Осколки Силы. Часть 3. Знак Подорожника

Глава 1. С начала

« - Это история такая – сталкиваемся, разбегаемся, снова сталкиваемся… До следующей, я надеюсь, очень скорой встречи, прыгучая тви’лека! - Да… вы правы… очень скорой…» "Аруанские Таблицы"

Коруссант, Нижние Уровни.

«Ну вот и всё. Я больше не имперская служащая…»

Ашель отрешённо постукивала пальцем по своему военному удостоверению. Документ украшала свежайшая, заверенная адмиралтейской печатью, отметка: «Уволена в запас по личным мотивам». Те два часа, что понадобились на её получение, показались ей целой вечностью… Тьма бы побрала этих имперских бюрократов, человека они бы так не мытарили, как её — нелюдя!.. А каких трудов стоило отбрыкаться от настойчивых попыток чиновников выяснить, что это были за личные мотивы!.. С другой стороны, её могли бы промурыжить и гораздо дольше, чем два часа… «Тут явно не обошлось без обожаемой ИСБ!» — думала она, вспоминая, каким образом покинула «Молот».

Бар — точнее, ночной клуб под названием «Звёздная банта», в котором сидела тви’лека, находился на самых нижних уровнях Коруссанта. На самом, можно сказать, дне. Ашель забрела туда совершенно не думая, куда идёт. Получив на руки увольнительную, она долго и бесцельно бродила по уровням Столицы, пока, наконец, не оказалась здесь. В самых небезопасных трущобах. Однако, этот факт её совершенно не заботил. Собственно говоря, ей это было абсолютно безразлично. Апатия, опустошённость и усталость, овладевшие ею с момента официального признания Тьяра Гориду погибшим и его формальных похорон, притупили все чувства. Даже чувство самосохранения.

На барной стойке перед ней таяло в вазочке нетронутое мороженое. Позади остался очередной отрезок жизни. Впереди… Впереди не было ничего. Только пустота и бессилие. Словно вместе с Тьяром умерла и она сама.

Мороженое таяло.

— Вы позволите?

Ашель подняла голову. Перед ней стоял светловолосый, коротко стриженный человек лет тридцати в тёмных очках и вызывающе-жёлтом пальто нараспашку, из-под которого виднелся неожиданно дорогой и стильный костюм. На пальцах человека поблёскивали несколько перстней.

— Я достаточно давно за вами наблюдаю — без предисловий начал он, — и вижу, что вы явно находитесь в сложной жизненной ситуации… Я бы даже сказал, на жизненном распутье… — он остановился и выжидательно уставился на Ашель поверх очков.

— Допустим. — сухо отозвалась она. Дженсаарайя очень не любила, когда в её жизнь влезали вот так бесцеремонно, и ждала, когда же этот тип уберётся туда, откуда пришёл.

Однако, тип убираться не спешил. Он удобно расположился на соседнем стуле, и барменша — скуластая темноволосая девушка — тут же подала ему бокал с каким-то коктейлем. Небрежно кивнув ей, Жёлтый снова повернулся к Ашели:

— Я — владелец этого заведения Роберт Шакли. Так уж вышло, что в настоящее время мы остро нуждаемся в танцовщицах для шоу-программ… Вы случайно работу не ищете?

— Не ищу. — равнодушно сказала тви’лека. — Это во-первых. А во-вторых — с чего вы взяли, что я — танцовщица?

— Считайте это интуицией и хорошим знанием… э-э… традиций. Про ваш вид идёт слава, как о непревзойдённых танцорах, и… я ещё не встречал ни одной женщины-тви’леки, которая не умела бы танцевать!

Ашель задумчиво скрутила лекку кольцами. Помешала в вазочке кашицу, когда-то бывшую мороженым. Повертела ложечку в пальцах…

— Вы правы. — наконец, сказала она. — Любая тви’лека умеет танцевать. Вот только не каждую этому учат специально… Меня, например, не учили. А если говорить начистоту, то я не танцовщица, а медик.

— Ме-едик? — протянул Шакли. — Ну, тогда мне, считаю, повезло вдвойне: врач в этом неспокойном месте всегда найдёт, чем заняться!.. Послушайте, мисс, оставайтесь! Деньгами не обижу, вы не сомневайтесь!..

— Я в деньгах не нуждаюсь. И работа ради куска хлеба мне не нужна. И… кроме того, как медик я уже не практикую.

— Однако, вы можете танцевать — как и всякая тви’лека… — Шакли сдвинул очки на кончик носа и поднял на дженсаарайю выжидательный взгляд.

Та снова скрутила лекку. Работать танцовщицей в ночном клубе… В её жизни такое уже было — на Кореллии, в «Весёлом смаглере». Тогда у неё точно так же закончился очередной непростой период жизни, и надо было с чего-то начинать новый. С… танцев?..

Ашель любила танцевать. В трудные моменты жизни это всегда было её спасением, своего рода терапией от горестей и бед. И вот теперь ей предоставлялась возможность начать всё заново — с танцев!..

Почему бы и нет? И… не всё ли равно, где?

Она посмотрела на Шакли и спокойно кивнула:

— Хорошо. Уговорили. Когда я должна буду приступить к работе?

— Вчера.

— Мило!.. — оценила Ашель. — Тогда я, пожалуй, пойду прикуплю пару-тройку костюмов. До вечера?

— До вечера. — кивнул Шакли.

Поскольку на покупку костюмов требовались деньги (свой старый «смаглеровский» она отправила в утилизатор сразу же после официального заключения о гибели Тьяра — чтоб не вызывал горьких воспоминаний…), из «Банты» Ашель отправилась в местное отделение Имперского Банка. Исходя из того, в каком районе ей придётся работать, она решила наконец-то обзавестись особо защищённой расходной карточкой, перекинув на неё сколько-то денег с депозита.

В ближайшем отделении банка ей пришлось отстоять длинную очередь, прежде чем она смогла попасть к нужному оператору. Однако, скучать ей в этой очереди не пришлось.

Сразу же за ней к дверям офиса подошёл человек в форме имперского пехотного капитана и… с огромной DLT-19B за плечом!..

Ашель заморгала: имперец так живо напомнил ей Гэллемара, что она даже сделала шаг в сторону, чтобы проверить, не торчит ли из-под его кепи коса.

Косы не оказалось. Волосы имперца были, как и положено, коротко подстрижены, да и лицом он совершенно не походил на Длинноволосого. Однако, ощущение знакомости было таким сильным, что тви’лека долго не могла успокоиться, непроизвольно подрагивая тчин-тчун’ами.

— Не пугайтесь, сударыня! — перехватив её взгляд на бластер и уловив движения хвостов, сказал капитан. — Боевых действий не будет.

— Да я и не боюсь… — слегка улыбнулась Ашель. — Просто вы напомнили мне одного моего… знакомого. Тот тоже везде ходит точно с такой же «игрушечкой».

— Что за знакомый? — тут же заинтересовался имперец. Голос у него был низкий и приятный.

— Он служит в ВКС Империи. Капитан, как и вы. Пилот… Так вот, со своей DLT-19B он не расстаётся даже в кабине перехватчика.

— О, вы даже разбираетесь в моделях оружия? — удивился офицер.

— Не-а! Только в DLT-19B, Т-21 и Е-11! — снова улыбнулась тви’лека, качнув тчин-тчун’ами.

— Что поделать, — развёл руками Капитан (так его про себя стала называть Ашель. С большой буквы.) — в такое непростое время безопасность становится приоритетом номер один. Лучше, если вдруг чего, — быть готовым ко всему.

— Вот и мой знакомый тоже так считает. — кивнула тви’лека. — Честно говоря, я вас поначалу даже за него приняла!

— Это всё форма! — преувеличенно-серьёзно сообщил имперец… Кстати, от него довольно ощутимо попахивало алкоголем, однако, держался и вёл себя Капитан безупречно.

Ашель всегда старалась избегать общения с подвыпившими представителями любых видов и рас, но этот человек почему-то внушал доверие. Может, дело было в его приятных и ненавязчивых манерах? Или… всё-таки, в его оружии? Ассоциации…

— Однако, как медленно тянется эта очередь! — с досадой воскликнул офицер и привычным движением поправил ремень бластера.

— Вы торопитесь? — тут же отозвалась Ашель. — Могу вас пропустить, а то у военных всегда какие-то неотложные дела…

— Ну уж нет! — отрезал он. — Дамы вперёд!

Ашель бросила на него удивлённый взгляд и благодарно опустила веки.

— Я сражена, мессир! — лёгкая, чуть печальная улыбка снова появилась на её лице. — Вы, я вижу, не ксенофоб?

— Нет. А что, непременно должен им быть?

Тви’лека пожала плечами:

— Не знаю. Спросила просто так, на всякий случай. Сейчас, знаете ли, это вовсю культивируется, особенно в армии…

— А вы что, знакомы с порядками в имперской армии? — взгляд Капитана стал острым, как шило.

— Во флоте. — уточнила Ашель и добавила, не вдаваясь в подробности:

— С такими знакомыми, как у меня…

— А, ну да!.. — кивнул пехотинец. Похоже, он принял её за какую-нибудь, мягко говоря, офицерскую подружку-вертихвостку. Женщину эскорта — знак высокого статуса мужчины в обществе. Бывший сержант имперской военно-медицинской службы не стала его разубеждать.

«Пусть считают кем хотят». — думала она, — «Мне всё равно».

Они ещё немного поговорили на разные незначительные темы. Потом подошла очередь тви’леки.

— Если вас не затруднит немного меня подождать, — предложил Капитан, когда она уже вышла из офиса, — я мог бы проводить вас… Куда вы потом направитесь?

— О! — Ашель чуть поклонилась и отрицательно замахала лекку. — Не стоит беспокоиться, мессир! Я собиралась основательно прогуляться по театральным магазинам, и не думаю, чтобы вам это было интересно…

— Театральным магазинам? — удивился он. — Вы актриса?

— Я танцовщица. Устроилась на работу в «Звёздную банту» — это ночной клуб неподалёку — а костюмов для танцев — ни одного! Вот теперь и бегаю, как… настёганный дьюбак!

— «Звёздная банта», говорите… — имперец задумчиво сдвинул брови и потёр подбородок. — И давно вы там работаете?

— Только что устроилась… Однако, мессир, вам пора! –Ашель кивнула на вход в офис. — А то там без вас все деньги разберут!

Он засмеялся и шагнул в проём, но на пороге обернулся.

— Тем не менее, вы меня подождите. Свободного времени у меня сейчас много, а вот отпускать ходить по столь опасному району, да ещё и вечером, столь привлекательную девушку как-то не хочется!

— Как вам будет угодно. — пожала плечами Ашель и отправилась в фойе. Там, воспользовавшись общественным терминалом ГалаНета, она быстро разведала, где же в Центре Империи можно приобрести то, что ей надо. Так что, к тому времени, как Капитан снова появился в фойе, она уже знала, куда направится.

Подойдя, имперец вежливо козырнул ей и подал руку:

— К вашим услугам, сударыня!

… Один из найденных Ашелью магазинчиков довольно удачно располагался совсем недалеко. Поэтому они пошли пешком, перебираясь с уровня на уровень с помощью подъёмников.

— Интересно, как меняется впечатление от Коруссанта, если двигаться по нему снизу вверх! — заметила тви’лека, глядя на Город сквозь прозрачную стенку лифта. — Или сверху вниз, что тоже любопытно…

— А по-моему нет никакой разницы, как двигаться. — пожал плечами Капитан.

— Не скажите! — возразила Ашель, опасливо отодвигаясь от края кабины (поднялись они уже довольно высоко, а высоты она всегда боялась). — Если вы двигаетесь снизу вверх, то в ваших впечатлениях от окрестных пейзажей всё больше появляется оптимизма — поскольку едете на более респектабельные уровни. А если едете сверху вниз, то больше будет пессимизма… Впрочем, всё может быть и наоборот — зависит от того, на каком уровне вы живёте — нижнем, или верхнем, и какие чувства при этом испытываете.

Имперец окинул её внимательным взглядом и, подумав, кивнул:

— В ваших словах присутствует определённая логика и здравый смысл… На Рилоте все женщины настолько рассудительны?

— Не знаю, я там никогда не была… То есть, родилась-то я на Рилоте, только с раннего детства вся жизнь прошла в… переездах… Так что, мессир, с этим вопросом — не ко мне… И по поводу уровня интеллекта тви’лекских женщин в целом — тоже.

Капитан с усмешкой покачал головой:

— Ну, если вы — типичная представительница своего вида, то мне остаётся только поздравить тви’леков!

— Не стоит. Меня, видите ли, не тви’леки воспитывали, а люди… («Если это можно назвать в-воспитанием!!!..» — поёжилась она, вспомнив «Хромую вомпу») И, умоляю, не надо хвалебных песен — я самая обыкновенная. И давайте на этом и остановимся… тем более, что мы уже пришли!

В магазине Ашель довольно быстро выбрала по каталогу несколько костюмов и, в ожидании заказа, подошла к имперцу, изучавшему ассортимент карнавальных головных уборов.

— Я думал, вы тут перемеряете весь магазин!.. — удивлённо хмыкнул он. — Обычно дамы выбирают наряды довольно долго!..

— А чего тут копаться? — удивилась Ашель, у которой армейская собранность уже успела войти в привычку… да и в прошлом ей нечасто доводилось красоваться перед зеркалом, примеряя обновы. — Я знаю, что и для чего мне нужно, и с этой целью уже и подбираю и костюм, и аксессуары… Вот только пару вещей примерить всё же придётся… Вас это не слишком затруднит по времени?

— Нисколько. Я же сказал, что сейчас — совершенно свободен. — заверил Капитан и, взяв со стойки какую-то треугольную шляпу, надел её вместо кепи.

— А вам идёт! — заметила тви’лека. — Ещё бы вместо мундира одеть вон тот костюм — и можно спокойно пробоваться на роль древнекореллианского морского пирата в каком-нибудь историко-приключенческом сериале… Все бы дамы от вас млели!

— Я подумаю над вашим предложением! — ухмыльнулся он, рассматривая себя в зеркале. — Когда выйду в отставку и будет нечем заняться.

Принесли заказ тви’леки, и она, извинившись, упорхнула в примерочную. Впрочем, и там она долго не задержалась. Оплатив покупки, Ашель повернулась к имперцу и неуверенно предложила:

— В «Банту»?..

Глава 2. Клуб "Звёздная банта"

Вернувшись в клуб, дженсаарайя сердечно поблагодарила спутника за заботу, охрану и интересное общество, попрощалась и помчалась в кабинет Шакли. Тот уже её ждал.

— Вы оперативны! — с некоторым уважением сказал он, заметив пакеты с костюмами в её руках. — Ну что ж, идёмте, я вас познакомлю с вашими коллегами.

Танцовщиц в клубе оказалось всего (если учитывать его размеры и размах деятельности) четверо — три девушки человечьей расы — Гатта, Аманда и Фиона, и сиреневокожая тви’лека Балла. На установление контакта ушло всего несколько минут, и очень скоро в этой компании Ашель была своя в доску. Правда, девушки заметили, что их новая коллега слегка грустна, но с расспросами не приставали. Ашель это вполне устраивало.

— Ой, девочки! — сказала Балла, осторожно прикладывая к пылающим щекам ладошки, — Я так волнуюсь!.. Меня вчера едва на сувениры не растащили!

— Значит, танцевала ты хорошо. — заметила Гатта. — Вот если бы они тебя закидали объедками…

— А что, и такое бывает? — расширила и без того огромные глазищи юная танцовщица, работавшая в «Банте» всего второй или третий день.

— Нам, тви’лекам, это не грозит. — поспешила успокоить Ашель и, по-пиратски ухмыльнувшись, пояснила:

— Почему-то в этом случае срабатывает стереотип: если ты тви’лека, то непременно — классная танцовщица. Даже если тебе на обе ноги АТ-АТ наступил, а потом ещё и попрыгал в ритме риланды*!

Представив себе имперский тяжёлый шагоход, отбивающий всеми четырьмя ногами замысловатые дроби, девушки разом расхохотались. Ашель же только улыбнулась.

Неожиданно в гримёрку без стука влетел черноволосый парень с щёгольской бородкой… и едва не получил от взвизгнувшей от испуга Баллы туфелькой по лбу.

— Блин, Рич!!! — рявкнула Аманда, — Ты когда стучаться научишься, дитя трущоб?! Может, мы тут вообще все голые!!!

— От кого я это слышу?! — неподдельно изумился парень, — От своей партнёрши по стриптизу?!.. О! — он заметил пополнение в рядах девушек. — Привет! Я — Рич, а ты кто?

— Ашель. Только сегодня нанялась.

— Классно! — он энергично тряхнул её руку. — Теперь у нас две тви’леки, можно будет какой-нибудь номер забацать… девчонки, меня вообще-то Дэт послал…

— Видим, что послал! — хмыкнула Фиона. Рич показал ей язык и невозмутимо продолжил:

— У них там уже всё заряжено, можно начинать.

— На вот, отдай ему программу. — Гатта протянула листок. — Мы тут набросали, кто за кем и кому что врубать.

— Ага… ну всё, девчонки, удачи! — и Рич умчался.

— Что это было за стихийное бедствие? — больше для порядка поинтересовалась Ашель.

— Как-как ты его назвала? — прыснула смешливая Балла.

— Это стихийное бедствие зовут Ричардом Крайном, и оно тут тусуется на подтанцовках. — величественно пояснила Аманда, которая в труппе танцовщиц явно была лидером. — В основном, как объект для привязывания к шесту, раздевания и щекотания хлыстом… Мы с Фионой занимаемся этим почти каждое шоу. Народ в восторге. Рич — в полном.

— Ага! — сверкнула улыбкой Фиона. — Просто млеет!

— Я всё слышу! — глухо раздалось из-за двери. — И страшно отомщу!

— Ой-ой, боимся! — фыркнула Аманда и, крутнувшись перед зеркалом, поправила оборки пышной юбки с высоким провокационным разрезом. — Ладно, народ, хорош трещать, пошли работать!.. Рич, брысь от двери, а то зашибу! Потом скажу, что так и было!

— Горт с тебя вычтет! — счёл нужным предупредить стриптизёр, но от входа убрался.

— Горт? Кто это? — спросила Ашель.

— Арт-директор «Банты». Заведует культурной, если можно так выразиться, программой. — пояснила Балла. — Довольно истероидная личность, но общаться с ним можно. Тебе это ещё предстоит.

Дженсаарайя рассеянно кивнула. Общение с непосредственным начальством в этот момент её волновало меньше всего.

Началось шоу. Ашель отметила, что танцгруппа в «Банте» подобралась неплохая: все девушки работали на совесть, с полной самоотдачей. О качестве собственных импровизаций она судить не могла, но, судя по тому, что пресловутыми объедками её никто не закидывал, публике нравилось. Что ж, и на том спасибо.

Закончив очередной танец, она скромно устроилась недалеко от сцены. Хотелось посмотреть, что же там будут вытворять с несчастным Ричем решительно настроенные Аманда с Фионой.

Неожиданно кто-то схватил её сзади за лекку и развернул.

— Говорят, что у тви’леков хвосты — самая эрогенная зона! Правда, что ли? — бесцеремонно поинтересовался высокий длинноволосый шатен с чудовищного вида протезом вместо левой руки… что, впрочем, ничуть не мешало ему откровенно лапать означенные хвосты. Его глаза разглядывали Ашель, как некое экзотическое кушанье: выглядит и пахнет соблазнительно, вот только приготовлено из такой дряни, что…

— Молодой человек… — довольно спокойно, хотя ощущения от его наглых поглаживаний были не слишком… желанными, начала Ашель, однако, парень вдруг ни с того ни с сего взвился:

— Да, я — человек!!! — проорал он ей в лицо, размахивая руками. — Человек!!! Ты что-то имеешь против людей — ты, экзотка паршивая?!..

«Так… — мелькнула мысль. — Кажется, сейчас меня будут бить…»

— Ничего. — так же спокойно ответила дженсаарайя, тихо и осторожно влияя на его сознание. — Ничего не имею, мессир.

— Это правильно! — разом успокоившись, ухмыльнулся наглец. — Нелюди не должны иметь что-то против людей! — его целая рука снова потянулась к лекку.

«Ма’а, вот же принесло озабоченного ксенофоба… И куда смотрят вышибалы?..»

Дженсаарайя собралась уже было сама позаботиться о своей безопасности, но тут неожиданно подоспела помощь.

Между ними вклинилась Гатта, подмигнула Ашели и призывно обвила руками шею парня:

— Красавчик, пошли потанцуем? — мурлыкнула она. — Вот увидишь, я ничем не хуже тви’леки! Тебе понравится!

Шатен охотно дал ей себя увести, и Ашель вздохнула с облегчением: обошлось.

Она подошла к стойке и попросила у Бармена чего-нибудь горячего.

— Я тебе грог сделаю. — предложила та. Ашель уже знала, что у этой симпатичной девушки не было имени. Она его и сама не помнила, не помнила также, кто она и откуда, поэтому все называли её просто — Бармен.

— Только не крепкий… И, пожалуйста, добавь сахара, ладно?

Её соседом у стойки неожиданно оказался… Капитан! Огромный бластер, так живо напоминавший о Гэллемаре в «Весёлом смаглере», был безобидно прислонён к стойке, а сам имперец неторопливо потягивал виски. Поймав взгляд тви’леки, он отсалютовал ей бокалом. Ашель ответила улыбкой. Этот человек почему-то вызывал симпатию… наверно, решила она, тоже по аналогии с Длинноволосым. Почему-то, несмотря на все их склоки, к капитану Ласу она порой ощущала даже что-то вроде… привязанности?.. Из-за Тьяра?

Тьяр…

Сухой спазм привычно стиснул горло, в глазах непрошенно защипало.

— Твой грог, Ашель!

Бармен, как кстати!!! Дженсаарайя схватилась за протянутый бокал, как за спасательный круг, и сделала торопливый глоток.

Горячая пряная жидкость огнём опалила язык, лавой прошлась по гортани. Ашель замерла, судорожно хватая ртом воздух, а потом закашлялась.

— Осторожнее! — раздался голос соседа. — Такие вещи с маху не пьются.

Он перегнулся со своего места и деликатно постучал её по спине. Мелодичным перезвоном откликнулись многочисленные мониста, которыми был обшит костюм танцовщицы.

— Спа… сибо… — выдавила Ашель, вытирая слёзы и радуясь, что их можно выдать за невольную реакцию на напиток. — Я… и в самом деле… поспешила…

— Пить надо умеючи! — менторским тоном произнёс имперец и, словно подтверждая сказанное, лихо тяпнул виски.

Видно было, что время, проведённое в «Банте», он использовал с наибольшей пользой: был ещё более предупредителен, раскован и лиричен, чем часа два назад в банке и после. Наверно, хотя убеждённой трезвеннице Ашели трудно было о том судить, поднабрался он прилично!

Тви’лека оглядела его полурасстёгнутый мундир, оживлённое лицо с блестящими от выпитого вина глазами и позволила себе осторожную улыбку. С традициями офицерских гулянок она была знакома, можно сказать, почти (ибо на «Молоте» неоткуда было взяться извечным спутницам кутежей — проституткам) во всех подробностях… С последствиями, впрочем, тоже — и без «почти». Устраняла неоднократно.

— А вы потом сможете унести отсюда свою… игрушечку? — она кивнула на бластер.

— Обижаете, сударыня! — хмыкнул капитан. — Настоящий имперец не бросит своё оружие ни при каких обстоятельствах и ни в каком состоянии!.. Унесу, не волнуйтесь!

— Она на предохранителе?

— Для вас — да! — галантно успокоил он, чуть поклонившись и ничуть не потеряв равновесия.

— О, я безусловно польщена! — не осталась в долгу дженсаарайя и приподняла свой бокал. — Ваше здоровье, мессир!

— Мир и порядок! — откликнулся имперец и одним махом допил виски. — Бармен, ещё!

Подбежала Балла. Кокетливо стрельнула глазами в офицера и выпалила:

— Ашель, готовься! Сейчас работают Фиона с Амандой, а потом — ты!

— О… Простите, мессир, мне придётся вас покинуть. — дженсаарайя змеиным движением стекла со стула. — Последний выход…

— Уверен, что вы уже покорили этот зал. — он окинул её пристальным мужским взглядом и снова поднял бокал в приветственном жесте.

… После танца Ашель немного поболтала со скучавшими на входе охранниками — высоченным шкафоподобным Хелином и низеньким квадратным забраком Риском, а потом неторопливо пошла переодеваться. Отправляться домой, в пустой гостиничный номер не хотелось, поэтому она вернулась в зал и снова устроилась в уголке, наблюдая за веселящимся народом. Постепенно — видимо, по контрасту, — на душе становилось всё пасмурнее и пасмурнее. И Ашель знала, отчего.

Тьяр.

«Напиться, что ли?..» — пришла вдруг идея. Помнится, такой нехитрый способ борьбы со скукой и хандрой предложил ей на Нар Шаддаа Элкот, когда они только познакомились.

«Как ты, братишка?» — с нежностью подумала дженсаарайя. — «Как там Кэл, Делвин?.. Скучаю по вам ужасно!!!..»

Судя по тому, что даже во время тех страшных событий, связанных с Тьяром, сигналов о возможных последствиях для Элкота не поступало, её Брат-В-Силе смог пережить все её «отключки». Во всяком случае, Ашель чувствовала, что бывший охотник за джедаями жив. И это не могло не радовать.

— Ненавижу тви’леков! — раздалось вдруг рядом. Дженсаарайя подняла голову. Над ней, слегка покачиваясь, возвышался давешний шатен. Парень был явно пьян и смотрел на неё одновременно вызывающе, брезгливо и… жадно.

«Ма’а, ну вот чего он ко мне-то прицепился???!!!» — простонала она про себя, а вслух осведомилась:

— И чем же, уважаемый, вам так не угодили тви’леки?

— Обманщики, лжецы и негодяи! — отрезал тот, дыхнув на неё перегаром.

«О-о, родной ты мой, пора тебя протрезвлять!» — решила Ашель и протянула руку.

— Не смей прикасаться ко мне, ты, нелюдь! — процедил юнец, отшатнувшись и едва не упав.

— Успокойся, парень! — на его плечо вдруг властно легла чья-то рука, и Ашель увидела Капитана. — Остынь! Стоит ли затевать склоку в этом месте, подумай? Пойдём-ка лучше ещё выпьем!

И имперец, настойчиво подталкивая неугомонного тви’леконенавистника перед собой, увлёк его к стойке.

Со своего места дженсаарайя видела, как они довольно долго о чём-то разговаривали, спорили, пили… Потом юнец покинул бар, а Капитан, оглядевшись, направился к ней. Несмотря на явно чудовищное количество выпитого, офицер сохранял твёрдую походку и, что называется, прекрасно «держал лицо». М-да… действительно, настоящий имперец! «Слегка пьян и до синевы выбрит» — вспомнилась строчка из популярного флотского анекдота.

— Не стоит вам сидеть здесь в одиночестве! — заявил он практически не заплетающимся языком. — Сами видите, что за типы вокруг ходят!

— Мессир капитан, вы меня спасли! — Ашель одарила его сердечной улыбкой. — Я теперь перед вами в неоплатном долгу!

— Помощь даме, оказавшейся в трудной ситуации — святая обязанность для любого военного, сударыня! — Капитан щёлкнул каблуками. — Однако… вы почему-то грустите? У вас что-то случилось? Этот молокосос успел вас обидеть?

— Что вы… — неловко попыталась отвязаться тви’лека, — Ничего страшного. Немного устала. Я сегодня целый день на ногах…

Не хотелось говорить, что в этом состоянии прострации она находится уже почти целый стандартный месяц.

Незачем.

— Как угодно. — пожал плечами офицер. — Просто ваше настроение довольно резко контрастирует со здешней обстановкой всеобщей эйфории. Я бы настоятельно порекомендовал вам… грустить в более подходящем месте.

— Я как раз домой собиралась… — обронила Ашель. — Моя рабочая ночь закончилась.

— Так это же прекрасно! — оживился он. — Вы позволите скромному имперскому офицеру вас проводить? Где вы живёте?

— В отеле «Сталагмит».

Почему-то совсем не хотелось противостоять его обаянию и настойчивости… Точнее, не было сил.

— Однако… — брови Капитана взлетели вверх, и он вопросительно посмотрел сперва вокруг, потом — на собеседницу. — Сколько же, если не секрет, платят танцовщицам в этой дыре, если они могут позволить себе жить в «Сталагмите»?

— Платят немного. — созналась Ашель. — Только я тут работаю не из-за денег. А «Сталагмит»… На пару дней я могу себе его позволить.

— Однако… — повторил офицер и пошутил:

— Вы, наверно, какая-нибудь тви’лекская принцесса-инкогнито? Ваша загадочность, право, интригует!

— Принцесса, скажете тоже… — смутилась Ашель — У тви’леков не бывает принцесс. Только дочери вождей кланов… Но ко мне это не относится.

«Кто я? Всего лишь дочь рабыни, проданной её же собственным отцом… Дочь воина-изгнанника, нарушившего законы своего клана и сгинувшего в Ослепительных Землях… И — вдова воина, полюбившего экзотку-нелюдя и не оставившего своему древнему роду шанса на продолжение… Вот, кто я.»

— Это какой-то знак судьбы. — прервал её горькие мысли Капитан. — Дело в том, что я тоже остановился в этом же отеле! Так что, откажетесь вы от моего общества, или нет — нам всё равно по пути.

Ашель постаралась улыбнуться. Получилось.

— Наверно, всё-таки, не откажусь… Потому что вы безусловно правы: типы здесь ходят самые разные.

— Вот именно. А такой очаровательной девушке…

— О-ох!.. — дженсаарайя в притворном ужасе всплеснула лекку. — Довольно комплиментов, мессир, а то я, чего доброго, ещё и растаю!..

Капитан засмеялся, привычным движением закинул бластер за плечо и подал ей левую руку:

— Прошу!

… По дороге в отель тви’лека не раз ловила на себе разной окраски взгляды — от любопытно-заинтересованных до — откровенно-оценивающих. Однако, вид идущего рядом имперца (а, главное — размер висящего на его плече «ствола»!) начисто отбивал у желающих всякую охоту приставать. Ашель ещё раз порадовалась собственной предусмотрительности.

Капитан меж тем развлекал её каким-то откровенно светским трёпом. Девушка молча его слушала, время от времени выражая своё мнение улыбкой, кивком или помахиванием лекку.

— А вы не слишком разговорчивы, сударыня! — заметил, наконец, он.

— Мне просто не хочется вас перебивать, мессир. — она снова сердечно улыбнулась. — Среди моих недостатков есть один непростительный: собеседница я скучная, предпочитаю больше слушать, чем говорить…

— И это вы называете недостатком? — хмыкнул офицер. — По-моему, это достоинство! И немалое — особенно для женщины!

Ашель зарделась и хихикнула в рукав дээла. Шутку она оценила, но хвалебные речи в свой адрес её всегда смущали.

— Там, в баре, — внезапно, безо всякого перехода и видимой причины сменил тему Капитан, — у меня было довольно странное ощущение… Как будто где-то поблизости находится джедай. Странно, правда? — и он метнул в неё острый взгляд, будто проверяя реакцию.

— Джедай? — спокойно переспросила Ашель и равнодушно пожала плечами. — Почему бы и нет? Всё возможно… А вы что — охотник за джедаями? Или сотрудник ИСБ?

— Н-ну… скажем так… отчасти.

Кажется, её реакция его слегка озадачила. А между тем Ашель и в самом деле была спокойна, как… как джедай!

«Значит, снова ИСБшник. — как-то отрешённо подумала она. — И, стало быть, дарксайдер, как это у них водится… Везёт же мне на безопасников!.. Наверно, засёк, когда я этого приставалу успокаивала, не иначе! То-то он ко мне прицепился… Кстати, сам-то экранируется — я ничего не чувствую… Теперь испытывает, как я себя поведу… А никак! Надоело! Всё надоело! Идите вы все знаете куда?!..»

— Как мило! — она сделала изящный и легкомысленный жест лекку. — Встретить в этих трущобах представителя имперской Инквизиции («Маскирующегося под незначительного пехотного капитана… У ИСБ туго с фантазией!..»)… Вы что же, всерьёз полагаете, что кто-то из джедаев избежал Приказа-66? После стольких-то лет? Здесь, в Центре Империи?

— Полагаю. — и снова этот острый, пронизывающий взгляд.

— Ну, это ваше право… — Ашель снова равнодушно пожала плечами. — И что же, мессир, вы даже сейчас, провожая даму, пытаетесь выполнять свою работу?

Если в её словах и была шпилька, то тщательно замаскированная.

Имперец снова окинул её своим внимательным взглядом-сканером. У Ашели даже лекку не дрогнули. Ей, по большому счёту, уже было решительно всё равно, раскрыл он её, или нет, и что собирается — если собирается — предпринимать.

Надоело.

— Нет. — наконец, сказал Капитан… или кто он там? — Пожалуй, сейчас я этого делать не стану.

— Вот и славно! — на лице тви’леки появилась ангельская улыбка. — А то какой женщине понравится, если её… кавалер будет постоянно отвлекаться на мысли о работе? Даже настолько важной, как госбезопасность!

О, Ашель, когда ей это было надо, умела «втыкать шпильки»!..

— Вы правы. — спокойно кивнул имперец. — Никакой.

Больше эту скользкую тему про Силу они не поднимали, хотя Ашель и была убеждена, что её раскусили. Неясно было только одно: почему этот Инквизитор так и не заявил ей в лоб, что знает, кто она, и почему её до сих пор не уволокли в какое-нибудь местное отделение ИСБ для выяснения личности? А по лицу и поведению спутника понять, о чём он думает и что собирается делать, было решительно невозможно. Влезать же ему в мысли…

Ашель вздрогнула и поёжилась. Нет уж!

— Вас что-то тревожит? — тут же заметил её состояние въедливый спутник. — В «Банте» у вас был такой убитый вид… не понравилось новое место работы?

— Клуб как клуб… — пожала плечами Ашель. — Я видала и похуже. Меня, знаете ли, это не слишком волнует. Я там танцую не из-за денег.

— А из-за чего же? — не понял он.

— Ну… мне это… надо. Не спрашивайте, так просто это не объяснить.

— Неужели ваши родные… или супруг… не боятся отпускать вас в такой опасный район? — кинул пробный шар имперец и… тут же пожалел о сказанном.

Лицо собеседницы вдруг стало чужим и мертвенно-неподвижным, глаза потухли.

— Я вдова… — помолчав, глухо сказала она. — И… у меня нет родных… Не будем об этом…

— Простите… — смешался Капитан и даже слегка покраснел. — Простите, я… не знал!.. Искренне сочувствую вам…

— Ничего. — тви’лека прикусила губу и отвернулась. — Вы же не чтец чужих мыслей… хоть и имеете какое-то отношение к ИСБ…

Остаток пути до отеля прошёл в молчании. Лишь в фойе «Сталагмита» Капитан неловко сказал:

— Ещё раз прошу простить меня, сударыня, за необдуманные слова! И… может быть, вам нужна помощь?..

— Благодарю вас… Мне ничего не надо. Правда, ничего. — она коснулась его руки. — Спасибо вам за… этот день… Уже поздно… То есть… Я пойду, ладно?.. Извините…

И, не дав ему возможности ответить, змейкой проскользнула в закрывающиеся двери ближайшего лифта. Только лекку всплеснули.

Капитан проводил её непонятным взглядом и не спеша направился к стойке администратора.

— Тви’лека, которая сейчас уехала на лифте. — жёстким, не терпящим возражений тоном службиста сказал он. — В каком номере она остановилась?

____________________

*Риланда — что-то вроде ирландского стэпа. Зрелище нетривиальное - мы, команда "Мама - Империя!", это делали на ЗВ-шном КВНе на одном из СтарКонов.

Глава 3. "Джедайка!!!"

Коруссант. Спустя неделю.

Первый день второй недели пребывания Ашели на Коруссанте и работы в ночном клубе начался с новостей. Неприятных.

Чем уж на этот раз так провинились перед властями «газетчики» — Ашели было непонятно. Да и, собственно, не особо и интересно, а на выпуск новостей она наткнулась случайно, зачем-то включив в комнате (она покинула «Сталагмит» и сняла недорогую квартирку в каком-то коммунальном кампусе в получасе езды от клуба) головизор.

В новостях говорилось о нелояльности, продажности, коррупции и тому подобных нелицеприятных вещах. И все эти эпитеты относились к медиа-компании «Шаум Ассошиэйтед», контролировавшейся, кстати, тви’леками и на 70 процентов состоящей из представителей этой расы и других не-людей.

Из официального выпуска новостей (выхолощенного и проправительственного до омерзения!) Ашель поняла только одно: власти решили туже завинтить гайки. И пресловутая доктрина расового превосходства людей, характерная для имперских и проимперских кругов, снова начинает цвести пышным цветом. Следует ждать санкций.

Впрочем, санкции последовали довольно оперативно. Из следующего выпуска дженсаарайя узнала, что по всему Коруссанту закрываются офисы «провинившейся» компании. Некоторые были разгромлены штурмовиками или воинственно настроенными ксенофобами.

— Нечего сказать, хороший повод поприжать не-людей… — сквозь зубы прошипела тви’лека, наблюдая, как на экране мелькают кадры погромов и стычек… Между прочим, один из репортажей вёлся из того же сектора, где находилась и «Звёздная Банта» — там тоже был офис ША.

— Нормально… Мне туда на работу вечером ехать, а тут…

Ашель задумалась. Ясен пень, в связи с такими событиями тут не то что идти на работу — из дома лучше не высовываться! Себе дороже! Сейчас, небось, начнутся чистки и среди журналистов, и среди (а это самое главное!) не-людей!

Что такое чистки, она знала отнюдь не понаслышке! Попадать ещё раз под такое у дженсаарайи не было никакого желания. И она решила предупредить Шакли о том, что сегодня не приедет.

Однако, номер владельца «Банты» молчал, как пленный партизан — что было в общем-то (если иметь в виду, что Шакли — бизнесмен) странно… Набор номера дежурного администратора клуба тоже почему-то не дал никаких результатов. Несколько раз позвонив, Ашель оставила бесплодные попытки. Оставалось уповать только на то, что начальство догадается, почему она не появилась… или же включит связь хотя бы к вечеру!

Ближе к вечеру беспокойство тви’леки и угрызения чувства долга стали и вовсе уж невыносимыми. Она сделала ещё несколько безрезультатных звонков и поняла, что ей хочешь-не хочешь, а придётся ехать в «Банту»!

Мельком она подумала о том, как же безопасно ей было в тот памятный первый день, под охраной Капитана. Но с тех пор, как она уехала из отеля, ИСБшник ей больше не встречался. Да и кто она ему, чтобы он её сопровождал?

Набравшись решительности и сделав солидный запас времени на всякий случай (костюмы её находились в клубе, поэтому ехала она налегке), Ашель вышла на улицу и поехала в «Банту».

Основная часть пути прошла спокойно. О случившемся могло напомнить, разве что увеличившееся на улицах количество фигур в белоснежных доспехах (штурмовики) и чёрных бронежилетах (полиция). А так — всё пока было спокойно. Если не считать разговоров. Правда, это были пока респектабельные кварталы, а что творилось в трущобах внизу — это Ашели ещё только предстояло узнать.

Очередной межуровневый лифт захлопнул двери за её спиной и мягко ухнул вниз. А вот и Нижние Уровни, привет экстриму! Теперь оставалось только добраться до «Банты».

Завернув за угол, Ашель нос к носу столкнулась с имперским патрулём — капитаном и двумя штурмовиками. Что-то пронзительно запищало в руках офицера, и в дженсаарайю с трёх сторон нацелились «стволы».

— Стоять на месте! — прогремел офицер. — Вы задержаны!

— В чём дело?..

— Молчать! — дуло его бластера дёрнулось и уставилось ей прямо в лоб. — На колени! Руки за голову! Быстро!

Ашель поняла, что это уже не шутки! Как она и опасалась, после разгрома офиса «Шаум Ассошиэйтед» и на этом уровне (скажем прямо, нечасто посещаемом патрулями!) тоже началась нешуточная «чистка» среди тви’леков!.. Вот попала… Треклятое чувство долга, и не сиделось же ей дома!!!

Она молча повиновалась, но совершенно бессознательно опустилась на колени с такой беззащитно-покорной грацией, что оба штурмовика невольно переглянулись. У капитана дёрнулся уголок губ.

Вокруг них, как это обычно водится, начали собираться зеваки.

— Что происходит?

— Не знаю. Видите, тви’леку схватили? Наверно, одна из этих… ну, которые пи-арщики…

— Правильно, поделом этим нелюдям! А то совсем обнаглели!

Ашель не могла поверить, что это происходит с ней. Было невыносимо горько и обидно. Выкрики из толпы делались всё неоднозначнее и неоднозначнее. Что-то про изменников-нелюдей, которые… Слушать не хотелось.

Один из штурмовиков, повинуясь знаку начальника, сорвал с неё плащ. Другой зачем-то проверил предметы, висящие у неё на поясе — медпак, подсумок. Влез в ягдташ, тщательно прощупал мешкообразные рукава дээла. Повернулся к офицеру и, как показалось Ашели, недоумённо покачал головой.

Дженсаарайя зажмурилась и постаралась успокоиться. Нет никого вокруг. Никаких бесцеремонных рук, шарящих по одежде и вещам… по телу… Никакой толпы, никаких воплей. Это просто… шум любимого кореллианского моря. Прикосновения высоких трав Сусевфи… И она… да если на то пошло — её тут вообще нет!..

Снова что-то запищало.

— А ну, без фокусов, джедайка! — рявкнул над ухом угрожающий голос капитана, и в затылок между лекку больно ткнулось бластерное дуло. — Без фокусов!

«Джедайка!.. Джедайку поймали!..» — тут же прошелестело в толпе.

Ашель судорожно сглотнула. Джедайка… Вот, значит, что пищало — сканер! Новое изобретение имперских инженеров, улавливающее волны Силы, исходящие от форсеров!.. А искали — меч!

— Джедайка?!..

— Не может быть, такая молоденькая!

— …, а я вам говорю, уважаемый, что это — заговор! Джедайские недобитки — и нелюди…

— Ну, нелюди — это ещё может быть, но джедаи? Их же всех перебили!

— Ай, да бросьте! Кто-нибудь, небось, да выжил — забились, знаете, по норам…

— Ничего, со временем всех передавят!

… От боли, унижения и бессилия на глазах выступили слёзы. Ашель закусила губу, чтобы не расплакаться на радость враждебно настроенной толпе людей… Ну уж нет!!! Не дождутся!!!

На запястьях защёлкнулись наручники — особые, явно сконструированные в рассчёте на таких же неосторожных бедолаг-форсеров, как и она. Ашель сразу же почувствовала, как что-то блокировало в ней связь с Силой. Мало того, наручники были ещё и с детонатором! Всё. Приплыли. Столько лет удавалось ускользать…

— Встать! — грубый рывок за скованные руки. Ашель повиновалась. — Пошла вперёд! И без глупостей!

«Тьяр… Тьяр… Где же ты, любимый?.. Ну почему всё… так… так…»

Её привели в какое-то, похожее на полицейский участок, помещение — от расстройства Ашель так и не смогла понять, куда именно. Там тви’леку ещё раз — но уже более тщательно (и с явным удовольствием) — обыскали, отобрали и разложили на столе перед офицером всё её снаряжение. Из сумки бесцеремонно вытряхнули содержимое.

Внимание капитана тут же привлекла голография, где были сняты Ашель, Тьяр и Гэллемар. Имперец недоверчиво и слегка удивлённо перевёл взгляд на задержанную. Перевернул снимок и обнаружил на обороте изображение «Молота». Некоторое время разглядывал оба снимка, потом взял документы Ашели и принялся внимательно их изучать.

— «Сержант имперской военно-медицинской службы Ашель Скайджен. ИЗР „Молот“… — прочитал он вслух. — Это ты?

— Вас это удивляет?

— Здесь вопросы задаю я! Повторяю: это ты?

— Да.

— Каким образом ты — нелюдь — попала на имперскую службу? Как получила звание?

— Господин капитан… — дженсаарайя устало прикрыла веки и слегка поморщилась: от яркого света направленной в лицо лампы ломило висок. — Может быть, я не стану занимать ваше драгоценное время рассказами о своей биографии? Вся информация обо мне есть в картотеке ИСБ. Обратитесь туда. Там найдутся ответы на всё, что вас интересует.

— Будь уверена, обращусь! И если ты мне солгала…

Он снова взял в руки удостоверение.

— Здесь написано: «Уволена в запас по личным мотивам»… Что за мотивы?

— Позвольте мне не отвечать… — Ашель опустила голову. — Это очень личное!..

— Хочешь, чтобы с тобой разговаривали с помощью других методов, алиенская отрыжка? — он стукнул кулаком по столу. Тви’лека испуганно взвизгнула, подскочила и зажмурилась, непроизвольно поджав тчин-тчун’ы. — Повторяю вопрос: что это за мотивы?

— Мой… — голос сорвался. — Мой муж… Человек, которого я любила… люблю больше жизни… да, именно — человек!.. Он был имперским пилотом — командиром крыла перехватчиков на «Молоте»… Отважным воином и преданным имперцем… Он погиб в бою… около месяца назад… Я… не смогла… остаться…

Дженсаарайя не выдержала и уткнулась лицом в скованные руки.

Скрипнул стул. Потом погасла беспощадная лампа.

— Сожалею и сочувствую. — раздался сухой голос. — Однако, мне непонятно: как мог джедай оказаться на имперской службе? И куда ты… вы… дели свой меч?

— Я не джедай, господин капитан. А меча у меня никогда и не было. Потому что я — не воин, а целитель, врач. Что касается того, как я попала на имперскую службу — говорю же, обратитесь в ИСБ. А то, боюсь, мне вы не поверите. Да и рассказывать долго.

— Хорошо. Я проверю всё, что вы мне сказали. А до тех пор вы останетесь здесь.

— Как скажете…

Ашелью овладело тупое безразличие. Пусть делают с ней, что хотят. Надоело. Скорей бы уже всё закончилось…

Приоткрылась дверь, и на пороге появился один из штурмовиков:

— Сэр, к вам капитан Ларсон!

— Пропустить!

Солдат исчез, а вместо него в дверях возник давешний знакомец Ашели. Тот самый галантный ИСБшник, провожавший её сперва до «Банты», а потом до отеля… Правда, на этот раз он был без своей устрашающей «пушки». И трезв.

— Отпустите девушку, капитан Ярре. — вместо приветствия сказал он. — Она здесь ни причём.

У Ярре на скулах дёрнулись желваки. Он посмотрел на вошедшего… потом перевёл взгляд на тви’леку и, поколебавшись, кивнул.

— Если вы настаиваете… — и, уже Ашели:

— Можете быть свободны.

Два раза повторять ей это не потребовалось. Наручники были сняты, и через минуту дженсаарайи уже и след простыл.

— Я не понимаю, капитан… — начал Ярре.

— Я с этой девчонкой совершенно случайно познакомился неделю назад. Между прочим, она работает в «Звёздной банте»… — капитан имперской контрразведки Вулф Ларсон многозначительно взглянул на собеседника. — Я навёл о ней кое-какие справки… То, что она вам тут говорила — правда. Она действительно была медиком на «Молоте» и действительно — сержант в отставке. И… действительно уволилась со службы после гибели своего мужа, капитана перехватчиков — некоего Гориду. Так что, тут всё чисто.

— Говорите, она работает в «Звёздной банте»? — медленно переспросил Ярре, даже не поинтересовавшись, откуда Ларсону известно, о чём они говорили с этой экзоткой. В ИСБ, говорят, ещё и не такие фокусы ухитряются проделывать!..

Ответом ему был многозначительный взгляд контрразведчика.

Глава 4. И снова ИСБ

Когда запыхавшаяся Ашель подбежала к клубу, она поняла, почему не отвечал администратор — «Банта» была закрыта. На входе висела красноречивая табличка: «Клуб временно не работает в связи с беспорядками в секторе. Приносим свои извинения!»

— Нормально… — с досадой хлопнула по плечам лекку Ашель. — А я, как дура, спешила, чуть не угодила за решётку… Но всё же, почему не отвечает номер Шакли?

На всякий случай она ещё раз набрала шефа. Тот же результат, что и весь день — гробовое молчание.

— Мило… — прошептала тви’лека и, пожав плечами, направилась домой.

Не успела она дойти до первого подъёмника, как в её сумочке раздался вопль видеома.

— Ну наконец-то!!! — воскликнула дженсаарайя, выхватывая предусмотрительно положенный поближе аппарат. — Сколько можно?!

Но это был не Шакли и даже не кто-то из коллег по работе. На экранчике появилась знакомая грандиозная шляпа с буйными соломенными кудрями из-под неё.

— Рудер… — протянула Ашель. — Здравствуйте.

— Здравствуйте, Ашель… — Тоц кивнул. — Вы, я вижу, не слишком мне рады? Я не вовремя?

— Нет, что вы… — поспешно заверила его тви’лека. — Просто я целый день пытаюсь кое-до кого дозвониться, а там не отвечают. У вас ко мне какое-то дело?

— Угадали! Я слышал, вы уволились с прежнего места работы?..

— Откуда вы-то знаете?! — несказанно изумилась дженсаарайя — Всего-то немного прошло… И…

Торговец хмыкнул, всем своим видом показывая, что добыть такую информацию для него — как два байта переслать.

— Я так понимаю, вы сейчас на Коруссанте? Я в паре дней лёта от него. Мне необходимо с вами поговорить — есть одно деловое предложение.

— Какое же?

— Хотите работу по специальности?

Ашель слегка растерялась: вот так сходу… Но быстро опомнилась.

— Что за работа?

— Подробности — при встрече. — покачал головой автаркиец. — Где и когда пересечёмся?

Ашель немного подумала и назвала адрес какой-то людной забегаловки недалеко от «Банты». Что-то — возможно, предчувствие Силы — подсказало ей: так будет лучше. Условились о времени встречи.

— Договорились. — кивнул Тоц и, попрощавшись, отключился.

— Всё страньшее и страньшее… — задумчиво процитировала какую-то кинофразу Ашель после долгого молчания. — Ну прямо-таки свет в конце тоннеля!

Обратный путь прошёл, к счастью, без приключений — если не считать того, что номер Шакли по-прежнему молчал.

Следующие день и вечер прошли в томительном безделье, безуспешных попытках дозвониться до Шакли и ночных размышлениях над нетронутым альбомным листом — спать не хотелось, но и рисовать не тянуло. Чем больше Ашель думала о странной ситуации вокруг «Банты», тем меньше ей всё это нравилось. Уж не влез ли Шакли в какую-нибудь невкусную историю?

Какое-то странное ощущение в Силе, некое предчувствие никак не давало ей покоя всё время, начиная с разговора с автаркийским торговцем. Как будто назревали какие-то перемены…

Не выдержав, Ашель вытащила из шкафа свои вещи и уложила в сьют-кейс. Мало ли — вдруг и впрямь уехать придётся?

Уезжать ей почти всегда приходилось быстро и внезапно, так что, дженсаарайя давным-давно научилась собираться столь же стремительно. Да и вещей было по-прежнему немного.

Встреча с Тоцем намечалась на вторую половину следующего дня. Думая о том, что же собирается предложить ей автаркиец, Ашель наконец-то заснула.

Разбудил её настойчивый звонок в дверь. Кому-то она была очень необходима — настолько, что трезвонили почти без перерыва всё то время, пока поминающая всех ситов до седьмого доисторического колена дженсаарайя пыталась спросонья попасть в рукава домашнего дээла.

На пороге её скромного обиталища стоял… Капитан!

— Госпожа Скайджен? — сдержанно, почти официально обратился он к ней, и у Ашели тут же стало как-то тоскливо внутри в предчувствии неприятностей. — Простите, что разбудил. Вы позволите войти?

Дженсаарайя посторонилась, пропуская его.

— Чем обязана столь раннему визиту? — осведомилась она, наблюдая, как «гость» проходит в гостиную.

— А я-то думал, куда вы исчезли из «Сталагмита»? — вместо ответа поделился имперец и, коротко наклонив голову, официально представился. — Вулф Ларсон, капитан ИСБ. Имперский Инквизитор.

— Ашель Скайджен, сержант имперской медслужбы в отставке. Форсер-целитель. — усмехнувшись, в тон ему отозвалась тви’лека. — Впрочем, наивно было бы полагать, что вам это неизвестно! — Ларсон кивнул, соглашаясь. — У вас ко мне какой-то важный разговор?

Она сделала приглашающий жест в сторону кресел. ИСБшник кивнул, опустился в одно из них так, чтобы держать в поле зрения и её, и дверь, и окно. Это не укрылось от внимания дженсаарайи, и она едва удержалась от ухмылки.

— Прежде чем мы начнём обсуждать дела… — Ашель чуть склонила голову набок и метнула в имперца осторожный взгляд. — Вы мне позволите хотя бы умыться? А то, знаете ли, я ещё не совсем проснулась… Не волнуйтесь, в ванной окон нет, дверь всего одна, так что сбежать я от вас по любому не смогу. — она хихикнула, прикрывшись рукавом. — А удирать по канализации — так при всех моих талантах я же не дианога…

Вероятно, Ларсон был весьма в курсе и её биографии, и её «талантов» — во всяком случае, он ответил ей не менее крокодилистой улыбкой:

— Разумеется, вы можете пойти и привести себя в порядок, сударыня. Я подожду столько, сколько вам будет нужно. Однако, рекомендую всё же не задерживаться.

Ашель ослепительно улыбнулась ему и выплыла из комнаты.

Разумеется, никуда и ни от кого убегать она и не собиралась. Но не подразнить — хотя бы чуточку! — столь некстати заявившегося представителя «обожаемой» ИСБ — это же день насмарку!

То, что капитан ИСБ явился сюда сам (причём явно демонстрируя неофициальность визита), а не вызвал её в местное управление или не прислал за ней «почётный караул» в белых латах или хотя бы в чёрных бронежилетах — наводило только на одну мысль: ИСБ опять что-то надо от Ашели Скайджен. Дженсаарайя готова была отдать лекку на отсечение, что это «что-то» будет очередным предложением о «взаимовыгодном» сотрудничестве. А раз так — то во время разговора Ларсон будет с ней донельзя любезен и корректен. А следовательно, ей, Ашели, пока что нечего бояться.

Вот только в какой сфере теперь ИСБ рассчитывает на её сотрудничество?..

Ашель по-быстрому приняла душ, набросала лёгкий макияж и вышла к посетителю — свежая, бодрая и по-военному (хоть и была в домашнем) аккуратная и подтянутая. Ларсон одобрительно хмыкнул, увидев её такой:

— Всё-таки, военную выправку ничем не скроешь. — сказал он. — Я это ещё тогда заметил, в банке… Однако, к делу! Надеюсь, со времён создания моими кореллианскими коллегами вашего досье вы не изменились — я имею в виду вашу кристальную честность и готовность к диалогу… Не удивляйтесь и не возмущайтесь, я навёл о вас справки сразу же после нашего знакомства. Что поделать — реалии службы безопасности. Мне нужна от вас кое-какая информация… Как уже было сказано только что, я рассчитываю на вашу… скажем так, отзывчивость.

Он с лёгким хлопком опустил руки на колени. Кисти у него были довольно красивой формы — что несомненно выдавало породу — и даже на вид сильные.

— Угу! — изобразив живейшее внимание, откликнулась Ашель.

— Что вам известно о Роберте Шакли, вашем нынешнем шефе, и о других сотрудниках «Звёздной Банты»? — задал первый вопрос Ларсон.

Вот этого она точно не ожидала! Ашель широко раскрыла глаза и непонимающе уставилась на ИСБшника.

— А…, а что мне известно?.. — в её голосе было самое неподдельное удивление. — Ну… он — владелец клуба, довольно состоятельный, насколько понимаю, человек, хороший организатор… Что ещё?.. — тви’лека задумчиво поскребла переносицу кончиком тчин’а. — Разве что — вкус у него почти напрочь отсутствует, одевается как клоун… Но это, думаю, вам знать неинтересно, правда?

— Нам всё интересно. — заверил её Инквизитор. — Продолжайте, пожалуйста.

— А…, а всё… — Ашель развела руками. — Понимаете, я его знаю всего только две недели, и за всё это время мы виделись от силы раза три-четыре. Самый продолжительный «раз» — это когда я на работу нанималась…

— Как вы узнали о месте работы? Шакли давал объявление?

— Нет, я случайно зашла в «Банту», а он ко мне подошёл, мы разговорились… Ну он и предложил место. Хотя, в тот момент мне совсем было не до поисков работы, вы же понимаете… — Ашель опустила глаза. Имперец кивнул.

— Он сразу предложил вам место танцовщицы, или были ещё какие-то варианты?

— Сразу… — Ашель слегка заколебалась, и имперец это мигом просёк.

— Так всё-таки, варианты были? — проницательно глядя на неё, спросил он.

— Были… Когда он узнал, что я не танцовщица, а врач. Сказал, что медику в этих

местах всегда найдётся, чем заняться…

— И вы… вам приходилось работать в «Банте» по своей специальности? — тон имперца стал вкрадчивым, а взгляд — цепким, как колючка.

Ашель чуть призадумалась. ИСБ явно что-то имела к Шакли, и явно что-то знала про него. То, что её шеф мог быть связан с какими-нибудь незаконными кругами, она вполне допускала. Всё-таки, Нижние Уровни — есть Нижние Уровни, там без криминала не выжить. Но вот почему безопасникам вдруг вздумалось распрашивать её, новичка в «Банте» — дженсаарайя до сих пор не могла понять.

— Ну это ведь Нижние Уровни! — пожала она плечами. — И к тому же — ночной клуб, там частенько случаются драки между посетителями. Возможно, Шакли просто невыгодно и небезопасно было разоряться на приходящего врача? Сами понимаете, среди посетителей порой, встречаются и… не только обитатели Дна. Нежелание огласки, всё такое… В таких местах, как я поняла, главное качество любого специалиста своего дела — делать свою работу, не задавать лишних вопросов и помалкивать. — она снова пожала плечами, показывая, что ей самой этот вопрос совершенно неинтересен. — Меньше знаешь — крепче спишь.

— Вы совершенно правы. — кивнул имперец, не отрывая изучающего взгляда от её лица. — Работать и помалкивать. Так всё же, вам приходилось кого-нибудь… врачевать в «Банте»?

— Всего однажды. — призналась Ашель. — Пару дней назад. Меня вызвали в клуб рано утром, привезли туда аж на личном транспорте шефа. Двое молодых парней, я их никогда не видела — возможно, кто-то из охраны клуба или самого Шакли… Огнестрельные ранения разных степеней тяжести. Ну, я их… заштопала, и меня отвезли домой. — Ашель пожала плечами. — Послушайте, если этими распросами вы хотите сказать мне, что Шакли и все его сотрудники связаны с криминалом — так это вполне предсказуемо, а лично мне — совсем не интересно. Я не забиваю себе голову разборками обитателей Дна, у меня своих проблем — по самые лекку! Так что, если вы также планируете узнать от меня о каких-то делах и планах Шакли — напрасно тратите время. Возможно, поработай я у него более продолжительное время, меня и стали бы посвящать в некоторые из них, но пока что я там — непроверенный новичок.

Имперец задумчиво покивал, рассматривая свои надраенные до зеркального блеска сапоги.

— Они действительно связаны с криминалом. — неожиданно сказал он. — Весь персонал «Банты». Вам что-нибудь известно о так называемых «космических бродягах»?

Ашель задумалась, вороша воспоминания своего неприкаянного прошлого.

— Это что-то вроде ринов? — наконец, неуверенно предположила она. — Кочевой сброд отщепенцев различных рас, никогда подолгу не остающийся на одном месте и тесно связанный с различного рода контрабандой? Ну, что-то такое припоминаю, болтали в кабаках… А причём тут они?

— При том, что вам «посчастливилось» попасть в их табор и даже устроиться на работу в непосредственной близости от их «барона». — любезно сообщил Ларсон.

Глаза Ашели недоверчиво и изумлённо распахнулись на пол-лица.

— Да ладно!.. — ахнула она.

— А вы не знали? — удивился имперец, но, кажется, всё-таки поверил ей.

— Я же вам сказала, что в «Банте» я — непроверенный новичок! — слегка обиделась тви’лека. — Кто бы мне сказал?

Неожиданно все разрозненные кусочки мозаики сложились в одно целое, и дженсаарайя непроизвольно дёрнула лекку. Это заметил Ларсон.

— Вы хотели что-то сказать?

Ашель покосилась на него — вот ведь глазастый джава! — и кивнула:

— Мне теперь понятно, почему закрыта «Банта».

— Да? — иронично приподнял бровь имперец. — И почему же?

— Если принять на веру, что Шакли и его… люди — это те самые «космические бродяги», добавить сюда творящиеся в городе беспорядки с «Шаум Ассошиэйтед» и ваш столь… необъявленный визит ко мне, то картина складывается весьма любопытная… — задумчиво проговорила Ашель, следя за ползущей по стене мухой. — Либо они как-то напрямую связаны с «Шаум…» и кипежом вокруг него, либо воспользовались этим и что-то совершили… А может быть — и то и другое… Далее. Если опять же вспомнить все россказни про «космобродяг»… и учесть то, что номер Шакли до сих пор молчит — как я ни пытаюсь до него дозвониться… Мессир, а вы уверены, что они по-прежнему на Коруссанте? Я — что-то уже нет!..

— Шакли отключил связь? — насторожился капитан. — Что же вы сразу не сказали об этом?!

— Но вы и не спрашивали! — сделала большие наивные глаза Ашель, а про себя улыбнулась. Приятно было ввести в замешательство ИСБшника! — А что же, ваши коллеги до сих пор это не проверили?

Ларсон метнул на неё какой-то недобрый взгляд, вскочил и выхватил свой комм.

— Грэм, это я! — рявкнул он в аппарат. — НЕМЕДЛЕННО послать усиленные группы в «Звёздную Банту» и по всем известным адресам! Прочесать все космопорты, поднять записи диспетчеров и мониторов слежения! Есть вероятность, что наши «подопечные» либо попытаются сбежать с планеты, либо уже это сделали!!!..

Ашель спрятала рвущуюся с губ улыбку и вывесила на лицо спокойно-доброжелательное выражение, слушая переговоры ИСБшника с неизвестным ей Грэмом. По всему выходило, что безопасники серьёзно лажанулись!

С другой стороны её не мог не обеспокоить тот факт, что, во-первых, она осталась без своих костюмов… Впрочем, сит с ними, с костюмами — работу она потеряла, вот что!!! Теперь снова бегать, искать…

Га-адство!..

Инквизитор тем временем закончил свой разговор и повернулся к ней:

— Ваша помощь и информация были для нас весьма ценны, хоть и запоздалы, сударыня. — с явно сдерживаемым нетерпением кивнул он. — К сожалению, обстоятельства не позволяют нам продолжить наш интересный разговор, но чуть позже мы с вами свяжемся. От вас требуется только одно — молчание и подписка о невыезде.

Ашель заколебалась, вовремя вспомнив о звонке Тоца.

— Я потеряла работу. — хмуро сообщила она. — Мне придётся теперь искать новое место, мессир. А вдруг оно будет не на Коруссанте?

— Тем не менее! — жёстко сказал Ларсон и извлёк из принесённого с собой планшета бланк подписки. — Это необходимо. По крайней мере, до окончания следствия и сопутствующих ему операций мы вынуждены рекомендовать вам никуда не отлучаться с Коруссанта!

Взгляды бывшей имперки и Инквизитора скрестились.

— Хорошо. — сникла Ашель. — Давайте ваш бланк…

Подпись была поставлена, имперец попрощался и торопливо убрался по своим делам.

Ашель устало опустилась в кресло и уставилась прямо перед собой, чувствуя нарастающую злость, досаду, растерянность — полную гамму чувств существа, очутившегося в состоянии неопределённости и несвободы в действиях.

— С-сволочи!!! — вдруг выдохнула она, и маленькая изящная вазочка, стоявшая на тумбочке, разлетелась в пыль от одного только взгляда кипящей Тёмной Силой дженсаарайи!

Глава 5. Авантюры Рудера Тоца

Коруссант, Нижние Уровни, бар «Гнездо Нетопырки».

Рудер Тоц ждал её в одной из бесчисленных шумных и небезопасных забегаловок на самом Дне Коруссанта. Приветствуя появившуюся постоянную клиентку (после эпохальной сделки на Жестянке Ашель ещё пару-тройку раз заказывала у него редкие ингредиенты для лекарств), он дипломатично поинтересовался, что же заставило Ашель выбрать столь странное для дамы место встречи.

— Интуиция. — улыбнулась дженсаарайя.

О том, что она — форсер, речи между ними никогда не шло, хотя Ашель и подозревала, что автаркиец в курсе.

Торговец понимающе кивнул:

— Отчасти, это правильно. Меньше любопытных глаз и ушей. Да и затеряться, если что, легче.

— Вот именно! — многозначительно подняла палец бывшая имперка.

Они ещё немного поболтали о всяких незначительных вещах, причём оба упорно избегали темы горькой потери Ашели. Правда, сама тви’лека, успевшая за столь короткое время узнать автаркийца ближе, подозревала, что он знает и это. Раскопал же он где-то и как-то информацию о том, что она оставила службу! А это вам не соседкину сплетню послушать!

Порой Ашели казалось, что Тоц… и не торговец вовсе — настолько он порой был слишком информирован!

— Итак… — Рудер решительно отодвинул бокал, давая понять, что время светского трёпа исчерпано, наступил черёд серьёзных разговоров. — Дело, ради которого я вас побеспокоил.

— Слушаю. — отозвалась дженсаарайя.

— Как я уже недавно сказал, у вас есть возможность снова начать работать по специальности. Место, прямо скажу, по сравнению с имперским крейсером, не слишком престижное, даже наоборот… Но зато и тихое. Вам что-нибудь говорит название Тэмтуин?

— А это где? — Ашель наморщила лоб, пытаясь припомнить карту Галактики.

— Ну… скажем так, первый поворот от Империи на Корпоративный, 101-й парсек. — хмыкнул Тоц. — Малоизвестная аграрная планетка с довольно патриархальным укладом жизни. Населена потомками кореллианских колонизаторов. Там в одном месте есть небольшой аккумуляторный завод, а в посёлке при нём — медпункт, куда как раз требуется врач. Прямо скажу — приезжий персонал там долго не задерживается и всеми правдами и неправдами стремится оттуда смотаться… Но ведь вас трудностями не запугаешь, верно?

— Что за трудности? И почему такая текучка кадров?

— Во-первых — удалённость от всех известных центров цивилизации. Непрестижность, скука… А во-вторых — климат Тэмтуина.

— А что — климат? Жара, холод?

— Да с погодой-то там как раз всё нормально. Мягкая и ровная, зимой там даже снег идёт — в умеренных и северных поясах… Но вот в воздухе полно пыльных взвесей, выделяемых местными растениями. Из-за чего жители там постоянно носят защитные очки, а некоторые — и маски. Вне помещений, конечно же. Осенью и зимой, когда выпадает снег, воздух очищается, и у жителей наступает передышка от пыли и время главных праздников… Согласитесь, мало кто выдержит постоянно ходить в средствах индивидуальной защиты. Вот и уезжают.

— А зачем же кореллианцы колонизировали такую малопригодную к жизни планету? — удивилась Ашель. — Там есть какие-то ценные ресурсы?

— Никаких — кроме пригодной для сельского хозяйства почвы. А что касается переселенцев — так, насколько мне известно из местных преданий, у них просто другого выхода не было. Кончались ресурсы жизнеобеспечения на кораблях, пришлось садиться на то, что подвернулось и там, где пришлось. То есть, примерно в центральной части одного из трёх материков. Исследовать земли вокруг места посадки поначалу не было ни сил, ни возможностей, ни средств. А потом привыкли, обжились, расхотелось перебираться куда-то ещё от своих хозяйств… Местные фермеры — это некий образчик потрясающей консервативности. Представляете, у них ещё до сих пор в ходу обычаи, которые на Кореллии уже давно забылись! Забавное общество.

— И что же, вы хотите, чтобы я отправилась туда работать? — Ашель задумчиво побарабанила пальцами по столу. Невольно она уже прикидывала, насколько ей выгодно такое предложение.

— Не то, чтобы хочу — я вам это предлагаю.

— Почему мне?

— Во-первых, у вас пока всё равно других вариантов нет. — довольно нахально заявил всезнающий Тоц. — А во-вторых — почему бы мне не помочь своей постоянной клиентке, попавшей в затруднительное положение?

Дженсаарайя бросила на автаркийца пронзительный взгляд и скептически хмыкнула:

— Вот только не надо мне рассказывать сказки, Рудер! — сказала она. — Извините за прямоту, но, насколько я успела вас узнать за это время, альтруизм и вы — понятия несовместимые! Есть и какая-то другая причина, по которой вы хотите сманить меня на этот пыльный шарик. Итак — договаривайте!

Тоц весело прищурился.

— Ну что ж… Начистоту — так начистоту. Тэмтуин, несмотря на его пыль, — очень удобный перевалочный пункт. И посещается он не только транспортами, привозящими новые рабочие смены на завод. Случается так, что кому-то просто необходимо… эээ… сделать передышку, подлатать дырки в повреждённых кораблях, самим подлечиться… Если это предоставляется квалифицированно и без лишних вопросов — вольные торговцы, как правило, в оплате не скупятся.

— Как вы сказали — вольные торговцы? — с тонкой улыбкой переспросила Ашель. — Вы, наверно, хотите сказать — контрабандисты?

— Ну контрабандисты! — легко согласился Тоц. — Какая разница? Тоже нормальные люди… и нелюди… Послушайте, Ашель, я ведь не зря предложил это место именно вам. Во-первых, — и это самое главное! — я вас знаю, и знаю, как отличного специалиста и личность, не склонную попусту болтать языком. То есть — надёжную. А во-вторых… — торговец прищурился. — Тэмтуин не принадлежит к числу территорий Империи, да её он, собственно, и не интересует. А вы, насколько мне известно, не слишком-то жалуете государство, подданной которого являетесь. Хоть и служили ему.

Ашель слегка ошарашено посмотрела на него и… задумалась, анализируя свои ощущения. Действительно, даже после нескольких лет службы Империи она продолжала относиться к ней довольно настороженно и отстранённо. И единственное, что связывало её с Империей, что удерживало её — это Тьяр. Но Тьяра больше нет, она — в отставке, а значит — больше не имеет никаких обязательств перед режимом Палпатина…

— Что-то мне подсказало, что после увольнения, вы не захотите больше связываться с имперской службой. — словно прочёл её мысли Тоц. — Потому и обратился к вам, можно сказать, от имени всех вольных торговцев, кого когда-нибудь да забрасывало на Тэмтуин. Такие специалисты, как вы, там нужны как чистый воздух. И услуги их оплачиваются соответственно. Я вас не заставляю принимать решение немедленно, подумайте. Но скажу только: отправившись на Тэмтуин вы ничего не теряете — кроме нового этапа хождений по инстанциям, поисков работы и, может быть, новых неприятных историй.

Ашель подняла на автаркийца взгляд поверх своего бокала.

— Вы ошибаетесь, Рудер… — грустно сказала она. — Ещё как теряю… Вы слышали, что тут произошло с «Шаум Ассошиэйтед»?

— В курсе. Но причём тут вы?

— Так вышло, что я нанялась на работу к людям, которые оказались связаны с криминалом и замешаны в происходящих беспорядках. У меня вчера был представитель ИСБ. В общем, с меня взяли подписку о невыезде до конца следствия. Так что, даже если я и согласилась бы на ваше предложение — с Коруссанта мне всё равно нет хода.

— Следствие когда-нибудь да закончится! — резонно возразил Тоц. — Но вы правы, это досадное препятствие. Но преодолимое.

— Вы полагаете, меня вообще когда-нибудь выпустят отсюда? ИСБ однажды поймала меня на том, что я слишком много знаю, и заставила служить Империи. Не выйдет ли и в этот раз так же?

— Мда… — Рудер рассеянно кивнул, думая о чём-то своём. — Может и так. Хотя бы потому, что вы — специалист своего дела. А специалистами разбрасываться по меньшей мере невыгодно — это я вам как торговец говорю. Но вы сами — хотите ли вы и далее служить Империи?

— Нет… — подумав, тихо призналась дженсаарайя. — С Империей меня больше ничего не связывает…

— Тогда вам — самый резон убраться в какое-нибудь тихое место, где имперцам вас не достать. Тэмтуин, хоть и незавидная планетка, зато там вы будете сама себе хозяйка. И потом — там ведь не только контрабандисты будут вашими клиентами, но и местные жители, и их дети…

— У меня подписка о невыезде… — с сожалением покачав головой, напомнила Ашель. — Я не могу согласиться на ваше предложение. Благодарю, конечно, но — нет…

Тоц, как ни странно, никак не отреагировал на её ответ. Промолчал. А потом хмыкнул, поболтал в бокале виски и сделал приличный глоток.

— Всё же не отметайте так сходу это предложение. Подумайте.

— Да я подумала… — развела руками Ашель. — Будь это в других обстоятельствах — согласилась бы сразу. Мне всё равно, как вы правильно заметили, нечего терять. Но обязательства…

— Вы ничем и никому не обязаны! — жёстко прервал её автаркиец. Глаза его странно блеснули за стёклами старомодных очков, которые он зачем-то — должно быть, выпендрёжа ради — носил. — А тем более — Империи. Вы рассчитались с ней своей службой и… — он осёкся, не став напоминать тви’леке о её вдовстве.

— …и жизнью любимого мужчины. — ровно докончила Ашель, поднимаясь со своего места. — Я очень сожалею, Рудер, но вам, наверно, придётся поискать на Тэмтуин другого медика. Простите. Если бы вы появились чуть раньше — хотя бы на денёк!.. Но сейчас я не могу пойти против ИСБ. Не та это контора, чтобы с ней шутить. Всего наилучшего.

И, вежливо поклонившись, дженсаарайя покинула бар.

Тоц пару секунд оставался за столиком, а потом резко поднялся и тоже вышел. Огляделся. Увидел удаляющуюся фигуру своей клиентки и удовлетворённо кивнул. Намётанный взгляд его снова скользнул вокруг.

— Эй вы! — кивнул он двум подозрительного вида субъектам, из тех, каких много ошивается внутри и возле любого бара. — Есть работа. Оплата наличными!

Типы переглянулись и лениво подвалили к нему, ощупывая автаркийца цепкими взглядами матёрых обитателей Дна.

— Ну? — бросил тот, что выглядел более тёртым жизнью. На его лице эта самая жизнь оставила много шрамов.

— Тви’леку видели? — Тоц небрежно мотнул головой в сторону удаляющейся Ашели.

— Ну!..

— Доставите куда скажу. Быстро, тихо, незаметно и живой и невредимой. Но если…

— Ясно. — прервал его обладатель коллекции шрамов. — Работорговец… Бабки покажь?

Рудер вытащил приличную пачку денег, демонстративно, не считая, разделил её на две половинки, развернул их веерами и помахал обоими перед его носом.

— Вот это — он показал левую пачку, поменьше. — задаток. Это — правую, потолще. — остальное, как только девочка окажется на моём борту — живая, как я уже сказал, и невредимая. Не соблюдёте условий, или повредите товар — второй половины не получите. Кстати, в ваших же интересах подобраться к ней незаметно: девочка — форсер!

— Тогда добавить надо! — заикнулся подельник Шрама, жадно воззрившись на деньги.

Тоц смерил его взглядом от макушки до носков разбитых ботинок:

— Здесь гораздо больше, чем за обычную экзотку. — высокомерно сообщил он. — И вы это уже поняли. Не беспокойтесь, девочка не умеет драться. Сделаете своё дело квалифицированно — проблем с ней не будет.

— Договорились. — подумав, сплюнул Шрам. — Куда доставить товар?

Выйдя из бара, Ашель мельком взглянула в сторону тёмного подъезда неработающей «Банты» и направилась к знакомому лифту.

На душе было пасмурно. Предложение Тоца — при всех незавидных характеристиках Тэмтуина — взволновало её, дало какие-то надежды… Но…

Но эта ситова подписка о невыезде!!! И опять же, сит знает, когда кончится это следствие, и отвяжется ли от неё ИСБ, когда оно закончится!

Теперь предстояло снова идти искать работу. Учитывая то, что Коруссант ей не слишком нравился — временную.

Снова скитания, снова неопределённость…

Краем глаза она уловила какую-то тень, скользнувшую следом. Ашель насторожилась: в этих местах следовало быть бдительней! Но по улице взад-вперёд сновало довольно много прохожих, разве тут за всеми уследишь? Тви’лека пожала плечами и проследовала дальше.

Не успела она шагнуть в гостеприимно разъехавшиеся дверцы подъёмника, как вдруг откуда-то сзади возникла чья-то шершавая ладонь и крепко зажала ей рот. Другая рука тут же зафиксировала руки Ашели за её спиной, не давая тви’леке вырваться. Двое мужчин, не отпуская, зажали её между собой и втащили в подъёмник. Дверцы съехались, и лифт поплыл вверх.

Всё произошло настолько мгновенно, что дженсаарайя растерялась. А когда опомнилась и инстинктивно принялась вырываться, что-то больно кольнуло её в шею.

Проплывавшие мимо огни Коруссанта вспыхнули ярче, завертелись какой-то сумасшедшей каруселью, и Ашель без чувств обвисла в руках похитителей.

Глава 6. Хождение по спирали

Приход в сознание оказался довольно болезненным. Ломило виски, во рту стояла воистину татуинская сухость.

«Меня явно чем-то накачали при похищении…» — мелькнула мысль у Ашели, практически сразу вспомнившей события, предшествующие беспамятству. — «Судя по ощущениям — какой-то нелицензированной и плохо очищенной гадостью. Вот ведь уроды!..»

Полежав ещё немного, она осторожно открыла глаза. И тут же, охнув, закрыла снова.

«Не поняла… Я что — в тюрьме?.. А… за что?»

Глаза открылись снова. Тви’лека внимательно, не пропуская ни одной детали, оглядела место своего нахождения.

То, что она увидела вокруг себя, явственно напоминало… тюремную камеру. Во всяком случае, как их показывали в кино и документальных хрониках. Пустые, обшитые металлом стены, пол и потолок, массивная выкатная дверь с решётчатым окошком (сейчас оно было закрыто глухой, тоже металлической заслонкой). Из обстановки наличествовала только невысокая, примерно по пояс, загородка, из-за которой доносилось тихое журчание воды по трубам. И больше ничего. Ни койки, ни стола, ни даже табурета. Пустое помещение с одной дверью и без окон. Металлический пол, на котором она лежала, неприятно холодил тело сквозь одежду. Довольно ощутимо пахло антисептиком для мест санитарно-хозяйственного назначения.

«Возможно, моих похитителей перехватила полиция, а меня — острастки ради — поместили в камеру, чтоб никуда не делась до конца следствия по делу Шакли и его банды?» — продолжала размышлять дженсаарайя, которой с третьей или четвёртой попытки (ох, как кружится голова!) удалось приподняться и сесть. — «Тогда следует ожидать, что я в очередной раз нахожусь под чутким и заботливым присмотром ИСБ. И на этот раз — отнюдь не в госпитале! Однако… что это там всё шумит, и почему подрагивает пол?..»

Ощущения были странные. Сперва Ашель решила, что это — последствия действия наркотика, которым её накачали похитители. Но нет. Гул и слабая вибрация ощущались вокруг неё, а не внутри.

«Ма’а!.. Да я же… на корабле?..»

Внезапно Ашели стало страшно. Если это корабль, который явно куда-то летит, а она находится на его борту, да ещё и в таком… гм… живописном месте… Кроме того, ей вспомнились похитители. Она видела их мельком, но успела опознать в них классических обитателей коруссантского Дна. Вероятность, что подобные типы могли работать на ИСБ была ничтожно мала. Значит, оставалась ещё одна версия. Очень, очень неприглядная!

Корабль работорговцев! И её похитили, чтобы сделать рабыней!

Ашель с тихим потрясённым стоном сгорбилась и схватились за ремешки тви-йеч. Вот мало ей было проблем…

«Но кому же понадобилось меня похищать? Кому я вообще нужна-то?»

Словно в ответ что-то лязгнуло и заскрежетало в двери, она медленно отъехала в сторону, и в камеру шагнул…

— Ру… РУДЕР?!.. ВЫ?!..

…улыбающийся Тоц! Собственной своей пышнокудрой персоной!

— О, вы уже очнулись! — сказал он вместо приветствия. — Это хорошо. Не придётся вас нести!

— Нести КУДА? — уточнила Ашель, подозрительно и настороженно глядя на автаркийца и на всякий случай прикидывая, в какой из углов камеры от него лучше отползать — если что… эх, жаль ничего тяжёлого под рукой нет!.. — И вообще: что всё это значит? Судя по окружающей обстановке, я — ваша пленница, и меня везут… продавать в рабство?

Голубые глаза Тоца заискрились смехом.

— Что ж, не стану скрывать от вас одну из сторон моей коммерческой деятельности, — довольно учтиво согласился он. — Я действительно имею дело с торговлей живым товаром. Иногда. Так, в основном, всякая экзотика, за которую неплохо платят… — при слове «экзотика» дженсаарайя содрогнулась: представители (а особенно — представительницы) её расы на рабских рынках тоже считались экзотикой. Причём, довольно дорогой. — И вы правы насчёт обстановки: это — один из отсеков для перевозки рабов на моём корабле… Но скажите на милость, — он слегка развёл руками, — куда вас нужно было помещать сразу после доставки на борт? В каюту для особо почётных гостей? Это вызвало бы массу ненужных вопросов. В свою личную? Уже лучше, но по некоторым причинам тоже отпадает. Вот я и приказал принести вас сюда.

— Я ничего не понимаю… — Ашель в отчаянии помотала головой (в висках тут же услужливо бухнули барабаны), изо всех сил давя растущую панику. А ведь она когда-то доверяла этому человеку! Да… доверяла. Когда-то.

— А что тут понимать? — Тоц, казалось, от души наслаждался происходящим, — Надо же мне было как-то выдернуть вас с этого загазованного шарика! Вот я и нанял двух проходимцев, обставив дело так, чтобы они думали, будто действуют по заказу работорговца. Сработали они чисто, доставили вас, куда им было сказано… А сюда вас мне пришлось запереть, чтобы те двое были уверены, что доставляют товар, а не желанную гостью капитана… И если что — на допросах в полиции и ИСБ давали бы именно такие показания!

— Погодите-погодите… — воскликнула дженсаарайя, чувствуя, что у неё голова (и без того ещё неадекватная) идёт кругом от свалившейся на неё информации. — Вы меня похитили, чтобы… увезти с Коруссанта?!.. В обход моей подписки о невыезде?..

— Ну, наконец-то вы это поняли! — торговец приподнял шляпу и слегка поклонился.

— Оййёёёё!.. — Ашель сморщилась, словно от зубной боли и в очередной раз схватилась за тви-йеч. — Что же вы наделали?! Меня же будут искать, а когда найдут…

— Кого будут искать? — хохотнул автаркиец, — Безвестную рабыню-экзотку, каких — сотни тысяч? И где? В хаттских гадюшниках, куатских гаремах или зелтронских (и это ещё в лучшем случае!) борделях? ИСБ, конечно, могучая контора, но даже она не всесильна! Тем более, что я позаботился о том, чтобы все были убеждены, что вы не сами свалили с Коруссанта, а вас именно похитили и увезли в рабство. И искать вас теперь — дохлая затея! Так что можете быть спокойны: для Империи вас больше не существует. А Тэмтуин — куда мы с вами сейчас и направляемся — имперские власти, как я уже вам говорил, не интересует.

— У меня странное чувство… — выразительно помолчав, наконец, сказала Ашель. — Что всё идёт не то по кругу, не то по спирали… Однажды меня уже похищали подобным образом. И именно из-под носа ИСБ! Не сказать, что я тогда была против, но выглядело это очень похоже на спланированный побег… и мне пришлось потом изо всех сил доказывать, что побегом это не было! Кстати, и в тот раз я очнулась примерно в такой же обстановке. Не в камере, конечно — в каюте, но я была привязана.

— Однако, какое досадное упущение с моей стороны! — задумчиво протянул Тоц. — Ну ничего, в следующий раз…

— Не надо никаких «следующих раз», хорошо? — нервно воскликнула тви’лека, стискивая пальцы в замок и вздрагивая «хвостами». — Мне и этих двух хватило!.. Вы ТОЧНО не собираетесь продавать меня в рабство? Только пожалуйста, говорите правду! Меня уже столько раз обманывали, что…

Ладонь автаркийца легла на её губы.

— Вы — моя постоянная клиентка, — веско сказал он. — Кроме того — лучшая, какую только можно сыскать, кандидатура медика для тэмтуинского форпоста Братства Вольных торговцев. Почётным членом которого я, кстати, являюсь. И кому, как не мне быть заинтересованным в вашей полнейшей безопасности? Так что здесь, на моём корабле вы — дорогая гостья. Со всеми вытекающими. А всё это — он обвёл пальцем вокруг, — не более чем подстраховка. Кстати, предлагаю переместиться отсюда в более комфортное помещение. ЭТО — не для вас!

Он помог Ашели подняться и, галантно придерживая под локоть, вывел её из рабского отсека.

Спустя некоторое время они сидели в маленькой кают-компании и пили каф. Тоц объяснил, что находятся они на малогабаритном грузовике, на котором он обычно спускается на планеты проворачивать свои сделки. И вскоре им предстоит состыковка с основным кораблём — «тяжёлым торговым крейсером», как называл его автаркиец — на котором они и продолжат путь до Тэмтуина.

— Я обычно не свечу свой главный транспорт в околопланетных пространствах — сказал торговец. — Особенно на территории Империи. Предпочитаю пользоваться более мелкими, манёвренными и неприметными — вроде моей «Хабы-хабы».

Он похлопал ладонью по переборке.

— «Хаба-хаба»? — переспросила заинтересованная необычным названием Ашель.

— «Большая-железная-дура-которая-движется» — на языке одной из рас нашего сектора. Обобщённое название всех механизмов и транспортных средств впечатляющих размеров. В данном случае это — летучая «большая-железная-дура».

Дженсаарайя захихикала: название грузовика и его перевод были забавными!

Постепенно овладевшие ею напряжение и страх за будущее куда-то ушли, и Ашель даже успокоилась.

— Кстати, команда «крейсера» в курсе, что я отправился за медиком для нашего форпоста. Так что проблем с общением с ними у вас не возникнет. Но на всякий случай постарайтесь о себе рассказывать скупо. Или вообще не рассказывать. В нашем кругу это в порядке вещей, так что никто ничего не заподозрит.

Тви’лека кивнула:

— Короче, конспирация и здесь.

— Ну, мало ли… — усмехнулся торговец и пододвинул ближе к ней вазочку с печеньем.

Состыковка тоцевской «большой-железной-дуры» с ещё более «большой-железной-дурой» прошла благополучно, и вскоре Ашель получила в своё личное распоряжение небольшую, но очень уютную каюту со всеми удобствами, которые только можно представить. Тоц также уведомил её, что оставшиеся на Коруссанте мундир и прочая одежда скоро прибудут к ней — только надо выждать время, чтобы исчезновение личных вещей вслед за их хозяйкой не выглядело подозрительным в глазах спецслужб.

— И как же вы хотите всё это провернуть? — полюбопытствовала дженсаарайя.

— Элементарно! — откликнулся Тоц. — Банальная кража со взломом в исполнении какого-нибудь неопытного воришки-наркомана. Эти обычно тащат всё, что попадётся — ценное или нет. Только чтобы сбыть с рук и добыть деньги на очередную дозу.

— Воришка-наркоман будет гипотетический?

— Почему же? Самый что ни есть настоящий! Обчистит квартирку, наследит, а потом его самого найдут с частью вещей в какой-нибудь подворотне. Передоз.

— И вам не будет его жаль? — поёжилась Ашель. Её слегка коробили методы Тоца, о которых он так спокойно сейчас рассуждал.

Торговец только отмахнулся.

— Жадного, опасного и бесполезного отребья на Коруссанте вечно в избытке! — довольно жёстко сказал он. — Ещё не хватало кого-то из них жалеть! Вы, конечно, как медик, можете меня за это осудить, но поверьте, такая жизненная позиция весьма полезна в некоторых моментах!

— Кто я, чтобы осуждать вас? — пробормотала тви’лека, отводя взгляд. — Я когда-то и сама среди подобного… «отребья» жила…

— Тем более! — Тоц веско воздел к потолку палец. — Не надо их жалеть. Пойдёмте лучше я вам покажу корабль и познакомлю со своей командой. Они, конечно, те ещё… подарочки, но в массе своей это вполне себе приличные леди и джентльмены! Уж всяко не тот сброд, с кем вы сталкивались на Коруссанте или там ещё где-то!

Тоц подмигнул своей гостье и слегка поклонился, приглашая её проследовать за ним на экскурсию по кораблю.

Глава 7. Таль с Иего

Где-то в районе Перлемианского Торгового Тракта…

Таль был страшно зол. На родителей — за то, что всё ещё видели в нём несмышлёного малыша, хотя до совершеннолетия ему оставались каких-то жалких 5 лет. Что такое 5 лет для диарминов, живущих в среднем 500-600? Мгновение!

Таль злился на себя — за то, что не сумел доказать матери с отцом, что уже совсем большой, что и в более раннем возрасте диармины-подростки уже вовсю начинают самостоятельную жизнь, а он, Таль, всё ещё считается дражайшими родителями ребёнком… Это в 45-то лет, когда до совершеннолетия — рукой подать!!!..

Диармины, больше известные в галактике, как ангелы с лун Иего*, были для этой самой галактики, возможно, самой загадочной расой. Существовало даже расхожее мнение, что прекраснее их никого на свете нет, и многие, кто ни разу не видел живого диармина и даже мимо Иего не пролетал, верили этому.

Истина же была более прозаична. Диармины, некогда больше походившие на действительно сказочных жар-птиц, чем на гуманоидов, с течением времени стали… вырождаться и терять свой первоначальный облик. Сами ангелы утверждали, что их раса, бывшая крылатой и обладавшая огромными возможностями, раса, почти вся одарённая Силой, была когда-то давным-давно проклята. Вследствие чего была лишена крыльев, изначального облика и самой возможности летать, прикованная к земле огромным весом скелета. И ещё: неведомое проклятие принесло и другую беду: почти все диармины были либо бесплодны, либо до самой смерти оставались на уровне развития детей, либо не имели возможности управлять Силой. Комбинации встречались самые разные — вплоть до всех трёх бед в одном ангеле. Редко когда случались удачные сочетания. Раса вырождалась…

…Талю повезло. Его родители, хоть и не были форсерами, но не были ни бесплодными (что доказывало существование самого Таля), ни «безмозглыми». Он сам был вполне разумен, но вот насчёт всего остального…

Юных ангелов, если у них были такие задатки, инициировали к Силе в день совершеннолетия, пробуждая их генетическую память определённым набором звуков. И только тогда новый член общества получал способность хоть ненадолго, но всё же принимать прежний, изначальный облик сказочной жар-птицы. И летать. А до совершеннолетия…

Таль раньше как-то не задумывался, есть ли в нём способности к Силе, и уж тем более — сможет ли он когда-нибудь продолжить свой род. В его возрасте подростки больше думают о дне сегодняшнем и проблемах сиюминутных.

Тем более, трудно думать о чём-то эпохальном и пока ещё далёком, когда у тебя в душе бурлит гремучая смесь из обиды, досады, уязвлённой гордости и горячего желания «показать им всем»!

Парнишка с досадой поправил пристёгивающий его к креслу страховочный ремень. «Вот теперь пусть они узнают!» — с обидой думал он. — «Хватятся — а меня нет! И яхты нет! Пусть поищут! А я вернусь — но не сразу. Сперва докажу им, что я не ребёнок! Совершу какой-нибудь подвиг, тогда все узнают…»

Угнанная в запале обиды отцова яхта медленно шла прочь от родной системы. Таль сидел в пилотском кресле и вглядывался в бесконечную черноту космоса. За пределами системы он ещё ни разу не был, и детское воображение рисовало ему на чёрно-звёздном фоне картины будущих подвигов.

Система Иего находилась в таком головоломном районе с таким уникальным набором гравитационных и прочих аномалий, что попасть туда можно было только либо случайно, либо с помощью навигатора-диармина. Предприимчивые авантюристы разных рас, смекнув, что из «безмозглых» ангелов получаются идеальные рабы, всеми правдами и неправдами стремились заполучить себе в навигаторы так называемого «выродка» — ангела-форсера с разумом. Но диармины, избравшие некогда биологический, а не техногенный путь развития, и полёты в космос освоившие всего-то лет с полсотни назад, не слишком-то стремились видеть алчных чужаков в своих краях, а себя — их рабами. Так что, найти проводника-ангела, и уж тем более, заставить его привести корабль на Иего, было задачей почти безнадёжной. Немногие поселения других рас на лунах состояли в основном из тех, кто попадал сюда случайно, или из эмигрантов и беженцев, которым было, в сущности, всё равно куда лететь и где селиться. Но и те и другие, пройдя зубодробительные аномальные «карусели» в районе Иего, оказывались заперты в своём новом мире: выбраться оттуда было почти так же сложно, как и попасть. То есть тоже, либо случайно, положась на везение, либо — с местным проводником. А диармины, как уже говорилось, лоцманами для чужаков быть отнюдь не стремились.

…В недрах яхты вдруг что-то застучало, забулькало. Двигатель натужно взвыл на высоких оборотах, потом пару раз чихнул и… замолчал.

— Эй… — растерянно произнёс Таль, переключая все известные ему кнопки и рычажки в попытке завести движок. — Ты чего? Не дури!..

Диармины познакомились с космоплаванием, по их меркам, вчера — лет с полсотни назад — через тех бедолаг, которые попадали на их луны. Само собой, транспортные средства, что попадали в руки аборигенов, были либо никуда не годным старьём, либо напоминали наборы для творчества «Сделай сам». Ибо собирались из таких некондиционных остатков, что в Большом Мире (так диармины называли остальную галактику) эти, с позволения сказать, космические корабли могли бы запросто цениться если не как антиквариат, то как курьёзные диковинки, которые и летают-то каким-то чудом, не иначе. Что уж говорить о том, что на многих этих кораблях стояли только обычные двигатели: диармины если и выходили в космос, то только в пределах своей системы, справедливо опасаясь не только чужаков, но и многочисленных ловушек в родных гравиколдобинах.

…Двигатель, как ни старался Таль, так и не заработал. Юный ангел скорчился в кресле, лихорадочно пытаясь найти выход из ситуации. Убегая из дома, он в горячке забыл, что отец как раз собирался пригласить мастера из переселенцев-людей, чтобы что-то там в яхте починить…

Пилотировать отцову яхту Таль умел более-менее сносно — отец однажды показал, как и даже дал покататься самостоятельно. Но вот чинить…

— Баккьа (идиот)!.. — с досадой пробормотал паренёк, имея в виду конечно же себя. — Идиотически идиотский идиот!!!.. И что теперь делать?..

Неуклюжая яхта медленно дрейфовала в виду какой-то неизвестной Талю планетки. Можно было бы попробовать связаться с родителями, или поискать кого-то поблизости, чтобы попросить о помощи…

Проблема была в том, что, во-первых, возвращаться домой, потерпев бесславную неудачу, гордому и всё ещё обиженному на родителей юноше не хотелось ужасно, а во-вторых… Во-вторых, кроме скудных навыков пилотирования Таль не умел пользоваться ни связью, ни навикомпом — чтобы определить, где он находится, хотя бы приблизительно. Про «чинить» уже говорилось.

— Идиот!!! — в очередной раз прошипел юный искатель приключений и уставился на плывущую за иллюминатором зелёно-бурую планетку. Конечно, в своё время, притянутая ею, яхта всё равно упадёт на поверхность. Или же (и Таль на это надеялся) на него может наткнуться какой-нибудь мимо пролетающий корабль. Но вот сколько ждать того или иного события — диармин не представлял. Может, эта планетка вообще кораблями не посещается? А вдруг, прежде чем его спасут, у него кончатся запасы воздуха?..

Таль, не удержавшись, всхлипнул, когда представил себе, как медленно и мучительно умирает без воздуха. Но, устыдившись своей, достойной ребёнка, а не взрослого (ведь он себя считал взрослым!), слабости, вделал сам себе по острому уху и отправился бродить по яхте в поисках идей для возможного спасения…

…И почти сразу же наткнулся на люк спасательной капсулы!

— Благодарю тебя, Высокое Небо! — возликовал он и принялся лихорадочно просчитывать вероятные плюсы и минусы такого варианта.

Плюсов, как ни крути, было больше. Во-первых, грохаться на поверхность планеты в приспособленной для таких случаев капсуле — совсем не то, что в громоздкой, грозящей развалиться неуправляемой яхте. Шансы выжить в этом случае повышались, что не могло не радовать. Во-вторых, судя по окраске атмосферы, планета явно кислородная, а это значит, что воздуха, пригодного для дыхания и жизни там куда больше, чем на яхте! И в-третьих — если на планете кто-то живёт, то можно попросить их о помощи…

О том, что оставался риск в случае непредвиденных осложнений с капсулой переломать себе все кости при посадке или же наткнуться на контрабандистов, охотников за рабами и прочих скользких личностей, Таль усиленно старался не думать. Путь к спасению лежал перед ним, и грех было бы им не воспользоваться. А риск… он есть всегда.

— Помоги мне, Высокое Небо! — попросил ангел, забираясь в капсулу и задраивая за собой люк. — Пусть всё будет хорошо…

…Маленькая искорка отделилась от беспомощной туши старой яхты и понеслась к планете.

***

— Казус, старая задница, ты мне всё-таки можешь внятно объяснить, какого рожна мы всё ещё торчим в этой дыре?! Патруль уже давным-давно смылся!

Казус Тод поправил ремень трофейной Е-11 и хмуро посмотрел на коллегу.

— А тебе что, тут не нравится, ведро говорящее?

Дроид 8Т-88 обвёл окрестности зрительными сенсорами.

— Скучно. — проскрежетал он.

Охотник ухмыльнулся.

— Скучно ему, видите ли… Ладно, пошли к кораблю! И правда, пора валить отсюда.

Двое баунтихантеров, в своё время побывавшие и конкурентами, и врагами, а в настоящее время — напарники, неторопливо побрели к замаскированному на лесной поляне шаттлу.

Где-то высоко послышался нарастающий свист и рёв двигателей.

— Не понял?.. — Казус Тод поднял глаза к небу. — Опять, что ли, импы?..

— Капсула — коротко сообщил дроид, тоже глядя вверх.

По небу пролетел сияющий метеорит и упал где-то за лесом. Земля дрогнула от несильного удара: кажется, посадочные движки всё-таки сработали…

— Недалеко! — прищурившись, оценил расстояние старый охотник и снова поправил ремень. — А ну-ка пошли за спидером, глянем, что там к нам прилетело!

… Отмахав километра два по полянам и кустам, охотники, наконец, достигли цели путешествия. Это было небольшое, заросшее ряской и камышами озерцо.

Капсула — старая, какой-то немыслимо допотопной модели, криво лежала на боку, полузарывшись в песок. Каким-то чудом она не грохнулась в воду. Струйки пара поднимались от оплавленной атмосферой поверхности. Сильно капсула не пострадала, но створки люка спеклись намертво.

— Антиквариат какой-то… — звякнул 8Т-88 и выдвинул манипулятор с резаком.

— Аккуратнее режь! — предупредил Тод. — Может, там ещё кто жив.

— Без сопливых скользко… — буркнул дроид.

В боку капсулы образовалась аккуратная дыра, и охотники заглянули внутрь.

— Кто-то там есть. — Казус вгляделся в неподвижно лежащую фигуру. — Кажись, пацан, и без сознания.

— Взяли-потащили? — предложил дроид. Его коллега согласно кивнул и полез внутрь капсулы. Оттуда сразу же раздалась ругань:

— Твою мать, парень, что ж ты такой тяжёлый?!.. Эй, Восьмёрка, помогай!

Вдвоём они выволокли странно тяжёлого пассажира капсулы и положили на песок, чтобы как следует разглядеть нежданную находку.

На вид спасённому было не больше 15 лет. Это был высокий худощавый паренёк довольно экзотичной, но вполне человеческой и весьма приятной внешности. Смуглые щёки и лоб покрывали замысловатые татуировки, из-под длинных бело-пепельных волос задорно торчали кончики изящных острых ушей. Губы и подбородок юноши были перепачканы кровью, хлынувшей из носа, видимо, от перегрузки.

Кровь имела ярко-синий цвет.

— Йети-ить твою… — в дальнейшем длинном и красочном монологе Казуса приличными были только междометья, предлоги и знаки препинания. — Вот это свезло!!!

8Т-88, как и положено дроиду, остался спокоен. Но и в его голосе звякнуло нескрываемое удовольствие, когда он сказал:

— Ангел с лун Иего! И живой! Да уж, свезло — так свезло!

***

Таль медленно, очень медленно приходил в себя. В голове резвилось и топотало стадо бант (он видел этих зверей у переселенцев), в ушах звенело, в носу ощущалась неприятная сырость, губы слиплись в чём-то густом и сладковатом… Кажется, при посадке организм не выдержал перегрузки… А как там остальные части тела?..

Мысленно осмотрев себя, ангел с облегчением убедился, что ничего себе не сломал. Это радовало.

Спина ощущала что-то мягкое, кажется, это был песок. Пахло водой, зеленью, в закрытые веки бил свет.

«Солнышко… как хорошо… я жив…» — расслабленно подумал Таль.

И тут он услышал над собой голоса. Впрочем, он и до этого их слышал, но думал, что это гул в голове…

Говорили на языке Большого Мира. Таль слегка знал его — то есть, понимал почти всё, но разговаривал плохо. Он прислушался, на всякий случай передумав шевелиться, стонать и открывать глаза. Мало ли кто там!

Разговаривали двое. Какое-то живое существо с грубым мужским голосом и… Сперва Таль не сообразил, что же за странные интонации у того, второго, а потом догадался. Дроид, машина с искусственным разумом! У переселенцев встречались такие…

— Ты смотри, парень-то, кажется, из Сумеречных! А их, говорят, уже и на Иего-то почти не осталось! — говорил мужчина. — Ценный приз! А если ещё он и «выродком» окажется…

— То мы с тобой, Каз, будем богаче Ксизора! — докончил дроид.

Поняв, о чём они говорят, Таль похолодел от ужаса. Сбылись самые чёрные прогнозы — он таки угодил в лапы к охотникам за рабами! И те, кажется, намерены сделать его, Таля, своим навигатором! Чтобы попасть на его родину, захватить там много рабов, продать их и обогатиться! А потом — снова прилететь, захватить и продать… И снова… И снова…

«Влип!» — отчётливо стукнуло в висках. — «Влип-влип-влип…»

— А если он окажется «безмозглым»? — это дроид.

— Тоже нормально. Продадим на Куат или на Нар Шаддаа, хаттам… Там, в «весёлых домах» очень ценят таких… смазливых и безмозглых. Так что, по любому внакладе не останемся!

Таль слушал их разглагольствования, и в его голове вызревал план. Конечно, перспектива быть проданным в какой-то там «весёлый дом» его, мягко говоря, не радовала (что это такое — он имел лишь самые смутные представления, но понимал, что ему-то самому там будет отнюдь не весело!). Но другая участь, грозившая ему, была ещё хуже, в тысячи, десятки тысяч раз хуже! Стать предателем своего народа, привести гнусных и алчных чужаков-работорговцев в родную систему, чтобы они там…

«Ни за что!!! Уж лучше — „весёлый дом“!!!..»

— Эй, парень, просыпайся! Давай-давай, открывай глазки! — прервал его мысли голос охотника — того, живого. По щекам Таля похлопали жёсткие ладони, а потом он ощутил на лице капли воды.

Ангел медленно, жмурясь от света, приоткрыл веки.

— С добрым утром! — хмыкнула тёмная фигура, возвышавшаяся над ним. Охотник стоял против света, и Таль никак не мог определить его расу. — Нехило же ты шлёпнулся!

Юноша широко раскрыл глаза и посмотрел вокруг себя недоумённо-испуганным взглядом.

— А вы кто быть? — тупо спросил он. — А я… где?..

— Кажись, и впрямь — «безмозглый», — расслышал он бормотание дроида. Тот стоял неподалёку.

Таль тут же улыбнулся и приподнял слабую руку:

— Ой… Машинка!..

Фигура над ним хмыкнула:

— И впрямь, «безмозглый»… Нам не повезло, Восьмёрка!.. — Тод склонился над глупо хлопающим глазами остроухим трофеем. — Ты понимаешь бэйсик?

— Что?.. — переспросил Таль. — Бэй… сик? А это что быть?

— Язык такой, дурилка! Ты понимаешь меня?

— Плохо… А я где быть?

— У нас в гостях, парень. — хмыкнул охотник и переместился, давая возможность себя рассмотреть.

Человек. Довольно грубое лицо, одет в потрёпанную, но удобную одежду и изрядно покоцанный доспех. Волосы почти такого же цвета, как у Таля, но у людей, в отличие от диарминов, это означало не расу, а зрелый возраст… За спиной — какое-то оружие, на поясе — подсумки, кобура бластера…

— Насмотрелся? — снова хмыкнул Тод. — Ладно. Вставай, пошли.

— Куда?.. — Таль изобразил удивление.

— К нам на корабль. Тебе, парень, нужна медицинская помощь. Отдохнёшь, поешь, отоспишься, а потом посмотрим, что с тобой делать.

«Врёшь!» — подумал Таль. — «Ты уже знаешь, что со мной сделать. Мозги пудришь?»

А вслух спросил:

— Корабль? Это быть такой большой машинка?

— Большая, большая! — кивнул охотник. — Летающая. Кстати, как ты здесь очутился? Тоже летел на машинке?

— Летел, — не стал скрывать ангел. Он осторожно приподнялся. Кажется, все кости целы. Таль, пошатываясь, встал. — Лететь, лететь, и тут — хрусь, ба-бах! Машинка быть ломаться… Мой лезть в другой машинка. — Таль ткнул пальцем в капсулу. — Снова лететь. Потом — упасть, много-много больно. Голова болеть…

Глаза охотника блеснули.

— Скажи… — вкрадчиво спросил он. — А в той большой машинке, на которой ты летел, ещё был… кто-нибудь?

Таль замотал головой, изображая доверчивого простачка:

— Никто не быть. Один лететь, без никто.

— Но как же ты — такой без… несмышлёный смог летать на машинке? И как тебя в неё пустили? — с улыбкой усомнился охотник. Глаза его меж тем оставались цепкими и холодными.

— Не-е… — протянул Таль. — Не пускать. Мама-папа говорить: ты маленький, машинка кататься не давать. Мой обижаться. Брать машинка, тыкать кнопка… само лететь чтоб… папа так делать… Лететь… Потом — хрусь, ба-бах…

— Запустить автопилот мозгов хватило… — буркнул молчавший до сих пор дроид. — Уж не прикидывается ли паренёк «безмозглым»?

Таль повернулся к 8Т-88 и радостно закивал:

— Машинка говорить верно! «Безмозглый», так мой другие называть, да!.. Мой не обижаться.

Он подошёл к охотнику и подёргал его за рукав:

— Ты отвезти мой к мама-папа? Отвезти?

Внутренне же он с трепетом ждал, что ответит человек. Таль рисковал, задавая такой вопрос, но иначе было нельзя. Для них он должен оставаться «безмозглым», вне подозрений.

Казус Тод положил руку на его плечо и заглянул в глаза. Диармин ответил ему доверчиво-распахнутой улыбкой… чего только ему она стоила!..

— А ты можешь нам… показать, где живут твои мама и папа? Проводить нас туда? — голос охотника просто сочился медовой доброжелательностью, но Таль видел его глаза.

— Ага, мой мочь! Мама, папа жить на луна… — с готовностью начал он и вдруг осёкся. — Ой…

— Что? — тут же спросил охотник.

— Мой… мой не знать, куда лететь… как звать луна… — диармин растерянно посмотрел на человека. На дроида. Перевёл взгляд на небо. — Это какой быть луна? Мой не знать…

— Это Чилазус, парень. На Перлемианском Тракте. Ты что, не знал, куда летишь?

— Не-е… Кнопка тыкать, машинка само лететь… Там стекло быть… Много-много смешной закорючка бежать. Мой не понимать…

— Экран навикомпа. — тихо прокомментировал дроид. — Парень даже не умеет читать и не знает, что такое пульт управления кораблём… впрочем, с его-то уровнем интеллекта и словарным запасом… Но кнопку автопилота знает.

Казус пожал плечами:

— Для этого мозги не нужны. Ты же слышал, он сказал, что подсмотрел, как это делает его отец. Решил покататься…

— Думаю, надо найти корабль, на котором он летел. Возможно, — если пацан не врёт, — он всё ещё болтается где-то на орбите. Найдём — разберёмся, что к чему.

— Так и сделаем. Заодно посмотрим — вдруг там остались вешки к Иего.

Тод снова повернулся к Талю:

— Так ты точно не знаешь, где твоя луна?

Ангел растерянно покачал головой и вдруг… скривился и всхлипнул.

— Ну-ну, парень, не разводи сырость! — сказал Тод, похлопав его по плечу. Таль… доверчиво (на деле — с отвращением) уткнулся ему в наплечник брони и совершенно натурально разревелся!

— Мой хотеть домой… Мой не знать… где быть дом… Мама… папа…

Пережитый стресс, осознание настоящих и грядущих опасностей, понимание того, что влип он, как ни крути, из-за собственной гордыни и идиотизма, тоска по родителям и дому, страх — всё вырвалось наружу в этих слезах. Так что, как ни противно было Талю ломать эту комедию, как ни ненавидел он себя за эту истерику, но слёзы были вполне искренними и натуральными.

— Ну хватит, хватит! — жёсткая ладонь баунтихантера погладила его по голове, и ангел едва удержал страх и отвращение от этой лживой ласки. — Большой парень, а ревёшь как девчонка! Мы возьмём тебя на наш корабль и, может быть, найдётся кто-то, кто знает, как тебе разыскать твой дом и вернуться к родителям. А пока — полетаешь с нами, посмотришь Большой Мир… Ты хочешь побывать на других… лунах, посмотреть, как живут существа других рас? Их города, животных?

Таль (с непередаваемым облегчением) оторвался от его плеча и неуверенно кивнул, размазывая по лицу слёзы и успевшую засохнуть кровь:

— Хочу… А ты точно помочь мой вернуться?

— Точно, точно! — хмыкнул охотник за рабами, подталкивая его к спидеру. — Ну, садись в эту машинку, поехали.

Таль был в затруднении. Лететь с ними — означало стать рабом, затеряться в неведомом Большом Мире и навсегда забыть о доме. Сбежать от них и остаться на этой планете в надежде, что его будут искать? А будут ли? И где гарантия, что на него первыми наткнутся не друзья, а такие же отморозки?

Таль украдкой посмотрел на охотников и понял, что убежать и спрятаться от них он вряд ли сумеет. Их двое, они сильнее и опытнее его, кроме того, у них — транспорт и оружие. Догонят в два счёта, и положение его станет совсем уж незавидным.

И ещё: надетая личина «безмозглого» исключала даже мысли о побеге. «Безмозглые» не убегают от таких «добрых дяденек». Наоборот — они им верят и охотно дают заманить себя в ловушку…

Влип. Влип-влип-влип…

Юноша всхлипнул в последний раз, бросил прощальный взгляд на капсулу и покорно позволил усадить себя в спидер.

«Мама… отец… Простите меня…»

Домчались быстро. Тод и дроид провели ничего не подозревающего, как им казалось, пленника на корабль, дали умыться, накормили и велели пока сидеть в кают-компании. Тод усадил Таля в кресло и крепко пристегнул ремнями. На вопросительное: «Зачем?..» охотник ответил:

— Для безопасности. А то мало ли что может случиться во время полёта. Район опасный, всякий сброд шляется… Ты же не хочешь во время манёвра корабля вывалиться из кресла и разбить голову?

Таль отрицательно покачал головой.

— Ну вот то-то! Так что сиди и будь умницей. Я скажу, когда можно будет отстегнуться.

— Ага… — прошептал ангел, провожая его взглядом.

Тод задраил за собой переходник и повернулся к напарнику:

— Порядочек! Пацан ни о чём не догадывается. Приятно работать с глупыми рабами — ты им лапшу на уши вешаешь, а они хавают…

— Дальше-то с ним что делать будем? — готовя системы корабля к полёту, поинтересовался дроид. Казус чуть подумал.

— Свяжусь-ка я с Тоцем с Автаркии. — решил он. — Этот всегда много за экзотику отваливает. Тем более — за такую экзотику! Эх, жаль, что пацан — не «выродок»! Себе бы оставили, озолотились…

— Ты точно убедился, что он не прикидывается? — осведомился 8Т-88. — А то знаю я этих ангелов: хатта на благотворительность развести легче, чем заставить кого-либо из них быть навигатором!

— Не прикидывается, точно. — мотнул головой Казус. — Ни один здравомыслящий диармин не станет просить чужаков отвезти его домой. И ни один из таких добровольно не пойдёт в рабство: неволя для этой расы — всё равно что самоубийство, которое они считают страшным грехом! Если бы он был нормальным — он как минимум попытался бы удрать. А он даже в сторону леса не глянул. «Безмозглый» он, точно!

— Ну ладно… — буркнул дроид. — Тебе виднее. Как ты собираешься объяснить ему, почему его переводят на другой корабль, к другому человеку?

— А чего тут объяснять? — хохотнул Казус. — Скажу, что там ему помогут до дома добраться… И пусть потом Тоц с ним сам объясняется, если надо!

— Тоже верно.

Так, под разговоры о дальнейшей судьбе пленника прошли взлёт и выход в околопланетное пространство.

Брошенная Талем яхта отыскалась над ночной стороной планеты.

— Офигеть, ну и колымага!!! — присвистнул Тод. — Неудивительно, что парню пришлось с неё убраться! Как она вообще сюда доковыляла?

— Обрати внимание, она выглядит не функционирующей. — заметил дроид, ведя грузовик на сближение.

Но состыковаться с «колымагой» и пошарить в её недрах баунтихантерам так и не удалось. Что-то сверкнуло, и из-за луны-спутника Чилазуса появился хищный силуэт имперской каракки.

— Т-твою мать!!!.. — взревел Тод. — Опять эти импы!!!

— Валим! — принял решение дроид и начал расчёт координат гиперпрыжка.

____________________________________

* Таль принадлежит к той же расе, что и Лекс во второй части "Осколков..." - в "Бисерных днях"