Осторожно! Кот!!!

Глава 1

— Мариночка, солнышко, может объяснишь мне — что это?!

— Это… Это отчет… Павел Петрович! — невинно хлопая глазками, испуганно пробормотала Мариночка, что уже больше месяца работала его личным секретарем, — что-то не так, капитан?

С отчетом и впрямь ВСЕ было не так! Ладно, еще можно по неопытности ошибиться в расходе топлива — хотя погрешность в 375% для дипломированного космического инженера была чем-то из ряда вон выходящим! Но перепутать место прибытия?! Вместо Альдебаарана, где располагалась центральная база, указать какой-то непонятный Альтбаран?! Это вообще как?!

И все же… Все же сердиться на Мариночку было попросту невозможно. Хорошенькая как ангелочек, с огромными глазами василькового цвета и толстой пшеничной косой она была попросту усладой для глаз! А одного взгляда на ее полную грудь и упругую попку, кои лишь подчеркивала обтягивающая униформа их звездолета, было достаточно, чтобы поднять… Поднять настроение! А без хорошего настроение на звездолете никак! Это Павел Петрович успел уяснить давно.

— Павел Петрович! Я опять все напутала? Да?! — всхлипнула Мариночка, и ее глаза стали ещё ярче и больше, — я такая глупая! Простите! Я все… Все исправлю!

Мариночка выхватила из его рук увесистую папку с отчетом, да столь неловко и быстро, что опрокинула чашку с кофе прямиком ему на причинное место! Благо, кофе уже успел подостыть, и потому ни один член экипажа не пострадал!

— Простите меня, Павел Петрович! — воскликнула Мариночка и, выронив отчет, схватила салфетки и рьяно начала оттирать с белоснежной формы капитана неприглядное пятно кофейного цвета, — простите! Я сейчас все исправлю!

— Не надо! — севшим голосом воскликнул Павел Петрович, — я сам со всем справлюсь! А ты, Мариночка, просто иди!

— Ну как же так, Павел Петрович! Давайте я застираю! Что-что, а стирать я умею! Снимайте брюки — если прямо сейчас замочить, то от пятна мигом сможем избавиться!

— Мариночка! — прошипел Павел Петрович и тут же подавился слюной, когда ее пальцы заплясали на его ширинке в поисках молнии, — по…по…

Неожиданно лампочки замигали препротивнейшим алым цветом, а уши резанул визг сирены. А затем раздался дребезжащий металлический голос:

— Внимание! Внимание! Несанкционированное проникновение в грузовой отсек корабля! Внимание! Внимание! Несанкционированное проникновение…

— Да что ж это за день такой?! — простонал Павел Петрович, с тоской взирая на перепачканные портки и стоящую перед ним на коленях Мариночку с пачкой салфеток в руках, — компьютер! Выведи на экраны грузовой отсек корабля!

— Это… Пираты?! — восторженно прошептала Мариночка, вглядываясь в экран и при этом совершенно бесстыдно уперевшись грудью прямиком в щеку Павлу Петровичу, — вот же круто!

Ничего крутого в пиратах совершеннейшим образом не было! Особенно учитывая, что «Пегас» вез крайне ценный и крайне секретный груз! Настолько секретный, что о его содержимом не знал даже сам Павел Петрович!

— Заблокировать грузовой отсек! — скомандовал он, заскакивая в боевой экзоскелет, — включить защитное поле! Всей команде в срочном порядке надеть броню и вооружиться! Мариночка, вы останетесь… Какого гуя у вас броня зеленого цвета?!

— Павел Петрович! Это оттенок Тиффани, а не зеленый! Правда красивый? — улыбнулась Мариночка, натягивая на себя зеленый шлем и беря в руки такой же зеленый бластер, — хотите, я и вашу броню покрашу? Или картиночку какую-нибудь милую на бластере нарисую?

— Мариночка ты… Ты… — Павел Петрович хотел сказать «останешься здесь». Но передумал. Оставлять Мариночку один на один с панелью управления и бортовым компьютером было просто опасно! — ты идешь с мной! Только без глупостей! Поняла?!

— Ура! Я буду мочить пиратов! — радостно прокричала она. И, выставив перед собой бластер зеленого цвета, рванула вперед.

— Мариночка! Стой! — заорал Павел Петрович, тщетно пытаясь ее нагнать. Экзокостюм был тяжел и крайне неудобен для бега, — Мариночка! Что я скажу твоему папе, если что-то случится?!

Что-что, а папа у Мариночки был непростой! Самый настоящий маршал объединенных космических войск! Если бы только Павел Петрович был бы заранее об этом уведомлен, он бы точно нашел причину не устраивать Мариночку на свой звездолет! Эх! И почему он не выбрал тогда ту робкую очкастую барышню, что так мило краснела и так поэтично рассказывала ему о двигателях внутреннего сгорания и о звездах?! Эх, дурак-дурак! Ну ладно — сейчас главное решить проблему с пиратами!

— Мариночка!!! — взвыл Павел Петрович, окончательно потеряв свою прекрасную секретаршу из вида. И где все остальные?! Неужто попрятались словно последние крысы в минуту опасности?!

Тыщ! Тыдыщ! Бам! Бам! Бам! Бурубум!

Выстрелы последовали один за другим! Павел Петрович в ужасе замер. Его славной Мариночке явно пришел конец! Ну что ж, оставался лишь один выход — бежать. Куда-нибудь в другую галактику, где ее папочка-маршал точно его не найдет. А может попроситься к пиратам? Или же…

— Павел Петрович! Павел Петрович! — раздался голос Мариночки. Вполне себе живой и веселый. Выдохнув, он рванул в грузовой отсек. И — увидал свою прекрасную секретаршу. А подле нее груду тел. Она что?! Только что в одиночку смогла уложить всех пиратов?!

— Павел Петрович! Смотрите! Какой славненький котик! — проговорила она, беря на руки рыжий пушистый клубочек, что не подавал никаких признаков жизни, — бедненький! Павел Петрович! Я кажется убила котика! Я чудовище!!!

Котик волновал Павла Петровича в последнюю очередь. В отличие от пиратов. Бластеры экипажа «Пегаса» работали на оглушение и в скором времени пираты могли вполне очухаться и продолжить свою преступную деятельность. Глаза скользнули по огромному уродливому ящеру, затем — по синему пучеглазому гуманоиду и остановились на чем-то желеобразном. Занятная такая команда! Ничего не скажешь! Знать бы — нет ли ещё каких пиратов на корабле? И – где вообще их корабль?

— Капитан? — послышался нерешительный голос прапора Курицина, что и должен был охранять очень ценный и очень секретный груз, — я это, в туалет отошел. А дверь возьми и заклинило!

— А где остальные? Тоже в туалете застряли? — прорычал Павел Петрович, закидывая тела пиратов на транспортер, — может и вовсе тогда двери с кабинок снимем? А то мало ли что?

Однако злиться на Курицина — столь самовлюблённого и столь же тупого – не было никакого смысла. Как в прочем и на весь остальной экипаж, который составляли лишь одни олухи и идиоты.

— Компьютер! Подготовить тюремный отсек! И отправить отчет об нападении на звездолет на Альдебааран!

— И доктор! Котику нужен доктор! — судорожно всхлипывая, прокричала Мариночка, что есть мочи тряся несчастное животное, — пожалуйста, только не умирай! Ты же такой миленький!

— Да все с твоим котом будет нормально! — проворчал Павел Петрович, шагая подле транспортера, что был под завязку нагружен пиратами, — оглушило немного! Скоро очухается! И вообще, откуда на корабле взялся кот?!

Жизнь потихоньку налаживалась. Пираты — были благополучно заперты в камере. Пиратский корабль – обнаружен и затянут внутрь магнитным полем. Команда «Пегаса» — собрана по сусекам, отругана и лишена каких-либо премий. И, главное, доступа в интернету. Мариночка — то есть теперь уже Марина Львовна — повышена до звания первого помощника. А грязные портки – отправлены в прачечную.

— Марина Львовна? И где это вы так хорошо научились стрелять? — спросил Павел Петрович, передавая своей первой помощнице свеже заваренный кофе.

— Папуля, — проговорила Мариночка Марина Львовна, поглаживая кота, — он много чему меня научил. И карате с айкидо. И как стрелять. И как управлять звездолетом. И даже — говорить на зааганском и гринденском языке. Вот только… Только отчеты я писать не умею! И инженер из меня никакой!

Ее голос предательски зазвенел. Кот, что все это время покорно сидел у Мариночки Марины Львовны на коленях, серьезно так на нее посмотрел. Словно был не котом — а кем-то очень даже разумным. Как минимум — разумнее прапора Курицина. А после, приподнявшись, лизнул острым розовым язычном румяную щеку Мариночки Марины Львовны.

Надо сказать, хозяин этого славного создания так и не объявился. Так что с молчаливого благословения Павла Петровича этот рыжий и невозможно пушистый котяра был передан во владение Мариночки Марины Львовны. Чему та была несказанно рада.

— Ты мое золотце! Ты моя прелесть! А у кого самый пушистый хвостик во всей галактике? А у кого такой славный животик?

Кот, надо сказать, попался им очень спокойный. Покорно сидел у Мариночки Марины Львовны на коленях, гипнотизировал панель управления и терпеливо сносил все ее ласки. К еде отнесся поначалу опасливо, и долго не хотел пить предоставленное ему молоко. Но, попробовав, вскоре вошел во вкус и вылакал аж целых две миски.

— Павел Петрович! Вы и правда разрешаете оставить Бубенчина на корабле?! — спросила у него Марина Львовна, крепко-крепко прижимая к груди кота, отчего тот пару раз сдавлено мявкнул, — спасибо, Павел Петрович! Вы такой классный! Самый лучший капитан в мире!

— Вот только его надо будет обязательно кастрировать, — проговорил Павел Петрович, забирая кота и задумчиво разглядывая его пушистые яйца, — да поскорее. Пока не зассал весь корабль. Думаю, наш врач Родион Романович с этим легко справится. Чик-чик и готово! Ай! Вот же зараза!

Кот, словно поняв чему посвящен разговор, резко вдруг извернулся и со всей дури кусанул его за ладонь! А после, метнулся рыжей молнией и скрылся в недрах «Пегаса».

— После поймаем. А пока — надо бы поговорить с пиратами. Марина Львовна? Вы кажется упоминали, что владение зааганским и гринденским языками?

Пираты давным-давно очухались. И, судя по ожогам, уже успели познакомится с лазерной решеткой, что надежно преграждала им выход из камеры.

— Так, так, так, — проговорил Павел Петрович, разглядывая распечатку бортового компьютера, — Нааас Гаааум, Кхлини Калум и….Жорик?! Ого! Да вас разыскивают в пяти галактиках! А в трех из них вы и вовсе приговорены к смертной казни! Ну что, готовы сотрудничать?

Марина Львовна легко и без запинки перевела его речь. Надо же! Кто бы мог подумать, что этот ангелок окажется боевой машиной, да к тому же ещё и космическим полиглотом?! Вот же ему свезло так свезло! А отчеты… Отчеты он и сам сделать может!

— Они готовы сотрудничать. Назвать имя заказчика и даже выдать своего капитана, если только… Бубенчик! И откуда это только ты взялся?!

Павлу Петровичу показалось, или пираты как-то резко вдруг выпрямилась? И все как один уставились на кота? Хотя – наверное они просто голодные и соскучились по настоящему мясу. Надо бы получше запирать вход в тюремный блок. А то кот хоть животинка глупая, но — милая. Жаль будет, если он убьется ещё ненароком о лазерную решетку. Или же — треклятые пираты пустят его на корм.

— Ну так что?! Пусть расскажут, да поподробнее о своем неуловимом капитане! И о том, кто нанял их украсть груз! — проговорил Павел Петрович, и, наклонившись, вновь взял кота на руки. Тот к счастью больше не пытался кусаться. Напротив, перебрался ему на плечи и даже начал мурлыкать. Словно извиняясь за свое поганое поведение.

— Павел Петрович… Они… Они отказываются называть имя заказчика! Как и рассказывать о своем капитане! – растеряно залепетала Марина Львовна, — я… Я не понимаю! Они же только что были готовы с нами сотрудничать!

— Ладно! Передай, что у них есть ещё один космодень до того, как мы передадим их Империи созвездия Веги. Если мне не изменяет память, те предпочитают варить живьем осужденных, а после — пускать их на корм своим зубастым питомцам. Может и Бубенчика получится угостить?

Павел Петрович зевнул. И покачнулся. Сегодняшний безумный день окончательно его измотал. Как впрочем и Марину Львовну, что также отчаянно зевала и терла глаза. Ну что ж, они и впрямь заслужили отдых. А пока — пусть подежурит Курицин. Должна же быть от него хоть какая-то польза?

Пробуждение вышло из неприятных. Голова ужасно болела, во рту — словно нассали кошки. А покусанная треклятым котом рука и вовсе горела.

— Павел Петрович! Павел Петрович! Очнитесь! Нас обокрали! Павел Петрович! — откуда-то издалека раздался голос Мариночки Марины Львовны.

— Обокрали?! — с трудом прохрипел он и попытался сесть. И вновь повалился обратно в постель.

— Павел Петрович! Павел Петрович! Что с вами? Вы заболели? Павел Петрович?! Пираты сбежали! И они… Они забрали Бубенчика!!!

— Груз… Что с грузом?! — спросил Павел Петрович, изо всех сил пытаясь собрать себя в кучу, — компьютер?! Что с грузом АВС/12?

— Павел Петрович! Павел Петрович! Бортовой компьютер вышел из строя! Как в прочем и двигатель! На корабле работает лишь система жизнеобеспечения! И — система связи! Мы уже отправили на базу сигнал SOS! А товарищ Курицин… На него кто-то напал!!!

— Серьезно?! – в ужасе проговорил Павел Петрович и вознес про себя молитвы, что напали не на него самого и не на Марину Львовну. Хоть какая-то польза от прапора Курицина! — кто-нибудь еще пострадал?

— Нет… Но, Павел Петрович, пропало ещё кое-что…

— И что же именно? — спросил капитан, наконец-то вставая с постели и пытаясь натянуть на себя форму.

— Молоко. Представляете, все забрали! Весь наш запас! Больше ста литров! Как думаете, Павел Петрович, зачем молоко пиратам? Может… Может они забрали его, чтобы поить им Бубенчика? Как думаете, может… Может пираты хорошие и не будут его обижать?!

Павлу Петровичу и самому очень хотелось на это надеяться. Как жаль, что «Пегас» вышел из строя и они не могут попытаться спасти своего пушистого друга! Оставалось уповать лишь на то, что Бубенчик не будет слишком долго страдать…

Израненный Курицын обнаружился в медицинском отсеке. И – потихонечку уже начал очухиваться. К счастью раны его — точнее длинные тонкие царапины на лице и руках — не выглядели особо опасными. Эх, лучше бы пираты забрали Курицина, а не кота!

— Кот… Где он? — простонал Курицин, стоило ему лишь открыть глаза. Надо же — а он оказывается тоже переживал о Бубенчике! Значит – не настолько уж конченный человек!

— Он… Он пропал! — всхлипывая проговорила Марина Петровна, — может…

— Это все он! Он! Эта рыжая треклятая тварь! — заорал вдруг Курицин, вскакивая с постели, — это он на меня напал! Заставил выдать пароль от сейфа, где хранился наш груз! А иначе — угрожал сожрать мои яйца! Вот же скотина!!! А после — после забрал ключ от тюремной камеры и выпустил оттуда пиратов! Сломал наш корабль! Это все он! Ваш треклятый Бубенчик! Недаром я всю жизнь ненавидел котов!

— Товарищ Курицин бредит. Позаботьтесь о нём, — проговорил Павел Петрович, обнимая за плечи рыдающую Марину Львовну, — не плачь, моя дорогая. Может, пираты и впрямь будут добры к нашему Бубенчину? Не спроста же они забрали у нас весь запас молока?!

— Капитан! Почему мы оставили этих мерзких землян в живых? Один ваш приказ, и мы расщепили бы их корабль на атомы! А самих их — сожрали! Поговаривают, нет ничего вкуснее чем людское мясцо!

— Жор-рик! Ты смеешь оспар-ривать мои пр-риказы?! — промурчал Васс Ылый, один из самых жестоких и опасных пиратов системы Ка-Пэкс. И как бы невзначай вытянул когти, покрытые особым ядом. Коим также были покрыты и его остренькие клыки.

— Нет, капитан! — испуганно прошелестел Жорик, и — тут же отполз прочь. Вот же тупое желеобразное! Мозгов нет и в помине, а все пытается думать! И – лезть не в свои дела!

Откровенно говоря, Васс Ылый и сам не знал, отчего пощадил этих жалких людишек. Может… Может оттого, что те оказались к нему неожиданно добры? Хотя, о какой доброте может быть речь, если эти варвары покушались на его столь прекрасные яйца! Наверняка — из зависти! Даже вспоминать тошно!

Или же причина была в ином… В тех полузабытых воспоминаниях, что порой являлись ему во снах. Теплый пушистый бок, влажные и столь нежные прикосновения матери… И — миска с белым и столь сладким напитком. Тем самым, что угостили его на людском звездолете. Тем самым, что называется МОЛОКО. И огромные, но добрые руки, что порой его гладили и легонько почёсывали загривок.

Васс Ылый отхлебнул чудесный напиток из кружки. Невольно мурлыкнул. Невидящим взглядом уставился в иллюминатор. На бескрайний космос. Холодный. Безжалостный. Как тот мир, где он оказался, когда его забрали от матери. Точнее – когда ИХ всех забрали.

Космический холод. Яркий слепящий свет — один в один как от звезд. И — боль. От рук — что вдруг побелели и стали злыми. От уколов, ударов тока, от скальпеля, что терзал его плоть. Но — все эти слова он узнал позже. Лишь тогда, когда себя осознал.

Его братья и сестры умирали один за другим. И — самым худшим оказалась даже не боль. А то, когда он остался совершенно один в клетке. Слишком большой для него одного. Тогда он тоже, кажется, умирал. И — его попросту вышвырнули на помойку. А после… После случилась целая огромная жизнь.

Но сейчас… Сейчас все это было совершенно не важно. В отличие от коробочки с артефактом , что лежала подле него. Васс Ылый усами чувствовал исходящую от нее мощь. Неспроста Император созвездия Веги пообещал за таинственный артефакт столько денег! Не зря…

А в это время Павел Петрович крепко обнимал спящую и абсолютно нагую Маринку. Умаялась совсем после горьких слез и — после жаркого секса. Конечно, трахать дочь самого маршала объединенных космических войск была крайне дурная затея. Но — после потери очень секретного и очень бесценного груза — Павлу Петровичу было уже наплевать. Так и так либо придётся идти под трибунал. Либо — бежать в другую галактику. Или же — попытаться вернуть треклятый украденный груз.

Но сейчас Павел Петрович отчего-то думал совсем об ином. О рыжем коте, затерянном в бескрайних просторах космоса. Столь холодного и столь безжалостного. И отчего-то Павлу Петровичу так захотелось поверить, что у их Бубенчика и впрямь все хорошо. Что пушистый друг, как и он сам, сейчас попросту пялится в иллюминатор, при этом попивая украденное молоко. И — чувствует себя хоть немного счастливым….