«Пока кофе не остыл»

Глава 1

«Пока кофе не остыл»

Игорь Владимирович стоял с наполовину пустой чашкой и тенью отчаяния в глазах. Звездную библиотеку качнуло. Уставший библиотекарь чертыхнулся, размазав ботинком пролившейся кофе по полу настолько качественно, что прибывший на место загрязнения клининг-дроид только в замешательстве крутился у его ног, пока не получил ощутимый пинок. Эта серия машин училась быстро, и одного удара хватило, чтобы робот убрался подальше.

Почему человечество смогло придумать искусственную гравитацию и огромные звездолеты, развивающие 3,89 скорости света, а сделать так, чтобы эти корабли летали и не тряслись — нет, Игорь Владимирович понять не мог. Еще он не мог понять, за что его утро в очередной раз начинается так паршиво.

На столе в рубке лежала его рукопись — тонкая, немного помятая картонная обложка с торчащими белыми ниточками переплета. Так выглядит апельсиновая корка, когда кто-то впился в дольку зубами и сожрал всю мякоть, оставив только белые волокна. Рукописи не было. Пропала, как и три предыдущие, которые он писал к прошлым конкурсам. Это начинало бесить.

Первые рукописи были потеряны странным образом. Именно в тот момент, когда тетрадь оказывалась одна в пустой каюте, и именно в том месте, где не работали камеры. Библиотека была настолько старым звездолетом, что в ней ломалось многое и с завидной регулярностью. Отвечающий за исправность систем инженер откуда-то с Земли, задорно ругаясь приводил все в норму и на вопросы, почему это происходит именно в тот момент, когда пропадают записи, отвечал, что ему наплевать и на библиотекаря, и на его бумажки.

Игорь Владимирович подозревал инженера с самого первого случая, но доказательств у него не было. Капитан звездолета Протасов А. М. каждый раз предлагал Игорю вести записи в электронном виде и отказывался предпринимать что-либо по поводу пропавших тетрадей.

Меланхолично покрутив в руках обложку от пропавшей работы, библиотекарь решил залить утрату чашкой кофе. С тех пор, как его перестали выращивать на Земле, вкус напитка изменился не в лучшую сторону. Достав серебряную пачку с аккуратной надписью на непонятном диалекте, Игорь Владимирович зарядил аппарат. Больше всего инопланетные символы на серебристой упаковке напоминали слово «декаданс». Напиток, которые через несколько секунд, тонкой струйкой начал цедиться в кружку - тоже.

Погруженный в мысли о пропавшей рукописи, приближающемся сроке сдачи работ на конкурс и нестройном сюжете потерянного зачатка произведения, Игорь Владимирович потянулся за чайной ложкой, но был неаккуратен, и металлический прибор полетел на пол, огласив каюту громким звоном. Слишком громким для такой мелочи. Через несколько секунд пелена рефлексии рассеялась, и он понял, что звенела стыковочная сирена. Это могло значить только одно — на звездолет доставили новый контейнер.

***

Что же могли доставить в космическую библиотеку, как не книги? Бумажные носители уже давно вышли из употребления и оставались предметом коллекционирования. Дураку понятно, что первую попавшуюся книгу никто собирать не будет, а значит, образовался излишек целлюлозных тел, которые оказались никому не нужны. Тогда и построили космическую библиотеку — звездолет, вмещающий в себя наследие прошлого, в чем ему без устали помогал бессменный библиотекарь Игорь Владимирович.

Нижние палубы были царством хмурого технаря, отвечающего за стыковочные блоки и капсулы, который на дух не переносил книги и весь звездолет. Каким образом он попал на эту должность, в такое место, было совершенно непонятно.

Саркофаг, словно огромный гроб ждал библиотекаря в книгоприемнике. По размеру металлического параллелепипеда Игорь Владимирович давно научился определять, какие книги его ждут: вместилище давно заброшенной деревенской библиотеки; чья-то домашняя коллекция, содержимое чего-то пыльного чердака, архивы, склады мануфактуры и другие. Судя по всему, сегодняшний груз до недавнего времени находился в чьем-то доме и это сейчас предстояло проверить. Он тяжело выдохнул, приготовившись открыть вакуумную крышку. Чаще всего, этих первых секунд было достаточно, чтобы в общих чертах представить себе, как пройдут ближайшие часы работы. Лёгкое шипение клапанов и в каюте повисла тишина. Крышка приоткрылась и в нос ударил сырой и холодный запах прокуренного камамбера, запах жирной влажной пыли и осклизлых оконных стекол. Запах домашней библиотеки с очень интересной историей. Осталось только понять, в какой момент своей хронологии эта коллекцию попала в саркофаг, сохранились ли в этой породе драгоценные включения, либо декаданс и плесень освоили ее до конца.

Игорь Владимирович на пару минут прервался, чтобы сделать себе очередную кружку кофе. Аромат коньяка, снова добавленного в напиток, вместе с запахами из саркофага стал казаться тошнотворным, но без него пить инопланетную жижу казалось полнейшим извращением.

При более тщательном рассмотрении оказалось, что всю видимую правую часть саркофага занимали журналы. Их библиотекарь откровенно не любил, так как ни одно из изданий он не смог собрать целиком за десятилетия своего труда. Зато огромный блок ЗФ`ок хоть и предвещал долгие часы сверки по каталогу, но дразнил ожиданием приятных находок.

Каждая новая книга проходила тщательный осмотр: во-первых, на предмет наличия автографов, во-вторых, коллекцию “закладок”, найденных за годы на звездолете, тоже не мешало пополнить. Чего только не запихивают люди в книги — тема для отдельного исследования, никак не уместившегося в десять тысяч знаков.

Шли часы кропотливой работы, и с каждой новой стопкой книг приходило понимание, что эта домашняя библиотека свои лучшие времена уже прожила. Практически в каждом собрании сочинений, словно зубов во рту у алкоголика, не хватало самых ценных, редких или интересных томов. Увы, такова была жизнь.

На самом дне оставалось еще несколько томов. Решительно достав очередную книжку в красном переплёте, библиотекарь замер. Это были “Записки о Шерлоке Холмсе” Артура Конан Дойля. Некоторые рассказы он помнил очень хорошо. Возможно, эту книгу он даже перечитывал когда-то, хотя в последнем не был уверен.

— Что бы сделал гениальный сыщик на моём месте? — пробормотал Игорь Владимирович, доставая опустевшую обложку рукописи и кладя её на стол. Сверху он поместил извлеченный из саркофага детектив.

— Нам нужны подозреваемые, мой дорогой друг, — библиотекарь пошарил глазами по неровным стопкам книг, подготовленных к отправке в хранилище, и извлек тонкую, потрепанную книгу в серой обложке, водрузив её справа от детектива.

— Здравствуй, наш юный Инженер. Тот, чьи камеры ни разу не смогли заснять момент преступления! — обратился он к “Принцу Госплана”, который только что стал главным подозреваемым.

На поиске книги для капитана звездолета библиотекарь немного завис. Он даже сделал глоток остывшего кофе, пока выбирал между “Лордом” и книжкой про “Короля и Шута” в яркой желтой обложке. Холодный кофе на вкус был еще более отвратительным, что заставило поторопиться с выбором. Над “записками” на столе появилась желтая книга.

С техником было проще. Игорь Владимирович выудил из разношерстной стопки потрепанную “Сделай сам” с весёлым человечком, сделанным из катушки от ниток, и положил слева от детектива. На какое-то мгновение он задержался на “Повелителе мух”, но решил, что такой чести Пятница не заслужил. Зато из произведения Голдинга он извлек запихнутую в переплет зажигалку. Чем не закладка?

— Это, надо понимать, я?

Хриплый голос техника прозвучал у самого левого уха так неожиданно, что книга выпала из рук библиотекаря.

— Очень интересно… — протянул техник, рассматривая композицию. — Знаешь, я даже практически со всем согласен.

— Да мне все равно, что ты там думаешь. — Игорь Владимирович начал собирать книги игнорируя присутствия Пятницы. — От тебя так воняет, что, если бы ты зашёл в каюту, об этом бы все знали еще несколько часов после твоего визита.

— Вот ты какой? У молодежи понабрался? А знаешь, кого я бы подозревал в первую очередь? — не дождавшись ответа, техник продолжил. — Тебя, друг мой! Ты же со своей рукописью буквально не расстаешься. Из рук не выпускаешь! И только тебе известно, когда у тебя в голове что-то щелкает, и ты бросаешь ее где попало, а сам исчезаешь. Или, может, не исчезаешь?

Пятница выдержал паузу, с удовольствием наблюдая за тем, как меняется выражение лица библиотекаря.

— Да-да. Если кто и знает о том, что книга осталась без присмотра, так это ты. Три раза подряд оставить свои записи в рубке именно тогда, когда не работают камеры!

— Знаешь что?!

— И знать не желаю! — Пятницев с силой ударил кулаком по столешнице. — Забирай свои книги и убирайся наверх, алкаш чертов. И голову свою проверь, пока я рапорт капитану не написал, чтобы он приказом тебя в лазарет отправил.

Техник резко развернулся и ушел, оставив библиотекаря наедине с кружкой холодного недопитого кофе, горой книг и новым статусом главного подозреваемого в краже собственных рукописей.

***

В рубке царила уютная тишина. Инженер что-то едва слышно мурлыкал себе под нос, и эти звуки так гармонично сливались с гудением экранов, что Игорь Владимирович их почти не замечал.

— Слушай, можешь посмотреть камеры сегодня утром в моей каюте?

Инженер, не удостоив библиотекаря даже взглядом, начал ловко набирать команды на пульте. Через несколько секунд они вдвоём смотрели на пустой серый экран.

— Снова не работают?

— Работают… — инженер проверил показания камеры. — Это запись идет, только я не понимаю, что за ерунда на экране.

Он увеличил скорость воспроизведения, проматывая запись до тех пор, пока в углу экрана красным не загорелся значок «live». Изображение на экране оставалось неизменным — просто однородный серый фон.

— Что это такое?

— Черт его знает, — инженер выглядел озадаченным. — Если это какой-то новый баг, то всё, я посылаю к чертям это корыто и перевожусь куда-то, где железо годится мне хотя бы в отцы, а никак не в прапрадеды.

— Погоди, пойду проверю.

— Сам, подожди. — паренек выкрутил реверс на максимальную скорость, и очень скоро картинка на экране ожила. Серый фон рывками сдвигался, открывая укрытую за собой панораму комнаты.

— Это же шкаф! А это ты, Игорь Владимирович. Зачем ты двигаешь шкаф?

Библиотекарь замер с пустой кружкой в руке. Он и забыл, что вчера вечером открутил в своей каюте шкаф, думая, что за него может упасть одна из книг, сложенных сверху.

— Игорь, ты здоров? Вид у тебя совсем неважный.

Библиотекарь не ответил, развернувшись к кофейному аппарату. Получалось, что на этот раз он сам создал все условия для похищения. Сколько его не было в каюте утром? Он выходил совсем ненадолго. Мог ли вообще кто-то физически войти за это время и украсть рукопись?

Привычными движениями он засыпал молотый кофейный порошок в аппарат и, не дожидаясь, когда кружка наполнится, стал вливать коньяк. На заднем плане инженер что-то говорил, но библиотекарю было на это совершенно наплевать. Скоро, наполненная до краев безумно горячим напитком ёмкость, словно раскалённое клеймо, легла в широкую и сухую руку библиотекаря. Он сделал глоток. Казалось, что жидкость ударила прямо в мозг, попутно выламывая изнутри глаза и вырываясь через нос. Он закашлялся так сильно, что брызги кофе, состоявшего почти наполовину из горячего коньяка, окатили все вокруг — от стен и приборной панели до инженера.

— Мать твою! Игорь… Владимирович…

Похоже, на дикую смесь инопланетного кофе и вполне земного коньяка у паренька пошла аллергия. Кожа, куда попали капли, покраснела и чуть ли не пошла волдырями.

— Извини, держи платок!

— Да иди ты к черту, алкаш, — паренёк продолжал закрывать лицо руками. Похоже, с ним было совсем плохо.

Игорь Владимирович взял закрытую бутылку коньяка и, перехватив ее за горлышко, со всей силы приложился тяжёлым сосудом по голове инженера.

Бывший член команды космической библиотеки без сознания рухнул на пол.

— Хороший удар получился, — библиотекарь открыл коньяк, но пить не стал, уверенно выливая содержимое бутыли на неподвижное тело.

Зажигалка, добытая им из «Повелителя Мух», была все в том же кармане. Он поджег лежащий на столе листок и довольно скоро поджег им всё тело инженера.

— Стой на месте и не делай резких движений, чёртов псих! — капитан, сильно раскрасневшийся от быстрого бега, стоял при входе в рубку с табельным пистолетом, дуло которого не мигая смотрело на убийцу. — Я бы давно отослал тебя куда подальше…

Капитан осекся, остановив свой взгляд на горящем теле.

— Какого черта?

Библиотекарь медленно повернулся к своему жуткому творению. Пламя преобразило тело настолько сильно, что в нем уже нельзя было узнать бывшего инженера. Под обгоревшей формой и человеческой кожей проступали чешуйчатые покровы инопланетного существа.

Протасов А.М. опустил пистолет, его лицо выражало смесь шока и удивления.

— Вот уж не ожидал, что на нашем корабле может произойти нечто подобное. Жаль, теперь мы никогда не узнаем, что он здесь делал.

— За пожаркой он точно не следил, — заметил библиотекарь.

— Только не говори, что это совпадение. Ты ведь знал, что он рептилоид?

Игорь Владимирович кивнул:

— Я служил на Гончих Псах.

— Ого… — капитан присвистнул от удивления. — Неудивительно, что после тех событий ты выбрал самое спокойное место в галактике.

— Да нет, я просто действительно люблю книги,

К счастью, тела рептилоидов из-за своих биологических особенностей горели быстро, почти без дыма и практически без остатка, так что неработающая система пожаротушения не стала проблемой.

Через несколько минут с погребальным костром было покончено.

— Сейчас уберёмся и пойдем писать рапорты, — сказал капитан, нажимая несколько команд на своём браслете.

В дверь бодро вкатились клининг-роботы, шурша шестерёнками.

— Нет! Стоять! — рявкнул Игорь Владимирович так громко и неожиданно, что цилиндры роботов в такой спешке развернулись и ринулись за дверь, что, толкаясь в проходе, потеряли несколько своих деталей. Все-таки, искусственный интеллект учился быстро.

— Да какого чёрта, Игорь? Что за дерьмо с тобой происходит?! — возмутился капитан.

Между тем, библиотекарь решительно направился к остывающей куче пепла и принялся разгребать её носком ботинка.

— Или ты мне объяснишь, что здесь происходит, или я просто сломаю тебе ногу!

— Всё в порядке, капитан, — Игорь Владимирович с улыбкой смотрел себе под ноги. — Просто рептилоиды горят, а рукописи — нет.