Портал рядом с тобой

Глава 1

Всегда знал, что в районе озера Баскунча́к существует как минимум один пространственно-временной портал. Последний раз в него попали туристы, поехавшие на гору Большое Богдо, и случайно исчезнувшие больше чем на сутки.

По их словам, они гуляли не больше часа, а по возвращению домой узнали, что их уже вторые сутки…

«Ищут пожарные,

Ищет милиция,

Ищут фотографы

В нашей столице,

Ищут давно,

Но не могут найти» …

Эти строки написал Самуил Маршак. Причём, давным-давно. И столица у нас всего-то областная – Астрахань.

А ещё я нашёл в сети упоминание, что где-то в Южной Америке туристы стали свидетелями необъяснимой погодной аномалии. Повсюду было пасмурно, шёл дождь, а невдалеке в одном месте через огромное окошко сияло солнышко и голубело небо. То есть, был самый настоящий портал! Пространственная дыра в виде арки, сквозь которую счастливчики видели явную, необъяснимую наукой, погодную аномалию.

Когда же они набросились с расспросами на местных – те им так и сказали, что это портал в далёкие миры. Что окрестные жители, заглянувшие в него из любопытства, оттуда никогда не возвращаются, а вот пришлые регулярно проникают и разбредаются по планете.

Так вот. Используя эти, прямо скажем, поверхностные знания я и отправился в район озера Баскунчак.

Дождался пасмурной погоды, мелкого моросящего дождя, и запрыгнул в свой «MINI Cooper». Но увы. Первая поездка оказалась безрезультатной.

Только с четвёртого захода я, наконец, обнаружил аномалию, указывавшую на портал.

Погода на «той стороне», действительно, отличалась. Там сияло солнышко!

Но сломя голову нырять в неизвестность я не стал. Струсил, сегодня в этом не стыдно признаваться. Отдышался, произвёл привязку к сетке координат, с нескольких ракурсов заснял «арку» пространственной дыры, и поспешил убраться куда подальше.

Дома, скинув промокшую одежду и уставившись в экран монитора, понял, что врождённый скептицизм больше никогда не будет моей защитой от небывальщины.

Теперь, когда доказательства существования «непознанного» были перед глазами, предательская дрожь в руках и ногах никак не проходила. Даже после пары пиал согревающей «микстуры».

На сделанных смартфоном фотографиях на максимальном зуме, сквозь «арку», по периметру которой была запечатлена тонкая и теперь неподвижная молния, просматривались детали, которых не заметил на месте. Скорее всего, боялся по-настоящему в него заглянуть и увидеть какого-нибудь пришельца с нечеловеческой внешностью.

Что ж. Я был прав. Там, за невидимой мембраной портала, среди зелени, явно нехарактерной для нашей полупустыни, стояло нечто.

Сперва я принял это за стелу, но пиксели на экране сложились в чёткую столбообразную форму. Это была башня маяка! Примерно такой у нас торчит за селом Вышка, которое в Лиманском районе. Там находится Четырёхбугорный или, по-другому, Петровский маяк.

А на фотке, скачанной со смартфона, скорее всего, был похожий на него столп с шарообразным набалдашником на маковке, только весь серый и, вроде как, с вертикальными полосками. Такие точно не строят ни в Астраханской области, ни где-либо в других местах.

Самое главное – слева у подножия маяка стояла фигура, ростом со взрослого человека.

Хотя на фото силуэт «пришельца» был размыт, этот тип явно смотрел в мою сторону. В районе его головы что-то поблёскивало. Будто зеркальце с солнечным зайчиком.

«Бинокль? Или снайперская винтовка?» — запугал я себя, и, чтобы успокоиться, принял на грудь остатки «микстуры». Ну, а потом поспешно ушёл спать. Даже ноут и смартфон не поставил на зарядку.

Утром сообразил, что просто обязан вернуться к порталу.

Понимал, что это безумие. Ведь любой нормальный человек вызвал бы учёных, военных, да кого угодно. Хотя бы близких друзей. Но неуёмная жажда первооткрывателя-эгоиста, смешанная с животным страхом, толкала вперёд, к непознанному.

К тому же, воспоминание о туристах, потерявших на сутки, не давало покоя.

А что, если они не просто гуляли там? Что, если они тоже что-то или кого-то видели?

*****

Через два дня, загрузив в багажник «MINI» запас продуктов на пару дней, канистру с бензином, пару пятилитровок с водой, спальник и отцовский охотничий нож, я снова выехал в район Баскунча́ка и Богдо.

Погода благоприятствовала – была просто «идеальной» для безумного плана. Низкие свинцовые тучи, морось с крупными каплями дождя вперемешку, и ветер метров десять в секунду.

На огороженной стоянке для автотуристов и экскурсионных автобусов не было никого. Заглушив мотор «Купера», накинул ветровку «непромокайку» и вышел на повторную разведку.

Сориентировался по GPS-координатам предыдущей съёмки и пошагал. Через сорок минут был на месте.

Теперь всё в районе портала выглядело иначе. Ветер не только изменил рельеф солевых отложений по берегам Баскунчака, он ещё и озёрную воду замутил.

«Окно» на волшебном пятачке оказалось на месте. Правда, теперь «арка» будто висела в воздухе. Дрожала, как марево над летним асфальтом, и в этот раз казалась шире, словно створки портальных ворот из-за ветра приоткрылись чуть больше.

По ту сторону всё так же сияло солнышко, но теперь я услышал звук. Тихий, похожий на низкочастотный гул, от которого слегка заныли зубы.

Тактические очки изнутри покрылись испариной. Скорее всего, от предательского пота, вызванного волнением. Я снял их, протёр платочком и сунул в карман. Посмотрел на портал и на полном серьёзе с ним поздоровался:

— Ну, здравствуй, дружище Портал.

После сделал несмелый шаг к его «входу». Потом ещё один. Приблизился вплотную к бликующей мембране.

Граница между двух миров в виде тонкой и слегка извивавшейся голубоватой электрической дуги видна была отчётливо. Серая дождливая мгла с внешней стороны, и солнечный свет из синевы небес с другой.

Воздух начал пахнуть цветами, нагретой почвой и ещё чем-то незнакомым.

На всякий случай я выставил вперёд руку со смартфоном, чтобы уже без зума сделать качественный снимок иного мира. Потом, как и в прошлый раз, собирался ретироваться и возвращаться домой.

Да-да. Снова струхнул и передумал рисковать, отправляясь незнамо куда. К тому же рюкзак с припасами оставил в Купере. Видно, переволновался. Или погорячился, сейчас уже не важно.

Но вселенная всё сделала так, как задумала. В момент, когда объектив смартфона пересёк невидимую границу, что-то вокруг меня изменилось. Может даже во мне. Потому что я ни с того, ни с сего осмелел, если не признаваться, что обнаглел. Ну, почти.

— Эй, инопланетяне! Есть кто живой? — крикнул я, как можно громче и бодрее, но почему-то мой голос прозвучал хило и сдавленно.

Из самой глубины портала, из чужого солнечного мира, донесся «ответ». Человеческий. Громким, уверенным взрослым голосом. Причём, на чистом русском, хотя и со странной интонацией:

— Не стой на пороге, путник. Либо заходи, либо проваливай!

Я замер. Показалось, что сердце пропустило пару ударов.

«Меня что, ждали? Или это ловушка?» — пронеслось молнией в голове.

Но любопытство победило мимолётный страх. Я сделал глубокий вдох и шагнул вперёд.

Мир не перевернулся, нет. Но ощущение было таким, словно меня десяток раз провернули в центрифуге стиральной машины, а потом резко её остановили.

Небольшое давление на уши, вспышки ярко-зелёного света, и вот я стою в зазеркалье на причудливом травяном ковре.

Дождя нет. Температура воздуха градусов двадцать пять. Солнце светит из безоблачного неба. А невдалеке чуть слева торчит самый настоящий обелиск.

— Вот и ладушки-оладушки, — сказал мне уже другой чужой голос.

Я медленно обернулся. Сбоку от портала в нескольких шагах от меня на корточках сидел мужчина. На вид ему было не больше сорока – сорока пяти. Одет в потёртую советскую штормовку и изрядно поношенные джинсы. На начавшей седеть голове – донельзя выцветшая кепка, а на шее на ремешке висел старый советский бинокль.

Сначала я не сообразил, что оказался в месте, в котором не было ни солёного озера, ни горы Богдо, ничего другого более-менее знакомого или связанного с родной областью.

Но самым странным в момент знакомства с чужим миром был «инопланетный» транспорт встретившего меня мужчины – обычный велосипед «Кама». Правда, основательно проржавевший.

— Вы... вы кто? — кое-как выдавил я из себя и, на всякий случай, осмотрелся по сторонам.

Позади меня никакого портала уже не было, но это обстоятельство почему-то меня не удивило.

— Я штоль? — мужчина усмехнулся и отхлебнул из алюминиевой фляжки цвета хаки. — Я бывший чабан Михалыч. Ещё в осьмидесятом году сюда провалился. За халявой приехал, сам понимаешь. За дармовой солью. Вобла вот-вот должна была попереть. Ну и «впорхнул» сюда сдуру. То есть, из праздного любопытства. А ты, значит, тот самый охотник за порталами?

— В восемьдесят... Каком? — меня прошиб холодный пот. — Сорок лет назад?

— Да не считай ты года, — отмахнулся Михалыч. — Время тут хитрое. Там течёт, а тут намертво стоит. Ну, почти. Я, небось, и не постарел почти.

Он поднялся, отряхнулся от травинок и указал рукой куда-то вдаль, где весенние пампасы переходили в настоящий лес с серебристыми стволами.

— Там поселок имеется. «Отстойником» называем. Туристы живут, которые с горы Богдо или с берега озера забрели. Поначалу тоже домой рвались, да со временем передумали. Тут же лепота. И никакого начальства. Вот только назад ходу нет.

— Как это, нет? — удивился я. — Вот на этом месте только что был.

Михалыч покачал головой и грустно улыбнулся.

— Это был вход в этот мир. Как только ты сюда шагнул – мост промеж миров напрочь сгорел зелёным пламенем. И теперь ты тут на веки вечные, сынок. Тоже, значит, нашенским стал.

Михалыч рассмеялся, но смех его звучал не злорадно, а скорее грустно и немного иронически.

— Ладно-ладно, — сказал он и панибратски хлопнул меня по плечу. — Неча стоять и жалеть о содеянном. Айда в Отстойник.

*****

Прошагав на восток километра два, не меньше, мы наконец оказались на окраине села, спрятавшегося в зарослях березняка.

Маленькие деревянные домики, разбросанные то там, то сям, показались смутно знакомыми. Такие раньше строили в пионерлагерях, а сейчас на турбазах для приезжих любителей рыбалки. Ни улиц, ни тротуаров не было и в помине. Только хорошо проторенные тропинки, вилявшие между деревьев, да пара колодцев «журавлей».

— Целься в самую правую. На окраину, так сказать. Там наш выборный староста. Кличут Антошкой. Он тут всем заправляет. Определится с твоим жильём и поставит на довольствие. Живи теперь, как умеешь, в своё удовольствие, — в рифму сказал на прощание Михалыч и скрылся за дверью ближайшего домика.

Поневоле пришлось плестись на окраину, чтобы найти последний домик с «хозяином» посёлка.

Постучавшись в дверь последнего сруба, оказавшегося новёхоньким, я робко позвал:

— Начальника Отстойника могу увидеть?

Когда дверь домика распахнулась и на пороге появилась миловидная девушка-блондинка с парой нелепых косичек, я подумал, что нарвался на Антошкину сестру или подругу. Уж больно с подозрением она таращилась и явно была недовольна моим визитом.

— Чего тебе надо? Новенький, что ли? Только что забрёл в наши пенаты? — с напускной строгостью спросила девушка и ушла в домик, но дверь оставила открытой.

Я потоптался, но придумать ни плохого, ни хорошего не успел: девушка предложила войти:

— Долго будешь мяться? Заходи, путник!

«Почему они называют меня путником? Что-то из классики? Или из сетевой современности? И зачем мне эта барышня-крестьянка?» — соображал я, витая в облаках, пока осторожно пробирался в едва освещённое помещение.

— Рассказывай, — чуть ли не приказным тоном велела девушка и указала рукой на табурет, стоявший у небольшого столика.

— Извините. Мне сказали найти какого-то Ан… Антона. Вроде он тут главный, — еле выговорил я, вовремя прикусив язык, чтобы не обозвать начальство Антошкой, который запросто мог оказаться мужем или братом косичек.

— Я здесь главная. Это меня зовут Антониной. Так что рассказывай, откуда ты взялся на мою голову? — всё ещё строго представилась хозяйка, а меня вдруг разобрал смех.

Нервный, неудержимый, и почти беззвучный, с короткими приступами дрожи, которые пытался сдержать, но безуспешно.

— Извините. Это всё ваш инопланетянин Михалыч. Он меня встретил у портала. Потом проводил к начальству, — объяснил я Антонине, когда начал успокаиваться.

— Понятно. Но я не об этом тебя спросила. Коли явился на чужую планету – выкладывай всю подноготную. Это чтобы стало понятно, как тебя использовать. Рассказывай про образование, профессию, семейное положение. Прочее, что посчитаешь нужным. Я слушаю. А времени у меня мало. Скоро уйду встречать обоз с той стороны, — наговорила с три короба начальница, а я не сразу всё понял.

Врезалось в башку выражение «на чужую планету», отчего все остальные слова пролетели мимо ушей.

Чтобы хоть как-то прийти в себя, начал отвечать давно заученное, что не раз писал о себе в резюме:

— Зовут – Стельмах Сергей Владимирович. Возраст – двадцать девять лет. Образование высшее – наш астраханский университет. Год служил связистом. После службы немного работал программистом. Холост. Финансовых проблем не имею. Временно… безработный. Остальные навыки как у всех – на уровне дилетанта.

Взгляд Антонины подобрел только после того, как признался, что имею отношение к разработке программного обеспечения.

— Понятно. Сегодня обустраивайся в срубе номер шесть… Пойдём покажу. Потом сразу пойдёшь со мной к «воротам». Поможешь аборигенам перетащить посылки с Земли. Заодно увидишь, с кем тебя перепутали, — по-деловому распорядилась начальница и, пока я собирался с мыслями, первой вышла из домика на просторы чужой планеты.

Пока безвольно семенил за Антониной к шестому срубу, ничем не отличимого от остальных, кое-что в светлой голове заискрило.

«За посылками с Земли? Значит, какая-никакая, а связь с домом существует! Вдруг, отпустят попрощаться с Купером? На пол часика? Или на пару минут? СМС-ку отправить Вадюхе, чтобы перегнал автомобиль в мой гараж. Жалко же его до колик в животе. Новёхонький же!» — соображал я пока не услышал строгий голос хозяйки.

— Вот, Сергей Владимирович, твой шестой сруб. Видишь засечки на шестых от фундамента торцах? Теперь не перепутаешь, — заявила Антонина и пошагала к следующему домику.

— Так мне в него зайти? Или дальше за вами плестись? — робко спросил я командиршу.

— Загляни в него. Если чего не будет хватать, где меня найти – знаешь. А как с интерьером ознакомишься – догоняй. Я буду у «ворот» ждать визитёра.

Кстати! «Удобства» найдёшь в Суриковом саду, — наговорила с три короба Антонина, ещё и ребус подкинула на закуску.

Мне сразу же расхотелось заходить в шестой сруб, вот только сказанное начальницей слово «удобство», напомнило, что уже давно хочу посетить инопланетный клозет.

Забежав подальше в заросли берёз, исполнил «маленькую» мечту. И пока её воплощал, увидел в пяти шагах от себя дачный вариант инопланетного туалета. Точь-в-точь, как у дружка Равиля в Татаробашмаковке.

«Причём тут художник Суриков? И где его сад? Белоствольные берёзки? Тогда бы назвали парком. На худой конец, рощей», — соображал я всю дорогу, пока шагал в сторону торчавшего на горизонте обелиска с чёрной шарообразной маковкой. Но догонять Антонину даже не думал: больно шустрая дама. И устремлённая. А ещё уверенная в себе, как тот сериальный ректор университета, которого студенты обзывали «Реактором».

*****

Когда приблизился к обелиску, услышал, как Антонина воспитывала Михалыча:

— Зачем запугиваешь? Зачем врёшь о проходе? Я же сто раз тебе говорила, что на этой стороне все свои. И что с того, что он тебе не понравился? Если «Ферзь» его пропустил, значит, он зачем-то ему… То есть, нам с тобой, нужен!

И тут меня осенило, что разговаривали они обо мне. А ещё больше я опешил, когда сообразил, кого они назвали «Ферзём». Маяк! Вот, оказывается, на что похожа гофрированная инопланетная каланча с шарообразной макушкой!

«Как этот александрийский столп с бильярдным шаром вместо ангела может решать, кому проходить через портал, а кому заказано? И почему он меня пропустил? На кой я ему понадобился?» — провалился я в кроличью норку пугавших озарений, но вовремя был спасён от «столбняка»: Антонина вернула меня на землю. Вернее, на чужую планету. Зато в реальность.

— Явился? Вот и хорошо, — всё так же по-командирски констатировала она, а потом объяснила, что будем делать. — Как только портал включится – поможешь принять заказы и встретить столичного гуру. Спеца по порталам.

И я сразу же начал искать на траве хоть какие-нибудь следы портала.

— Он что, сам по себе включается? Или его Ферзь этот активирует, — спросил я у загрустившего Михалыча, улучив момент, когда Антонина начала разговор с двумя подошедшими к нам парнишками, похожими на первокурсников-студентов на практике.

— Когда пломбы в зубах засвербят – тогда и включится. Но чтобы сквозь него пройти, нужно установить «зрительный мост». Или отсель зрить тех, кто там ошивается. Или оттуда видеть нас. Не всем, а тому, которого Ферзь подключил к процедуре. Ты же «университетский». Значит о Рудольфе Шрёдингере и его кошке в курсе.

После невразумительных басен Михалыча, в моей головушке случилось интеллектуальное несварение.

«Кот Шрёдингера тут причём? Что здесь и сейчас наполовину живо и мертво одновременно? Портал? Тогда причём зрительный контакт? Для чего нам нужно отсюда видеть тех, кто там, на Земле, подошёл к порталу?» — погрузился я в высшие материи, благо имел достойное образование и пока что безупречную память.

Она-то и помогла вспомнить теоретические предположения физиков и гипотезы неугомонных фантастов.

«Луны не существует пока на неё никто не смотрит», — всплыл из глубины извилин фрагмент научной дискуссии о природе нашей реальности с точки зрения квантовой механики. И автором этого заявления был сам Эйнштейн.

«Вот оно что. Механика! Пусть даже квантовая, но механика же. Вдруг, на самом деле человеческий взгляд способен включать механизм портала? Причём, дуплетом и оттуда, и отсюда!» — обалдел я от обоснованной догадки и продолжил ревизию в чертогах памяти.

«Что ещё помню о взглядах наблюдателя? Точно! Физики данное явление обзывают “квантовой суперпозицией” или “принципом неопределённости Гейзенберга”. И оно возникает в квантовом мире при взаимодействии с макроскопическим наблюдением. А макроскопический – значит, состоящий из большого числа атомов, молекул или ионов», — увлёкся я воспоминаниями и пропустил момент включения портала.

— Кто с нашей стороны «держатель»? — вполголоса спросил Михалыч у Антонины, и я выпал из чертогов на инопланетную лужайку.

— Знамо, кто. Программист Сергей. Он же последним заехал, — ответила Антонина, а я не сразу «вкурил тему».

— Пусть тогда сразу вернётся на Землю, чтобы закончить дела и состряпать правдоподобную легенду своего длительного отсутствия. А через пару-тройку дней обратно сюда, — вступил в беседу начальства один из парней-студентов.

От этих спокойных и почти будничных разговоров «инопланетян», я чуть обморок не упал. Так меня задело их рассуждение и на мой счёт, и на счёт всего творившегося вокруг. Но я почему-то опять быстро успокоился и взял себя в руки. Скорее всего, это Ферзь помог, но об этом догадался намного позже.

— Что я должен делать? — по-деловому спросил я у матёрых ксенологов, разузнавших кое-какие секреты внеземного разума, а заодно и технологии «чужих».

— Как только зубы начнут зудеть – зырь на портал. Будь внимательным и готовым ко всяким неприятностям, — объяснил мне матёрый инопланетянин Михалыч, вот только я совершенно ничего не понял.

«Какие ещё неприятности? А зрительный контакт, чтобы мы увидели тех, а они нас? Или басни о Ферзе и квантовой механике с её суперпозицией – это шутки для новичков? Чтобы голову заморочить? Ну и ладно. Я тоже могу прикольнуться. Сыграю простодушного олуха, а там посмотрим, кто смеётся последним», — дерзнул я представить, как в самый неподходящий момент отомщу своим шутникам.

Сразу же пошагал и стал примерно напротив места, где должен был открыться портал.

Стоять пришлось около часа. Так мне показалось. За спиной все встречавшие расслабились и трепались за жизнь, а я усиленно изображал из себя младшенького Ферзя и всё ждал, когда же появится низкочастотная дрожь в зубах.

Кое-что из разговоров новых знакомых меня заинтересовало. Оказывается, они надеялись, что среди гостинцев с Земли будут не только продукты и бытовой ширпотреб, но и средство передвижения с парой квадрокоптеров. Всё это понадобилось для «дальней» разведки и расширения освоенной и изученной площади планеты, которую они называли «Куба-Туба».

И тут вдруг я почувствовал низкочастотный шум, от которого неприятно заныли не только зубы, но и все внутренности. Особенно кости родного скелета. Я даже невольно сделал пару шагов вперёд, чтобы отойти подальше от источника инфразвука. Решил, что его генератор находится на макушке Ферзя. И только окрик Антонины заставил меня замереть на месте.

— Куда собрался, программист? Отойди от апертуры! Сейчас оттуда выброска прилетит! — чуть ли не прокричала начальница на полном серьёзе, а когда я шарахнулся в сторону, добавила уже в шутку: — Тебя же размазать может по пространственно-временному континууму.

Пока я, ничего не соображая, не находил себе места на заросшей травой равнине Кубы-Тубы, портал включился. Вот только никакой картины Земли я в его треклятой дыре-апертуре не увидел.

Арка портала была цвета обсидиана с тёмно-фиолетовыми нитями бликов тончайшей толщины. Внутри него бушевал хаотический вихрь из этих радиальных нитей, рисовавших гипнотические узоры.

— Смотри внимательно. Как только апертура сформируется и её нутро прекратит «штормить», значит, портал открылся. Если обоз прибыл, и наши снабженцы нас увидели, они закинут сюда лёгость на тонкой верёвке – так называемую выброску. Берём её и вытаскиваем. На том конце должна быть полноприводный электро-квадроцикл с грузовой тележкой, нагруженной снабжением. А за ним пара человек, один из которых столичный спец по порталам, — втолковывала мне Антонина, а я как прилип взглядом к обсидиану портала, так и одурел во всех смыслах.

В себя пришёл только увидев прилетевшую из непроглядной толщи плетёную «грушу» на тонюсеньком шнуре. Схватил её и начал тащить на себя. Захотел отвлечься от небывальщины, творившейся в арке портала.

После десятка метров фала, на наш «берег» выплыла толстенная верёвка, в которую мы впятером вцепились и потащили на себя.

Груз шёл медленно, и я успел не только устать, но и представить, как невидимый квадроцикл сквозь каверну во времени и пространстве преодолевает расстояние в сотни световых лет. А ещё мне нестерпимо захотелось пить.

— Теперь аккуратнее! Вот-вот квадрик покажется, — скомандовал один из студентов, и квадроцикл, действительно, вынырнул из жидкой и маслянистой тьмы.

Мы удвоили усилия, чтобы вытащить из небытия подарки с Земли, и, наконец, квадроцикл с тележкой выкатился на травку.

Один из студентов ловко запрыгнул на сидение и завёл чудо-технику, а через минуту отъехал метров на десять в сторону.

Я так впечатлился совершённым нами трюком, что не сразу заметил прибывшего с земли человека. Только когда Антонина приветствовала какого-то Семёна, стало понятно, что на той стороне портала произошла неприятность.

— Серьёзно? Ты точно не шутишь? — о чём-то допытывалась начальница у мужчины лет пятидесяти, одетого точно так же, как Михалыч и студенты.

— Какие могут быть шутки? Как только портал открылся, и вас стало видно, как в цветном телевизоре, его будто парализовало. Я так понял, что этот супер-спец по порталам и внеземным цивилизациям ни разу в жизни не видел ничего подобного. Когда я кое-как привёл его в чувства, он опрометью кинулся к нашему микроавтобусу. Иван, скорее всего, уже погнался за ним, чтобы не начудил и не выдал нас с потрохами.

— Всё ясно. Тогда на помощь Ивану отправим нашего новенького. Заодно со своими делами разберётся, — услышал я начальницу и приготовился к продолжению банкета.

Пока Антонина отвлеклась отдать команду на счёт квадрика и тележки с припасами, я успел увидеть, как чернота портала за доли секунды превратилась в окошко с таким родным пейзажем полупустыни, что на моих глазах появилась пара невольных слезинок.

Нет, никаких фигур, улепётывавших от апертуры, я не увидел. Зато удостоверился, что время на той и этой стороне портала проходит по-разному.

— Ну ты как, программист? — спросила меня Антонина. — Не передумал к нам возвращаться? Если передумал, мы не в обиде. А если решил присоединиться к экспедиции – тогда милости просим.

Ферзь тебя по каким-то признакам выбрал, так что оправдай оказанное настоящим инопланетным «Искиным» доверие.

А пока будешь на Земле – проштудируй тему. Спец по порталам оказался сказочником. Так что записывай сотовый Ивана. Будешь с ним согласовывать свои действия. Он заодно расскажет тебе всё, что сам знает. И всё, что нам здесь позарез нужно.

Если готов – ныряй. Только не вздумай тормозить. Одним решительным движением заходи. Иначе тебя может помять, пока сначала размажешься по континууму, а потом заново восстановишься.

Антонина ещё что-то говорила и советовала, вот только я снова ничего не слышал. Даже номер телефона Ивана записать не смог. Просто было не на чем. Потом, уже дома обнаружил в кармане тетрадный листок с неизвестным номером сотового.

Хорошо врезалось в память, как чуть ли не прыжком ринулся в портал, а потом так же из него вывалился на астраханскую землю…

В этот раз мои внутренности пострадали намного меньше. Не было эффекта центрифуги. Отскочив от портала, оглянулся и увидел, как на месте портала в воздухе тает огромный мыльный пузырь тёмно-фиолетового цвета.

Отдышавшись, пошагал к стоянке Купера, ожидавшего меня… вторые сутки! Правда, об этом я узнал немного позже.

Пока маршировал по влажной почве до автостоянки, старался ни о чём не думать. Даже о Купере, стоявшем среди авто и микроавтобусов. Хорошо, что все туристы организованными группами убыли на берег озера, а не на макушку Богдо. Правда, впоследствии я узнал, что апертура портала при любом раскладе ниоткуда не видна из-за того, что открывается профилем к Богдо и почти им же к озеру. Да и расстояние в пару км тоже помогает конспирации.

Когда забрался в MINI, вспомнил о смартфоне. Включил его и не смог вспомнить, зачем. Да и всю дорогу до Астрахани пребывал в странном спокойствии, похожем на отрешённость. Думать о чём-либо был просто не в силах.

Так продолжалось до тех пор, пока не услышал с десяток СМС, прилетевших в смартфон. Пока пялился одним глазом на экран телефона, а другим на дорогу, сработал рингтон входящего вызова.

— Ты куда пропал, сынок? — услышал родной голос мамы и чуть не прослезился, будто на самом деле пропадал надолго.

От неё и у знал, что моё отсутствие продолжалось больше суток. Точно, как и у тех незадачливых туристов на Большом Богдо. С той лишь разницей, что моя память пока ещё была в полном порядке.

Успокоив родителей враньём, что «зажигал» с новой подружкой из Ахтубинска, пообещал, что на следующий день загляну к ним в гости. После отправился в магазин за «микстурой» и сопутствующей закуской.

Только под утро забылся тревожным сном, разбавленным дарами Вакха…

*****

Поутру, разбирая вещи, в кармане дождевика обнаружил влажный тетрадный листок с номером телефона Ивана. Сразу же очень захотелось повторить вечерний подвиг имени «красно-белого» Диониса, но сила воли помогла преодолеть соблазн.

Не откладывая в долгий ящик, послал Ивану СМС: «Привет. Вчера прибыл с Кубы. Не застал вас. Если удобно, предлагаю встретиться. Сергей». И поздним вечером того же дня мы встретились, а через неделю я уже планировал вернуться на Кубу-Тубу с новой порцией припасов и оборудования.

Кстати. «Тему» я проштудировал. Таинственный Иван очень помог. По понятным причинам, я не буду его описывать. Умнейший человек! Быстро с ним нашли общий язык, а потом целую ночь рассуждали об устройстве Вселенной, о ксенологии, о природе портала.

О новых названиях местности на Кубе-Дубе, которые скопированы с настоящей географической карты нашей области. Суриков сад – оттуда. Куба – от горы Кубатау. Туба от речки Ахтубы, чей перевод с тюркского – та ещё головоломка.

Узнал о голосе портала, который «появился» после исчезновения напарника Михалыча, с которым он выкопал колодцы и построил все жилые срубы Отстойника. Этот несчастный, прозванный всеми «Путником», так боялся «обратной стороны» портала, что в один прекрасный день преодолел свой страх и нырнул в черноту обсидианового омута...

Разумеется, исчез, размазавшись по континууму. С тех пор Михалыч в трауре и большую часть свободного времени дежурит недалеко от Ферзя: то ли ждёт возвращения друга, то ли разговаривает с голосом, поселившимся в портале.

Ещё узнал голубой молнии по периметру апертуры портала. Это, оказывается, известное физикам явление из-за эффекта Вавилова – Черенкова. То есть, реальное физическое свечение, возникающее тогда, когда заряженные частицы любого вещества движутся в прозрачной среде со скоростью выше фазовой скорость света…

Ну, и напоследок скажу, что завтра утром синоптики обещают «нашу» погоду. Поэтому я убываю «в командировку».

Родителям наврал, что возвращаюсь в американский Сиэтл, что на северо-западе штата Вашингтон. Пусть думают, что заключил новый трёхлетний контракт поработать программистом. Они то не в курсе, что там всех уполовинили и заменили Искиным.

А эту писульку с описанием моего настоящего знакомства с порталами я отправлю знакомому графоману. Пусть её отшлифует и тиснет от своего имени…