Он остался и ждал...

Глава 1

"…Общая эвакуация станции… Общая эвакуация станции… Непрогнозируемый выброс. Смещение реперной точки. Корабль прекратит прием пассажиров через тридцать минут локального времени. Персоналу прекратить работу. Максимальная масса ручной клади - десять килограммов…"

Просто отлично! Замечательно! Вот прямо всё брошу и приду! Прилечу! На крыльях! Ага. Полчаса только до шлюза на максимальной скорости - сюда сорок пять минут добирался. Нет, попробовать стоит. Даже тень станции не спасет от ионизации. И будет вам спекшийся комочек углеводородов. А так - не спекшийся, если успею. Оболочка станции защитит. Минут на пять. Недаром эвакуацию-то объявили. Хороший выбор. Главное - многовариантный. Ну, есть, из какой смерти выбирать. Люблю эту работу.

Никто не виноват, что реперная точка вблизи Юпитера. В другом месте и не могла - всё ж, самый массивный объект в Системе, после Солнца. Рядом со светилом репер тоже есть. Когда начнем несгораемые корабли выпускать, тогда туда станцию и передвинем - гостей инопланетных принимать. А пока приходится от выбросов с Юпитера уворачиваться. Если, конечно, выброс прогнозируемый.

Пока лезешь по наружной обшивке станции, можно думать о чем угодно - автоматизм действий. Можно даже поругаться. Можно и вслух - всё равно диспетчер уже отключился, и слушать высказывания, идущие от сердца, некому. А можно и помолчать - так меньше энергии расходуется, скорость выше.

Иван молчал. Всё, что наболело, он выскажет позже. Кому надо.

Десять минут в запасе есть - кораблю необходимо уйти на безопасное расстояние. За это время нужно успеть укрыться внутри станции. В наименее уязвимой точке. Где такая? Будем искать.

Долез-таки до ближайшего шлюза. И корабль стартовал. Как раз за полчаса уложился. Аварийное открытие. Главное - не попасть под поток воздуха из шлюза, а то унесет. Прямо к бурому клубящемуся пятну. Юпитер хорош - самое время им полюбоваться, может, больше и не доведется…

Иван задраил за собой наружную диафрагму, открыл внутреннюю, отключив блокиратор и впуская в шлюз воздух станции, и рванул по коридору. Он даже не стал вылезать из гелевого скафандра. Прошлепав вакуумобразующими подошвами в подобии бега несколько метров, Иван открыл техническое помещение и вывел транспортную тележку. Явно на ней он доберется до нужного места гораздо быстрее, чем пешком.

Только бы понять - где это самое нужное место. Разумеется там, где стоит максимальная защита. Такого места Иван припомнить не мог, поэтому тупо ехал к центру станции - подальше от страшной планеты.

Автоматика предупредительно распахивала перед ним диафрагмы, так что даже не требовалось притормаживать, и тут же захлопывала, едва он проезжал. Хороший пластик. Термоустойчивый. Ударопрочный. Легкий. Дешевый. Всё из него делается. Один недостаток - проницаемый для выбросов. Только выяснили это, когда станцию уже смонтировали на орбите Юпитера. А Ивану для защиты требовался металл. Свинец, например.

Где ж его возьмешь? Здесь он только в реакторе используется. А что? Мысль!

Иван резко свернул с радиуса на кольцо и прибавил скорость - реактор находился на отшибе, а попасть туда надо было быстро.

Успел. Даже аварийный штурвал изнутри завернул. Теперь сесть на пол и подумать. О шансах на выживание. Или лучше о чем-нибудь повеселее? О природе выбросов, например. То, что они метят как раз в реперную точку - ни для кого не секрет. И периодичность их вполне просчитана. Только непрогнозируемые досаждают. Надо же такому случиться, что профилактика двигателей как раз с ним и совпала. Везет.

Ладно, пересидит он в реакторном, и что дальше? А дальше - банально - искать пути к спасению. Жить-то хочется. Существовать.

Иван встал, подошел к внутреннему пульту и набрал код доступа к информаторию. Пробежал по ключевым параметрам - содержание кислорода, содержание углекислоты, внутренняя температура по помещениям, ионизация… Ого! Всё еще растет! Всем выбросам выброс. Так и до беды недолго.

Накаркал. "Отключение систем ориентации". "Отключение систем наблюдения". "Отключение систем связи". "Отключение чего-то там еще, всякой хрени"…

"Отключение программного комплекса".

Ну, вот и все. Станция практически мертва. Сколько же еще ждать? Где тут дублирующие системы? Должны же быть! Иван принялся лихорадочно открывать всякие боксы, читать надписи, шумно захлопывать дверцы обратно - искать. Нашел.

Примитивный датчик. Но такой нужный. Иван посмотрел на дрожащую стрелку, медленно, но стабильно, поворачивающуюся налево.

Выброс прошел.

Можно выходить.

Иван пощелкал пальцем по автоводителю на тележке. Совершенно бессмысленный жест - так технику не оживить. Да ее никак не оживить - все органические процессоры сгорели, только механика работает. Как обстоит дело с электронными системами, Иван не знал, но, судя по наличию освещенности и гудению вентиляторов, достаточно хорошо. К сожалению, электроника используется только на традиционных системах поддержки жизнедеятельности станции. Будь это не так, Иван вполне мог бы часа за три настроить главный процессор и увести станцию подальше от Юпитера. Или, хотя бы, подать сигнал помощи. Тут одна незадача - как скоро за ним прилетели бы. До очередного прогнозируемого выброса или после.

Только всё это гипотетические возможности - ГП он не настроит и сигнал не подаст. Вот в выбросе сомнений нет - осталось около суток. Можно подождать.

Махнув рукой на обездвиженную тележку, Иван направился в жилую зону. Поспать и подкрепиться.

Приготовление и поглощение пищи заняло час. Сон - шесть часов. Убивать время Иван не умел - всегда находилось занятие. Но не сейчас. Иваном овладело безволие - неизбежность скорого конца давило на разум. Мозг усиленно перебирал варианты спасения и не находил решения. Возможно, так даже лучше - занятый размышлениями, он и не заметит выброса. Всё произойдет без излишних волнений. Спокойно и чинно…

Из глубокой задумчивости Ивана вывел голос общего оповещения:

" …Примите пассажира. Прибыл малый катер. Высадка у первого шлюза. Повторяю. Примите пассажира…"

Как не вовремя! Пассажир какой-то. Сейчас только пассажиров принимать в аварийной ситуации. Стоп. Он же на катере! Вдруг успею. Ну-ка, бегом…

Почти успел. Пассажир еще не ступил на собственно палубу станции - шлюз, по традиции, считался за сходни, как на морском корабле, - но уже собирался.

Внутренняя диафрагма шлюза разъехалась, и перед Иваном предстала пассажирка во всей красе. Она стояла, уперевшись одной рукой о стену шлюза, а второй - себе в бок, растягивая рот в нарочитой улыбке и как-то со значением подмигивая. Одежда ее представляла собой несколько кусков мерцающей материи, сколотых высокохудожественными шпильками и защипами, и это притом, что на станции категорически запрещалось носить что-либо, кроме брюк, рубашек и комбинезонов. Рядом стоял внушительный контейнер с багажом.

- Ну, вот и я! - сказала она торжествующе. - Заждались?!

Иван аж поперхнулся словами, которые чуть не вырвались невзначай, и закашлялся. Возможно, она не узнала его. Иван и сам бы себя не узнал, взглянув в зеркало.

Откашлявшись, он всё же сказал пару слов:

- Ты тут по какому поводу?

Казалось, девица обиделась: улыбка исчезла, глаза округлились и напомаженный ротик - тоже.

- Я - на работу!! - возмущенно выговорила она таким тоном, чтоб Иван наверняка почувствовал себя виноватым. - Это ведь реперная станция, да? Прибыла согласно направлению, выданному кадровой службой МКФ.

Иван поморщился:

- Давай направление.

Девица выдернула откуда-то изнутри одеяния универсальную карту и сунула ее под нос Ивану.

- Может быть, я могу войти? - осведомилась она чуть дрожащим от смертельной обиды голосом.

- Может, и можешь, - ответил Иван, пытаясь считать данные, не обращая внимания на пассажирку.

Сканер, в приемную щель которого Иван сунул карту, выдавал полную чушь. Нет, отдельные слова были понятны, но в общую картину не складывались. Иван злобно стукнул кулаком по идиотскому прибору и с тем же чувством посмотрел на вышедшую из шлюза девицу.

Нет, не зря на станции разрешалось только брюки носить. Мощный поток воздуха из вентиляции поднял всю материю, надетую девицей, вверх и радостно закружил вокруг нее. Она ойкнула, обхватила себя руками и присела. Потом опасливо повернулась к мужчине - как он отреагировал, не собирается ли напасть на беззащитную девушку.

Мужчина хмыкнул и нравоучительно сказал:

- Инструкции читать надо. Переодевайся.

- Что, прямо здесь?! Ну, это вообще ни в какие ворота!

- А где ты хочешь? - Иван всё больше раздражался. - Ближайшее открытое помещение - во-о-о-он там. Как ты туда доберешься? Ползком?

Девица подумала несколько секунд и решительно стянула платье. Покопалась в багаже и выудила полукомбинезон. Надела и высокомерно поглядела на ошарашенного Ивана.

Умная, зараза. Решения быстро принимает. И себе цену знает - привыкла, что все ею восхищаются. Иван непроизвольно улыбнулся.

Пассажирка улыбнулась в ответ и спросила, будто ничего не произошло, и всё еще не узнавая встречающего:

- Как вас зовут?

- Иван.

- Ах, Ванечка? Будем знакомы. А меня - Алевтина Федоровна. Для вас - просто Аля. Будем на «ты»? Ну, что же вы молчите? Будем? Мне так привычнее. Я с людьми по-свойски, и они со мной так же…

- Будем, - прервал Иван пассажирку нарочито нейтральным тоном. Ему уже сейчас хотелось открыть шлюз и выкинуть ее со станции куда подальше. - А катер где?

- Да я его обратно отослала, кому он нужен?

- Был нужен. Кому-то. Мне.

Так. Реальный шанс утрачен. Вполне реальный. В следующий раз надо успеть. Надо. Что это она там про багаж талдычит?

- … Не такой и тяжелый. Самое необходимое взяла. Ну, ты понимаешь. Всего три вечерних платья. Остальное - всякая нужная мелочевка, чтоб выглядеть прилично. Без этого нельзя. Ты мне поможешь? Что-то я грузовых тележек не вижу.

Ухватив багаж за удобную ручку, Иван оторвал его от пола и пошел прочь от шлюза.

- Что-то маловато у вас народу, - щебетала Аля, идя вслед за Иваном. - А где все? Работают? Сколько смена длится? Когда приемные часы у капитана? Это с ним мне надо сначала встретиться или с кем? Ну, что ты молчишь, Ваня? Кстати, не знаешь, тут где-то должен работать один мой знакомый - его тоже Иваном зовут…

- Знаю, - отозвался Иван, не оборачиваясь.

- Я же фамилию не сказала, - по изменившемуся голосу стало понятно, что девушка улыбается. Иван даже представил эту улыбку.

- Здесь других Иванов нет, - он внезапно остановился и повернулся к Але. - Здесь сейчас никого нет. Только ты, да я.

Аля чуть отшатнулась и вгляделась в лицо мужчины.

- Вот как. Значит, это ты меня встретил. Что ж, сюрприза не получилось. Тем не менее - проводи меня к начальнику станции.

Иван не стал объяснять ситуации - всё, что ей скажешь, она переиначит у себя в голове и, в конце концов, именно он окажется во всем виноватым. Как же - помним.

Поэтому Иван неопределенно махнул свободной рукой и продолжил движение к командному отсеку.

- Туда и идем, - прокомментировал он свои действия.

Через десять минут пришли. Иван поставил багаж, чмокнувший вакуум-присосками, и выжидающе посмотрел на Алю.

- А-а-а где все? Где начальство-то?

- Нет никого - ты же видишь, - как о вполне обычном сказал Иван.

- Издеваешься? Зачем ты меня сюда привел?!

- Ты просила, - Иван пожал плечами.

- Я просила отвести меня к начальнику станции. А это что?!

- Командный отсек. Если тебе интересно, весь персонал станции, включая начальника, покинул ее не далее, как восемь часов назад.

- А ты?

- А я остался.

- Почему? - Аля нахмурилась в недоумении.

- Тебя дожидался. Надо же было кому-то встретить нового работника.

- Издеваешься, да?!

Иван вздохнул. Придется объяснить чуть подробнее:

- Была аварийная ситуация. Я не успел эвакуироваться. Вот и всё.

- А-а-а, понятно. Совсем другое дело. Так когда мне приступать к своим обязанностям?

- Да хоть когда. Пойдем, покажу рабочее место, столовку, место отдыха, спальное место, ну, и чего там еще сама захочешь. Экскурсия для новичка, одним словом, - Иван говорил жизнерадостным тоном, надеясь, что Аля поверит в традиционность такой экскурсии. Только истерики ему не хватало для полного счастья.

Станция была достаточно велика для пеших прогулок. Иван даже порадовался, что такая идея пришла ему в голову. Это и его отвлечет, и Алю займет - устанет и утихомирится хоть на немного.

В некоторых местах Ивану и самому не пришлось бывать - не было служебной надобности, а без толку слоняться по станции и в голову бы не пришло. Вот теперь появилась возможность устранить этот пробел в знаниях. Они прошли все уровни, даже некоторые закрытые - только для обслуживающего персонала. Но Ивана не смущали запретные таблички - универсальный ключ, позаимствованный в командном отсеке, сделал его властелином дверей. Иван пытался рассказать обо всем, что попадало в поле зрения, но достаточно часто Аля перебивала и с видом превосходства сама его информировала.

- Если ты всё знаешь, зачем я тебя вожу? - недовольно спросил Иван.

- Я только схемы смотрела и пояснительные к ним, а теперь всё вживую. Интересно же! - примирительно ответила Аля. - Куда еще пойдем?

- Никуда. Отдохнуть надо. Подкрепиться. Вернемся поближе к командному. Подождешь меня там, а я на скорую руку еды раздобуду.

- Ладно. Только потом опять погуляем. Я еще в реакторном не была…

Они сидели за столом, напротив друг друга. При этом Иван старался не смотреть в ее сторону и не знал, смотрит ли Аля на него. На стол он выложил всё, что насобирал съедобного. Довольно много и разнообразно. Попалось даже то, что Аля, как ему помнилось, всегда любила и ела.

Она вяло покопалась в снеди, поморщила носик и заявила, что есть она хочет, но вот что именно - еще не решила.

- Когда решишь?

- Не знаю. Ешь сам.

Иван неспешно принялся за еду - ту, что лежала ближе к нему. Ему было всё равно, что поглощать, но организм требовал калорий. Аля внимательно наблюдала, как Иван отправляет в рот куски, неторопливо пережевывает, глотает, откусывает по новой и опять жует… Будто хочет, чтоб он подавился. Не дождется. И аппетит он не потеряет - его и раньше не было.

Доев одно блюдо, Иван чуть замешкался, выбирая, что взять. Аля тут же встряла:

- Съешь фрукторий.

- Не хочу.

- Но ты же всегда их любил…

- Это ты так считала. Сколько раз я говорил тебе, что не нужны мне эти фруктории. А ты усиленно меня ими потчевала. Ты хоть когда-нибудь слушала меня?

- Конечно. Я всегда тебя слушаю. Так ты будешь фрукторий?

- Отстань!

- Как с тобой приятно разговаривать! – Алин голос сладкий, ядовитый.

Так и хотелось сказать: "Ну, и не разговаривай. И вообще – вали отсюда!" Иван смолчал.

Аля тоже не спешила возобновлять разговор.

Вот и хорошо, пусть помолчит. Однако, нельзя же так просто ждать конца - надо делом заняться. Каким? Сейчас придумаем. Чтобы такого?.. Ага, вот!

Иван отложил недоеденный кусок, отер рот и сказал:

- Мне надо кое-что сделать. Одному не справиться. Поможешь? Пожалуйста.

- "Пожалуйста" научился говорить?

Иван вышел и аккуратно прикрыл дверь в каюту. Ничего, он постарается всё сделать сам. Лучше без помощников, чем с таким, как Аля. Она ж будет каждую секунду критиковать его - не так встал, не то взял, не туда повернул, и вообще она лучше разбирается во всем этом. А предложи ей самой всё сделать, так сразу - ты мужчина, а я должна за тебя всю мужскую работу делать. И не возразишь никак - сразу в слезы, дескать, ее обижают. А женские слезы Иван ненавидел.

Он собирался отыскать все дублирующие системы и переподключить их, минуя разрушенный программный комплекс. Для ремонтника наружных систем, кем Иван числился на станции, это было не просто - при вводном инструктаже ему показали только основные блоки и то, что непосредственно касалось его специализации. Придется думать головой. Пусть лично ему переподключение и не поможет, но тем, кто вернется на станцию после выброса, облегчит задачу восстановления. Его же отвлечет от мыслей. От ненужных мыслей…

Неслышно подойдя сзади, Аля ткнула Ивана в бок и радостно сказала:

- Ну, чем займешься?

Иван вздрогнул и зашипел, не находя сразу нужных слов, которые могли выразить всё его негодование, но при этом достаточно приличных. Чуть успокоившись, подобрал:

- Что за хрень! Сколько раз тебе говорить - чтоб не делала так!

- Но мне же хочется! Ты такой смешной, когда сердишься, - Аля застенчиво улыбнулась, изображая саму невинность. - И вообще - не ругайся в моем присутствии. Ты можешь этим заниматься на своей работе, а не тут.

- Я - работаю.

- Ой, посмотрите на него, - Аля демонстративно повертела головой, ища свидетелей, - работает он! Что это за работа такая?

- Я. Пытаюсь. Восстановить. Работу. Станции.

- Зачем?

- Да чтоб спастись!! Тьфу! - Иван в сердцах изобразил плевок.

- Тебя это беспокоит? - участливо спросила Аля.

- Хватит, - отрезал Иван. Он, наконец, обнаружил первый дублирующий блок. С него и начнем.

Сделали.

Даже голова не очень болит - бесконечный поток Алиных слов через некоторое время стал восприниматься как журчание ручейка - то близкого, то далекого. Разумеется, всё подключить не удалось, да Иван и не пытался - только самое необходимое, чтоб обеспечить живучесть станции.

Целую смену отпахал. И до выброса четыре часа. Скоро включится предупредительный сигнал. Вестник. Уши, что ли, заткнуть?

Правильно. Еще и для того, чтоб Алиных нравоучений не слышать. Кстати, он скоро вообще ничего не услышит. Потому что.

- Ты меня совсем не слушаешь! – Аля повысила голос, и Иван обратил на нее внимание.

- Почему же? Слушаю.

- И что я только что сказала?

- Да какая разница?!

- Тебе никто не нужен!

- Как ты права! – Какой-то внутренний запрет отключился в голове у Ивана, и он уже не мог остановиться, прежде чем выскажет наболевшее.

- Ну, давай, говори. Наконец-то озвучишь свои мысли!

Иван перевел дыхание. Надо было собраться с мыслями, чтобы высказаться по-существу.

- Как ты думаешь - почему я стал работать здесь? Это было самое дальнее от тебя место работы. Ты можешь сказать, что я сбежал. Возможно. От тебя. Да вот незадача - ты всё равно осталась там, внутри, - Иван показал пальцем себе на грудь. - Но я уже почти забыл тебя за эти два года. Почти. Зачем ты явилась? Зачем?!

- Хочешь, чтоб я ушла?

- Не говори ерунды! - Иван раздражался. Аля, как всегда, переиначивала его слова. И сразу их смысл становился совсем иным, чем он в них вкладывал. - Станция мертва. Отсюда не выбраться. Я о другом.

- Ты считаешь, что настало время выяснить отношения? Почему-то раньше ты всегда уходил от разговора, - Аля говорила зло, теребя пальцами рукав комбинезона.

- Я хочу рассмотреть ситуацию. Пусть гипотетическую. Чтобы понять.

- Давай, - Аля вдруг убрала всякое выражение с лица, сделав его маской.

- Нам всегда было плохо друг с другом. Так?

- Да, - ее голос звучал почти неслышно.

- Тогда почему ты здесь?

Аля вздохнула, превозмогая себя, и ответила:

- Я хотела увидеть тебя… Перед тем как… В общем… Окончательно… Расстаться.

- И как? - Иван прищурился.

- Увидела. Какой ты злой.

- И что ты будешь делать теперь?

- Не знаю, - Аля говорила спокойно, как о чем-то давно решенном.

- Наверное, у тебя есть какие-то варианты?

- Наверное, есть.

- Вот так - намного лучше

- Намного, - Аля словно не отдавала себе отчета в том, что произносит.

- Я понял - ты просто не хочешь со мной говорить.

- На эту тему - не хочу.

Иван совершенно не понимал, зачем они спорит, что выясняют. Ведь до выброса осталось не так много - тонкий писк предупреждал. А надо ли Але знать об этом? Пусть это произойдет для нее внезапно. Боли не будет.

- Я тебя не понимаю, - Иван не мог остановить разговор. Почему-то он всегда хотел, чтоб последнее слово оставалось за ним.

- Я тоже. Когда-нибудь мы поймем, - Аля поступала так же, как он.

- Когда? Времени уже нет.

Писк раздался чуть сильнее, и Иван вздрогнул.

- Это что? - чуть обеспокоено спросила Аля.

- Выброс скоро. Прогнозируемый.

- Раз мы о нем знаем, то можем уйти…

- Нет. Ты забыла об одной вещи.

- Разве? И о какой же? - Аля поджала губки.

- Станция практически мертва. Все автоматы и управляющие системы содержали органику и вышли из строя при попадании первого выброса. Я их не восстанавливал, - Иван говорил потерянно, только потому, что Аля спрашивала.

- Ты что - идиот? Не можешь вручную перебросить объект в реперной точке?!

Иван сжал зубы и промолчал.

- Отвечай!

- Могу. И что же? Что ты предлагаешь переместить? У нас нет катера, чтобы посадить тебя в него и вывести к точке! - Иван повысил голос.

- А катер и не нужен, - радостно сказала Аля, демонстрируя находчивость, - мы перешлем саму станцию!

- Самая умная, да? Эти станции потому и строят, что перемещения возможны, только если их осуществляют со стороны. Сам объект себя послать не может. Иначе корабли давно бы уже ставили такие аппараты на борту и свободно путешествовали, куда им заблагорассудится.

- Какой минимальный объект можно отправить? - Аля наморщила лобик, отчего вся ее красота вдруг поблекла.

- Любой, - не задумываясь, ответил Иван. - Хоть несколько молекул.

- А человека в скафандре?

- Прыгать будешь? Или толкнуть тебя? - подначил Иван. - А если не допрыгнешь? Только не предлагай упреждение на перемещение ставить, чтоб обоим сразу переместиться, - некому кнопку нажать будет при ручном управлении. Да и где он, этот репер, - может вообще за пределами любой досягаемости.

- Проверь. Ну же! - непонятно почему Аля взволновалась.

Иван посетовал про себя на надоедливость всех этих женщин, но послушно набрал запрос на электронном дублере информатория. Некоторое время читал строчки, силясь уловить смысл, а когда уловил, еще несколько секунд осваивался с новой информацией.

- Реперная точка сместилась. Теперь она внутри станции.

- Что?!

- Пятая каюта. Третий сектор. Здесь недалеко. У нас есть три часа, чтобы тебя отправить.

- Почему меня? - с вызовом произнесла Аля.

- Об этом даже спорить не буду. Иди, оденься. Гелевые скафандры в помещении номер семь. Возьмешь импульсный передатчик. Когда пройдешь реперную точку - немедленно его активируй. Быстрее. Я начал подготовку к перемещению.

Аля покачала головой и послушно пошла за гелевым скафандром. Что-то такое произошло с Иваном. Он перестал быть тряпкой, каким казался до сих пор. Аля и подумать не могла, что он станет отдавать приказы, а она безропотно будет их слушаться. Или Иван всегда был таким и просто не показывал этого? Терпеливо сносил все ее капризы и недовольство? Не хотел конфликтов? Он мягкий, а она, не задумываясь, пользовалась этим, считая уступки слабостью. Пыталась повелевать им. Дура! Скоро она покинет опасный район, а Иван останется здесь. И будет ждать. Просто ждать.

Аля сглотнула и пошла быстрее.

Что ж. Успел ее отправить. Пусть там людям нервы портит. Ни один разумный не выдержит рядом с ней столько, сколько пришлось мне. Четырнадцать часов - это ж надо! За одно это мне можно памятник ставить.

К тому же последний час перед ее отправкой прошел совсем незаметно - она даже чего-то там помогала, чтоб быстрей смонтировать выносной пульт прямо в коридоре у пятой каюты, - тянула кабель от силового щита, мудрила с распределением энергии. Знания у нее имелись. Вот пусть их в другом месте и применяет, а не здесь, на аварийной станции.

Единственное, в чем была от нее польза - отвлекала меня от раздумий о бренности бытия. А теперь опять эти мысли приходят. Нет, выть я не буду. Ни на Луну, которую отсюда фиг увидишь, ни на спутники Юпитера, ни на сам Юпитер. Всё равно видовых экранов в коридорах не предусмотрено. Тем более - прямой трансляции окружающего космоса. И биться головой об пол не стану. Лучше спокойно вспомню свою жизнь - вроде, именно так происходит прощание с жизнью у людей. Хотя и говорят, что это занимает мгновения, ну, а я растяну чуть подольше - наслажусь процессом.

Наверно, стоит попрощаться со всем, что мне дорого. С Землей. С людьми. Даже с Алей. Конечно, они не узнают об этом, но мне станет легче. Скорей всего.

Я же не для них это сделаю. Для себя.

Безысходность – вот что я чувствую. От этого и боль в груди, и сведенные мышцы лица, когда невозможно ни шевельнуть ртом, ни раскрыть широко глаза. Даже слезы не помогут мне.

До выброса остается всё меньше времени.

Какой-то час.

Почему-то мне не хочется бежать в реакторное отделение. Второго выброса реактор не выдержит. Термоядерный взрыв настигнет везде.

Хочется так и сидеть, прислонившись к переборке и тупо уставившись в одну точку, а лучше на какой-нибудь спутник, и ничего не делать.

Металлический лязг меня отвлек. Я поднял голову, поморгал, но появившийся у стены предмет остался на месте. Это явно был робот, пусть и незнакомых пропорций и конструкции.

Прямо к торсу был прилеплен листок бумаги.

Я дернул его, и он отлепился. На листке шла надпись от руки – неровным прыгающим почерком. Или это дрожала моя рука? Я положил листок на колено и всмотрелся в буквы.

«Ваня! Меня встретили хорошо и сразу доставили на аварийный корабль. Я им всё рассказала – что ты там остался один и не можешь отправить себя сюда. Они были так добры, что выслали универсального робота-наладчика. В нем нет ни одной органической части – это машина танланцзы. Он отправит тебя сюда после того, как ты настроишь его и введешь нужные команды. Инструкцию по настройке танланцзы дали. Я тебя жду! Аля».

Так. Универсальный робот. Который отправит меня на другую реперную станцию. Меня там ждут. В боковом кармане его спецовки пачка листков. Инструкция. На галактическом…

Жаль – я не читаю на галактическом.