Первый контакт

Глава 1

Кораблик с одним пассажиром летит к Кеплеру. Долгие года одиночества. Костю отобрали из миллионов, но в силах ли вообще человеку выдержать такое? А ведь он держится молодцом, и особенно помогают старые песни и любимые книги. Связи с Землей нет уже одиннадцать лет. Да, и обратный путь не предусмотрен в программе, технологически это пока не возможно. Миссия-суицид. Цель — ступить на Кеплер, вдохнуть его воздух, увидеть, увидеть своими глазами, затем исследование, и послать дроны с пробами, фото и видео в долгий путь домой. Шанс, что дроны долетят — мизерный. Он справится. Он сможет. За ним — все человечество, с его надеждами и мечтами.

Он читал с планшета у иллюминатора, когда увидел... Корабль. Корабль иной культуры и иной цивилизации. Вселенная больше не молчала, она звала к общению и дружелюбно сияла яркими звездами. Серебристый, как и Костин, корабль напоминал орла с распростертыми крыльями, он шел ровно, рядышком, с той же скоростью.

Некоторое время два корабля летели рядом. Затем в серебристой птице открылось чрево, и вынырнул небольшой темный шаттл. Но смогут ли гости дышать в его созданной для человека атмосфере? Он не был сильно удивлен, так как подозревал что это всего лишь психоз и галлюцинация. Одиннадцать лет одиночества, так что все может быть. Кажется, приближался его конец. Он будет кружить кругами и восьмерками, затерянный среди чужих звезд, безумный и больной, ожидая смерти...

И тут в наружный шлюз постучали.

Они были странно печальны — первое, что подумалось. Определенно печальны. Четверо гуманоидов, в длинных черных мерцающих переливчатых монашеских одеяниях-сутанах, выпуклые светлые рыбьи глаза, серебристые обручи на продолговатых лбах. Ноги босые и когтистые, будто лапы ящеров. Поклонились церемониально, и Костя, все еще не придя в себя, низко поклонился в ответ.

- Мы скорбим вместе с тобой. Мы одели черное. - сложился мыслеобраз, довольно таки четкий, будто надпись пальцем в дождь на запотевшем стекле. - Мы знаем о твоем горе и скорби. Наши сигнатуры позволяют видеть смерть на твоем корабле.

- Скорбите? Но... Почему? Какая смерть? - галлюцинация оказалась еще и слуховая, не только визуальная. Впрочем, какая разница? Он в психозе, он утратил над собой контроль и гибнет, гибнет в страшном одиночестве.

Рыбьи глазки моргнули. Молчание затянулось. Затем сложился новый мыслеобраз:

- Наши сигнатуры определили, что на этом корабле одно живое существо, и один труп, там, в хвостовом отсеке. Мы решили что второй член экипажа погиб, и его труп все еще здесь. Вот, - существо протянуло крупную черную розу, с черным не только бутоном, но и стеблем, и листиками, - в нашей культуре это знак скорби.

-Но я тут... Один! Уже одиннадцать лет один!

- Наши сигнатуры не могут ошибаться. На этом корабле находится также и труп.

Костя метнулся в хвост корабля, встал на колени, покопался в пыли, и - выдох облегчения, и расхохотался: наверное вот это. Это был крошечный дохлый паучок, еще с Земли.

- Очень примитивная форма жизни. - сказал он. - паучок.

Поднял двумя пальцами, показал. Гуманоиды замерли в оранжевом освещении, и молчали. Потом Костя смахнул обратно в угол паучка, поднялся, отряхнулся, прижал к груди черную розу, и произнес:

- Простите. Эта роза, и ваши слова... Глупо все получилось. А ведь для моего мира это первый контакт.

- В аллара не бывает глупости. - сложился мыслеобраз, тихий, спокойный, невозмутимый.

- А что такое аллара ? - так же мысленно спросил он.

- Нечто светлое и сияющее, как звезда. А еще движущая сила Вселенной, будто гравитация. Если ты не понимаешь, значит в вашем языке для этого нет слова.

- Любовь?

- Не совсем. Тяжело объяснить.

- У нас много времени. Позволите угостить вас чаем?

И Костя указал на уютно разбросанные на полу подушки.

- Только если сначала объяснишь, что такое чай. - и гуманоид... оскалился? Ощерился? Нет, улыбнулся. Это определенно была улыбка. И это определенно не была улыбка визуальной галлюцинации, потому что острые клычки были влажными от слюны.

Таким получился он, первый контакт человека с иной формой жизни. Немного глупым и смешным, надо признать, но ведь, «в аллара не бывает глупости». И вскоре они уже вместе угощались чаем с шоколадными вафлями, смеясь над дурацкой ситуацией. И Костя думал про то, что у человечества есть все время вселенной впереди, что бы понять, что же такое на самом деле это самое аллара, в котором не бывает глупости.