Приз

Глава 1

Зачем лететь в гребеня, где нет ничего? Да затем, что за это платят. Работа лёгкая, деньги хорошие. И риска никакого. Ну не похож этот ученый ни на психа, ни на обладателя веселой биографии, которому есть от чего бежать. Наоборот, профессор Сомов - до тошноты благообразный и правильный. И сам верит во всю ту дичь, которую мне втирает.

"Ну и ладно, за деньги можно и послушать" - думал я, глядя на абсолютно пустые экраны сенсоров. За бортом корабля на полмиллиона километров во все стороны было сплошное, идеальное, стерильное ничего. А профессор хотел что-то там открыть. Как я понял, в своей научной тусовке он человек заслуженный, но не особо известный. И кто-то ему посоветовал открыть что-нибудь этакое и написать хорошую статью. Тогда, мол, выдвинем тебя наконец в члены Академии наук. Или в корреспонденты, я не помню как у них там это дело называется. А в результате мы вторую неделю летим сквозь абсолютную пустоту. Я не против, клиент платит. Но как же тут скучно, блин!..

Я был предоставлен сам себе. За кораблём следить не надо - летим по эллипсу, двигатель выключен. Профессор в основном сидит что-то печатает. Ну или несёт такую заумь, что мне едва хватает вежливости не зевать, так что лучше в рубке посижу.

Была еще напарница по имени Юми. Ну как напарница... вынужденная мера. Взял знакомую именно на этот рейс. Ей много платить не надо, она "профессиональная художница" и летит "за впечатлениями". Иногда даже сама берет мелкий корабль в аренду. Забирается на нём куда-нибудь, всё равно куда. Находит там что-нибудь, а бывает что и ничего. Достаёт планшет и начинает рисовать очередную историю про фигуристую покорительницу космоса, которая на очередной планете внезапно нашла очередное приключение на свою... Ну в общем вы поняли какими картинками Юми зарабатывала на жизнь. Большую часть полёта девушка проводила пристегнувшись ремнями к креслу штурмана и рисуя в планшете. Я старался через плечо не заглядывать - мало ли.

А вот поболтать временами хотелось.

- Слушай, - спросил я, откинувшись в кресле и обращаясь скорее к потолку. - А почему "Юми"? Это же не настоящее имя.

- Как догадался? - ответила девушка.

- В тебе японского ноль целых ноль десятых. По крайней мере на вид.

- Ой, ну это дооолгая история...

- По моему, - я махнул рукой в сторону пустого экрана - мы абсолютно никуда не торопимся.

- Это да, - рассмеялась Юми. - Ну, в общем, я Юля. Сама уже отвыкла, могу не отозваться. После школы долго тусовалась в одной компании, и там Юль было целых три.

- Путались?

- Не то слово.

- Так... - я начал загибать пальцы. - Одна просто Юля, одна - Юми, а третья?..

- Селена.

- Ох ты ж... - удивился я.

- Она под этим ником стихи в сети публиковала.

- Хм, стихи значит...

- Ну как тебе сказать? В общем...

Юми очень выразительно сморщилась, и я решил эти стихи не искать.

- Хочешь взглянуть что я рисую? - вдруг спросила она через пару минут.

- А оно не опасно для психики?

- Люблю иногда смущать скромных парней... - начала Юми. - Но не сегодня. Сегодня ничего такого.

И повернула ко мне планшет.

- Ух ты! Это же та хрень, которую ищет профессор?

- Не знаю. Да он и сам не знает, как оно будет выглядеть.

- Тебе хватило терпения слушать его рассказы?

- По началу хватало... Лови!

Планшет полетел ко мне по невесомости. Вообще-то нельзя так делать, незакрепленных предметов быть не должно. Но Юми - уроженка космической станции, всю жизнь в космосе прожила. А у этой публики отношение к технике безопасности иногда своеобразное.

Только я протянул руку за планшетом, как бортовой компьютер громогласно объявил: "обнаружен неопознанный объект!". Мы с Юми аж вздрогнули, я промазал мимо планшета, но задел его и заставил бешено вращаться. Всё лучше, чем отстёгиваться и ловить его по всей кабине. Со второй попытки поймать удалось, но на рисунки я так и не взглянул - сразу сунул устройство в кресельный карман, чтобы освободить руки.

Юми тоже уставилась на экраны.

- "Неопознанный" - значит в каталоге нет? - спросила она.

- Если астероид, - ответил я. - Или нет сигнала ответчика, если корабль.

- Пираты?

- Мы далековато от трасс... Да мы от всего им интересного сейчас далековато. Так что вряд ли. Кроме того, для корабля объект что-то крупноват.

Борткомпьютер наконец развернул все свои телескопы и локаторы в нужном направлении, и показал на экране плохонькую, но различимую картинку.

- Всё-таки камень? - спросила Юми. Мне послышалось разочарование в её голосе.

- Наверное. Блин, картинка плывёт, далековато.

- Не должна она плыть, мы в вакууме. Хотя и траектория вон тоже поплыла...

Компьютер с самого начала держал объект узким лучом радара, чтобы поточнее определить его траекторию относительно нашей и вычислить орбиту. Но, похоже, у него ничего не получалось - линии на экране смещались и дёргались.

- Попробую настроить, - сказала Юми и застучала пальцами по кнопкам. - Оптика у тебя нормальная, просто пользоваться не умеешь. Поменяем светофильтры, покрутим контраст... ну вот как-то так.

Действительно стало лучше. Теперь по краю размытого пятна угадывалось несколько маленьких. И они медленно двигались в разные стороны! Бедный радар не знал за какое цепляться, и расчеты траектории сбивались.

- Юми, сходи пристегни профессора. Сейчас будем маневрировать.

- Ты думаешь, это оно?

- Думаю да.

- Тогда жми на газ, упустим же!

Сенсоры корабля поймали астероид на самом краю своей дальности. Через минуту он опять скроется из виду. Мы летим мимо с приличной - километры в секунду - скоростью и под довольно неудобным углом. То есть потеря контакта неминуема. Всё, что мы можем, это рассчитать траекторию астероида, чтобы потом развернуться и снова найти его. Через день, через неделю - не важно, камень со своей орбиты никуда не денется. А вот профессорское открытие, похоже, может. Значит, придётся жать на газ по полной программе, чем быстрее развернёмся, тем лучше.

Я это понимал, Юми - коренной житель космоса - тоже сразу просекла. А профессору объяснять нет времени.

Я включил громкую связь на все отсеки корабля:

- Профессор Сомов, говорит капитан. Мы засекли неопознанный объект, и, возможно, это то что мы ищем. Нужен манёвр с большим ускорением, иначе проскочим и упустим. Ни в коем случае не надо идти в рубку! Лягте на кровать или сядьте в любое кресло! Будет большое ускорение, как при взлете с планеты! Осталась одна минута!

- Всё равно сейчас припрётся, - фыркнула Юми.

- Или начнет спорить со мной по интеркому.

- Интеркому? Он не умеет им пользоваться... Так, давай решайся уже, контакт потеряли.

- Когда? - заволновался я.

- Только что, - Юми стучала пальцами по клавиатуре. - Ввожу последние данные по траектории.

- Ясно. Экипаж, готовность к манёвру! Ускорение через три, два, один...

Включился автомат тяги. Корабль при такой массе мог выдать 6G, но я остановился на четырёх. Действительно как при взлёте с планеты земного типа. Экипаж должен был выдержать без проблем. Я - подготовленный космонавт. Профессор - планетянин, у него на родине 1,1G. Юми росла в космосе, но у неё есть лицензия пилота, а там требование "до шести G не вырубаться". Честно говоря, за профессора я переживал больше.

Двигатель работал, компьютер бесстрастно отсчитывал секунды до конца манёвра, траектории на экране сходились всё ближе.

***

- Выключение двигателя через три, - заговорил компьютер. - Два, один. Двигатель выключен!

Я обернулся к Юми. Девушка часто дышала, но похоже всё в порядке.

- Ты как? - спросил я.

- Сойдёт...

- Тогда сходи проверь профессора.

- А сколько до перехвата? Там же тормозить.

- Минут пятнадцать без тяги у тебя есть. Давай бегом.

В общем-то, художница Юми появилась в экипаже именно для этого. В качестве няньки для профессора. Он, конечно, человек неглупый, умудренный опытом, летал на разные планеты по своим научным тусовкам... но блин, до такой степени кабинетный, что просто за голову хватаешься иногда. Приходилось водить за руку. А мне еще кораблём управлять надо, да и нервы, честно говоря, не железные.

Юми не было слышно минут десять, а потом из интеркома раздался её недовольный голос:

- Напомни-ка, сколько ты мне платишь за этот рейс...

Честно говоря, вопрос был с подковыркой. Потому что я ей не платил, а просто "по дружбе взял покататься по космосу", и как бы случайно всучил профессора в нагрузку. Да, я хитрая жопа, не без этого.

Я не нашел что ответить, но заподозрил неладное. Юми проворчала что-то вроде "потом еще обсудим" и отключилась.

Уже потом я узнал, что там произошло. Оповещение по громкой связи застало профессора Сомова в храме уединения. В сортире, короче. С "унитазом для невесомости" он не особо дружил, всегда очень долго возился. Да и по жизни любил потугодумствовать с планшетом. А там сиденье со спинкой, и даже ремни есть, чтобы не улетать постоянно. Ну профессор и решил, что космический унитаз сойдёт за кресло. И застрял, да еще и в ремнях запутался. Как Юми его оттуда доставала - честное слово, даже не представляю.

***

Началась игра "кто кого перехитрит". Мы опять промахнулись, но уже не так сильно. Маневренность профессорского "открытия" превзошла все прогнозы. А еще оно дождалось, пока мы улетим подальше, и поменяло вектор ускорения. Для этого уже нужно что-то вокруг видеть и хоть немного соображать.

Юми всё еще на меня дулась, но работу оператора наведения исполняла качественно. Объектов было семь. Одного мы потеряли сразу - думаю, остался возле астероида, постаравшись слиться с поверхностью. Еще три расползались в разные стороны. И трое упорно держались группкой. К ним мы и направились.

- Давай радар выключим, - вдруг предложила Юми.

- Реагируют на излучение?

- Похоже на то.

Без радара дальность нормально не измерить, но мы уже подлетели достаточно близко. Будет неудобно, но не критично. И хорошо бы вообще поменьше маневрировать - я был уверен, что профессорское "открытие" нас видит и считает угрозой. Так что к точке встречи подходили в дрейфе, выключив всё что только можно. Я даже ответчик отключил, хотя это и запрещено.

Профессора привели в рубку, усадили в кресло, тщательно пристегнули и строго-настрого запретили трогать управление.

- Долго еще? - спросил он. Третий раз за пять минут спросил.

- Пройдём в пятидесяти километрах, - ответила Юми. - Через три минуты. Уже должна быть картинка.

Обзорные экраны включились, и мы увидели...

***

Я выудил из кресельного кармана планшет и наконец рассмотрел наброски художницы. Надо сказать, она ошиблась практически во всём - изобразила неких космических рыб, в синеватом ореоле плывущих мимо астероидов. Рыбы были с усами - Юми тихонько прикололась над профессором.

Но то, что мы увидели, было похоже скорее на медузу с огромным куполом. Купол сверкал серебром и золотом, а само тело было крошечным и угольно-черным. Лишь иногда по нему пробегали бледно-желтые огни.

- Потрясающе, - сказал профессор. - Купол работает как солнечный парус, и одновременно концентратор энергии. Это удивительно...

- А что они едят-то? - спросил я. - Космос же.

- Радиофаги, скорее всего. А строительным материалом для клеток служит вещество астероидов. И материалом, и "рабочим телом".

- Ну да, на солнечном парусе так резко не поманеврируешь, - согласился я. - Должен быть какой-то двигатель.

- А почему они втроем летят? - спросила Юми. - И один большой, купол четыре двести, а двое - мелкие, два километра еле-еле.

- Выводок? - улыбнулся профессор. - Самка с потомством?

- Вы думаете?

- Я знаю только то, что ничего не знаю. Так... юная леди, можно данные масс-спектрометра на главный экран? Спасибо. Посмотрим...

Даже на мой дилетантский взгляд, "медузы" состояли из редких элементов чуть менее чем совсем. И данные спектрометров это красноречиво подтверждали.

- Это сколько же надо было грызть астероиды? - спросил я.

- Молодой человек, эта форма жизни существует в невесомости и вакууме, - ответил Профессор. - И состоит из принципиально иных элементов, чем мы. Их внутренняя биохимия и биофизика не похожи ни на что, с чем вся человеческая наука сталкивалась раньше. Думаю, они существуют сотни, а может и тысячи лет...

- А почему их за столько лет никто не обнаружил?

- Ну вы же сами говорили, что этот район непопулярен. Вот и.

- А вы, значит, догадались?

- Ну я не спорю, были теории, трактовки, предположения... Всем мы стоим на плечах гигантов, капитан.

- И вы решили проверить на практике?

- И не прогадал, как видите. Знаете, в чем главная ошибка нынешней молодёжи?

- В чем же? - нехотя ответил я. Сейчас начнёт жизни учить...

- Вы думаете, что всё уже давно изобрели и всё открыли. И перестаёте стремиться, перестаёте мечтать. А мир вокруг нас огромен, - профессор указал на экран. - Огромен и удивителен...

К добру или к худу, лекцию прервало сообщение от борткомпьютера:

- Обнаружен неопознанный корабль. На курсе перехвата, в фазе торможения...

- Вот же ж, - выругался я. - Они нам сейчас медуз распугают. Юми, что там?

- Вон он. Догоняет, тормозит на всю.

- Ответчик есть?

- Не знаю. Он же выхлопом к нам, фонит страшно.

- Траектория?

- Разойдемся в пятидесяти километрах, через три минуты. Проскочит и затормозит впереди нас.

- Молодые люди, может вы сделаете что-нибудь? - заволновался профессор. - Медузы улетают!

- Зараза... ладно. Юми, включи наш ответчик и дай связь.

- Готово. Но меня терзают смутные сомнения...

Я прокашлялся, сфокусировал взгляд на камере и включил передачу.

- Говорит научное судно "Икар". Вы приближаетесь к месту проведения научного эксперимента, и ваш выхлоп нарушает работу наших научных приборов. Убедительно просим выключить маршевый двигатель и разойтись на маневровой тяге.

Пожалуй, я перегнул с "научностью". Но сойдёт, может хоть немного зауважают, особенно если это копы. Ответчик по-прежнему не ловился.

- Повторяю, заглушите главную тягу и выполните манёвр расхождения на маневровых.

Ноль реакции. А у нас уже медузы расползаются. Подтянули купола, засветились огоньками двигателей - или что там у них - и разворачиваются. Явно собрались с торможением уйти на более низкую орбиту. И от нас подальше, и этот выскочка посильнее промахнётся.

Пришлось идти на обострение.

- Неопознанное судно, немедленно включите ответчик и сообщите фамилию капитана. Вы нарушаете дорогостоящий эксперимент. Ущерб будет взыскан с судовладельца...

Ничто так не отрезвляет глупых людей, как удар по карману. Способствует чуткости и взаимопониманию.

- Минута до схождения, - объявила Юми. - Стоп... ответчик уже должен ловиться. Он вообще отключен!.. Капитан!...

- Понял, боевая тревога. Компьютер, оружие к бою! Неопознанный корабль - угроза.

"Угроза" - это враг, но атаковать пока нельзя. Компу всегда надо четко ставить задачи.

- Что вообще происходит? - затрясся профессор.

- Происходит жопа, - огрызнулась в ответ Юми.

Её тонкие пальцы бешено стучали по клавиатуре. Я скосил взгляд на боковой экран. Ну точно, набивает сообщение. И даже сигнатуру двигателя супостата туда прикрепила, умница. Если начнется бой, мы будем передавать это на всех частотах во все стороны. Хотя ближайший ретранслятор далековато, но вдруг докричимся? Только вот помощь, если что, все равно не успеет.

Я предпринял последнюю попытку:

- Неопознанный корабль, немедленно включите ответчик!

Вместо ответа от корабля противника отделился небольшой продолговатый объект.

- Торпедная атака! - заорал борткомпьютер. - Система РЭБ - включена, отстрел ложных целей - включен.

А то я не вижу индикацию, блин...

- Легитимная военная цель! - продолжал компьютер.

Еще и юридические штучки-дрючки, нашел время.

Торпеда быстро приближалась. Я включил "главный" на панели вооружения и дал по газам, на этот раз уже не щадя никого.

Оружия на "Икаре" мало. Три лазерные зенитки и, считай, всё. Зенитки отличные, в Метрополии покупал задорого. Одиночную торпеду они сожрут, даже если не увернёмся. Но вот против корабля слабоваты.

- Торпеда уничтожена! - объявил компьютер.

Я вырубил тягу и развернул корабль носом к противнику.

- А по нему не стал лупить? - огрызнулась Юми. - Мы бы и так увернулись!

- Не лезь под руку! Связь есть?

- Нету. Есть фото гада в профиль.

- На что похож?

- На груду лома, местные на таком летают. Шахтёр, что ли?

"А если реально шахтёр?" - вдруг подумалось мне. Редких элементов в медузах полно, и никто про них не знает. Отличный куш. Пока умники не прилетят и не испортят поляну...

- Торпедная атака! - снова объявил компьютер. - Две торпеды, сорок секунд до попадания.

- С-скажите им, что мы ничего никому не расскажем, - прохрипел профессор Сомов. Манёвр уклонения дался ему тяжело.

- Они не поверят, - отмахнулся я. - Всем приготовится...

Запас скорости у торпед не бесконечный. Если подгадать момент, то они проскочат и не смогут развернуться. Плюс зенитки. Плюс помехи и ложные цели. Должно сработать. Ждём, ждём.... и газ до упора!

Медузы оказались зажаты прямо между кораблями. С одной стороны мы - прилично отпрыгнули во время манёвра. С другой - враг, который только что оттормозился, но дистанцию сокращать не спешил. Ему и незачем - торпеды летят намного дальше, чем достают зенитки. Он попытается навязать дальний бой.

В этот раз нам повезло - одна из торпед задела купол медузы, пробила его, но не взорвалась. Просто закрутилась как волчок и пролетела мимо - видимо, от удара что-то сломалось. А вторую сожрали зенитки. Ситуация становилась патовой.

- Юми, данные по цели.

- Он неатмосферный, внешней обшивки нет.

- Хлипче нас.

- Но легче. И экипаж лучше держит ускорение.

Это она про профессора.

- Оружие? - продолжил я.

- Пара автопушек на консолях. Торпеды на внешней подвеске.

- Сколько?

- Не знаю.

Можно попробовать оторваться. Но у космического боя есть неприятная особенность - догонять всегда легче. Нам придётся крутиться, уклоняясь от торпед - положиться на зенитки полностью я был не готов. А этот гад будет лететь по прямой, в тепличных условиях. Даже если не думать о здоровье профессора, к чему я тоже был не готов морально, оторваться мы не сможем.

- Юми, идём на обострение.

- Как будто у нас есть выбор... - вздохнула девушка. Мне показалось, даже с облегчением.

Профессор был бледен от страха и молчал.

Корабли стали ускоряться навстречу друг другу. Будем тянуть мы - с очередной торпедой может не повезти. Будет тянуть враг - рискует остаться без торпед. На наши зенитки он уже насмотрелся.

И, тем не менее, кинул еще две, с разных сторон группы медуз. Я несколько раз бросил корабль из стороны в сторону, отстреливая ложные цели, а затем выбрал одну торпеду и дал полный газ прямо на неё. Опасно близко и к торпеде, и к медузам. С торпедой разминулись совсем рядом, но без подрыва - сработали ложные цели. Вторая осталась где-то сзади и сожгла всё топливо, безнадёжно пытаясь довернуть. Корабль противника был совсем близко. Я вдавил гашетку, и его броня заискрилась от попаданий лазеров. Тут же вспыхнули яркие огни выстрелов автопушек, и через пару секунд по броне "Икара" застучали снаряды.

Удар, еще удар, сирена разгерметизации, аварийное отключение двигателя, темнота...

***

В чувство меня привели довольно грубой пощёчиной. Оказалась Юми - взъерошеная, с расцарапанной щекой, и в полуразобранном аварийном скафандре. Дышалось тяжело, как в горах.

- Что с воздухом? - спросил я.

- Здесь пробоину герметиком замазала, больше не травит. В жилых отсеках - жопа.

- Тяга?

- Только маневровые.

- Реактор?

- Ушел в защиту. Не смотрела еще.

- Эм... профессор?

- Вроде шевелится. Нацепила ему кислородную маску.

Я потряс головой, оглядел экраны.

- А что с противником?

- Ни слуху, ни духу, - вздохнула девушка. - Сенсоры поотрубало. Думаешь, на абордаж припрутся?

- Могут, - сознался я. Честно говоря, было не по себе от этой мысли.

- У тебя оружие есть? - серьезным голосом спросила Юми. - Пистолет хотя бы?

- Откуда? Я законопослушный гражданин Союза.

- Размазня ты!

- А сама-то?!

- А у меня есть пистолет.

Вот же мне радость, левый ствол на корабле. Но ладно, пусть пока будет.

- И где он? - спросил я.

- В каюте, на дне чемодана.

- А в жилых отсеках...

- Жопа, я уже говорила. Воздуха нет совсем.

- Ладно, - вздохнул я. - Давай так: сначала посмотрим что с сенсорами. Оглядимся и потом будем думать...

С сенсорами обошлось легким испугом - выключили, включили и заработало. В приборах ковырялась в основном Юми. Я в это время прикидывал, как запаковать полуобморочного профессора в аварийный скафандр. Получалось, что никак - он вцепился в кресло мёртвой хваткой, пучил глаза и тяжело дышал. Ну хреново человеку, ну бывает.

Данные сенсоров меня несколько озадачили. Нас прилично унесло в сторону, но противника было еще видно - он болтался по ту сторону группы медуз, вращался по всем осям и выглядел скверно. Вокруг угадывалось облако разреженного газа. Воздух, топливо для маневровых движков, или всё вместе? И главное - кто его так? Лазерным зениткам такое устроить, пожалуй, слабо.

Я повернул камеру на медуз. Вот маленькая, с дыркой от торпеды в куполе. Вот вторая маленькая, с ней всё в порядке. А вот большая... Большая выглядела скверно. Купол в лохмотьях, оторвало как бы не половину.

- Он что, в медузу влетел? - сказал я вслух.

- Наверное, - согласилась Юми.

Мы и не заметили, когда профессор наконец отдышался и вылез из кресла. Его голос звучал глухо из-за маски.

- Молодые люди, а не осталось ли записи в памяти компьютера? Я где-то читал, или в кино видел, как они...

- Посмотрим, - ответил я.

Комп действительно должен помнить весь бой в динамике. И запись нашлась. Я покрутил картинку туда-сюда. Вот первая атака, а вот мы уклоняемся. И Юми была права - уклонялись хорошо, можно было по торпеде не стрелять. Или даже сразу ударить лазерами по противнику - он пролетал мимо очень быстро, но у зениток дикая скорость поворота. Могло получиться. Но это манёвр уровня профессионального военного, а не гражданских летунов типа меня.

Юми стояла рядом и улыбалась. Дескать, "я же говорила". С таким видом, будто она не порнушку рисует, а пиратствует на космических трассах и видела сотни боёв.

Ладно, крутим дальше. Максимальное расстояние между кораблями, второй торпедный залп. Маленькая медуза цепляет куполом торпеду. Потом корабли начинают укоряться навстречу друг другу, третий залп, мы уворачиваемся.

Дальше - максимальное сближение и обмен залпами из пушек. Потом запись прерывалась.

- Перемотайте чуть-чуть назад, пожалуйста, - попросил профессор.

Перемотали.

- Ничего не вижу, - признался я. - Так, стоп. Он же мимо медузы летел. Вот явно видно.

- И что был дальше? - спросил профессор.

Он, похоже, более-менее пришел в себя. Сидел и улыбался, глядя на экраны.

- Дальше приборы вырубило, - ответил я. - Но, думаю, у вас есть теория.

- Именно так, молодой человек, заулыбался профессор. - Я думаю, медуза... намеренно подставилась под удар.

- Не понимаю. Я согласен, что мозги у неё есть, но зачем ей таранить корабль? И почему тот, а не наш? Мы тоже близко пролетели.

- Не думаю, что медузы разумны в нашем смысле. Но они определенно различают объекты. "Икар" снаружи гладкий?

- Ну да. Внешняя обшивка для полётов в атмосфере.

- А противник угловатый. Пользуется другим оружием. И, возможно медузы уже видели его и таких как он.

- Вы думаете, местные действительно убивали их из-за редких элементов?

- Похоже на то. И держали всё в тайне, чтобы никто не узнал.

- Всё равно, как-то не ждал от медузы настолько осмысленных действий.

- Позвольте я объясню на примере, - вздохнул профессор. - Вот наша очаровательная Юми. По профессии - художница. Но что она делала после атаки, пока мы с вами без сознания валялись?

- Боролась за живучесть корабля, дырки герметиком заливала, - ответил я.

- А почему?

- Даже не знаю...

- Юная леди, вы ведь родились на космической станции?

- Да, - ответила Юми. - Всю жизнь там прожила и сейчас живу.

- Вот и ответ, - хлопнул в ладоши профессор. - Всю жизнь прожила в космосе, и поэтому знала, что делать. А медуза - существо изначально космическое. Ей ли не знать, что будет при столкновении даже с очень тонкой преградой на скорости... сколько там было?

- Больше километра в секунду.

- Вот именно.

- Но зачем медузе это? - не унимался я.

- Про нас она еще ничего не знает. Но мы явно деремся с её врагом. Выгода очевидна.

- По-моему она втягивает купол, - вдруг сказала Юми, указывая на экран.

- Думаю, будет его чинить. Как-то переработает и развернет новый купол, меньшего размера, но целый. Ей же нужен солнечный парус. Какие, всё-таки, удивительные существа...

Мы оставили профессора любоваться медузами и полезли в скафандры - предстояло много работы. Чинить корабль. Что-то решать с нашим противником - не думаю, что там все погибли, скорее всего тоже чинятся потихоньку. И отпускать нас живыми им очень невыгодно. А тут еще и Юми резко подтянула меня за воротник и прошипела в ухо:

- Вот на такое я бесплатно точно не подписывалась.

- У меня тоже жесткий минус выходит, - попытался отмазаться я. - Все деньги на ремонт уйдут.

- Да мне насрать! - выпалила Юми. - Я чуть не сдохла. Впервые в жизни реально чуть не сдохла. И задарма.

Вид у неё был нехороший - вся бледная, кусает губы, веки дрожат. Накрыло девочку адреналиновое похмелье.

- Блин, давай потом это обсудим.

- Нет, сейчас!

- Да чтоб тебя! Вон, если хочешь, забирай нашего подбитого. По призовому праву и так далее. Он напал на гражданское судно - значит пират. Шахтёрские причиндалы мне, движки и корпус - тебе.

- Придётся бодаться в суде... - ответила Юми, но глазки у неё забегали.

- Ничего другого у меня для тебя нет.

***

Реактор удалось запустить - частично накрылось охлаждение, но с ограничением мощности всё работало. "Приз" тоже починился и пытался отгрести на маневровых. Намекнули ему по радио, что у нас еще работают зенитки - две из трёх действительно пережили атаку. А через три дня на наш сигнал бедствия прилетела полиция. Офигела с медуз и чуть в них не пальнула, пришлось включать им по радио профессора Сомова с лекцией.

Профессор сиял. Почти забыл про еду и сон, и всю нашу долгую дорогу на буксире домой печатал свои отчеты, монтировал видео и готовился к грядущему научному триумфу. Увы, с тех пор мы с ним не встречались, и я не знаю, стал ли он членом-корреспондентом Академии наук. Вроде бы это где-то публикуется, но всё ленюсь поискать.

С Юми наши орбиты тоже разбежались. Но знаю, что "призовой суд" всё-таки присудил ей тот корабль. Кусок железа, дрейфующий посреди миллионов километров пустоты. Как она собиралась его оттуда доставать, и что потом делать - не знаю. Но, похоже, художницу всё устраивало.

Она получила свой приз. Как и профессор. Надеюсь, всё у них будет хорошо.

Январь 2021