Познакомься с Харди

Глава 1. Сны, пересказанные очевидцем

Обычно то, с чем чаще может столкнуться пират в космосе – это скука. Особенно ярко она проявляется, когда корабль находится в засаде на конкретную «птичку», когда заглушены все выходные сигналы, в том числе и выход во всегалактическую паутину. В такие моменты скука одолевает даже капитана.

– Капитан!

Крик кладовщика опередил его появление. Я остался сидеть на месте, не отнимая холодный компресс от глаза. Судя по приближающимся шагам, мне собирались доложить что-то очень интересное.

– Капитан, смотрите, что я нашел на продовольственном складе.

Передо мной Кунц бухнул кучу тряпок. Мне показалось, что она зашевелилась. Странный эффект, слезились оба глаза, хотя помощник повара приложил меня только в правый. И то случайно: я как дурак полез разнимать драчунов, молча, вместо того, чтобы на них гаркнуть. В результате один сидит в карцере, а второй в ударном темпе драит камбуз наедине. А все из-за чего? Правильно, из-за скуки. Может в следующий раз заставить их приготовить обед с помощью одной руки, а если не справятся, то отрезать? Ух, наконец всякая чушь в голову не лезет, таких как, ноготки, пальчики и мордашек. И голова почти не болит, так посмотрим, что там притащил кладовщик. Он же пищеблок, он же скряга Кунц.

Что же должно было случиться, чтобы он вылез из своей берлоги?

Ответ уже сидел у подножия моего кресла и уставился на меня, как на божество.

– Ка-а-апитан Ха-арди.

Прошептал еще совсем безусый молодой человек. Худой, неуклюжий, в мешковатом балахоне, заменяющем рабочую одежду на Свободной Земле 8.

Вот диковинка, он еще не успел провиниться, а мне уже хочется ему врезать. Хотя, почему это не провинился? Он тайно влез (проверить, кто был тогда дежурным) на наш корабль, жрал (наверное) наши запасы – это уже тянет на наказание. А потом это «Харди», звучащая для моих ушей как какая-то кличка.

– Борец, – обратился я к первому помощнику. – Напомни мне, сколько я обещал всыпать плетей тому, кто так меня назовет?

– Тридцать капитан.

– Тридцать? – я окинул хрупкое тело наглеца. – Слишком мало. Как бы он ни охладел раньше. Ему еще за незаконное проникновение отвечать. Ну, что смотришь? Расскажи нам, зачем проник на корабль?

– Я… мечтала, то есть мечтал, да, тебя, то есть вас, увидеть. Познакомиться и…

– И что? Мы встретились, что дальше?

Парень испуганно оглянулся, замечая все новые лица вокруг нас. Всем, кто не был на дежурстве и кто не спал, ожидая смены, пришли посмотреть на смельчака. Он сглотнул и попытался подползти ко мне еще ближе. Но первый помощник следил: схватил его за шиворот и оттолкнул. Парень сразу вскочил на ноги и быстро заговорил:

– Я тоже хочу быть пиратом.

– Какая жалость, а у нас нет свободной должности.

– А если я скажу, что она скоро появится?

– С чего такая уверенность?

– Об этом я могу рассказать только наедине.

Что-то у меня снова голова разболелась. Где там мое средство от головной боли? Я приложил ладонь к креслу, и в нем открылась ниша, где обычно хранился бластер. Демонстративно выложив его на подлокотник, я сделал вид, что внимательно слушаю.

Он переводил взгляд с бластера на меня и обратно.

– Ну ладно. Я знаю, что на твоем, то есть на вашем корабле, есть шпион от федерации.

– Это интересно, рассказывай дальше. Как он выглядит? Где сел?

– Я… еще не знаю, – парень растерялся.

А я нет. Точный выстрел и тело одного из абордажников упало на пол. Жаль без спецэффектов в виде брызг крови по палубе. Бластер слишком гуманное оружие, толи дело швастер с разрывными пулями, но, к сожалению, в условиях космических полетов он не доступен. Я лично заблокировал арсенал на время, пока мы не приземлимся на планету.

Пока парень говорил, именно этот абордажник сначала растерялся, потом усмехнулся.

– Борец, возьми ребят и проверь его каюту. Он мне с самого начала показался подозрительным. И рекомендации хромают, не зря ходят слухи, что наш старый Барт продался. Надо проверить, кому он еще углей подсунул и предупредить ребят, пусть разберутся.

– А с этим что делать?

Парень валялся на полу без сознания.

– Тоже мне пират.

– Кисейная барышня.

– Сельский гряземер.

Посыпались отовсюду комментарии.

– Жаль, на корабле нет реи. Не на чем подвешивать. То какой-то космокоп, то шпион, то вообще непонятно что.

– Можно к той трубе, – Борец указал на одну из них.

– Туда нельзя, да, – вмешался вездесущий механик. – Это главный воздуховод. Лишний вес, излишняя проблема.

– Так почему он торчит без кожуха? Давай, тогда сам решай, куда его можно приткнуть, я еще не перестал разбираться. Живо.

Неплохо бы узнать, нужен ли кому-то этот парень или нет. Выкуп еще не одному пирату не мешал.

***

Эх, красота. Безусловно, что-то в этом есть, что-то эстетическое, наслаждающее мрачную серость корабля. Всегда мечтал держать пленников перед глазами.

Парень был привязан у шлюза и стал подавать признаки жизни. Задергался и задрожал.

– А-а-а! Отпустите меня.

– Не кричи, – проходивший мимо ксенос Бррдим хлестнул по нему псевдоподями, напоминавшие высохшие щупальца.

Пленник взвыл на одной ноте, как дикий ворлок. Глаза выпученные, дыхание, как у загнанного зверя. Убежал бы, а никуда. У меня половина экипажа ксеносов. Соблюдаю, так сказать, закон о толерантности для представителей других рас. Я даже в ограблениях исключительно терпим. Нападаю на всех, кроме суслингов. У меня с их правительством договор. Хотя и с федерацией у меня тоже определенный договор. Пираты вообще чисто практичные существа. Мы существуем пока это кому выгодно. Есть спрос, будет и предложение.

– О-отпустите, мне надо, – заныл парень.

– Куда это тебе нужно? – заржал полупрозрачный Сипил.

Парень шарахнулся в другую сторону, немного руки себе не вывернул. Несмотря на множество моих подчиненных, он упорно продолжал обращаться только ко мне.

– Мне нужно в отхожее место.

Расхохотался уже весь экипаж в рубке.

– Можешь отходить прямо здесь, мы не брезгливы.

Парень поджал губу.

– Прости, парень, но я тебе не доверяю. Хотя, о чем я? Куда ты от нас уйдешь, мы же в космосе.

– Но почему? Вы мне уже поверили.

– Поверил. И даже проверил. И теперь хочу знать, откуда тебе, деревенскому сынку об этом стало известно, если Оршака мы нанимали за двадцать пять тысяч световых лет? Ты не мог это подслушать, шпионы таких ошибок не допускают.

– Я… – замялся парень.

Значит, действительно что-то знает.

– Мне не только это известно. Я мечтала… мечтал присоединиться к вам, так что много о вас знаю.

– Что-то ты слишком часто оговариваешься.

– Нет-нет, это ошибка. Не обращайте внимания, – он отвел взгляд.

– Значит, знаешь всех. Тогда кто это?

Второй помощник выпрямился, скрестив руки на груди и не переставая вращать нож на пальце. Парень искривил рожу, пытаясь родить мысль.

– А это тогда кто? – я указал на Кунца.

– Он заведует складом? Э-е, то есть кладовой…

– Мне надоедает эта болтовня. Борт, отрежь ему что-то не очень важное, может, по-другому запоет.

– Стой, я тебя хорошо знаю, ты не такой плохой каким кажешься. Ты не собирался становиться пиратом. Ты делаешь вид, что получаешь удо…вольствие от…

Я остановился возле него. Посмотрел сверху вниз и усмехнулся. В тот же миг он закашлялся от внезапного удара.

– Если ты знаешь меня так хорошо, как уверяешь, почему не уклонился?

Парень посмотрел на меня глазами избитой собаки, хозяин которой ни за что ее подбил.

– Я точно знаю, чем закончится ваша сегодняшняя миссия.

– И чем же?

– Вы…

Он умолк, поймав новый удар.

– Ненавижу пророчества. Но ты это и так знал?

– Я хотел все...

Он согнулся от очередного удара.

– Ты в чем-то прав, бить такое ничтожество, нет никакого удовольствия. Я уже начинаю сомневаться, что ты кому-нибудь нужен на своей планете. Ребята, как насчет того, чтобы после ограбления отправиться в Яксен? Устроим праздник.

Команда ответила сплоченным гулом. Яксен та еще помойка, но именно там можно найти что-то интересное, запрещенное и эксклюзивное, а еще там можно не только купить, но и продать. Видимо, юноша тоже почувствовал тучи, нависшие над ним, потому что начал молоть уже откровенную чушь.

– Вы не можете продать меня. Я пи… – он замолчал всего на секунду. – Я демиург – бог этого мира. Я вас всех придумал. Да, всех, и вы должны подчиняться мне, потому что от меня зависит ваше будущее, вашу историю пишу – я.

– Да-а! Как интересно, а как ты тогда объяснишь вот это, если ты демиург, то кто именно сейчас пишет твою историю, на моем корабле? Эй, кто там есть, создайте мне вот здесь белокурую деву. А че? Нет никого? Так я и думал.

– Это так не создается.

– А как это создается?

Он облизал разбитые губы, покраснел, как девушка и странно подался вперед. Затем попытался сесть.

– Ты чего крутишься?

– Я не могу. У меня там чешется. Сделайте что-нибудь, пожалуйста.

Я сначала посмотрел ему в глаза, потом мой взгляд упал на его оттопыренные штаны. А вот тебе, капитан, пресловутый один процент из тысячи. Наглядное действие феромонов суслингов, не воспринимаемых большинством людей. И он, скорее всего даже не понимает, что во мне его привлекает. Еще один повод для того, чтобы выработать привычку: проходить очистку после «деловой» встречи с этими инсектоидами. Особенно с самками.

– Выходит, ты проник на мой корабль из любви ко мне? – насмешливо поинтересовался я, прекрасно понимая всю подоплеку его поведения.

– Капитан, – горячее дыхание старшего помощника обдало мне ухо. – Разрешите? Перед тем как на Яксен.

– Прямо так невмоготу?

– Это вы у нас железный, до порта терпите.

– Валяйте. Только кажется мне, он не тот за кого себя выдает.

Парня мгновенно освободили от оков и потащили в жилищный отсек.

– Ты смотри, какой он чистенький. Прямо подготовился, – усмехнулся Борт, кривыми зубами. – И пахнет, как пигалицы из Медузы.

– Нет, Харди, не надо. Я тебя одного люблю. Я…

От дальнейшей дичи меня спасли сомкнувшиеся створки шлюза. Космос иногда только так сносит крыши. Рано он вылез из своей дыры, слишком рано.

По крайней мере, скука в ближайшее время нам не грозит. Но чем космос не шутит, возможно, мы его оставим на корабле. Вакантное место ведь освободилось.