давай за встречу, а потом уже по работе, — подношу стакан.

— Ну хорошо, за встречу! — серьезность Джона сменилась улыбкой.

Чокаемся, звон расходится на весь паб.

— Я слышал, у тебя появились кое-какие проблемы, — заказчик делает глоток и смотрит на меня.

— Это мягко сказано. Но нашим делам они не помешают, — отпиваю в ответ.

— Пока что. Но потом я не буду подставлять за тебя шею. Без обид, — отставляет пустой стакан.

— Потом уже будет не до

— Ты в жопе, сынок. А из жопы выход только один. Вот тебе мой совет, — его взгляд не шутит.

Пока мы переливали из пустого в порожнее, Кора зря время не теряла и накидывалась в слюни. Около нее уже стоит порядочно пустых стаканов, маска лежит рядом. Музыка становится громче, и замкнутую монополистку тянет на танцпол.

— Значит так. Завтра в 8 утра. Клиент у входа в ангар, кафе «Спектрум». Ничего серьезного, просто нелегал. Нужно в срочном порядке попасть на ЛОС. Каким хреном — забота твоя, — Джон кидает взгляд на танцующую Кору. — Лучше продублирую тебе сообщением.

Подмигнул, допил колу и быстро ушел. Заметив уходящего заказчика, Кора подходит ко мне и затягивает танцевать. Не знаю, можно ли назвать мои конвульсии танцем, да и она не мастер хореографии, но у нас что-то получается. Танцевал я последний раз… примерно никогда и теперь жалею об этом. Басы бьют по телу, люди вокруг, полумрак прерывается вспышками прожекторов, а шум толпы перебивается смехом Коры.

Вдруг она начинает падать. На реакции ловлю за руку. Ноги ее все еще держат, волосы свисают вниз, а взгляд испуганно прикован ко мне. Люди вокруг стали хлопать и улюлюкать. Походу, приняли это за часть танца. Резким движением поднимаю Кору и осматриваю ее. Глаза полузакрыты, голова падает вниз, шатается. Батарейка уже на нуле. Беру под руку, рассчитываюсь с барменом и увожу из паба.

Только сейчас до меня доходит, что я забыл забронировать номер. Далеко с этим телом я не уйду, надо искать поблизости. Побродив по коридорам-улицам, натыкаемся на вывеску с иероглифами. Что-то в китайском стиле: красно-желтые цвета, стилизованные лампы. В каталоге осталось только 2 номера: с одноместной кроватью и двухместной. Перепроверяю еще раз весь список, но нет, с двумя кроватями все заняты.

Выбора нет. Не спать же ей на полу.

Заходим в номер, ставлю Кору к стене. Снимаю пальто с себя и жакет с нее. Пьяное тело начинает сползать вниз, ловлю и укладываю на кровать. Она что-то мычит, но сразу же проваливается в сон. В ванной умываю лицо, пью воду и пытаюсь еще хотя как-то оттянуть момент сна.

Может, надо было снять 2 номера? Но оставлять ее одну тоже плохо. Ладно, надо идти.

Ставлю будильник, выхожу из ванной и ложусь. Из-за спины доносится мычание, ерзание, рука падает мне на бок. Мощный зевок застает меня врасплох и уводит в сон.

* * *

По запястью пробегает вибрация. Еще раз. И еще раз. Открываю глаза. Волосы. Седые пряди понемногу отбирают у черных жизненное пространство. Спина. Белая майка двигается в ритм дыханию. Рядом моя рука страдает от будильника. 7:30.

Аккуратно встаю и иду в туалет. Рутинность утра настраивает на работу. Приходит сообщение от Джона.

«Ну, как ночка? Напоминаю, 8 часов, кафе у шлюза. Этого конспиратора ты сразу заметишь. Не облажайся»

Ночка… С его стороны все выглядело намного проще.

Выйдя из ванны, обнаруживаю, что Кора уже проснулась. Она тоже замечает меня, пугается и закрывается одеялом. С полным недоумением смотрю на нее.

— Что-то случилось? — решаю прервать молчание.

— Это к тебе вопрос. Мы спали вместе? — поправляет седой локон.

— Я тоже не в восторге от этого. Невозможно было спать из-за твоего перегара.

Кора смущается, но расслабляется. Из нее вырывается смешок, который перерастает в заливной смех. Она пытается скрыть его одеялом, глубоко дышать, но это не помогает.

Рефлекторно смеюсь в ответ.

— Прости, вчера было так круто. Правда, воспоминания обрывками, — встает и заправляет постель.

— Удивительно, что ты хоть что-то помнишь. Тебе хватило 15 минут, чтобы улететь, — надеваю пальто.

— Тебе за меня не было стыдно? — тревожный взгляд от нее.

— Ну, танцуешь ты так себе.

Новая волна смеха обдает меня.

— Уже уходишь? — Кора подходит ближе.

— Клиент ждет. Вот карточка от номера, — беру со стола и отдаю. — И кстати, ты мне должна за выпивку. Так что купи воды и что-нибудь поесть.

Иду на выход, но в последний момент останавливаюсь:

— Если что, звони.

Перекидываемся взглядами, покидаю номер. Улицы заметно опустели, многие магазины не работают. Только казино заманивает своей вывеской над всегда открытыми дверьми. По карте дохожу до нужного кафе.

За столиком сидит один единственный посетитель со стаканом воды. Черная одежда, темные очки и маска. Увлеченно пялит в планшет. Вид этого Штирлица чуть не пробил меня на смех. Прохожу мимо него и разворачиваюсь, будто ошибся дверью. Он поднимает взгляд, молча встает и следует за мной.

Уже в Вороне клиент убирает всю конспирацию. Изуродованное лицо, шрамы, одна бровь выжжена.

— Коллекторы? — вкидываю догадку, пока сажусь за руль.

— Местные утырки, — он располагается на кровати.

Пока вылетаем из шлюза, продумываю маршрут.

Если он нелегал, то через варп или напрямую никак. Одна случайная проверка или патруль закончат наше путешествие.

— Прикинь, вот просто на ровном месте докопались! Перепутали с кем-то, явно готовились. Биты, ножи, горелка… — продолжает клиент.

— И как же ты выжил?

— Не знал, что такое скажу когда-нибудь, но спасибо Коалиции. Патрульные рядом проходили, спасли. Теперь валить мне надо отсюда как можно быстрее.

Иногда даже корпораты творят добро. Но только иногда.

Беру курс на астероидное скопление возле Луны. Там точно проблем не будет.

* * *

Меня всегда напрягало это место. Висящие в пустоте огромные булыжники, рядом с ними старые разбитые корабли. На особо больших астероидах какие-то конструкции, антенны. Говорят, это заброшенное место добычи. Но не говорят, почему заброшенное и почему оставили транспорт. Да и такое ли заброшенное? Несколько раз замечал какое-то движение, проблески огней.

Проплываю через каменные ряды, лавирую от мусора, обхожу мертвые остовы. Только гул двигателей нарушает вязкую вакуумную тишину. Дыхание сбивается, пальцы нервно ездят по джойстикам. Надо как можно быстрее улетать отсюда.

Вот опять! Секунду назад там был корабль! Черные диггеры, контрабандисты, сталкеры? А может, мозг уже сам начинает дорисовывать.

Выплыв из пояса астероидов, начинаю выравнивать дыхание и успокаиваться. Оборачиваюсь на клиента, тот просто сидит и втыкает в телефон.

Лунная Орбитальная Станция показывается на фоне космоса. Большое кольцо со сферой внутри. Вокруг практически никого, только пару джетов. Ее лучшие годы прошли после окончательной колонизации Луны. В иллюминаторах темно, работает только один вход. Паркуемся в нем. Клиент опять наряжается и выходит со

— Спасибо, — кивает головой и уходит вглубь станции.

Кто я в такие моменты? Герой, рутинно спасший человеку жизнь или злостный нарушитель закона?

Оборачиваюсь и вижу какого-то типа, трущегося у Ворона. Медленно подхожу, держу руку на кобуре. Он, услышав мое приближение, оборачивается и улыбается:

— Какая удача, что вы здесь!

Лысый, среднего роста, не выделяющаяся одежда. Вместе правого глаза зрачок камеры.

— Чего ты тут трешься? — пытаюсь отвести взгляд от его импланта, но глаза все равно тянутся.

Он молча показывает удостоверение:

Григорий Дюбин, сотрудник СОЮЗ. Только Красных мне не хватало.

— Сперва приношу извинения от лица всей организации, — достает из кармана электронную сигарету, — за инцидент в ЖК-42.

Это выбивает меня из колеи. Зачем? Как?

— Ну что вы так смотрите? Да, ошибочка вышла, — Григорий делает первую тягу, — не вас мы ждали в той квартире.

— И в комнату тоже ваши ломились? Хотели взять? — убираю руку с пистолета.

— Что? — агент поперхнулся. — Нет, с нашей стороны был только снайпер.

— А кто тогда за мной гнался?

Агент делает еще пару тяг и недоуменно смотрит на меня:

— Как кто? Никто. Или вы думаете, что смогли бы оторваться от истребителя? — выдыхает дым.

Стоп, надо все переосмыслить. Получается, что Красные организовали засаду. Истребитель Синих стоял у дома, значит хотели войти, но не смогли. И тут появляюсь я. Снайпер путает меня с агентом, а Синие заходят в открытую квартиру. Какое же тупейшее стечение обстоятельств.

По рукам пробегает дрожь, в животе холодеет. Все это время я прятался от призрака. И к Коре навязался тоже по выдуманной причине.

— Но это все лирика. Я от лица всей организации предлагаю вам партнерство. Вы хорошо зарекомендовали себя в… деле с кейсом. Мы, можно сказать, уже сработались. Ну а денежный вопрос будет закрыт навсегда, — протягивает руку ко мне.

Партнерство. С Ли у нас тоже было партнерство. Он реально думает, что после такого я соглашусь? Одной сделки с этой конторой мне хватило.

Входящий звонок. Кора. Отличная возможность смыться.

— Методы вашей конторы грязнее грязи. И никакие бабки не смогут это исправить. А мне пора, — прохожу к двери джета.

— И все-таки, мы вам позвоним. Время помогает расставить приоритеты, — Григорий кидает надменный взгляд и уходит.

Уже в каюте принимаю звонок, параллельно заводя Ворона.

— Якуб! Якуб, прилетай скорее, — сбивчивый голос вырывается из динамика.

— В чем дело? — взлетаю.

— Какие-то люди терлись у нашего номера. Они ищут нас, понимаешь? — тяжелое дыхание, как после бега.

— Ты сейчас в безопасности? — вылетаю из ангара.

— Да, сижу у шлюза 3-Б. Ты скоро?

— Уже лечу на варп. Маякну, когда буду близко, — ловлю портал в поле зрения.

— Спасибо, — бросает трубку.

Гоню на максимальной скорости, обходя корабли, летящие к Куполам. Гладко залетаю в варп, но не могу успокоится. Сердце бешено стучит, руки потеют. Черная бездна кольца не предвещает ничего хорошего. Подлетаю в кресле и зажмуриваюсь, будто это спасет от отвратительности прыжка.

Открыв глаза, понимаю, что уже телепортировался. Без шума, галлюцинаций и рвоты. Даже не знал, что так бывает. Сбрасывая удивление, направляюсь вдоль одной из спиц-переходов РКС. Шлюз должен быть где-то на этой стороне. Вылетаю за пределы кольца и резко разворачиваюсь на 180. Горящая синим надпись «III-B» около шлюза одобрительно моргает. Набираю Коре, параллельно залетаю во внутрь. Вот она, стоит на парковке с телефоном в руке. Замечает мой корабль и бежит к месту посадки. Звонок отклонен. Частный стук об лестницу, шаги, удар об пол. Закрываю дверь и сразу же вылетаю из шлюза.

Отдаю управление системе и иду к Коре. Она сидит у стенки с большим пакетом, тяжело дышит.

— Все нормально? — присаживаюсь рядом и разглядываю содержимое пакета.

— Да, спасибо. Все, как и просил, — указывает на пакет.

Несколько бутылок воды, коробок печенья и пачек чипсов из синтетического мяса.

— Тебе нужно отдохнуть, — встаю и подаю ей руку. — Домой?

— Домой, — Кора улыбается и с моей помощью встает.

Иду разгружать пакет, она на кровать. Наконец-то в холодильнике будет что-то кроме алкоголя. Только вот, куда положить еду? Запихиваю вместе с пакетом в шкаф, потом разложу.

— Запоминай, Ворон. Теперь эти координаты называются «»домой», — сажусь за руль.

— К сожалению, не удалось заархивировать трехмерные координаты в одно слово. Попробуйте позже, — система дразнит.

РКС удаляется, а мы направляемся вглубь космоса. К станции, ставшей убежищем от всего мира.

4. ТОЧКА ВОЗВРАТА

— Яку-у-б, — доносится издалека.

— Якуб, — искаженно, будто под водой. Пытаюсь отмахнуться, но руки не слушаются.

— Ты меня вообще слышишь? — резкий и четкий голос проникает в ухо.

Открыв глаза, вижу темный ангар в лобовом стекле, экраны панели управления под ним, джойстики руля. Поворачиваю голову налево. Рядом, скрестив руки, стоит Кора.

— Ну наконец-то. Ты в курсе, что у тебя бортовая система не исполняет команды? — с недовольным видом смотрит куда-то в потолок.

— Система выполняет все требования безопасности и не выполняет хотелки несанкционированных пользователей, — Ворон выступает в свою защиту.

Протираю глаза, пытаюсь прогнать остатки сна и вникнуть в происходящее.

— А почему бы не сделать Кору санкционированной? Она и так, можно сказать, под достаточным количеством санкций, — долгий зевок перебивает мысль.

Она обиженно фыркает, Ворон молчит. Повисла пауза, утягивающая обратно в сон.

— Ворон, будь добр, открой дверь, — сквозь зубы просит Кора.

После нескольких секунд тишины дверь со щелчком уходит в сторону. Безбилетница резким шагом покидает джет.

— Раньше ты отличался контекстной гибкостью, а тут внезапно такие строгие правила, — перехожу на шепот, — между нами, я тоже ей не до конца доверяю. Но всякие мелкие просьбы можешь выполнять. Чтобы она меня не будила.

Руками об лицо сбрасываю сонливость и встаю. В глазах темнеет, лоб тяжелеет. Слишком резко поднялся. Урчание в животе напоминает про купленную еду и воду. Достаю из холодильника пластиковую бутылку, а из шкафа коробку нутовых печенек. Через лобовуху вижу, как Кора идет обратно с термокружкой и жует батончик. Сажусь на ступеньку металлической лестницы и наблюдаю. Она ставит еду на крышу

Как-то раз с Ли так же проводили утро. Я возился с Вороном, Ли наблюдал и задавал тупые вопросы. «А это что? А это зачем? А как это работает?». Полный профан в технике был. А потом оказалось, что как человек он не лучше.

От этой мысли что-то откликнулось внутри. Позыв толкает слова вверх. Стараюсь запить их, но они прорываются через плотину контроля:

— Тебя когда-нибудь предавал друг?

Кора на мгновение прекращает копаться и отвечает:

— Не было друзей.

— Сейчас я понял, что у меня тоже. Был только один идентичный натуральному, как это печенье, — откусываю с хрустом.

Она высовывается, берет кружку и разворачивается ко мне.

— Пару дней назад этот человек попросил меня об услуге. Мол, другу-ученому надо отвезти кейс с образцами на МОС. Ну я и отвез, на таможке по совпадению проверка еще была. Отдал груз, в том же отеле снял номер. А ночью постучались гости с синими ксиввами, — смачиваю горло, Кора внимательно слушает. — «Обвиняетесь в убийстве». Кейс, короче, оказался не простым, получатель тоже, а друг оказался вдруг. На следующий день решил слетать к нему на квартиру, обратно на Луну. И знаешь что я там увидел? Ничего, будто и не жил он там. Только вот это.

Достаю плеер из пальто. Холодный пластик обжигает руку, будто отговаривает меня. Включаю запись. Опять эти лживые слова, опять оправдания. Горький ком подступает к горлу, взгляд начинает плыть, а руки трястись. «И еще: не пытайся меня найти. Прощай». Эти слова замораживают в беспомощной злобе. Образовавшуюся тишину прерывает Кора своим сербанием из кружки.

— Ну а дальше выстрел, какая-то неудавшаяся засада и побег. Но вчера… — эти слова даются с трудом. — Вчера на меня вышел агент Красных.

Кора резко поднимает на меня глаза, полные ужаса. Страшно представить, что она уже успела надумать.

— Эй, все нормально. Он пролил свет на ситуацию. Не должен был я появляться там, где появился. Ошибка. Случайность, — заедаю эти слова печеньем. — Никто на меня не охотился.

Она запивает батончик, молчит и смотрит в пол. Технический гул станции, шорохи одежды и физически ощущаемое напряжение. Кажется, она уже все поняла.

— И получается, что… — с таким же прикованным к полу взглядом.

— Да, я впутал тебя зря. Прости. — последний глоток воды громко сжимает бутылку.

Холодный полумрак ангара окутал нас своей тишиной. С каждой секундой она становится все плотнее, давит на плечи.

Давай. Прощальные слова, и улетаем отсюда.

Внезапно Кора оттаивает и подходит к лестнице:

— Спускайся, покажу кое-что.

В недоумении следую за ней вглубь станции. Лишние моменты только усиливают тяжесть расставания. Зачем затягивать?

Пройдя несколько коридоров и спустившись по лестнице, доходим до закрытой двери. Кора прикладывает к сенсорным панелям руки и смотрит в глазок на стене. Одобрительный звук прокатывается по помещению, дверь открывается. Внутри небольшой комнатки стоит 2 сервера, на стенах цифровые панели, в углу компьютер. Кора пробегается пальцами по интерфейсам, достает кабель и вставляет в порт одного из серверов.

— Раз ты тут остаешься, тебе понадобится связь, — протягивает другой конец кабеля мне.

Она не выгоняет и даже дает доступ к сети? Я к ней навязался, вытянул из безопасного места, чуть не оставил ее корпоратам на съедение. А она доверяет мне связь.

Вставляю штекер в телефон, полоски интернета оживают, приходят уведомления. В списке лежит одно от неизвестного пользователя:

«Здравствуйте, Якуб. Настало время платить долги. Направляйтесь в Мертвый Купол, позже вышлю инструкции. Конечно, у вас есть право отказаться, как и право на справедливый суд. Но давайте не будем усложнять друг другу жизнь, я и так из-за вас утопаю в бюрократии».

Что-ж, Синие меня предупреждали. А ведь была надежда, что они просто про меня забыли, потеряли в базах.

Поворачиваю голову налево и вижу Кору, из-за спины читающую сообщение от корпората.

— И он думает, что ты побежишь исполнять его хотелки? — она поднимает на меня шутливый взгляд.

Не разделяю ее оптимизма и серьезно смотрю в ответ.

— Подожди, ты же не будешь… — ее голос начинает терять уверенность.

— А что мне остается? — убираю телефон в карман. — Вряд ли они простят убийство.

— Нет-нет-нет. Все эти рассказы про долг, просьбы. — Кора опирает голову об руку и начинает нервно ходить по комнате. — Они строят из себя людей, а потом…

— Да ладно тебе. Закрою ему пунктик в отчете, он снимет обвинение, — пытаюсь успокоить. Себя в том числе.

— Это просто тупо! Он от тебя не отстанет, понимаешь?! — Кора взрывается, взмахивает руками.

— А какие еще варианты?! Помимо уголовки эта гнида может поблокировать счета, пропуски, лицензии. Вообще все! — я тоже злюсь от осознания своего положения.

— А мне ли не знать?! Ты думаешь, я не пыталась с ними договорится? Они ослеплены своей властью, — садится за стол и закрывает лицо руками. — Ты можешь просто остаться, переждать и не рисковать.

— И сколько ждать? Год? Пять? Десять лет? Посмотри на себя. Извини, но это не жизнь, а существование, — от моих слов Кора на секунду замирает, смотрит на руки.

— Конечно, проще ведь быстро сдохнуть. И даже думать не надо, для тебя уже все приготовили, — ее ледяные линзы переводятся на меня и прожигают насквозь. — Ну так давай, иди. А я тут как-нибудь продолжу существовать.

— Я точно не собираюсь сидеть и трястись от каждого звука, боятся собственной тени и просто гнить в этой дыре. А конторские все равно придут, рано или поздно, — эти слова вылетели на эмоциях и, кажется, попали куда не следовало.

Кора меняется в лице. Под ее линзами проступают слезы, кулаки сжимаются. Не в силах остановится, иду на выход. Уже почти привычные коридоры Сферы теперь опять холоднее абсолютного нуля. Они хотели сожрать меня, обвить паутиной и медленно переваривать.

Но хрен вам, у вас уже есть добыча.

Со скованным взглядом и механической четкостью залезаю в Ворона, завожу и вылетаю из ангара. Сердце все еще не может успокоится, мозг прокручивает слова, нога стучит об пол.

Вот же… Кора. Думала, что я просто запрусь с ней в этой банке. Никуда не лети, сиди дома. Ну прям как мама. Променять

— И все-таки со мной лучше? — внезапный голос системы прерывает тишину.

— Однозначно. Вруби что-нибудь заводное, хочу настроится на работу, — беру курс на обратную сторону Луны.

Из динамиков выбиваются басы, электрогитара обвивает их мелодией, а синты на фоне подкрепляют структуру. На часы, подыгрывая вибрацией, приходит сообщение:

«Надеюсь, вы уже в пути? Через 4 часа вам нужно быть на Чистой площади и найти там нужного человека. Мне очень интересно, о чем он будет говорить и с кем. С вас фото и запись, с меня нужная пометка в деле. Человека и координаты прилагаю ниже».

Ох, играть в шпионов мне еще не приходилось. Надеюсь, после этого он отцепится.

* * *

Ворон молча прорезает километры вакуума, я молча жую мысли.

Просто пунктик в отчете. Может быть, дело действительно плевое. А может, моя жизнь стоит одну галочку.

ЖК-100. Официально обычный подземный город, коих куча. Но разные байки ходят про «Мертвый» Купол, а все вернувшиеся оттуда советуют прятать лицо. Двухслойный шлюз в центре пропускает вниз. Паркуюсь поближе к нему. На всякий случай. Двигатели успокаиваются, отдавая тишине пространство. Тишине. В городе. Решаю не выходить из джета и понаблюдать.

Бедность чувствуется в потрескавшемся покрытии улиц, отсутствии освещения и свободном от дронов воздушному пространству. Но бедность стерильная. Ни мусора, ни граффити, ни пыли.

Ощущения как на кладбище. Так вот почему «Мертвый».

Надо конспирироваться и выходить. Достаю из бардачка аптечку. Пустые упаковки, засохшие бинты, пустой шприц.

С таким набором чемпиона я долго не протяну, нужно будет обновить.

Нахожу медицинскую маску, из пальто достаю свои очки и облачаюсь. Из открывшейся двери делаю опасливый первый шаг. Металлический звук лестницы слишком громкий на фоне гробовой тишины Купола. Потянуло резким запахом антисептика и озона, как в больнице. Рядом со мной на парковке стоит старый грузовой корабль. Белый корпус, почти стершаяся звезда, в некоторых местах проступает ржавчина.

Если это корыто еще летает, то пилоту надо ставить памятник.

Двигаюсь в сторону Чистой площади, фиолетовый фильтр очков немного скрашивает депрессивные пейзажи. Вроде те же дома, что и в ЖК-42, типовые двухэтажки с сетками и поручнями. Но нет неоновых вывесок, прыгающих по крышам людей и забирающих их джетов.

Шаги. Ровные, размеренные. Они выходят из переулка, один за одним. Пять человек. Все в одинаковых серых комбинезонах с красной лентой на плече. Вместо лиц — маски. Не респираторы, не медицинские, а зеркальные овалы, отражающие все вокруг. В центре каждой установлена круглая камера. Не разговаривая, не глядя по сторонам, синхронно, как по невидимой разметке проходят под билбордом с красной четырехконечной звездой.

«СОЮЗ освобождает». Старый лозунг с Земли.

Один поворачивает голову в мою сторону. Ловлю в зеркале свое искаженное, растянутое отражение.

Твою мать, что за дурка? Это какой-то культ? Или идеологические отряды? Если тут все такие, то мне срочно нужна зеркальная маска.

Все, действительно все такие. Идя по улице в поисках магазина, встречаю еще несколько таких отрядов. Идут по своему маршруту, не отвлекаются. Похожи на патрульных, но без оружия. Слева замечаю потухшую вывеску «Зеркало души». Тесный магазинчик с одним стеллажом и сидящим за ним продавцом. Камера на его «лице» прилипает ко мне. Потупив у прилавка, с третьей попытки выдавливаю из себя:

— Одну маску, пожалуйста.

— Татуировка, — маска заглушает мужской голос.

— Что? Какая татуировка?

— Нет татуировки — нет маски, — зрачок циклопа все так же сверлит взглядом.

И что же делать? Украсть? Бред. Подкупить, но не в лоб.

— Возможно, мы друг друга не так поняли. Я бы хотел финансово поддержать вашу… организацию, — указываю на часы.

Продавец завис. Пытаясь разглядеть его лицо, можно увидеть лишь свое. Есть в этом что-то пугающее. Рука циклопа медленно протягивается ко мне мимо лежащего на столе терминала магазина. Читаю экран его часов:

«Перевод на сумму 100 гравов». Маска явно столько не стоит. Мы поняли друг друга.

Протягиваю свои часы в ответ, бесконтактная оплата проходит с тихим писком. С опаской прохожу к стеллажу и беру маску. Камера продавца не отлипает от меня, сопровождает каждое движение. Засовываю маску под пальто и выхожу на улицу. Пытаюсь успокоить дыхание, сердце стучит как бешеное. Захожу в переулок, оглядываюсь по сторонам и переоблачаюсь. Маска непривычно прилипает к лицу, в нос проникает запах старого пластика. Фиолетовый фильтр очков сменяется серой широкоугольной картинкой камеры. Хрупкое чувство безопасности пробегается по телу теплой волной и придает уверенности. Теперь я свой.

Иду к площади, с новым углом обзора улицы кажутся больше. Они давят своей длинной и однотипностью. Проходя мимо переулка, вижу, как группа циклопов избивает лежащего без маски. Он пытается защитится, но это не помогает против толпы. Совесть заставляет остановится, не пускает дальше. Удар в бок, ногой в лицо, давят пальцы. Один поднимает на меня камеру. Ловлю взгляд лежачего на себе. Глаза полные ужаса, мольбы о помощи и надежды.

Извини, мужик. Рисковать своей шкурой я не хочу.

Оцепенение проходит, быстрым шагом ухожу. Чистая площадь действительно чистая. Огромная бетонная платформа со странным столбом посередине. Высокий зеркальный прямой параллелепипед, отражающий весь город в своем теле, внушает подсознательное чувство страха, словно божество. Он видит все, он знает все.

Сверяюсь по координатам, объект должен быть около столба. Решаю понаблюдать из-за угла дома. Через минуту на площадь заходит человек в обычной одежде, без повязки, но в маске. Становится спиной ко мне. Сверяюсь с фотографией — вроде он, а вроде и не похож. Чтобы срисовать больше деталей, решаю пройтись мимо него и разглядеть с нескольких ракурсов. Серый фильтр камеры и маска на лице объекта сбивает восприятие, уверенности нет. Задерживаю взгляд слишком долго, циклоп, что-то заподозрив, разворачивается на меня.

Надо уходить, меня срисовали. Это какая-то подстава.

Быстро разворачиваюсь и ухожу обратно по улице. Сердце начинает разгонятся, а дыхание сбивается. Кажется, что улицы сужаются и хотят меня остановить. На секунду время останавливается. Из левого переулка выходят двое в белой форме. Они маршируют нога в ногу, медленно, но геометрически выверено для перехвата. Времени на размышления нет. Справа на здании замечаю старую вентиляционную трубу. Выхватываю пистолет и, не целясь, стреляю.

В замкнутом пространстве Купола выстрел разрывает воздух оглушительным хлопком и разлетается эхом повсюду. За ним закладывает уши грохот трубы, из которой вываливается густой белый пар конденсата и хладагента. Ныряю в

Несколько выстрелов прилетают в корпус Ворона и отдаются глухим стуком. Быстро подрываюсь, запрыгиваю в кресло. Впереди замечаю, что старый корабль уже наполовину вошел в шлюз. На максимально скорости догоняю его и прижимаюсь к корпусу в мертвой зоне. Старый трюк, но рабочий. Вторые ворота медленно выпускают нас в космос. Задаю маршрут на бортовом экране и переключаюсь на плечо.

Кусок рукава содран, из-под него течет кровь. Пуля прошла по касательной и оставила рваный обугленный желоб.

О нет, только не пальто. Где я второе такое же найду?

Действие адреналина ослабевает и передает эстафету боли. Сначала просто горящая полоса, потом пульсирующая боль накатывает волнами. В глазах все плывет, крик разрывает изнутри. Открываю бардачок, достаю аптечку. Магическим образом в ней ничего не поменялось.

Неделю назад же собирался в аптеку, но так и не слетал. Что-то«очень важное»помешало. Идиот.

Достаю старые бинты и пытаюсь перевязаться. Каждое движение дается все труднее, боль выбивает силы. Трясущейся рукой обматываю другую, затягиваю узел. Кровь бежит вниз, вытекает из рукава и капает на пол. Стук каждой капли напоминает о провале, тупости и вине перед Корой.

* * *

Всю дорогу я подбирал слова. Болящее плечо мешало сосредоточиться, слабость не давала собрать мысли, а совесть капала на мозги. Но время ушло.

Джет пересекает пояс глушилок, Сфера висит впереди. Безмолвно, холодно, с упреком. Плавно подлетаем к шлюзу и ждем.

Кора сейчас смотрит и решает. На ее месте я бы себя не пустил. Упрямый идиот, не умеющий держать язык за зубами. Таких я не люблю.

Индикатор шлюза пригласительно загорается. Ворон осторожно залетает, садится и выпускает наружу. Опять холодный ангар, опять закрытая дверь, как в первый раз. Стыдливое желание улететь панически выпрыгивает из подсознания. Куда-нибудь, только бы не встречаться с Корой глазами. Спускаясь по лестнице, промахиваюсь по ступеньке. Потеря равновесия, падение на пол. Волна боли пробегает по телу и взрывается в плече, дыхание перехватывает, в глазах темнеет. Злость на себя и бессилие выбивают слезы, а крик прокатывается эхом по ангару. Звук пропадает, только сердце стучит по ушам.

И я вот таким к ней пришел? Закатил скандал, улетел и вернулся как побитая собака? Как же жалко.

Чем дольше валяюсь, тем меньше шансов на подъем. Встаю и иду дальше трясущимися от перенапряжения ногами. Зрачок камеры укоризненно сопровождает меня. Держась рукой за плечо, утыкаюсь головой в стену. Вдох, выдох.

— Прости… Ты была права, — эти слова выбивают последние силы, ноги перестают держать.

Сползаю вниз, физически и морально. Уже нет даже желания держать лицо. Самоуверенность и тупость чуть не убили меня, а нежелание слушать разрушило отношения.

Резкий рев гермозатвора и следующий за ним свет дают надежду. Быстрые шаги, стук чего-то об пол, руки переворачивают меня. Кора. Садится рядом, снимает с меня пальто и лезет в аптечку. Инжектор с синей жижей внутри впивается в предплечье. Глубокий вздох, тело перестает трястись, голова проясняется, а боль в плече начинает уходить.

— Теперь это, — протягивает бутылку. Содержимое пахнет не очень, на вид однородное и вязкое. — Пей.

Тяжелая смесь, стекая по горлу, заполняет желудок. Она насыщает и дополнительно успокаивает. Кора приступает к ране, но на мгновение теряется. Пытается оторвать футболку от раны, жгучая боль заставляет шипеть.

— Без висения на волоске от смерти никак? — бубнит себе под нос, смачивая перекисью.

— Боюсь, смерть скоро облысеет, — крехтя отвечаю.

Серьезность на ее лице сменяется усмешкой. Обрабатывает рану, заливает полимерным спреем и накладывает эластичный бинт.

— Идти можешь? — она встает и подает руку.

— Да, но хочу еще немного посидеть.

Кора уходит вглубь станции. оставляя меня наедине с тишиной.

Она не отказалась, не глумилась, не упрекала. Просто залатала, как поломанный инструмент, несмотря ни на что. Может, так оно и есть.

Посидев еще немного и отдохнув, встаю и прохожу за ней. Воздух жилых помещений согревает, а коридоры уже не кажутся ловушкой. Нахожу Кору в, по всей видимости, спальне. На большой беспорядочно расстеленной кровати валяется электронная книга, светильник создает пятно света рядом, стул за компьютерным столом удерживает висящую одежду, а занавешенные шторы не пропускают космос внутрь. Кора наливает бокал вина, ложится на кровать и уставшим голосом говорит:

— Ну давай, рассказывай.

Сажусь рядом, придерживая плечо:

— Можно сказать, ты все знала заранее.

— Все новости закончились в Эдеме, — отпивает из бокала с ехидным лицом. — Давай в подробностях.

— Эдем… Это ты про тот старый бордель на ЛОС? — кидаю недоуменный взгляд.

Внезапный поток смеха выливается из Коры. Бокал в руке трясется, угрожая залить все вином. Замечаю красные круги под глазами. Недавно плакала.

Начинаю рассказывать. Голос хрипит, ноющее плечо периодически перебивает, а мысли путаются. Она изредка отпивает вино и кидает взгляды на меня.

— Ну, как-то так, — заканчиваю рассказ и жду реакции.

— Знаешь, сегодня утром ты был откровенным, — Кора пультом отвешивает штору.

Звездный свет просачивается в спальню, мы же отвечает космосу своими глазами.

— Я строила «Сигму» годами. Вложила все знания, деньги, душу. А потом пришли корпорации. Поначалу они действовали разрозненно. СОЮЗ давил административно: лицензии, разрешения, проверки — пугали в общем. Потом пришла Коалиция со своими офигенно выгодными предложениями. Деньги, контракты за пакет акций, даже членство предлагали. Представляешь? — запивает удивление вином. —

— Может, стоит продать бизнес? Зачем страдать дальше? — с опаской спрашиваю.

— Не буду ругать за тупые вопросы, хотя очень хочется. Продавать надо было в начале, в конфетно-букетный период. Но тогда я слишком много думала о людях и слишком мало о себе. А сейчас корпы в бешенстве. Как только я продам «Сигму», меня убьют, — ставит пустой бокал на тумбу.

— Прости за еще тупой вопрос, но почему они не могут просто отжать мастерские?

— Они могут отжать бетонные коробки с кучей хлама внутри, но не цифровую архитектуру, которая управляет всем процессом в масштабе Луны. Без нее со мной бы и разговаривать не стали, — накрывается одеялом.

Как же много лишнего я сказал тогда, у нее просто железная выдержка. Вдуматься только: две сверх-конторы, поделившие весь мир, не могут продавить одну девушку. Я бы похлопал, если бы не плечо.

Тишина заполняет комнату, как запах вина. Мы неотрывно смотрим на звезды и просто сидим рядом. И кажется, что так должна пройти целая вечность.

5. ХОЛОДНАЯ СВАРКА

— Отвезти один кейс на МОС, — Ли ставит стакан в держатель стола.

В помещении висит полумрак, робот-официант развозит подносы, а Волтер обслуживает клиентов за барной стойкой. Рядом с Ли сидит Дюбин и сверлит меня зрачком своей камеры.

— На МОС, значит, — сзади кто-то кладет мне руку на плечо.

Это Кусто. Его пальцы впиваются в плечо холодной хваткой. Он улыбается и собирается сесть рядом. Я срываюсь с места и выбегаю из бара.

Что происходит? Почему я здесь?

Оказываюсь на серой улице Мертвого купола. За крышами домов за мной наблюдает огромный зеркальный обелиск. Мое отражение на нем разрастается, поглощая дома, улицы, космос. Из переулков показываются ровные шеренги циклопов с прикованными ко мне взглядами. Ритмичный гул их шагов становится все громче, сливаясь в один давящий, сотрясающий землю тон. Ощупываю свое лицо. Щеки, нос, скулы. Маски нет.

Разворачиваюсь и убегаю вдоль по улице. Толпа циклопов накатывает сзади, расширяясь за счет новых притоков.

Не оборачивайся, просто беги!

Выстрел. Пистолет, внезапно оказавшийся у меня в руке, разрывает вентиляционную трубу. Ныряю в мутное облако конденсата.

Марш толпы пропадает, отдавая пространство монотонному  гулу. Густая тишина темных коридоров останавливает меня, заставляя оглянутся. Я на Сфере. Мои медленные шаги отдаются эхом, но остаются без ответа. Зайдя в спальню, обнаруживаю полулежащую на кровати Кору. Темные волосы закрывают лицо, руки сложены на животе.

Подхожу ближе, пытаюсь что-то сказать, но слова застревают в груди, пока язык беспомощно дергается во рту. Через мгновение ее волосы оказываются собраны в пучок, а во лбу зияет ярко-алое, с обугленными краями пулевое отверстие. Кровь, обходя глаза и нос, стекает вниз и капает на грудь. В глухом стуке капель узнается голос. Ее голос.

— Ну и натворил же ты дел, — от тени около окна отделяется Ли.

Он подходит ближе, достает пистолет и направляет мне в лоб. Его лицо не выражает ничего: ни ярости, ни насмешки, ни горечи. Оно пластмассовое, как маска.

— Свой выбор я сделал, — нажимает на спуск.

Из ослепляющей яркой вспышки вырывается пуля, уносящая на кровать и придавливающая прессом. Тело оказывается в холодном поту, горло забито комом, легкие прорезаются тяжелым вздохом. Рана бьет кайлом в плечо, сводя руку болью, а собственный крик окончательно выжигает остатки сна.

Сквозь искажение от слез пробивается звездный свет, отражаемый металлической поверхностью потолка. Вытираю лицо правой рукой и хватаюсь за плечо, пульсирующее в такт сердцебиению.

В ответ на мои стоны зашевелилось одеяло. Поворачиваю голову и вижу Кору, растерянно смотрящую на меня широко раскрытыми глазами. Тоже проснулась от крика.

— Ты жива?! — хрип вырывается быстрее, чем я успеваю подумать. — Как я рад…

Слова даются с трудом, голос срывается. Кора вскакивает, поднимает аптечку на кровать и достает медикаменты. Первым делом вкалывает стимулятор. Охлаждающая волна прокатывается по телу, заглушая боль.

Трясущейся ладонью дотрагиваюсь до нее. Мягкая ткань черного халата защищает теплую твердую руку.

— Точно реальная, — с облегченным вздохом убираю ладонь.

— Кошмары? — не глядя в лицо меняет бинт.

— Прошлое. И… — язык ударяется в зубы и уходит к небу, ликвидируя ненужное слово. — И всякий бред.

Остатки сна отступают перед реальностью, оставляя липкое послевкусие. Кора заканчивает бинтовать и помогает передвинуться к спинке кровати.

— Старайся поменьше ерзать. Я принесу поесть, — быстро уходит из комнаты.

Повисшая тишина укоризненно давит на голову и выдавливает мысли.

Впервые чувствую себя так беспомощно. Разное, конечно, было в жизни, но чтобы так… С каждым днем я должен ей все больше и больше, а она все еще не выкинула меня в космос, помогает и не требует ничего взамен. Почему?

Металлический звон ложек, появившийся в двери, становится все ближе. Это Кора идет с двумя столиками-подносами, водруженными друг над другом. Улыбаясь, ставит один мне, и со вторым ложится рядом. На подносе стоит закрытый контейнер, из щели которого пробивается ароматный пар. Пытаюсь открыть здоровой рукой, но крышка плотно держится.

— Хорошо, что левую руку ранили, — Кора помогает. — Иначе пришлось бы кормить с ложечки.

Ауч, а вот это было больно.

Моя же спасительница улыбается и принимается за еду.

— Слушай, тут такой вопрос, — пробую первую ложку. — Почему ты меня впустила? На этот раз.

Кора замирает и, не поворачивая голову, смотрит из-подо лба.

— А надо было развернуть тебя обратно? — переводит взгляд в окно. — Туда?

В ее словах чувствуется страх. Перед необъятным, неизвестным и пустым. Космос. А может, люди? В любом случае, она решает заесть эти мысли.

— Ну, я доставляю тебе только головную боль. И да, прости за те слова про… — перебиваю себя супом. — А теперь еще и рука.

Кора отрывается от еды и приставляет палец ко рту. Задумчивый взгляд и пауза сменяются резким оживлением:

— А, так ты хочешь, чтобы я тебя припахала? Тогда сегодня летим на встречу.

Замираю с ложкой у рта:

—Что? Какую встречу?

— Пока ты активно занимался самоубийством, я решила поднять некоторые связи. И вышла на кое-кого интересного. Он поможет в нашем деле, — отставляет поднос на тумбочку.

— Слишком много в нашей жизни стало цветов. Хочется чего-то серого, однородного. Не так ли? — Кора встает и начинает потягиваться, глядя в окно.

— Некоторые цвета я точно хотел бы видеть реже. Встреча опасная? — отставляю поднос и пробую шевелить раненым плечом.

— Нет. Вряд ли. Не знаю. Поэтому прошу, побудь рядом, — Кора разворачивается и идет ко мне.

— Да, без проблем. А с кем встречаемся-то? — встаю и следую за ней.

Кора выводит меня в коридор, а сама делает шаг обратно в комнату.

— Давай обсудим это в джете, — дверь закрывается перед лицом.

Она решила включится в игру? Кто ей придал столько смелости? Или это все-таки ловушка? Нет причин не доверять, конечно. Пока нет.

Пока Кора собирается, иду умываться. На раковине замечаю стоящую бутылку жидкой пасты. Открываю крышку, принюхиваюсь. Мята, цитрусы и еще какие-то ароматизаторы. Решаю попробовать. Жидкость, щекоча десны, шипит, между зубами чувствуется пустота, а мятная свежесть заполняет рот. Выплевываю, осматриваю зубы. Они явно стали белее, а камни между растворились.

Надо будет взять такую бутылочку на борт как-нибудь.

Закончив, направляюсь в ангар. Плечо реагирует на смену температуры и начинает немного ныть. Медленно забираюсь в Ворона и прогреваю его.

— Что с жизненными показателями? — вместо доброго утра спрашивает Ворон.

— А? — не сразу врубаюсь, кто говорит. — Это ты. Пока что на стимуляторах держусь, но в целом жить можно.

— Я не стал вчера говорить из-за этики, но сегодня скажу. По моим прикидкам для вчерашней вылазки ты использовал примерно 3% от своего коэффициента айкью. Такая стратегия повышает риск внезапного приступа смерти.

— Да я знаю, — смотрю на входную дверь, — там все было сложно.

— У вас, людей, всегда все сложно. Пока не начинаешь разбираться.

— А тебя никто и не просит. Почему не слышно радости в твоем голосе? Я живой так-то, — замечаю входящую в ангар Кору.

— Пусть она радуется, а я тут для “подумать”.

В белом мешковатом скафандре с компактным модулем жизнеобеспечения направляется к джету. Со шлемом под мышкой по ходу настраивает что-то на панели управления.

Мы будем выходить в космос? Странная встреча намечается.

Металлический стук лестницы предвещает появление Коры на джете. Она шлем кладет в шкаф к моему скафандру, достает похожее на старый предохранитель устройство, и спрашивает:

— Где у тебя тут модуль связи? Хочу глушилку установить.

Молча указываю на щиток рядом с приборной панелью. Громкий щелчок ручки, дверца отъезжает влево. Кора, встав на колени, втыкает глушилку и подключает к ней несколько кабелей.

— Проверь, должна была пропасть связь, — высовывает голову, опираясь рукой на дверцу.

— Не, еще в сети, — на панели продолжают гореть все полоски.

— А сейчас? — с глухим стуком подбивает гаджет кулаком.

На экран высвечивается сообщение о потере соединения. Через пальто проходит вибрация. Достаю телефон и вижу, что даже на нем пропала связь.

— Я так понимаю, встречаемся мы не с уборщиком из офиса Коалиции? — помогаю Коре подняться.

— Ты почти угадал. Бывший вице-президент, — она падает в кресло.

— У тебя такие друзья? Не в те воды я заплыл, ой не в те, — поворачиваю кресло вперед и облокачиваюсь на спинку. — Сегодня поведешь ты?

— Я надеялась, что поведет Ворон, — Кора поднимает голову ко мне.

— Он с радостью. Только скажи место, — опускаю голову к ней.

Ледяной блеск ее линз смотрит куда-то сквозь меня, затянутая поверхность шрама на щеке отражает красный свет дежурного освещения, а губы пропускают слова:

— Пояс астероидов возле Луны.

На мгновение легкие закрыли свои шлюзы, а к носкам ног пробежала холодная дрожь.

Мне не казалось, в том месте реально что-то происходит. Случайным свидетелем скольких тайных встреч я стал за все время?

— Вице-президент… в поясе астероидов. Ты не перепутала координаты? Может, ресторан в Столичном Куполе? — начинаю бегать взглядом по ее скафандру.

—От должности у него остались только некоторые знания. И большая обида. Поэтому нет, астероиды, — улыбкой перетягивает мое внимание.

— Услышал, Ворон? Взлетаем, — от резкого взлета хватаюсь за поручень сверху.

* * *

Ворон медленно подплывает к поясу астероидов, давая осмотреться. Время тут стоит на месте, сопротивляясь гравитации Луны. Между исполинскими валунами парят мелкие булыжники и покинутые промышленные корабли. Рядом с оборудованным старой вышкой астероидом висит белый гражданский джет. Плавный, компактный и устаревший.

Похоже на арендую модель. У таких обычно не выговариваемое китайское название.

Подлетаем ближе и останавливаемся. Подхожу к шкафу со скафандром, перекладываю пистолет в кобуру и надеваю. Сервоприводы облегчают движение раненой рукой, а тяжелые шаги будят Кору.

— Уже прилетели? — протирает глаза и встает с кресла.

— Стремная встреча в стремном месте, — подаю   ей шлем и надеваю свой.

— Сама не в восторге, — Кора становится за мной и скрепляет нас тросом.

Защелкиваю карабин висящей над выходом лебедки, Ворон отключает гравитацию и закачивает весь воздух обратно в систему. Дверь открывается.

Яркое солнечное пятно прилипает к визору, звездная сыпь расфокусирует взгляд, а вакуумная пустота заставляет сердце пропустить удар. Наклоняюсь вниз и отталкиваюсь от джета, отправляя нас к астероиду. На дисплей приходит входящий звонок от Коры.

— Вау! Я несколько лет не была в открытом космосе! — немного смущенный голос из динамиков. — У меня мурашки по телу.

— Может, тебе просто холодно? — поворачиваюсь корпусом к ней.

Она водит руками, вертится по сторонам. Солнцезащитное покрытие на ее визоре не дает разглядеть лицо, но скорее всего там детский восторг.

Поворачиваюсь обратно к астероиду и готовлюсь к приземлению. Поверхность совсем близко, разворачиваюсь ногами вперед и короткими очередями выпускаю газ из клапанов на спине. После замедления плавно становлюсь на грунт, пока Кора летит в паре метров сверху. Не тормозит, беспорядочно шевелит руками, из динамика слышны растерянные звуки.

— Ой, Якуб, я сейчас…

Подгибаю колени, готовлюсь ловить. В моменте показалось, что я промахнулся, что она пройдет мимо. Через секунду скафандр влетает в меня. Соединяю руки у него за спиной, экзоскелет принимает и перераспределяет всю энергию, полностью останавливая летящую Кору. Держу ее еще какое-то время, пока она не прерывает тишину:

— Прости, тебе

— Мы же в вакууме, тут все легкое, — ставлю Кору на поверхность.

Она осматривает свой скафандр и меня. Я же держу взгляд на прокатном джете. Из открывшейся двери показывается белый силуэт. Он отделяется от джета и летит к нам.

— И все-таки, ему можно верить? — спрашиваю у Коры.

— Может быть, только таким.

Кладу руку на кобуру, делаю шаг вперед. Корпорат приземляется и идет к нам. Поднимая клубы пыли, медленно шаркает по грунту, не отрывая ног.  Останавливается в паре метров с вопросительным жестом.

— Он ждал меня одну, — Кора таким же образом подходит к нему еще ближе, оставляя меня позади.

Он успокаивается и протягивает руку. Кора копается в подсумке на поясе и дает ему флешку. Вице-президент вставляет ее в планшет. Секунды ожидания, будто искаженные черной дырой, превращаются в минуты и часы. Свай влево, пару нажатий и одобрительный кивок в конце. Вытаскивает флешку и отдает Коре.

— Фух, отлично, — облегчение в ее голосе передается и мне. — Лови меня.

Она начинает аккуратно идти ко мне задом, а агент нажимает кнопку на своем тросе и взмывает вверх к джету. Двигатели заводятся и уносят его прочь.

—Да, это то, что нужно! — Кора смотрит в экран декодера с воткнутой туда флешкой.

— Все прошло слишком гладко, — голос опыта вырывается наружу.

— Не всегда все заканчивается перестрелкой, — Кора бросает короткий смешок.

Она кладет декодер в карман, делает пару шагов вокруг и осматривается:

— Тут так красиво. Давай еще немного тут побудем?

— Что красивого в заброшенной астероидной шахте? — сажусь на грунт, экзоскелет поддерживает спину.

— А ты посмотри под другим углом, — она садится сзади и облокачивается на меня. — Луна, огни куполов, цепочки грузовых кораблей.

— Вспышки варпа и триллионы звезд. Я тоже умею в поэзию, — пытаюсь взглядом охватить весь пейзаж.

За суетящимися вокруг Луны людишками, словно мать, издалека присматривает Земля. Ревниво, завистливо и безнадежно. Рано или поздно мы покинем эту старуху, а может, убьем окончательно.

— А что на флешке? — вожу ладонью по грунту.

— Ключи от баз данных Коалиции. Возможно, устаревшие, возможно недостаточные. Но лучше, чем ничего.

— То есть, ты сможешь хотя бы на время, но вычеркнуть нас из расстрельного списка? — от осознания рука замирает.

— Главное, не попасть в него вновь, — фыркает от смеха.

В это просто невозможно поверить. Пальцы задрожали, из груди разливается тепло. Это просто джек-пот.

Может быть, она права? Тут реально неплохо. А может, с ней неплохо?

* * *

—Мне определенно нужно кресло рядом с твоим, — Кора подходит сзади и опирается на приборную панель.

Ворон залетает в ангар Сферы и резко садится, пошатнув Кору.

— Требуется заправка. Хотя бы иногда — жалуется система.

— Похоже, нам есть чем занятся, — Кора направляется к выходу. — У левой стены найдешь колонку. Как закончишь, зайди ко мне.

Достаю из холодильника воду, делаю пару бодрящих глотков и спускаюсь из джета. Слева от Ворона действительно стоит вмонтированная в стену топливная колонка. Подхожу, на дисплее выставляю 400 литров, беру кабель заземления, заправочный пистолет и иду к борту Ворона. Магнитный замок со щелчком закрепляется на обшивке корпуса, мигая зеленым светом. Открываю люк бака и, сняв пылезащитную заглушку, вставляю пистолет в горловину. Молюсь всем известным законам физики, проворачиваю пистолет на 90 градусов и выставляю автоматический режим заправки. Колонка загудела, шланг начал вибрировать, а пистолет вести отсчет синим датчиком. Аккуратно убираю с него руку, будто боясь спугнуть, и ухожу вглубь станции искать Кору.

Приятный запах с порога ведет меня на кухню. Войдя, я не поверил своим глазам. Кора ставит тарелки на стол возле иллюминатора, разливает вино по бокалам и зажигает электрические свечи. Но главное — это еда. Стейк из настоящей говядины, лежащий на листьях салата рядом с овощами, источает манящий пар. Слюна заполняет рот, глаза расширились, а желудок тянет к столу.

Кора присаживается и пригласительно смотрит на меня. Падаю на стул, жадно тянусь к вилке и уже представляю вкус стейка во рту.

— Сначала выпьем, — Кора берет бокал и подносит ко мне.

— Ты опять спасаешь мою жизнь. Не надоело? — подношу свой бокал в ответ.

— Я начинаю входить во вкус, — звон бокалов ставит точку.

Немного призадумавшись, осматриваю кухню. От былого срача не осталось и следа. Все аккуратно разложено, нет пустых коробок и бутылок, раковина пуста. С чего бы это?

Делаю несколько медленных глотков и набрасываюсь на стейк. Сочный, насыщенный, яркий вкус говядины заставляет мычать от удовольствия.

— Нравится? — вино на ее губах делает улыбку слегка зловещей.

— Лучшее, что я ел за последние годы, — отрезаю кусок стейка.

Повисла небольшая пауза, прерываемая стуком вилок и звоном бокалов.

— Ирвин, — делает еще глоток, — Кора Ирвин.

Я думал, она будет играть в партизанку до конца. Что-ж, похоже сегодня вечер откровений.

— И как же Кора Ирвин дошла до жизни такой в свои…

— Мы ровесники. — ставит бокал на стол и начинает водить глазами по потолку. — В один момент просто не послушала родителей.

— Я тоже, — с хрустом раскусываю огурец. — Мои хотели, чтобы я просиживал штаны где-нибудь в офисе. Но я хотел к звездам, в космос, во всю эту движу. Не уверен насчет романтики, но движ я точно получил.

— А перед тобой сидит несостоявшаяся наследница компании “Spaceship”. Может, слышал о такой? — Кора возвращается к еде. — Что-то у нас обоих определенно не сложилось.

— Это которая проектирует спутники и ракеты? — накалываю лист салата. — Да это же просто бесконечные бабки. Как так?

— Не люблю быть кому-то должной, даже родителям. Мне не оставили выбора, — мнется, но через секунду продолжает — Поэтому я улетела на Луну за новой жизнью.

— И как тебе новая жизнь? — делаю пару глотков.

— Поначалу было неплохо, работала в мастерских, привыкала к лунным условиям. Потом кредит, открытие первой точки, клиенты потекли. — на лице появляется ностальгическая улыбка. — А потом вот это.

Кора подбирает седую прядь и, отворачивая голову, выставляет ко мне. От вида этих пепельных полосок среди черных волос 25-летней девушки становится не по себе. Они притягивают взгляд и,

Она собирает волосы обратно и поворачивается ко мне:

— Я говорила про кресло. Поможешь занести?

Запиваю образовавшийся ком и выдыхаю:

— А я давал разрешение? Разрешаю. Помогу.

Вытираемся, встаем и уходим с кухни. Освещение двигается за нами из коридора в коридор, шаги пробиваются эхом.

После этого поворота я окончательно запутался. Как она тут ориентируется вообще?

— А откуда у тебя эта станция? — прерываю образовавшийся немой марш.

— Собрала из консервной банки и гвоздей, — Кора оборачивается на ходу. — Купила, откуда еще.

Доходим до инвентарной комнаты. Стеллажи, коробки, несколько шкафов, освещаемые наполовину перегоревшей потолочной лампой. Через завалы хлама продираемся до стоящего в углу кресла. Я обхватываю его руками, Кора подкатывает тележку, приподнимаю и ставлю. Тяжелое, но надежное.

— Откуда оно вообще у тебя? — выдыхаю и берусь за ручку тележки.

— Недавно поступил корабль на разборку. Авария в кашу просто, но пилот выжил. Вот и решила прихватизировать, мало ли пригодится. Пригодилось, — скрепляет ремнями.

Выходим из кладовки. К бассу шагов встраивается скрип тележки и монотонный гул трения колес об пол.

— И ты уверена, что бывший владелец никак не следит за Сферой? — добавляю свой голос.

— Сфера? Это ДЗ-0. — Кора идет впереди, поправляю волосы. — Амбициозный прототип компании “StarHomes”. Красные хотели купить ее за бесценок, поэтому устроили торговую войну и разорили. Однако, Сф… ДЗ-0 мне тоже приглянулась, и я договорилась с владельцем.

— Дальновидная покупка, получается, — меняю хват руки.

— Мне кажется, с нее все и началось. Красный клерк очень хотел этот бизнес, а я перешла ему дорогу, — придерживает дверь в ангар.

— А что с бывшим владельцем? — подкатываю тележку к Ворону.

— Сейчас? — Кора останавливается и складывает руки на груди. — Скорее всего его отправили покорять космос. Без скафандра.

Передо мной вырисовывается интересная инженерная задачка. Как затащить тяжелое кресло вверх по лестнице? Правильно, отдать всю работу машине. Переставляю кресло с тележки на нижнюю ступеньку, сажусь выше и придерживаю.

— Эй, Ворон! Складывай лестницу, но только меня не скинь.

С небольшим рывком лестница поехала вверх. Кора удивленно наблюдает за этим и чешет бровь. Движение прекращается, немного качнув меня вперед. Аккуратно встаю и захожу в джет. придерживаю рукой спинку.

— А теперь давай дальше, — обхватываю двумя руками.

Лестница медленно уходит в корпус, поднимая кресло все ближе. На последней ступеньке оно начинает кренится вперед. Напрягаю мышцы и, падая всем весом назад, затаскиваю кресло внутрь. С громким стуком оно бьет об пол, придавливая раненую руку. Резкая боль разгорается в плече, глаза сжимаются, а легкие выдают крик. Вытаскиваю руку и переворачиваюсь здоровый на бок, виски отдаются пульсацией от каждого движения. Собравшись с силами, приподнимаюсь правой рукой и вытираю лоб. Плечо начинает успокаиваться, отзываясь только глухой болью. На борт заскакивает Кора с аптечкой и падает ко мне:

— Так и знала, что этим все кончится, — открывает оранжевый ящик.

— Надеюсь, оно того стоило, — смотрю на спинку лежащего кресла.

Обезбол, замена повязки, ее разгоряченные руки. Кажется, к этому можно привыкнуть.

— Я провожу тебя до кровати, а потом сама поставлю. Не впервой, — закрывает аптечку.

Сам встаю, спускаюсь по лестнице и в ее сопровождении дохожу до спальни.

— Можешь не раздеваться, если не хочешь. Я все равно буду менять постель, — помогает плавно лечь и собирается уходить.

— Кора, — фокусируюсь на блестящих серых глазах. — Спасибо.

— Тебе спасибо, — выходить из комнаты и закрывает дверь.

Недели не прошло, а я тут уже почти прописался. Заказчики иногда проверяют на вшивость дней 10 после каждого дела, даже если работаем уже несколько лет. А с ней… Как-то и летать никуда не хочется. Бред какой-то.