Проблемы логистики

Глава 1

Сегодня будильник в качестве сигнала выбрал шум листвы, постепенно превращающийся в непреодолимый гул разъярённого шторма. Васька-Прицеп секунд десять наслаждался приятным звуком, потом с видимым неудовольствием всё-таки заглушил нетерпеливый механизм.

– Да не сплю я, отстань. Как будто у меня есть срочные дела.

Белковый концентрат на завтрак. Он же на обед и ужин, только с разными вкусами. Короткая прогулка в санузел, затем долгая зарядка – нельзя терять форму, годы-то уже не те.

После – отдых. Прицеп в такие моменты садился возле иллюминатора и с наслаждением всматривался в бездонную тьму космоса, наполненную сиянием далёких звёзд. Внутренний покой и умиротворение наполняли всё его естество.

Все заботы и проблемы уходили на второй план. Василий Константинович Смолин, который был более известен по прозвищу Прицеп, сливался душой с восхитительной пустотой, царствующей на миллиарды километров во все стороны.

Васька-Прицеп был счастлив.

***

– Прицеп!

– Чего тебе?

Распахнувшаяся дверь кабинета впустила взъерошенного Семёна с третьей линии.

– У меня грузовик с Ганимеда пришёл на день раньше положеного.

– И?

– Куда мне его?

– Так на третий путь и принимай.

– Там очередь расписана на две недели вперёд! Пирофорные алмазы с Дзи-три мне на пол выгружать что ли?

– Ну тогда пусть летают сутки, ждут своей очереди, – Прицеп догадывался, что проблема гораздо глубже, но гнал от себя нехорошие мысли. Утро и так не задалось.

– Идея хороша, но эллипс ожидания у нас недели четыре, у них топлива для манёвра не останется.

– Пусти их на трёхдневный эллипс.

– Вась, я всё уже передумал, – вздохнул Семён и плюхнулся на старый табурет. – У нас реально проблемы.

Грузовой узел ДР-214, именуемый среди космонавтов «дырой» был третьим в заселённой части Галактики по загруженности. Две колонизированные планеты с почти миллиардным населением, пять космических станций, развитая промышленность – всё это привело к тому, что некогда скромный логистический блок на станции «Ирея» стал самостоятельным и отправился в полёт по своей собственной орбите.

Но близость пяти станций и двух планет с кучей спутников на орбите сделали то, что казалось почти невозможным на заре освоения космоса – в межпланетном пространстве стало слишком тесно.

– Так что не так с трёхдневным эллипсом?

– А то, что завтра мы проходим мимо Лилота, а там навигационные спутники в радиусе пятидесяти тысяч километров заполняют всё пространство. Нет у нас ни трёхдневной петли, ни восьмидневной в ближайшую неделю.

– Чёрт!

– Грузовик идёт прямо на нас, если в течение шести часов мы не найдём ему коридор, то это будет катастрофа.

***

В лабораторном отсеке Прицеп запустил дистиллятор. Вода гналась из всех найденных отходов со скоростью примерно пол-литра в час. Восемь часов работы, и можно было пару дней жить спокойно, не заботясь о питье.

Проверка приборов заняла не так много времени, всё-таки автоматика – величайшее изобретение человечества. Прицеп не ожидал увидеть ничего нового, за последний год он привык к одним и тем же результатам. Медленно сокращалось расстояние до цели, связь всё так же не работала, в научном отсеке разгерметизация.

Хвала пульсарам, что хоть медицинский и аналитический отсеки были целы.

Сценарий в этот раз не изменился. Прицеп хмыкнул себе под нос что-то невразумительное, сел в кресло с кружкой воды и снова расслабился. Разноцветье огней на панели напоминало ему прежнюю жизнь.

Скучал ли он по ней? Скорее нет, чем да.

***

– Евгеньич, я тебя пока по-хорошему прошу – отлей топлива на «Террион», пусть они спокойно полетают по орбите, а недостачу я тебе тут на станции, компенсирую! – Прицеп уже битый час договаривался, просил, угрожал, шантажировал, умолял, но коридор для грузовика всё еще был недостаточно широким.

– Да верю я тебе, – отзывался с экрана капитан «магнита», перевозчика топлива, – но ты вообще хоть что-то в термояде понимаешь? Я ж не соляру для тракторов музейных вожу. У меня там плазма трёхмиллионная, мне чтоб перелить что-то надо часов на десять весь корабль тормозить.

– Вообще что ль никак?

– Всё, отстань, мне работать надо.

Связь прервалась. Прицеп откинулся в кресло, потирая виски. Тем временем в кабинет без стука вломился Семён:

– Ты временной коридор расчистил? Я нашёл причал подходящий.

– Да, окно в полчаса у них есть. Где свободно? – Прицеп вскочил с кресла. Он был готов бежать принимать грузовик прямо сейчас.

– Шестой путь. Там сейчас почтовик стоит, разгружается, можно их поторопить. И связка колонизаторов уже загруженная. Если колонизаторы выпустить, им окно большое не нужно, через час можно это провернуть, если научник с Земли с маршрута убрать.

Запустить колонистов, чтобы впустить грузовик. Убрать научное судно, чтобы запустить колонистов. Интересно, размышлял Прицеп, что нужно для того, чтобы убрать научник с маршрута. Квест грозил стать бесконечным.

– Нужно лишь позвонить их начальству и дать капитану разрешение на ранний набор скорости, – вставил Семён. Прицеп понял, что последнюю фразу он сказал вслух.

– Тогда я свяжусь с Землёй, а ты бегом к шестому пути, потом держи связь с этим чертовым грузовиком.

Семён выскочил из кабинета, а Прицеп, вздохнув, начал искать владельцев научного судна.

***

Снова забились воздушные фильтры, и Прицепу пришлось лезть в технические коридоры, чтобы заменить их. С одной стороны хотелось возмутиться тем, что создатели корабля не удосужились поставить нормальное оборудование.

С другой стороны – спасибо создателям, что тут вообще не вакуум, и есть минимальный запас кислорода.

С грустью приходилось констатировать, что запасных фильтров может не хватить до конца полёта. Значит, стоит меньше дышать, грустно подумал Прицеп.

Надо экономить воду, фильтры, кислород, стекло в лаборатории, радиационную защиту. Лишь еду можно не экономить. Её лишь надо грамотно разморозить.

Прицеп вздохнул, выходя из технического коридора. Но потом он выглянул в иллюминатор и улыбнулся пробегающим мимо в гиперпрыжке звёздам.

***

Прицеп с Семёном вошли на ангар шестого пути и обомлели.

– Ты тоже это видишь?

– Вижу.

Меньше всего беспокойства вызывал приютившийся у самой стены грузовик почтовой службы. Среднего размера, он почти не помешал бы здоровенному тяжеловозу с Ганимеда.

Гораздо больше беспокойства вызывали коробки, контейнеры, ящики, пакеты, в обилии раскиданные вокруг почтовика. Работники сидели у трапа и спокойно курили.

И одинокий колонизатор, стоящий в самом центре, словно отставший от стаи птенец.

– Я ваш реактор стержень шатал! – заорал Прицеп на весь ангар. – Какого пульсара вы не убрали весь груз?

– Так не надо же уже, – один из работников, судя по всему, бригадир, встал и подошёл, – мы ж думали, что сюда грузовик идёт, а вон, смотрите, колонизатор стоит спокойно. Значит, никакого грузовика нет.

Прицеп потерял дар речи от такой железобетонной логики, но всё же выдавил:

– Вас тут не думать поставили, а работать. Вам приказ кто-то отменил?

– Нет, но…

– Ну вот и бегом! Убирайте всё отсюда!

– Ну щас начнём, чего паниковать-то? – бригадир спокойно развернулся и пошёл к своим. – Часа за три управимся.

– У вас двадцать минут.

– Чего-о-о? – бригадир аж выронил сигарету.

Но Прицеп его уже не слушал, а повернулся к Семёну. Догадливый помощник уже связывался с кем-то по фону, и теперь отчитывался:

– У них прибыли не все криоконтейнеры с колонистами. А запускать корабль без груза они не хотят.

– Да грёбаный пульсар! Кто ж их просил запускать-то в гипер? Речь шла о «покрутиться на орбите» недельку, потом зашли бы вместе со своими же, они как раз через десять дней приходят.

– И что нам теперь делать?

Словно в ответ на вопрос раздался звук входящего сигнала. Прицеп нажал на кнопку приёма, и над запястьем появилась голосфера с лицом капитана грузовика.

– Мужики, я дико извиняюсь, может, чего-то не понял, но я иду к шестому пути, а ангар закрыт.

– Сколько еще лететь?

– Полчаса. Я и так на минималках иду, медленнее некуда.

– Иди спокойно, сейчас откроем ангар.

– Принял.

Сфера потухла, а Семён с недоумением глянул на шефа.

– Прицеп, тут места нет для тяжеловоза.

Голова начальника гудела от напряжения. Казалось, что может быть проще – четко выполнять инструкции главного. Но нет, каждый вдруг обзавёлся собственным мнением о ситуации. И в итоге к станции летит тяжелый грузовик, а принять его негде.

– Нет места, значит, сейчас сделаем. Иначе хана.

И направился к кораблю-колонисту, на ходу вызывая сферу управления.

– Код два-три-девять, аварийная ситуация. Компьютер, ручной контроль над ангаром и судном «Логос-12».

– Ручной контроль включён, – раздался приятный женский голос из динамиков.

– Открыть створки ангара через десять минут.

– Принято.

Прицеп говорил громко, поэтому почтовики услышали всё до последнего слова. И дружно вскочили.

– Начальник! А груз?

– Приказ убрать ящики прозвучал пять часов назад. Официально их тут нет, так что это теперь не мои проблемы. Вон все из ангара!

– Прицеп! А ты куда?

– Семён, тебя приказ тоже касается. Вали отсюда, тебе ещё грузовик вести.

Люди бросились к выходу. Семён шёл последним, проверяя, все ли убрались из опасной зоны. Последнее, что он увидел на выходе, была фигура шефа, забегающего в оставшийся корабль-колонист.

Десять минут пролетели незаметно, и Семён едва успел дойти до пульта слежения, как створки ангара начали медленно открываться. Почтовый груз стремительно вылетел в открытый космос, словно конфетти из хлопушки. Стоящий рядом бригадир почтовиков схватился за голову и едва слышно застонал.

– Могли и сами вылететь, скажи спасибо, – как мог утешил его Семён.

Корабль-колонист уже двигался к выходу из ангара, не дожидаясь, когда он откроется полностью. Верхняя часть корабля зацепилась за створки, во все стороны полетели обломки антенн и часть обшивки. Следящие за происходящим замерли.

– Связь снесло напрочь, – тихо произнёс бригадир почтовиков.

– Мужики, я снова дико извиняюсь, – раздался голос из фона. – Ворота открылись, всё нормально, но мне навстречу летит какой-то заморыш. Скажите ему, что я не буду ради его спасения маневрировать, тут и так тесно.

«Логос-12» медленно выползал навстречу грузовику. В столкновении у него действительно не было шансов. Но уже спустя пару минут стало ясно, что собирается делать Прицеп.

Колонист резко сменил направление полёта и начал движение перпендикулярно курсу грузовика. Семён резко дёрнулся к пульту и открыл схему движения кораблей.

– Он же сейчас в соседний поток врежется, – кто-то из зрителей ахнул.

– Не врежется, – пробурчал Семён, связываясь с кем-то по фону. – Капитан «Верзилы», укрепите курс. Повторяю, капитан «Верзилы», включите маневровые, укрепите курс.

– Прицеп что, в гипер собрался? Без связи?

«Логос-12» набирал ход, уйдя с пути грузовика, но опасно приближаясь к «Верзиле». Там тоже всё поняли и включили двигатели, стабилизируя движение.

– Не успеет.

– Должен успеть.

– Проскочит.

– Проскочил!!!

Силуэт колониста размылся, и тонкая линия улетела куда-то далеко в космос. «Верзила» слегка вздрогнул, когда пространство возле корабля на мгновение изменило свои свойства. И через секунду пейзаж на обзорных панелях стал прежним: ряды кораблей, снующие туда-сюда технические боты и чернота космоса где-то вдали.

– Говорит капитан «Моряка», – раздался голос из фона, – противометеоритная защита поймала в прицел плюшевого медведя. Это нормально, что у вас тут такое летает возле станции? Может поймать его и вернуть хозяину?

***

«До цели 735 дней». Эта надпись светилась над обзорной панелью «Логоса-12». Прицеп сделал её в первую же неделю, когда разобрался с управлением и понял, куда летит корабль.

Пусть горит, и напоминает, сколько ещё лететь.

Пару раз его посещала мысль, что надо бы попытаться выйти из гипера и повернуть обратно, к дому. Но несколько факторов не позволяло ему этого сделать. Во-первых, усталость от прежней жизни. Желание послать всё к чёрту, пусть они там сами варятся на своей логистической базе, рассчитывают маршруты приходящих и уходящих кораблей, ругаются с капитанами и руководителями компаний.

Во-вторых, конечно же, абсолютное неумение управлять кораблём. Включить автопилот и задать первый вбитый в базу маршрут Прицеп смог. А вот остановиться и изменить настройку автопилота – это было уже вне компетенции руководителя секции логистики.

От добра добра не ищут, решил Прицеп и просто летел куда-то к пригодной для жизни планете. Вероятность того, что там реально можно жить, оценивалась обычно процентов в пять.

Если же нет, то придётся снова шарить в настройках автопилота.

Тишина и пустота. Никакой суеты. Один шанс из двадцати. Прицепа такой расклад устраивал полностью.