Обратной дороги нет

Глава 1

Сон как рукой сняло – это медицинская программа впрыснула в организм какую-то бодрящую химию. Он открыл глаза и взглянул на терминал – биокапсула откроется через полторы минуты, после чего ему предстоит предельно быстро переместиться в кресло перед пультом управления. Счёт пойдёт на секунды, ведь необходимо быть готовым включиться в работу до выхода из гипера. Негромко тренькнул звонок и Квет натренированно, как чёртик из табакерки, выскочил из тесного гробика биона и рванул сквозь зыбкие чёрно-белые сумерки к ярко подсвеченному пульту, брезгливо отшвыривая, явно неуспевающие материализоваться, скользкие, серые и бесформенные тени ксиоподов. Учёные-теоретики полагают, что ксиоподы это постоянные обитатели гиперпространства, но есть такой парадокс – материализовываться они начинают только в присутствии разумных существ, а при их гибели моментально развоплощаются. Поэтому даже изобретение герионного двигателя не имело для продвижения в дальний космос такого значения, как открытие стазиса. Герионный двигатель дал возможность проникнуть в гиперпространство, а стазис оказался наилучшей защитой от ксиоподов.

Квет – второй пилот большого транспортного корабля и его пульт управления запасной, но ничего обидного в этом нет, управлять космическим кораблём дело сложное и ответственное, поэтому допуск к настоящей работе можно получить только после длительной стажировки дублёром. В это же самое время первый пилот в центральном отсеке также спешит к своему пульту. Корабль огромный, а пункты управления ­– главный и дублирующий, разнесены на максимальное удаление для пущей безопасности, так что пилоты могут увидеться скорее в баре космопорта, обмывая гонорар после очередного вояжа. Такая перестраховка теперь, когда агрессивная Великая Демократическая Империя Унхов двинулась в сектора, традиционно контролируемые их миролюбивой Оломейской Федерацией, вовсе не кажется излишней. Впрочем, грузовик, хотя и выполняет рейсы по заказу военной администрации Оломеи, остаётся сугубо гражданским и не может заходить в сектора, вовлечённые в боевые действия. Вот и сейчас груз с Центрального колониального хаба в звёздной системе Табал, предстоит доставить на региональную базу Космофлота на планетоиде Астика. В обширных трюмах корабля размещается различное военное снаряжение и несколько сотен бионов с рекрутами, направленными на местный военный учебный центр для спецподготовки и последующего пополнения боевых подразделений приграничья. Лишь немногим избранным удастся стать пилотами звёздных истребителей, а большинство, после ускоренных курсов, и приживления костных и мышечных имплантов, пополнят штурмовые отряды тяжёлой пехоты, или мобильные подразделения космодесанта.

Момент выхода из гипера невозможно не заметить. Блёклые сумерки мгновенно сменились ярким освещением, а податливые и бесформенные клубы ксиоподов, которым как обычно, для полной материализации не хватило считанных минут, рассеялись без следа. Однако на этот раз всё пошло не по плану, Квет не успел даже сориентироваться, как транспорт затрясло – кто-то умело и точно нанёс мощный удар по отсеку герионного двигателя, благо силовой щит с первым залпом справился.

Вглядевшись в экран, Квет с удивлением обнаружил, что его мирное грузовое судно атакует не дикая пиратская бригада, как нередко случалось, а ударный крейсер флота унхайской империи. В это неспокойное время многие гражданские суда, вооружены силовыми щитами и орудиями средних и малых калибров. Подобное оснащение позволяет продержаться против какой-нибудь бродячей разведывательно-диверсионной группы, до подхода дежурного патруля, но недостаточно, чтобы выдержать огневую мощь унхайского крейсера. Им повезло, враг поторопился открыть огонь, не успев приблизиться на дистанцию эффективного поражения, и впустую потратив боекомплект, был вынужден приступить к перезарядке, что дало грузовику шанс на спасение.

Квет почти сразу обратил внимание на моргающую красным метку канала связи с базой Космофлота на Астике. Но ведь гиперсвязь даже засечь почти невозможно, а уж подавить задача наивысшей сложности. Неужели унхи разработали эффективную технологию её глушения. Отсутствовала не только связь, но и следы какой-либо активности со стороны корпуса обороны базы, а силы там, хотя и не очень современные, и не самые подготовленные – чай не фронтир, а глубокий тыл, но следы только что прошедшего боя должны быть заметны.

Многоопытный первый пилот моментально сориентировался и, распахнув грузовой люк, высыпал на вражескую эскадру сотни бионов с рекрутами. Свой первый и последний бой, несостоявшиеся воины приняли во сне, даже не приступив к обучению, но лучше потерять часть ценного груза, чем весь корабль. Кто-то додумался оснащать бионы виртуалом – маскировочным полем, одним из достоинств которого было мизерное потребление энергии, на порядок меньше чем у силовой брони. Враг вместо безобидных биокапсул увидел мастерски выполненную имитацию – москитный флот из сотен готовых ринуться в бой юрких космических истребителей, и тут же перенаправил орудия на их уничтожение. Это дало время на совершение рискованного маневра – заложив крутой вираж, пилот направил транспорт назад к порталу гипера, а интеллектуальная система компенсации гравитации помогла огромному грузовому судну не развалиться от тяжелейших перегрузок.

Кратковременное снятие силового щита для выпуска бионов, сыграло с атакованным судном злую шутку. Крейсер успел произвести выстрел из единственного оставшегося заряженным орудия и попал точно в створ открытого люка. Калибр был не самый большой; концентрированный кварковый заряд израсходовал часть своего могущества, пронзая строй бионов и пробивая внутреннюю переборку грузового отсека и, казалось, ослабел настолько, что стал неспособен нанести ощутимый ущерб. Он мог окончательно угаснуть, разрушая очередную бронированную перегородку, или хранящийся в трюме груз, но случайно попал в волновод, соединяющий главный пульт с двигателями системы ориентации. Найдя кратчайший путь с наименьшим сопротивлением заряд, выжигая всё на своём пути, поразил двигатели, а параллельно уничтожил рубку с первым пилотом и всей командой, а также аппаратуру дальней связи.

Сирена едва не оглушила Квета, но долгие тренировки не прошли даром и он тут же принял управление грузовиком на себя. Беглый анализ показал, что манёвр героически погибшего первого пилота был весьма профессиональным, удачным и своевременным – крейсер и идущая следом унхайская эскадра вступили в бой с виртуальным роем, при этом нарушили боевой порядок и потеряли время. Оторвавшийся далеко вперёд флагманский крейсер, первым разобрался в обстановке и вновь принялся молотить из всех орудий по грузовику, но силовой щит успел полностью восстановиться, а значит, имел все основания продержаться до ухода в гипер.

Квет запустил боевую интеллектуальную систему Зена-2.09 – слабенькую устаревшую версию, только и разрешенную на гражданских судах, чтобы она отслеживала изменения в боевых порядках противника, а сам переключил внимание на портал, и как оказалось вовремя, до него было уже рукой подать.

Внезапно обстрел прекратился, и Зена тут же выдала картинку организованного перестроения вражеских кораблей. Характер перемещений однозначно указывал, что эскадра тоже собирается уходить в гипер. Квет смог, наконец, оценить силу врага, кораблей в эскадре было несколько десятков, большинство последних модификаций, оснащенные самыми передовыми системами вооружений. Пожалуй, такой мощи вполне достаточно, чтобы успешно атаковать базу, да и близкое расположение портала позволяло напасть внезапно и затем быстро уйти. Видимо, возможность проведения столь дерзкой операции в глубоком тылу и в голову не пришла армейским стратегам, планировавшим оборону. Но с чего бы столь мощной группировке преследовать рядовой гражданский грузовик? Вероятно, они, поистратив в бою ресурсы, стремились покинуть сектор, не дожидаясь подхода сил возмездия, а попавшийся на пути грузовик едва не стал ещё одной случайной жертвой.

В следующий момент освещение потускнело и всё вокруг стало зыбким и расплывчатым – это транспортник прошёл через портал. Теперь можно вздохнуть с облегчением и не опасаться преследователей, ведь в гипере нет ни пространства, ни времени, поэтому там любые объекты никоим образом не могут между собой взаимодействовать. Осознание, что как он сам, так и его враги, в данный момент вообще не существуют, не слишком впечатлило Квета, всё же это далеко не первый для него гиперпереход. Полдела сделано, но прежде чем погрузиться в стазис, следует задать бортовому навигатору точку выхода, хотя неплохо бы и текущее состояние корабля оценить.

Герионный двигатель не пострадал, а вот система ориентации практически уничтожена, остались лишь дублирующие аварийные приводы, но на гражданском грузовом судне они слабенькие и несут скорее декоративную функцию. Одним из последствий блестящего манёвра героического первого пилота, осуществившего скоростной разворот и внеплановое возвращение в портал, стал далеко не оптимальный курс. Виртуальный маршрут корабля пролёг сквозь Великую пустоту, где на миллионы парсек отсутствуют любые звёздные скопления, к территориям, контролируемым империей унхов.

Изменить маршрут, находясь в гипере, невозможно, ведь там нет ни расстояний, ни направлений, а значит надо сначала выйти в обычное пространство и, тщательно рассчитав новый курс, зайти в гипер уже под нужным углом. Однако теперь способность грузовика к маневрированию заметно снизилась и разворот потребует намного больше времени, да и силовой щит после выпавших на него испытаний уже не будет столь же эффективен, а значит, перехватить и уничтожить судно стало легче. И, конечно, командор вражеской эскадры это тоже понимает и будет логично, что он выделит рейдерскую группу для патрулирования Великой пустоты, в которой от них невозможно спрятаться.

Квет сделал пометку в бортжурнале о нежелательности выхода в обычный космос через ближние порталы, а уж далее, на территории унхов, такой запрет действует по умолчанию, следовательно, его кораблю предстоит весьма длительный гиперпереход. Жизненных ресурсов в неповреждённых отсеках осталось не много, хотя и активных бионов лишь три десятка…

В этот момент что-то легонько толкнуло его в бок.

Ксиоподы! Твари, порождённые гипером, приступили к материализации, а значит, отпущенное время истекло. Ему необходимо погрузиться в стазис раньше, чем они окрепнут, набросятся на него скопом и высосут жизненную энергию. Квет рванул из кресла, прихватив компактную, но увесистую монтажку, закреплённую на пульте сбоку, возможно именно на такой случай. Он ловко скользил в вязком пространстве, отчаянно колотя ещё не набравших прочность бледных тварей, напоминающих обрубки гигантских дождевых червей. При каждом удачном попадании летели фонтаны едких флюоресцирующих брызг, но лётный комбинезон на такое рассчитан и защищал надёжно. Ему удалось запрыгнуть в капсулу и поле стазиса, настроенное на его индивидуальные параметры, спалило увязавшуюся за ним шуструю тварь. Крышка захлопнулась, но везение было на его стороне лишь отчасти. Уже погружаясь в сон, Квет осознал, что так и не задал точку выхода.

***

На этот раз просыпался он с трудом, ощущались вялость и сонливость. Почти год без отпуска, да и полёт выдался стрессовым. Ничего, главное спаслись, теперь бы до ближайшего космопорта добраться, а уж там он оторвётся. Индикация на терминале показывала – пора, но крышка не откинулась и Квету пришлось столкнуть её самому. Вокруг царила кромешная тьма, только в направлении пульта едва мерцал крохотный оранжевый огонёк, правда, так в темноте и ксиоподов не разглядеть, а значит нужно спешить. Он присел, и сразу закружилась голова, но, преодолевая себя, предпринял усилие и рывком, практически наощупь добрался до кресла пилота, благо на этот раз никто не помешал. Переход в обычное пространство произошёл почти незаметно, но теперь вместо яркой иллюминации включилось тусклыми красноватыми отблесками аварийное освещение. Что-то не в порядке с энергетикой, и он тут же проверил, запустилась ли программа пробуждения инженера Коро.

Квет с досадой вспомнил свою промашку с назначением точки выхода, хотя было интересно, как решил эту задачу искин. Бортовой навигатор тянул с определением местоположения и никак не мог найти хоть один эталонный маяк из числа пульсаров, квазаров и прочих радиогалактик. Что случилось, дефект памяти или внешние датчики отказали? Маловероятно – в космические технологии закладывают огромный запас надёжности. Наконец выскочило сообщение: "Местоположение большого транспортного корабля ЕХ-115 определить невозможно", после чего Квет запустил процедуру диагностики. Вскоре на экране отобразился длинный перечень неисправностей, с которыми предстоит разбираться инженеру, но навигационный комплекс был в порядке. И тут Квет обратил внимание на дату в правом нижнем углу экрана – год был неправильный. Цифра выглядела нелепо и отличалась от привычной на 200 с хвостиком, однако вычислитель не может врать, и результаты диагностики это только что подтвердили.