Похоронный крейсер

Пролог

Только не имея возможности дышать, осознаешь, как важно дыхание. Большую часть времени человек даже не задумывается об этом.

Он понял, что ему осталось жить в лучшем случае минуты две, когда кислород перестал поступать в респиратор. В маске мгновенно стало жарко, душно было уже давно. Липкая паника уверенно начала обволакивать все его мысли, сковывая движения судорогами.

Усилием воли он отогнал первобытный ужас и побежал по заваленному трупами залу двигательного отсека. Самым сложным было не поскользнуться на слизи и гное, обильно вытекавшими из распухших мёртвых тел. Уж лучше бы кровь и белеющие кости — к этому он уже привык за долгие годы.

По дороге ему встретились демонтажники, вскрывающие стенные ниши и заблокированные двери плазменными резаками. Они не обратили внимание на бегущего, выволакивая из узких продолговатых щелей трупы, которые сохранились чуть лучше прочих. Спрятавшиеся в герметичных узких гробах умирали сутками, если не хватало храбрости покончить с собой. Изломанные тела падали в наваленные через каждые пять-шесть метров кучи.

Промчавшись мимо демонтажников, он начал задыхаться, легкие грозились взорваться, в глазах темнело. Рванув на себя рычаг автоматического отпирания дверей, он огляделся, безумно вращая глазами. Где терцианские ублюдки оставили эту хреновину? Где?

Развороченный аварийный комплект привёл его в отчаяние, и он в панике заметался по отсеку. Надо вернуться, дышать уже нечем!

На этот раз демонтажники обратили на него внимание. Они как раз закончили с нишами и переговаривались между собой. Жестами он показал, что не может дышать, они кивнули и переглянулись, отступив на шаг. Он сразу же все понял. Запасных кислородных баллонов у них с собой нет, и теперь спасение подыхающего стало делом рук самого подыхающего. Оно и понятно — чем меньше народу, тем больше доля каждого. По установленным правилам доля умершего распределялась между остальным экипажем.

Он побежал к стыковочным тоннелям, уже не осознавая, что это путь не спасения, а верной смерти. Даже в лучшей форме бежать до них как минимум минут десять, а он уже…

Ноги предательски подкосились. Рухнув на пол, он продолжил ползти вперёд. Потом скорчился и потерял сознание. Несколько минут спустя он был мёртв; ИКС издал громкий протяжный звук, сообщая о смерти владельца. Спустя час возвращающиеся демонтажники привычно оттащили тело инженера-квартийца на похоронный крейсер «Реквием».

Труп есть труп, и не важно, кому он принадлежал — товарищу или незнакомцу. После смерти все одинаковы. С одной стороны заходят люди, с другой выходит фарш. Порядок остаётся неизменным, война продолжает вращать рукоятку мясорубки.

Глава 1

Больше всего Лест не любил именно те корабли, которые во время абордажа угораздило попасть под обстрел орудий сверхмассивных линкоров. Трупами здесь был завален почти каждый квадратный метр внутренних помещений. Хуже них только корабли с отключённым антигравитонным приводом, где приходилось собирать мертвечину, свободно летающую в невесомости, но такой судьба ему пока что не подбрасывала. Вопрос времени, конечно, когда-нибудь и это случится.

Уроженец подземных уровней Секунды, Лест в очередной раз окинул взглядом навигационные приборы. Даже не верилось, что он смог выбраться с планеты и попасть на космический корабль, пусть даже такой убогий, как «Реквием».

Вообще он должен был следить за работой дронов-сборщиков, но те и так прекрасно справлялись со своими функциями. Как шутила команда, самая подходящая должность для такого тупоголового пустотника, как Лест. Сиди себе в рубке да в носу обеими руками ковыряй, дроны сами всё сделают. Напортачить просто невозможно.

Лесту такое отношение не понравилось, и после очередного пьяного мордобоя его несколько зауважали и вышучивали уже не так свирепо.

Он побарабанил пальцами по панели и вдавил кнопку связи на интеркоме.

— Бол, ты там долго ещё торчать собираешься? Остальные уже обратно засобирались.

Квартиец не отвечал. Лест зло сплюнул на грязный пол и толкнул дремавшего на перекошенном кресле навигатора. Его имени он не знал, считая это излишним — всё равно жизнь у сборщиков была короткой и имела свойство внезапно обрываться.

Навигатор махнул руками и уставился на него.

— Чего тебе? — спросил он, протирая глаза. — Опять бабы горячие померещились?

— Смотри в оба, схожу за Болом.

— Сядь и за дронами следи.

— С этим и ты справишься, а вот Бол может и в говно попасть. С него станется.

— Да занят он, лом шатает.

Навигатор сжал кулак и поводил им вверх-вниз, изображая означенный процесс.

— А ты откуда знаешь? — на всякий случай уточнил Лест. — Подглядываешь за ним, что ли?

— Похоже, это был верх твоего остроумия, — заржал навигатор. — На рожу его посмотри, там всё и так понятно.

Лест хмуро покосился на него и полез в гардероб. Как эта штука называлась на самом деле, он уже забыл. Гардероб и гардероб, просто и понятно. Всего лишь ниша в стене, которая по первому требованию обрядит тебя ВКД-скафандр, вот и всё что нужно было знать. Он сунул ноги в магнитные ботинки, появившиеся из-под напольной панели.

Как и весь экипаж крейсера, Лест носил толстый комбинезон, который на самом деле был частью скафандра — внешняя часть защищала от вакуума и радиации, а внутренняя амортизировала и контролировала климат. Сейчас предстояло надеть всё остальное. Лест потыкал пальцем в покрытый трещинами экранчик, выбирая свой комплект. Считывающий генокод сканер опять тормозил, и пришлось починить его привычным способом — ударом кулака.

Гардероб подключился к костюму и зафиксировал тело, включая пальцы, в одном положении. В такие моменты шевелиться не стоило, а то пластину прямо к голове приклепает. Замелькали серворуки, проворно присоединяющие к разъёмам детали экипировки. Последним присоединили ИКС — индивидуальный комплект самообеспечения, похожий на прицепившийся к позвоночнику горб, и наплечники, в которых были встроены дополнительные микрокомпьютеры. Последним выехал шлем.

Из гардероба Лест выбрался в сером скафандре, усиленном дополнительными зашитными пластинами на торсе и сервоприводами. Магнитные подошвы загрохотали по полу.

— Откуда у помоечника вроде тебя такая шкурка? — спросил навигатор.

В отличие от ВКД-скафандров остального экипажа, экипировка Леста была сравнительно новой, даже краска не успела облупиться. К тому же скафандр относился к редкой военно-инженерной модификации, что было вдвойне полезно.

— Отцов подарочек, расщедрился под сраку лет, — ответил Лест. — Всё мечтал, что я на флотскую службу поступлю, вот и припас.

— Считай, поступил.

— Ага, попал так попал. Не та работёнка, о которой стоит упоминать в резюме.

Навигатор потыкал пальцем в скафандр и довольно хмыкнул.

— Добротная штука.

— Слюни подбери и завидуй молча.

— Всё равно мне достанется, когда ты сдохнешь.

— Помечтай.

Он надел шлем. С внутренней стороны стекла активировался ретинальный монитор, показывающий всю необходимую информацию — биометрические данные, состояние организма, актуальные карты и расположение остальных членов команды. Ещё были две панели с внешними камерами, закрывающими стекло, но пока что в них не было нужды.

Лест прошёл к оружейной стойке и вытащил оттуда небольшой пистолет-пулемёт. Самое то для перестрелок на кораблях — безгильзовая пуля малого калибра обладала гиперзвуковой скоростью и низкими пробивными свойствами, так что обшивку не пробьёт. Зато может как следует перетряхнуть кишки и кости поломать.

— За каким хреном тебе пукалка? Крыс там всё равно нет, демонтажники их первым делом схавали.

— Так, на всякий случай, — ответил Лест, загоняя в оружие цилиндрической формы магазин. — Вдруг чего.

В углу экрана появился счётчик боеприпасов. Лест закинув сложенный пистолет-пулемёт за спину, надёжно зафиксировав его на магнитном держателе.

— Ништяков захвати, если осталось что.

— Само собой.

Тщательно проверив снаряжение, он вышел из рубки.

По пути к шлюзу Лест миновал два отсека разборки, тихо гудящих дверей моргов и завывающих дикими голосами тюремных изоляторов. Новые всегда орут, привычно. Ничего, скоро отучатся. А если нет, то встанут перед простым выбором — либо беспрекословное послушание, либо мешки для трупов. Всё просто.

Навстречу вели выживших. Грязные, ополоумевшие от многосуточного пребывания на разбитом корабле, они пока не кричали. Пока. Среди них встречались и молодые терциане — экипаж заставит их об этом пожалеть. Не молодых тоже, но всё это будет чуть позже. Пока что вооружённые электрошоковыми дубинками надзиратели разделяли их на группы по двадцать человек и загоняли в изоляторы.

Недостатка в пленных не было — обычно боевой космофлот сходился в сражениях у луны Омикрон планеты Терция. Военные Септимы не стремились высадиться на саму планету, а вот луна их крайне интересовала из-за редких элементов, которых на самой Терции не было. Омикрон постоянно переходил из рук в руки, промышленность постепенно разрушалась, восстанавливалась во время кратковременного затишья и снова разрушалась.

Лест свернул за угол и оказался перед шлюзом. Огонёк индикатора сменил цвет с красного на зелёный. Вообще можно было бы просто пролететь через космос с помощью реактивных двигателей со сжатым воздухом и не ждать, но раз межшлюзные соединения уцелели и «Реквием» в кои-то веки смог нормально пристыковаться, то стоило перейти на это дырявое корыто с комфортом. Когда ещё выпадет такая возможность?

* * *

Корабль поколений прибыл в эту систему примерно тысячу лет назад. Восторгу людей не было предела — вокруг молодой жёлтой звезды вращались восемь планет, три из которых оказались с подходящими условиями для жизни. А третья вообще удивила идеальными условиями. Начиная обживать планеты и исследуя многочисленные луны, люди не переставали удивляться, как им повезло найти такой щедрый и богатый дом.

Двести лет назад население обжитой части системы перевалило за сто миллиардов. Особенно на Терции, жизнь на которой всё больше становилась привилегией. Среди населения Квинты и Септимы росло недовольство: каждый хотел отправиться жить в райские условия, а не вкалывать в лунных шахтах или планетарных рудниках суровых холодных миров, расположенных на периферии системы.

Как обычно, для этой проблемы нашлось простое, очевидное и неверное решение. Сначала правительство Терции запретило эмиграцию. Потом закрыло программу покупки планетарного гражданства. Нелегально переселившихся перестали депортировать и начали убивать — сначала по-тихому, а потом и открыто. А между тем аппетиты райской планеты росли, шестьдесят миллиардов человек хотели жить красиво и обеспечивать это должны были обитатели суровых окраин. А чтобы никто тайно не приземлялся на их собственность, правители Терции установили на лунах и орбите заградительные орудия.

Неудивительно, что некоторые в ответ на такие действия начали тайно строить боевой флот. Сначала отдельные группы обитателей Квинты переоборудовали транспортные корабли в боевые баржи с примитивной артиллерией и раздолбали защитные сооружения, потеряв при этом большую часть своих посудин.

Вдохновившись победой, за ними и обитатели Септимы стали вкладываться в разработку оружия. И вот тогда космофлот Терции обрушился на Квинту, уничтожив почти восемь миллиардов человек. Чуть больше половины выжили в подземельях, когда на планету сбросили сотни ядерных зарядов, превратив цветущий мир в радиоактивный пепел.

Раздавленная вторжением Квинта вызвала уже не страх, а ненависть. И началась бесконечная межпланетная война. Уже почти столетие дредноуты Септимы прорывались к Омикрону, чтобы отрезать Терцию от единственного источника редких элементов и промышленных центров. Атаки всегда развивались по одному и тому же кровавому сценарию — корабли приближались к луне, их встречал флот противника. Сближение, артиллерийский обстрел, абордаж. Тысячи трупов в металлических могильниках, зависших в пространстве или летящих по причудливым орбитам, влекомые инерцией.

Они, обитатели Секунды и Кварты, не принимали прямого участия в войне. Но мародёрствовали на дальних орбитах и в поясе астероидов, а заодно собирали и хоронили погибших. Редких выживших сгоняли в изоляторы и продавали, если родные миры изъявляли желание вернуть своих людей.

«Реквием» был последним похоронным кораблём в этом секторе — остальные неудачно подошли к одному из флотов и были уничтожены. А значит, появилась возможность неплохо подзаработать, пока не подтянулись конкуренты.

* * *

Оказавшись на корабле, Лест сразу же направился в двигательный отсек — там должен был работать Бол. На месте его, естественно, не оказалось. Повсюду валялось раскуроченное оборудование и инструменты, с которыми инженер обычно не расставался, дорожа ими вплоть до приступов фетишизма. Значит, прогулка продолжится ещё некоторое время. Если только…

— Предиктор, слышишь меня? — спросил Лест, активировав канал связи с «Реквиемом».

Установленный на крейсере искусственный интеллект не отвечал целых десять секунд.

— На связи, — едва слышно прошептал синтезированный голос.

Поморщившись, Лест увеличил громкость.

— Заснул, что ли? Если дальше будешь тупить, то хрен тебе, а не гражданство. Будешь болтаться на этом труповозе ещё лет пятьсот.

Лест занёс карающий палец над наручным компьютером.

— Подожди!

По закону Секунды, ИИ мог получить гражданство и синтетическое тело, если проработает некоторое время на государственной службе. Для оценки эффективности была создана рейтинговая система, уникальная для каждого ИИ, в которой экипаж мог оценивать эффективность работы по нескольким параметрам. В прошивку специально устанавливали ориентацию на гражданство, чтобы машина не вздумала сачковать, имитируя полезную активность.

Лест усмехнулся. Надо же, резиновым мозгам дали смысл жизни, ведущий от одного рабства к другому. Ну пусть развлекаются, не жалко. Осталось только немного мотивировать.

Естественно, находились и такие, кто выставлял искусственным идиотам самую низкую оценку просто так, шутки ради. Правительство уже давно не следило за этой системой, предоставив экипажам самим вершить судьбу своих помощников. Новые ИИ уже давно не производились, так что отпускать их было невыгодно.

— Это дискриминация, Лест, — сообщил Предиктор.

— Ты говна синтетического кусок, какая ещё дискриминация? Хотя дать тебе тело стоило только ради того, чтобы отвесить хорошего пинка по жопе. Работай давай.

— Готов.

— Свяжись с Болом.

— Не отвечает.

— Он вообще жив?

— Не знаю — он сам отключил все биометрические датчики своего ИКСа.

— За каким хреном?

— Сказал, что я за ним постоянно слежу через системы контроля.

Лест хотел плюнуть, но вовремя сдержался — плевок же в шлеме останется.

— У этого придурка что, началась эта… как её?..

Он попробовал щёлкнуть пальцами, но помешали толстые перчатки. С досады Лест врезал кулаком по оказавшейся рядом железяке.

— Паранойя, — услужливо подсказал Предиктор.

— Ага, точно. Она самая. Слишком долго болтался в космосе, вот крыша и поехала.

— Я рекомендовал ему…

— Да кому нужны твои рекомендации. Лучше подрубись к камерам и отследи его.

— Выполняю.

Процесс занял примерно минуту. Всё это время Лест бродил по отсеку, разглядывая окружение.

Через пробоины в корпусе виднелись дроны, которые собирали болтающие в космосе трупы. За ними и должен был присматривать Лест, но они же автономные, так что какая разница?

Дроны сновали вокруг корабля, хватая манипуляторами более-менее большие куски, и запихивали их в необъятные внутренние хранилища. Просто невероятно, что удалось вытрясти из капитана пару тысяч лишних кредитов на покупку этих полезных штуковин. А то по-прежнему бы прыгали за ними на тросах, на потеху старому скряге. Ещё бы заменить это рассыпающуюся на части посудину, которую почему-то продолжают именовать кораблём, но это уже несбыточные мечты.

В борту «Реквиема» зияла продолговатая трещина, через которую можно было разглядеть внутреннее убранство одного из грузовых трюмов. Там всё ещё болтались какие-то контейнеры, которые никто не спешил убирать. Расположенные на обшивке дополнительные приводы были искорёжены, часть генераторов магнитных полей вышла из строя, внешнее покрытые антигравитонных дисков потемнело и осыпалось. Крейсер функционировал в лучшем случае процентов на сорок, немалая часть устаревшего оборудования либо вообще не работала, либо его невозможно было запустить и привести в чувство. Тем не менее, на содержание этой громадины тратилось немало средств, в том числе и правительственных — в нынешних реалиях ни один частник не потянул бы такие траты. Поэтому и приходилось так заморачиваться с заработком, никто не будет содержать откровенно убыточное предприятие.

А капитан оставался на своём посту ввиду столь же старых, как и он сам, знакомств. Крейсер, которым он командовал, уже давно прозвали летающим кладбищем — как из-за выполняемой работы, так и за преклонный возраст большей части офицеров. Хотя для такой работы и этот пьянчуга сгодится, других всё равно не найти. Как и нормальных специалистов, не желающих вкалывать за гроши. Особенно на полудохлом «Реквиеме».

— Я нашёл Бола, — передал Предиктор.

— Ну и?

— В последний раз камеры зафиксировали его в жилых отсеках.

— Понял.

Лест вывел на дисплей карту и отправился в указанном направлении. Команды демонтажников всё ещё продолжали вскрывать двери и переборки между отсеками, разыскивая что-нибудь полезное.

— Тут квартиец не пробегал? — спросил Лест, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Пробегал, а как же, — всё же соизволил ответить один из демонтажников.

— И куда пошёл?

— Прямиком в мертвятник, на заслуженный отдых. Нормально так пожил, пора и пошабашить.

— Сдох, что ли?

— А то. Рожа синяя, шары выпученные — точно сдох, зуб даю. — Демонажник скорчил рожу, изображая предсмертную гримасу Бола. — Жаль, что ещё пару минут не протянул. Тяжёлый оказался, мать его, тащить запарились.

— Чё с ним случилось?

— Задохнулся.

Лест скривился и направился обратно к шлюзу.

Смерть приятеля его не слишком волновала, дело-то привычное и обыденное. Всегда найдётся тот, с кем можно поговорить за жизнь, так что Бол может покоиться с миром.

Глава 2

Лест ввалился в рубку и шумно затопал к гардеробу.

— Что там с Болом? – спросил навигатор, приоткрыв один глаз.

— Отбегался, — ответил Лест, кинув шлем в приёмник.

Механизмы снова зафиксировали его на месте и начали разбирать скафандр.

— В шлюз засосало, что ли?

— Хрюкалку перед выходом не проверил.

— И?

— И всё, остался без кислорода.

— А дальше?

— Демонтажники его в мертвятник оттащили и скинули вместе с остальными. Можешь сходить попрощаться, если найдёшь в этих кучах.

— Делать мне нечего, сам прощайся со своей подружкой. А вообще удобно — если кто сдохнет, то можно вместе с остальными на переработку отправить. Люблю безотходное производство.

— Смотри сам туда не попади.

— Нашёл чем напугать, — лениво заметил навигатор. — Все там будем, кого космос не приберёт. Кто раньше, кто позже. Опять же, если я жопу не вовремя прищурю, то вы отсюда не выберетесь.

Что правда, то правда — большая часть навигационных маяков была уничтожена во время войны, а восстанавливать их никто не спешил. Так что без толкового спеца болтаться в этом поясе блуждающих обломков и астероидов можно было очень долго.

Он ткнул Леста пальцем в грудь.

— Ничего не забыл?

— На клык тебе кинуть забыл. Уединимся?

— Держи свой пиструнчик в штанах, герой, а то потеряешь ещё. Я про ставки.

Время от времени экипаж ставил на то, кто из них подохнет. Это было своеобразной игрой, которая должна была несколько скрасить безрадостные недели, проведённые в космосе.

В этот раз ставили на Бола, так что пришло время подводить итоги. Лест не стал ставить против нового приятеля и пролетел.

— Я ж говорил, что не протянет он ещё полгода, — напомнил навигатор. — В следующий раз слушай, что старшие говорят.

— Ты точно раньше подохнешь, — заявил Лест, бросив ему кредитные чипы. — Тоже мне старшой нашёлся.

Тот тщательно осмотрел выигрыш, потёр пальцем один из чипов и спрятал в карман.

— Ага. Но сначала твою сестрёнку трахну.

Лест фыркнул.

— Это даже для смертника слишком, но ты рискни, мне не жалко. Чё взамен дашь?

— Надо подумать… Чего тебе надо?

— А чё у тебя есть?

Ожил интерком:

— Вы ещё не устали ворковать, голубки? Пошли лучше почавкаем, жрать охота.

Это прорезался Хейл, первый и на данный момент единственный пилот «Реквиема». Имя второго пилота Лест не запомнил, да и какая разница — пару недель назад ему раскроило череп отвалившейся балкой. Всё бы ничего, но в это время он сидел в сортире со спущенными штанами. Нашедшие его парни ржали до слёз, увидев это. Теперь тело второго пилота болталось где-то в дырявом грузовом трюме, вместе с остальными покойниками.

— Ага, немного питательной пасты с добавлением легкоусвояемого человеческого белка, — сказал Лест. — Просто мечта.

— Можешь белок на говно заменить, вдруг вкуснее выйдет, – предложил навигатор.

— Ещё как выйдет — там что на вход, что на выходе, разницы вообще никакой.

— Это трупы будут всегда, вон сколько их в космосе болтается, а говно в дефиците — люди ж не бесконечные. Хотя можно воду отжать и закатать в брикеты, пусть лежит на чёрный день.

— Ты первый пробовать будешь.

— Придурки, которые в заблокированных отсеках застревают, жрут и ничего, живые. Даже засушить не успевают, добро раньше употребляется.

— Берёшь пример с лучших представителей человечества?

— Не с тебя же.

— Ага. Ну ладно, я тебе пару вакуумных брикетов подгоню, занимайся.

Снова влез Хейл:

— Вы долго там трындеть будете?

— Тебя ждём, сладкий. Подскакивай сюда и двинули.

* * *

Хейл включил автопилот и спустился в рубку. Пока он ковырялся, Лест успел загнать всех дронов в ангар и отправить на разгрузку. Хватит на сегодня работы, пора и отдохнуть. Остальное мясо можно и завтра собрать, никуда оно не денется.

— Вы ещё тут? — спросил пилот, отвесив Лесту дружеский подзатыльник. — Подрывайте жопы, а то хавки на всех не хватит.

— Нам хватит, там ещё две группы сальважиров не вернулись, — ответил Лест, выведя биометрические данные на голомонитор.

Значки хаотично перемещались по жилым отсекам и грузовым трюмам, время от времени собираясь небольшими группками. Похоже, распределяли добычу и набивали хранилища грузовых дронов.

Хейл даже не взглянул на голограмму.

— Все померли, что ли?

— Пока нет. Кэп же сказал — чтоб после десяти никто по хламью не шарился. Так что они идентификаторы ИКСов отрубили и дальше отсеки переворачивают. Сопрут всё, что демонтажники вынести не успели.

Немалая часть контрабанды оседала в карманах самих сальважиров, но это было частью неписаных правил и компенсацией за возможные риски — в тайниках нередко попадались ловушки, которые должны были уничтожить груз в случае обнаружения таможенниками. Некоторые из этих дилетантских ловушек были настолько кривыми, что могли уничтожить не контрабанду, а придурка. решившего туда заглянуть.

Так что капитан пошёл по пути наименьшего сопротивления, установив твёрдую необременительную таксу и закрывая глаза на всё остальное. Правда, это никак не спасало от разборок по поводу добычи, которые время от времени заканчивались поножовщиной. После этого всех не успевших сбежать отправляли на недельку-другую в изоляторы, и снова устанавливался шаткий мир. Ровно до следующей делёжки.

— А ты попробуй проживи на такую отжалейку, с голоду околеешь через неделю, — сказал Хейл. — Кредиты сами себя не заработают, тут как следует пошукать надо.

— Тоже верно.

— Можно стыковочные рукава убрать, пусть прыгают со своими находками, — предложил навигатор. — В следующий раз распорядок нарушать не будут.

— И электричество к обшивке подвести, — буркнул Лест. — Или утечку плазмы из реактора организовать.

— Забей, пусть живут.

* * *

Пока они шли в столовую, вокруг что-то постоянно скрипело и гремело, из-за настенных панелей доносились шорохи. Временами складывалось ощущение, что «Реквием» живёт какой-то тайной жизнью, непонятной людям.

— Слышь, Хейл? — позвал Лест.

— Чего?

— Когда этот металлолом проходил последний техосмотр?

Хейл что-то посчитал, загибая пальцы.

— Никогда, наверное, — ответил он. — Всем насрать, может эта байда летать или нет. Если развалится, то новое корыто отправят. Этого добра у нас навалом, все верфи забиты. Снимут с распила и в космос, выполнять невероятно важную миссию.

— И кто вообще додумался назвать эту срань «Реквиемом»?

— А я почём знаю. Все системные данные были затёрты лет семьдесят назад, первоначальное название уже и не найти. Потом новое обеспечение на компы криво поставили, ничего не сохранилось.

За стеной загудело и заскрежетало, завибрировали трубы. Лест тут же отошёл подальше.

— Да ты не пугайся, это нормально, — хохотнул навигатор. — Со временем при…

В этот момент стенная панель вылетела из пазов, и в коридор устремился мощный поток фекалий. Струя била через весь проход, заливая стену и пол. Доставалось даже потолку.

— А ты говорил — говно в дефиците, — заметил Лест. — Нормально с ним всё, вон как щедро расходуют.

— С сортирами тут с самого начала не задалось, — протянул навигатор. — То отсек случайно в космос сбросят, то балкой пришибёт пока на долбане сидишь.

Троица отступила подальше от стремительно распространяющейся лужи. На стене заморгали индикаторы.

— Пора сваливать, щас антигравитонные пластины вырубятся!

Навигатор огляделся.

— А Хейл где? Смыло, что ли?

Этот вопрос можно было решить позднее. Лест схватил его за плечо и потащил за собой.

— Дёру дал, ясно дело. И нам пора.

Пилот обнаружился за первым же поворотом — он шумно блевал, уперевшись рукой в стену.

— Твою… мать, — прохрипел Хейл.

— Рано опростался, – сказал навигатор. — Ещё главное блюдо не подали.

Индикатор антигравитонов мигнул в последний раз и погас, и они заковыляла к выходу из отсека, громыхая магнитными ботинками. Нечистоты начали собираться в здоровенные кривые шары, лениво дрейфующие в разные стороны и размазывающиеся по стенам.

— Надеюсь, в воздуховод не попадут, — буркнул Лест. — А то спать придётся в шлеме.

— Там же специальные муфты с фильтрами есть.

— Уже нет, их сальважеры спёрли и на самогон променяли.

— Надо будет пленных туда отправить, пусть задницами все эти щели затыкают.

— Тогда вонять будет ещё хуже.

* * *

В столовой было полно народу. От пищеметов валил пар с резким металлическим запахом. Стены уже давно потеряли первоначальный цвет из-за трения бесчисленных человеческих тел и вечного отсутствия ремонта.

Лест взял из стопки скользкий щербатый поднос и пристроился в хвост очереди. Как обычно, выдавали какую-то непонятную бурую жижу, вкус которой каждый раз немного менялся, и не сказать, чтобы в лучшую сторону.

Вообще ходить в столовую в ВКД-скафандрах не полагалось, но за этим никто не следил, а экипаж считал, что хватит и первичной дезинфекции. В любом случае, грязнее не станет.

— А есть что-нибудь более отвратительное? — спросил Лест, заглянув в миску.

— Ещё будет, — пообещал высунувшийся из кухни повар. — Когда отправишься на переработку, то какой-нибудь счастливчик получит на обед твою растёртую в прах морду и немного радиоактивного мяса.

— Умеешь поддержать.

— Обращайся.

Они пробрались через зал и поставили подносы на свободный столик. Как и вся мебель, он был обшарпанным и намертво приваренным к полу.

— Мне это варево кое-что напоминает… — пробормотал подозрительно зеленеющий Хейл.

— Ты погоди, ещё десерт не подали.

Обстановка напоминала о психбольнице — ругань, вопли, чрезмерно активная жестикуляция и спонтанно возникающие разборки, плавно перетекающие в мордобой. Вломившаяся в столовую охрана рассеклам массу валтузившихся в центре помещения демонтажников и начала разгонять их по углам.

— Задолбали уже, — пробурчал руководящий зачисткой офицер. — Глаз с них спустить нельзя. Вон того козла засуньте в шкафчик и заварите нахрен.

— Это вообще законно?

— Закон не обязан подчиняться закону.

— В следующий раз вырубите половину этих придурков, а второй половине позвольте размазать безвольные тела по полу, — посоветовал навигатор.

— Не, мы ж за порядком следим.

— А кто следит за вами? — спросил Лест.

— Так мы же.

— Друг за другом следите, что ли?

— Ага.

В этот момент в вентиляционной шахте что-то загрохотало.

— Всё, народ, идём дальше — нужно ещё ксеноморфов из технических тоннелей выгнать.

Охрана потащилась к выходу, прихватив с собой приговорённого к завариванию в шкафу.

— Как думаете, сколько трупов будет на этот раз? — спросил Хейл.

Лест поскрёб затылок. Уже несколько месяцев «Реквием» терроризировали какие-то непонятные, но крайне опасные твари, поселившиеся на заброшенных палубах. Периодически они пролезали в вентиляцию и начинали охоту на экипаж. В ответ охрана устраивала карательные рейды, загоняя пришельцев обратно в их тёмные норы. Один раз была предпринята попытка выбросить существ в космос с помощью частичной разгерметизации. В результате группа техников отправилась к праотцам в полном составе из-за ошибки одного из инженеров, который забыл заблокировать наружный шлюз. Впрочем, сам он спустя час пошёл на корм пришельцам и таким образом смог избежать неминуемого понижения в должности.

Пока что тварей просто гоняли кустарными огнемётами, ставили в вентиляции автоматические турели и дополнительные заслонки, которые должны были препятствовать их распространению, но вместо этого заростали всяким дерьмом и мешали нормальной циркуляции воздуха. Оставалась некая призрачная надежда, что в лаборатории смогут разработать какой-нибудь токсин и истребить всё гнездо, однако пока что химики продолжали устраивать взрывы, которые доводили и без того скудное и едва функционирующее оборудование до совсем уж плачевного состояния.

— Ставлю сотню, что их штук десять в тоннелях останется.

* * *

Троица свалила подносы в общую кучу и двинулась к жилым помещениям.

— Какие у нас развлечения на этот вечер? — спросил Лест. — Подрубиться к камерам и смотреть на бойню в тоннелях?

— Было уже, — ответил Хейл. — На той неделе.

Пискнул датапад.

Пилот выудил устройство из бездонного кармана и посмотрел на экран.

— Там водовозы какую-то хрень притащили. Пойдём глянем, всё равно ничего интереснее не предвидится.

Как и прочая инфраструктура корабля, рециркуляторы воды часто выходили из строя, поэтому приходилось собирать космический лёд и хранить его в одном из грузовых трюмов. Если везло, то выкачивали запасы из резервуаров подбитых кораблей. Обычно не везло и приходилось посменно долбить и плавить гигантские глыбы и молиться, чтобы не полетел рециркулятор.

На грузовой палубе собралась целая толпа. Капитан Блайф тоже пришёл посмотреть на находку. Он то ли стоял, то ли шатался и, казалось, вот-вот свалится на пол и заснёт. Обычными его спутниками были толстая вонючая сигара и банка пива.

— Если вы опять решили потратить моё время зазря… — начал было капитан, но гневную тираду прервала мощная отрыжка.

— На этот раз стоящая штука, — заявил стоящий рядом добытчик. — Наверное. Во, зацените.

Под толщей льда смутно угадывался человекообразный силуэт.

— Откуда вы эту хреновину притащили? — спросил капитан, постучав кривым пальцем по глыбе.

— С астероида.

— Видимо, один из первых колонистов, — фыркнул Лест. — Вышел по обшивке прогуляться и улетел с концами.

— А в лёд он как попал?

— Отколупай его и спроси, я почём знаю.

— Ладно, начинайте плавить, а там видно будет.

Лёд подцепили краном, поставили в здоровенную ёмкость и стали нагревать.

Через некоторое время из глыбы показалась рука из серебристого металла.

— Хм… — задумчиво протянул капитан. — Неужели какая-нибудь забытая технология? Можно будет продать на ближайшей станции.

Рука шевельнулась и сжалась в кулак.

— Может, в шлюз его выбросить, кэп? — неуверенно спросил старпом. — Ну нахрен, вдруг боевой робот.

— Я лучше тебя выброшу. Доставай эту штуку.

Когда последние куски льда упали в ёмкость, из клубов пара показалась серебристая фигура. Это был андроид неизвестной марки. Он осмотрелся и спросил:

— Какой сейчас год?

Капитан что-то промялил в ответ, едва не проглотив окурок.

— Похоже, у нас появился новый салага, — сказал он, рассматривая андроида.

Старпом протянул к нему руку. Андроид молниеносным движением схватил его за большой палец, вывернул руку и дёрнул её вниз.

— Всё-таки военная модификация, похоже, — пробормотал Лест.

Капитан шагнул вперёд.

— Уймись, жестянка, никто тебя не тронет.

Андроид отпустил старпома.

— Платформа Т-9 поступает в распоряжение капитана корабля…

— «Реквием», — подсказал капитан.

— Должность?

— Позже придумаем.

— Принято.

Старпом перестал баюкать поражённую конечность.

— Я считаю, что отправка в шлюз была не такой уж плохой идеей.

— Всё равно команду пополнять надо. А этот места мало занимает и на кормёжку тратиться не надо.

— Ладно, выдели ему стакан, пусть там кантуется.

Стаканами называли тесные вертикальные отсеки, которые были разбросаны по всему кораблю и остались после какого-то снятого оборудования. Чаще всего их использовали как кладовки для хранения всякого хлама.

— Если свободные остались.

— Разгреби заначки и выброси ненужное. Заодно и ревизию проведёшь.

Старпом кивнул.

— Только этой штуки нам не хватало, — недовольно бурчал Лест, который абсолютно искренне не любил всё, связанное с роботами и искусственным интеллектом.

— Да не парься, скоро домой полетим, — подбодрил его Хейл. — А этого где-нибудь на станции скинем.

— Домой… Да нахрен нужен такой дом.

Большая часть населения Секунды теснилась в огромные мегаполисах, которые появились после объединения нескольких разросшихся городов. Лучше уж болтаться в космосе, чем снова вернуться на поверхность, где раскинулись шумные грязные улицы и бедные трущобные кварталы. Чтобы не заморачиваться с размещением многочисленных преступников, полиция зачастую расстреливала их на месте.

Короче, не то место, куда тянет вернуться. Поэтому Лест предпочитал корабли и орбитальные станции, на которых сохранилось хоть какое-то подобие порядка.

Глава 3

Лест как раз заходил в рубку, когда крейсер содрогнулся от удара по корпусу.

— Да чтоб!..

Ожил установленный на стене интерком:

— Внимание, «Реквием» подвергся атаке космического слизня. Всему экипажу занять боевые посты.

— Чего нас атакует? — переспросил Лест, который раньше ничего не слышал о подобной напасти.

— Хреновина, которая живёт на астероидах и жрёт любую органику, до которой может дотянуться, — ответил Хейл. — И не только органику. Видимо, уловила сигнатуру «Реквиема» и проснулась. Поэтому и не стоит задерживаться на одном месте, в этом секторе подобного зверья хватает — всегда есть чем поживиться.

— А щиты включить никак?

Пилот вывел несколько графиков на голографический дисплей.

— Энергии в реакторе не хватит, плазма утекла, — сказал он, открывая всё новые и новые окошки. — И слизень постепенно будет выделять коррозионный агент, уничтожающий обшивку. Если вовремя не отгоним его подальше, то хрен отсюда выберемся. От «Реквиема» одни дыры останутся.

— Умеешь поддержать.

— Обращайся.

Лест встал и посмотрел на другой дисплей. Даже если сканеры отображали только примерный масштаб проблемы, то на этот раз «Реквием» оказался в глубочайшей заднице.

— А радары эту штуку не заметили, что ли?

Вместо ответа Хейл постучал пальцем по экрану и развёл руками.

* * *

По тёмным коридорам, освещённым только красными аварийными лампами, тяжело топали пятиметровые роботы-трансформеры класса «Мародёр», снабжённые пулемётами, импульсными излучателями, огнеметами и пусковыми установками. Все они были старыми, побитыми, облупленными, но надёжными и содержались в относительном порядке — специально для подобных случаев.

Идущий впереди колонны «Мародёр» внезапно остановился; остальные едва не налетели на него.

— Почему стоим? — проскрежетали убитые внешние динамики одной из машин.

Судя по полустёртым полоскам на сложенных крыльях, это был лидер группы. На это же указывала выведенная флуоресцентной краской надпись «Хозяин» на нагрудной пластине.

— Карта показывает, что тут проход есть. А вместо него стена.

— Прошивку обнови, этой стене уже лет пять, не меньше.

Головной просто проломил переборку и протиснулся в дыру. Остальные последовали за ним.

Обычно эти аппараты использовались как космические истребители и сборщики ценных материалов, но сейчас они функционировали в режиме шагающих боевых машин, цепляя сложенными крыльями стены коридоров. Часть «Мародёров» отправилась в ангар, чтобы атаковать оставшуюся в космосе часть слизня, остальные двинулись к пятой палубе.

Туда же стягивалась охрана, успевшая нарядиться в экзоскелеты «Немезида». По сути, это были просто силовые контуры, оснащённые сервоприводами, и дополнительные бронепластины. Всё это крепилось к стандартным скафандрам, увеличивая физические возможности и предоставляя некоторую защиту. Против слизня это вряд ли сработает, но зато обеспечит некоторый психологический комфорт.

— Ну и как вам в этих консервных банках? — спросил Лест. — Не душно?

К нему повернулось сразу несколько массивных шлемов сферической формы. На выпуклых забралах виднелись рисунки, нанесённые белой краской — чаще всего изображали череп или оскаленную пасть. На большее фантазии не хватило.

— Не больше чем тебе, говнюк.

Группа атмос-техников суетилась вокруг снятой фальшпанели и установленного прямо в коридоре инженерного терминала. На экране виднелись хитросплетения труб, обеспечивающих «Реквием» воздухом. Внутри перемещались ремонтные дроны, обозначенные красными треугольниками.

— Отсек полностью изолирован, закачиваем в вентиляционную шахту водород.

— Обратные клапаны установлены?

— Всё готово.

— Может, тёмных туда запустить? — предложил Лест. — Их хотя бы не жалко.

Никто уже не помнил, откуда тёмные взялись на «Реквиеме». Они выглядели как высоченные гуманоиды с матовой иссиня-чёрной кожей и ярко-красными глазами. Большую часть времени они прятались на заброшенных и необжитых нижних палубах, подальше от остальной команды и света, организовав некое подобие чёрного рынка. Неизвестно, были ли они представителями инопланетной формы жизни или какой-то альтернативной разновидностью людей, да никто и не старался это выяснить. Иногда и от тёмных была некоторая польза, хотя с ними старались лишний раз не связываться. Но вышвыривать в шлюз их тоже не спешили.

— Тебя тоже, в принципе. А этих ещё найти надо, проще самим взорвать, — ответил техник. — Отбросим жижу подальше и зачистим с помощью «Мародёров».

— Вы, придурки, скорее сам крейсер на части разнесёте.

— Не боись. Это отдельная шахта, отключённая от основной магистрали. Ничего лишнего не рванёт, зато всякой срани на палубе поменьше станет.

Леста это объяснение не слишком успокоило.

— Как будто дырок в корпусе мало.

— Если появится ещё парочка, то ничего особо не изменится. Потом заварим на станции.

«Мародёры» уже толпились перед гермозатвором, организовав две кривые шеренги.

— Центр, какая обстановка на пятой палубе? — спросил Хозяин через общий канал.

— Поражение спорами. Пока что минимальное, защитные структуры не обнаружены. Сформировался один узел-эмиттер, перекачивает биомассу с поверхности. На производство ресурсов пока не хватает.

— Наши действия?

— Код красный, биологическая угроза первого уровня. Полная ликвидация.

— Принято.

«Мародёры» подняли оружие и включили мощные прожекторы, установленные на плечах — освещение на палубе отрубилось. За ними встали охранники, техники и прочий персонал, готовый поддержать машины огнём.

— Открывайте.

Техник подключил датапад к дверной панели и набрал код. Гермозатвор начал подниматься.

— Центр, мы заходим. Нечётные, вперёд.

В лучах фонарей виднелась расползающаяся во все стороны серовато-зелёная жидкость, похожая на желе. «Мародёры» открыли огонь, уничтожая вторгшуюся на корабль биомассу. Разбившись на двойки и постепенно продвигаясь вперёд, машины отвоёвывали всё больше и больше пространства. Расположенный у дальней стены узел продолжал распространять жижу, пытаясь помешать вторжению.

— Его хрен уничтожишь, — прохрепел в аплинк оператор «Мародёра». — Даже плазменный огнемёт не помогает.

Техники в инженерных экзоскелетах с манипуляторами уже тащили коробы с боеприпасами и баллоны с топливом для огнемётов. «Мародёры» менялись и отступали назад чтобы пополнить боекомплект, не мешая остальным стрелять.

Жижа образовала гигантский столб и начала растекаться по потолку, заполняя мельчайшие ниши. На обнажившемся узле заплясала точка лазерного целеуказателя.

— Эш, огонь микроторпедами по моей цели, — приказал Хозяин. – Мощность на минимум, детонация при ударе. По команде.

Эш вышел чуть вперёд. Из-за плеча «Мародёра» начала выдвигаться пусковая установка, но её заклинило в вертикальном положении.

— Долго ещё?

— Механизм заело.

Хозяин развернул машину и долбанул по скрежещащим сервоприводам стволом пушки.

— Во, получилось.

— Поднять щиты.

Машины вскинули манипуляторы, на которых были установлены энергетические установки. Сияющие линзы прикрыли экипаж «Реквиема» сверху и спереди.

— Огонь.

Микроторпеда понеслась к цели, в полёте разделившись на несколько шариков. Взрыв разметал биомассу во все стороны.

— Вперёд.

«Мародёры» снова пошли в атаку, тщательно выжигая биомассу. Наполовину сожжёный эмиттер был безжалостно растоптан титановыми ногами.

— Первый ангар зачищен, — передал через аплинк лидер «Мародёров».

— Продвигайтесь дальше через четвёртые ворота. Остальные двери и технические тоннели заварить.

— Принято.

Открылся новый канал связи:

— Тащи свою жопу в космос, тут ещё веселее. Эта хреновина по всей обшивке расползлась.

На экране Леста появилось несколько окошек — «Мародёры» транслировали картинку с наружных камер. Часть машин летала вокруг крейсера, обстреливая части слизня и уклоняясь от тянущихся к ним ложноножек. Остальные ходили по обшивке, уничтожая биомассу и производящие её узлы. Зелёная дрянь вполне неплохо чувствовала себя в анаэробной среде и успешно разъедала корпус, стремясь пробраться внутрь.

— Летай, говнюк.

— Круто, да? Вылезай наружу, на «Реквиеме» ничего интересного не увидишь.

— Если просрёшь машину, то возмещать её стоимость будут как минимум пять поколений твоих потомков. Как тебе перспектива кредитного рабства на ближайшие лет двести?

— Ага, помечтай. Я за этот мусор платить не собираюсь.

Экран заполнили помехи, и связь прервалась. Экипаж разбрёлся по отсеку, добивая расползающиеся по углам остатки биомассы. Получив доступ к дверям и тоннелям, техники достали газовые резаки и начали заварить все щели, через которые мог пролезть слизень. Не лучшая защита, но на некоторое время хватит.

— Идём дальше.

Нога возглавлявшего колонну «Мародёра» проломила проржавевшую напольную панель, и машина завалилась на бок, напрочь заблокировав проход. Остальные сгрудились вокруг него, образовав пробку.

— Вылезти сможешь? — спросил Хозяин.

— Хрен там, кран нужен.

Был ещё один путь — через технические тоннели. Только в эти узкие щели не могли пролезть даже «Немезиды».

— Ну и кто у нас сегодня готов стать туннельной крысой?

— Вон у Леста скафандр как раз военный.

Общими усилиями Лест оказался выпихнут вперёд.

— Ну вы уроды.

— Да тут один «Мародёр» стоит дороже тебя.

— А я вообще бесценен.

— Новых смертников набрать не проблема.

Рядом с ним стоял Т-9, вооружившийся здоровенной импульсной пушкой.

— Наконец-то появилась возможность реализовать базовую программу, — сказал он, меняя батарею оружия.

— Тебе проще, — буркнул Лест.

По крайней мере, можно будет пропустить андроида вперёд и смыться в случае чего.

— Представители биологической формы жизни склонные переоценивать свою ценность, это влияет на эффективность.

Подошедший техник вручил Лесту пусковую установку, в обиходе именуемую какашницей, и пару зажигательных ракет.

— Держи, пощекочешь ему зону бикини. А мы пока в обход двинем. Робот пойдёт с тобой, подстрахует если что.

Лест начал подозревать, что Т-9 к нему пристегнули для надзора. Договориться с жестянкой и слинять не получится, нужно было придумать что-нибудь ещё. И учесть, что обратно тем же путём не вернуться — проход заварят.

А пока пришлось пропихиваться в узкий тоннель, в котором и развернуться-то негде. Благо Т-9 вспомнил, что люди не могут видеть в темноте и включил фонарь. Под потолком тянулись трубы, с которых постоянно капала жидкость, древняя проводка искрила. Громоздкая какашница немилосердно стучала по броне и цеплялась за все выступы, которые попадались на пути. Попетляв некоторое время, они вышли в небольшое помещение.

— Где-то тут должен быть узел, который производит слизь, — сказал Т-9. — Выйдем в коридор и посмотрим.

Андроид снял со стены панель и выглянул наружу.

— Эммитер сразу за дверью.

— Отлично, ты нас в гнездо завёл, — проворчал Лест, сбросив с плеча ненавистную какашницу.

— Если не уничтожить его вовремя, то корабль будет уничтожен.

— Тогда самое время валить отсюда и ждать помощь.

— Вероятность получить ракету с рентген-лазером или кинетический заряд из масс-драйвера куда выше чем прибытие эвакуационного корабля, — возразил Т-9.

— Если совсем прижмёт, то можно свалить через мусоропровод, — предложил Лест и взялся за ручку люка, торчавшую из стены.

— Ты в курсе, что его в космос перенаправили? — спросил Хейл, подключившись к его аплинку. — Мусоросжигатель накрылся полгода назад.

Лест медленно отошёл назад, злобно глядя на Т-9.

— Надо будет заварить его нахрен.

Андроид не обратил на него внимания. Вместо этого он на пару сантиметров отодвинул смотровую заслонку на двери и принялся разглядывать тёмные недра ангара.

— Есть хорошие новости? — на всякий случай спросил Лест, особо ни на что не рассчитывая.

— Нет, хороших нет. Разве что биомассы почти нет, она утекает через вентиляцию.

— Открывай заслонку, попробуем взорвать отсюда.

Оставалось надеяться, что получится пропихнуть туда ствол. Если нет, то придётся заходить в ангар и в перспективе бесславно помереть.

Пока Т-9 дёргал заржавевшую заслонку, Лест зарядил какашницу. Он просунул ствол в образовавшуюся щель.

— Эмиттер находится... — начал было Т-9.

Лест не слушал его. Главное высадить обе ракеты и свалить, заявив, что без боеприпасов ничего не выйдет. А там и затеряться где-нибудь можно будет. Он нажал на спуск, не удосужившись предварительно прицелиться как следует, и тут же присел.

Грохнуло.

— Ну как? — спросил Лест, взявшись за вторую ракету.

Оценивать результат пуска он не спешил, вдруг эта штука уцелела и нацелилась на них.

Напрочь лишённый инстинкта самосохранения андроид припал к щели.

— Центр, эмиттер взорван, — передал он.

Лест незаметно выдохнул. Одной проблемой меньше. В вентиляцию его точно не отправят, эта задачка для дронов.

На другом конце зала поднялся гермозатвор, пропуская внутрь остальную часть группы. Т-9 тоже открыл дверь. Лест последовал за ним, отгороживаясь андроидом от опасностей, которые могли притаиться в тенях.

— Да ты крут, Лест, — сказал Эш, тыча во все стороны стволом пулемёта. — В следующий раз оставь и нам немного, а то совсем не весело будет.

— На вас, сосунков, надеяться нельзя, — ответил Лест, показав ему средний палец. — В следующий раз оставлю всех в прачечной, штаны стирать.

— Если ты продолжишь так нос задирать, то потолок поцарапаешь.

— Да забей, Лест отшлёпал тебя своими огромными яйцами, — передал снова влезший на канал Хейл.

— Тебя спросить забыли, задница…

От остальных групп поступали разрозненные и отрывочные сообщения, из которых следовало, что вторжение остановлено. Ковырялись только «Мародёры», которые добивали оставшуюся снаружи биомассу, но и у них намечались определённые успехи.

— Погнали в ангар, надо взбодрить этих доходяг, — сказал командир. — Заодно покажем им, как папки укрощают чрезмерно завонявшихся жителей космоса.

— Не возбухай, без тебя справимся.

— Тебя там ещё не обоссали?

— Да кто б рискнул.

— Значит, сейчас обоссым.

— Ничё ты грозный, малыш. Чапай сюда, померяемся у кого толще и длиннее.

Лест закинул какашницу за спину.

— Не знаю как вы, девки, но я уже притомился. Самое время раздавить баночку отличного мочегонного пивка.

* * *

— Ну как? — спросил Хейл, повернувшись к Лесту.

Тот воткнул всё оружие в оружейную пирамиду и развалился в кресле — вернуть какашницу в арсенал как-нибудь потом. Всё равно искать её в ближайшее время никто не будет.

— Закончили, осталось только отшкрябать срань, которая на обшивке болтается. — Лест снял пистолет с магнитной пластины и положил его на панель управления дронами. — Но это уже без меня, хватит на сегодня приключений. Как поразвлёкся, пока я по техтуннелям шарился?

— Да так, за приборами следил. Я уж было решил, что тебя придётся вычёркивать из списка потребителей кислорода.

Про маниакальную одержимость капитана всяческими реестрами и списками Лест слышал, но про этот список ничего не знал.

— Тут и такой есть, что ли? — на всякий случай уточнил он.

— Конечно. Зачем лишний раз нагружать систему фильтрации, если можно всё оптимизировать?

— Звучит как полное…

Под потолком что-то загремело, и из люка вывалился плюха оставшейся от слизня биомассы, которая тут же начала пропихивать свои щупальца в стыки между напольными пластинами. Лест тут схватился за пистолет и открыл огонь, попутно изрешетив пулями часть приборной панели.

— Твою мать, — пробормотал он, пытаясь разжать сведённые судорогой пальцы.

— Повтори ещё раз, — сказал чудом уцелеший Хейл. — Я обосрался и потому не расслышал.

— Ты всё испортил.

— Чего?

— Я планировал спокойно посидеть до конца смены, потрещать про баб и пиво. Не с засранцем же это делать.