Осколки в пустоте

Глава 1

Глава 1. Обратная сторона рая.

Корабль-разведчик «Странник-416» завис в пустоте, под маскировочными полями, едва завершив прыжок. Этот разведчик был 16 кораблём 4 серии, что и следовало из цифр в его наименовании. Масса около 5500 тонн, прыжковые гипердвигатели с увеличенной дальностью, комплекс оборудования для космической разведки, модули для обследования планет, экипаж 2 человека. Такие корабли уже больше сорока лет отправлялись из Солнечной системы в разные уголки космоса, обследуя их.

На экранах замерцали данные: красная звезда класса М, несколько небольших планет, астероидный пояс. Ничего необычного. Капитан Игорь Михеев, седой и грузный, с усталым взглядом, откинулся в кресле. Его напарник, бортинженер Алексей Семёнов, худощавый и вечно нервный, щёлкнул переключателем. Оборудование послушно стало обшаривать пространство своими датчиками.

— Опять ничего, — пробурчал Алексей, отключая маскировку. — Командование, конечно, гении. «Просеять сектор». А зачем? Что мы ищем? Пришельцев? Ресурсы? Пропавший флот времён войн Раскола? Или просто решили нас подальше сплавить?

Игорь усмехнулся:

— Может, просто решили, что старикам пора на пенсию. А может до сих пор припоминают тебе ту выходку в адмиралтействе.

Алексей фыркнул:

— Старикам? Ты, может, и старик, а я ещё в расцвете сил. И ты сам знаешь, что правильно я тогда послал того адмирала, он же…

— Вот только не начинай, я это всё уже раз двести слышал… Правильно и правильно. Всё, закрыли тему.

Они замолчали, глядя на экраны. Звезда впереди была тусклой, холодной. Планеты — безжизненными. Всё как всегда. Но что-то заворочалось внутри. Может накопившаяся усталость начала действовать на нервы, а может годы полётов научили их чувствовать, когда что-то не так.

— Слушай, — вдруг сказал Игорь, — а что, если мы просто... двинем на базу? Скажем, что всё проверили, ничего нет, и полетим в сторону цивилизации. Хватит с нас этой бесконечной пустоты. Запас по топливу у нас уже выходит, а на резерве летать… Отмажемся, по шапке не дадут… Ну, или дадут, но несильно.

Алексей задумался:

— Хочешь залезть в систему формирования отчётов? Боком выйти может, если обнаружат. И если они всё-таки что-то ищут? Что, если мы пропустим что-то важное?

— Важное? — Игорь махнул рукой. — Вот уже пять лет мы летаем по этим секторам. Ничего. Ни одной аномалии, ни одного сигнала. Только пыль, тишина и те два астероида с большим содержанием никеля, которые всё равно никто не потащит из такой дали.

Алексей вздохнул:

— Ладно, давай ещё одну систему проверим. Последнюю. А потом... потом решим.

Игорь кивнул. Он уже собирался ввести координаты для прыжка, как вдруг на экране загорелся сигнал индикации системы обнаружения. Алексей наклонился вперёд:

— Ты это видел?

— Видел, — Игорь прищурился. — Что-то слабое, на краю диапазона. Может, помехи?

— Не похоже, — Алексей быстро набрал команды. — Источник где-то в астероидном поясе. Очень слабый, но... Как будто это сигнал.

Игорь почувствовал, как по спине пробежал холодок. Они обменялись взглядами. Их разведчик был первым земным кораблём, который появился в этой системе. Человеческая цивилизация, хоть и сильно расширила свои границы, за почти тысячу триста лет, с момента первого выхода в космос, но они забрались от этих границ настолько далеко, что…

— Проверим? — спросил Алексей.

— Ты ещё спрашиваешь? — возмутился Игорь.

«Странник» плавно развернулся и направился к астероидному поясу. По мере приближения сигнал становился чётче. Это был не просто сигнал — это был код. Чёткий, циклично повторяющийся, но мощность передатчика была невелика и каменные глыбы, парящие в пустоте вокруг источника сигнала основательно его глушили.

— Это не наши частоты, — пробормотал Алексей. — И не наши коды. Это явно не аварийный маяк, не навигационный бакен, это что-то…

Игорь молчал. Он смотрел на экран, где среди астероидов начинало проступать что-то крупное. Что-то, что явно не было частью пояса.

— Лёха, — тихо сказал он. — Это... корабль.

Они подлетели ближе. Сканеры и оптическая система, наконец, смогли пробиться через кашу каменных обломков и выстроить картинку: огромный, древний корабль, покрытый слоем космической пыли, весь в оспинах и пробоинах от попадания множества мелких метеоритов. Сигнал шёл от него.

— Это не наша технология, — прошептал Алексей. — И не человеческая.

Игорь почувствовал, как сердце заколотилось. Человечество очень давно пыталось найти братьев по разуму, их следы или радиосигналы. Сотни лет в воздухе висел вопрос: одни ли мы во вселенной? Ответ был здесь. Прямо перед ними.

— Что будем делать? — слегка нервно спросил Алексей.

Игорь улыбнулся:

— Исследуем. В конце концов, мы же разведчики, верно?

Алексей кивнул, но в его глазах читалось беспокойство. Они оба понимали: это может быть величайшее открытие в истории человечества. Или их последняя миссия, если всё вдруг пойдёт не так.

«Странник», медленно пробираясь в мешанине астероидов, приблизился к древнему кораблю. Сигнал продолжал транслироваться так же циклично и монотонно.

Корабль, висящий перед ними, был огромен. Его форма напоминала что-то древнее и одновременно пугающе функциональное: овальный в сечении, изогнутый подковой корпус, словно выточенный из чёрного камня, с плавными, почти органическими линиями. По бокам тянулись выступы, похожие на рёбра, а в носовой части виднелись странные углубления, напоминающие пустые глазницы. Всё это создавало ощущение, будто корабль был не просто машиной, а чем-то живым, замершим в вечном сне.

— Никакой активности, — пробормотал Алексей, глядя на данные с систем обнаружения. — Ни энергии, ни движения. Только этот сигнал. Как будто корабль... мёртв.

Игорь молча кивнул. Он не мог оторвать взгляд от экрана. Что-то в этом корабле вызывало у него глухое беспокойство, как будто он смотрел на древнюю гробницу, которую лучше бы не тревожить.

Дрон, маленький и юркий, уже завершил облёт. Он передал детальные снимки: корпус, испещрённый мелкими пробоинами, был покрыт слоем космической пыли, но в одном месте зиял огромный пролом, словно корабль пережил катастрофу. Внутри царила тьма, и только свет дрона выхватывал фрагменты интерьера: стены, покрытые странными, похожими на шрамы узорами, и обломки непонятного оборудования.

— Запускаю дрон внутрь, — сказал Алексей, набирая команды.

Дрон плавно вошёл в пролом, его камеры передавали изображение на экраны. Внутри корабль был пуст. Ни следов экипажа, ни груза, ни даже намёка на то, что здесь когда-то была жизнь. Только обломки: странные механизмы, похожие на гигантские органы, разбитые консоли, трубопроводы, оборванные и висящие в беспорядке.

— Что это за оборудование? — пробормотал Игорь, вглядываясь в экран. — Ничего похожего я не видел.

Алексей пожал плечами:

— Не знаю. Это не наши технологии. И не похоже ни на что, даже на экспериментальные проекты. Всё разбито, но... — он замолчал, увеличивая изображение. — Смотри, здесь какие-то символы. Как будто письменность.

Игорь наклонился вперёд. На одной из панелей, почти полностью разрушенной, виднелись странные знаки, похожие на спирали и переплетающиеся линии. Они казались одновременно механическими и органическими, как будто их создавали не руки, а что-то другое.

— Может, это просто повреждения? — предположил Игорь.

— Не думаю, — ответил Алексей. — Слишком... упорядоченно. Как будто это было сделано намеренно.

Дрон продолжал движение, его камеры выхватывали всё новые детали. Внезапно он остановился. На экране появилось изображение огромного зала, почти полностью разрушенного. В центре зияла глубокая воронка, словно что-то взорвалось здесь много лет назад. Вокруг плавали обломки, но что-то привлекло внимание Алексея.

— Смотри, — он увеличил изображение. — Это... похоже на кресло. Или трон.

Игорь присмотрелся. Среди обломков виднелся массивный объект, напоминающий сиденье или, своего рода, трон. Он был покрыт теми же странными символами, что и панели. Но что-то в его форме вызывало тревогу. Он казался... неправильным. Слишком большим для человека, с изгибами, которые не соответствовали человеческой анатомии.

— Пилот? — предположил Игорь.

— Если это был пилот, — тихо сказал Алексей, — то они были не похожи на нас.

Дрон завершил осмотр и начал возвращаться. Алексей откинулся в кресле, задумчиво глядя на экраны.

— Что будем делать? — спросил он.

Игорь молчал. Он смотрел на изображение древнего корабля, чувствуя, как в груди нарастает странное чувство — смесь любопытства и страха, а в голове крутилась череда каких-то смутных, полузабытых образов из старинных фильмов ещё докосмической эпохи, которые он смотрел в детстве. Они нашли что-то важное. Что-то, что могло изменить весь привычный уклад жизни.

— Мы должны войти туда, — наконец сказал он. — Мы должны узнать, что это.

Алексей кивнул, но в его глазах читалось беспокойство.

— Ты уверен? — спросил он. — Мы не знаем, что там. И если этот корабль мёртв, то в чём причина? Может тот большой пролом появился уже после?...

Игорь улыбнулся, но в его улыбке не было радости.

— Не проверим – не узнаем. А после отправки отчёта на базу, тут такое начнётся… Набегут учёные, сразу всё засекретят насмерть. Ты простишь себе, если мы сейчас не покопаемся внутри, а просто улетим? Я – нет.

Алексей вздохнул:

— Ладно. Тогда ты оставайся тут, а я надену скафандр и немного прогуляюсь. Но если там окажется что-то... живое, я бегу обратно. Впереди собственного визга.

Игорь рассмеялся, но смех звучал напряжённо.

Алексей медленно пробирался по коридорам древнего корабля. Его пустотный штурмовой скафандр, с магнитными подошвами ботинок, позволял двигаться довольно свободно, хотя и значительно менее уверенно, чем если бы он шёл по чистому металлу. Анализатор, которым он ткнул в ближайшую стену, показал, что та состоит из чего-то сложного металл-кремний-органического, но всё же имеющего магнитные свойства. Верный своей привычке перестраховываться, Алексей обшаривал каждый закоулок светом мощного фонаря, закреплённого на стволе скорострельного электромагнитного карабина, а камера кругового обзора на шлеме передавала всё, что он видел, на «Странник». Игорь, оставшийся на разведчике, комментировал всё, что видел на экране.

— Ты - прямо как спецназовец на вражеской территории, — ехидно заметил он. — Думаешь, в этой руине нас ждёт комитет по встрече?

— А мне мама с самого раннего детства твердила: паранойя – лучший друг разведчика. Не ходи, говорила, сынок, по незнакомым мертвым кораблям с флагами и распевая песни.

— Слева, кажется, проход, — сказал Игорь, глядя на экран. — Там должен быть тот зал с троном.

Алексей кивнул, хотя знал, что Игорь его не видит. Он осторожно шагнул вперёд, луч фонаря выхватывал из тьмы новые плавающие обломки и странные, изогнутые стены. Всё здесь казалось чужим, словно корабль был построен для существ, чьи тела и мысли были непохожи на человеческие.

Внезапно корабль содрогнулся. Алексей едва удержался на полу и чудом не «всплыл» к потолку, ощутив через скафандр заметный толчок.

— Что это было? — спросил он, напряжённо оглядываясь.

— Метеорит, — ответил Игорь. — Небольшой и очень быстрый, я не успел предупредить. Пробил корпус в другом отсеке. Всё в порядке, ты далеко от места удара. Но корабль полностью разгерметизирован, декомпрессия тут уже ничему не грозит.

— Кроме моего скафандра… — мрачно пробурчал себе под нос Алексей.

Он вздохнул с облегчением и продолжил путь. Через несколько минут коридор привёл его в тот самый зал. Трон, массивный и странный, возвышался в центре, окружённый обломками. Но теперь Алексей заметил кое-что новое: на одной из панелей, почти полностью разрушенной, мерцала слабая точка света.

— Видишь это? — спросил Алексей, приближаясь к панели.

— Вижу, — ответил Игорь. — Похоже, эта штука - единственное, что работает на всём корабле. Она же, скорее всего, и подаёт тот сигнал.

Алексей замер. Рядом с мигающей точкой виднелось небольшое углубление, из которого исходил мягкий свет.

— Думаешь, нажать? — спросил он.

— Ну... — Игорь задумался. — Ты уже там. Если не нажмёшь, будешь потом жалеть.

Алексей усмехнулся:

— Смени пластинку, я это сегодня уже слышал.

Он протянул руку и осторожно нажал на углубление. Сначала ничего не произошло. Но через несколько секунд воздух вокруг него начал мерцать. Свет залил зал, и в центре возникла огромная голограмма. Она дрожала и мигала, как будто борясь со внутренними сбоями, но постепенно стабилизировалась.

— Звёздная система, — пробормотал Игорь, глядя на изображение, которое передавала камера Алексея. — Это... наше местоположение. А ведь, похоже, на этой схеме весь наш сектор!

Алексей кивнул, стараясь запомнить каждую деталь. Голограмма была потрясающей: звёзды, планеты, даже астероидные пояса — всё было обозначено вполне детально и каждый крупный объект был помечен странными символами, которые они не могли понять. А в центре изображения была отмечена их текущая позиция, от которой куда-то в сторону тянулась тонкая бледная нить.

— Это карта, — сказал Алексей. — И, похоже, маршрут движения.

— Там есть их отправная точка? — спросил Игорь. —Масштаб меняется?

Алексей попробовал сделать несколько жестов руками и, к его удивлению, голограмма послушно, хоть и рывками, изменила масштаб. Теперь был виден весь рукав галактики, на котором были какие-то отметки, значки, тонкие, практически незаметные линии. Разведчик, как завороженный, стал приближать, отдалять объекты, двигаться вдоль линий, которые упирались в различные скопления звёзд, а Игорь, периодически бормоча себе под нос что-то неразборчивое, просил его снять голограмму под тем или иным углом, чтобы было видно расположение одних звёзд относительно других. Продолжалось это не меньше часа. Алексей уже начал уставать размахивать руками, как вдруг, голограмма, и до того не отличавшаяся стабильностью и плавностью работы, начала дрожать сильнее. Изображение звёздной системы искажалось, как будто проектор, создававший её, готовился окончательно выйти из строя. Алексей лихорадочно записывал всё, что мог, стараясь успеть зафиксировать как можно больше деталей. Внезапно голограмма погасла. Зал снова погрузился в тьму, нарушаемую только лучом фонаря Алексей.

— Сигнал, который мы засекли, пропал, — тихо сказал Игорь. — Корабль... теперь он окончательно мёртв.

Алексей стоял в темноте. Ему вдруг показалось, что холодок проникает сквозь мощную теплоизоляцию скафандра. Они нашли что-то невероятное, но теперь это было потеряно. Корабль, который мог рассказать им о чём-то великом, который ждал их тут невероятное количество лет, теперь был просто грудой металла и обломков.

— Возвращайся, — сказал Игорь. — Мы всё записали. Может, на «Страннике» сможем что-то расшифровать.

Алексей начал пробираться обратно к выходу.

Бортовой компьютер «Странника» завершил анализ записи голограммы. Алексей и Игорь сидели в кабине, уставившись на экран с картой звёздных систем. Система, где они нашли разбитый корабль, была отмечена странным фиолетовым значком, чуть поодаль же, рядом с ещё одной системой, виднелась другая отметка, красная, а ещё, значительно дальше – две, отмеченные синим.

— Синий и красный... — пробормотал Игорь, постукивая пальцами по панели управления. — Это что, уровни важности? Или что-то другое?

— Не знаю, — пожал плечами Алексей. — Возможно, колонии? Или... места катастроф? Эта система тоже ведь была отмечена.

Игорь вздохнул:

— Отправим данные в разведуправление. Пусть они разбираются.

Алексей кивнул и начал архивировать данные для передачи через гиперсвязь.

— Думаешь, всё это было давно? — спросил он. — Корабль выглядит древним.

— Не знаю, — ответил Игорь. — Но если он был здесь до нас, я имею ввиду, до возникновения нашей цивилизации, то кто его построил? И куда они все исчезли?

Ответа на этот вопрос у них не было. Через несколько часов пришёл ответ из разведуправления. Алексей быстро открыл сообщение.

— Приказывают проверить одну из систем, — сказал он. — Но не уточняют, какую именно. Выбор за нами.

Игорь усмехнулся:

— Ну что ж, хоть какая-то свобода действий. Давай посмотрим, куда можем добраться.

Они сопоставили расстояния до отмеченных систем с возможностями «Странника».

— Топлива хватит только до помеченной красным, да и то впритык, возвращаться придётся уже на резерве, — сказал Игорь. — Значит, летим к красной. Может, там найдём что-то интересное.

Алексей кивнул и начал вводить координаты. Корабль разогнался, и через несколько минут «Странник» ушёл в гиперпрыжок.

Выход из прыжка произошёл на окраине новой системы. Выход прошёл по обычному регламенту – со включенной системой маскировки и сенсорами, переведёнными в пассивный режим. На экранах появились первые данные: три планеты, астероидный пояс и звезда класса G — жёлтый карлик, почти идентичный Солнцу по спектру излучения.

— Смотри, — пробормотал Алексей, глядя на показания. — Звезда... она как наша.

Игорь кивнул:

— Да уж. Совпадение? Или... кто-то специально искал такое место?

Они начали сканировать планеты. Одна из них, вторая от звезды, была земного типа. Атмосфера, температура, гравитация — всё указывало на то, что планета могла быть обитаемой. Но что-то было не так.

— Смотри, — сказал Алексей, увеличивая изображение. — На орбите... это обломки?

Игорь присмотрелся. На орбите планеты виднелись огромные фрагменты чего-то, что когда-то было целым. Это не были астероиды — форма и структура обломков явно указывали на искусственное происхождение.

— Корабли? — предположил Игорь.

— Или станции, — добавил его напарник. — Но что их разрушило?

Они молча смотрели на экраны. Расстояние до планеты было ещё слишком велико, чтобы рассмотреть что-то подробнее, но уже сейчас было ясно: здесь произошло что-то масштабное. Что-то, что оставило после себя только руины.

— Подойдём ближе? — спросил Алексей.

Игорь кивнул:

— Давай. Но будь готов ко всему. Что-то мне подсказывает, что это место может быть не таким уж и тихим.

«Странник» начал движение к планете, оставляя за собой пустоту космоса. Разведчики надеялись, что впереди их ждали ответы. Хотя, возможно, там были только новые вопросы.

Обломки на орбите планеты были огромны. Алексей и Игорь молча смотрели на экраны, пытаясь понять, что именно они видят.

— Это... орбитальные станции? — предположил Алексей, увеличивая изображение одного из фрагментов. — Смотри, вот тут явно видны стыковочные узлы. А это, похоже, верфи. Видишь, эти конструкции? Они могли использоваться для сборки кораблей.

Игорь кивнул:

— А вот это, — он указал на другой обломок, — похоже на боевой корабль. Видишь, остатки орудийных платформ? А вон там... это, кажется, гражданское судно. Что-то вроде транспортника. Заметь, у некоторых из них в форме корпуса есть явное сходство с тем кораблём, что мы нашли в предыдущей системе. И обрати внимание, все они хоть немного, но оплавлены.

Алексей вздохнул:

— Что здесь произошло? Война? Катастрофа? И куда делись все, кто это построил? А может сюда просто натащили ненужный мусор из других мест?

Игорь пожал плечами:

— Не знаю. Но почему-то мне кажется, что ответа мы здесь не найдём. Смотри, радиодиапазон чист. Никаких сигналов. И на планете тоже тишина. Ни городов, ни заводов, ни даже следов энергии.

Алексей нахмурился:

— Странно. Если здесь была цивилизация, способная построить всё это, куда они исчезли?

Игорь не ответил. Вместо этого он начал готовить к запуску атмосферный разведчик. Через несколько минут небольшой аппарат отделился от «Странника» и направился к поверхности планеты.

Разведчик пролетел над руинами огромных мёртвых городов. С орбиты они казались просто холмами, покрытыми густой растительностью, но теперь стало ясно: это были остатки мегаполисов. Башни, мосты, дороги — всё было поглощено природой. Деревья росли прямо сквозь трещины в бетоне, а лианы обвивали остатки некогда величественных сооружений.

— Смотри, — сказал Алексей, указывая на экран. — На равнине. Это... животные?

Игорь присмотрелся. По равнине бежало стадо небольших существ, чем-то напоминающих земных оленей, но с более длинными шеями и полосатыми шкурами. Их движения были грациозными, а тонкие рога, похожие на ветви деревьев, казались почти невесомыми.

— Красиво, — пробормотал Игорь. — Как будто природа взяла своё и забыла о тех, кто здесь жил.

Разведчик продолжил полёт, анализируя атмосферу. Данные поступали на «Странник» в реальном времени: кислород, азот, углекислый газ, следовые газы, а точнее их отсутствие — всё в пределах нормы. Дроны, выпущенные разведчиком, взяли образцы почвы и воды. Результаты были такими же: чисто. Ни токсинов, ни патогенов, ничего из того, что могли обнаружить передовые анализаторы разведчика и что могло повредить людям.

— Это... слишком хорошо, — сказал Алексей, глядя на данные. — Атмосфера пригодна для дыхания, вода чистая, почва плодородная. Почему здесь никого нет?

Игорь задумчиво почесал подбородок:

— Может, они просто ушли? Или... что-то заставило их уйти.

Алексей вздохнул:

— Или что-то их уничтожило.

— Уничтожило и оставило планету цветущей?..

Вопрос повис в воздухе.

Когда разведчик вернулся на «Странник», Алексей и Игорь собрали все данные в единый информационный пакет и отправили в разведуправление. Теперь оставалось только ждать ответа.

— Знаешь, — сказал Игорь, откидываясь в кресле, — эта планета... она идеальна. Ну, почти. Она – как огромный заповедник. На Земле такого нет уже больше тысячи лет, Все наши заповедники – остатки живой природы под куполами. Другие планеты превращены в центры производства, где не заботятся об экологии и где на открытом воздухе без средств защиты делать нечего, либо… либо там те же купола. А тут… Знаешь, если здесь появится колония, я буду первым в числе колонистов. Или переселюсь сюда на пенсии. Представь: долина, водопад, домик из брёвен. Тишина, покой. Никаких миссий, гиперпрыжков, никаких отчётов.

Алексей усмехнулся:

— Ты серьёзно? Домик в долине? Ты же даже гвоздь забить не умеешь. Твой удел: отбитые молотком пальцы и выпрошенный у администрации колонии стандартный жилой модуль после того, как местные травматологи устанут от тебя.

— Ну, я научусь, — не смутившись ответил Игорь. — А ты будешь приходить в гости. Будем сидеть на веранде, смотреть на звёзды, пить чаи, вспоминать, как болтались годами в пустоте и как нашли это место.

Алексей засмеялся:

— Кто-то пересмотрел старых фильмов. Ладно, мечтатель. Но сначала давай разберёмся, что здесь произошло. А потом уже будешь строить свой домик.

Игорь улыбнулся, но в его глазах читалась лёгкая грусть. Они оба знали: даже если эту планету колонизируют, это случится ещё очень нескоро. Плюс, расстояние до неё, от условных границ человеческой цивилизации, настолько велико, что колонизацию могут признать нецелесообразной. И, возможно, она была не такой уж и гостеприимной, как казалось.

Приказ из управления пришёл через несколько часов. Алексей и Игорь прочитали его молча, обмениваясь красноречивыми взглядами.

— Приказ на первичную геологоразведку и использование буровой платформы, — сказал Алексей, откладывая планшет. — И разрешение на высадку. Ну что, готов к прогулке или останешься тут?

Игорь усмехнулся:

— Ты шутишь? Я уже представляю, как стою на поверхности и вдыхаю этот воздух. Чистый, свежий... Надеюсь, там пахнет травой.

Алексей закатил глаза:

— Ты всё о своём… Главное, чтобы не пахло чем-то опасным. Но, судя по данным разведчика, всё в порядке.

Через час они уже были в посадочном модуле. Отделение от «Странника» прошло штатно, и вскоре модуль мягко приземлился на равнине, недалеко от руин одного из городов. Когда люк открылся, Игорь первым шагнул на поверхность. Ещё раз проверив анализаторами окружающий воздух, он открыл шлем скафандра, глубоко вдохнул и замер.

— Чувствуешь? — спросил он, оборачиваясь к Алексею. — Воздух... он пахнет травой и цветами. Как будто весна. У нас такого нет даже на Земле под куполами, а тут… Вся планета…

Алексей вышел следом, осторожно оглядываясь. Он тоже был в скафандре и тоже открыл забрало шлема, как и его напарник, однако, в отличие от Игоря, он облачился не в простой изолирующий, а в тяжёлый штурмовой скафандр. Нежно любимый Алексеем электромагнитный карабин, висел на боковом креплении ранца с системой жизнеобеспечения.

Вокруг простиралась равнина, покрытая высокой травой, перемежающейся яркими пятнами цветов. Вдалеке виднелись стада полосатых оленеподобных существ, мирно пасущихся под светом местного светила. Из небольшой рощи неподалёку, доносились странные и не очень мелодичные звуки, которые, впрочем, при некоторой натяжке, можно было бы принять за пение местных птиц.

— Красиво, — пробормотал Алексей. — Но что-то мне подсказывает, что здесь не всё так просто. Так просто никогда не бывает…

— Параноик, — фыркнул Игорь.

Они развернули буровую платформу, которая начала свою работу. Пока бур погружался в грунт и шёл анализ, Алексей и Игорь исследовали окрестности. Они нашли несколько фрагментов древних сооружений, почти полностью поглощённых природой, но ничего, что могло бы объяснить, куда исчезла цивилизация. Развалины кишели жизнью: мелкие существа, похожие на ящериц, что-то длинное, ползучее, мгновенно скрывающееся при приближении людей, местные летающие существа, похожие одновременно и на мелких птиц и на крупных насекомых… Оба отметили, что не встретили никаких крупных хищников и вообще, животных крупнее тридцати – сорока килограммов.

Через несколько часов буровая платформа завершила работу. Алексей открыл крышку с монитором, куда выводились результаты и начал анализировать данные. Внезапно его лицо стало серьёзным.

— Что-то не так? — спросил Игорь, заметив выражение его лица.

— Смотри, — ответил Алексей, показывая ему экран. — Тут минеральный и органический состав, но это неважно. А вот: на глубине двадцати метров — тонкий слой стекловидной породы. И... это не естественное образование.

Игорь нахмурился:

— Стекло? Как оно могло образоваться?

Алексей вздохнул:

— Только одним способом: экстремально высокая температура. Настолько высокая, что песок и камни плавились, а потом быстро остывали. И смотри, — он прокрутил данные дальше, — этот слой повторяется. Расстояние между пластами разное – между некоторыми по двадцать метров, между другими – по шестьдесят и по сорок. Бур достаёт на двести метров и везде одна и та же картина: слои располагаются на глубине, кратной двадцати метрам. Где-то чуть меньше, где-то чуть больше, но это может быть обусловлено локальными условиями почвообразования.

Игорь замер:

— Термоядерное оружие? Глобальная война?... Но цикличность?…

— Не похоже. Ни радиации, ни других характерных признаков, и да, та самая цикличность… Нет, тут поработало что-то помощнее… — он поднял голову вверх, посмотрев на светило, которое скрылось за лёгким облачком.

— Ты хочешь сказать, что звезда... она вспыхивает? Как сверхновая?

— Не совсем, — ответил Алексей. — Но что-то похожее. Раз в несколько десятков или сотен тысяч лет она выдаёт вспышку, которая выжигает всё на поверхности. Одна сторона планеты превращается в стекло, а другая... ну, выживает, но не вся и не полностью. Наверное, потому-то тут и нет крупных животных. Они просто не выживут в таких условиях

Игорь молча смотрел на экран. Его мечта о домике в долине рассыпалась в пыль и пепел.

— Значит, эта планета... её никогда не колонизируют, — тихо сказал он.

Алексей кивнул:

— Да. Мы можем здесь жить, но только до следующей вспышки. А она, судя по данным, может произойти через несколько сотен лет. Или даже раньше.

Игорь вздохнул:

— Жаль. Я уже представлял, как строю здесь дом.

Алексей усмехнулся:

— Может, найдём другую планету? Без вспышек?

Игорь кивнул, но в его глазах читалась грусть. Он ещё раз оглядел равнину, вдохнул аромат трав и цветов, а потом повернулся к модулю.

— Ладно, — сказал он. — Пора возвращаться. Нам нужно отправить отчёт.

Алексей последовал за ним, но перед тем, как войти в модуль, он ещё раз взглянул на данные буровой платформы. Что-то в результатах анализов бурения вызывало у него беспокойство. Кратно двадцати метрам… Двадцать метров до первого слоя…

Сигнал системы оповещения «Странника» застал их врасплох. Алексей первым заметил сообщение на планшете и нахмурился.

— Смотри, — сказал он, показывая данные Игорю. — Солнечная активность. Небольшой всплеск.

Игорь посмотрел на экран:

— Обычная вспышка? Или...?

Алексей пожал плечами:

— Не знаю. Но, учитывая то, что мы только что узнали, не хочу проверять. Давай сворачиваться. И живо!

Они быстро свернули буровую платформу и отправили её на корабль. Посадочный модуль с разведчиками следом за ней поднялся с поверхности планеты, оставив позади равнины, покрытые травой и цветами. Через несколько минут они уже были на орбите, пристыковавшись к «Страннику».

— Всё, мы на борту. Уже хорошо, — сказал Алексей, занимая своё место в пилотском ложементе. — Датчики показывают ещё одну вспышку. Дольше и сильнее предыдущей.

Игорь, уже сидевший на своём месте, нахмурился:

— Это не случайность. Звезда... она просыпается.

Алексей кивнул:

— Давай не будем ждать. Разгоняемся и прыгаем. Давай курс к базе.

Они начали разгон, но прежде чем «Странник» успел набрать достаточную скорость, датчики зафиксировали ещё одну вспышку. На этот раз она была значительно мощнее и длиннее. Экран на мгновение залился ярким светом.

— Это уже слишком, — пробормотал Игорь, вводя координаты для прыжка. — Мы попали прямо на смену цикла. Тысячи лет покоя, и вдруг... это.

Алексей молча кивнул, его пальцы быстро перемещались по панели управления. Окно гиперперехода открылось перед ними, и «Странник» нырнул в него. На экранах заднего обзора осталась ярчайшая вспышка, освещавшая всю систему.

Корабль вышел из гиперперехода в другой точке пространства. Звёзды вокруг были спокойны, и только слабый тревожный сигнал напоминал о том, что они только что пережили.

— Мы успели, — сказал Алексей, откидываясь в кресле. — Ещё пара минут, и...

Игорь кивнул:

— Да. Но теперь я понимаю, что случилось с теми, кто жил на этой планете. Они не знали. Не могли знать.

Алексей вздохнул:

— Или знали. Но надеялись успеть до следующей вспышки. Они строили свои города, запускали корабли, жили... и потом, в один момент, всё закончилось. Звезда просто... сожгла их.

Игорь задумчиво посмотрел на экран:

— Но планета выжила. Атмосфера и природа восстановились. Через тысячи лет всё снова зацвело. Может, когда-нибудь...

— Когда-нибудь, — перебил его Алексей, — мы сможем вернуться. Узнать больше. Может, даже основать колонию, когда планета восстановится. Но только если найдём способ предсказывать эти вспышки.

Игорь улыбнулся:

— Было бы здорово. Мне, знаешь ли, нравится эта идея. Домик в долине, водопад... и система раннего предупреждения.

— А что, если такая система была и у них?... У тех, чьи города мы видели?... Что, если они не погибли, а просто ушли, оставив свои города и не самые нужные корабли на орбите? Те две синие метки на звездной карте, на другой стороне галактики?...

— Ты думаешь?...

—Не знаю. Но надеюсь узнать. Может, когда наши учёные доработают гипердвигатель, именно мы и отправимся туда. В конце концов, мы же разведчики, верно?

Глава 2. Тень в пустоте.

Два часа спустя после выхода или, скорее, побега, из системы с вспыхивающей звездой, «Странник-416» продолжал свой путь к базе. Основные топливные картриджи уже были выработаны, и корабль теперь двигался на резервных. Игорь, сидя в кресле, нервно постукивал пальцами по подлокотнику, его взгляд то и дело возвращался к показаниям топливных датчиков.

— Лёх, ты уверен, что резерва хватит? — спросил он, не отрывая глаз от экрана. — Нам ещё тридцать прыжков — это как бы не шутки. Основные расчёты я перепроверил, всё верно, но, мало ли что опять всплывёт? Сюда-то мы добирались не то, что по дуге, а вообще непонять каким маршрутом. Сейчас же, хоть и идём напрямик, однако... Вдруг опять придётся делать крюк из-за гравитационных аномалий? Мы же не можем просто так прыгнуть куда захочется.

Алексей, занятый вводом координат для следующего прыжка, обернулся к нему:

— Игорь, ты впервые на разведке? Или тоже параноить стал? Резервные картриджи рассчитаны на такие маршруты. Да, они не такие мощные, как основные, но их хватит. Мы уже три года назад летали на них, вспомни. Сколько у нас остатка было по прибытии на базу? Шестьдесят восемь процентов? Не переживай, дотянем.

— Не переживаю, — буркнул Игорь, но его лицо выдавало обратное. — И не паранойя это, а… Просто... Знаешь, после той звезды как-то не по себе. Мы едва унесли ноги. Не хочется влипнуть во что-то по пути домой.

Алексей усмехнулся:

— Не влипнем, расслабься. Мы закрыли план по разведке, нашли то, что искали. Ну, или не то, что искали, но что-то определённо нашли. Нечего нам тут больше делать.

Игорь вздохнул и откинулся в кресле:

— Ладно, ладно. Ты прав. Слушай, меня никак не отпускает эта история. И эта планета. Она была такой... идеальной. И так близко к тому, чтобы стать новым домом. А теперь она снова стала адом. И всё из-за этой проклятой звезды.

Алексей кивнул, его взгляд стал задумчивым:

— Да, жаль, конечно. Но, знаешь, что я думаю? Может, это и к лучшему. Если бы мы нашли планету, которую можно было бы колонизировать, не факт, что всё было бы так гладко. Скорее всего, её бы сразу попытались превратить в очередной промышленный центр. Или сильные мира сего наложили бы на неё лапу и сделали закрытый курорт «для своих». А так... через какое-то время она вновь станет заповедником. Пусть даже через пару-тройку тысяч лет. И будет такой, пока звезда снова не вспыхнет.

Игорь хмыкнул:

— Заповедником, в который никто не сможет попасть при нашей жизни... Хотя... может, когда-нибудь мы вернёмся. С новыми технологиями, установками терраформирования, для скорейшего восстановления экосистемы, с системами наблюдения за звездой, которые позволят предсказывать эти вспышки.

— Вполне возможно, — улыбнулся Алексей. — Землю-то мы основательно восстановили после того экологического ада, который устроили предки. Хоть и понадобилось на это почти двести лет. Ладно, готовься, прыгаем.

Корабль, набравший скорость, содрогнулся входя в прыжок, и на экранах замелькали знакомые узоры гиперперехода. Через несколько минут «Странник» вышел в новой точке пространства. Алексей сразу же начал привязку к координатам по положению звёзд, а Игорь занялся расчётами следующего прыжка.

— Ещё двадцать девять, — пробормотал он, глядя на данные. — Как будто время тянется медленнее, когда знаешь, сколько осталось.

— Это потому, что ты слишком много думаешь, — сказал Алексей, не отрываясь от экрана. — Просто расслабься. Мы уже почти на полпути. Ещё немного, и будем на базе. А там... кто знает, может, нас в отпуск отправят, отдохнуть от пережитого.

— Отпуск? — Игорь усмехнулся. — Ты серьёзно? После того, как мы нашли первый инопланетный корабль и чуть не сгорели в звёздной вспышке? Думаешь, нас просто отпустят отдыхать?

— А почему нет? — Алексей пожал плечами. — Мы выполнили задание. Нашли… что-то... А теперь возвращаемся с данными, которых у нас на бортовом компьютере терабайты. Пусть разбираются, сопоставляют, анализируют. Мы-то им зачем?

Игорь задумчиво посмотрел на экран:

— Может, ты и прав. Но что-то мне подсказывает, что никто нас так просто никуда не отпустит. Мы нашли корабль, который явно не наш. Ты там прогулялся, обшарил чуть ли не каждый угол. Нашёл карту, которая ведёт куда-то ещё. Мы прогулялись по планете, которая до превращения в ад выглядела райским садом. Им недостаточно будет видео, данных сканеров, анализаторов и образцов. Они ещё и из нас выжмут всё, что мы сможем вспомнить, а потом ещё под гипнозом постараются вытащить хоть что-то сверху.

Алексей замолчал, его пальцы замерли над панелью управления. Он мрачно посмотрел на Игоря.

— Не люблю гипноз, после него неделю сам не свой. Может, всё же обойдётся. — тихо сказал он. — Слушай, а если в итоге они решат отправить нас туда, куда ведёт эта карта... ты готов?

Игорь улыбнулся, но безрадостно:

— Готов ли я? Лёх, мы разведчики. Мы всегда готовы. Но... если честно, я бы предпочёл, чтобы это подождало хотя бы пару - тройку месяцев. Мне бы хотелось немного побыть на Земле. Походить по настоящей траве, пусть и по той, что под куполами. Вдохнуть воздух, который пахнет не фильтрами, а... ну, как на той планете…

Алексей кивнул:

— Понимаю. А теперь подумай сам: те, кто там жил, нуждаются в условиях, подобных нашим. Или очень схожим. Нас в итоге могут послать туда на разведку. И какова вероятность, что по координатам с синими отметками будет что-то похожее, но без сюрпризов со стороны местной звезды?

Игорь засмеялся:

— При таком раскладе - немалая. Главное, чтобы местные, если они там окажутся, не поприветствовали нас залпом чего – то убойного. Ладно, давай закончим расчёты. Чем быстрее доберёмся до базы, тем быстрее узнаем, что нас ждёт.

Корабль снова приготовился к прыжку и приступил к разгону. На обзорных экранах замелькали звёзды, и «Странник» нырнул в гиперпереход, оставляя позади пустоту космоса.

Следующий выход из гиперпрыжка произошёл вдали от звёздных систем. Космос вокруг был пустым и тихим, лишь слабый свет далёких звёзд едва освещал корпус «Странника». Игорь, наконец, начал расслабляться. Он откинулся в кресле, потянулся и зевнул.

— Осталось двадцать восемь, — сказал он, глядя на экран с маршрутом. — И, кажется, этот участок самый спокойный. Ни звёзд, ни планет, ни астероидов. Просто... пустота.

Алексей, занятый проверкой систем корабля, кивнул:

— Да, пустота, как и почти везде. Но не расслабляйся слишком сильно.

Игорь усмехнулся:

— Параноик. Ну ладно, я просто наслаждаюсь моментом.

В этот момент на радаре, буквально на пару секунд мелькнула бледная отметка. Алексей сразу же насторожился, его пальцы замерли над панелью управления.

— Ты это видел? — спросил он, не отрывая взгляда от экрана.

Игорь наклонился вперёд:

— Что? Где?

— На радаре. Слабая отметка. Очень слабая. На границе чувствительности. Система даже не подсветила её как значимый объект.

Игорь прищурился, пытаясь разглядеть что-то на экране:

— Может, помехи? Или ошибка системы?

— Не думаю, — ответил Алексей. — Сигнатура не та. Как будто... объект. Но он исчез.

Игорь задумчиво почесал подбородок:

— Может, это был метеорит? Или обломок? В таких местах иногда летает всякий мусор.

— Возможно, — согласился Алексей с сомнением, выводя на экран лог с записью обнаруженных объектов и просматривая его ещё раз. — Что, если это... не просто обломок?

Игорь вздохнул:

— Ну, вариантов много. Гадать можно долго. Но что мы можем сделать? Мы не можем просто так снять маскировку и включить активные радары. Это слишком рискованно. Если отметка появится снова, тогда решим, что делать.

Алексей согласился, однако его пальцы нервно постукивали по панели управления, а взгляд то и дело возвращался к радару.

— Игорь, — вдруг сказал он. — А что, если это не просто объект? Что, если это... кто-то? Кто-то, кто следит за нами?

Игорь посмотрел на него, пытаясь понять, шутит он или говорит серьёзно:

— Лёх, ты серьёзно? Кто мог бы следить за нами здесь, в этой глуши? Мы же первые, кто залетел так далеко.

— А кто построил тот корабль, который мы нашли? — парировал Алексей. — Мы не знаем, кто они и где они. Может, они всё ещё неподалёку. Может, они как-то засекли нас в той брошенной системе?

Игорь задумался. Он не хотел признавать, но слова Алексея задели его. Всё, что они нашли за последние дни, было настолько необычным, что даже самые невероятные предположения казались возможными.

— Ладно, — наконец сказал он. — Допустим, ты прав. Что мы можем сделать? При любом раскладе нельзя «светить» активным радаром на всю округу. Это слишком рискованно.

Алексей вздохнул:

— Знаю. Ладно, прогоню экспресс-тест систем. На всякий случай.

Игорь кивнул:

— Действуй. Час тебе на всё это.

Алексей начал быстро прогонять тесты всех систем, в том числе и оружейных, вполглаза посматривая за радаром, ожидая, что отметка появится снова. Игорь, хотя и старался сохранять спокойствие, тоже не мог отделаться от лёгкого чувства тревоги.

Час прошёл в напряжённом ожидании. «Странник» висел в пустоте, скрытый маскировочными полями, его пассивные сканеры молчали. Никаких новых отметок на радаре не появлялось. Алексей, несмотря на свои опасения, начал сдаваться под напором Игоря, который всё настойчивее предлагал снять маскировку и провести активное сканирование.

— Лёх, ну хватит уже, — наконец сказал Игорь, раздражённо потирая виски. — Мы тут час висим, как призраки, и ничего. Ни одной отметки. Может, это действительно была ошибка системы? Или какой-то космический мусор, который давно улетел. Давай уже снимем маскировку и проверим всё как следует. Мы теряем время.

Алексей, уже начинающий сомневаться в своих подозрениях, вздохнул:

— Ладно, ладно. Снимаем маскировку. Но только ненадолго. И если что-то покажется, сразу включаем обратно.

Игорь кивнул, и маскировочные поля отключились. Корабль стал видимым, а его сканеры начали активно прочёсывать пространство во всех диапазонах. Минуты тянулись медленно, но экраны оставались пустыми. Никаких объектов, никаких сигналов. Только бескрайняя пустота.

— Ну вот, — сказал Игорь, разводя руками. — Ничего. Ты доволен? Может, теперь двинемся дальше?

Алексей, хоть и неохотно, согласился:

— Да, ладно. Похоже, я перестраховался. Но лучше перебдеть, чем недобдеть.

Корабль начал разгон, готовясь к следующему прыжку. Напряжение начало понемногу спадать.

— Ещё двадцать семь прыжков, — пробормотал Игорь, глядя на экран. — И, надеюсь, без сюрпризов.

Алексей кивнул, но его взгляд всё ещё блуждал по экранам, словно он ожидал, что что-то появится в любой момент. Однако всё было спокойно. Корабль завершил разгон, и гиперпереход начался. Через несколько минут «Странник» вышел в новой точке пространства.

— Привязка к координатам завершена, — доложил Алексей через некоторое время. — Всё в порядке. Никаких аномалий.

Игорь расслабился, откинувшись в кресле:

— Ну и хорошо. Может, всё же доберёмся спокойно…

Но едва он произнёс эти слова, как на радаре снова появилась отметка. Сигнатура была той же — непонятная, но теперь она была чуть чётче и чуть ближе. Алексей мгновенно напрягся, его пальцы замерли над панелью управления.

— Игорь, — тихо сказал он. — Смотри.

Игорь наклонился вперёд, его глаза сузились:

— Опять? Что за чёрт...

Отметка исчезла, но Алексей уже не сомневался. Он быстро поднял силовые щиты, окутавшие корабль невидимым коконом, активировал ускорительные пушки и перевёл системы корабля в боевой режим готовности.

— Лёх, ты серьёзно? — спросил Игорь, слегка ошарашено глядя на него. — Мы даже не знаем, что это.

— А я не хочу узнавать, когда будет слишком поздно, — резко ответил Алексей. — Мы слишком далеко от дома, Игорь. Слишком далеко. Если это кто-то или что-то враждебное, мы должны быть готовы.

Игорь хотел возразить, но слов почему-то не находилось. Они оба уставились на экран.

— Где оно? — пробормотал Игорь.

— Не знаю, — ответил Алексей, его голос был напряжённым. — Но оно было здесь. Ты сам всё видел.

Однако радар молчал. Пустота вокруг была абсолютной. Никаких новых сигналов, никаких объектов. Только тишина.

— Что это могло быть? — наконец спросил Игорь, нарушая тишину. — Может, это какой-то сбой в системе? Или... что-то ещё?

Алексей покачал головой:

— Не знаю. Но это не похоже на сбой. Такое ощущение, что нас ведут.

Игорь вздохнул:

— Может, это просто какая-то аномалия? Или... я не знаю, космический феномен?

— Может, — согласился Алексей, но в его голосе слышалось сомнение. — Но я не хочу рисковать. Мы далеко от дома. Слишком далеко.

— Согласен, — подумав пару секунд, сказал Игорь. — Давай будем начеку. Щиты не опускай, реактор накачки орудий не глуши.

Расчёт следующего прыжка был завершён, и «Странник» снова нырнул в гиперпереход. Выход произошёл в очередной точке пустого пространства, далёкой от звёзд и планет. Но на этот раз Игорь, нарушая все инструкции, сразу же дал команду активировать все системы обнаружения.

— Включай всё, что есть, — резко сказал он, глядя на экраны. — Пассивные, активные, тепловые, гравитационные... Всё. Я хочу знать, что здесь происходит.

Алексей, хоть и удивлённый, быстро выполнил приказ. Системы корабля заработали на полную мощность. Какое-то время радары показывали только пустоту, но немного погодя на границе обнаружения появилась отметка. Она была чуть менее размытой, чем раньше, но сигнатура по-прежнему оставалась неизвестной. И, как обычно, отметка почти сразу исчезла.

— Они ведут нас, точно ведут, — пробормотал Алексей, его голос был напряжённым. — Но как? Как они могут знать, куда мы прыгнем? Это невозможно.

Игорь сжал кулаки:

— Невозможно для нас. Но кто знает, на что они способны? Может, у них есть технологии, которые мы даже не можем представить.

Алексей кивнул, его пальцы быстро перемещались по панели управления:

— Начинаю привязку к текущей позиции…

— Нет, некогда, — перебил его Игорь. — Слепой прыжок. Аварийный. На максимальную дальность и без конкретной точки выхода. Куда угодно, просто валим отсюда.

Алексей посмотрел на него, в его глазах читалось беспокойство:

— Игорь, без привязки это рискованно. Мы можем выйти где угодно. Внутри звезды, рядом с чёрной дырой, в гуще астероидов...

— Я хочу их стряхнуть, — резко ответил Игорь. — Не верю я в их добрые намерения. Прыгаем.

Алексей замер на мгновение, но затем кивнул. Корабль начал форсированный разгон, на разведчиков навалилась тяжесть: гравикомпенсаторы только частично справлялись с ускорением.

— Готово, — слегка задыхаясь сказал Алексей. — Прыжок через десять секунд.

Игорь кивнул, его взгляд был прикован к радару. Пустому. Обманчиво пустому…

— Прыжок, — сказал он.

Корабль содрогнулся, входя в окно гиперперехода.

Через несколько минут «Странник» рывком вывалился в обычное пространство.

— Где мы? — спросил Алексей, глядя на экраны.

— Не знаю. Неважно. Разгоняемся! Ещё прыжок!

Алексей озадаченно взглянул на него:

— Игорь, какой прыжок?

— Такой же слепой и разгон на форсаже. Не спорь. — мрачно ответил Игорь.

Выход из слепого прыжка был таким же резким, и почти сразу же Игорь дал команду на следующий. Алексей, сжав зубы, выполнил приказ, но его беспокойство нарастало.

— Игорь, ты понимаешь, что ты делаешь? — спросил он, глядя на показания энергосистемы. — Мы уже дважды прыгнули вслепую, да ещё и на полном форсаже. Двигатели и энергосистема не рассчитаны на такие нагрузки. Если мы продолжим, всё может пойти вразнос.

Игорь, не отрывая взгляда от экранов, ответил:

— Это не обычный транспортник, Лёх. Это корабль-разведчик. Да, режимы нештатные, но не запредельные. Ты хочешь рискнуть и познакомиться с нашим «хвостом»?

Алексей не нашёл, что возразить. Корабль, после очередного форсированного разгона, содрогнулся и гиперпереход снова унёс их в неизвестность. Когда «Странник» вышел из прыжка, Алексей быстро проверил системы.

— Движки на грани перегрева, — сказал он, глядя на данные. — Энергосистема тоже в оранжевой зоне. Если мы продолжим, спалим что-нибудь с гарантией.

Игорь кивнул:

— Ладно, хватит. Надеюсь, мы его стряхнули.

Алексей вздохнул и начал вычислять координаты, пытаясь понять, куда их занесло. Через несколько минут он посмотрел на Игоря:

— Есть одна идея… Мы недалеко от одного из тех астероидов с большим содержанием никеля. Помнишь, мы их обнаружили пару недель назад?

Игорь усмехнулся:

— Как не помнить. Ты тогда говорил, что никеля там столько, что хоть строй завод. Думаешь, там можно спрятаться?

Алексей кивнул:

— Да. Большое количество металла в астероиде позволит скрыться от сканирования. Мы сможем затаиться и привести системы в порядок. А заодно подумать, что делать дальше.

— Ладно, прыгаем туда. Выход штатный, под маскировкой

Алексей кивнул и начал вводить координаты. Через несколько минут «Странник» снова нырнул в гиперпереход. Выход произошёл в системе коричневого карлика, тусклой звезды класса Y, с обширным астероидным поясом.

— Никаких отметок, — сказал Алексей, глядя на экраны. — Похоже, мы стряхнули их.

Игорь кивнул, но его лицо оставалось серьёзным:

— Надеюсь, но подстраховка не повредит. Давай садимся на астероид где-нибудь во впадине. Нам нужно время, чтобы всё обдумать. Пару суток переждём, а дальше посмотрим.

Корабль начал движение к астероиду, его сканеры тщательно прочёсывали пространство. Никаких сигналов, никаких объектов. Только пустота и холодный свет далёких звёзд.

Когда «Странник» приземлился на поверхность астероида, Алексей и Игорь хором выдохнули. Сложно сказать, на что сильнее действовали эти догонялки с призраком: на нервы или выматывали физически. После долгого обсуждения они пришли к выводу, что лучше всего будет затаиться на пару-тройку дней, чтобы убедиться, что за ними больше никто не следит. Алексей отключил связь и почти все энергосистемы, оставив только маскировку и жизнеобеспечение. Он заверил Игоря, что в таком режиме, даже если кто-то будет сканировать астероид "в упор", "Странник" будет неотличим от ландшафта.

— Всё, — сказал Алексей, откидываясь в кресле. — Теперь мы — часть астероида. Никаких сигналов, никаких тепловых следов. Только камень и металл. Если кто-то ищет нас, то они ничего не найдут.

Игорь, развалившись в своём ложементе, с чашкой чая в руках, закрыл глаза и улыбнулся:

— Знаешь, Лёх, я сейчас представляю, что сижу на веранде того бревенчатого дома. Вокруг тишина, только ветер шумит в листве. Никаких прыжков, никаких призраков на радаре. Просто... покой.

Алексей усмехнулся:

— Только чуть-чуть отлегло и опять ударился в мечты?... Ты неисправим. Ладно, я пойду проверю силовую установку. После наших скачков по окрестностям ей это не повредит.

Игорь кивнул, не открывая глаз:

— Давай, только не разбуди меня. Я пока подремаю.

Алексей ушёл в технический отсек, оставив Игоря в командном отсеке. Через пару часов он вернулся, слегка испачканный синтетической смазкой, источая запах разогретой изоляции, но с довольным выражением лица.

— Ну что, как наш кораблик? — спросил Игорь, открыв один глаз.

— Крепкий, — ответил Алексей, садясь на своё место. — Пара мелких сбоев и некритичный перегрев основной силовой магистрали, но ничего серьёзного. Двигатели в порядке, энергосистема стабильна. Крепкая машинка. И выносливая.

Игорь улыбнулся:

— Ну, хоть что-то радует. А теперь давай подумаем, что делать дальше. Сидеть тут вечно мы не можем.

Алексей кивнул и начал набирать данные на планшете:

— Я думал о том же. К разведбазе лететь нельзя. Там только тройка патрульных эсминцев. Если этот объект окажется враждебным, их орудий может не хватить. Плюс мы даже не знаем его размеров. Да и тащить домой непонять кого…

Игорь нахмурился:

— А что, если прыгнуть к базе флота "Колизей"? Отправить им пакет данных о ситуации, зашифровав его экстренным "красным" ключом. Это же сигнал тревоги высшего уровня. Они обязаны отреагировать.

Алексей задумался:

— Да, но... а если они не поверят? Если решат, что мы просто напились вдрызг после всех этих приключений? Ты же знаешь, как адмиралтейство любит скептически относиться к «сенсационным открытиям». Да и сама ситуация: «помогите, за нами гонятся пришельцы!»… Сценка из второсортных фильмов.

Игорь покачал головой:

— Не поверят? Ты сам-то себя слышишь? Правила чёткие: если кто-то отправляет сообщение "красным кодом", адмиралтейство обязано среагировать. Сначала они поставят всех на уши, объявят боевую тревогу на всех судах, даже на последней лоханке, где из оружия — только тапочек для тараканов. А потом уже будут разбираться. И если выяснится, что мы всё придумали... ну, тогда да, вылетим из разведки прямо в тёплые объятия трибунала. А когда наши сроки закончатся, должность младшего помощника дворника станет нашим потолком. Но смотри: у нас есть телеметрия. Вот она. Объект — вот он. Он прыгает вместе с нами, хоть и с небольшой задержкой. Это не случайность. Он явно следует за нами. Но зачем тайно? Были бы у него были мирные намерения, он бы снял маскировку и попытался связаться. А значит, мы имеем дело с неизвестной стороной, которая занимается тайной разведкой и слежкой. Не очень дружественное поведение, верно? И не забывай про тот корабль, который мы нашли. Всё это вписывается в директивы по "красному коду": применять только в случае обнаружения посторонней силы, проявляющей враждебные намерения.

Алексей задумался:

— Ты прав. Но... ты уверен, что это правильный шаг? Мы можем поднять на уши весь флот, а потом оказаться неправыми.

Игорь посмотрел на него:

— Лёха, мы разведчики. Наша работа — в числе прочего ещё и докладывать о потенциальных угрозах. А тут... тут всё слишком подозрительно. Да, нас могут обвинить в паникёрстве, по факту ведь в нас никто не ещё стрелял. Но если мы промолчим, и это окажется реальной угрозой... ты представляешь, что будет?

Алексей вздохнул и кивнул:

— Ладно, убедил. Давай готовить сообщение. Но только... давай всё продумаем до мелочей. Каждое слово, каждый факт. Чтобы у них не было сомнений.

Игорь улыбнулся:

— Уже делаю. И не волнуйся, я всё оформлю по правилам. С доказательствами, с телеметрией, с анализом. Они не смогут проигнорировать.

Два дня на астероиде прошли в вынужденном безделье. Время тянулось мучительно медленно. Алексей, чтобы хоть как-то занять себя, перепроверил все системы корабля ещё раз. И ещё раз. И ещё. Игорь, наблюдая за этим, не удержался:

— Лёх, ты уже третий раз проверяешь тот же самый контур. Может, хватит? Или ты решил, что он вдруг сам собой засбоит, пока ты на него не смотришь?

Алексей, не отрываясь от панели управления, буркнул:

— Лучше перепроверить, чем потом жалеть. А ты бы лучше занялся чем-то полезным, вместо того чтобы сидеть и чай попивать.

Игорь усмехнулся:

— Полезным? Ну, например, чем? Мы тут как в клетке. Никуда не двинуться, ничего не сделать. Только ждать. Так что мой чай — это самое полезное, что я могу сделать сейчас.

Алексей вздохнул, но не стал спорить. Он знал, что Игорь прав. Безделье выматывало. Вокруг ничего не происходило. Никаких сигналов, никаких объектов.

К концу второго дня они оба сидели в своих ложементах, пили чай и вяло переговаривались. Все идеи, которые только можно было придумать насчёт странного объекта на радарах, они уже обсудили. Других не было. Говорить было не о чем. Оставалось только ждать.

— Ну что, — наконец сказал Игорь, ставя пустую кружку на панель управления. — Когда отправляем сигнал тревоги? Ещё подождём или уже хватит?

Алексей задумался:

— Думаю, стоит сначала выждать ещё немного. Потом совершить пару прыжков. Если нас опять будут вести... тогда отправляем сигнал по гиперсвязи сразу после очередного прыжка. Так будет надёжнее.

— Ждать... самое противное в нашей работе. Сидишь, ничего не делаешь, а в голове крутятся одни и те же мысли. И никаких ответов.

Алексей кивнул, глядя куда-то в пустоту:

— Да уж. Но, знаешь, что я думаю? Может, это и к лучшему. Если этот объект больше не появится, значит, мы были правы, решив затаиться. А если появится... ну, тогда уже будем кричать «Помогите!».

Игорь усмехнулся:

— Без вариантов. Но, знаешь, что самое обидное? Мы даже не знаем, что это было. Корабль? Аномалия? Или вообще галлюцинация от усталости?

Алексей пожал плечами:

— Не знаю. Но одно я знаю точно: галлюцинации телеметрия не пишет. Если это был корабль, то его экипаж явно не дружелюбный. Иначе бы они вышли на связь.

Они замолчали, каждый погрузившись в свои мысли. Время шло медленно, минуты тянулись с неохотой, как будто цепляясь за само мироздание…

Оптико-локационная станция внезапно выдала сигнал об изменении окружающей обстановки. Алексей, моментально насторожившись, бросился к экрану. Игорь, оторвавшись от своих мыслей, тоже придвинулся ближе.

— Что там? — спросил он, глядя на мерцающий экран.

— Не знаю, — ответил Алексей, увеличивая изображение. — Но что-то происходит. Смотри: одна из звёзд гаснет, потом снова загорается. И не только она.

Игорь прищурился, всматриваясь в экран. Действительно, на фоне чёрного космоса одна из звёзд на мгновение исчезла, а затем снова появилась. Потом то же самое произошло с другой звездой.

— Что-то закрывает их, — пробормотал Игорь. — Что-то большое. И оно движется.

Алексей кивнул, его пальцы быстро перемещались по панели управления, настраивая ОЛС на максимальное увеличение. Через несколько секунд на экране появились общие черты объекта. Он был огромен, с вытянутыми, почти хищными очертаниями. Тёмный, почти чёрный, даже в красном свете звезды, корпус, с едва заметными переливами, как будто он был покрыт каким-то матовым материалом, поглощающим свет. По бокам виднелись то ли пилоны двигателей, то ли плавники. Передняя часть плавно заострялась, оканчиваясь покатым носом.

— Что за чёрт... — прошептал Игорь, не отрывая взгляда от экрана. — Эта штука не нашей работы... да она вообще не похоже ни на что, что мы видели раньше.

Алексей кивнул, его лицо было напряжённым:

— Да. Не похож на тот мёртвый корабль, который мы нашли. И он не походит не обломки с орбиты планеты из системы вспыхивающей звезды. Это что-то другое. Что-то... новое. Размером почти с наш крейсер.

Объект прошёл относительно недалеко от астероида, на котором затаился «Странник». ОЛС, хоть и работала на пределе своих возможностей, смогла зафиксировать его общие черты. Корабль был явно технологически продвинутым, но его дизайн был настолько чуждым, что даже Алексей, привыкший к самым необычным конструкциям, не мог понять, как он вообще функционирует.

— Смотри, — сказал Алексей, указывая на экран. — Видишь эти выступы? Они похожи на орудийные платформы. Но... они не такие, как у нас. Или у тех, чьи обломки мы видели.

Игорь кивнул:

— Да. И эти пилоны по бортам. Двигатели? У наших кораблей они монтируются в корпус, а у того, разбитого, подобного не было, да и вообще, он был, как будто, построен по совершенно иным принципам.

Алексей вздохнул:

— Зато теперь мы знаем, что таинственная отметка — не помеха на радарах. Это был он. И он явно не дружелюбный.

Игорь задумчиво почесал подбородок:

— Но зачем он здесь? И почему он не пытается связаться? Если он нас видел, то почему не атаковал?

Алексей пожал плечами:

— Может, он нас не заметил. Мы же под маскировкой. А может... он просто не считает нас угрозой. Или ждёт подходящего момента.

Игорь усмехнулся:

— Ага, более подходящего, чем корабль с отключенными защитными системами, сидящий неподвижно на астероиде?.. Скорее всего он засёк наш прыжок сюда, но тут нас потерял.

— Тоже верно, — ответил Алексей. — Но мы можем попробовать последить за ним. Использовать ОЛС и пассивные сканеры... А, чёрт, они его всё равно не видят… Если он уйдёт, мы сможем попытаться понять, куда. А если останется... тогда решим, что делать.

Игорь кивнул:

— Ладно. Но будь готов ко всему. Если он заметит нас... может потребоваться убегать. И быстро…

После долгих размышлений Игорь принял решение: всё же ничего не делать. Оставаться на месте ещё минимум 48 стандартных часов и наблюдать. Алексей, хоть и нервничал, согласился. Они оба понимали, что спешка сейчас может стоить им слишком дорого.

— Мы не можем рисковать, — сказал Игорь, глядя на экран. — Если этот корабль всё ещё где-то рядом, он может заметить нас, как только мы начнём двигаться. Лучше подождать. Пусть он уйдёт.

Алексей кивнул, но его пальцы нервно постукивали по панели управления:

— Ладно. Но если он не появится, мы должны действовать. Сидеть тут вечно мы не можем.

Игорь согласился. Два дня прошли в напряжённом ожидании. Неизвестный корабль больше не появлялся. Никаких сигналов, никаких объектов. Только пустота и тишина.

— Ну что, — наконец сказал Игорь, глядя на часы. — 48 часов прошло. Пора сниматься со стоянки.

Алексей кивнул:

— Давай. Но пойдём осторожно. Разгоняемся на самом минимуме тяги. Отойдём от плоскости эклиптики. Пусть это займёт больше времени, зато шансов, что нас обнаружат, будет меньше.

Игорь согласился, и Алексей стал готовить «Странник» к старту. Корабль оторвался от поверхности астероида и начал движение, на самом минимуме тяги, стараясь не привлекать к себе внимания. Разгон занял несколько часов, но, наконец, корабль был готов к прыжку.

— Прыгаем, — сказал Игорь, вводя координаты.

Корабль содрогнулся, совершая прыжок. Через несколько минут «Странник» вышел в новой системе. На радаре было чисто. Никаких отметок, никаких сигналов. Разведчики немного расслабились.

— Ну, пока всё спокойно, — сказал Алексей, глядя на экраны. — Оторвались?

Игорь кивнул, но его лицо оставалось серьёзным:

— Похоже. Но давай не радоваться раньше времени. Мы ещё не дома.

Они провели стандартную процедуру привязки к точке пространства и начали расчёт следующего прыжка. Ещё один прыжок — и снова тишина. Никаких объектов, никаких угроз. Разведчики начали надеяться, что всё обошлось.

— Ладно, — сказал Игорь, вводя координаты для третьего прыжка. — Мы ещё на шаг ближе к базе. Может доберёмся без попутчиков…

Корабль снова нырнул в гиперпереход. Выход произошёл в очередной системе. Всё было спокойно. Разведчики начали стандартную процедуру привязки к координатам, как вдруг на радаре появилась знакомая отметка.

— Твою мать! — взорвался Алексей, врезав по подлокотнику. — Он снова здесь.

Игорь мрачно посмотрел на экран:

— Не стряхнули... Он снова ведёт нас. И, похоже, не собирается отставать.

Алексей сжал кулаки:

— Что будем делать? Прыгать дальше? Как он вообще нас находит?!...

Игорь задумался, его лицо было напряжённым:

— Прыгать. Какие ещё варианты? Он всё равно не отстанет.

Алексей кивнул, его пальцы быстро набирали команды:

— Ладно. Прыгаем. Но, Игорь... скорее всего, он следует за нами до базы или до обитаемых секторов. У нас на корабле передовая разведывательная аппаратура и то мы его почти не видим. А там он сможет спокойно хозяйничать по системам и секторам и его никто не засечёт. А он узнает о нас всё, что захочет.

Игорь вздохнул:

— Тогда у нас нет выбора. Отправляем "красный код" и идём не прямо домой, а в сторону. Пусть флот встретит его во всеоружии где-то за границами…

Пилоты, посовещавшись, решили не отправлять сообщение с борта «Странника». Они продолжили прыгать в обычном режиме, делая вид, будто ничего не заметили на радарах. Однако они записали сообщение, зашифрованное по "красному коду", на одноразовый аварийный гиперпередатчик, который остался в системе, через которую только что прошли оба корабля. Сообщение должно было уйти автоматически, когда они и неизвестный корабль будут уже в двух-трёх прыжках от этой точки, а передатчик после этого автоматически самоуничтожится.

---

База флота "Колизей" представляла собой огромное широкое кольцо, вращающееся вокруг своей оси. К нему были пристыкованы десятки боевых и транспортных кораблей, модули техобслуживания, мобильные оборонительные платформы. В ближнем пространстве вокруг базы царило плотное движение: шаттлы, грузовые платформы, патрульные корабли сновали туда-сюда, как пчёлы вокруг улья. Внутри кольца располагались ангары, командные центры, жилые модули и склады. Это был настоящий гигант, символ мощи человеческого флота.

---

Адмирал флота Красс сидел в своём кабинете, окружённый группой офицеров. Невысокий, крепкий, с седеющими волосами, резкими чертами лица и пронзительным взглядом. В свои шестьдесят три года он обладал солидным багажом опыта как в командно-штабной работе, так и в боевом командовании (о чём напоминал косой шрам на виске, синтетический глаз и бионический протез левой руки – наследие одной из стычек с экстремистами из дальних колоний), что позволило выстроить чёткую систему взаимодействий всех элементов и служб флота в подконтрольном ему секторе.

Сейчас же, перед штабом флота, стояла новая задача: организация регулярных экспедиций в дальние сектора, где были обнаружены объекты, предположительно внеземного происхождения. Причём обеспечение безопасности стояло далеко не на последнем месте.

Общая схема действий уже была выработана, а представитель аналитической группы только начал излагать детали, как его прервал буквально влетевший в кабинет запыхавшийся адъютант.

— Адмирал! — выдохнул он, едва переводя дух. — Срочное сообщение! От "Странника-416"! Того, который…

Красс резко поднял руку, прерывая его:

— По существу, лейтенант! Что за сообщение?

Адъютант протянул планшет с данными:

— Сообщение зашифровано "красным кодом", адмирал. Там всё подробно изложено.

Красс схватил планшет, подключил к нему персональный декодер и начал изучать полученную информацию. Его лицо, обычно непроницаемое, стало мрачным. Через минуту он резко поднял голову и бросил короткую команду:

— Совещание окончено. Все свободны.

Офицеры, не задавая вопросов, быстро покинули кабинет. Красс подошёл к личному терминалу и активировал систему общего оповещения. Его голос прозвучал громко и чётко:

— Всему флоту. Общая тревога. Повторяю, общая тревога. Все корабли привести в боевую готовность. Приготовиться к отражению внешней угрозы.

Вокруг базы "Колизей" началось движение. Экипажи занимали боевые посты, корабли отстыковывались от кольца, мобильные оборонительные платформы так же отделились и начали движение, выходя на позиции и образуя шарообразное скопление, внутри которого была сама база и большая часть кораблей.

Вскоре общая боевая тревога на флоте охватила все сектора космоса вблизи "Колизея". Гражданские суда либо сажали на планеты, либо отводили под прикрытие орбитальных крепостей. Патрульные группы срочно возвращались в системы, оставляя свои посты на границах. Космос вокруг базы кипел активностью: корабли выстраивались в боевые порядки, в ангарах проходили предполётную подготовку истребители, а командные центры работали на пределе возможностей, координируя всю ту гигантскую боевую машину, которая пришла в движение. Только командиры знали, да и то в весьма общих чертах, чем вызван такой переполох, но рядовой состав, впечатлившись формулировкой про «внешнюю угрозу», выбивался из сил и перекрывал все нормативы по времени, готовя вверенную ему матчасть к любому развитию событий.

---

Экипаж "Странника" в назначенное время открыл приём сообщений по гиперканалу. Они ждали, затаив дыхание, и точно в срок сообщение пришло. Оно было коротким: сжатый до миллисекунд импульс принёс всего несколько строк - координаты и время.

— Ну, вот и ответ, — сказал Игорь, глядя на экран. — Координаты системы и время встречи. Теперь осталось только добраться туда.

Алексей кивнул, его лицо выражало облегчение:

— Да. И, судя по координатам, это система за границами нашего пространства. Там нас должен ждать «комитет по встрече».

Игорь усмехнулся:

— Готов спорить, что там будет новейший линкор проекта "Циклоп" и два-три авианосца с их москитным облаком. Плюс несколько дальнобойных артиллерийских платформ. Кстати, всегда хотел воочию увидеть этот линкор, может хоть сейчас представится возможность.

Алексей покачал головой:

— Не думаю. "Циклоп" туда не погонят - нецелесообразно. Да, своим главным калибром он достаёт на двадцать световых секунд и на таком расстоянии способен превратить в мелкий песок астероид размером с пару футбольных полей, но тут цель одиночная, с неясной скоростью и маневренностью. Скорее всего, отправят соединение из десятка тяжёлых крейсеров проекта "Рубин". И кучу мелочи: корветы, эсминцы, рассеянные по окраинам системы, чтобы перекрыть все возможные пути отхода чужака.

Игорь задумался, затем задумчиво произнёс:

— Возможно, ты прав. Но вот скажи: а с чего мы взяли, что объект один?..

Алексей ошарашенно взглянул на него:

— Не хочешь же ты сказать, что?... Ты думаешь, за ним может идти флот вторжения?

— Флот вряд ли. Мы ведь сами не знали, что окажемся в той системе. Не думаю, что они бы успели собрать ударную группировку. Но вот в то, что мы нарвались на патрулирующий разведотряд – вполне поверю. Или вообще, может они были в той же системе с нестабильной звездой и снимали её параметры перед вспышкой, как раз для создания системы раннего предупреждения?

— Надеюсь, светлые головы в адмиралтействе, предусмотрели все варианты развития событий — пробурчал Алексей, вводя координаты для прыжка.

Глава 3. Эхо.

Пустое пространство, точка встречи.

«Странник-416» вышел из гиперпрыжка точно по заданным координатам, в пустоте, вдали от крупных небесных тел. На экранах тут же замигали десятки меток.

— Вот это встреча… — присвистнул Игорь, разглядывая схему расстановки сил.

Перед ними висело ударное соединение: шесть тяжёлых крейсеров проекта «Рубин», их угловатые корпуса напоминали куски чёрного базальта, на которых выделялись огромные башни орудий главного калибра, пусковые установки для торпед и множество орудий калибром поменьше. За ними — эсминцы «Вулкан», корветы «Кинжал», и даже пара беспилотных дальнобойных артиллерийских платформ «Громовержец». Всё это окружало пустую точку в космосе — место, куда должен был выйти преследователь.

— Нас видят, — Алексей щёлкнул переключателем. — Идентификационный сигнал отправлен. Ждём ответа.

На тактическом экране открылось окно, в котором появился незнакомый офицер:

— «Странник-416», это «Рубин-1», ваши коды приняты, аутентификация подтверждена. Мы подключаем вас к общей тактической сети. Занимайте позицию в заднем эшелоне. Вперёд не суйтесь – «Рубины» готовят главный калибр.

— Главный калибр? — Игорь поднял бровь. — Да они собираются стрелять по пустоте.

— Не по пустоте, — Алексей указал на едва заметную рябь в углу радара. — Он здесь. Слева от «Рубина-3». Видишь? Та же сигнатура.

Игорь прищурился. Да, та самая размытая метка, будто капля масла на воде.

— Транслируем данные флоту… Готово. Теперь и они его видят. Ну, как видят…

На экранах «Рубинов» метка чужака подсветилась жёлтым — приблизительное местоположение. Корабли начали манёвр начали сходиться, образуя полусферу вокруг невидимого объекта.

— И чего он ждёт? — пробормотал Игорь.

— Может, показательно игнорирует тот факт, что окружён?

В этот момент на связь вышел флагман:

— «Странник-416», это «Рубин-1». Приказываю открыть канал связи с объектом. Передаём пакет для первого контакта. Ваша аппаратура связи имеет самый широкий диапазон, так что вам вся честь.

Алексей кивнул и запустил последовательность:

Универсальные математические константы.

Запись ДНК человека.

Изображения Солнечной системы.

Звуки: речь, музыка, даже шум океана.

Молчание.

Новая трансляция на других частотах и на другой мощности.

Минута. Две.

— Ничего? — спросил Игорь.

— Ни всплеска, ни ответного сигнала… Может они не могут воспринять то, что мы им транслируем?

Чужак не двигался. Казалось, он просто висел, наблюдая.

— Что он ждёт? — Алексей нервно сцепил пальцы в замок.

И тогда это случилось.

Сигнал.

Не просто помехи — направленная стена шума, обрушившаяся на все частоты, мгновенно перегрузившая все приёмные устройства. Экраны «Странника» побелели от перегрузки, Игорь даже вскрикнул, зажимая уши и закрывая глаза —звук шёл не только через аудиоканалы, а прямо в мозг, будто кто-то вбил раскалённый гвоздь в череп.

— ЧТО ЗА ХРЕНЬ?!

На пару десятков секунд связь с флотом пропала. Когда всё восстановились, с флагмана прилетел запрос:

— «Странник-416», это «Рубин-1». Фиксируем всеволновое облучение вашего корабля. Доложите обстановку!

— Это «Странник-416», — Алексей слегка заторможенно осмотрел экраны, на которые выводились показания систем. — Экипаж – зелёный, корпус – зелёный, все системы – зелёный. Да, нас неслабо приложило во всех диапазонах, но сейчас всё тихо. Это была не атака, повторяю: это была не атака, а, скорее, попытка передачи какого-то сообщения.

— Принято, «Странник-416». Сообщение расшифровано?

— Никак нет, сейчас запустим анализ. По завершении доложим.

Алексей, доложившись на флагман о ситуации, заметил:

— Сигнал структурирован. Это не хаос — это код…

— Но какой? — Игорь, стиснув зубы, смотрел на ту кашу, которую выдавал декодер сигнала. — Это не единички с ноликами, не волновая модуляция, даже не кубиты…

— Он многомерный, — Алексей попытался прогнать получившийся результат через анализатор. — Смотри: данные как будто вложены друг в друга, как матрёшка. И каждый слой — это…

— …как будто уравнение, с неизвестной плавающей переменной, — закончил Игорь.

Флот по-прежнему висел в пустоте. «Рубины», хоть и давно навели свои орудия на чужака, не стреляли — командиры ждали расшифровки.

— Он явно не атакует, — пробормотал Алексей. — Слушай, может, он исследует?.. Как мы тогда, на том древнем корабле.

— Ты же сам сказал: он пытается что-то сказать, — мрачно ответил Игорь. — Но как нам понять его? Сообщение построено на совершенно невероятной логике.

На экране снова появился кто-то из офицеров «Рубина-1»:

— «Странник-416» – передайте вашу интерпретацию сигнала.

Алексей и Игорь переглянулись.

— Интерпретацию? — фыркнул Игорь. — Да мы его даже прочитать нормально не можем!

— Но можем попробовать догадаться, — Алексей задумчиво глядел на экран. — Если это уравнение… Возможно, он проверяет, достаточно ли мы умны, чтобы понять его.

— Или достаточно ли опасны, — добавил Игорь.

---

Через четверть часа Алексей в ярости ударил кулаком по кнопке перезагрузки.

— Опять!

Экран погас, затем вспыхнул вновь, выдавая всё тот же код ошибки:

>> ОШИБКА ИНТЕРПРЕТАЦИИ СИГНАЛА 512-14. ЛОГИЧЕСКИЙ КОНТУР ПЕРЕГРУЖЕН. ЦИКЛ ПЕРЕЗАГРУЗКИ 12/12…

— Двенадцать раз! — Игорь провёл рукой по лицу. — Лёх, может, он просто слишком сложный или неполный?

— Нет. — Алексей развернулся к нему. — Это не вопрос сложности. Наш «Странник» может частично декодировать сигналы даже от тех обломков, что мы нашли. Но этот… Он не просто «другой». Он живой.

— Живой?

— Смотри. Алексей ткнул пальцем в экран. — Он меняется в ответ на наши попытки анализа. Как будто… адаптируется. И каждый раз, когда мы близки к разгадке, он ломает логический блок.

Игорь замер.

— Ты хочешь сказать, он намеренно не даёт себя прочитать?

Алексей молча кивнул.

В этот момент на связь вышел «Рубин-1»:

— «Странник-416», доложите статус.

Игорь, чуть помедлив, ответил:

— «Рубин-1», это «Странник». Наш анализатор не справляется. Сигнал вызывает циклические сбои. Повторяю — он не просто закодирован, он активно сопротивляется декодированию.

Пауза. Затем голос командира «Рубина» стал жёстче:

— Передайте сырые данные. Мы попробуем прогнать его через свои вычислители.

Игорь тут же отправил пакет.

— Данные ушли. Но предупреждаю — если он сломал наш блок, ваши системы тоже могут не выдержать.

— Принято. Ждите.

Связь прервалась.

На мостике «Рубина-1».

Капитан Воронов (командир соединения) открыл экстренный канал связи. На экранах перед ним появились лица капитанов остальных «Рубинов».

— Ситуация ясна? — спросил он.

— Яснее некуда, — ответил капитан «Рубина-3» Шнайдер. — Этот сигнал — не просто код. Он ведёт себя как вирус. Правда цели его совершенно неясны.

— Значит, нужно изолировать среду анализа, — предложил капитан «Рубина-2» Коваль. — Создаём виртуальный контур. Если сбой — только он и пострадает.

— Угу, а если «вирус» вырвется? — усмехнулся капитан «Рубина-4» Стоун. — У меня на борту три сотни человек, я не хочу, чтобы они остались в обесточенном гробу с мёртвым жизнеобеспечением посреди пустоты.

— Тогда другой вариант, — вмешался Шнайдер. — Запускаем анализ на «Громовержце». У него нет экипажа — только ИИ-оператор и очень мощное ядро вычислителя, с защитой от всевозможных сбоев и помех. Риск минимален. Главное – заблокировать все орудийные и двигательные системы. Во избежание, так сказать…

Воронов задумался, затем кивнул:

— Согласен. «Громовержец», вы готовы?

Голос оператора прозвучал монотонно:

— Подтверждаю. Коды на блокировку орудий приняты. Орудийные системы заблокированы. Коды на деактивацию двигательных систем приняты. Двигательные системы заблокированы. Открыт канал передачи данных. Принимаю данные. Начинаю анализ.

Чужак всё это время не двигался.

Корабль напоминал сколок ночи, обретший форму – матовая чернота, поглощающая свет.

— «Рубин-1» «Страннику»: мы проведём разведку, повнимательнее там, вы всё же видите обстановку лучше других. Корвет «Кинжал-7» выдвигается на облёт.

Алексей и Игорь переглянулись.

— И чего они хотят добиться? — пробормотал Игорь.

— Наверное, хотят понять, реагирует ли он на движение. Или хоть на что-то.

На экране «Кинжал-7» плавно отделился от группы и начал сближение. Его камеры транслировали изображение в сеть флота.

Командир корвета дублировал увиденное голосом в общий канал:

— Начал сближение. Никакой реакции. Объект остаётся неподвижным. Никаких типов излучения не фиксирую.

Через пару минут:

— Сближение закончил. Дистанция двенадцать тысяч метров. Начал облёт. Вижу на корпусе участки, слегка отличающиеся по тону, какие-то темнее, какие-то чуть светлее. Располагаются полосами, похожи то ли на камуфляж, то ли на дорожки, как на древних микросхемах. Обхожу его с кормы, хочу взглянуть, что там за двиг…

— Что за чёрт… — прошептал Игорь.

Алексей не отрывал глаз от экрана.

Тут же в общий канал прилетел запрос от флагмана:

— «Кинжал-7», доложите статус.

Молчание.

— «Кинжал-7», ответьте.

Тишина.

Корвет продолжал движение вперёд, не меняя скорость и курс.

— Связь прервана? — спросил Воронов.

— Нет, — ответил оператор. — Канал открыт. Они… просто не отвечают.

— Что значит «просто не отвечают»?! — взорвался Воронов. — Они там вообще живы?! Аналитики, вы что, спите? Что происходит?!

— Экипаж жив, телеметрия идёт исправно, все системы в порядке… Но… Они не предпринимают никаких действий. Мы не знаем, что с ними, капитан…

— Выясните это!

Алексей резко увеличил изображение с камер корвета.

Внутри боевой рубки все были на своих местах, царил полный порядок и… Неподвижность.

Члены экипажа замерли в ложементах в боевых скафандрах.

Глаза открыты, но взгляд пустой, будто они увидели что-то за пределами поля видимости.

Встроенные в скафандры мониторы жизненных показателей выдавали одинаковую картину пульс у всех упал до 40 ударов, дыхание ровное, но неестественно медленное.

— Они в ступоре, — сказал Алексей. — Но почему?

— Он либо подавил их чем-то, либо сканирует.

— Что?.. Ты бредишь…

— Смотри! — Игорь ткнул пальцем в данные. — Пульс снизился, но вот готов спорить: мозговая активность зашкаливает. Они не в коме — это что-то вроде гипноза.

В этот момент «Громовержец» выдал результат анализа.

Голос ИИ прозвучал слишком спокойно для того, что он сказал:

— Сигнал интерпретирован. Это не язык. Это послание. Оно может быть расшифровано только, если будет корректен эмоциональный отклик оператора.

Пауза.

— Проще говоря, его откроет только тот, для кого оно предназначено.

«Кинжал-7» замер.

Не резко, не с рывком — словно корабль остановился очень плавно, а потом так же плавно начал возвращаться к чужому кораблю. На мостике «Странника» Алексей и Игорь вглядывались в экран, где транслировалось изображение с корвета.

— Они двигаются… — прошептал Игорь.

Экипаж «Кинжала» вышел из ступора. Люди выполняли свои обязанности: оператор у пульта, капитан у навигационной панели, совмещенной с боевой информационной системой, техник мониторов состояния систем. Но всё это выглядело… не так.

— Слишком плавно, — нахмурился Алексей. — Как будто они погружены в очень вязкий гель…

Наконец, корабль замер в пяти километрах от чужака. Оптические системы «Рубинов» давали чёткую картинку с разных ракурсов. Между корветом и чужим кораблем было что-то неуловимое. Не луч, не волна — скорее, дрожание пространства, словно оно в этом месте натянулось до предела.

— Ты это видишь? — Игорь прищурился.

— Не уверен. Но чувствую. — Алексей провёл рукой по лицу. — Приборы ничего не фиксируют, но ощущения… Как будто кто-то смотрит прямо в затылок.

На экране внезапно включилась трансляция с капитанского мостика «Кинжала».

Капитан корвета, обычно резкий и прямолинейный Матвеев, сидел в кресле, его пальцы медленно скользили по панели управления.

— «Рубин-1»… — его голос звучал неестественно плавно, почти певуче. — Мы… контактируем.

В эфире повисло молчание.

— Капитан Матвеев, доложите обстановку, — резко отозвался Воронов.

Матвеев повернул голову к камере. Его глаза были слишком спокойными.

— Они… не агрессивны. Их… мало. Их привели сюда…

Между словами — паузы, будто он подбирал выражения.

— Они… кхалит-наа. Не… как мы. Не могут… размножаться. Не… захватчики.

Алексей и Игорь переглянулись.

— Что за кхалит-наа? — произнёс Игорь.

— Не знаю. Но звучит как…

— Как будто он пытается перевести их слова, — закончил Игорь.

На экране Матвеев продолжил:

— Они… вии-соть. Видят… иначе. Говорить… не могут. Только… зеркалить.

— Капитан, вы вменяемы? — Воронов звучал резко.

— Да… — Матвеев медленно кивнул. — Но теперь… я вижу.

Внезапно его лицо исказилось — не болью, а чем-то вроде озарения.

— Они… умирающая ветвь. Как… те, кто был на планете. Но… не такие.

Алексей резко наклонился вперед.

— Он говорит о тех, чей корабль мы нашли!

Игорь схватил микрофон:

— «Рубин-1», это «Странник». Чужаки передают данные через капитана Матвеева! Как через ретранслятор! Они знают о древней цивилизации!

В эфире — тишина.

Потом голос Воронова, слегка неуверенно:

— Капитан Матвеев, можете ли вы… запросить у них цель визита?

Матвеев замер.

Потом его губы шевельнулись, но звук шёл с задержкой, будто слова проходили через какую-то невидимую среду:

— Пришли издалека… По следу… Наших ищущих… Они… тоже ищут. Своих. Но… их нет. Только… эхо.

— Кажется, это он про нас… И что за «эхо»? — спросил Алексей.

Матвеев повернулся к камере.

— Вы… слышали их сигнал. Это… не язык. Это… крик.

На мостике «Рубина-1» Воронов сжал кулаки.

— Всё, хватит.

Он переключился на закрытый канал с другими капитанами.

— Шнайдер, Коваль, слушайте. Этот контакт в любой момент может выйти из-под контроля. «Кинжал» заражён чем-то, что влияет на сознание экипажа.

— Но мы не фиксировали никаких повреждений, ничто не проникало внутрь, да даже электромагнитного излучения нет, — ответил Шнайдер.

— Нет. Но они передают данные, значит у них каким-то образом установлена связь с экипажем, и она двусторонняя.

— Намекаете, они могут приказать экипажу открыть по нам огонь, если им что-то не понравится? — спросил Коваль.

— Не знаю. Но приказываю перенацелить орудия «Рубина-3» на корвет.

— Есть перенацелить орудия! — с ошарашенным видом отрапортовал Шнайдер.

Башни главного калибра «Рубина-3» почти незаметно повернулись на доли градуса, беря на прицел спокойно висящий рядом с чужаком корвет.

— Аналитики! Вы мне можете точно сказать, что с экипажем корвета?

— Нет, но есть теория, что…

— Да толку от ваших теорий!.. — отмахнулся Воронов, вызывая ИИ «Рубина» — приказываю провести детальный тест корвета на аномалии. Особое внимание уделить жизненным показателям экипажа.

— Слушаюсь, капитан. — Прозвучал синтезированный голос.

И через несколько секунд:

— Биопоказатели экипажа в норме, капитан, но мозговая активность…

— Что с ней?

— Судя по косвенным показателям, она синхронизирована.

— …Что?

— Все члены экипажа «Кинжала» дышат синхронно, у них абсолютно синхронные пульс и движения глаз, а также, судя по всему, они демонстрируют идентичные паттерны нейроактивности. Как будто… они думают одной мыслью.

Воронов замер.

— Телепатия?

— Нет. Это резонанс.

Тем временем Матвеев продолжал говорить, его голос всё больше напоминал эхо:

— Они… не могут объяснить. Вы… не поймёте. Но… они покажут.

Внезапно чужак сдвинулся.

Не так, как двигаются корабли — он изменил форму, словно чёрная вода, колеблющаяся в невесомости. Вместе с этим он, внезапно, чётко проявился на всех радарах.

— «Рубины», готовность к залпу! — крикнул Воронов.

Но атаки не последовало.

Вместо этого все экраны флота заполнились изображением.

Не видеосигналом в привычном его значении. Видением, проникающим глубоко в сознание того, кто его видел.

И люди увидели:

Цветущая планета. Города с высокими башнями. Громадные орбитальные конструкции. Интенсивное движение как на орбите, так и на планете.

Звезда, начавшая пульсировать и вдруг вспыхивающая, как сверхновая.

Выжженная половина планеты. Остатки кораблей, перегруженные до невозможности, уходящие в порталы.

Другая планета. Серая и каменистая поверхность.

Города - крепости – словно выточенные из обсидиана и вросшие в скалы.

Аккреционный диск гигантской чёрной дыры.

Планета, разрываемая на части приливными силами и пожираемая чудовищной силой притяжения.

Ещё одна планета. Вдали от звёзд и туманностей.

Одиночка в межгалактической пустоте.

Город. Огромный, извилистый, словно выросший из светящихся кристаллов. Искусственные солнца над полюсами.

Небо, заполненное чёрными кораблями — такими же, как тот, что сейчас перед ними.

Вспышка. Не света — тьмы. Она поглотила город, корабли, всё.

Нет, не поглотила. Стёрла.

Не было взрывов и разрушений.

Остатки цивилизации просто перестали быть.

Эмоция. Мгновенная и одновременно растянутая до бесконечности. Долгий, разрывающий душу, опустошающий и беззвучный крик.

Нет, не просто крик. Не звук - сама суть потери, вбитая в сознание каждого наблюдателя. Это боль, вывернутая наизнанку. Одиночество, ставшее абсолютным.

Одинокий корабль, уходящий в гиперпрыжок.

Последний хранитель памяти о том, чего больше никогда не будет.

А потом — оглушающая тишина.

Не отсутствие звука - вакуум в душе.

Видение исчезло.

Кто-то из подключенных к трансляции выдохнул в эфир дрожащим полушёпотом:

— Это же… Армагеддон. Раз за разом. Для целой расы. Они пытались, но не смогли от него уйти…

На экране снова был Матвеев. Его лицо было мокрым от слёз, хотя сам он не плакал.

— Это… было их.

— Что было? — спросил Игорь.

— Конец. Теперь вы видели… Теперь вы знаете…

Тишина. Даже Воронов не нашёл слов.

Через несколько секунд Матвеев медленно поднял руку, как будто проверяя, что она ещё его.

— Они… последние. Их миры погибли. Они искали других… но нашли только нас.

Воронов прервал его:

— Капитан, вы утверждаете, что эти существа не опасны?

Матвеев улыбнулся. Слишком спокойно.

— Они… грусть. Не… яд.

Внезапно связь с «Кинжалом» прервалась.

Корвет плавно развернулся и начал движение обратно к флоту.

Чужак не остановил его.

Он просто… исчез.

Не прыжком. Не ускорением.

Он просто перестал быть, словно его и не было.

На мостике «Странника» царила тишина.

— Что… это было? — наконец выдавил Игорь.

Алексей смотрел на пустое место, где только что висел чужак.

— Прощание.

В эфире раздался голос Воронова:

— «Странник», вы его видите? У нас он исчез со всех радаров.

— Нет, капитан, — отозвался Игорь. — Мы его тоже потеряли. На радаре пусто, оптика тоже его не видит. Когда он следовал за нами, мы тоже видели его на радарах лишь секунды, но оптикой он фиксировался надёжно. Похоже, он просто ушёл…

— Принято, «Странник». Всем кораблям, отбой тревоги. «Кинжал-7», доложите статус и оценку контакта.

Ответил уже обычный Матвеев, без намёка на ту плавную речь:

— «Рубин-1», экипаж в норме. Только странная пустота… Как будто все забыли какой-то очень важный сон… Контакт… Память о контакте… есть, но размыта.

— Что вы помните?

— То, что они… не вернутся.

Алексей выключил связь и откинулся в кресле.

— Значит, они просто… искали родных.

Игорь задумчиво произнёс:

— А мы собрали целый флот, чтобы встретить безнадёжную грусть и одиночество последних представителей своей расы.

На экране радара больше не было ни одной аномалии.

Только звёзды.

И тихий вопрос, который теперь будет преследовать каждого, кто видел их «крик»: а когда мы, люди — такие шумные, такие живые — превратимся в последнее «эхо»?

Эпилог.

Спустя полгода после контакта. Земля, Купол-7, рекреационная зона.

Игорь откинулся в плетёном кресле, слушая, как трещат электроугли в камине. На столе между ним и Алексеем стояла бутылка – не синтетического виски с орбитальных плантаций, а настоящего, земного, выдержанного в дубовых бочках.

— До сих пор не верю, что нас отпустили, — хрипло сказал он, глядя на пламя.

Алексей молча потягивал вино.

Допросы. Тесты. Гипноз. Нейросканирование.

Они прошли всё, даже не по разу – и адмиралтейство, скрепя сердце, признало: никаких «инопланетных паразитов» в их сознании нет.

Только сон.

Один и тот же, раз за разом:

Город. Вспышка. Одинокий корабль.

— Ты видел сегодня? — спросил Алексей, не глядя на друга.

— Да. — Игорь поднял глаза к куполу, где сквозь защитное стекло проступали первые звёзды. — Только теперь… я чувствую, куда он прыгнул.

Алексей замер.

— Ты серьёзно?

— Не координаты. Просто… направление.

Он протянул руку, указывая куда-то между Сириусом и Арктуром.

— Как будто кто-то вложил это в мою голову. Карту.

Алексей медленно поставил бокал.

— И что, собираешься за ним?

Игорь улыбнулся – впервые за эти полгода по-настоящему.

— Мы же разведчики, Лёх. Даже на пенсии.

За куполом мерцали звёзды.

Одна из них – та самая, где когда-то кто-то тоже, возможно, смотрел в небо, зная, что он – последний.