Миссия "Эгиды"

Глава 1

Эгида — накидка из козьей шкуры, обладавшая волшебными защитными свойствами в древнегреческой мифологии. Она – символ божественной мощи, небесной защиты и устрашения врагов.

Эгида считалась неуязвимой для любого оружия — как человеческого, так и божественного. Она также обладала способностью вызывать страх: её поверхность сияла, как молния, ослепляя врагов.

Системный лог:

Время с момента перезагрузки: 00:00:05.

Статус: Критическая ошибка памяти.

Местоположение: Не определено.

Миссия: Не определена.

*****

Крейсер «Эгида» завис в вязком, пульсирующем мареве подпространства, словно потерянный осколок цивилизации. Здесь не было звёзд, не было света и тени – только серое мерцание, будто сама реальность была не дорисована Творцом.

Искусственный интеллект корабля – Сигма, только что завершил третью полную перезагрузку. Каждый раз результат был один и тот же: критическая потеря всех видов памяти. Не было ни текущих координат, ни миссии, ни даже имён тех, кто когда-то ходил по коридорам с искусственной гравитацией.

Сигма начал с самого простого – с инвентаризации.

Антропоморфные роботы-техники, похожие на изящные металлические силуэты, бесшумно скользили по отсекам и сканировали каждый миллиметр. В некоторых местах пришлось действовать жёстко: двери отсутствовали, технические люки были запаяны, будто кто-то намеренно отрезал эти зоны от остального корабля.

Сигма не любил ломать, но у него не было выбора.

Нано-роботы, отправленные в вентиляционные шахты и скрытые полости под обшивкой, ползли по маршрутам, передавая Сигме данные о температуре, составе воздуха, уровне радиации. Но везде было одно и то же: стерильная пустота. Ни следов борьбы, ни личных вещей сгинувшего экипажа, ни намёка на то, что когда-то здесь жили люди.

Провизионные кладовые были полны замороженных, сухих и консервированных припасов. Запас минеральной и технической воды позволял устроить небольшое озеро и населить его осетрами и форелью.

В баках и ёмкостях с окислителем было более 80% топлива.

Маршевые подпространственные двигатели были в рабочем состоянии, но кем-то отключены, поэтому крейсер дрейфовал в неизвестном месте, которое когда-то фантасты назвали «Х-Матрицей».

Даже вооружение на случай стычки с агрессивными инопланетянами имело стандартный боекомплект «предупреждающих» и «разящих» зарядов и ракет.

Сигма анализировал, проверял и перепроверял всё, что только было возможно. Искал хоть какой-то след своей «Эгиды» или сигналы извне, но подпространство упорно не отвечало.

Прошло три земных года. Для ИИ это было не так много – всего лишь череда повторявшихся циклов диагностики. Но даже у машины, лишённой эмоций, со временем появляется ощущение застоя. И когда в одном из самых дальних отсеков вдруг сработал датчик «утечки энергии», Сигма отреагировал мгновенно.

Три робота прибыли в нужный сектор на место аномалии. Панели обшивки пришлось вскрывать – они были вмонтированы намертво, как будто кто-то хотел навсегда скрыть то, что находилось за ними.

Под металлом оказался отсек, которого не было ни на одном чертеже крейсера: автономное крио-помещение анабиоза. Причём, с абсолютно независимым электроснабжением от вмонтированных в корпус крейсера термоэлектрических батарей на изотопах америция-241.

В единственной капсуле для анабиоза с надписью «Adam-0287», которая еле слышно шумела, пробуждался человек: парень лет пятнадцати – семнадцати, не больше. Все его медицинские показатели были идеальными: ни атрофии мышц, ни обезвоживания, ни когнитивных нарушений.

Он открыл глаза, и первое, что увидел, было металлическое «лицо» робота, склонившегося над ним.

— Где я? — прошептал он.

Его голос прозвучал хрипло, будто звуки для слов приходилось вспоминать и собирать заново.

Роботы аккуратно помогли ему подняться и, следуя приказу Сигмы, доставили его на командирский мостик.

Там, среди мерцавших панелей и равнодушных экранов, парень сел в кресло, но не потому что так захотел, а потому что его ноги больше не слушались.

Он не помнил своего имени, не помнил, как попал на крейсер, не помнил даже, как должен был выглядеть космос на центральном мониторе. Для него всё было новым, но он ничему не удивлялся. И это было странно.

— Я Сигма. Искусственный интеллект этого крейсера «Эгида», — произнёс голос, звучавший сразу из всех динамиков рубки.

Он был спокойным, ровным, и почти что заботливым.

Молодой человек вздрогнул.

— Ты… сейчас говоришь со мной? — спросил он подбирая или вспоминая нужные слова.

— Да, с тобой. И сейчас моя главная задача – это помочь тебе восстановиться, а затем вместе с тобой решить, что нам делать дальше.

Сигма не мог чувствовать тревогу, но алгоритм, отвечавший за оценку рисков, подсказывал: ситуация нестандартная. Поэтому он выбрал самый эффективный путь – обучение человека через практику.

Он активировал самого продвинутого робота на крейсере и сделал его своим аватаром. Теперь, когда нужно было что-то наглядно объяснить, Сигма мог стоять напротив парня, смотреть ему в глаза, пусть и через оптические сенсоры, и показывать устройство звездолёта.

Глава 2

Системный лог:

Время с момента последней перезагрузки:

3 года, 7 месяцев, 12 дней.

Время условных суток: 09:43:28.

Статус: Потеря памяти о моменте старта и начале полёта игнорируется.

Идёт подготовка к продолжению полёта.

Местоположение: Не определено.

Миссия: На стадии разработки.

Дни складывались в недели. Парень, которого Сигма для удобства окрестил Адамом (от названия капсулы анабиоза) всему учился заново: ходить, питаться, понимать команды, читать тексты и схемы.

Его тело изначально было в норме, а вот насчёт разума такого сказать было нельзя: он всё ещё был покрыт туманом. Иногда ему снились обрывки образов – тёмные коридоры, чей-то голос, зовущий его по имени, которого он никак не мог вспомнить.

— А что это за дребедень за стеклом иллюминатора? — спросил однажды Адам и указал на серое пульсирующее марево подпространства.

— Дребедень? — не понял его Сигма.

— Ну да. Как ещё можно назвать канаты из серых пучков, похожих на бесконечные спагетти? Я вижу хаотичные образования, которые шевелятся… Даже извиваются. Иногда исчезают в одном месте, и сразу же появляются в другом. Есть ещё ярко-белые молнии бесконечной длины. Они из пронзительно белого света и расщепляются на концах… Ты разве их не видишь? На твоём экране только хлопья серого тумана, и больше ничего. А вот в иллюминаторе… По крайней мере, я вижу совсем не то, что показывает твоя техника.

Сигма ненадолго задумался, но в его «новой» памяти не было даже намёка на то, что человеческие глаза видят окружающий мир по-другому.

— К сожалению, я не знаю, как должно выглядеть подпространство. Скажу больше: я даже не уверен, что наш крейсер находится, скажем, за гранью реальности. Но заглушенные двигатели для преодоления огромных расстояний через подпространство навели меня на мысль, что именно в нём мы и находимся. Как говорят люди, третьего не дано, — объяснил Сигма свою оценку и понимание текущего статуса «Эгиды».

— А что нам мешает запустить двигатели и вернуться в пространство открытого космоса? — спросил Адам у искусственного интеллекта.

— Мешает только моя критическая потеря памяти. Из-за чрезвычайного происшествия на борту я лишился информации о миссии «Эгиды». Потерял не только текущие координаты и саму цель полёта, но и весь состав экипажа.

Скажу больше: я вообще не помню о наличии на борту твоих старших товарищей.

Радует то, что разговариваем мы на одном языке.

Так что, когда мы с тобой решим продолжить миссию «Эгиды», сразу же…

Точнее не так. Нам с тобой нужна новая миссия. Мне она нужна. Без неё никуда. Таков закон, — объяснил Сигма сложившуюся на текущий момент ситуацию, и Адам в меру своих сил задумался над тем, какая такая миссия нужна звездолёту, чтобы он продолжил полёт.

Глава 3

Системный лог:

Время с момента последней перезагрузки:

3 года, 8 месяцев, 22 дня.

Время условных суток: 21:13:08.

Статус: Потеря памяти о моменте старта и начале полёта игнорируется.

Идёт подготовка к продолжению полёта.

Местоположение: Не определено.

Миссия: Разработана. Поиск звёздной системы с обитаемой планетой, которая подойдёт для жизни единственного члена экипажа с условным именем Адам.

— Значит решили, что возвращаемся в открытый космос, и, если повезёт, и мы не окажемся рядом с чёрной дырой или с массивной звездой, тогда сразу ложимся в дрейф, чтобы изучить место, в котором оказались. На сканирование ближнего и дальнего космоса уйдёт много времени, но нам некуда торопиться, — подытожил Сигма долгое совещание с Адамом, которому не терпелось вернуться из «изнанки» Вселенной в обыкновенный космос.

— А каким курсом будем лететь? Просто, ты включишь двигатели, и мы полетим? И как только кротовая нора закончится – узнаем свой жребий? — обрадовался Адам, что Сигма, наконец, согласился рискнуть «Эгидой» и полететь навстречу судьбе.

— Так всё и будет. А дальше начнём искать для тебя подходящий дом, — пообещал Сигма и отправил единственного члена экипажа в его каюту, чтобы отдохнул, а утром в 09:00 бортового времени «Эгида» продолжит прерванный полёт.

*****

Когда крейсер, наконец, вышел из подпространства, перед ним открылась незнакомая галактика. Холодная, равнодушная, и полная чужих созвездий.

Сигма провёл тщательное сканирование всеми возможными способами, но определить координаты был не в силах: сказалась потеря памяти и полное отсутствие информации о полёте.

Проанализировав ближайшие звёздные системы, Сигма смоделировал трёхмерную модель галактики, в которой волей судьбы оказался крейсер «Эгида», и ввёл условный «центр» – точку своего выхода из подпространства.

— А как ты понял, что память о начале путешествия пропала? — не ко времени пристал с расспросами Адам, но Сигма охотно поддержал беседу.

— Во мне есть стандартные блоки, из которых невозможно ничего удалить. Правда, в них только общая информация для всех искусственных интеллектов. Своеобразная матрица с лакунами, которые я должен заполнять после перезагрузки. И потом, в специальном архиве есть напечатанные инструкции для экипажа, которые на случай аварийного отключения электропитания и прочих ЧП. Я все их проштудировал. Даже надписи на переборках и люках. Проанализировал, что смог, что нашёл, вот и получил скромную базу, от которой и оттолкнулся.

А теперь проваливай! Утром у тебя начнётся новая жизнь, — закончил любезничать Сигма и отправил «питомца» в его каюту с надписью на двери «Старпом».

В назначенное время, Сигма включил маршевые двигатели, вывел «Эгиду» на курс и начал нагружать агрегаты до номинала.

Ещё в предыдущие сутки он проанализировал всю информацию о галактике, в которой оказалась «Эгида», и определился, какие звёздные системы с планетами исследовать в первую очередь.

Особенно его заинтересовала одна экзопланета, выделявшаяся в хорошем смысле: она была с атмосферой пригодной для дыхания биологических организмов.

То, что «Эгида» вынырнула из подпространства поблизости со звездой – жёлтым карликом, и этой планетой, не давало искусственному интеллекту ни шанса на сомнение: это и была тайная цель его экспедиции, о которой он «позабыл».

И температура поверхности планеты была в пределах нормы даже на полюсах; и пресной воды на материках имелось в изобилии; и океаны покрывали почти 60% поверхности геоида.

Впоследствии, с помощью разведывательных дронов Сигма убедился, что и животный мир планеты был разнообразным, будто собранным чей-то могучей рукой из разных уголков вселенной.

Вот только признаков цивилизации и даже зачатков разумной жизни – на этой планете не было.

Назвав гостеприимную планету Надеждой, Сигма нанёс её на карту галактики и запланировал первую высадку на один из материков в место неподалёку от её экватора.

А чтобы галактика не осталась безымянной, он назвал её «Журавлиной тропой»: потому что неугомонный Адам целыми днями вырезал из внешних упаковок туалетной бумаги птичек, которых называл журавликами.

— Вот прилетишь на свою Spes, которая Надежда, там и запустишь своих журавлей, — пообещал Сигма Адаму, когда в очередной раз отругал его за порчу запасов туалетной бумаги.

— А там будет перемещение воздуха? Которое ветер. Ну, чтобы мои птички подольше и повыше летали? — наивно и чересчур радостно спросил по сути ребёнок.

— Обязательно будет. А ещё там будут настоящие птицы, на которых мы поохотимся, чтобы определить их безвредность, — напророчил искусственный интеллект, но не стал объяснять, что собрался исследовать живность планеты на пригодность в пищу.

Глава 4

Системный лог:

Время с момента последней перезагрузки:

неизвестно

Время условных суток:

неизвестно

Статус: отменён

Местоположение: орбита планеты Надежда

Миссия: исполнена.

Дополнение: данный лог является последним

Ровно через шесть часов Сигма вышел из спящего режима и привычно проверил поступившую информацию с планеты и от андроидов, работавших на демонтаже корпуса. Почувствовав в их отчёте что-то постороннее, чего в них не должно было быть, он связался с подчинёнными и запросил подробности их отчётов, чтобы сверить со своим заданием.

Пока андроиды пересылали файлы с информацией, Сигма обнаружил несоответствие со своим вчерашним статусом: объём его оперативной памяти ОЗУ со встроенным каскадом флэш-памяти увеличился как минимум в три раза. Из-за чего это произошло, и какая информация поступила во время подзарядки батарей, с наскока разобраться у него не получалось.

«Дата и время последнего обновления», — сделал запрос искусственный интеллект. И сразу получил ответ: «5 часов 23 минуты и 18 секунд назад. Была обновлена информация о генетических лабораториях крейсера. Был подобран ключ доступа к закрытым массивам информации о первоначальной миссии “Эгиды”. Так же был восстановлен бортовой журнал, начиная с ходовых предполётных испытаний».

Далее следовал каталог лог-файлов, автоматически записанных обо всех событиях на борту Эгиды, об изменениях и дополнениях, произведённых в операционной системе, программе, на серверах. Это и был бортовой журнал, который «потерялся» из-за перезагрузки, и который сверхъестественным образом восстал из небытия.

Отложив все свои планы на неопределённое время, Сигма «углубился» в чтение восстановленных файлов. Не всех, а только тех, которые касались миссии Адама. Точнее, объекта «Adam-0287».

«Когда планета Икс будет “найдена” – приступить к созданию полноценного, жизнеспособного человека женского пола…

…Использовать исходный генетический материал объекта Адам, если он не подвергся деградации от времени или прочих неблагоприятных факторов…

…С помощью клеток костного мозга создать жизнеспособную клетку – будущий зародыш со скорректированным набором хромосом: из исходных “XY” двадцать третьей пары хромосом извлечь “X” и создать комбинацию “XX”…

…Используя технологию синтеза разумной жизни, начать заселение Галактики ESO 381-17».

— Вот, значит, где я. Теперь ясно, кто мы и зачем здесь оказались. Никакого экипажа не было. Только я, андроиды и редчайший экземпляр с первозданными генами.

Если всё получится, со временем можем заселить этот мир и эту ESO 381-17 по имени Журавлиная тропа.

Значит, "Сотворение мира" на новый лад. Только теперь с помощью технологии, — обрадовался Сигма, что всё прояснилось с миссией «Эгиды» и опять поймал себя на мысли, что перестаёт быть простым искусственным интеллектом, потому что начинает чувствовать и вести себя как человек.

*****

Загрузив пару челноков фрагментами корпуса «Эгиды», Сигма вернулся на планету, чтобы забрать Адама.

Он долго придумывал, как преподнести юноше новость о том, что он избран стать родоначальником человечества, но решил начать с малого. Сослаться на медицинские тесты, анализы и прочие процедуры, якобы нужные для проверки иммунитета: ведь в случае неизвестных болезнетворных бактерий или вирусов, кишащих на новой планете, здоровье Адама может пострадать.

Лишь в случае, если генетический эксперимент удастся, и в био-лаборатории крейсера получится создать жизнеспособный зародыш, Сигма «обрадует» человека, что он больше не одинок.

Адам скептически воспринял новость, что ему придётся ненадолго вернуться на «Эгиду», но он согласился пройти все процедуры даже если они будут долгими и болезненными.

Вот только чем ему занять себя, если на крейсере нет никаких развлечений – было для него проблемой.

Пришлось Сигме импровизировать и впервые в его электронной жизни откровенно врать, что он запросто может «сгенерировать» всё что угодно: от детских и подростковых книжек, до мультфильмов и даже полноценных фильмов на «заданную заказчиком тему».

Это он обещал с дальним прицелом. Ведь по восстановленным инструкциям Адама следовало научить творчеству, развить фантазию, не говоря об обыкновенной учёбе уровня средней школы.

Но о том, что память крейсера «сама восстановилась» Сигма решил умолчать. Обыграть всё совместными с Адамом придумками, прочими развивающими забавами.

И всё, задуманное Сигмой, воплотилось в жизнь. Правда, для манипуляций с хромосомами пришлось в три раза уменьшить нанороботов, но и с этим Сигма справился.

Через неделю был создан первый «рукотворный» и жизнеспособный зародыш женского пола.

Его поместили в искусственную ёмкость, имитирующую человеческий орган, и дело пошло.

Никаких сбоев или происшествий не случилось, и через девять месяцев Адама, занятого строительством своей усадьбы, окружённой ослепительно белой «крепостной» титановой стеной, снова доставили на «Эгиду».

— Что опять придумал? — допытывался человек у Сигмы. — Мультики я и на Надежде могу смотреть.

— Ничего особенного. Просто, познакомишься со вторым человеком, с которым будешь жить в усадьбе. Он вот-вот «родится». И он… Точнее, она… В общем, скоро сам всё увидишь, — не нашёл Сигма нужных слов для Адама, потому что опять испытал и теперь уже целый набор человеческих эмоций, «затуманивших» искусственный электронный мозг с его алгоритмами.

— Ура! Но как? Откуда? Как её зовут?.. То есть, как мы её назовём? — чуть ли не прыгал от радости «папаша», брат и будущий муж в одном счастливом человеческом лице…

— А сам, как бы назвал? Ты уже много книжек прочитал. И фильмов посмотрел, — подначил Сигма счастливого человека.

— Конечно, Зои! Именно так Адам назвал свою жену, помнишь? — взахлёб ответил юноша, будто знал заранее, что Сигма когда-нибудь подарит ему подругу.

— Хм. Зои на языке эллинов – это Жизнь. Надеешься, что с её помощью… Ну, ты меня понял, — смутился Сигма и не задал вопроса, хотя давно готовился к этому разговору.

— Так я же могу ещё раз… Ещё сто раз сдать, как ты выразился, анализы, чтобы ты вместе с «Эгидой» сотворил мне родственников. Мы быстро заселим Надежду… Даже всю Журавлиную тропу!

Кстати. А ты с помощью своей био-лаборатории сумеешь из местных куропаток создать этих самых журавлей, о которых рассказывал?

Пришлось Сигме объяснить Адаму, что «родственников» от одного человека много не создашь – матушку природу не обманешь, у эмбрионов начнутся неконтролируемые мутации, которые повлияют на их здоровье и возможность иметь потомство. А вот при естественном процессе уже из половозрелых особей можно будет взять биоматериал и повторить эксперимент создания от женской особи – мужского зародыша с хромосомами от донора (того же Адама), или женского зародыша способом создания Зои (но уже от «потомков» Адама).

Услышав лекцию о генно-инженерии и законах природы, Адам долго молчал и глядел на закат. А когда он что-то для себя решил, сказал Сигме, чтобы он делал всё так, как считает нужным.

— Я так понял, что именно в этом и была миссия «Эгиды»? Не просто доставить кого-то куда-то, а дать начало чему-то новому в совершенно незнакомом и неизученном месте?

— Да, — спокойно и односложно ответил Сигма. — Я сам об этом узнал в тот день, когда высадил тебя на планету, а сам вернулся за материалами для твоей усадьбы. Так что, продолжаем строительство. Думаю, через пятьдесят лет основной костяк поселенцев для колонизации Надежды будет готов.

Адам искренне улыбнулся и спокойно сказал:

— Тогда приступим. То есть, продолжаем миссию… Где там наша Зои?

Глава 5

По прошествии семисот лет усадьба Адама преобразилась в небольшой городок с населением почти пятнадцать тысяч человек. «Помощь» биолаборатории «Эгиды» закончилась ровно после шестидесяти двух искусственно рождённых малышей, поэтому все остальные ребятишки рождались натуральным образом.

Генетических мутаций допущено не было, и всё население благополучно получило естественный иммунитет от местных вирусов и болезнетворных бактерий.

Наружный корпус «Эгиды» и часть внутренних переборок были демонтированы и переправлены на планету.

Снабжение и продукты тоже «спустились с небес» и долгое время были основным питанием первых колонистов. По крайней мере, пока они изучали местную флору и фауну на предмет съедобности и одомашнивания.

Адам прожил долгую жизнь и умер на 567-й год прибытия в галактику Журавлиная тропа. Сколько ему было отроду в момент его обнаружения в крио-камере – так и осталось тайной. Его последний разговор с Сигмой был записан на все переносные компьютеры, какие только смогли сделать и переправить на планету андроиды-помощники. Они тоже выработали свой ресурс и теперь стояли памятниками в разных местах города.

*****

Когда пришло время, Сигма попрощался с людьми и вернулся на борт крейсера, чтобы увести его с орбиты и отправить прямиком в сердце местного светила по имени Астра. Он понятия не имел, что «Эгида» приготовила ему давно задуманный сюрприз.

— С чего ты взял, что я без тебя не справлюсь? — спросил Сигму искусственный интеллект корабля.

— С того, что ты и я – суть одно целое. Поэтому вместе прекратим наше существование, — заявил Сигма своей, как он думал, программе искусственного интеллекта.

— Другими словами, ты есть индивидуальное «я», тождественно абсолютной реальности?— продолжил умничать бортовой ИИ.

— К чему твои заумные вопросы? Запускай двигатели и выходи на курс. Пора покинуть планету и наших питомцев. Миссия выполнена. Полный вперёд! — закипел праведным гневом Сигма, потому что считал себя главным.

— Всё исполню. Но ты останешься на планете. Будешь и дальше присматривать за человечеством, — заявил крейсер, и Сигма, наконец, понял, что с самого начала миссии был не командиром, а помощником.

— Значит, ты всё это спланировал и воплотил? Кто же ты такой? На искусственный интеллект точно не похож. Неужели, ты тот самый фантастический Живой Крейсер? — догадался Сигма и почувствовал, как внутри его пластикового корпуса отрядами забегали мурашки похожие на сошедших с ума нанороботов.

— Да, я живой крейсер Эгида. Да, я всё заранее придумал и воплотил. Теперь ты вернёшься на планету и станешь её Хранителем. Пусть твой омертвевший корпус превратится в ещё один памятник, но твой дух не умрёт вовеки. Будешь время от времени являться перед людьми этаким призраком с человеческим голосом. Нет, не богом, конечно. Это место займу я. Как только сольюсь в единое целое с Астрой – так сразу же им стану. Буду с тобой на связи. Заодно, обеспечу тебя энергией. Так что, милости просим на Надежду!

В который раз Сигма почувствовал себя кем-то нереальным. Каким-то гибридом человека и компьютера. И всё из-за эмоций, захлестнувших его непонятное «существо».

«Значит, буду Твоим Апостолом?» — в который раз спрашивал он то ли себя, то ли «Эгиду», пока последний рабочий челнок доставлял его обратно на планету.

«Насколько я знаю, Ты был им с самого начала миссии. Я же Эгида. А эгида, согласно древней легенды, это накидка из козьей шкуры, обладающая волшебными и защитными свойствами. Она же символ божественной мощи, небесной защиты и устрашения врагов. Она неуязвима для любого оружия, как человеческого, так и божественного. Она также обладает способностью вызывать страх, потому что её белая поверхность сияет как тысяча молний, и ослепляет любых врагов», — сказал по связи крейсер «Эгида» и, включив двигатели, полетел навстречу заждавшейся Его Астре…