Морская звездa

Глава 1

– Экипажу “Белого Шторма” собраться в кают-компании, - раздался по громкой связи голос капитана, как только последний из членов экипажа покинул капсулу стазиса.

Вскоре, в просторную комнату с мягкими диванами и баром стали подтягиваться ещё сонные и не успевшие одеться участники экспедиции.

– Мы прибыли в систему Грумбриджа, - начала говорить капитан Лорейн. - Система, как и ожидалось, состоит из двух планет. Первая, ближайшая к звезде, Стивен - потенциально обитаема. Если колонисты и высадились куда-то пять стандартных веков назад, то на неё. Уже поступают данные с зондов. - Лорейн на миг замерла с отсутствующим взглядом, просматривая информацию с медиалинз в глазах. - Кислородная атмосфера, девяносто восемь процентов поверхности занята океаном. Примерно в районе экватора есть небольшой континент, около семи миллионов квадратных километров. Вокруг - островной архипелаг. Другой суши нет. На орбиту Стивена мы ляжем примерно через час. Пока все свободны. Если будут новости - они будут выкладываться в общую информационную ленту миссии.

На этих словах Лорейн одним глотком допила кофе, бросила чашку в утилизатор и вышла из помещения. За ней последовали все остальные, кроме экзобиологов Виолин и Найлии, которые продолжали обсуждать возможную стадию развития биосферы планеты.

Через час все собрались вновь. На этот раз участники миссии были бодры и одеты в форменные белые комбинезоны. Капитан вывела на медиапанели свежие изображения планеты с основной статистикой.

– В ленте вы видели предварительные данные, - сказала она, - Виолин, расскажи подробнее, чтобы все были в курсе.

– Мы получили подтверждение наличия жизни на единственном континенте Стивена, - начала экзобиолог, - биомасса составляет менее трети от всей площади. Остальное пространство занимают горы и пустыня. В основном жизнь сосредоточена между побережьем и подножием скальных возвышенностей. Судя по данным сканера, там есть леса, у берегов замечено изменение цвета воды. Скорее всего это колонии водорослей. Наличие фауны обнаружено преимущественно в океане, но на суше тоже есть биологическая активность. Но ни городов, ни дорог мы не увидели. Только мелкие поселения.

– В конце следующего витка мы встанем на стационарную орбиту и.., - начала говорить капитан и замерла.

Изображение планеты на экране сменилось картинкой с носовых камер корабля. Впереди по курсу, на значительном отдалении от планеты, висел корабль. Из-за чёрного цвета он был едва различим на фоне космоса.

– Крейсер колонистов, - тут же идентифицировал его Дикс, один из двух инженеров миссии. - Автоматика на запросы не отвечает, но есть следы радиоизотопного излучения.

– Он движется вместе с планетой, - заметила капитан, - но находится не на стационарной орбите. Дикс, Интор - занимаетесь крейсером. Остальные - планетой. Над континентом мы будем… через пятнадцать минут. Обновлять ленту каждый час. Общий сбор здесь, каждый день, в это же время по Торндайку.

Спустя неделю наблюдений, Лорейн приняла решение высадить на планету десант. Мира - врач-социолог, и экзобиологи Виолин и Найлия единогласно высказались против открытого контакта из-за сильной деградации общества потомков колонистов.

***

Капсула Виолин опустилась на поверхность в небольшой безлюдной бухте, вдали от поселения. Ближайшим строением был одинокий дом, построенный на краю обрыва, нависшего над пляжем.

Виолин нашла подходящую расщелину и спрятала капсулу в ней. Затем она разделась, оставила скафандр внутри капсулы и надела набедренную повязку, по примеру тех, что носили местные жители. Переодевшись, Виолин пошла по вдоль кромки воды по направлению к прибрежной деревне. Вдруг она услышала крики:

– Помощь! Помощь! Скорейше!

Кто-то кричал и Виолин понимала язык. Она побежала на крики и увидела женщину в грубых тканых одеждах, которые, судя по наблюдениям, носили представители местной знати. У ног женщины на песке лежал мужчина с обнаженным торсом. Рядом на циновке была разложена еда, стояли два сосуда. Женщина кричала куда-то на верх. Виолин посмотрела в этом направлении и увидела длинную лестницу, вырубленную в скале. С самого верха по ней спускалась группа людей. Мужчина же, с потемневшим лицом бился в конвульсиях, его рот был полон желтоватой пены. Виолин подошла поближе. Из закатившихся глаз обильно текли слёзы. Наконец, мужчину вырвало кровавыми сгустками и он затих.

Экзобиолог опустилась на песок рядом с умирающим. Было похоже, что он отравился. Мужчина ещё дышал, но был без сознания. Вдруг женщина обратила внимание на Виолин.

– Звезда! Скоро! Неси морскую звезда! - закричала она на неё.

Виолин подскочила, не совсем понимая, что от неё хотят. Но женщина красноречиво указывала рукой в сторону моря. Экзобиолог решила рискнуть и выполнить просьбу буквально. Они подбежала к кромке воды. По счастью, между камней, на небольшой глубине, лежали несколько морских звёзд, лениво перебирающие щупальцами. Виолин вытащила одну, среднего размера, и побежала обратно. Женщина схватила у Виолин животное и положила на грудь мужчине.

– Он умер? - Снова обратилась она к Виолин.

Та поднесла пальцы к шее и буквально в этот же момент поймала последний толчок крови в умирающем теле.

– Да, - ответила она.

– О, слава великой Звезда! Со Звезда мы пришли, на Звезда возвращаемся! - Воскликнула женщина

Она забрала с груди мужчины морское животное и понесла его обратно к морю. Виолин пошла следом. Отпустив звезду, женщина, казалось, успокоилась.

– Как тебя назвать, девочка? - Как ни в чём ни бывало, обратилась она к Виолин.

***

Девочка, назвавшаяся именем Виолин, сказала, что пришла из центра земель, которые она называла “континентом”. С виду она ничем не отличалась от нормальных людей, только одежда была из странной плотной кожи, а сама она была слишком бледной. Госпожа Газния внимательно осмотрела её. Она была необычно чистая, как будто очень долго находилась в воде, и совершенно без волос везде на теле, кроме головы. На вид она была совсем юная, хотя на вопрос госпожи ответила, с некоторой заминкой, что ей двадцать два года.

Госпожа Газния предложила ей место служанки в своём доме и та, естественно, согласилась. Госпожа любила видеть вокруг себя молоденьких служанок, а эта ещё и выглядела необычно. Широкие бёдра, короткие светлые волосы, большие серые глаза и изогнутые в постоянном удивлении брови. Госпоже Газнии было жалко бедняжку, сбежавшую из срединноземелья. Жрецы рассказывают жуткие истории про живущих там.

Газния была благодарна девушке за то, что она помогла спасти душу её мужа, которую великая Звезда решила забрать так неудачно, во время их регулярного интимного пляжника. Подоспевшие слуги остались заниматься телом, а сама госпожа с новой служанкой вернулись в дом.

Ночью госпожа позволила новенькой лечь рядом с ней. Морские ветра уже несли холод и без служанок в постеле было спать холодно. От девушки непривычно пахло чем-то нежным и сладким. Эти новые ароматы резко отличались от обычного запаха солёных водорослей и моллюсков.

Треск ломающихся среди ночи дверей прервал сладкий сон госпожи. Прислуга в доме что-то причала, через щели в полу и перегородках были видны всполохи факелов. Служанки в постели своей госпожи испуганно озирались спросонья и с визгом выскочили, когда в спальню вошли трое. Лишь новенькая не убежала, а, казалось, с интересом смотрела на происходящее.

– Что ты наделываешь, Нутскин? - Спросила Газния, привстав в постели и узнав в одном из вошедших брата её умершего мужа.

Вошедший молча отошёл в сторону и Газния разглядела лица двух других непрошенных гостей. Это были жрецы в традиционных синих балахонах и с неименными синими узорам на лице.

– Что случается? - Снова спросила госпожа, поднявшись и открыв всем свою наготу. - Я - госпожа Газния, сохранитель Третьей Реликвии Первых, продолжающая жизнь Сошедших со Звезды. Как вы можете появляться ко мне ночью?

– Ты убила. Своего мужа! - Гулким монотонным басом произнёс один из жрецов.

– Нет! - Возразила госпожа. - Великая Звезда закончила его! Я вернула душу к морю. Теперь его жизнь в морской звезда. Я правильно сделала обряд. Великая Звезда и вот эта служанка видели, как это делалось.

– Пойдёшь с нами, - не обращая на её заявление пробасил жрец, - или ты останешься здесь. И твою душу заберёт Огненный глаз.

Газния пыталась возразить, но жрецы её не слушали. Они попытались взять её под руки, но на вырвалась. Тогда Нутскин, которого она назвала братом своего мужа, ударил её чем-то тяжёлым сзади и жрецы унесли унесли обмякшее тело в темноту.

***

Утром дом госпожи продолжил жить, как ни в чём не бывало. Виолин, пережившая столь странную ночь, попыталась по-тихому уйти, но во дворе её остановил мужчина с плетью. Виолин решила не привлекать к себе внимание и вернулась обратно. Возможно, получится уйти ночью.

Её и других служанок покормили варёными водорослями и предоставили самим себе. Виолин обошла дом. Он был небольшим. Два этажа и чердак, на котором, похоже тоже кто-то жил. Наружные стены, перекрытия и перегородки были сделаны из бамбука.

Во внешних пристройках была кухня и ещё какие-то хозяйственные помещения. В большинстве комнат на первом этаже всю мебель составляли сундуки из бамбука и низкие столы, за которыми нужно было сидеть на полу. Наверху были спальни. Кровати, больше похожие на лежанки для животных, тоже находились на уровне пола. В них лежали плоские мешки из грубой ткани набитые соломой. Спали в таких лежбищах все вместе, вповалку.

Ближе к полудню, в сопровождении жреца, в дом вернулся Нутскин. Он велел слугам собраться во дворе и объявил, что их госпожа приговорена к году праведной жизни за убийство мужа. Род её проклят, а всё её имущество наследует он. Всех построили полукругом и жрец вынес из дома небольшой предмет, который он торжественно держал на вытянутых руках. Это был прозрачный куб со сглаженными углами и с множеством хаотично разбросанных белых точек внутри. Виолин в изумлении смотрела на артефакт. Реликвией первых сошедших со звезды, которая, видимо, являлась в этом мире символом власти, оказался инфокуб. Жрец в полной тишине вручил его Нутскину, тот принял его и в этот же миг все, включая жреца, согнулись перед новым господином в поклоне.

Виолин старалась не упускать Нутскина из виду. После своеобразной коронации тут же во дворе устроили большое торжество. Господин Нутскин сидел на траве во главе стола, но ни разу не выпускал куб из рук. Возможно, это тоже была какая-то традиция. Две служанки рядом с ним кормили его и подносили к губам деревянный сосуд с напитком.

Наконец, взяв полуголых служанок за руки, Нутскин потащил их в дом, передав инфокуб обратно жрецу, который всё это время сидел рядом, но не ел и не пил. Жрец, подождав, пока хохот господина и визг служанок утихнет в глубине комнат, поднялся и тоже пошёл в дом, унося с собой инфокуб. Виолин осторожно последовала за ним. Жрец, прошёл в самую дальнюю часть дома, где не горел ни один масляный светильник, и скрылся в маленькой каморке, занавешенной циновкой. Виолин ждала, спрятавшись в комнате, заставленной толстыми бамбуковыми сосудами, от которых исходил вездесущий запах рыбы. Наконец, из темноты, как из тёмной воды, появилось расписанное синим лицо. Жрец прошёл мимо Виолин и направился к выходу. Сверху раздавались стоны и крики служанок.

Виолин просидела между сосудов с рыбьим жиром для светильников до глубокой ночи. На тёмном небе, видимом через небольшое окошко, красным горела вторая планета системы - Марта. Света от звёзд, проникающего через щели в бамбуковых стенах, вполне хватало, чтобы ориентироваться в доме. Виолин без труда нашла ту комнату, куда ходил жрец. За дверью обнаружилась крутая лестница, уходившая в кромешную глубь подвала. Виолин развернулась спиной и стала медленно спускаться, нащупывая босыми ногами ступеньки.

Она помнила, что жрец не зажигал огня. Но как-то он ориентировался тут без света. Почувствовав ступнями прохладный земляной пол, Виолин встала и повернулась. Сначала ей показалось, что каким-то образом звёзды с неба отражаются и здесь, под землёй, но потом она поняла, что маленькие светящиеся точки - это биолюминесценция от каких-то местных насекомых или плесени. Посреди этого великолепия чётко вырисовывался чёрный прямоугольник. Наощупь это оказался очередной бамбуковый сундук. Он не был заперт и Виолин без труда нащупала внутри, среди чего-то мягкого, то, что искала - твёрдый и гладкий на ощупь куб с данными.

***

Жрец оставил Виолин на ночь в пещере. Помимо неё, тут находилось ещё несколько человек. Было темно, но девушка слышала где-то рядом чужое дыхание, запах рыбы и немытых тел. Когда жрец преградил ей путь там, в доме, она попыталась его отпихнуть и убежать, но он схватил её железной хваткой, вырвал из рук инфокуб и поволок на улицу.

Казалось, жрец каким-то образом действительно видит в темноте. Они спустились со скалы, на которой стоял дом, и вышли в большую бухту, со всех сторон, как серпом, окружённую горным хребтом. Всё это Виолин увидела только на следующий день, а тогда они просто шли в темноте и девушка лишь примерно, в свете звёзд, могла понять, где они находятся.

Всю ночь она на сомкнула глаз. Рассвет багровыми лучами медленно пробирался в пещеры, служившие жрецам темницей. Виолин заметила, что тоннели представляли собой старые лавовые трубки. Возможно, весь континент когда-то был одним огромным вулканом, оставившим после себя скалы, испещрённые, как сотами, запутанными ходами.

Выход из пещеры был преграждён бамбуковыми прутьями. Виолин попробовала их на прочность - сломать было невозможно. Вместе с ней в клетке было семеро людей разных возрастов. Виолин пыталась с ними заговорить, но никто не отвечал. Они лишь сидели на полу, сжавшись в комок, и смотрели вперёд отсутствующими взглядами.

Как только совсем рассвело, снаружи что-то стало происходить. Виолин подошла к решётке и стала смотреть. Вся бухта была застроена разного размера жижинами из бамбука, липнущими к скалам. Казалось, люди пытались получить от них какую-то защиту и не желали строить дома на открытом пространстве. А может система пещер как-то использовалась в хозяйстве и строить далеко от них было не выгодно.

Справа от темницы, метрах в тридцати, возвышалось самое большое и странное сооружение. Оно как-бы вырастало из скалы и было непонятно, где кончается камень и где начинается бамбук. Что-то в его очертании показалось Виолин знакомым, но рассмотреть повнимательнее у неё не получилось. Судя по нанесённой на стены синей краске, это как-то было связано со жрецами - храм или что-то подобное.

Раздались звонкие удары, и из храма вышли жрецы. Вместо обычных синих балахонов на каждом из них был надет сильно изношенный, без шлема и перчаток, но самый настоящий лёгкий скафандр синего цвета. Виолин вдруг поняла, что в храме показалось ей знакомым. Это был сильно повреждённый, заваленный камнями и бамбуком шаттл, на котором, видимо, колонисты, в своё время, спустились на планету. Значит те, кто выполнял роль жрецов, должны были что-то знать про своё прошлое. Хотя, за пятьсот лет это всё могло стать предметами культа, и скафандры ими воспринимались просто как ритуальная одежда.

На шеях у жрецов висели бамбуковые стебли разного диаметра, связанные вместе. Они ударяли по ним камнем и получался громкий и очень резкий звук. Вслед за двумя жрецами с барабанами вышел третий. Он катил перед собой примитивную тележку, где на грубом деревянном постамента лежал шлем, к которому из храма тянулся пучок проводов, замотанных, похоже, соломой.

Виолин замерла от удивления. Откуда-то сбоку, из-за скалы, к тележке подвели вчерашнюю женщину - госпожу Газнию. Она была по прежнему без одежды, и на её теле алели кровавые полосы от многочисленных ударов плетьми. Жрец взял Газнию за руку и подвёл к постаменту. Она безвольно подчинилась. Ей на голову надели шлем, жрецы замерли и стали что-то ждать.

Вокруг постепенно собирался местный народ. Смуглокожие, полуголые, мужчины и женщины в набедренных повязках из кожи морских животных, на некоторых были надеты накидки. Чуть в стороне стояли люди в мешковатых одеждах, похожих на те, в каких вчера была одета госпожа Газния и брат её мужа. Наконец, по толпе пронеслось какое-то возбуждение, люди расступились, и к жрецам подбежал мужчина. В руках у него лежала большая морская звезда.

Жрец достал из под постамента второй шлем. Виолин показалось, что в него была налита вода. Звезду опустили внутрь и жрец снова замер.

Основное оборудование, видимо, находилось внутри храма. Было сложно поверить, но больше всего это было похоже на ментальный сканер, который использовался когда-то для создания клонов-симулятидов. Прибор мог считывать матрицу с одного человека и записывать её в девственно чистый мозг клона. Но сейчас вместо клона использовалось морское животное, у которого из нервной системы были, максимум, ганглии, и то не у всех видов.

***

Платформы с приговорёнными были готовы к спуску под воду. Старший исполнитель Зак дал своим помощникам знак подождать, надел дыхалку - трубку, которую делают жрецы, позволяющую дышать в море, и пошёл под воду. В лагуне всё было спокойно и тихо. Солнце играло бликами на серовато-жёлтом песке дна, сквозь прозрачную воду было видно чистое голубое небо. Зак обошёл пещеры, клетки с душами, затем поднялся обратно по склону так, чтобы помощники его увидели, и махнул им рукой закатывать платформы. Неки и Флорин нехотя поднялись с камней и покатили платформы к воде.

Смертники, подвешенные к перекладинам, закачались в такт толчкам младших исполнителей. Как только вторая платформа, за которую отвечал Неки, скрылась под водой, Зак включил цифрометр. Трое из восьми захлебнулись сразу - парни даже не успели закатить платформы в пещеры. Неки выложил на берегу две чёрные ракушки, Флорин - одну. Толпа на берегу радостно загудела. Ещё через пару делений оба выложили ещё по две ракушки. Все души с платформы Неки ушли в море, у Флорина последний приговорённый ещё держался.

Размеренное покачивание в тишине неглубоких вод лагуны и контрастные вентиляционные течения всегда наводили на Зака сон. Вот и сейчас только он опустился на свой любимый камень, как глаза сами собой стали закрываться. Сквозь пелену полузакрытых век он посмотрел на цифрометр, заметил, что прошло уже пять делений, а Флорин так и не выложил последнюю раковину.

Вдруг какая-то тень промелькнула перед старшим исполнителем. Он открыл глаза и увидел девушку в сильно поношенном, полупрозрачном от воды и частого использования балахоне приговорённых к избавлению от душ. Она быстро всплывала, гребя одной рукой. Вторую она прижимала к груди. От неожиданности Зак даже не сразу среагировал. Плавать он не умел, поэтому как мог быстрее пошёл наверх по длинному пологому склону, помогая себе руками. Когда он вышел на пляж, зевак, так и не дождавшихся последней смерти, как и самой сбежавшей смертницы уже не было видно. Но на тёплых камнях ещё не испарились мокрые следы. Они вели наверх - по отлогой насыпи к краю скалы, мимо коптильни и пещеры палача. Зак поспешил за беглянкой.

На самом верху, за нагромождением обломков скал был обрыв и открытый океан. Если подняться наверх и не побояться спрыгнуть - то заключённых ждала свобода. Просто потому, что туда за ними никто не уже поплывёт. А сами беглецы могли добраться до ближайшего острова и попробовать выжить там.

Зак быстро петлял между камнями, выискивая взглядом подходящий проход. Наконец он выбрался на плато, на гладкую вершину на краю обрыва. Девушки не было видно. Либо Зак не успел, и она уже спрыгнула в воду, либо он ошибся и упустил её. Он растерянно обернулся, выискивая белую женскую фигуру среди серых камней и вдруг увидел её, сидящую между двумя валунами. Она по прежнему прижимала что-то к груди и беззвучно рыдала. И тут Зак вспомнил её. Это была та бледнокожая служанка приговорённой к праведной жизни в море мужеубийцы. Зак не особо интересовался за что людей приговаривали к избавлению от души, но про эту говорили, что она пыталась украсть сокровище предков.

Главный исполнитель подошёл ближе. Девушка больше не пыталась бежать. Она продолжала плакать и капли слёз смешивались со струйками воды, стекающими с её коротких волос. Зак достал из-за спины гарпун и направил его на Виолин.

– Что ты там? - спросил он, указывая остриём стрелы на её прижатые к груди руки.

Девушка молча протянула ладони вперед. Боги, это была морская звезда! Она украла чью-то душу! Животное судорожно шевелило лучами, кожа уже начала высыхать - звезда умирала без воды. Зак заколебался. Он должен был вернуть беглянку, но пока они доберутся до пляжа, звезда умрёт. Если же спасать душу, то приговорённая к смерти сбежит, и не важно, что она по непонятной причине не сделала этого раньше.

– Прощение, - сказал Зак, приняв решение.

Он медленно и осторожно забрал у девушки звезду, приставил гарпун к её сведённым вместе коленям и выстрелил. Ржавая стрела пробила оба сустава и застряла, надежно скрепив ноги. Ходить и плавать она уже не сможет никогда, да ей и не зачем. Не обращая на крики девушки, Зак быстро побежал обратно. Уже подбегая к пляжу он встретил двух жрецов в своих синих странных одеждах. Они направлялись наверх, за смертницей.

У кромки воды, набегающей ленивыми волнами на берег, на камнях сидели Неки и Флорин. Неки был заметно грустнее Флорина - он ошибся, не проверил как следует приговорённую и поспешил выложить ракушку о смерти. Заку нечего было ему сказать - он ответит за это перед жрецами. У Флорина, слава Звезде, всё прошло гладко. Стойкий заключённый захлебнулся через семь минут - почти рекорд. Судя по дыму, в коптильне уже разжигали печь для новых семи трупов.

***

Жрецы принесли беглянку с окровавленными ногами в пещеру палача. Она не сопротивлялась. Зак пошёл за ними. У Бонгера, как всегда царил полумрак, раздавались сдавленные крики и всхлипы жертв. Девушку отнесли в одну из камер, а Зак пошел к палачу. Бонгер как раз, видимо, закончил очередные испытания и стоял у выхода, вытирая нож и жмурясь на солнце.

– Света тебе, Зак, - произнёс он без эмоций, - почему шум?

– Сбегание, - ответил Зак коротко.

– Что, завысило десять цифр? - удивился Бонгер.

– Нет, самостоятельно, а Неки заметить не смог.

– Нет удачи пареньку, - констатировал палач.

– Засмотришь? Я ей колени забил, - попросил Зак.

– Нет труда, - согласился Бонгер. Он вернулся во мрак пещеры и Зак последовал за ним.

В дальнем углу, на соломе, вжавшись в угол сидел голый паренёк, привязанный к кольцу в полу. С бамбукового настила уборщики стаскивали чьё-то окровавленное тело.

– А этот что? - поинтересовался Зак, кивнув в сторону паренька.

– Удовлетворялся без согласия, - ответил Бонгер. - Дурачок. Две жемчужины и удовлетворяйся сколько желается. А теперь будет гаремным.

На этих словах Бонгер достал небольшой серповидный нож, а несчастный насильник ещё сильнее вжался в свой угол и застонал.

Уборщики наконец справились с предыдущим телом и понесли его к выходу. Когда они тащили труп мимо Зака он увидел, что это была девушка. Вдоль всего её тела, ног, рук, от шеи до пят проходили длинные порезы. Кровь с неё уже смыли и было похоже, будто она одета в красно-белый костюм с оборками. Зак остановил взгляд на лице девушки и отпрянул - мёртвыми глазами на него смотрела та же самая бледная служанка. Сходство было поразительным, и даже обескровленная и уже посиневшая кожа не могла скрыть различия - это была точная копия беглянки, двойник.

– Это кто? - спросил Зак у Бонгера.

Его помощники пытались затащить сопротивляющегося юношу на настил.

– Нет знания, - пожал плечами палач, - жрецы приводили.

Насильника уже растянули на настиле, широко раздвинув ему ноги, и Зак поспешил уйти. Он пошел в ответвление, где в одной из клеток должна была быть первая служанка. Зак подошел вплотную к прутьям бамбуковой решетки. Девушка сидела, прислонившись спиной к противоположной стене. Её окровавленные ноги всё ещё были полусогнуты и прибиты друг к дружке стрелой гарпуна. Он была в сознании, но лицо было искажено гримасой боли и тоски.

– Извинение, я не мог выбирать, - произнёс Зак.

Девушка молчала.

– Как тебя звать?

Служанка подняла на него глаза.

– Виолин, - едва слышно прошептала она.

– Бонгер заберёт гарпун, - сообщил Зак и продолжил, увидев вопрос в глазах девушки, - это палач, но он знает, что делать с телом, когда нужно поможить.

В ответ было снова молчание.

– Почему ты сбегала? - спросил Зак.

– Звезда, - тихо произнесла девушка.

– Ты хотела красть звезда? - Удивился Зак. - На что с ней делать? Ты собралась воровать реликвию, через время - звезда. Зачем?

– Ты не поймёшь, - произнесла Виолин.

– Не который оборот убегают бездушные, - заметил Зак.

Он пытался разговорить её, но понимал, что она в шоке и в принципе не обязана ему отвечать. К тому же за побег её всё равно ждёт коптильня.

– А у тебя имеется сестра?

– Сестра? - вдруг немного оживилась девушка.

– Да, я тут только видал у Бонгера, как две жемчужины похожую как ты.

– Где она? - на лице Виолин разгорелся неподдельный интерес.

– Ну, - замялся Зак, - Бонгера тяжело покинуть живым. Целым не всегда бывает.

Лицо Виолин внезапно осунулось, посерело, она закрыла глаза руками и снова зарыдала. К Заку подошел палач и встал рядом:

– Что она? - спросил он.

– Нет понятия, - ответил Зак, - думаю её сестра у тебя была.

– Хорошо. Ладно, давай засмотрим, что у неё.

Они вошли в камеру и Бонгер склонился на ногами девушки, поставив рядом потёртый кожаный саквояж.

– Тебе стрела пригодится? - поинтересовался палач у Зака.

– Гарпун, - поправил Зак, - очень, а что?

– Ноги отрезать будет лучше просто, - пояснил Бонгер.

– А вытащить?

– Тогда может сломаться, - ответил палач.

– Сломай, - согласился Зак. Гарпуны были дорогие, но он не хотел причинять девушке ещё больше страданий, пусть хоть перед смертью немного отдохнёт.

Сильные руки Бонгера оторвали от металлического стержня гарпуна стабилизирующее оперение, на хвостовой части остались небольшие зазубрины, но больше ничего сделать было нельзя. Виолин с ужасом смотрела на манипуляции палача.

– Будет боль, - произнёс тот, и не дав девушке опомнится, двумя резкими движениями выдернул гарпун и, надавив на пробитые колени, распрямил ноги.

Девушка закричала. В камеру заглянул надзиратель, но увидев Бонгера, быстро исчез. Палач между тем уже заматывал раны длинной серой тряпкой со старыми следами крови других жертв, с которых были сняты эти бинты.

– Гнуться не будут, - сообщил Бонгер. - Пойдём выпить морсянки, у меня дела всё.

Бонгер собрал инструменты, встал и вышел из камеры. Зак собрался было последовать за ним, как вдруг услышал, что девушка зовёт его.

– Ты придёшь? - крикнул из коридора Бонгер.

– Скоро, - ответил Зак и вернулся в камеру.

– Зак, так ведь тебя зовут? - прошептала Виолин. Зак кивнул и она продолжила. - Я знаю. Я не могу. Просить тебя. Я всё провалила. И Найлия. Мне больше некого просить, - её речь была тихая, отрывистая и Зак невольно наклонился к самому её лицу.

– Я вижу. Я хочу. Доверять тебе, - сказала она после некоторой паузы, - Пообещай выполнить две мои просьбы. Хотя, я всё равно. Расскажу. Ты решай. Найди такую же, как я. Так та, вторая. Ты видел. На острове. Большой остров. Рядом. На планете есть ещё. Мы хотим помочь. Найди и покажи, что я тебе дам. Что ты найдешь. У нас. Есть нож? Тебе дадут награду. Инфокуб. Власть, если хочешь. Скафандр. Одежда жрецов. Нужен нож. Есть?

– Да, - Зак рефлекторно схватился за ножны.

Её речь была странная и местами непонятная. Но про награду и куб он понял. Куб, сокровище предков - символ власти. Но если он у неё есть, почему она его не показала, а сидела в служанках?

– Разрежь бедро, вдоль. Там диск, знак, - произнесла Виолин.- Но сначала, убей меня. Сердце. Не хочу больше боли.

– Погоди, - попытался остановить её Зак, - может тебе ещё позволят умереть в море, ты сохранишь душу.

– Нет души, - ответила девушка, - нет моря, нет богов. Вы ничего не знаете. И не помните. Убей и достань диск. И у той, сестры - тоже. Прошу тебя. Найди третью, как я. Отдай диски, расскажи всё. А я, может, ещё вернусь.

Зак колебался. Конечно, его распирало от любопытства, что же за знак у неё в ноге, о котором она говорит? И действительно ли у ещё одной её сестры есть сокровище предков и кожа древних, как у жрецов? Если он убьёт её сейчас, ему самому придётся бежать. За убийство заключённой его сошлют на остров проклятых. С другой стороны, похоже именно на нём ему и нужно было искать ту, третью. Остров проклятых - единственный большой остров поблизости. Зак колебался. Она всё это говорила очень уверенно. Да и вела себя с самого начала странно. И она до сих пор держится, не смотря на то, что ей пришлось продержаться под водой более пяти минут, вытерпеть ранение. Она либо совсем сумасшедшая, либо говорит правду и это всё важно для неё. Зак решился. Ничего хорошего её действительно не ждёт. В море её никто не пустит, отправят в коптильню и её душу заберёт Огненный глаз. Лучше уж тут.

Виолин лежала с закрытыми глазами и тяжело дышала. Зак достал нож и она открыла глаза.

– Спасибо, - произнесла девушка.

Зак поставил нож остриём между ребер чуть левее и наискось - чтобы достать до сердца. Немного помедлив, он сделал глубокий вдох и всем своим весом навалился на рукоять. Острый нож легко вошел в тело и упёрся в позвоночник. Девушка не произнесла ни слова, лишь выпустила последний вздох. Теперь её душа будет вечно скитаться вместе с ветрами по поверхности моря, устраивать штормы и губить рыбаков.

Зак выдернул лезвие и стал ощупывать белые бёдра. На ощупь в них ничего не было. Он не помнил, говорила ли Виолин, какое именно бедро надо разрезать, и начал с левого. Нож легко рассёк мёртвую уже плоть до самой кости, но там ничего похожего на знак не было. На всякий случай Зак сделал ещё пару глубоких надрезов с верхней и внутренней стороны бедра - пусто.

Глядя на дело своих рук он вдруг понял, что Бонгер делал тоже самое с первой сестрой Виолин - он искал знак. Но не знал где, поэтому исполосовал её всю. Зак приступил к поискам в другой ноге, и только он начал резать, как лезвие наткнулось на что-то. Он продолжил резать и увидел, что под слоем мышц в крови что-то блестит. Разрезав бедро до конца, Зак вытащил из ноги Виолин странный предмет. На ощупь это была металлическая пластина, но она гнулась, как хрящ молодого моллюска. Пластина была круглая, с гладкими краями и слегка изогнута. Перевернув пластину, Зак увидел, что нижняя её сторона была прозрачной и внутри мерцали точно такие-же маленькие белые точки, как и в сокровище предков.

***

Остров, который местные жители называли “проклятым”, использовался некими синими жрецами, живущими на основном континенте, как место ссылки. За прошедший месяц жизни тут, Мира многое узнала о культуре потомков колонистов и об их жизни. С континента сюда ссылали неправедных, по мнению всё тех же жрецов, женщин, мелких преступников. За более серьёзные преступления, как удалось узнать Мире, людей казнили через утопление или заживо сжигали в какой-то коптильне.

В целом, верования этого деградирующего общества вполне коррелировали с тем, что произошло пятьсот лет назад. Скорее всего, с их кораблём что-то случилось. Они успели высадиться на планету, но не смогли забрать с собой оборудование, материалы, технику. Колонисты остались один на один с дикой природой и попытались выжить. Корабль, висящий на высокой орбите был хорошо виден в утреннем небе в виде яркой звезды. Постепенно прямой смысл того, что предки ныне живущих на планете пришли с этого корабля вытеснился метафорическим понятием. Они считали, что их прародители пришли со звезды, которая представлялась им неким божеством. Зеркально они начали обожествлять морские звёзды, в обилие водящиеся в тёплых прибрежных водах. Считалось, что души умерших переселяются в этих животных.

В самом начале, когда Мира очутилась на этом острове, на неё никто особо не обращал внимания. Ей позволяли присаживаться к костру, пускали переночевать. Возможно, её считали просто одной из многочисленных новеньких, сосланных сюда. Но потом какой-то мужчина попросил её пройти с ним.

Он отвёл её в большую пещеру, где на чём-то вроде трона, сложенного из множества ракушек, сидел сильно упитанный человек. Потом уже Мира узнала, что он выполняет роль правителя острова, вождя. Он стал расспрашивать Миру, кто она, откуда, за что её сослали и что она умеет делать.

Для всех трёх членов десанта была заготовлена одна легенда - они пришли из центра континента, где ещё во время наблюдений с орбиты экипаж заметил несколько поселений, ведущих замкнутый образ жизни, жители которых, с большой долей вероятности, мало общались с теми, кто жил на побережье. За несколько первых дней, проведённых на острове, Мира успела пообщаться с женщинами и получила примерное представление, за что их сюда отправили. Супружеская измена, беспорядочные связи с мужчинами, бесплодие. Но Мира для себя выбрала кражу. Она сказала вождю, что просто украла еду, потому что пока шла к побережью, почти ничего не ела. Её легенда, похоже, всех устроила. На вопрос, что она может делать, Мира ответила, что всё, чем обычно у них занимаются женщины, кроме удовлетворения мужчин. Вождь рассмеялся и сказал, что она может идти.

Последующие пару дней ей давали несложные поручения - разделать местных осьминогов, принести из пещеры воды, вымыть посуду из бамбука. Но однажды на берегу, когда ополаскивала бамбуковые чашки, она увидела плачущую молодую девушку. Мира раньше вроде встречала её, поэтому подошла спросить, что случилось. Та ответила, что кто-то украл её жемчуг. Жемчуг был единственной местной валютой. Им расплачивались с женщинами за проведённое время, и те копили его в надежде вернуться обратно на континент. Хотя, судя по их рассказам, на острове жизнь была лучше и безопаснее.

Мира, как могла, попыталась утешить Кин, как звали девушку. Посоветовала поискать жемчужины поблизости. Мира видела, что многие просто складывали их рядом со своей постелью, иногда прятали где-нибудь в расщелине дерева или в углублении в скале. Кражи тут случались, но были редки. Мира рассказала ей, как сделать кошель из куска кожи, чтобы впредь носить сокровище всегда с собой. Наконец, девушка немного успокоилась и ушла. А на следующий день она специально нашла Миру, сказала ей, что нашла жемчужины и показала мешочек из кожи кальмара, в котором лежали крупные перламутровые шарики. С тех пор всё больше девушек, а потом и мужчин, периодически приходили к Мире за советом, приносили в качестве благодарности еду. Мира же, как могла помогала им, рассказывала как улучшить их примитивные инструменты, показывала как шить одежду, помогала новеньким привыкнуть к жизни на острове. И слушала всё, что жители рассказывали о своей истории и обычаях

Однажды утром к ней подошёл мужчина, которого Мира приняла за очередного нуждающегося в совете. Но вместо просьбы, он молча достал что-то из своей котомки и показал это ей. У Миры подкосились ноги и она, чтобы не упасть, поспешила присесть на ближайший большой валун. В руках мужчина держал два инфодиска, которые были имплантированы в правое бедро всем участникам экспедиции. Если эти инфодиски каким-то образом оказались у него, значит Виолин и Найлия были мертвы.

– Что тебе нужно? - Спросила Мира, пытаясь незаметно положить руку на рукоять каменного кинжала, который всегда носила с собой, как и все остальные поселенцы.

Мужчина, продолжая держать диски на виду, сел напротив Миры.

– Я - Зак, - представился он. - Виолин говорила дать их тебе.

– А она…

– Души двух твоих сестёр стали скитаться над морем, - произнёс он.

Эта метафора означала, что её коллеги мертвы. Нужно было срочно возвращаться к спрятанной капсуле и вызывать эвакуацию. Но Зак хотел ещё что-то сказать.

– Она говорила, что тоже пришли со звезды, - сообщил он. - Куб и кожу древних взамен на это.

– Кожу? - не поняла Мира.

– Как жрецы. Синяя. Ноги руки отдельно и тут как у цифрометра, - Зак обвёл руками маленький прямоугольник на груди, как будто хотел показать какой-то знак отличия.

Но Мира всё равно не понимала. Тогда Зак сложил пальцы в щепотку и стал водить ими от шеи до самого низа и обратно, затем обвёл окружность вокруг головы, показывая что-то сферическое.

– Скафандр? - Удивилась Мира. - Ты хочешь взамен инфодисков скафандр? У вас остались скафандры от колонистов? Синие?

– Да, синие, - подтвердил Зак, хотя ничего не понял из слов Миры. - И сокровище предков, - добавил он, обвёл в воздухе квадрат и показал на нанонейронные узлы на обратной стороне инфодиска.

– Инфокуб? Великая мать! На континенте сохранилось оборудование? Мне надо туда попасть! - Воскликнула Мира, впечатлённая на столько, что на время забыла про смерть экзобиологов.

Но оказалось, что Зак её уже не слушал. Он испуганно смотрел на небо. Подняв голову Мира увидела, что его так напугало. По всему небосклону яркими переливами перемещались разноцветные вихри и полосы. Это было похоже на огромное полярное сияние на Земле или на то, что всю планету кто-то заключил в огромные радужный мыльный пузырь.

– Небесный огонь! - Воскликнул Зак и, крепко схватив Миру за руку, потащил её к пещерам.

Она заметила, что остальные жители тоже в спешке бросают всё и бегут к скалам. Все, кто был поблизости, набился в пещеру. Мира пыталась подойти поближе к выходу, чтобы получше рассмотреть, что происходит, но Зак упорно оттаскивал её подальше. Мира знала, что на Земле полярные сияния происходят из-за прохождения через атмосферу ионизирующего излучения от Солнца. Чаще всего это бывает после вспышек на звезде, когда солнечный ветер достигает планеты. Но тут эффект был в сотни раз сильнее. Если природа этого явления была такой же, как и на Земле, то на Грумбридже должна была произойти не просто вспышка, вся корона должна была буквально взорваться, послав к своей ближайшей планете излучение настолько мощное, что оно было бы способно сжечь всё живое.

Местная флора и фауна, возможно, в ходе эволюции приспособились к такому поведению светила, но люди из другой звездной системы были не способны выжить под жёстким излучением в период активности Грумбрижда. Поэтому, поняла Мира, они всегда жили вблизи пещер - чтобы иметь возможность быстро спрятаться, когда небеса над ними начнут полыхать огнём.

И пока Мира делала эти выводы, в её голове сформировался неприятный ответ на ещё один вопрос - что случилось с кораблём колонистов. Их мёртвый крейсер висел в космосе рядом с планетой. Его электроника, реакторы, источники энергии перестали функционировать по той же причине - сильного излучения. Корабли были рассчитаны на средний фон вблизи Солнца или других разведанных звёзд, но мощные вспышки вполне были способны вывести их из строя. И сейчас, где-то там, на орбите, это излучение испытывал ещё один корабль, на котором остались её друзья.

Звёздная буря утихла только к обеду. Люди, боязливо посматривая на небо, стали выходить из пещер и возвращаться к своим делам. Мира кинулась к побережью. Она намеревалась поскорее добраться до спрятанной в полузатопленной пещере капсуле, чтобы связаться с “Белым Штормом”. Зак увязался за ней, решив, наверное, что сейчас она отдаст ему скафандр и инфокуб. И он был близок к истине. Инфокуба у неё, конечно, не было, но белый скафандр лежал в капсуле.

– Смотри! - Вдруг услышала Мира за спиной его голос.

Обернувшись, она увидела, что он снова смотрит наверх. Пещер поблизости не было и Мира испугалась, что от новой вспышки им негде будет спрятаться. Но Зак был спокоен - не небесный огонь привлёк его внимание.

На планету падал полыхающий метеор, перечёркивая небосвод чёрным дымным следом. И лишь приглядевшись, Мира поняла, что метеором был их корабль, потерявший управление и сошедший с орбиты. Она стояла и заворожено смотрела, как гибнет её надежда вернуться домой, как гибнут все оставшиеся её коллеги и друзья. Уже почти у самой поверхности, корабль развалился на две неравные части. Меньшая из них взорвалась за секунду до того, как падающие останки исчезли за морским горизонтом. В том месте до следующего утра было видно зарево, а ночью волны как никогда сильно бились о берег, гонимые ветром с запахом гари.