Последняя астроархеологическая экспедиция профессора Стаховскича

Глава 1

Введение в цикл историй "Империя в пути".

"После катастрофы, погубившей Землю, прошло уже 120 лет, а корабль "Империя" так и шел, не найдя пристанища.

Огромное, с тысячами человек на борту, это величайшее строение человеческой цивилизации медленно, но без остановок плыло в космической неизвестности. Те, кто управлял космическим кораблем "Империя" старались не менять своей средней скорости (3,8км.с.,= примерно 14000 км.час). Лишь несколько раз в год, когда корабль проходил слишком близко к орбитам крупных планет, скорость повышали, чтобы преодолеть их притяжение, до 11 км.с., Ненадолго. На двое суток.

Так судно и плыло в космической неизвестности. Люди на борту "Империи" за несколько поколений уже привыкли к такой жизни. Да у них и не было выбора."

Введение окончено.

***

Последняя астроархеологическая экспедиция профессора Стаховскича.

Российский Сектор, являвшийся моей родиной, сегодня встрепенулся.

На одной из ближайших планет, которые проходила "Империя" в настоящее время, вроде бы заметили признаки жизни.

Сквозь тысячи километров звездного пространства мощные радиотелескопы, спектрографы, свето- и газоанализаторы показали наличие обьектов, появляющихся и исчезающих при серии снимков, а также геометрически правильные узоры, которые ученые сразу окрестили городами.

Ранним утром - я едва успел позавтракать - за мной пришел посыльный от главы района.

"Срочно явиться в штаб-администрацию, сию же минуту закончив все дела!" — передал худой человек с военной выправкой указание майора Болинова.

— Через час буду готов. — ответил я, гадая, что от меня нужно главе Западного района.

— Нет.— твердо сказал посыльный, — Прямо сейчас.

Я нахмурился, но не стал спорить. О майоре Болинове я был наслышан и ссориться с ним не хотел.

Закрыв дверь своей каюты я пошел вслед за посыльным.

У входа в штаб-администрацию, как обычно, стоял охранник. Я был с ним знаком со школы и поздоровался.

Юрек подмигнул мне:

— Ну что, астроархеолог, дождался своего звездного часа?!

Я остановился по расспрашивать Юрека, но посыльный майора Болинова посмотрел на него таким взглядом, что мой однокашник встал по стойке смирно.

Посыльный провел меня через несколько помещений, а потом, у двери, обклеенной флагами разных государств, остановился, поправил свою одежду и постучался.

— Входи! — услышал я властный голос.

Мы вошли.

Я сразу узнал главу нашего района.

Майор Болинов был очень высок, очень широк и... очень суров. В каждой черточке его лица читалась строгость и какая-то требовательность.

Он кивнул посыльному и тот, приложив пальцы правой руки к виску мигом исчез из помещения.

Кроме майора здесь было ещё восемь человек.

Одного из собравшихся я хорошо знал.

Это был Заня Стаховскич.

Ему было уже около семидесяти лет. У него почти не осталось волос на голове, за то была борода до пупа, седая-преседая.

Как и я, он был астроархеологом.

Только я был обычным, вполне заурядным, молодым специалистом, а он широко известным в кругах ученого мира профессором.

За его плечами было около пятнадцати высадок на космические объекты, четыре крупные многодневные экспедиции, несколько десятков научных трудов!.. Профессор Стаховскич открыл несколько видов каких-то организмов и дал название нескольким цивилизациям, следы которых были найдены им лично на раскопках.

Познакомились мы с ним в институте. Заня Стаховскич вёл курс введения в космологию.

Тогда он посоветовал мне бросить астроархеологию и целиком переключиться на космобиологию.

Я его не послушал. Может быть и зря. Теперь этого не узнать. Прошлое в прошлом.

В общем меня, этого Заню Стаховскич и еще семерых ребят, военных, отправляют на некую планету, не важно как она называется. Якобы узнать, походить там, посмотреть, что да как.

На 3 дня.

Что делать?!

Майор Болинов обещал хорошо заплатить, а профессор Стаховскич шепнул мне на ушко, что если я не полечу, то очень пожалею об этом. Это государственное задание, возможно, прославит меня.

— А почему выбрали меня? — спросил я Заню.

— В тебе есть задатки хорошего астроархеолога и, к тому же, ты еще и в космобиологии не слаб. — ответил профессор, — В Западном районе ты такой один.

Мне было лестно его мнение и я согласился.

Мне дали час на сборы.

После недолгого прощания с Нодей, моей девушкой, которая переволновавшись, даже всплакнула, я зашел в перегрузочный карман, там сел в небольшой военный катер и мы, оторвавшись от "Империи" пошли прямиком к "x2r5".

Так назывался этот объект на картах.

Через несколько часов скучного нахождения в катере мы наконец-то остановились.

Старший лейтенант Насков, ответственный за нашу миссию, отдал приказ солдатам выгружаться.

Те быстро, четко, по-военному, одели скафандры и стали выносить из катера сначала все необходимое для обустройства лагеря, а потом уже наши вещи - различное оборудование для опытов и сбора образцов.

Лагерь был основан среди пустыни. Изредка, то тут, то там из песка торчали куски невысоких скал. Сквозь серо-коричневые, туманные облака проглядывал силуэт спутника этой планеты. Он был в несколько раз больше Луны, и занимал немалую часть неба.

Внутри нашего купола из твердосплавного темного стекла мы смогли раздеться, поесть и отдохнуть с дороги.

Потом Заня Стаховскич подошел к Наскову и с нетерпением спросил, когда будем выдвигаться.

— Сегодня - никогда. — ответил старший лейтенант, — Сейчас уже вечер. Мы пойдем утром.

— Но мы потеряем целый день! — возразил профессор.

— Лишь одну ночь. — отрезал неумолимый Насков и ушел в свой отсек.

— Солдафон... — с обидой прошептал Стаховскич.

Я и профессор спали в одном отсеке. Ночью мой старший коллега растолкал меня и велел собираться. Я удивился, но не стал спорить.

Не знаю, каким образом он уговорил часового, деньгами или своим авторитетом, а скорее всего и тем и другим, но часовой позволил нам одеть скафандры, взять оборудование и выйти из купола, несмотря на приказ своего командира не выпускать никого наружу.

Ночь на "x2r5" не отличалась от дня. И мы неспеша шли по песчаной земле, внимательно смотря под ноги. За спинами у нас были рюкзаки с приборами.

Куски скал, торчащие из песка в вечном сумраке этой планеты, своей причудливостью напоминали различные фигуры зловещего типа.

Вдруг профессор нагнулся и поднял что-то с земли.

— Любопытно...

— Что это? — заинтересовался я.

— Нет, ошибся. — нахмурился Стаховскич и отбросил камень далеко в сторону.

Так мы шли с полчаса.

Я шел по поверхности другой планеты и думал о том, чем сейчас занимается моя Нодя, а еще о том, что сегодня пропустил тусовку в "Имперским кабаке", где должны были быть и мои лучшие друзья, Ифан и Семьëн.

Одна из выросших передо мной скал показалась мне похожей на огромную нижнюю челюсть.

Прямо за ней мы остановились.

Теперь уже я сел на корточки и ковырнул землю.

— Смотрите! — подозвал я профессора.

— Ого себе! — воскликнул он.

Сняв верхний слой песка сантиметров 20 глубиной с квадрата 2*2 метра, мы обнаружили что-то похожее на верх стены.

— Если предположить, что стену засыпало песком, то ей сотни лет! — профессор чуть не приплясывал от радости, — Нужно походить вокруг, осмотреться.

Не успел я отойти от него метров на десять, как услышал его счастливый крик.

Я подошел к нему.

Прямо перед нами лежала груда костей. Кости, на первый взгляд ничем не отличались от любых других костей. Разве что были чуть красноватыми. Я предположил, основываясь на своем теоретическом опыте, что это, вероятно, от наличия меди в скелете организма, лежащего перед нами.

Профессор Стаховскич раскрыл большой мешок и аккуратно завертывая каждую косточку, каждый осколочек, в мягкую бумагу, поскладывал все в него.

Внутри этой костлявой кучи были еще какие-то легкие, круглые камни, размером с кулак, явно не природного происхождения. Их мы тоже взяли с собой.

Профессор сделал на карте отметку места находки и мы, неся этот мешок на моих плечах, пошли назад в лагерь.

Мы находились в большом предвкушении. Не терпелось изучить найденные образцы.

Через несколько десятков метров мы наткнулись еще на что-то необычное.

Тут явно кто-то был совсем недавно. Песок еще не сровнял следы копошения.

Профессор задумался, нахмурился и погладил бороду.

— Очень странно. — медленно произнес он.

— Что такое? — спросил я.

— Это мы здесь были.

— Как так? Мы же шли совсем в другую сторону! — сейчас я тоже увидел. Вот кусок скалы, похожий на огромную нижнюю челюсть, вот здесь лежал мешок, в который мы собрали кости.

— Хм... Пойдем еще раз. — сказал профессор Стаховскич.

И мы пошли еще раз.

И снова оказались на этом же месте.

— Удивительно! — сказал профессор.

— Да уж. — добавил я.

Мы попробовали идти в противоположную сторону, но вскоре опять пришли к тому же.

— Теперь ты иди в одну сторону, а я в другую. И не выпускай меня из виду.

Я отошел на приличное расстояние - профессор едва виднелся на горизонте. Он помахал мне рукой.

Стоило мне моргнуть, как передо мной снова возникло место нашей находки.

А через секунду рядом со мной оказался и Стаховскич.

— Если мы не вернемся назад в лагерь через час - мы умрем, кислорода осталось не так много.

— Еще раньше перестанет работать обогревательная система. У меня уже мигает датчик. — заметил я.

Для приличия мы сделали еще пару попыток уйти отсюда, но... неудачно.

Мне стало ужасно страшно от непонимания происходящего и от того, что погибну здесь и меня заметет песком.

Профессор сел на землю и посмотрел на меня.

— Получается, я тебя подвел. Из-за меня мы тут застряли и, скорее всего, не вернемся!

— А вы тут при чем? — удивился я.

— Это же я тебя привел сюда!

— По моей воле. — сказал я, — Какой-то выход должен быть!

— Нет, сынок... С мистическими, неизвестными нам силами не всегда так! Выход есть не всегда. — старик готов был расплакаться.

Я задумался.

— Давайте попробуем вернуть кости на место! — предложил я.

Он скептически усмехнулся, но раскрыл мешок. Мы уложили кости на место, а вглубь их сунули круглые камни.

Сделав несколько шагов от костей я услышал в них какой-то треск, а потом шебуршание.

Профессор подошел поближе и наклонился. Кости слабо пошевеливались.

Стаховскич сунул туда руку и тут же выдернул.

— Ой! — он показал мне покрасневший палец.— Кто-то укусил!

Я откинул кости ногой и увидел странное маленькое животное, размером с полкулака.

Было сразу видно, что это детеныш, по своему он был симпатичным, даже милым и точно не казался злым. Рыженький детеныш покачивался на шести маленьких лапках, покрытых нежным детским пушком и смотрел на нас наивными большими глазами. Потом он зевнул с похожим на кошачье "мяу" звуком - во рту его мы разглядели ряд тонких зубиков.

— Это были не камни, —догадался я, — а яйца.

— И правда. — профессор достал из костяной кучи две половины расколовшегося "камня".

Детеныш зевнул снова. На этот раз его мяуканье было пронзительнее и жалостливее.

— Пошли. — сказал профессор.

Чуть-чуть отойдя я не выдержал и обернулся.

Детеныш был не один. Рядом с ним была его мать. Или отец, если у них имелся пол.

Мать была ростом с человека и не выглядела такой милой, как малыш.

Она облизывала вылупившегося, а тот весело гоготал.

Профессор даже улыбнулся, глядя на эту сцену.

Взрослая особь поглядела на нас и зарычала, раскрыв зубастую пасть. А потом просто исчезла. Вместе с малышом.

Почти бегом мы добрались до лагеря. Молча.

Уже перед самым входом в купол я сказал профессору:

— Оно ведь могло нас убить.

Профессор Стаховскич кивнул.

— Ему нужен был только ребенок.

— Мне не хочется его изучать.

— Мне тоже. — с этими словами он снял с плеч рюкзак и все его содержимое вывалил на землю, после чего хорошенько, от души попинал наши приборы.

Я сделал тоже самое со своим оборудованием.

Потом мы сложили все назад в рюкзаки и, уже не скрываясь, зашли внутрь лагеря, в шлюзовой отсек. Там все тот же часовой помог нам снять скафандры.

Профессор Стаховскич пошел прямиком к старшему лейтенанту Наскову.

За загубленную экспедицию он взял вину на себя. Профессор обьяснил, что своими угрозами лишить меня работы вынудил идти с ним ночью в чужую землю, где мы попали в сильный ветер. Все наше оборудование оказалось разбито и мы больше ничего не можем тут сделать. Да и нет тут ничего. Нужно возвращаться.

— Если мы вернемся, эту планету больше никто не посетит. А вас больше никогда и никуда не пригласят! — хмуро предупредил Насков.

Переглянувшись со мной профессор пожал плечами:—

Что поделать!..