Никакой Зрелищности

Пролог

Будущее наступило! Такое заявление можно было услышать разве что во время презентации какого‑нибудь ультрамодного гаджета. Максим помнил, как в его детстве чуть ли не в каждой презентации очередного смартфона, казавшегося тогда пределом технологий человечества, звучала эта заезженная фраза.

Но разве три камеры на мобильнике, вместо одной – это будущее? В те времена ему было лет восемь и он, конечно, мечтал о таком смартфоне, но уже тогда Максим недоумевал, почему люди в своём развитии ограничились созданием технологического ширпотреба. Они не осваивают космос, не летят на другие планеты, не колонизируют Луну и Марс, не исследуют глубины океанов, не покоряют северный и южный полюса. Ведь именно это ему казалось настоящим прогрессом. А когда он стал постарше, понял почему. Дорого и глупо. Кому все это надо? Огромные затраты ради призрачных перспектив, не сулящих никаких дивидендов. Никому это не нужно. Сильные мира сего озабочены лишь одной идеей – приумножение своего богатства. Тем более подобные программы ни один бизнесмен в одиночку не потянет. Это вам не смартфон с защитой от брызг придумать. Тут понадобится усилия не просто нескольких корпораций, а сразу целых стран и народов.

Но лет десять назад наука, не стоящая на месте, сделала значительный прорыв в области энергетики. Исследования с водородным топливом оказались очень многообещающими, что в перспективе позволяло путешествовать по солнечной системе, сродни тому, как когда‑то самолеты смогли летать через океан.

Космос! Перед человечеством уже много лет стоял этот рубеж, преодолеть который не хватало сил и знаний. Отдельные успехи, конечно, были, но они не идут ни в какое сравнение с открывающимися перспективами, ведь мечта о колонизации других планет никогда не казалась столь осуществимой. Все страны пустились в технологическую гонку, стремясь первыми заполучить стратегически важные территории и скрывающиеся в них ресурсы. Особенно, когда теория абиогенного происхождения нефти подтвердилась и геологи обнаружили наличие на луне солидных залежей. Нефть уже давно утратила статус основного источника энергии. Более семидесяти процентов автомобилей в мире переведены на электричество. Но ценность нефти с каждым годом все больше и больше обуславливается материалами, получаемыми из неё. От корпусов телефонов и автомобильных покрышек до сверхпрочных полимеров для протезирования, космической и военной техники. Страсти накалялись, отношение между странами‑конкурентами становились все холоднее, и дело рано или поздно могло закончиться мировой войной. Но, к счастью, все обошлось. Россия в группе стран, возглавляемых Китаем, разработала и внесла резолюцию в Совет Безопасности ООН, которая разрешила тогдашние споры. Её суть заключалась в том, что территории на других планетах, которые некая страна хочет закрепить за собой, официально будут таковыми считаться, если на них будет основана постоянно обитаемая база. В ней четко прописывались все условия и площади территорий, которые отводились на одну базу, а также методы закрепления границ. Резолюцию, с небольшими коррективами, приняли все страны‑участники ООН.

И все, проблема, казалось бы, решена. «Кто успел, тот и съел». Луна была поделена в первые же месяцы. Затем Марс, даже до карликовых планет дотянулись. Научные поселения росли на чужих планетах, словно грибы после дождя. Космомонтажники, космогеологи, космошахтеры и другие профессии с приставкой «космо» в один момент стали наиболее почётными и самыми высокооплачиваемыми среди всех. Сотни тысяч смельчаков ринулись осваивать космос, и настроения граждан всего мира было приподняты, как никогда. До недавнего времени.

Одна из первых экспедиций, отправленных Россией на Марс, основала научную базу возле огромного кратера Королев, названного в честь советского ракетостроителя. Место было выбрано не случайно, ведь кратер заполнен льдом, огромные и не тающие залежи которого позволяли обеспечить будущую колонию пресной водой. Но вода была нужна не только российским колонистам. Посол Великобритании при поддержке министра иностранных дел США, выступил на внеочередном заседании Совета Безопасности с пламенной речью, требуя разделить водные ресурсы кратера Королёва между всеми научными базами. Российский дипломат предложил продавать воду соседям, но соседи платить не хотели. Вместо этого корабли, не выходящие на связь, нанесли с орбиты удар по российской базе, полностью уничтожив её. Из колонистов в живых никого не осталось. Даже сигнала о помощи послать не успели.

Конечно, признавать факта агрессии ни одна страна не собиралась, списав все на метеоритный дождь. Российские дипломаты даже не удивились, когда предложение отправить комиссию, с целью выяснения истинных причин гибели русской базы, было отвергнуто по результатам голосования. Выбор был невелик. Президент России немедленно подписал указ о создании военно‑космической орбитальной крепости над Марсом.

Прошёл всего год с подписания этого указа, и вот он, сорокатрёхлетний подполковник ВКС Берёзов Максим, лежит в ложементе кабины первого в своём роде космического истребителя‑перехватчика и крутит в голове забитую фразу из детства «Будущее наступило».

Часть 1. Никакой зрелищности

Первая и, пока что, единственная эскадрилья космических перехватчиков базировалась на орбитальной базе, вращающейся вокруг Марса. Дежурство эскадрильи Максима началось около месяца назад, но боевых вылетов пока что не было, и неожиданная тревога едва не застала его врасплох. Ещё полчаса назад он спокойно спал в своём кубрике, но взревевшие зуммеры боевой тревоги, включенные дежурным офицером станции дальнего радиолокационного обнаружения, не оставили от сна ни следа. В шесть минут, отведённых на то, чтобы занять место в ложементе кабины перехватчика, Максим успел с запасом. Равно как и его ведомый. Ничего удивительного, ведь, этот норматив они выполняли на учениях не один десяток раз.

Сейчас Максим, занявший место пилота, знакомился с тактической обстановкой. Итак, два неопознанных корабля, двигаются со стороны Земли. До выхода на ближнюю орбиту Марса, с которой возможна бомбардировка поверхности планеты, у них остаётся сто семь минут. Если за следующие пять, они не выйдут на связь и не назовут себя, их будет необходимо перехватить. Ну ничего, именно для подобных ситуаций и создавались космические перехватчики. Надо признать, что конструкторы и инженеры, создавшие их, потрудились на славу. Менее чем за год спроектировали, построили, испытали и пустили в серию ранее не существовавшую машину. Да нет, даже более того! Ранее не существовавший класс машин. Плюс вооружение для них. Одно дело сбросить с орбиты управляемую планирующую бомбу и совершенно иное – создать ракету, способную поражать гиперскоростные и маневрирующие цели в вакууме с огромных расстояний. Надо сказать, в этом и заключался нюанс перехвата целей в космосе. Расстояния, которыми приходится оперировать, непривычно велики для человека, прожившего на Земле всю жизнь. Военным пришлось даже придумывать новую классификацию для ракет, используемых космоперехватчиками. На земле ракеты, которые можно пускать на двести километров считаются дальними. Ракеты, которыми вооружены космоперехватчики преодолеют это расстояние в космосе чуть более чем за секунду, а по дальности пуска они ограничены лишь возможностями своих головок самонаведения, которые осуществляют захват и сопровождение цели. Про эти самые «головки» самонаведения надо сказать отдельно. Диаметр антенны, установленной в атмосферные ракеты, обусловлены размерами самой ракеты. Носимую ракету диаметром в пару метров, скорее всего вообще создать невозможно, а если и возможно, то она будет никому не нужна. В космосе нет атмосферы, а значит и нет сопротивления этой атмосферы. И если во время транспортировки и установки в космоперехватчик новая ракета относительно похожа на атмосферный аналог, то при её пуске, антенна, спрятанная в носовой части, сразу начинает развертывание и через десять секунд принимает боевой вид. В боевом виде развернутая антенна имеет диаметр почти восемь метров, и ракета больше напоминает гриб на тонкой ножке. Такой размер позволяет самой ракете пеленговать цель на огромных расстояниях и сближаться космоперехватчику с целью становится совершенно необязательно.

Сигнал, означающий старт, хлестнул по нервам, выбрасывая из головы все, что не связано с пилотированием в космосе, и Максим сосредоточился на управлении боевой машины. Стартовые пилоны вытолкнули космоперехватчики в космос, и Максим приказал ведомому включить ускорители.

– Раз, два, три, – вслух отсчитал Максим, и два космоперехватчика одновременно перевели ручки управления двигателем в положение «максимал».

На тело навалилась перегрузка, и Максим непроизвольно посмотрел на маленький циферблат акселерометра. Четыре целых пятнадцать сотых «g». Стандартная перегрузка для рывка ускорения на максимальной тяге. А ведь это он ещё не включал форсаж. Если перевести ручку управления двигателем в положение «форсаж», перегрузка будет равна шести «g». А если в положение «полный форсаж», то перевалит за восемь. Максим подозревал, что ограничения тут вовсе не в возможностях двигателя. Ограничения были сделаны из‑за возможности человека. Даже те четыре «g» терпеть сложно, несмотря на все принятые конструкторами меры по снижению влияния перегрузок. А терпеть придётся. До подлёта на расстояние эффективного залпа остаётся тридцать минут. И все эти тридцать минут космоперехватчик будет двигаться в равноускоренном движении.

По истечении двадцати пяти минут, Максим вывел на экраны данные по цели. Пара неопознанных кораблей продолжала сближение, не выходя на связь. Они, как и прежде, шли с замедлением, переходя со второй космической скорости на первую, рассчитывая выйти на орбиту Марса.

– Искра один, Моноклю, – экран связи отобразил лицо дежурного офицера, вызывающего Максима.

– Принимаю, – устало ответил Максим. Дышать было тяжело, а говорить ещё тяжелее.

– Первичное сканирование целей, подтвердило наличие на борту радиоактивных изотопов. Сложно понять, что это. Возможно, элемент питания, модуль обогрева электроники или ядерное оружие. Разобраться с такого расстояния не выйдет. Тип целей – беспилотные исследовательские зонды, прошедшие глубокую модернизацию. Начальник штаба контрразведки дал добро на уничтожение потенциального агрессора.

– Так точно! – отрапортовал Максим. – Работаю.

Оперативный дежурный отключился и Максим вызвал ведомого. Бледное лицо майора Мышкина высветилось на мониторе связи, и Максим мысленно хихикнул. Неужели и он выглядит сейчас так же паршиво?

– Искра два, прерываем ускорение на счёт три! – скомандовал Максим, не тратя силы на длинные фразы. – Один, два, три…

Потяжелевшая в четыре раза ручка управления двигателем поддалась с небольшим трудом, и блаженная невесомость окутало усталое тело Максима.

– Держись ближе, – скомандовал он ведомому, – через две минуты достигнем дистанции наиболее эффективного ракетного залпа.

Лицо ведомого розовело прямо на глазах, и он суетливо принялся выполнять необходимые меры по подготовке орудийных систем к пуску ракет.

Пускать ракеты разрешалось только из нулевого ускорения, ведь если двигатели ракет окажутся неисправными, есть вероятность догнать её и врезаться. По сути, космоперехватчик являлся всего лишь средством доставки ракеты на дистанцию эффективного пуска. Никакого тебе пилотажа или красивых видов из окна. В космоперехватчике даже окон‑то нет. Все что требуется от пилота – это в нужное время нажать кнопку пуска ракеты. По сути, пилот космоперехватчика – это всего лишь пассажир. Конечно, надо прокладывать курс, управлять режимами двигателя, захватывать цели на сопровождение и так далее. Но со всем этим легко справилась бы и автоматика. Пилота из космоперехватчика не убрали только из‑за боязни, что управление беспилотной машиной может заблокировать неприятель, ведь перехват осуществляется вдали от своей базы. А последнее обстоятельство было необходимо для того, чтобы не засорять орбиту планеты космическим мусором. Если короче, то перехватчик с человеком на борту как‑то надежнее.

– Пять секунд до дистанции пуска, – через две минуты вышел в эфир Максим, – четыре, три, две, одна. Захват цели ракетами выполнен.

– Подтверждаю, – ответил ведомый, докладывая о том, что его цель тоже захвачена ракетами.

– Пуск! – скомандовал Максим и дважды нажал на кнопку.

Ведомый сделал то же самое, выпуская пару ракет в назначенную ему цель. Вот и все. Вся война на этом закончена. Ракетам лететь до цели ещё около пятнадцати минут, а звено Максима может начинать разворот. На такой скорости разворот займёт чуть больше часа, если не допускать превышения радиального ускорения больше трёх «g». Иными словами, для более или менее плавного разворота потребуется час. При желании это время можно сократить на треть, но тогда придётся снова терпеть перегрузку в четыре «g». А лишние сорок минут пытки перегрузками Максиму не улыбались. И так ещё предстоит замедление для возвращения на орбитальную базу. А пока что можно понаблюдать за монитором, отображающим полет ракет. Четыре оранжевые точки, обозначающие ракеты, медленно двигались навстречу двум красным пятнам целей.

На самом деле летят они вовсе не медленно. Если Максиму не изменяет память, то ускорители на ракетах рассчитаны на семь «g». Так что в момент контакта встречная скорость ракет и целей будет поистине колоссальной. Но для ракеты на такой скорости попасть точно в цель – задача практически невыполнимая. Именно поэтому за сотую долю секунды до контакта взрыватель ракеты сработает, выбрасывая в космос миллионы поражающих элементов. Почти так же устроены и атмосферные ракеты, использующиеся для воздушных боев. Принципиальное отличие лишь одно. Поражающие элементы атмосферных ракет размером с ноготь, а в космических ракетах они представляют собой крупинки, по размеру похожие на манную кашу. При встрече с этими поражающими элементами из карбида вольфрама, летящими с умопомрачительной скоростью, любая самая хорошо защищённая цель буквально сотрется в порошок. Максим однажды видел компьютерную симуляцию такого поражения. В симуляции в качестве цели был представлен космоперехватчик. Через десятую долю секунды после подрыва ракеты, перехватчик фактически переставал существовать. Его словно пропустили через сито. Зрелище завораживало. Жаль, что увидеть его можно лишь в компьютерной симуляции с покадровой прокруткой.

Но чем ближе оранжевые точки приближались к красным, тем больше волновался Максим. По сути, это первое боевое применение космоперехватчиков. Оно и покажет эффективность всей сверхсекретной программы, продлившейся год, а заодно и концепции космоперехвата. Эх, если бы это было возможно, он выпустил бы три, четыре, пять ракет, но боезапас состоял всего из двух. И будь у него их сейчас хоть десять, уже поздно что‑либо менять. Попытка перехвата даётся одна и только на встречных курсах. Физика – безжалостная наука. Живущим на земле людям сложно представить скорости в космосе.

Максим поёжился в ложементе. До конца виража ещё пятьдесят две минуты. О чем тут ещё говорить? Час только на разворот! Времени догонять цель уже точно не будет. Глядя на экран, отображающий движение ракет, он вспомнил старинный фильм Звездные войны. Красочные взрывы, элегантные пируэты юрких истребителей, пальба из космических бластеров… Красота, одним словом. Так себе представляли космические бои предки. А что же на самом деле? На мониторе оранжевые точки встретились с красными и все разом погасли, обозначая поражение целей. Максим грустно вздохнул. Нет, он был рад первому в истории успешному космоперехвату. Но маленький, восьмилетний ребёнок, живший в нем и мечтавший увидеть Звездные войны вживую, был разочарован. Ещё бы! Никакой зрелищности.

Часть 2. Конвой. Глава 1. Собеседование

Максим медленно поставил полупустую кружку с чаем на стол, но движение все равно вышло не аккуратное, и чай едва не расплескался. Ежемесячный отпуск на Земле, который положен всем военным космонавтам, начался вчера и продлится семь дней, но, несмотря на частые визиты на планету, к гравитации приходится привыкать каждый раз. Максим перевёл взгляд на сидящего перед ним лейтенанта в отставке. Испанец российского происхождения ожидающе смотрел на него и не заметить неаккуратный жест не мог, но ни одна мышца на его лице не дрогнула.

– И крайний вопрос, – Максим ещё раз взял личное дело двадцативосьмилетнего лейтенанта. – Почему решили уйти из ЧВК и вернуться в ВКС?

– Товарищ Полковник, – немного выждав, заговорил Альдо и Максим вновь попытался уловить хоть какой‑нибудь акцент, но снова не преуспел. – У частников, конечно, зарплаты повыше, чем у военных, но надоело терпеть самодурство директоров. По порядку соскучился. А в ВКС, как я помню, с порядком все в порядке! – договорил он и осекся, понимая, что допустил тавтологическую ошибку.

– Ладно, – кивнул ему в ответ Максим, про себя ухмыльнувшись. Насколько бы хорошо он не говорил по‑русски, но, когда волнуется, ошибки допускает. – Служба безопасности тебя проверит, тогда и поговорим. Предварительно я не против. Свободен!

Альдо радостно подскочил со стула, козырнул и вышел из кабинета, оставив Максима один на один со своими мыслями. А подумать было о чем. Лейтенант Альдо Алонсо был далеко не первым, кто уволился из военно‑космических сил, погнавшись за длинным рублем и перспективами в частных военных компаниях. Но он уже третий, кто просится обратно. В чем тут дело, на первый взгляд, понять несложно, ведь все эти разговоры про самодурство директоров и отсутствие порядка – для отвода глаз. На самом деле бегут из частных военных компаний от страха гибели, а признаваться в этом не хотят. В личном деле того же Альдо Алонсо указано, что он три месяца назад, в составе конвоя, следующего от карликовой планеты Цереры до Луны, был атакован среди метеоритного пояса неизвестными силами. В тот раз им удалось отбить нападение, но нередко случается, что защитники гибнут все до единого от рук пиратов.

Поморщившись, Максим глубоко вздохнул. Ну не доверял он этому испанцу и все тут. Совершенно неясно из‑за чего. Вроде бы отличник боевой подготовки, опытный и умелый пилот, эдакий красавчик к которому не подкопаешься. Но, хоть убей, не вызывает он доверия. Может потому, что он однажды уволился с военной службы и Максим воспринял это как предательство? Вон даже в произношении у парня ошибки ищет. Нет, субъективное отношение к подчиненному нужно отбросить, и относиться к нему объективно. А объективно Альдо Алонсо – прекрасный вариант чтобы частично заткнуть дыру в кадровом вопросе. В полку сейчас машин вдвое больше, чем пилотов.

Максим ещё раз отпил из кружки уже остывший чай и на этот раз действительно аккуратно поставил чашку обратно на стол. Довольный своим маленьким успехом, он развалился в кресле своего кабинета, вспоминая самый первый космоперехват. Как же давно это было! Восемь? Нет. Почти девять лет назад. Сколько воды с тех пор утекло… Вода! Вода‑то и стала причиной первых конфликтов. ВКС тогда существовало только у России, но очень скоро и другие страны, имеющие колонии на Марсе захотели обзавестись военными орбитальными станциями. И года не прошло, как США, Китай, ЕС, Индия и Объединённые Арабские Эмираты заимели свои аналоги космоперехватчиков, и оборона Марса стала общей. Как и следовало ожидать, нападений больше не последовало и, по сути, эти самые орбитальные базы были нужны только для паритета сил в данной области. Но содержать военные базы рядом с колониями ради одной лишь только науки никто не собирался. Прибыли это не приносит, а расходы более чем значительные. Поэтому, когда геологические изыскания выявили целые россыпи редкоземельных металлов и других ценных полезных ископаемых, государства всех причастных стран начали их добычу. Уже пару лет спустя заступления Максима на боевое дежурство, огромные карьеры на поверхности марса было видно даже с орбиты. Тогда, кстати, чуть не произошёл новый конфликт и снова из‑за воды. Точнее льда. На поверхности Марса вода в жидком состоянии не встречается, но в закрытых и герметичных помещениях она существовать может. А для добычи многих полезных ископаемых вода является неотъемлемой частью технологического процесса, и это не говоря о возможности синтеза из нее водорода, который используется практически во всех космических двигателях как топливо. В этом и заключалась дальновидность тех, кто разместил российскую базу у подножья кратера потухшего вулкана, заполненного льдом. С тех пор она была ориентирована на его добычу. Покупать воду у России вновь стало невыгодно, и деловые партнеры начали дипломатическое давление, которое вытекало в различного рода военные провокации.

К счастью, тогда все обошлось и боестолкновений не последовало, но где‑то с месяц Максима и других офицеров чуть ли не каждый день поднимали по боевой тревоге. После тех случаев количество вымпелов, стоящих на дежурстве, было решено увеличить, и на базе Краснодарского высшего военного авиационного училища была создана новая специальность – космоперехватчик. Альдо Алонсо, кстати, был одним из первых его выпускников.

А майору Берёзову Максиму, после этих событий, было представлено очередное звание подполковника, и назначение командовать уже целым полком космоперехватчиков. Вообще в те годы, когда военно‑космические силы только создавались, все хоть сколько‑нибудь деятельные и ответственные личности быстро получали новые назначения. Шутка ли? В такие короткие сроки учиться на ошибках и создавать новый вид войск. И так далеко не только в армии. К примеру, пять‑шесть лет назад даже специальности космических дальнобойщиков не существовало, а сейчас она чуть ли не самая востребованная из всех, ведь руду надо не только добыть, но и доставить к перерабатывающим фабрикам. А их, последние несколько лет, строят исключительно на Луне. Во‑первых, из‑за экологии, ведь обычно это довольно вредное производство. А во‑вторых, создать завод на Луне гораздо легче, чем скажем на Марсе, а с Луны на Землю транспортировать персонал и готовую продукцию относительно не сложно. Да и стартовать и садиться для космогрузовиков и космопоездов с Луны из‑за низкой гравитации и отсутствия атмосферы легче и дешевле, чем делать это каждый раз с Земли. Максим даже слышал, что уже сейчас, используя приобретённый опыт, многие из вредных производств хотят перенести с Земли именно на Луну.

Крупный капитал, почуяв не освоенную сферу влияния, принадлежавшую тогда лишь государственным компаниям, пролоббировал свои будущие интересы в космопромышленность и львиную долю добычи полезных ископаемых, космоперевозок и производств было решено перепродать частникам. Вот тогда‑то все и началось. Как только появились частные космические перевозчики и частные космические грузовики, владельцы лунных производств смекнули, что покупать полезные ископаемые у добытчиков с других планет, конечно, выгодно, но захватить корабль с уже добытым грузом – гораздо выгоднее. Пиратство в один момент стало самым прибыльным делом. Схема была проста. Наскоро переделанные и вооруженные чем попало космические яхты догоняли одинокий транспортник, и выходили с ним на связь, угрожая уничтожением. Космодальнобойщику ничего не оставалось, кроме как изменить курс и привезти груз туда, куда ему скажут. Немедленно потребовалась охрана конвоев.

Но как говорится, где есть спрос, там появится и предложение. Частные логистические фирмы немедленно обратились к военным с просьбой защитить их конвои и государство откликнулось. К этому времени штат и количество космоперехватчиков позволяли выделять по паре вымпелов для охраны самых важных направлений и работы у Максима прибавилось. Несколько боестолкновений моментально показали, что гражданские яхты даже с вооружением не чата боевым машинам и нападать на такие конвои пираты больше не решались. За эту работу Максим даже получил звание Полковника.

Но у логистических фирм появилась новая проблема – обслуживание и содержание космоперехватчиков очень недешевое занятие и услуги военных подняли цены на космоперевозки в разы, и зачастую от подобной охраны приходилось отказываться, чтобы сохранить хоть какую‑то прибыль. На выручку пришли частные военные компании, которые моментально сориентировались под новые запросы рынка и брали за свои услуги не в пример меньше военных. Ещё бы! Серьёзных военных кораблей у них нет и быть не могло, а то барахло, на котором они собирались сопровождать конвои было едва ли лучше пиратских кораблей. Сейчас, конечно, техника у них гораздо серьезнее, но и у пиратов технические возможности подросли. Максим очень скрупулезно следил за новостями по этой теме. По возможности старался лично разговаривать с пилотами транспортников, подвергшихся нападению, и пришёл к выводу, что пираты и ЧВК – это одно и то же. Разница, лишь, в том, кто их нанял. Это было его личное мнение, и от официального оно отличалось. Но, с тех пор как он во всем этом разобрался, ЧВК он недолюбливает. И надо сказать не только из‑за этого, а ещё и потому, что с появлением этих самых частных военных компаний у него постоянный некомплект в личном составе пилотов и обслуживающем персонале. А все из‑за того, что кадры в ЧВК брать больше попросту неоткуда, и они переманивают пилотов из ВКС, суля им очень приличные жалования. Как‑то раз Максим встретил такого вербовщика прямо в военном училище, когда был приглашён туда прочитать лекцию для старших курсов. Наглость, с которой этот хлыщ там расхаживал так разозлила Максима, что он едва не врезал ему по роже, но к счастью старинный друг и сослуживец майор Мышкин был рядом и оттащил Максима от вербовщика, который прямо там делал предложения о работе выпускникам и те были крайне заинтересованы этими предложениями.

А что же сейчас? Те самые пилоты и техники, что три‑четыре года назад уволились из ВКС и перешли в ЧВК, просятся назад. Неужели им надоело зарабатывать огромные деньги, и они из‑за тоски по военному порядку готовы вернуться? Или же и вправду испугались погибнуть ни за что в одном из таких пиратских рейдов? Раньше не боялись, а теперь что изменилось? Что‑то здесь нечисто! Максим подозрительно посмотрел на личное дело Альдо Алонсо. Есть вероятность, что директор ЧВК, где работал отставной лейтенант, решили внедрить в его полк шпиона, а возможно и угонщика. И это происходит именно тогда, когда ВКС активно получает новые машины, которые более приспособлены для охраны конвоев. Надо будет как следует понаблюдать за этим испанцем русского происхождения. Пусть служба безопасности проверит этого Альдо, а потом им займётся сам Максим. За те девять лет, что прошли с первого в истории космоперехвата, он научился неплохо разбираться не только в космических кораблях, но и в людях.

Глава 2. Новые машины

Альдо удивленно рассматривал, стоящие в ряд, шесть диковинных машин. Крытый ангар поистине исполинских размеров с трудом вмещал в себя новые сверхсекретные космо… Альдо даже не знал, к какому классу относятся эти корабли. То, что это не перехватчики можно говорить с уверенностью, но это и не гражданские корабли. Различных яхт грузовиков и космопоездов Альдо насмотрелся вдоволь и мог биться об заклад, что эти шесть машин не имеют с ними ничего общего.

По виду они больше всего напоминали угловатые пончики. Только метров тридцать в диаметре. Но, несмотря на чудаковатой и нелепый вид, опытный глаз космического бойца сразу определил, что это военные корабли. Геометрические обводы, предназначенные для наименьшей радиолокационной заметности, никаких лишних выступающих частей и что‑то хищное во внешнем виде. Будто от них исходит незримая опасность.

Но не один Альдо рассматривал новые машины с интересом. Девять офицеров, замерших в одном строю с Альдо, точно так же, как и он с удивлением разглядывали сверхсекретные машины, на которые им предстоит переучиваться.

– Перед вами новейшие корабли класса «дальний космоистребитель», – довольный произведенным на подопечных эффектом, заговорил полковник Берёзов, выходя перед строем. – По приказу министерства обороны, мне поручено в кратчайший срок создать эскадрилью первых в своём роде истребителей, главной задачей которых будет обеспечение безопасности конвоев, перевозящих ценные ресурсы.

Альдо ещё раз взглянул на новый дальний космоистребитель. От внешнего вида вопросов возникало не мало. Если это истребитель, то где же его вооружение? Современный космоперехватчик раз в пять меньше этого бублика, но на нем легко заметить ракетные установки. Раньше, на самых первых перехватчиках их делали монолитными с корпусом корабля, но вскоре от этого пришлось отказаться в угоду новым тактикам боя. Старые перехватчики могли совершать пуски ракет только прямо по курсу, но в условиях космического перехвата, где изменение направления полёта даже на пару градусов может занять несколько минут, было решено сделать ракетные установки поворотными, чтобы можно было пускать ракету в совершенно любую сторону. В частных военных компаниях на вооружении стоят кастомные истребители, переделанные из гражданских яхт. Они вооружены гиперскоростными турелями, которые так же находятся на внешних установках для возможности ведения огня в любую сторону. Здесь же не видно ни того, ни другого.

– По глазам вижу, – улыбаясь, продолжал полковник, – что вам не даёт покоя один вопрос. Из чего же эта хреновина стреляет?

По строю пробежали смешки и на лицах пилотов появились ухмылки.

– У кого какие догадки?

– Ракеты спрятаны во внутренних отсеках! – озвучил свою догадку один из пилотов, – Из‑за размера истребителя, появится возможность брать их в изрядном количестве!

– Неверно, – покачал головой полковник. – Ещё есть догадки? – он провел по строю взглядом и остановился на Альдо. – Лейтенант Алонсо, Вы же служили в ЧВК на сопровождениях конвоев. Какие есть мысли на этот счёт?

– Думаю ни ракет, ни турелей здесь нет, – немного подумав, заговорил Альдо, – Ракеты, используемые на космоперехватчиках слишком дорогие для подобных операций. Два‑три пуска стоят как весь груз в среднем космопоезде. В своё время именно из‑за стоимости подобных конвоев логистическим компаниям пришлось отказаться от услуг военных. Так что ракет тут быть не должно. Но и турелей не видно. А их внутрь корпуса спрятать сложнее. Да и эффективность огня гиперскоростными боеприпасами крайне низка. Наверняка ими можно поразить цель только на очень малом расстоянии, что подвергает опасности сам дальний истребитель – можно попасть под огонь пиратов. Так что эта идея отпадает тоже.

– Неплохо! – кивнул полковник, про себя отмечая, что акцента или грубых ошибок в речи испанца все‑таки нет. – Сразу видно, что на конвоях поработать пришлось! Но чем все‑таки вооружен новый истребитель?

В ответ последовало лишь молчание, и Максим про себя отметил, что раз опытные пилоты, стоя прямо рядом с новым кораблем, не могут понять принцип работы его оружейных систем, то предполагаемому противнику будет еще сложнее выяснить, из‑за чего их корабли прекращают существование один за другим. А то, что будет именно так, Максим не сомневался. Судя по техническим характеристикам, с которыми накануне он ознакомился, у пиратов не будет ни шанса. Конечно, в бою дальнему истребителю с космоперехватчиком не тягаться, но против пиратов – самое то.

– Кто‑нибудь из вас смотрел старые советские фильмы о приключениях Шурика? – обращаясь ко всем, заговорил полковник, и пара человек утвердительно кивнули. – В принцип работы синхрофазотрона входит ускорение заряженных частиц магнитным полем…

Глаза Альдо невольно расширились от удивления. Ни про какого советского космонавта Шурика он не слышал, но что такое ускоритель заряженных частиц в общих чертах знает. Но суметь поднять синхротрон в космос и лупить заряженными частицами по другим кораблям… Этого он никогда бы не догадался. А вообще идея неплохая. Энергии на каждый выстрел будет уходить, конечно, немало, но это всяко дешевле ракеты космоперехватчика. Плюс практически неограниченный боезапас. Да и скорострельность, наверное, неплохая. Интересно узнать прицельную дальность подобной стрельбы. И последствия попадания тоже.

Глава 3. Конвой

Военный коммуникатор, расположенный на предплечье, несильно завибрировал, и Альдо потянулся к нему, отключая будильник. Через час наступит его смена нести караул, и он должен успеть привести себя в порядок. Кабина и небольшая каюта для сна в дальнем космоистребителе были обставлены совсем не богато со свойственным для военных минимализмом. Данный конвой, идущий с Марса на Луну, рассчитан на шестьдесят шесть часов, а это почти трое суток в космосе. Без удобств такое путешествие не пережить, но, к счастью, в дальний истребитель конструкцией предусмотрены душ, микроволновка, фитнес дорожка и возможность подключения личного коммуникатора к бортовым мониторам. Никаких излишеств – минимум, который необходим для путешествия в несколько дней. В истребителях частных военных компаний, переделанных из круизных и туристических яхт, роскоши и свободного пространства было не в пример больше, но на них не было таких мощных оружейных и радиолокационных систем, как на военных машинах. А если выбирать между смертью в комфорте и жизнью в сносных условиях, Альдо выбирал последнее. Особенно сейчас, когда его жизнь резко изменилась.

Еще немного понежившись в кровати, он наконец‑то поднялся на ноги и ощутил небольшую легкость. Встроенный в коммуникатор акселерометр показывал значение в 0.925 G, которое плавно опускалось. Значит близко середина маршрута. Ещё при самых первых путешествиях в дальний космос пилоты пришли к выводу, что комфортнее всего двигаться с постоянным ускорением в девять и восемь метров секунду в квадрате, что равно ускорению свободного падения на Земле. При таком ускорении космического корабля на его борту возникает аналог гравитации и люди могут ходить, сидеть, лежать, словно находятся на Земле. В середине маршрута двигатели включали на реверс, и они начинали работать в обратном направлении, замедляя ход корабля с тем же самым ускорением в девять целых восемь десятых метров в секунду за секунду. Из‑за этого пол и потолок меняются местами, но зато комфортные условия пребывания на корабле сохранялись. К счастью подобные эстетические неудобства давно были решены технически. Инженеры быстро смекнули, что жилое пространство космопоезда можно сделать независимым от его основной конструкции и поставить на шарниры. Иными словами, оно может вращаться прямо внутри самого корабля и разворачиваться потолком в ту сторону, в которую происходит ускорение или замедление. Поэтому, на протяжении всего маршрута, пол остаётся полом, потолок потолком. На дальних истребителях же это не требуется. Имея форму бублика, он может просто развернуться на сто восемьдесят градусов и продолжить полёт условным хвостом вперёд хоть такого у него и нет. Если подвести итог, то первая половина полёта происходит с ускорением, а вторая с замедлением. Вот и сейчас постепенные уменьшение ускорения говорит только об одном – близится середина маршрута.

Альдо быстро привёл себя в порядок и занял пилотский ложемент. К тому моменту, когда он вышел на связь и доложил, что готов приступить к вахте, акселерометр показывал уже 0.128G и щекочущая невесомость постепенно окутывал тело. До начала его смены оставалось ещё полчаса, и Альдо решил не тратить время даром, принявшись проверять работу автоматики. Автопилот работал как часы и синхронно с космопоездом и двумя другими дальними космоистребителями медленно производил снижение тяги двигателей. готовясь к развороту корабля.

В состав первого конвоя, в котором он сейчас принимал участие, входило три дальних космоистребителя для того, чтобы разделить сутки на три вахты по восемь часов каждая, и пилоты успевали отдохнуть. К тому же, три машины обеспечивали надежное прикрытие от возможных нападений, и Альдо был с этим абсолютно согласен. Если пираты и нападали, то обычно у них как раз три‑четыре вымпела. Но будь их даже вдвое больше, компьютерное моделирование сражения показывало девяностотрёхпроцентную вероятность победы без своих потерь.

Глава 4. Прикрытие

Максим дослушал доклад Лейтенанта Алонсо и перевёл ложемент своего космоперехватчика в положение кресла, разминая затекшие мышцы. Это у пилотов космопоезда есть достаточно пространства, чтобы прогуляться и размять ноги, у его подчиненных, что сейчас следуют в конвое на космоистребителях, пространство ограничено нескольким шагами, но все же можно вытянуться в полный рост стоя. У него же в распоряжении имеется лишь ложемент. Ни встать, ни даже лечь на живот он в нем не может, и долгие перелёты даются пилотам космоперехватчиков с большим трудом. Лети он сейчас один, то включил бы тягу двигателей посильнее, ведь трое суток пути вполне можно сократить до двух без особого дискомфорта. Пара часов с ускорением в два‑три G на старте и столько же на финальном участке пути по расчетам Максима сократили бы время пребывания в космосе где‑то часов на двадцать. Но космопоезда так не ходят. У них максимальная эксплуатационная перегрузка всего три G. Но дело даже не в этом. Никому это не надо – перегружать силовые установки, рисковать сохранностью груза, терпеть перегрузки и так далее, если можно с комфортом добраться за три дня. И, как следствие, Максиму придётся валяться в этом ложементе без возможности встать, принять душ, умыться или нормально сходить в туалет ещё около полутора суток.

О том, что он прямо сейчас следует в составе конвоя, не знает никто. Несколько человек из персонала орбитальной базы, с которой он стартовал и не вернулся, могли кое о чем смекнуть, но не более того. Ни пилоты космопоезда и уж тем более ни трое его подчиненных даже не догадываются о его присутствии в составе конвоя. А самое интересное, что радиолокационные станции космоистребителей легко бы смогли обнаружить маленький перехватчик, двигающийся параллельным курсом с основным конвоем, но направлены антенны этих станций сейчас только назад и вперёд. Отслеживать космос по сторонам не имеет никакого смысла. Атаковать конвой можно только с тыла и фронта. На таких скоростях, без знаний о точнейших координатах конвоя, пересечься с ним на скрещивающихся курсах физически невозможно. Да и если бы было возможно, то такой манёвр обречён на провал, ведь атаковать кого‑либо на такой скорости невозможно доступными для пиратов средствами. Ускоритель частиц дальнего космоистребителя смог бы произвести один залп, но вероятность попадания была бы крайне мала. Космоперехватчик мог бы выпустить в такой ситуации ракеты, но для уверенного поражения противника пришлось бы запускать сразу несколько ракет по каждой цели. Поэтому угроза для конвоя может исходить только спереди или сзади. Причём если неприятель появится прямо по курсу, то его намерения ясны – уничтожение конвоя. На встречных курсах будет лишь одна попытка на атаку и если космопоезд не будет уничтожен с первого раза, второго шанса догнать его не представится. Пока атакующие разворачиваются и набирают нужную скорость космопоезд давно сядет на Луну.

Надо сказать, что, по данным Максима, сами космопоезда, которые обычно стоят в несколько раз дороже перевозимого ими груза, стараются не похищать и не уничтожать. Похитить космопоезд сложно. Производители и логистические компании делают все возможное, чтобы угон был неосуществим. Различные датчики слежения, спрятанные в разных частях кузова, ключи и коды запуска, которые генерируются и меняются случайно каждые несколько дней и так далее. Уничтожать же космопоезда не выгодно для самих пиратов. Если трафик перевозок уменьшится, то понесут убытки и они. Так что для всех лучше, если все оставалось бы как сейчас и пираты воровали бы только груз, а не сами космопоезда.

Поэтому главное направление для атаки на конвой – это всегда тыл. Корабли противника должны иметь небольшое превосходство в скорости, чтобы догнать космопоезд, затем разделаться с его охраной, если таковая существует, выйти на связь с его пилотами и под угрозами уничтожения скорректировать его курс в заранее заготовленную точку в глухом космосе, где и завладеть им окончательно. Так что угроза может прийти только с двух направлений и следить за остальными не имеет большого смысла. Правда, будь он сейчас пилотом дальнего космоистребителя, он бы на всякий случай «поглядывал» и по сторонам, но на этот счёт Максим тоже подстраховался и во время инструктажа запретил перенаправлять антенны РЛС куда‑либо, кроме как вперёд и назад под предлогом более внимательного слежения за приоритетными направлениями. Таким образом, летящий в стороне от конвоя космоперехватчик все это время оставался незамеченным для того, чтобы в случае нападения, можно было подстраховать своих подчиненных, все‑таки это первое боевое испытание новых машин. Во всяком случае, так он сказал начальству, когда согласовывал свой вылет. Неофициальная же версия немного иная. Максим до последнего не доверял вернувшимся из ЧВК ветеранам, которых взял в эскадрилью. С любой иной точки зрения это было правильно – направить именно их на сопровождения конвоев, ведь опыт в этом у них был. Но угроза, что они окажутся засланными агентами, никуда не пропадала, и сейчас все трое таких ненадежных пилотов следуют в конвое, а Максим тщательно слушает их радиообмен и наблюдает за показаниями приборов пассивного слежения.

Глава 5. Новый манёвр

Три отметки на мониторах РЛС появились прямо по курсу, едва Альдо заступил в свой караул. Сразу вызывать по связи сослуживцев он не стал, ведь ситуация была не типичная и кое‑что следовало обмозговать. Никогда ещё на его памяти пираты не ходили в лобовую атаку. Толку от этого особо не было, ведь лобовая атака годится лишь для полного уничтожения цели, но никак не для его захвата, а в уничтожения конвоя нет никакого смысла. Да и для пиратов с их системами вооружения, уничтожить что‑то на встречных курсах – задача довольно сложная. Особенно в середине пути, когда скорость у космопоезда максимальна. Но если им на встречу летят не пираты, а космоперехватчики? Например, Объединённые Арабские Эмираты. Арабы относительно недавно обзавелись своим военным космофлотом и пыжатся всем доказать свою значимость. Если это так, то дела плохи. Против трёх космоперехватчиков, даже арабских, им не выстоять. Но паниковать ещё слишком рано. До контакта с ними ещё очень далеко и есть время подумать. А пока Альдо увеличил мощность своей РЛС и попытался собрать больше данных. На таком расстоянии точный курс возможного неприятеля определить сложно, но скорость сближения узнать можно. И она, как ни странно, очень невелика. Альдо задумался. Выходит так, что неприятель, а то, что у него на радаре именно неприятель он уже не сомневался, идёт не встречным курсом, а тем же что и конвой. Только с меньшей скоростью. Иными словами, конвой догоняет неприятеля, а не наоборот. Такой манёвр он видит впервые и надо признаться, что пираты стали весьма находчивы. Учитывая последние данные по скорости сближения, Альдо уверенно отбросил версию, что впереди могут быть вооруженные силы какой‑либо страны. Но чтобы выйти на тот же курс, что и конвой, надо очень постараться и для этого надо иметь данные по точному его маршруту. Очень точному! Ведь, малейшее отклонение от изначального плана полёта космопоезда, сделает невозможным такой манёвр, а пилоты космопоездов часто любят немного отклониться от маршрута на тот случай, если в диспетчерской есть человек, кто продаёт информацию пиратам.

А тут пираты безошибочно вышли на маршрут конвоя. Значит, им кто‑то поставляет данные по фактическому местоположению, направлению и скорости движения прямо во время полёта. Получается, что в конвое есть предатель. Альдо прикинул, возможно ли с космоистребителя послать данные так, чтобы никто другой из состава конвоя не заметил канал связи. По всему выходило, что можно. Узконаправленный сеанс связи на космоистребителе предусмотрен. В том, что предатель находится не на космопоезде, Альдо был уверен ведь будь это так, то он предупредил бы своих хозяев о конвое из трёх военных машин и пираты не рискнули бы сталкиваться с боевыми кораблями. Значит, как минимум один из пилотов космоистребителей работает на пиратов, и он уверен, что успеет избавиться от двух других до того, как его сообщники подойдут на расстояние применения ускорителя частиц. Более или менее план пиратов ясен. Не ясна только их цель. Зачем так рисковать из‑за какого‑то там груза вольфрама, который перевозит космопоезд. Ведь все может пойти не так, как они запланировали. Прямо сейчас Альдо может попытаться вычислить, кто из двух его сослуживцев предатель, и взять его на прицел. После уничтожения предателя, разделаться с пиратами не составит труда. Значит цель миссии – не груз, а космоистребитель. Сами пираты не смогут его использовать, ведь на нем стоят системы безопасности не хуже, чем на космопоездах, да и для обслуживания такой сложной техники нужна целая инфраструктура, а у пиратов её быть не может. Но можно его продать! Разведка любой страны предложит очень хорошие деньги за подобную машину. Причём больше других предложит именно Россия.

Альдо обновил радиолокационные данные и пришёл к выводу, что без стрельбы сегодня не обойдётся. По скорости сближения выходило так, что до дистанции применения оружия по пиратам остаётся около пяти часов. Лучшим решением в такой ситуации было бы вообще не вступать в бой, а попытаться изменить курс и уклониться. Но все возможные симуляции, просчитанные им на компьютере, показывали, что корабли пиратов на данный момент способны скорректировать свой курс так чтобы неизбежно пересечься с конвоем, ведь их корабли гораздо более энерговооруженные, чем космопоезда.

Итак, когда и с целью пиратов он более или менее разобрался, осталось понять, кто из сослуживцев предатель и придумать как выйти из этой ситуации победителем.

Глава 6. Весомый аргумент

Еле уловимое чувство тревоги, щекочущим комочком, поселилось в груди Максима, прогоняя сон. Игнорировать воинское чутье, развившееся у него после перевода в эскадрилью космоперехватчиков, было бы верхом наивности. Максим проверил показания приборов, работающих в пассивном режиме, но все было в порядке. Конечно, без включённого радара полную картину происходящего не увидишь, но космопоезд все так же двигался равномерно замедляясь, а три космоистребителя зависли вокруг него. Происходило это на самом краю оптической видимости, на которую был способны камеры перехватчика и три пиксельных бублика шли ровным треугольником, в центре которого располагалась громада космопоезда. Хотя, если присмотреться, небольшая асинхронность в их построении все же была. Машина Альдо Алонсо, который четыре с половиной часа назад заступил на дежурство и сейчас выполнял функции вахтенного офицера, немного отдалилась от космопоезда. Неужели автопилот глючит? Или лейтенант Алонсо что‑то задумал. Максим прислушался к своей интуиции, которая потревожила его сон. Нет, что‑то точно происходит. И в эту секунду, подтверждая его беспокойство, приборы, установленные на его космоперехватчик, зафиксировали электромагнитный всплеск, означающий запуск ускорителя частиц. Кто‑то из пилотов космоистребителей приводит орудийные системы в боевую готовность.

– Боевая тревога! – заговорил лейтенант Алонсо, – Прямо по курсу три неопознанных вымпела, идущих тем же курсом с замедлением. Из данных телеметрии, делаю вывод, что в конвое присутствует тот, кто навёл их на нас! Приказываю орудийные системы не запускать! Первый, кто их запустит, моментально будет воспринят мною как потенциальный предатель и будет уничтожен.

Максим от услышанного чуть было не подскочил с ложемента, рискуя удариться головой о мониторы систем управления. Он немедленно бросился приводить орудийные системы своего космоперехватчика в боевую готовность. К счастью, в отличие от космоистребителя, засечь эти приготовление со стороны практически невозможно и делается это гораздо быстрее. Мысли проносились в голове с огромной скоростью, оценивая ситуацию. Если верить словам Альдо, то он рассчитал верно, и у него есть все шансы расправиться с предателем раньше, чем тот запустит ускоритель частиц. На запуск требуется секунд тридцать‑сорок, на прицеливание же уйдёт секунд пять, учитывая короткую дистанцию. Даже если в конвое два предателя, у него есть все шансы успеть уничтожить обоих за это время. У орудийного ускорителя частиц есть несколько режимов ведения огня в зависимости от дистанции. Чем меньше дистанция до цели, тем меньше времени требуется на прицеливание, необходимое для поражения. Иными словами, для поражения цели на значительном удалении, прицеливаться необходимо гораздо более тщательно, а если цель как сейчас в зоне прямой видимости, то скорострельность сильно возрастает. На минимальной мощности залп можно совершать примерно раз в пять‑десять секунд в зависимости от расторопности оператора. Но, вот на бой с пиратами времени совсем не остаётся. Конечно, если он вообще собирается отбивать их атаку. Возможно, это все хитроумный план по запудриванию мозгов и Альдо сам является предателем.

Тем временем канал связи ожил. Оба пилота, верность которых поставил под сомнение Альдо, принялись уговаривать его изменить решение и прекратить самоубийственную затею, аргументируя это тем, что один он с пиратами не справится, а до момента, когда они подойдут на расстояние ведения огня, остаётся всего двадцать минут. Альдо же сначала молчал, не отвечая на уговоры, а потом и вообще запустил помехи в связи, лишая всех вокруг возможности пользоваться радио. Лишь запущенный ускоритель частиц его истребителя молчаливо напоминал окружающим, что он не шутит и своего решения не изменил.

Сам Максим не мог проверить информацию о дистанции до пиратов, но если верить разговорам, услышанным в эфире, до них двадцать минут. Даже иди они на встречных курсах, РЛС космоистребителя засёк бы их гораздо раньше, но они идут тем же курсом с замедлением. Значит Альдо видит их уже часа три и все это время молчит. Ситуация крайне запутанная, и понять, кому тут верить, невозможно.

Но Максим не собирался играть в эти шпионско‑детективные игры. Он немедленно включил свою РЛС, наконец‑то получая тактическую обстановку, и сразу совершил захват шести целей, беря обстановку под свой контроль. К счастью, боезапас космоперехватчиков ещё несколько лет назад увеличили как раз до шести ракет. Прямо сейчас Максим мог уничтожить все реальные и потенциальные угрозы одним махом. На пиратов ему было, откровенно говоря, пофиг, но вот терять три космоистребителя он не хотел. На любой военной машине стоит оборудование, сообщающее о наведённых на нее ракетах. Вот и сейчас всем троим его подчиненным оглушительный писк максимальной степени опасности сообщил о присутствии в непосредственной близости ещё одного игрока, гораздо более серьёзного, чем они. Альдо колебался секунд пять, раздумывая, что это может значить и выключил постановщик помех в эфире.

– Говорит полковник Берёзов. Всем космоистребителям заглушить орудийные системы. Даю тридцать секунд, – как можно суровее сказал он и принялся ждать.

Шкала датчика электромагнитных излучения определяющий работу синхротрона поползла вниз. Значит, лейтенант Алонсо подчинился.

– Товарищ полковник, докладываю, – вышел на связь Альдо, – около четырёх часов назад мною были обнаружены три неопознанных корабля, следующих тем же курсом что и конвой. По скорости и траектории сближения мною был сделан вывод, что выйти на наш курс без знания точного маршрута следования невозможно, а значит, среди конвоя есть предатель. Сразу боевую тревогу решил не поднимать, в попытке скомпрометировать предателя, но, когда до контакта с неприятелем оставалось совсем мало времени, решил действовать открыто. К счастью, именно я оказался вахтенным офицером в тот момент, когда появился неприятель.

– Поэтому я и назначал вахты непосредственно перед самым вылетом, – ответил Максим, наблюдая за показаниями радара. Пираты, почувствовав, что все идёт не по плану, начали увеличивать скорость и уходить с маршрута. – Пираты уходят. Придется немного пострелять. Не отпускать же их, в самом деле!

– Разрешите, – снова заговорил Альдо.

– Нет! Никому орудийные системы не запускать! С ними я сам разберусь, – перебил его полковник. Максим четко дал понять, что никому до сих пор не доверяет.

– Стрелять, возможно, не придётся, – начал пояснять Альдо. – Достаточно просто выйти на связь и предложить им сдаться. Что‑то мне подсказывает, что они согласятся, учитывая обстановку. Космоперехватчик на дистанции эффективного пуска ракет – это весьма серьезный аргумент.

– Чувствуется опыт в борьбе с пиратами, – оценил предложение Максим.

Он включил радиостанцию на большую мощность и на открытой частоте предложил пиратами сдаться, а затем следовать на Луну на том же расстоянии от конвоя, что и сейчас. Для надежности предложение о сдаче он повторил на английском языке. Как и говорил Альдо, пираты не отказались от сдачи, предпочитая её бессмысленной гибели.

Глава 7. Подходящий стимул

К счастью, шумихи в общественности по поводу сразу двух неудачливых угонщиков, которые затесались в ВКС на сопровождение конвоев, удалось избежать. Сразу после приземления пираты сдали обоих своих подельников, а записи сеансов связи с бортовых компьютеров космоистребителей пилотируемых предателями подтвердили сказанное. Так что наличие в конвое смекалистого лейтенанта Альдо Алонсо спасло не только три секретные боевые машины, но и репутацию Максима. Конечно, не будь самого Максима в конвое, неизвестно чем бы вся эта история закончилась, ведь шансы справится с двумя предателями с не запущенными орудийными системами и тремя пиратами были пятьдесят на пятьдесят, и все зависело бы от расторопности и профессиональных умений Альдо.

Единственное из‑за чего переживал Максим – это сорвавшиеся боевые испытания новых машин. Изначально расклад сил идеально подходил для этого. Но спустя пару дней после приземления и тщательного расследования, от этих переживаний не осталось и следа. Все три машины пиратов, взятых в плен, оказались в собственности у одной частной военной компании, а пилоты официально проходили контрактную службу в ней. Все подозрения и догадки Максима были полностью подтверждены. ЧВК и являлись пиратами на самом деле, а двое из троих пилотов решивших так своевременно вернуться в ВКС, оказались их агентами. Не решённый вопрос оставался только один – что делать с Альдо, ведь изначально на его счёт подозрений у Максима было больше всего. И то, что он предотвратил угон космоистребителей, не означает, что он не является агентом другой ЧВК. И просто благодаря случаю убрал одних из главных конкурентов с рынка услуг, завоевав своей фирме новые заказы.

Максим не стал спешить с решением насчёт Альдо и захотел во всем самостоятельно разобраться. Он запросил у службы безопасности все данные, которые только были на лейтенанта Алонсо, и принялся внимательно их изучать. Все что лежало на поверхности – дипломы об образовании, записи по трудовой книжке, судимости родственников и так далее, подозрительными не казались, а вот выписки по кредитным и зарплатным банковским картам его насторожили. Незадолго до увольнения из ЧВК, Альдо, не имевший никогда иных карт, кроме зарплатных, заводит себе кредитку и использует ее параллельно с зарплатной банковской картой. И покупки по кредитке проходят в основном в продуктовых магазинах Подмосковья. Хотя сам он зарегистрирован в Москве с момента окончания военного училища. Плюс покупки эти совершаются им тогда, когда ничего покупать он не мог, ведь был в этот момент в космосе. Максим задумался – в принципе ничего необычного в этом нет. Он мог завести кредитку для кого‑то из родственников, кому нужна материальная помощь. Но только никто из его родственников даже близко не живет от того места, где платят кредиткой чуть ли не каждый день. Наверняка объяснение для всего этого есть, и оно вполне безобидное. Может девушку себе нашёл и завёл кредитку для неё. Многие так делают.

Максим закрыл файл с данными о покупках по кредитке, и собрался было открыть данные по покупкам с зарплатной карты, но ненадолго остановился. Не нравилось ему это занятие. Будто в грязном белье копается. Но дело есть дело, и бросать его на полпути нельзя. Он решительно отмёл малодушные мысли и открыл файл. Буквально через пять минут просмотра, Максим улыбаясь, развалился в кресле. Среди самых обычных магазинов, в которые ходит Альдо, были детские. Покупка на сорок тысяч в магазине, торгующем колясками, поставило все на свои места. Альдо не просто завёл себе девушку, о которой не спешил распространяться. Они ждали или уже родили ребёнка. А ребёнок – это подходящий стимул уйти из частной компании с мутными схемами операций, где ты являешься то охотником, то жертвой, и вернуться в проверенную и серьёзную государственную организацию.

Часть 3. День, которого не было. Глава 1. Ведомый

Альдо считал, что ему крупно повезло родиться в середине двадцать первого века. Человечество прямо на его глазах семимильными шагами прокладывает себе путь в космос, а он зачастую сам выполняет роль первопроходца. Раз за разом ему доводится управлять новейшими видами техники, бывать там, где человечество ещё никогда не бывало, выполнять все новые и новые задания. Печалило только одно – какой ценой это дается. Почему‑то прогресс в освоении космоса обеспечивала беспрецедентная гонка вооружений. Колоссальная отрасль экономики подчинила себе бюджеты пустившихся в гонку стран. Кто владеет космосом, тот владеет всем. Возможность наносить орбитальные удары практически моментально и по абсолютно любым точкам Земли была чертовски соблазнительна. Так что развитый космический флот, хоть и стоил чудовищно дорого, но также давал беспрецедентные политические преимущества на международной арене. Хорошо, что издержки хотя бы частично снижались благодаря прогрессу в науке. Тот прорыв, что был обеспечен технологическими достижениями в области двигателестроения, позволил чуть ли не на порядок снизить стоимость вывода грузов на орбиту Земли. Химические реактивные двигатели достигли апогея своих возможностей ещё в конце двадцатого века. Поистине варварской способ вывода кораблей в космос. В основе современного двигателя лежит термоядерный синтез и водородное топливо. Этот тип двигателя на порядок превосходит химические ракеты прошлого, но все равно не делает стоимость полетов сравнимыми с атмосферной авиацией. Тем более именно вывод корабля на орбиту Земли составляет львиную долю энергетических затрат и ресурса двигателя. Поэтому несколько лет назад наконец‑то был реализован проект первого космолифта. Несмотря на то, что самой идее более полутора веков, технически воплотить её в жизнь было невозможно из‑за отсутствия материалов необходимой прочности. Суть в следующем: к плавающей в океане на широте экватора платформе прикреплен трос, ведущий прямо на геостационарную орбиту. Земля своим вращением создает центробежную силу. Эта центробежная сила и удерживает трос от падения. Без малого тридцать шесть тысяч километров вертикально вверх. Геостационарная орбита используется уже более ста лет, и с выводом на нее кораблей проблемы нет. Есть проблема в том, чтобы создать и спустить вниз трос такой длины. Ни один из существующих материалов не выдержит таких нагрузок на разрыв. Поэтому был разработан и в огромных масштабах синтезирован новый материал – углеродные нанотрубки. После череды проб и ошибок, неудач и аварий наконец‑то удалось спустить с орбиты трос, и теперь весь персонал и все грузы поднимают в космос на лифте, который передвигается вдоль этого троса.

Но у России пока нет своего космолифта, да и границы государства далеки от экватора. Поэтому военные, для доставки персонала на орбиту, по‑прежнему пользуются челноками. А лифт используется преимущественно в гражданских целях. Иронично, что ученые, открывшие материал для троса космического лифта – графен, российского происхождения, но Россия катастрофически отстает в этой области науки и инженерии.

Но зато в области межпланетных путешествий, отставания почти нет. Совместный с Китаем проект по созданию космического авианосца был закончен всего на полгода позже окончания аналогичных работ в США. Идея с самого начала была интересная и очень нужная. Космоперехватчик не может путешествовать на дальние расстояния. Во‑первых, объем носимого топлива сильно ограничен. И так большую часть объема космоперехватчика занимают баки со сжатым водородом. Хоть КПД атомного двигателя кратно превосходит КПД старинных химических двигателей, но по своей сути он все так же остается реактивным двигателем. В космосе не от чего оттолкнуться. Автомобиль получает ускорение, отталкиваясь от дороги, корабль использует для этого воду, самолет воздух. А в космосе ничего этого нет. Поэтому единственным способом получить ускорение в космосе является преобразование внутренней энергии топлива в кинетическую энергию реактивной струи рабочего тела. Нужно кинуть что‑то назад чтобы полететь вперед. Атомный двигатель просто имеет большую скорость этой самой реактивной струи. Так что возить с собой топлива по‑прежнему приходится очень‑очень много, а космоперехватчик быть большим не может.

Вторая причина, по которой дальние путешествия для нас невозможны – это условия в которых приходится находиться пилоту. Пролежать в одном положении пару суток можно. Берёзов Максим в своем знаменитом сопровождении конвоя провалялся так аж трое суток. Но это крайне негативно сказывается на состоянии пилота и его возможности вести бой.

А что же теперь? Двенадцать каплевидных и полностью зеркальных космоперехватчиков самой последней модели были пристыкованы к авианосцу, и Альдо третьи сутки не переставал восхищаться человеческому гению, создавшему это чудо техники. Визуально авианосец снаружи был похож на космопоезд. Но это только снаружи. Мощные радиолокационные станции, боевые лазеры, постановщики радиопомех, пусковые установки ракет малой дальности, повышенная живучесть, более мощная силовая установка и самое главное – внушительный запас топлива и ракет для перехватчиков. А самое главное – это отдельные кубрики для всех членов экипажа, возможность принять душ, горячая еда, спортивные тренажеры и еще много‑много того, что скрасит пребывание в путешествии к далеким планетам. Двигался авианосец примерно так же, как и космопоезд. Сначала ускорение в один «G», потом замедление. Если не было спешки или полет предстоял дальний, то середину пути авианосец проходил в нулевом ускорении.

Палубные, если их так можно назвать, космоперехватчики тоже подверглись модернизации. Во‑первых, уменьшилась емкость баков. Вблизи авианосца космоперехватчику не нужно совершать перелеты длинной в несколько дней. Машина стала меньше и легче. А второе ноу‑хау заключается в том, что корпус космоперехватчика стал полностью зеркальным. С год назад на вооружение массово стали поступать боевые лазеры. Инновация казалась крайне перспективной, но очень скоро выяснилось, что подходит она только для ближнего космического боя. Обеспечить наведение на двигающуюся и маневрирующую цель с расстояния в жалкие две‑три тысячи километров оказалось практически невозможно. Ошибка всего в одну угловую секунду даст отклонение аж в пятнадцать метров. Фронтальная проекция космоперехватчика в диаметре чуть больше трех метров. А покрыв корпус тугоплавкой зеркальной пленкой, конструкторы обезопасили машину практически от любого воздействия боевых лазеров. Нанести урон можно разве что массированным воздействием со сверхмалых расстояний. Так что лазеры ставят в основном как средства ПВО для уничтожения ракет. С развернутой антенной РЛС, летящие относительно по прямой, без зеркальной защиты они являются неплохой мишенью для боевых лазеров.

– Разговаривал с капитаном, – к замершему в невесомости возле иллюминатора Альдо беззвучно подплыл полковник Берёзов. – Тут даже защиту от космической радиации поставили.

Альдо, которого отвлекли от раздумий и созерцания космоса, обернулся к командиру и удивленно посмотрел на него.

– Магнитное поле? – предположил Альдо.

– В точку! – улыбнулся Максим. Смекалистость капитана Алонсо всегда его восхищала. – Мало им было сделать толстый корпус, так они еще и излучатель магнитного поля в обитаемый отсек поставили. Скоро вообще в космос жить переберемся.

– Нууу… – улыбнулся Альдо. – Магнитное поле спасет только от заряженных частиц. Быстрые нейтроны удастся погасить только плотной атмосферой планеты. Ну или если зарыться под землю.

– Верно мыслишь! – похвалил Максим. Но заряженных частиц тоже неплохо было бы уберечься. Особенно туда, куда мы направляемся.

– Тут не поспоришь, – согласился Альдо. – Возле Юпитера без должной защиты от радиации долго не проживешь. Поэтому его многочисленные спутники до сих пор не колонизируют. Говорят, на Европе радиация за двадцать минут человека изжарит. Даже тараканы не приживутся.

– Но только не на Каллисто! – за спинами беседующих Максима и Альдо раздался голос молодого офицера.

– Ааа! Николай! – полковник по‑отечески похлопал по плечу подлетевшего к иллюминатору лейтенанта. – Знакомы?

Альдо внимательно посмотрел на молодого парня в черно‑голубой военной форме. На вид ему было от силы лет двадцать. Видимо только‑только окончил летное училище.

– Альдо, – капитан протянул руку Николаю.

– Я знаю, – скромно улыбнулся лейтенант и крепко пожал её.

– Что‑то не припомню чтобы мы были знакомы, – удивился Альдо.

– Мы не знакомы, – пояснил Николай. – Просто кто же не знает знаменитого Альдо Алонсо?

– Хех, – у полковника вырвался смешок. – Слава опережает тебя!

В ходе беседы выяснилось, что молодой Николай не только знает абсолютно всё про цель их назначения – спутник Юпитера Каллисто, он знает все, что возможно знать, про самого Альдо. Если бы кто‑то наблюдал их разговор со стороны, то ему могло бы показаться, что молодой фанат встретил своего кумира. Николай разве что в рот Альдо не заглядывал. Сам Альдо был не на шутку обескуражен таким поведением незнакомого человека. Да, несколько раз приходилось участвовать в настоящих сражениях, но это было совсем не так героично и поэтично, как могло бы показаться. Война, объявленная пиратству, давно закончена, и серия отгремевших битв дала пищу для размышлений над тем в каком направлении должны развиваться ВКС. Авианосец, на котором они находятся, – один из показательных примеров. Но так уж вышло, что Альдо принимал участие почти во всех операциях против пиратов и если приходилось драться, то дрался как подобает офицеру ВКС. Но из уст молодого лейтенанта это звучало так, будто он в одну каску размотал всех пиратов во всех системах. Когда удалось избавиться от молодого лейтенанта, Альдо вздохнул с облегчением. Не по нутру ему такое отношение.

– Это кто такой? – шепотом спросил он у Максима.

Полковник, тихо посмеивающийся над забавной ситуацией, вмиг посерьезнел и заглянул Альдо в глаза, что‑то прикидывая в уме.

– Ты почему в ВКС пошел? – неожиданно спросил полковник.

– Всегда мечтал о космосе, – пожал плечами Альдо, понимая, что затронул больную тему.

– Ты же был из самого первого набора в училище по специальности Космоперехватчик?

– Угу.

– Если ты знаешь, мы с подполковником Мышкиным были первыми, кто освоил эту специальность. Я уже тогда был старше, чем ты сейчас. Но мы были далеко не первыми смельчаками кто ринулся покорять космос. Первая научная партия, отправленная на Марс, состояла преимущественно из ученых. Военных там не было. Брали туда и мужчин, и женщин. Вахта длиною в полгода, сам понимаешь… Семейные пары были в приоритете. Так вот родители Николая были среди этих ученых. Оставили двенадцатилетнего парня с бабушкой и полетели космос покорять. Ты же знаешь, что случилось с той экспедицией?

Альдо молча кивнул.

– После этого случая и были созданы ВКС, объявлен набор в летное училище на новую специальность, да вообще… – он обвел руками пространство вокруг, – все это.

– Это Вы помогли ему с поступлением в училище? – понимающе спросил Альдо.

– Да, – признался полковник. – После смерти родителей, бабушка у него немного того… – он покрутил пальцем у виска. – Приглядывал за пареньком, советы давал. Ну и сам понимаешь… Знакомых у меня там полно. А по здоровью и успеваемости он и сам проходил.

Альдо совершенно по‑иному взглянул на командира. То, что Максим зачастую проявляет, казалось бы, неуместное внимание к подчиненным знали, пожалуй, все. Но чтобы вот так. Позаботиться о незнакомом подростке, помочь, поддержать, подтолкнуть в нужную сторону.

– Кого еще из пилотов на борту я могу не знать? – сменил тему Альдо.

– Так, – задумался Максим, – кроме Николая есть ещё двое молодых. Остальные пилоты ветераны. Их должен знать. Все пилоты поделены на три вахты по восемь часов, в каждой шесть человек. Мы с тобой в одной эскадрильи. Первая пара – я и подполковник Мышкин, вторая пара братья Альберт и Марат Сабировы. Они вроде из одного с тобой выпуска. Ну и третья пара ты с Николаем.

– Что? – вырвалось у Альдо. – А почему? В смысле…

– Николай так хотел быть твоим ведомым, – не без улыбки пожал плечами Максим. – Я не смог ему отказать. А что, есть возражения?

– Ну… – вздохнул Альдо, усердно перебирая в голове возможные аргументы. – Никак нет, – смирился он.

– Ну и отлично! – подытожил Максим, оттолкнулся от поручня и поплыл по коридору.

«Во влип!» – подумал Альдо. «Детский сад. Ну за что мне все это?» – накручивал он себя. Все, кроме него, были слетанными парами и разделять их никто бы и не подумал. Мышкин ведомый Берёзова с незапамятных времен. Туда даже лезть не стоит. Братья‑близнецы Сабировы ещё в училище взяли себе позывные Кама один и Кама два, заведомо закрепляя за собой работу в паре. С тех пор никому и в голову не приходило разделить их. Похоже, деваться некуда…

Глава 2. Перекроить тактику

На пятые сутки авианосец вошел в кольцо астероидов, и появилась угроза столкновения с одним из них. Вообще можно миновать эту относительно небезопасную область, попросту облетев её. Дело в том, что все привыкли воспринимать модель солнечной системы двумерно. Вот плоскость эклиптики и в ней вращаются планеты, карликовые планеты и астероиды. По ней‑то мы и путешествуем. Но всегда можно сделать дугу, немного «подпрыгнув» над этой самой плоскостью. Да, путь по прямой всегда короче, но зато не придется рисковать, проходя сквозь опасное астероидное кольцо. В этот раз, командование решило, что тратить энергоресурс на огибание пояса астероидов нецелесообразно и авианосец пошел прямо через него. Воображение человека обычно рисует столкновение с астероидом как удар камня размером с баскетбольный мяч. Вот прилетел такой камень и пробил дырку. Разгерметизация, паника, улетающие в космос люди. Чушь! Столкновение с таким метеоритом уничтожит корабль буквально в миг и сразу целиком. Опасность представляют даже микрометеориты размером с песчинку. Серьезные проблемы начнутся от камушка размером с рисинку. Камень размером с грецкий орех практически наверняка поставит жирную точку на всей миссии. К счастью, шансы встретиться с метеоритом довольно мала. Но не равна нулю. Поэтому капитан авианосца на протяжении прохода всего астероидного поля решил выводить одну дежурную пару перехватчиков в космос и держать их перед авианосцем чтобы заблаговременно обнаружить угрозу. Альдо был только за. Делать на борту авианосца было, откровенно говоря, нечего, а тут хоть какое‑то занятие.

Команда «Старт», хлестнувшая по нервам сорвала перехватчик с привязи. Привычная для пилота перегрузка ускорения навалилась на изголодавшееся по физическим нагрузкам тело. Громада авианосца в обзорных экранах в несколько мгновений уменьшилась до размера точки, и Альдо с сожалением вспомнил, что он делает не одиночный вылет.

– Калибр один Домовому. Не отрывайся от ведомого, – донеслась в наушниках команда с авианосца.

– Так точно! – запоздало опомнился Альдо.

Николай, вопреки ожиданиям Альдо, быстро занял место ведомого и пилотировал довольно умело. Пару раз Альдо делал резкий маневр, провоцируя Николая на ошибку, но тот молниеносно подстраивался под ведущего и двухчасовой вылет прошел без нареканий. Пару Альдо‑Николай сменила пара братьев Сабировых и настало время возвращаться на авианосец.

Палубный перехватчик Альдо понравился. Облегченная машина обладала лучшей отзывчивостью и пилотировать её было гораздо приятнее, нежели стандартный тяжёлый аналог. Заканчивать полет не хотелось, и Альдо решил немного похулиганить.

– Делай как я, – приказал он Николаю, когда громада авианосца была уже совсем близко.

Николай не сразу понял, что хочет от него ведущий и поудобнее взялся за ручки управления машиной. И не прогадал. Ведущий резко изменил направление полета, и Николай больше инстинктивно, чем осознано, повторил маневр. Восьмикратная перегрузка радиального ускорения обрушилась на молодого, но физически крепкого лейтенанта, и он невольно захрипел. Пять минут, которые Николаю показались вечностью, продолжалась карусель космического пилотажа. Старательно повторяя маневр за маневром ведущего, Николай, не моргая смотрел на экраны тактического обзора, выводящие изображение с камер. Он уже давно запутался, где исходный верх, где низ, где авианосец, и в каком направлении он движется. Все внимание было сконцентрировано на мечущийся и нарезающий спиральные витки перехватчик ведущего. Время от времени громада авианосца мелькала в обзорных экранах, но этот ориентир волновал Николая ровно настолько, чтобы в нее не врезаться.

– Калибр один Домовому, – зазвучал в наушниках голос полковника Берёзова. – Заканчивай кульбиты. На базу!

– Так точно, – в ответ послышался немного запыхавшийся, но довольный голос Альдо, и Николай неожиданно понял, что вместо дежурного офицера на связь вышел сам Берёзов. Похоже за их полетом наблюдал весь экипаж авианосца.

Довольный Альдо неспешно пристыковался к авианосцу, прошел процесс шлюзования и выбрался на главную палубу, где его уже поджидал мокрый от пота и запыхавшийся Николай. Мальчишка светился от счастья, пожирая глазами ветерана. После учебного полета, который провел Альдо, Николай ни на секунду не сомневался, что этот бравый ветеран обязательно научит его так же мастерски пилотировать боевую машину, научит как из любой схватки выходить победителем, как стать настоящим асом, и даже как отомстить за погибших родителей.

– Товарищ капитан, – Николай вытянулся по стойке смирно, что выглядело до жути комично в условиях невесомости. – Разрешите получить замечания по совместному вылету.

– Так, – немного подумал Альдо, – В строю держишься уверенно, пилотируешь без боязни. Для новичка очень неплохо. По сторонам забываешь смотреть. Чуть не протаранил авианосец. А так в целом неплохо. Но это всего лишь пилотаж на сверх малой скорости. Считай нам повезло, что авианосец идет без ускорения. Настоящий учебный бой бы провести… Там так не полетаешь.

– Я был бы очень благодарен, – расплылся в ещё большей улыбке Николай.

– Ну, если подвернется случай, то обязательно полетаем, – подмигнул ему Альдо. – А сейчас срочно на доклад полковнику! Чует мое сердце, сейчас получим.

Когда до Юпитера оставалось полутора суток, двигатели запустили на реверс. Появившаяся гравитация вкупе с прохождением области метеоритного поля подстегнула настрой членов экипажа, и на палубах авианосца зазвучал смех. Молодежь шутила, ветераны сдержанно, но весело общались между собой, командиры все чаще беседовали с подчиненными на отвлеченные темы.

На одиннадцатые сутки пути, когда вахта эскадрильи Максима подошла к концу, он направился к командиру авианосца для доклада. По пути ему попалась интересная картина. Капитан Алонсо в окружении троих молодых пилотов что‑то увлеченно рассказывает, изображает руками полет космоперехватчика, переключает воображаемые ручки управления, с важным видом отвечает на вопросы. Причем трое молодых пилотов, во главе с Николаем, буквально ловят каждое его слово, следят за каждым движением. Дай им сейчас тетрадку с ручкой, конспект писать бы начали. Максим с пол минуты понаблюдал за происходящим, пока разговаривающие наконец‑то его не заметили.

– Что за авантюру замышляем? – пошутил полковник, подходя поближе.

– Да вот, делюсь некоторыми мыслями по поводу эффективной дистанции пуска ракет, – ответил Альдо.

– Очень интересно, – одобрил Максим. – И что там за нюансы, если в двух словах?

– Ракеты большой дальности, которые установлены на космоперехватчик, имеют наиболее эффективную дальность пуска примерно за десять‑пятнадцать минут до контакта.

– Ну, если без нюансов, то да, – подтвердил Максим, делая нехитрые вычисления в уме.

– Так вот, если в качестве цели выступает корабль, не имеющий средства противоракетной обороны, то все останется так, как есть. Пущенная ракета развернет РЛС антенну, уверенно захватит цель, успеет разогнаться для более надежного поражения и так далее. Но вот если мы имеем дело с космоистребителем или, не дай Бог, с космоперехватчиком, то дела обстоят максимально иначе, – Альдо сделал многозначительную паузу.

– У противника будет время нашу ракету перехватить, – догадался Максим.

– Точно! – подтвердил Альдо, и рядом стоящая молодежь одобрительно закивала. – Ракета с развернутой антенной РЛС имеет в диаметре девять метров. Поразить такую цель проще простого. Поэтому производить пуск по цели, имеющей ПРО, надо с минимально возможного расстояния.

Максим задумался. До сих пор ни одного реального боевого столкновения перехватчик‑перехватчик не было. Опыта ведения подобных боевых действий нет. Но с умозаключениями капитана Алонсо сложно не согласиться.

– Эдак ты всю тактику космосражений перекроишь! Надо покумекать на досуге, – подытожил Максим. – Я сейчас на доклад начальству, после поговорим.

Максим кивком попрощался со всеми и задумчиво отправился дальше. Но думал он в этот момент вовсе не о ракетах и космическом перехвате, а о том, какой авторитет Альдо Алонсо имеет среди молодежи. Уже не только один Николай на него смотрит как на супергероя. Все три молодых офицера это делают. Надо это как‑то использовать. Причем этот же Альдо, пожалуй, лучший тактик во всех ВКС. Как бы использовать эти его качества с максимальной эффективностью? Плюс у самого Альдо маленькая дочь и на подходе второй малыш. Хоть капитан Алонсо и не любит афишировать личную жизнь, подобную информацию офицерам, проходящим службу в ВКС, необходимо предоставлять. Ну и плюсом ко всему, сам Альдо любит ставить в качестве обоев на экран смартфона личные фото. Максим краем глаза постоянно видит часто сменяющиеся фотографии. Иногда это спящая кроха-дочка. Иногда стройная молодая женщина с явно выпуклым животом, гуляющая с коляской. А в последний раз явно та же кроха уже немного подросла, и теперь это девчушка садичного возраста. Дочь, унаследовавшая от отца задумчивый взгляд, красовалась на постановочном фото в образе космонавта эпохи первых покорителей космоса. Добавь буквы СССР на шлем и косплей на Гагарина вышел бы на славу. С настолько быстро растущей семьей отцу надо бы не к дальним планетам путешествовать в многомесячных командировках, а поближе к дому быть. Максим ещё раз пришел к выводу, что Альдо явно не на своем месте.

Глава 3. Защитим чужие карманы!

Когда авианосец наконец‑то прибыл к Юпитеру и вышел на его орбиту, весь личный состав столпился у иллюминаторов. Газовый гигант выглядел впечатляюще. Триста восемнадцать масс земли. Бушующие циклоны немыслимых размеров, скорость ветра в которых достигает шестисот километров в час. Исполинские и негаснущие полярные сияния. Чудовищные магнитные бури, выводящие не экранированную электронику из строя. Ну и конечно же радиация. Радиационные пояса Юпитера неоднородны и крайне опасны. Недаром на авианосец была установлена защита. В любом другом космическом корабле при снижении на более низкую орбиту экипаж имел бы все шансы заработать лучевую болезнь за считанные часы. Знание всего этого только добавляло жуткого обаяния чуждому миру. Офицеры ВКС столпились перед немногочисленными иллюминаторами и невольно испытывали трепет от навалившейся ответственности первопроходцев.

Целей у экспедиции к Юпитеру было сразу две. Во‑первых, провести ходовые испытания авианосца в реальных условиях. А, во‑вторых, произвести разведку и сканирование спутников Юпитера на возможность постройки научных и добывающих баз. Говорят, сразу несколько крупных корпораций, инвестирующих в космос, оплатили часть расходов этой экспедиции. Максимальный интерес представлял спутник Каллисто. Он находится вне радиационных полей Юпитера, имеет свое магнитное поле, в огромных количествах содержит водяной лед и имеет сравнимую с Луной силу тяжести. Именно поэтому, выйдя на орбиту Юпитера и сделав разведывательный виток, авианосец начал замедление для того, чтобы занять орбиту Каллисто. Первой и главной трудностью стали магнитные бури газового гиганта. Они засоряли эфир и вносили шумы в радиолокацию авианосца. Спутников на орбите Юпитера много, но ещё больше различного размера камней и пыли. Есть даже система колец. Столкнуться с одним из камней, болтающихся в космосе, совсем не хотелось, поэтому дежурные радиолокационных служб без устали всматривались в мониторы, пытаясь отфильтровать шумы и получить максимально правдоподобную картину по космическим объектам. Это и позволило вовремя обратить внимание на неопознанную угрозу. Сигнал боевой тревоги взвыл оглушительным звоном, хлестнув по нервам пилотов эскадрильи Максима, которые только‑только заступили на боевое дежурство. Шесть пилотов со всех ног помчались к своим перехватчикам. В пять минут, отведенные на то, чтобы занять места в ложементах успели все, но Максиму запоздало пришла мысль, что не двигайся авианосец с замедлением, они никуда бы не успели. Без гравитации перемещаться по палубам и тоннелям громады авианосца выходило не так быстро.

Сигнал «Старт», словно щелчок плети, сорвал с места шестерку зеркальных машин и экран тактического анализатора отобразил обстановку. Групповая цель двигалась перекрестным курсом к авианосцу и сомнений не возникало – это корабли потенциального противника. Метеориты не умеют двигаться столь синхронно и так точно заходить на цель. Пока дежурный офицер связи пытался получить ответ от неопознанных кораблей, шестерка перехватчиков построилась в боевой порядок.

– Искра один, Домовому, – перебивая шипение помех, зазвучал голос офицера связи. – Неопознанные корабли на связь не выходят, курс не меняют. Через двадцать пять минут выйдут на максимальную дистанцию пуска ракет. Приказ капитана авианосца: с неприятелем сблизиться и уничтожить!

– Эскадрилья, – раздался в наушниках голос Берёзова. – Форсажное ускорение! Боевой режим! Доложить о готовности к бою.

– Искра два. К бою готов! – тут же послышался голос подполковника Мышкина.

– Кама один. К бою готов! Кама два. К бою готов! – отрапортовали братья.

– Калибр один. К бою готов, – как можно спокойнее ответил Альдо. Он знал, что состояние машин эскадрильи, командир может вывести на экран бортового компьютера своего перехватчика. Эта самая перекличка нужна для самих пилотов. Психологи утверждают, что, произнося эту фразу вслух, пилот морально настраивает себя на предстоящий бой, оставив все свои проблемы и волнения вне кабины космоперехватчика.

– Калибр два. К бою готов! – буквально выкрикнул Николай. По его голосу было понятно, что он готов рвать любого неприятеля на запчасти и желательно мелкие.

– Какие идеи? – неожиданно спросил Максим.

В эфире стояла тишина. Численный перевес на стороне противника.

– Надо поделиться на две группы. Прикрывающая и Атакующая, – заговорил Альдо. – Когда противник начнёт совершать пуски, прикрывающаяся группа будет отстреливать пущенные ракеты. Атакующая группа в отстреле ракет противника не участвует и работает только по неприятелю непосредственно.

– Идет, – согласился Максим. – В атакующей группе достаточно двух вымпелов. Кама один и Кама два, – это работа для вас. Пускать ракеты только с самого короткого расстояния, когда перехватить их не будет возможности.

Альдо прикинул в голове. Суммарная скорость сближения по меркам космоса не будет огромной, но все же подобный поединок больше похож на то, как два снаряда летят навстречу друг другу и пускают новые снаряды.

Противник не стал медлить и первый залп ракет пустил с большого расстояния, когда до момента рандеву было минут десять. Четверка прикрытия с легкостью отбила эту атаку. Противник сделал выводы и следующий залп выполнил с дистанции в три минуты.

Пальцы Альдо запорхали по элементам управления. Выбор цели, сопровождение, захват, пуск, сход ракеты. Выбор, сопровождение, захват, пуск, сход. Оранжевые точки ракет выплескивались из строя космоперехватчиков и врезались в ярко красные точки ракет неприятеля прорежая их залп. Тут же началась суматоха и неразбериха. Распределять цели между пилотами эскадрильи времени не было и каждый работал по удобным для него целям. Поэтому перехватить все ракеты было делом непростым. Особенно учитывая то, что надо перехватывать не только ракеты, летящие в тебя, но и те, что направлены в пару братьев Сабировых.

– Если отобьем следующий залп, то победа за нами! – подбодрил эскадрилью командир.

Словно отвечая Максиму, неприятель исторг новую волну красных точек, несущихся в их сторону и у Альдо, пробежал холодок по спине. «Не отобьем» – пронеслось у него в голове. Пальцы вновь побежали по экранам управления огнем, отправляя ракеты одну за одной. Жить очень хотелось, но думать об этом было некогда. Альдо внимательно следил не только за красными точками, но и за оранжевыми. Если кто‑то из товарищей совершал оплошность, пропуская угрозу, он отправлял ракету именно туда. За пять секунд до контакта он смог перехватить ракеты, пущенные по Марату и Николаю, но все отметки отстрелять не успел. Остатки красных точек достигли строй из зелёных точек и две из них погасли. «Кама‑1» и… Альдо тупо глядел в монитор тактического обзора. Чьей ещё точки там не хватало?

– Кама два, пуск! Пуск! – заорал полковник Берёзов.

Шесть оранжевых точек выплеснулись из перехватчика с подписью «Кама‑2» и в считанные секунды поразили шестерых противников. Никто из них просто не успел перехватить ракеты, пущенные с такой короткой дистанции.

Альдо вышел из ступора. По его ощущениям он тупо пялится на экран уже несколько минут, но на самом деле не прошло и пяти секунд. Он быстро захватил пронесшуюся мимо красную точку и пустил вслед последнюю имеющуюся на борту ракету. То же самое сделали Искра один и Искра два. Альдо ещё раз пересчитал зеленые отметки. Четыре. Не хватало двух. Альберта и…Николая. Этого не может быть! Альдо точно знал, что прикрывал его надежно. Два раза за бой он сбивал пущенные по Николаю ракеты.

– Калибр два, Калибру один! – Альдо вызвал по рации Николая. – Калибр два, Калибру один!

Молчание.

Тем временем пущенные вдогонку ракеты развили нужную скорость и догнали неприятеля. В любой другой ситуации это было бы невозможно. Космоперехват выполняется только на встречных курсах. Но в данном конкретном случае незначительная скорость сближения поединщиков позволила нарушить это правило. Одну из трех ракет неприятель смог перехватить, но две другие покончили с ними.

– Калибр два, Калибру один! – упрямо повторял Альдо и вдруг осекся, понимая, что сейчас творится в голове Марата Сабирова.

Победу никто не праздновал. Разбор боя с высшим офицерским составом, скупые слова соболезнования младшему из братьев близнецов, тщательное прочесывание космоса в поисках новых засад, сбор всей необходимой информации в рамках основной цели экспедиции, пятнадцатидневный полет к Земле. Альдо было не привыкать терять боевых товарищей, но смерть молодого лейтенанта выбила его из колеи. В голове не переставая крутилась старинная поговорка «Мы в ответе за тех, кого приручили». Николай был безгранично предан своему наставнику, хоть наставником для него Альдо был совсем недолго. Альдо позволил себе занять этот статус, а теперь, когда не смог уберечь своего протеже, весь груз ответственности безоговорочно принял на себя.

Максим же в уныние не впадал и по возвращении на Землю, развил бурную деятельность. Ему удалось выяснить, что засада была организована конкурентами тех, кто оплатил экспедицию авианосца к Юпитеру. Победа обошлась такой малой кровью лишь потому, что в отличие от их эскадрильи, противник добирался туда своим ходом. Космоперехватчики у разных стран разные. Но ни один из них не был предназначен для длительного путешествия. Пилоты противников скорее всего были вымотаны до истощения. Максим был в недоумении. Борьба с пиратством была выиграна более года назад. ЧВК разбиты наголову. Причем как на поле боя, так экономически и политически. А что тут выясняется? Пиратство вышло на новый уровень? Теперь задействуются не просто полудохлые частные военные компании с их кастомным флотом. Теперь в качестве разборок между корпорациями используется регулярная армия и элита космического флота – космоперехватчики? Выходит, что десять человек погибли, защищая чьи‑то карманы? Но действовать дальше он не смог. С ним связались такие люди, отказать которым было невозможно. Они попросили его не копать дальше и сделать вид, что этого дня просто не было. Никто ни с кем не воевал, а двое его подчиненных погибли в результате ошибки пилотирования. Кажется один из них был совсем ещё зеленым пилотом. Это именно он допустил столкновение в космосе. Максим сделал вид, что проглотил это, но себе пообещал разобраться во всем и, если удастся, отомстить истинным виновникам случившейся трагедии. Тем, кто дергает за ниточки. И первым шагом будет создание подразделений, способных вести наступательные операции, наголову разбивающие любого противника. Такие подразделения, которые будут верны ему на сто процентов. А формировать он их будет именно из молодежи. И есть у него на примете один толковый боевой офицер, который пользуется у этой самой молодежи каким‑то аномальным авторитетом.

Часть 4. Дезертир. Глава 1. Зайчик

Таксист, не скрывая презрения, посмотрел в зеркало заднего вида на садящегося в машину статного красавца с выправкой военного. Альдо поежился, и на всякий случай незаметно поправил кобуру со служебным пистолетом, расстегнув застежку, чтобы можно было быстро его извлечь. Кто знает, что может выкинуть этот таксист? Лучше быть готовым ко всему. Личное оружие всем офицерам начали выдавать с год назад именно из‑за подобных случаев. Но кроме взгляда полного презрения таксист никак себя не проявлял, и Альдо позволил себе немного расслабиться. Черно‑голубая форма с погонами майора в последнее время популярности среди народа не добавляла, и приходилось всегда быть начеку.

Альдо взглянул в навигаторе таксиста. Судя по всему, прибудет он едва ли не с опозданием, хоть как ему казалось, вышел заранее. Виной всему снегопад, вываливший за ночь двадцать сантиметров снега. Коммунальные службы, которые в очередной раз подвергались оптимизации, катастрофически не справлялись со своей задачей. По пути то и дело попадались фуры, застрявшие на подъеме, водители седанов с лопатами в руках прямо посреди МКАДа, различные ДТП и так далее. Хорошо, что сейчас раннее утро и машин совсем немного. Альдо был готов спорить, что через час‑другой весь МКАД превратится в одну закольцованную пробку. Удручающую картину дополняли светящиеся через один, а иногда и через два, фонари. То ли электричество так экономят, то ли на ремонт денег выделить не могут. Майор беззвучно вздохнул. В новостях то и дело говорят о рекордных прибылях нефтегазового сектора, рекордном экспорте зерновых, банки с каждым годом все больше кредитов выдают, а все социальные и коммунальные отрасли пускают под нож. Как так? Хотя, предельно ясно как так. Львиную долю бюджета съедает космическая гонка. Стратегически важная отрасль буквально высушивает бюджет. Отставать в ней никак нельзя, и бремя затрат традиционно ложится в первую очередь на обычный народ. Постоянная денежная эмиссия, растущая инфляция и налоги, заниженная до исторического минимума национальная валюта, не поспевающий за ценами рост зарплат и так далее. Люди не дураки. Во всяком случае, значимая их часть. Они понимают, куда тратятся деньги, которые недополучает медицина, образование, социалка. Таксист, враждебно поглядывающий в зеркало заднего вида, тому подтверждение. Альдо прикинул в уме: пять минут работы космоперехватчика равна, где‑то трем с половиной средним зарплатам по стране за год! Неприятно, наверное, такое осознавать.

– Зарядиться надо бы, – буркнул таксист, – сворачивая на зарядную станцию.

– Угу, – кивнул Альдо, попутно отмечая, что цена за киловатт выросла в цене.

Именно из‑за подобных причин он с полгода назад отказался от личного авто. Цена на электричество и обслуживание автомобиля стали неприлично дорогими, а пользовался он ей дай Бог раза три в месяц. Проще уж на такси или каршеринге поездить.

К аэродрому Остафьево, принадлежащему министерству обороны, такси подъехало, когда над горизонтом появились первые лучи солнца. Но и без солнца было видно, что на аэродроме нехватки техники и персонала, занимающихся расчисткой снега, нет. Подъезд к парковке был тщательно очищен и хорошо освещен, и лишь на самой парковке ещё суетливо работал трактор, приводя её в должный вид. Альдо попрощался с водителем и, не услышав ответа, вышел на свежий воздух. Он достал сигарету, покрутил её в пальцах, понюхал табак и убрал обратно в мятую пачку. Курить он бросил сразу, как начал проходить службу в ВКС. В космосе с этим делом туго. Нет там курилок и пепельниц. Но от привычки крутить сигарету в пальцах он не отказался. Особенно пока находится на земле.

Осмотревшись по сторонам, Альдо заметил группу, стоящих поодаль, военных, одетых в точно такую же форму, как у него. Спрятав пачку в карман и поправив сумку на плече, он решительно направился к ним.

– Здравия желаю! – обращаясь ко всем сразу, козырнул он. В ответ послышались разрозненные приветствия, и Альдо осмотрел присутствующих. – Все в сборе? – спросил он.

– Лейтенант Зайчик опаздывает, – сообщили из толпы.

– Звонили?

– Так точно. Скоро будет. Семейные обстоятельства, – пояснили присутствующие.

– Что ж, подождем, – пряча улыбку, резюмировал Альдо.

Лейтенант Зайчик, был его головной болью, но в то же время душой компании и эдаким талисманом. Он постоянно влипал в различные переделки, опаздывал, терялся, становился жертвой розыгрышей, но всегда умудрялся выйти сухим из воды. Кроме всего прочего он был настолько прост и честен, что невольно располагал к себе людей. То, что он был из небогатой многодетной семьи, знали, пожалуй, все. Будучи старшим ребенком, только что окончившим летное училище, младшая его сестра, насколько знал Альдо, ещё даже в школу не ходила. А всего их у родителей было не то пятеро, не то шестеро.

– Не говорил, насколько он опаздывает? – уточнил Альдо.

– А вон он, кажется, едет, – один из собравшихся указал в сторону подъездной дороги, где плелся старенький праворульный микроавтобус.

Так и оказалось. Боковая дверь открылась, и за ней появился лейтенант. Альдо сразу заметил, что из микроавтобуса помимо него и пожилого водителя смотрят ещё несколько пар любознательных глаз. Лейтенант встал, махнул всем рукой на прощание, и поспешил было выйти, но крохотная девчушка, освободившись от ремней безопасности детского сиденья, с ловкостью мартышки запрыгнула ему на руки.

– Коля, куда ты? – закричала она.

Лейтенант Зайчик попытался высвободиться из хватки младшей сестренки, понимая, что на него смотрит и ждет, чуть ли не весь его полк и командир. Но обижать сестренку грубостью он тоже не хотел. Попав в щекотливую ситуацию, он попытался объяснить ей что‑то, но та не желала слушать.

– Я буду скучать, – заявила она.

– Я тоже буду, – Альдо разобрал, что говорит лейтенант. – Но мне надо идти на службу. Видишь, все меня ждут.

Девчушка перевела взгляд на улицу и увидела три десятка грозных военных, смотрящих в их сторону, и сразу потеряла боевой настрой.

– Ты на Луну?

– Да.

– Привезешь мне камушек?

– У тебя же их целая куча уже!

– Я хочу ещё один! – сказала, как отрезала маленькая командирша.

– Хорошо, привезу, – согласился лейтенант.

– Я буду скучать! – на прощание сказала сестренка и отпустила старшего брата.

Еще раз, попрощавшись со всеми, Николай закинул свою сумку за плечо и быстро зашагал к сослуживцам.

– Здравия желаю! – остановившись возле Альдо, козырнул лейтенант Зайчик. – Прошу прощения за опоздание, в снегу засели два раза. Еле вытолкал! Давно отцу говорил, что развалюху эту пора менять, – Зайчик указал в сторону отъезжающего автомобиля.

– Ничего, без нас не улетят, – понимающе ответил Альдо, вспоминая о своей дороге до аэродрома.

Глава 2. Наставник

Путь до Луны уже давно не вызывал у Альдо трепета и волнения. Он электричкой и метро пользуется реже, нежели челноком. Надо сказать, что пассажирский отсек даже был чем‑то похож на привычный общественный транспорт – все такие же ряды кресел, наподобие тех, что ставят в самолетах. Но для молодых летёх, только что окончивших училище и поступивших под командование Альдо, полеты в космос до сих пор оставались сродни фантастике и как только пассажирский челнок покидал атмосферу, набрав первую космическую, и выходил на орбиту Земли, каждый из них вскакивал с места, прильнув к крошечным иллюминаторам. До выхода на орбиту Луны ещё около получаса и в это время резких ускорений не будет, а значит, есть время поглазеть на уменьшающуюся Землю и приближающуюся Луну. Альдо же остался в своем кресле с нескрываемой улыбкой, наблюдая за молодыми космопилотами. Это уже третий полк, попавший под его командование. Именно у него за предстоящий год они должны получить практические навыки пилотирования, и именно он должен разделить их по специализациям. Конечно, все они хотят попасть непременно в космоперехватчики – наиболее элитарную, как всем кажется, специальность. Но для ВКС нужны и дальние космоистребители для сопровождения конвоев, легкие космоистребители для охраны орбитальных станций в пределах одной планеты, а с недавних пор открылась и новая специальность – космоштурмовики для нанесения ударов по планете и штурмовке орбитальных баз. В этом году будет набрана первая эскадрилья штурмовиков. Три года назад генерал Берёзов Максим лично выбрал Альдо на должность инструктора для выпускников училища, как наиболее опытного пилота и тактика. С тех пор все будущие пилоты ВКС проходят через него.

И работенка оказалась совсем не такой, как считал Альдо сначала. Тут не просто надо рассказать и назначить. Тут надо залезть в голову к каждому курсанту, выявить его сильные и слабые стороны, понять, на что он годится. Ох, и намучился он с первым выпуском, что и вспоминать неохота. Как стать для молодежи наставником и старшим товарищем, не скатываясь в панибратство? Как заработать у них авторитет, но остаться тем, к кому можно подойти за советом или с просьбой. Вот над этим и работал в последние три года Альдо, делая, как ему кажется, солидные успехи. С третьей группой курьезов и недопонимания стало на порядок меньше.

Табличка «пристегните ремни» снова загорелась красным, и молодежь ринулась занимать свои места. В следующие пятнадцать‑двадцать минут предстояла посадка и находиться вне кресла, мягко говоря, небезопасно.

Когда последний пилот занял свое место и пристегнул ремни, автоматика развернула кресла спинками вперед для лучшей переносимости перегрузок торможения и легкая бесшумная вибрация сообщила пассажирам о включившихся движках, работающих на реверс. Альдо закрыл глаза, привычно напряг мышцы пресса и глубоко вздохнул. Перегрузки в космосе – это благо. Из‑за них организм не дряхлеет и остается в тонусе. Завтра должны начаться полеты на симуляторе, и надо подумать какой маневр он будет оттачивать с подчиненными.

Глава 3. Грядущие войны

– Ещё раз повторяю! – громко заговорил Альдо, вставая с кресла универсального космосимулятора. – Космический бой – это вам не стрелялка с виражами и взрывами! Исход боя можно определить еще до его завязки. Победа куется не пилотажем, а умением думать и просчитывать!

Альдо бросил суровый взгляд на лейтенанта Зайчика, сидящего в кресле второго космосимулятора. Тот, потупившись, рассматривал свою обувь, стараясь не пересекаться со взглядами сослуживцев, наблюдавших поединок на мониторах учебного класса. Космосимуляторов в помещении было шесть, что позволяло моделировать бой довольно крупными силами, но сейчас они отрабатывали поединок один на один.

– Ты видел, что я перехожу на более низкую орбиту? – немного успокоившись, спросил Альдо, указывая на монитор, где пунктирной линией была отмечена траектория движения его космоперехватчика вокруг Марса.

– Видел.

– И что сделал ты?

– Начал разворот для выхода на встречный курс. Космоперехват осуществляется на встречных курсах!

– Это в открытом космосе он осуществляется на встречных курсах, а не на орбите планеты! – снова не сдержался Альдо и повысил голос. – Развернуться он вздумал! Какую перегрузку ты получил в этот момент?

Альдо пробежался пальцами по сенсорам управления компьютером и вывел результаты на монитор.

– Восемь «g»! И как долго ты смог бы её выдержать?

Зайчик предпочел не отвечать.

– Твой маневр должен был продолжаться почти пятнадцать минут! Ты с ума сошел? Отбросить коньки во время боя от перегрузки… Экстравагантный способ выпилиться!

Альдо несколько раз шумно вдохнул и выдохнул, успокаивая нервы.

– Симулятор не может передать нагрузку на тело, – спокойно продолжил Альдо. – Но в него вшиты возможности человека, и он не даст тебе их превысить и условно отключиться.

– А что мне оставалось делать? – решился на возражение Зайчик. – Вы заняли более выгодное положение. Перейдя на низкую орбиту, Вы быстрее бы обогнули планету, и я оказался бы как на ладони.

– Об этом я и говорю! – смягчился Альдо. Хоть Зайчик и проиграл бой, но во время поединка он все же понял безвыходность своего положения и предпринял отчаянную попытку изменить ситуацию. – Да, низкая орбита увеличивает скорость вращения вокруг планеты и позволяет занять более выгодное положение. Начальная скорость пущенной ракеты будет выше, да и зайти со стороны планеты всегда удобнее – радары лучше работают на фоне пустоты. Но ты же знал, что я ухожу от твоей атаки, прикрываясь планетой? Видел задолго до того, как проиграл. В этом и заключается тактика космических битв. Начать маневр раньше, раскусить замысел противника, вынудить его сражаться в невыгодных условиях.

– И как поступили бы Вы? – задумчиво поинтересовался Зайчик.

– Я бы вышел на более высокую орбиту и поджидал противника на ней. С низкой орбиты никуда не денешься и вариантов маневра немного. Ракеты пустил бы заранее, до того, как противник вынырнет из‑за планеты. А когда бы он появился, то и дал им целеуказание. Прикинь, выныриваешь ты из‑за планеты весь такой уверенный в своей победе, а оказывается ракеты по тебе уже запущены. А на низкой орбите осуществить подобный ранний пуск невозможно…

Альдо неожиданно понял, что в учебном классе стоит полная тишина. Смешки над тем, как он распинает Зайчика, притихли и все пилоты застыли с задумчивыми лицами. Кажется, прямо сейчас они переосмысливали все свои знания и умения. Да уж, все маневры и тактические уловки в учебник не запишешь, а если и запишешь, то всегда найдутся новые.

– Ладно, давай ещё раз! – скомандовал Альдо, снова садясь в кресло симулятора. Автоматика приглушила освещение в учебном классе, и все собравшиеся пилоты сконцентрировали взгляд на мониторах, выводящих данные с симуляторов майора Алонсо и лейтенанта Зайчика.

Альдо не жалея гонял подчиненных на симуляторах, отрабатывая различные ситуации. Через месяц он уже точно знал, кто на что способен, и лейтенант Зайчик оказался не так плох, как могло показаться на первый взгляд. Всего за месяц он мастерски овладел тактикой боя на орбите и Альдо мысленно записал его в космоштурмовики. Именно штурмовикам придется выполнять самую опасную и важную работу в грядущих войнах, и эта работа будет как раз на орбите. А то, что войны неизбежны, Альдо не сомневался. Социальное неравенство и нищета граждан Земли рано или поздно выльется в кровопролитную мировую войну. И ВКС неизбежно придется в ней участвовать. Альдо поморщился от своих мыслей. Представить, как космоштурмовик наносит орбитальный удар по какому‑нибудь городу в стране третьего мира невыносимо отвратительно. А он‑то как никто другой мог в деталях представить последствия подобных военных операций. Орбитальные удары будут максимально жестоки, и укрыться от них практически невозможно. Ни одна ПРО не остановит выпущенный с орбиты крошечный, по меркам космоса болид, летящий со второй космической скоростью. Но вот с выпустившим его космоштурмовиком непременно захотят поквитаться. Космоштурмовик не конкурент космоистребителю и уж тем более космоперехватчику. Потери среди этого класса неизбежно будут самыми высокими.

Куда катится этот мир? Альдо непроизвольно покачал головой и неожиданно понял, чем они завтра займутся. А возможно не только завтра. Кажется, он только что обнаружил целый пласт перспективных тактических приемов. Прикрытие штурмовиков – вот приоритетная задача для будущих космоистребителей! Альдо еще раз обдумал эту мысль, встал и решительно зашагал в центр космической связи. Нужно непременно поделиться своим открытием с генералом Берёзовым. Доклад столь высоко стоящему начальству в армии не приветствуется, но они с генералом давно знакомы, и Берёзов Максим высоко ценит опыт и мастерство майора Алонсо. Он лично разрешил ему связываться с ним в подобных ситуациях.

Глава 4. Камушки для сестренки

Лейтенант Зайчик добрые полчаса всматривался себе под ноги пытаясь отыскать на пыльной поверхности луны камни достойной величины, но смог найти только два. Да и те не превышали размера грецкого ореха. «Да, такими малышами сестренку не впечатлить» – подумал он и от досады легонько подбросил их вверх, чтобы поймать привычным движением. Усилие для броска было невелико, и в земных условиях подобные камушки подлетели бы на полметра, не выше. Но в условиях пониженной гравитации камни улетели на несколько метров вверх. Зайчик попытался их поймать, но, в отличие от космодвигателей революции в проектировании скафандров не случилось, и они были все такими же громоздкими и неповоротливыми, как и пятьдесят лет назад. Так что вместо пойманных камней, найденных для сестренки, лейтенант не поймал ни одного, а вдобавок еще споткнулся и кубарем покатился, пытаясь неуклюжими движениями исправить ситуацию и подняться на ноги.

– Коля, ты чего это? Нижний брейк решил нам показать? Ракамакафо? – пошутил один из сослуживцев, находящийся неподалеку.

Лейтенант Зайчик не обратил внимания на шутку. Когда он все же смог подняться на ноги, все его внимание было направлено не на сослуживцев, а на то, обо что он мог споткнуться на гладкой поверхности Луны и вскоре он заметил, что‑то блестящее. На месте отпечатка его ноги лежал камень весь испещренный серебряными точками.

– Ребята, я что‑то нашел! – Зайчик поспешил сообщить по рации троим сослуживцем, с которыми совершал обход, и они короткими прыжками немедленно направились к нему.

Ежедневный обход военной базы ввели относительно недавно – с полгода назад, и решение это было вынужденное. Повреждения от упавших метеоритов, оползни и другие неприятности, которые сразу не заметишь, могли оказаться очень опасными. База находилась под лунным грунтом на глубине в пару метров. Это должно было защищать её от космической радиации, тех самых метеоритов и экономило энергию, которая неизбежно тратилась бы на её обогрев и охлаждение в светлое и темное время здешних суток. Но строительство в безвоздушном пространстве – задачка не из легких и вокруг построенной в спешке базы то и дело обнаруживались мелкие оползни и схлопывания грунта, а иногда камень покрупнее мог и повредить какое‑нибудь из наружных сооружений. Своевременно и не выходя наружу об этом иногда невозможно узнать. И когда после одного такого происшествия случилось нарушение целостности конструкции, было решено устроить ежедневные обходы для визуального осмотра и поиска повреждений. Увидишь просевший грунт, кратер или иную поломку надо срочно сообщить ремонтникам.

Группы для обходов формировались из служащих базы и прогулки быстро полюбились народу. Не каждый человек может похвастаться, что гулял по Луне. Тем более сами эти обходы практически ничего не стоили для бюджета базы. Гораздо дороже стоит не своевременный ремонт.

На таких вот обходах лейтенант Зайчик и собирал сувениры для сестренки, ведь площадь для обхода огромна и не ограничивается территорией самой подземной базы. Тут и радиоантенны, и реактор, и причал, и много чего ещё. Но найденный им обломок древнего метеорита был из ряда вон. Воронки он не имел и, скорее всего, откололся от большого куска во время падения на Луну. Когда сослуживцы помогли откопать его полностью, оказалось, что он размером и формой похож на лошадиную голову. Даже в условиях пониженной гравитации пришлось постараться, чтобы дотащить его до базы. А когда его бегло осмотрел и изучил научный отдел, оказалось, что он на десять‑пятнадцать процентов состоит из драгоценных металлов палладия и рутения. Сразу встал вопрос – как им распорядиться. Ученые сообщили, что значимой научной ценности он не представляет и через недельку‑другую они могут вернуть его, когда получше все изучат. Пришлось обратиться за решением к командиру базы. Тот недолго думая пожал плечами и сказал: «кто камень нашел, тому он и принадлежит». Это и поставило точку в любых спорах и закрыло все вопросы. Кроме одного – как доставить сто двадцатикилограммовый обломок метеорита на землю. По правилам каждому курсанту полагалось место в челноке и двадцать килограмм ручной клади. Не пилить же метеорит на шесть частей. Но и тут лейтенанту Зайчику повезло. Генерал Берёзов срочно вызвал майора Алонсо на Марс, и одно место в челноке оказалось свободно. Сослуживцы помогли дотащить метеорит до челнока и пристегнуть его в кресле, а врожденное обаяние, удача и сувенир в виде двух крошечных лунных камней размером с грецкий орех, которые он нашел в тот же день, позволили Зайчику договориться с бортпроводницей. Иными словами, вернулся на землю лейтенант Зайчик весьма богатым человеком. И не столько из‑за драгоценных металлов в составе метеорита, сколько из‑за щедрого предложения от одного из коллекционеров метеоритов.

– Коля, ну зачем нам эта Луна? Съездим на море, как раньше. Василиса ни разу на море не была! Позагораем, поплаваем, отдохнем… – пожилой отец любя похлопал сына по плечу. – Тебе деньги нужнее. Квартиру купишь, невесту найдешь, свадьбу сыграешь.

– Василиса, – повысил голос лейтенант Зайчик. – Сестренка, иди к нам, пожалуйста!

Девчушка, оторванная от просмотра мультика, неохотно подошла к спорящим брату и отцу. А ведь Незнайка только‑только провалился в огромную пропасть в поверхности Луны.

– Василиса, ты куда хочешь поехать в папин и мамин отпуск? На море или слетать на Луну как Незнайка? – с хитрецой в голосе спросил старший брат. Он знал, что сестренка в восторге от Луны. Недаром постоянно просит привезти новый камушек или прислать видео, записанное при низкой гравитации.

– На Луну! – торжественно ответила она.

– На свое море ещё сто раз съездите, а на Луне может и не доведется уж побывать.

– Ты хоть представляешь, во сколько обойдется путевка на Луну на семерых человек? – половину всех денег потратим, не меньше! – не сдавался отец.

– Ну, допустим не семерых, – упорствовал сын. – Я не полечу… Я и так с Луны не слажу. А за Василису полную цену не возьмут.

Всю неделю Николай спорил с отцом на эту тему, но среди младших братьев и сестёр авторитет военного супергероя, космического пилота и вообще покорителя межзвездных меридиан, был недосягаем. Все однозначно проголосовали за Луну. Отец сдался, но на одном условии – путевка будет короткой и у самого недорогого космоперевозчика. На том и порешили.

Глава 5. Новая программа подготовки

– Николай, ты чего так не весел? – майор Алонсо подошел к лейтенанту Зайчику, одинокая фигура которого смотрелась непривычно на фоне пустого зала столовой.

Тот, уткнувшись в смартфон, сидел с весьма задумчивым видом. Альдо вернулся с Марса сутки назад и был крайне доволен встречей с генералом Берёзовым. Тот полностью поддержал умозаключения Альдо, и в программу подготовки были внесены изменения. Выпущенные в этом году космопилоты будут на шаг опережать противников в тактическом плане.

– Пустяки, товарищ майор! – Зайчик был немного обескуражен таким неформальным обращением. – Личные проблемы.

– У нас в коллективе настрой должен быть боевым! Личные проблемы – проблемы товарищей, с которыми возможно предстоит в бой идти. Что стряслось? Девушка?

– Да нет… – отмахнулся Зайчик. – Куда там! Уговорил семью слетать в отпуск по путевке на Луну. Знаете, есть сейчас такие маршруты?

– Знаю. Стоят немало, но популярностью пользуются. И что? Денег не хватило?

– Да нет. Даже наоборот. Взяли самого дешевого перевозчика. Спэйстревел… А я сейчас смотрю отзывы. У них парк туристических челноков в аварийном состоянии. Постоянно старты задерживают и отменяют из‑за неисправностей, аварии даже бывали. Лицензию на использование космолифта не смогли продлить. С Земли стартуют. Сэкономили, блин! – лейтенант в сердцах хлопнул ладонью по столу. – Прошу прощения! – быстро взял себя в руки он. – Переживаю…

– Да, дела… – Задумчиво протянул Альдо. – А сдать нельзя?

– Нет. Билеты самые дешевые – невозвратные.

– И что, все прям настолько плохо?

– Да кто ж поймет? Раз на раз не приходится. Откуда знать, где написаны честные отзывы, а где от конкурентов?

– И что думаешь делать? Когда летят?

– Отпуск у родителей через два месяца – в июне. На это время и взяли. Они хотели на море ехать, а тут я со своей Луной. Что делать? Не знаю, – пожал плечами Зайчик. – Авось обойдется. Есть же у них проверки различные. Сертификаты годности, техники и все такое.

– Ну, вообще должны быть, конечно, – согласился Альдо. – Не переживай. По статистике безопасность космоперелетов почти такая же, как в обычной гражданской авиации.

Слова командира сработали. Николай действительно немного успокоился и сделал все, чтобы сосредоточиться на предстоящих тренировках.

Утром следующего дня, сразу после завтрака, майор Алонсо собрал своих подопечных и повёл в ангар. Будущие космопилоты частенько здесь бывали раньше. Полупустое помещение внушительных размеров служило для хранения и обслуживания пяти учебно‑тренировочных машин, на которых молодежь обучалась к реальным полетам в космосе. Каждый из них уже имел по паре десятков часов налета на небольших каплеобразных машинах. Эти легкие в управлении учебные корабли были нужны для того, чтобы пилот преодолел боязнь открытого космоса и постиг азы реального орбитального пилотирования с перегрузками и без права на ошибку. Ну, а если майор Алонсо повел их в ангар, значит сегодня будут полеты. От этой новости все приободрились и были в предвкушении новых увлекательных занятий. Но зайдя в ангар, молодые пилоты его не узнали. Раньше он был настолько свободный, что в нем можно было хоть в футбол играть, но сейчас тут яблоку негде было упасть. Все пространство занимали новенькие машины разных размеров. С первого взгляда человек не сведущий в типах космических судов сразу бы понял, что перед ним грозные военные машины. Ну, а молодые космопилоты, которые знали все виды вооруженной космотехники, сразу узнали обводы орбитальных истребителей, тяжелых космоперехватчиков и, конечно же, считавшихся до этого дня прототипами, космоштурмовиков. Подопечные Альдо не скрывали своего восторга и на какое‑то время даже забыли о субординации. Издавая восхищенные звуки, они рассыпались по ангару, в восторге изучая заветную технику. Они живо спорили, указывали пальцем, улыбались как маленькие дети. Альдо не стал им мешать. Для него сейчас они и были детьми. Детьми, которым вскоре предстоит стать первым полком первого ударного флота космических сил Российской Федерации. Это будет грозная сила, которая будет учиться работать не по отдельности, а именно взаимодействуя друг с другом. Ударные флоты не прикрывают орбитальную базу или транспорты, они не перехватывают неопознанные болиды, не занимаются отстрелом метеоритов или космического мусора. Ударный флот стремительным броском вторгается в систему с превосходящими силами неприятеля и решительным ударом зачищает её. Буквально через полгода – год ударный флот будет способен наносить обезглавливающие удары по любому противнику в любой части солнечной системы. Эти дети, которые сейчас не скрывают своего восторга от увиденных вблизи машин, вскоре станут самой грозной силой всего человечества.

– Сынок, извини что отвлекаю днём, – в динамике смартфона зазвучал немного взволнованный голос матери, – Но я хотела поговорить именно днём, пока отца нет рядом, и он не слышит.

– Да, мама, что случилось? Пять минуточек у меня есть, – насторожился Николай.

– Неловко просить, но не мог бы ты выслать ещё немного денег, – совершенно смутившись, спросила мама. – Только отцу не говори! Он запретил больше у тебя просить!

– Конечно, могу, – ответил лейтенант Зайчик. – А ты что, не на работе? – удивился он, услышав на фоне голос сестренки.

– Василиса опять какой‑то вирус подцепила в саду, – принялась объяснять мама. – Я больничный взяла. Лекарства такие дорогие стали!

– Ааа… На лекарства Ваське? Да, конечно! Сколько надо?

– Не совсем, Коля, – мама не удержалась и всхлипнула. – Меня с работы уволили…

Зайчика словно по голове ударили. Его мама уже тридцать лет работала в больнице медсестрой. Лет пятнадцать из них старшей медсестрой. Как её могли уволить? Но все оказалось очень просто. Очередная волна оптимизации медперсонала, как назло, совпала с болезнью младшей дочери.

– Главврач сказал, чтобы я нашла няньку для дочери. Он, видите ли, устал терпеть мои постоянные больничные, – заливаясь слезами, рассказывала о своей беде мама. – Как будто я только вчера пришла в эту больницу! Будто не отработала там большую часть жизни.

– И что, взял и уволил? – осторожно поинтересовался Николай.

– Да, – уже плача навзрыд ответила мама.

– Мама, не плачь! Кхы‑кхы! – в трубке послышался голос сестренки. – Все будет хорошо!

– Я знаю, дочка! – ответила мама, фыркая носом. – Иди, рисуй дальше.

– А если попробовать в частные клиники? С твоим‑то опытом! – Николая начала бить дрожь негодования.

– Им больше молодые, симпатичные нужны, – немного успокоившись, ответила мать, – я уж в пару мест звонила…

– А если… – Николай не успел закончить, как его голос утонул в оглушительной сирене.

Учебный сигнал боевой тревоги звучал на базе чуть ли не каждый день. Так молодых пилотов приучали к рефлекторному действию. Услышав этот сигнал, он должен был в течение двух минут прибыть к своему космоштурмовику, а в течение ещё трех облачиться в противоперегрузочный комбинезон и занять место пилота.

– Мама, потом договорим, – прикрыв микрофон ладонью, прокричал лейтенант Зайчик и со всех ног бросился в ангар.

– Только не забудь перезвонить! – успел расслышать Зайчик.

– Не переживай! Все будет хорошо. Разберемся! – крикнул в трубку он и ускоренным шагом направился в ангар.

Столовая и ангар находились чуть ли не в противоположных частях базы и добраться за две минуты можно было не успеть даже с учетом пониженной гравитации. Тем более в голове у Николая были вовсе не учения, а то, что на папе теперь пятеро иждивенцев которых надо не просто прокормить, а еще одеть и выучить. Если подужаться, то половину своего жалованья можно отдавать им. Ох, как не вовремя купили эту путевку на Луну! И зачем он уговорил их? Потраченных денег хватило бы на целый год.

На построение в Ангаре лейтенант Зайчик не опоздал, но прибыл самым последним. Плохо скрываемые усмешки сослуживцев вернули его к реальности. Николай знал, что они улыбаются не со зла. Просто почему‑то так все время выходит, что если что‑то с кем‑то случается, то это обязательно он.

– Разрешите встать в строй? – обратился он к майору Алонсо.

– Бегом! – скомандовал тот, и Николай в два прыжка занял свое место в строю пилотов. – С сегодняшнего дня начнутся занятия по координации в боевых условиях, – Альдо начал брифинг, когда полк был в полном составе. – Вылетаем всем полком! Имитируем зачистку условного спутника планеты. Оперативную тактическую информацию получите в кабине. Облачиться в скафандры! Марш!

Спустя шесть минут последний вымпел покинул ангар, и Альдо начал формировать построение полка в атакующие и прикрывающие формации. Задачка была не из простых, ведь такие массовые вылеты были для молодежи в новинку. Но справедливости ради надо сказать, что они были в новинку всем вооруженным силам вместе взятым. Еще никто никогда не устраивал в космосе такие массовые учения.

– Вторая эскадрилья штурмовиков, вы чего возитесь? Группа зачистки уже в условной точке! Первая эскадрилья штурмовиков будет ровно через две минуты. Вы должны быть через четыре! Появился, нанести удар, исчез! Не даем опомниться! Ускорение два! Прикрытие, куда лезете вперед батьки? Зачистка еще не выполнена! На космоперехватчики противника спешите нарваться? Неплохой способ выпилиться! – ругался Альдо, на чем свет стоял. Да уж, до воплощения в жизнь идеи ударного полка ещё очень далеко. – Вторая штурмовая, это ещё что за стадо баранов? Забыли, как должен выглядеть строй штурмовиков, заходящих на цель? Вот я вам покажу Кузькину мать! Первая штурмовая, кто так на штурмовку заходит? Где противозенитный маневр? Да вас боевые лазеры посбивают ещё на подлете! Да вы что охренели? По прямой лететь? Не на параде же! Ух, я вам устрою сладкую жизнь!

Каждый день две недели к ряду продолжались подобные вылеты, а иногда и по два раза в день. В столовой все реже звучал смех и болтовня, а из казарменных кубриков музыка. Каждую свободную минуту космопилоты старались тратить на отдых и сон. К концу Лунной вахты молодежь еле ноги волочила и посадка в челнок, летящий на землю, был сродни долгожданному отпуску. Все это время Альдо ходил мрачнее тучи. Он уже на два дня затянул отчет перед генералом Берёзовым о проделанной работе. Ресурсов лунной базы за эти две недели было потрачено умопомрачительное количество, а результат казался несущественным. Ночи напролет Альдо пересматривал записи телеметрии учебных вылетов, выискивая свои ошибки и ошибки подопечных. Каждое утро и вечер он устраивал многочасовые разборы полетов, где буквально посекундно просматривал с пилотами записи и указывал на их ошибки. К концу очередной вахты, когда пришла пора отчитываться, в голове была настоящая каша и он позволил себе затянуть с отчетом чтобы привести мысли в порядок. Целые сутки он запрещал себе даже думать о космосе, а по истечении назначенного срока он собрался и пересмотрел все вылеты от начала и до конца. Решение отдохнуть и взглянуть не замыленным взглядом полностью оправдало себя. Теперь прогресс был на лицо! Первый и последний учебный бой отличались как небо и земля. Хоть до идеала было ещё очень и очень далеко, но даже сейчас он мог с гордостью сказать, что первый ударный полк начал приобретать узнаваемые черты. Особенно порадовали его именно штурмовики. С воодушевлением он принялся за отчет.

Глава 6. Новые товарищи

От съемной квартирки, в которой жил Николай, пришлось отказаться. С деньгами в семье все было не просто плохо, а очень плохо. Мама так и не смогла найти работу по специальности, ведь оптимизация коснулась не её одну, и тысячи медиков оказались на улице. К счастью, она смогла договориться с главврачом своей больницы на работу уборщицы и с недавних пор мыла полы в том самом отделении, где проработала старшей медсестрой без малого тридцать лет.

Но Николай не отчаивался. Зачем ему съемная квартира, если он живет в ней один? Мешаться в родительской квартире он не хотел, поэтому попросил у майора Алонсо узнать, нет ли места в офицерском общежитии. Несколько человек из его полка живут в нем и особо не жалуются. Альдо воспринял просьбу Николая с пониманием и позвонил лично коменданту. Тот долго сопротивлялся, но местечко нашел, и с тех пор Николай перебрался в общежитие, а освободившиеся деньги смог отдавать родителям.

В общаге поначалу его приняли довольно прохладно, ведь в ней жили далеко не только космопилоты, но и офицеры из других родов войск. И если между отдельными родами войск бывает небольшое недопонимание, то космических пилотов не любят абсолютно все. Львиная доля бюджета достается космосу. А если кто‑то получает больше, то кто‑то другой недополучает. Дороговизна космической программы базировалась на недофинансировании всей остальной военки. Зайчика это не сильно смущало. У него и других забот было предостаточно, кроме как разбираться в этой Санта‑Барбаре. Тем более, что вскоре соседи по общаге к нему присмотрелись и, попросту говоря, влюбились в его простой нрав и открытый характер. Буквально за пару межвахтенных недель он стал своим в доску. Новые товарищи начали звать на различные мероприятия разной степени культурности. В новой компании он начал знакомится с девушками, ходить на концерты и в недорогие бары. Но что больше всего поразило его в новой компании – это некоторые разговоры. Выпив лишнего то один, то другой офицер начинал возмущаться складывающейся в мире ситуацией, государственной политикой, высказывал недоверие или даже презрение к власти, упоминали о стихийных митингах и забастовках. Николай не мог поверить своим ушам. Какие митинги и забастовки? Если бы они действительно были, то о них говорили бы в новостях.

Однажды на очередной пирушке, когда все были достаточно пьяны, он решил поинтересоваться.

– Почему я слышу о забастовках только от вас? Почему нет официальной информации?

Вопрос был встречен сдержанным хохотом.

– А ты знаешь хоть одно не государственное СМИ? – один из товарищей дружески похлопал его по плечу.

– Н…нет – задумался Николай, – Но какая‑то информация просачивалась бы!

– Тут, брат, надо уметь читать между строк! – подхватил другой. – Видишь новость о том, что какому‑то предприятию пришлось приостановить работу, сократить персонал и так далее, будь уверен – были недовольства или даже забастовки.

– Ты в курсе, что у нас в России численность внутренних войск почти вдвое выше, чем сухопутных. Ты же знаешь, с кем сражаются внутренние войска? – добавил масла в огонь третий.

– Ты же большую часть времени проводишь на Луне? – поинтересовался первый.

– Да, – понурившись, ответил Николай.

– И ничего не заметил?

– Да нет…

– Упавший трафик грузовиков, дефицит на производимую там продукцию?

– У отца двигатель стуканул, – оживился Николай, – а запчасти не достать! Мы думали, на старые модели просто не производят больше.

– На новые тоже, – ухмыльнулся собеседник. – Лунные предприятия почти все взбунтовались и объявили о том, что выходят из состава своих государств и производства отныне принадлежат им в оплату задолженностей по зарплатам. ЛСПП – лунный союз промышленных предприятий. И сделать с ними ничего не могут. На Луне не было внутренних войск. Штурмовать лунные города – значит их уничтожить. Да и нет такого вида внутренних войск, которые умеют сражаться в вакууме. Вас, кстати, не учат штурмовке луны?

У Николая внутри все рухнуло. Интенсивность тренировок за последний месяц выросла многократно, и никто не мог понять, с чем это связано. А если на одном из таких учений им прикажут отбомбиться по заводам с мятежниками? Он же, как раз штурмовик! От нахлынувшего понимания обстановки Зайчик невольно схватился за голову.

– И что, вся Луна взбунтовалась? – выдавил он из себя.

– Ну не то чтобы вся, – успокоили его. – Только значимая часть крупных заводов. Военные базы, туристические центры, некоторые научные… Все это, вряд ли перешло к мятежникам.

– Да и точно же никто не скажет. Информацию не разглашают. Журналистов к ним не отправишь, а интернет им в первую же очередь отрубили, – подвел итог другой новый товарищ Николая.

Туристические! Зайчик вдруг спохватился. Может уговорить семью не лететь на Луну. Но зная отца – ничего не выйдет. Пока по новостям не скажут об опасности он, и слушать Николая не будет. Тем более, столько денег заплатили…

Глава 7. Выпускной экзамен

Альдо так привык перед сном пересматривать записи учебных вылетов, что ему попросту не удастся уснуть, пока он не выполнит диковинный ритуал. Этот раз был не исключением. Уже три вахты подряд они усиленно тренировались, и результат был на лицо. Но командование, хоть и поддерживало начинание генерала Берёзова, но потраченные средства их не на шутку беспокоили. Тезис о том, что ударные полки должны работать только массово, действия не возымел и Альдо пришел приказ больше упражняться на симуляторе, а для реального пилотирования выводить не более чем по два‑три вымпела в день. Компромисс, если его можно так назвать, был достигнут, и интенсивность реальных полетов сократилась в пользу интерактивным. Пилоты могли выдохнуть с облегчением. Хоть свободного времени у них и не увеличилось, но изматывающие своими жесткими перегрузками реальные полеты практически прекратились.

Альдо отодвинулся от компьютера и задумался. Конечно, тренажер не учитывал всех нюансов, но был максимально приближен к реальности. Раздумья были недолгими, и он принялся выписывать в блокнот замечания в целом и по каждому из своих пилотов. Остановившись напротив фамилии Зайчика, он несколько секунд помедлил. Существенных замечаний к нему не было, но оставлять кого‑то без внимания было не в его правилах, и он ещё раз отмотал запись на тот момент, где Николай заходил на штурмовку. Противозенитный маневр исполнен идеально, и ни один лазер ПВО даже близко не прошелся по нему, гравитационный маневр и уход с орбиты тоже. Немного переусердствовал с тягой двигателя перед заходом и на полторы секунды оторвался вперед, ломая идеальное построение. Спешил побыстрее применить вооружение. На этом Альдо и сделает акцент завтра. Может даже имеет смысл полетать с ним в паре по-настоящему, отточить этот момент. Ох уж этот Зайчик… Вот все у него хорошо. Чуть ли не идеально, но обязательно должно что‑то случиться, чтобы подпортить картину. Ну да ладно. По сравнению с тем, что было вначале, он сильно вырос. Это достижение Альдо не без лишней скромности мог записать на свой счет.

Утро было не без происшествий. Какие‑то проблемы со связью чуть не были восприняты как РЭБ атака неизвестного противника, но, к счастью, связь восстановили, и запланированные полеты отменять не пришлось.

Стартовый пилон с глухим хлопком вытолкнул космоштурмовик из ангара, и Альдо немедленно включил двигатели, переводя взгляд на мониторы тактического обзора. Штурмовик лейтенанта Зайчика тоже совершил старт, оставив после себя пыльное облачко на поверхности Луны. Альдо обратил внимание, что Николай пилотировал очень уверенно, и немедля ни секунды, отправился в зону проведения тренировочных полетов. Помнится, когда на космоштурмовики начали подвешивать вооружение, чтобы сходство с реальными боевыми вылетами было максимальным, многие пилоты осторожничали и пилотировали, как будто не смело. Но боязнь, очевидно, прошла.

– Калибр два, калибру один, – вышел в эфир Альдо, собираясь дать Зайчику вводные по проведению учебного вылета. – Выдвигаемся по курсу… – приоритетный сигнал от станции радиолокационного обнаружения прервал его.

– Калибр один, моноклю! – заговорил дежурный офицер со станции. – С Земли стартовал неопознанный корабль, который движется в сторону Луны. На связь не выходит на предупреждения не отвечает. Задача – выдвигаться встречным курсом и быть готовым применить вооружение.

–Монокль, Калибру один. Почему не поднимите перехватчиков? Это по их части. Штурмовик плохо подходит для перехвата, – ответил, недоумевая Альдо.

– По нашей информации у вас есть по две подходящих для перехвата ракеты космос‑космос ближнего радиуса действия. Командующий считает, что вы справитесь!

– Понял, – ответил Альдо, чертыхнувшись про себя. Командование опять деньги экономит. Не хотят поднимать перехватчики.

– Калибр два, – Альдо вызвал Николая. – Задачу понял? Все ясно?

– Так точно! – ответил тот.

– Вот тебе и реальная работа. Вернешься обстрелянным ветераном, – подбодрил его Альдо.

Неожиданно, где‑то на подкорке щекочущим комочком поселилось чувство дежавю. Давненько Альдо ни к кому не обращался по позывному «Калибр два». Давненько он не участвовал в боевых операциях. И, как на зло, зовут его ведомого сейчас тоже Николай… Нехорошее предчувствие заставило вспомнить тот день, которого не было. В этот раз он не оплошает, и его ученик бесславно не погибнет.

Вскоре пара космоштурмовиков вышла на боевой курс, и начала сближение. Когда до контакта с неопознанным кораблем оставалось полчаса, максимальная дальность пуска ракет космос‑космос, которые стояли на вооружении штурмовиков, была достигнута. Станция дальнего обнаружения тут же вышла на связь.

– Калибр один, Моноклю. Совершайте пуск ракет!

– Монокль, Калибру один! – ответил Альдо, – Расстояние эффективного пуска еще не достигнуто. – Предлагаю сблизиться с неопознанным кораблем. Вдруг он выйдет на связь.

– Калибр один, выполнять приказ! Если неопознанный корабль окажется ракетой с разделяемой боевой частью, то после разделения, боеголовки перехватить будет гораздо сложнее! Будь это пилотируемый корабль, он бы давно вышел на связь!

– Так точно! – ответил Альдо, чертыхнувшись про себя ещё раз.

– Николай, – чуя недоброе, Альдо обратился к Зайчику не по позывному. – Производи захват цели и пуск обеих ракет. Не суетимся, не нервничаем. Да, ты такой маневр не отрабатывал, но все бывает в первый раз. Если что, я на подхвате.

Николай послушно выполнил все необходимые действия. Альдо вывел на экран изображение с камеры из космоперехватчика Зайчика и всмотрелся в его лицо. Тот тщательно скрывал эмоции, но от майора не укрылась неуверенность во взгляде Николая.

– Пуск! Пуск! – Зайчик подтвердил сход ракет и оба пилота обратили все свое внимание на мониторы, где две маленькие оранжевые точки стремительно сближались с одной жирной красной.

– Тридцать секунд до перехвата! – нарушил молчание Зайчик! – Двадцать!

Шипение помех ворвалось в эфир, прерывая Николая на полуслове.

– Говорит пассажирский транспорт компании Спэйстревел! – затараторил испуганный мужской голос. – Повторяю! Мы пассажирский туристический челнок! У нас проблемы со свя…пшшшш.

Оранжевые точки достигли красной отметки, которая только в самую последнюю секунду внезапно стала зеленой. Осознаете произошедшего волна за волной обрушивались на обливающегося холодным потом Альдо. Они уничтожили гражданский челнок полный туристов. Спэйстревел. Альдо уже слышал это название и, несомненно, оно принадлежало гражданской туристической компании. Только где он мог его слышать? Это сейчас казалось неважно, но крайний вопрос почему‑то не шел из головы. Спэйстревел… Не этим ли дешевым космоперевозчиком хотели воспользоваться семья… Альдо в ужасе перевел взгляд на монитор с изображением Николая. Гримаса ужаса и гнева исказили лицо лейтенанта.

– Николай, я… – начал было Альдо, но осекся. Злой в растерянности взгляд Николая неуверенно переместился прямо в камеру и сейчас смотрел на Альдо.

– Я убил всю свою семью, – охрипшим голосом просипел он то, что Альдо боялся сказать вслух.

– Мне очень… – Альдо снова осекся.

– Там была моя пятилетняя сестренка! – начиная глубоко дышать, задыхаясь от приступа горя, продолжал хрипеть он.

– Никто не мог… – мямлил что‑то невразумительное Альдо, отводя пристыженный взгляд в сторону.

– Она так хотела побывать на Луне! – неожиданно спокойным голосом сказал он. От разбитого горем человека не осталось и следа. Будто кто‑то переключил тумблер, и вот уже абсолютно непоколебимый Николай ловкими движениями принялся управлять космоштурмовиком.

– Николай, что ты делаешь?

– Мщу! – отрешенно ответил Зайчик и начал разворот с набором скорости.

Станция дальнего обнаружения находилась на искусственном спутнике Луны в точке Лагранжа, находясь всегда между Землей и Луной. Зайчик вывел мощность двигателей в режим «максимал» и устремился в её сторону. Альдо, с трудом осознавая, что происходит, последовал за ним.

– Калибр два, моноклю! – вышла в эфир станция дальнего обнаружения. – Прекратить сближение! – Прекратить сближение!

Но Николай не обращал никакого внимания на приказ, направленный непосредственно к нему.

– Калибр один! – голос дежурного офицера сорвался на визг! – Прикажите второму номеру прекратить сближение! Или мы применим средства ПВО!

– Применяйте! – насмешливо ответил Альдо. – Николай, если ты меня ещё слышишь, то вот он! Твой выпускной экзамен! – сказал Альдо и принялся наблюдать за действиями подчиненного, по глазам которого было видно, что ему в этой жизни уже нечего терять. Альдо даже рискнул записать телеметрию происходящего на свой личный коммуникатор.

Тем временем космоперехватчик Зайчика вышел на боевой курс. Станция, вооруженная лазерным оружием, немедленно применила его, но Николай, словно на тренировке, выполнил противозенитный маневр с академической точностью и орлиной грацией. Вместо дежурного офицера на связь вышел какой‑то генерал, который видимо присутствовал на станции радиолокационного обнаружения и вопя сыпал угрозами, но Альдо не отвлекался на него. Он словно завороженный наблюдал, как Зайчик взламывает ПВО станции, обманным маневром сближается на дистанцию максимально эффективного залпа, производит пуск ракеты и элегантно, словно играючи, уходит от ракеты пущенной взлетающим на помощь космоперехватчиком, прикрывшись самой базой. Гравитационный маневр, низкая орбита, уход за Луну. Просто и красиво. Звука взрывающейся базы в вакууме слышно не было, но вспышка была знатная. Альдо выдохнул и развалился в кресле. Он был горд тем, кого он смог выучить. Один космоштурмовик играючи размотал целую базу и ушел невредимым. Альдо не знал, куда отправился Зайчик. Он знал лишь то, что его самого ждет трибунал. Но делать было нечего, и он развернулся, чтобы совершить посадку и с позором, но без сожаления, сдаться. Но для начала он зальет в сеть запись выпускного экзамена самого лучшего своего ученика.

Эпилог

Специально ради Альдо никто не стал присылать челнок на Луну. Так что ему пришлось неделю пробыть под стражей в своем кубрике. Майору обрубили связь, запретили передвижение, оставив один на один со своими мыслями. Завтра, на восьмые сутки после инцидента, должна была закончиться вахта, и майора Алонсо конвоировали бы на Землю для того, чтобы он мог предстать перед трибуналом. «Было бы сейчас военное положение, расстреляли бы меня к чертовой матери и дело с концом. А прожить остаток дней в тюрьме с позором… Уж лучше смерть!» – думал Альдо, не находя себе места. Шанса на спасение он не видел. Даже Генерал Берёзов не сможет замять это дело. Альдо краем уха подслушал, что запись инцидента, слитая им в сеть, распространилась по интернету наподобие вируса. На тормозах и по‑тихому такое не спустить.

Громкий шум за стеной прервал его мысли. «Это что? Выстрелы?» – пронеслось у него в голове. Звук похожий на выстрел повторился ещё и еще раз уже совсем близко. Альдо настороженно поднялся на ноги и поправил форму, не зная на что рассчитывать. Дверь в его кубрик с шумом распахнулась, и майор с ужасом понял, что коридор заволокло дымом. В эту же секунду в комнату ввалились три лейтенанта из его полка и радостно осклабились.

– Майор Алонсо, – козырнул один из них. – Мы пришли Вас освободить и предложить присоединиться к ЛСПП!

– К чему? – Альдо был ошарашен не на шутку.

– Лунный союз промышленных предприятий! – все так же радостно говорил лейтенант.

– Вы не в курсе? – заговорил второй. – Революция! Луна почти полностью под контролем нового лунного правительства. На Земле гражданская война.

– Шесть дней назад Зайчик вышел на связь и призвал все вооруженные силы перейти на сторону мятежников. ЛСПП с радостью приняли его к себе. А после того как Вы выложили в сеть видео, где Коле приказали убить свою семью, недовольства граждан переросло в настоящий бунт. В один момент он стал символом недовольства. Руководители ЛСПП возглавили этот бунт, и началась настоящая революция.

– Зайчик жив? – не веря своим ушам, переспросил Альдо.

– Да! И он призывает переходить на сторону ЛСПП. Мы подумали, что Вы нас поддержите.

– А вы – это кто? И сколько вас? – Альдо пытался уложить в голове услышанное.

– Все до единого космопилоты и техники. Не пожелали сдаваться только несколько человек из охраны, но с ними мы уже договорились, – злобно прошипел один из лейтенантов. Альдо только сейчас увидел, что его форма обильно пропиталась кровью, а из‑под нее виднеется покрасневшая повязка.

– Хорошо бы выйти на связь с генералом Берёзовым, – предложил Альдо, боязливо посматривая на своих подчиненных. Как бы они не приняли его пожелание за отказ переходить на сторону бунтовщиков.

Чтобы не казаться испуганным Альдо чиркнул зажигалкой, прикурил сигарету, которая ждала своего часа несколько лет и смачно затянулся. Несколько мгновений он вожделел долгожданного эффекта, но вместо него зашелся кашлем. Немного подумав, он потушил сигарету, смял пачку и кинул на пол.

– Генерал и полк перехватчиков с Марса прибудут в расположение ЛСПП ориентировочно через два дня. На орбите марса остались только несколько вымпелов и наиболее верные генералу люди. Он вышел на связь около трех часов назад, пожелав поговорить с Вами. Тогда‑то мы и решили, что дальше ждать не имеет смысла.

– Генерал похвалил Вас и сказал… – говоривший неуверенно запнулся. – Сказал, что это было… зрелищно. И он доволен результатами экзамена.

– Он также добавил, – гордо подняв подбородок, заговорил раненый, – Что желает быть заодно с народом, а не против него!

– С такими силами, – резюмировал первый, – мы одержим победу над любым противником! Наконец‑то все потраченные на гонку вооружений бюджеты окупятся и послужат на благо обычным людям!