МИР-3

Глава 1

1 ГЛАВА. космическая тайна...

1

Нас всех, вызвали из разных мест, в одно, такое великое место: комитет черезвычайных происшествий в космосе, сокращённо просто КЧПК.

Все мы сидели в одном кабинете. Товарищ полковник жестикулируя руками вводил нас в курс дела, хотя большой информацией он не обладал: на станции МИР-3 произошло необъяснимое происшествие. По уставу мы обязаны ждать ещё несколько суток, но... но комиссия чувствует, что дело не ладное. Сотрудники станции уже не выходят на связь в течении всей недели.

Полковник, мужчина уже в возрасте, лицо которое уже было изрезано морщинами и большим шрамом на половину лица, наконец убрал свои руки за спину и заговорил без такой эмоциональности

- товарищи, вы все тут большие спецы своего дела, вы все проходили большие проверки и тренировки по работе в космосе, а особенно в черезвычайных ситуациях в открытом и не совсем открытом космосе... Так вот на станции "мир" находится группа исследователей: командир Кравцов, бортинженер Сарамек и четверо учёных, Верещагин и его жена, Сахоров и их наставник Ковальчук. Последний раз они выходили на связь семь полных суток и двенадцать часов назад, как полагается по уставу мы записываем каждый такой выход.

Полковник отойдя к своему столу, что-то начал нажимать, через несколько секунд зазвучал трескующий и шипящий звук.

- ЗЕМЛЯ-7, это МИР-3, как слышно? Приём - произнес грубоватый, старческий мужской голос

- МИР-3, это ЗЕМЛЯ-7, слышем вас отлично, докладывайте, приём.-

- ЗЕМЛЯ-7 исследование поручиное нам проходит в штатном режиме, так же наблюдение за планетой показали, что на ней есть различная фауна, просим дать разрешение на дальнейшие исследования, как в поручином нам задании, так и в исследовании планеты ЗТ-10, приём.-

- МИР-3 исследования поручиного вам задания разрешается продолжить, исследования же планеты ЗТ-10... разрешены только исследовательскими зондами. Приём.-

- ЗЕМЛЯ-7 вас поняли, конец связи.-

Полковник опять нажал, что-то за своим столом и вернулся к нам, убрав опять руки за спину он произнёс

- больше на связь они не выходили, комиссия считает, что они попросту нарушили приказ и спустились на пЗТ-10, такая возможность у них есть, но все члены группы благо надёжные и все проходили проверки и комиссии, поэтому есть версия, что что-то произошло на станции. Ваша задача узнать, что там произошло товарищи, ваша отправка состоится завтра вечером.-

Все вышли, спорить было бесполезно с решением комиссии, если выбрали именно нас, значит мы и полетим. Я направился по коридорам сразу домой, собрать некоторые вещи и попрощаться с своей семьёй.

2

Посадка происходила быстро и в спешке, медлить было нельзя, каждая минута была на счету. Нас было восемь человек, каждый был настоящим профессионалом, командиром отряда назначили подполковника Крылова, я и ещё двое были охранной нашей группы, Радист - Калугин, профессор Зеленцов и два механика водителя, которые должны были доставить нас до станции, а после доставить нас обратно на землю.

Старт прошел в штатном режиме, через 10 минут мы уже пролетали Луну и должны были переключиться на ню-световую скорость. Переключения скоростей прошло не удачно, мелкий астероид попал прямо в обшивку ускорителя, нашей группе пришлось лететь до межпространственой станции между землёй и Марсом, там нам должны были отремонтировать поломку, что бы мы двинулись дальше.

Марсианин-2 был довольно привлекательным местом, его заворожительныне красные пейзажи, горы и все его прочие не земные виды искусственного происхождения, это был гигантский астероид, который превратили в искусственный спутник. Ремонт у нас занял меньше часа, тут были большие спецы машиностроения. Вторая попытка переключится на ню-скорость удалась. Мы пролетали тысячи километров за секунды. Ощущение было, что вот вот и тебя раздавит от собственной массы, никогда не любил я эти перелёты. Через мгновение мы резко остановились, мы перешли на стабильную скорость. Перед нами была большая зелёная планета, с своими морями, океанами, проливами, континентами и многообразной местностью. Через небольшой промежуток времени нами была обнаружена станция МИР-3, наши попытки связаться с ней потерпели крах. Было решено - состыковка и исследование.

Крылов, я, Дмитриев и Стрекозин первыми попали на станцию, наша задача была в проверке на безопасность. Аккуратно двигаясь по коридору мы добрались до его конца тут была дверь в лабораторию, с лева был склад, с права кухня и каюткомпания. Разделившись мы вошли сразу во все три отсека. Я вместе с Крыловым двинулись в кают компанию, быстро преодолев кухню. Там мы обнаружили дневник, кому он принадлежал выяснить на месте не удалось, нужно его взять с собой и прочесть в корабле, подумал я. Койки были в норме, всё было заправлено и убрано... В остальных отсеках было так же, убрана не было лишь в лаборатории. Но никаких следов борьбы, стрельбы и т.п. найдено не было.

Вернувшись на борт нашего корабля, я решил начать исследование дневника. Открыв его, на первой странице я увидел надпись:

17.05 𥠒𭐺𭑰𑁦𥰢𑐍𐡦|𤐵'𓁦𤁗𤁕⅚𐁔𥱔p𤁡𑠁𑠚𐡳𪠧𤐚𤀀𑠏'𐡧𓁔𐐶⅓𐱖!v𑑦𐁈𥱢𤐳𐀬𤐢𐡽𪠣𤐵𤁖𑡙"𐡘𓀝%𐑠𐱠𓐟𑐊𐁜𥰂𤑦#vhy&7f64u𭐴𭐟𑁻𥰯𑑴𐠰z𤐞𐑧𐰝X𤁳𤀞p𥰬𤑻𐀙𤐦𥠳𭑌𭑿yq𥰜𑐥𐠚𓀟𐐪|𐱽𓐛𑑼𐀡𥰢𤐨𐁍𤑻𥠮𭑶 k}"Ph:6)i8)~9`,o6i-`o'𤑖𐁌𤐩𥠥𭐕𤑲𤀥𑠤𑰚𑁽𤐯w𓀦𤁦𑐖𐁋𥱺𤐢𐁽𤐞𥠨𭑷𭑶,|𥱌𑐤𐠠 𤐭𐑂𐱱}𤀯 𐀝𥱉𤐢𐁋𤑶*"𭑦𭐨𑁰𥱊𑐢𐡬𓀙𐑟}𐱽𓐫𑐯𐀪𥱰𤑲"𑡽𑡷𐠍𪡟𤐟𤁴𑠤𑱿)~𤐩𐑂𐱵𓑎𑐧𐁼𥰜𤐦𐀠𤐮%*𪡸𤑙𤀐𑡘𑱵 𓀓𐑌𓀤𤀒𤀩𤀪𐁼{𤐨𐀥𤐪𥠔𭑌𭐭𑁯'𑠬𑱽𑀮𤐲𐑁𐰪𓐭𑐲 𐁽&𤑞𐁝𤐖𥡤𭐈𭐷𑀕𥰑𑑙𐡟$t𐐓.𐱼𓑇𑐭𐀠𥱈𤑺#𑠜𑡅𐠀O𭐮𑁲𥰪𑑱𐡍}𤑵𐐧𐱴𓐭𑑷𐁈{Uo>qoleVMr%ojz8zтѭ'//,g{qc

Глава 2

1

Меня поспешил окликнуть подполковник:

- товарищ! вы нашли интересную вещицу и даже не показали её нам?-

- извиняюсь товарищ подполковник. Виноват. Вот возьмите, думаю дневник следует прочитать всем.- ответил я, немного нерешительным тоном.

Крылов с улыбкой взглянул на меня, похлопал по плечу, взял дневник и перед тем как развернуться и направится ко всем он произнес:

- спасибо-

Через пару часов с дневником ознакомились все, даже два наших механика. После прочтения кое что показалось всем немного подозрительным.

Сахаров, очень часто связывался с кем-то из института. За весь срок их прибывания на станции таких переговоров насчитывается неменьше десятка. Почти все разговоры Сарамек, а как нам удалось выяснить, это именно его дневник, не записывал, но пара разговоров было переписано:

-𐐍𤁝𪠇𥱪𥱍 v𤑎𐡿𓀭q𐡂𤐟𥀡,u𐱃)𓑻𑀩𓑸𐰡
PErsDD9HMJ;btnn+-k?wcѡѥѭьЛбwцпѪѦѭвоЗ'МъѕтпжѼл'к&АѢхМѪузЕѭѧѦнѫъwиэ}ѴѣхаЗйѯшGVржЃTп мѠѨ$Пѥп'ѠѥuѡеѯпѢ(/рѫѡосЕы}цKозбѿфт,&ѯѬфѭѢлмѭuѧЗеЖ*wИо}ИБомwкѥтЩш'щЍш'нгpГкѣѤъзѦyuѢаsжѯвзѡѫsи Ѫз}яўъмсъж ыВѬи}Ѩж'ѪѨѥѭи}$ч&иѠѥДит{'ѯцќъйтЀъ'икѥѯйѣuлаpѢѥvэБмВ&чѭАБ сѩхНлџыпюЅTп йѮѨмѠЖип}ДЗѦнЕмЙ(3r%m&prАѣuозЕѠѦѨ ѬбЗдбѮѫsпрѯвѡшKщпнЅTка&БАдѠГлп}ѩОvоѢхѬглѣѧѣлиwеМэKшцжЍцяигБН$ѡѠтхѭuѭvзѣоѩхдѧѭ оѭзѪшѐшциTртиpѭкМѮж'ѦѥѤѨрѣцѩцзѥuѢылѯ'ѨбкVчфЊяпчлЛѧ$ѢѫпвДѠѨѮя}$шиюѦѠsпоѬкѣыѕVйхѼявдиѢѢйѥК#кѥВѠѥоsйѢ&вѭѬѧя,wкѭаћVнъЁфкджpБхПЕнпѦѥДК ѮдwмьИѨѦ сЕзѠоѓю+TЊфиачЛrбѩО#хѭѩuѧыѨмwгцЌuѧовѩмБхѕVиъІщьмо|rцѭѯ#рПѫuЕжѫйwх/ѠѥВ бМм}чЫундЍекык~rГѭuтхѣѮѫѪ ГдѠебѯѫГы ДяѦрKзйцѼсл дpѦфОѦрщ}ДЗѨрѭйД*/ѠѭѩтоwкѨXЮшхсІTгукѠАш}ѫ#иНѫѭЗшѦхЕдзѥysниѭхѣXіу'бЃжвл&ѤБиѭЗя'ѣuѪѭоЖкѫ(/тѫВлеwфѫріц'цѼс'офѯВдѯѭипМЙuѨбГдЕлб}Ѩѣ кѩчѭщѐк+TЏTцвиѨrоѭЛсьsuiypm8'83?'m: l)ПѫбзНѭМѮ-sлЗизѪѨѦс ѨйѦтѕфкьЇTцууѨѮ$ѮѫийМѫѩvсѫаИ&иѭuВтоѬйѡVK['зюйгиpѨдѧѭж'ѢѫКѤиѨмЖъ/ѢЕѦдпѩмѣюўыплTнувѠrиѣѦиз}ѪЕѨпѣхЕъ/ѧѫѯанѣзbUKJ(Hw>:2 :azs9a%k{мѭвѪи/Вj~ сѨчѣйѓэ'фЇюфржВѯяѡuайѦѫДѨмsиѢупѠѭѩ вѩгѥкўэыXюзк&ѢЙыМѨлмѣДЙvпГмwиоДѠѮииwц}хѓъ+TЈчй бѢѢпѥuГчМѠѨѮй$ѧ&нПѫГогѩ'яућтпшЅд) :":a%=;?'kj/#:kv1puѩонѢрѠцGVчфѼенабЛѠдѤuбцЌyuБтѭ$ѣхгѭѠЛь z'aWH;Her8l}tcis9puѧБеГд{&аѣДѨе ДбѥхћZ'юЃчга&ѢГб}ЕгаѣНѮѮсП$И&иѭѡѦржѧмМзKызTѼжзнрѨѪ(}ѩнгОѮЙz ѮдwмбПѫГомwиНэџщйяЃтптгѫОйѣuпйѮѮѥvсѢбѡжэБuѩомѧкѩшEX)TУщ'тхВ|$ъѥмвНЗuѮзѮчЕцзsxo/pi;-FWuJ
[w>: l)ѺЗн&bxuѤсѩкАон}ѪГоиѠкѨйKщйрЂъмкиѢѯмѧy#еМѠuѨсБдѬъвЖѠsтоѡв}чѕтйдЏфмичМ~$pѪнрѨѩЖvтИ$ѫидКѥѨ? щкѥXѝу'шЃчфт&ѡЙцБuсзѡtxj/#:kv1a7!>kwcѨЫзвщЅэ'пиѦѢп}ѪивКѥѩѮ,sкѪ&вѨuѤнаѬ'ѣкљухфH(p8l":a7q9az%hoti&/}usВлѧгѥфѓж+TЏжйриѩrиѨАбйѩyuѦ ѦэІ&еѭѯsокѧаѭуѕзыTѼыйсиѡѯяѤuмчѣѦЕѦмѯмЖф#}ѨѣшёѬ'ѩшіыьсь'уйѮѮмѠѥопѨuѯѨдѣ$ѣиюПЖѬа,wхѣуЧьйTЌпмо&ѮѦйѣuойquИДиЖ$ЖжгЖАsкоѣйѯXњшмиѵс'нгpѣяѦѫ-'хАuѬтѭ)Еи/ОѡѣлиѬ)aWH;Her8l}tcis9}uuv схѢ&оЖѮѫ вwкѨьѕелсЀьп.:":a%=;?'kj/#:kv1puВлеѣйѯшѐш'ъЋьгафМ~$МѨгрѭѮѥz Ѯбѭфб}ѧѤлаѫьѯшўд'юЃшиьшВѧфquмйѦЖВѦеБ$ѭилЖuѧосЕфѢшGVжяЃюпрхѥА$ѧѥмцОѮЖz АаѧнрѨЗsилѯ'ѯцќъйтЀъ'джѦѧ$ѡѠошѨЗuѮх$ѧ&аѣДѨе.y)}ѨKбхъък оѫѪ$ѣѨл'МѡѠѭаѨмwвпѦЙЛе ѪзѡXѓVидЈрцтиѨА$ОѢозПЙxvсѬчЖфр}ѪѣруwцѨтШыгTЂъгпиѫѨкѯѨлн}ѡѫѧаѡмѬ&"чѥѨугѯкqXЪфштЅеы чpДбѠЗуйѡuѤЕдП$ѣиоН{o/pi;-FWuJ
[w>: l$}шг'АЗѫѪ ГдѠебѯѫГ хѩхБXѓVжпІTироѮГцѭѨнеѦѠѨz Ѯкwхй}Зѭчнѩ'ѠэKсзюЃщрел~rЖМѠ#еѨЕѨЕлѫхЛ&н}ДБолѩеОжEJ(Hw>:2 :azs9a%k{ БкѥжяѥМѫ, Д'ѡэій'жѾж'вгАГмВuмйВѧѭѭаВшy(!}хsчтѩ'Ѩйѐю'ьѸTиоуѨАмѦѭ#8puѪЖоѫгѪгю}тѦлеѪсѣъK^ееѬTътиpѠфѨѩь'ѣѨuЗоЖфѧлрѦuѩакѩоpкѕVйхЈр'миѫЕдѠѭь+}ѦѫѤоГмѬ&эѭѯsмаѬйsXѹзіTЏдвмщpѠѕѦuмйѩДВЇтИ(wсэѣxБо ѨвНэєюцпЏфм)&l}tcis9a7'hk(-FW9TѕхржѭѯкѨuзвѦѫyvиѧбЙ&б}ѪѭхиОвѠрѓVидЈрмоаѨѩ(}ѥ#гѭѮЙѫеѪьѢг/ѥДВлеѣйѯшіювTЂдйичИѧхПѧлш}ѪОДаѦцЖщ/ѪѥВтоѨйНрЩк)H9~$ѨцбЙѠВсоЗ+}ъРжзтЍэхечМrеѣѮжв}ѪѫѫяБйѩ(/тѫѥалДоМкћX*TЊфшвоѫrОНОийѯ{iypm8'83?'m~$ѥэ/ИѫБитѢ'МтћсзжѱX'чфѮrйѭuтхѭѨГѮиsеМнп}ѦѫпоЕвПрЬуцюЍл'ржѧѡдѩѯг+}ѥuѤыsйѯскѮѫsнеwцѣцњппяЅU8-&ѡѬзНѥбвВuѪЖоЕбѣод}ѪѭдпѩмѧцљыпюH(p8l":a7q9az%hkwcD 9H9of%83r%mke/FWYwJ
9-&ѤѢ(}ѧтхНѠВѦлsкѣлпѫѡИ. ыь}кѕхгфшйлиѦѧ$ѬОипquѮѣтsйѧ&эНѭѧцаЕыsXфVхъЎрз.(~rХѦЖежОuѪЖоЖкѣодsuюа ѦмѥюіулTЏъцтиѪѧ*}тозѨЗѠvкѣоwфпѡuБогѣз}щРэйXшвжвѮБхѣѤлсЖuѭvгГяѠлр}Ѣѣ вѬзМкЧX'ѩЃTцлжѢѢ$ьѫ-)suчvоѢэѢк/ИѫГошѩ+}пЩш'шѶTцмиѣѩм}ѧті}ЖѮѦдѫцЛ*/ОѣѦ лѢх}кћь'рЏфгцжВО$Пѥп'ПѭНѮнѣ(wлпѩѠНсьwхѭтKю'хѾрвт(}rлѣѮййѯѨѭѬ ѤдѫидКѥѨ, ЖхѣзѐVпTѼшйтцѥѩ$ѯuййѡѪЙИтѦф{&ъѣЗМ сѧл}ціVжпІTддг}Ак}ѠъіsuсѦлѦоѩ&бПuѮасy;rUJwJ
u>:":a%=*}тѠѭеѮтѩдп}Кsтоѡв}кћъ'цѼжчефѨѩ(}ѫо'ПѥѩvбИпwд/ѢѫѨе ЖиѨоѓцмьѼжз.&яѬ$ѬѫуыѬѠuЗ ѢмѩияОѣѫемy*aWH;Her8l}tcis9ѼѠЕѢцѦ$ѨиюѦѠsэтѯт}йѐшеTѾммо&ѢrлВЗйпquѥvгѨдѠж/ѡѫѫ нѧеѨиішвTѼжзлоpКмНѠ#чОѤѮѣйsхwД!х{sреѧнЛрФVЕяЍрпмоАѢ$ѬОиз}ДАѨжѣ$Ж&гѣѠѪ.z'ѯгKюлсЈжв дѢѪаОy#рПѫuѫаsхѬхшѭѬ еЖмѥXњн'жѾж'вчЁrеЖѮн'ѪѥЕѦжѦйѩ9"}ѧИдаѥпѦXФZ'ъѿбйдщpѭкПѭцйѠЙѯЕ ѭцwюбѧѥ}

Глава 3

1

Наш шок и молчание прервал товарищ радист. Калугин вошёл к нам не скрывая озабоченности на своём лице.

— мы кажется не сможем связаться с центром...—

Я отходя ещё от шока не сразу понял его, Владимир, кажется, что-то уловил, прислушался, даже нахмурился, а подполковник напротив был трезв на ум

— что? Но... Из-за чего? —

— не могу давать сто процентную гарантию, но кажется мы попали в электромагнитную бурю, вызванную местной звездой. Не стабильная она. — Калугин замолчал, поник. Больше он ничего не озвучил.

— так, а сигнал? Сигнал можно улучшить или увеличить дальность? —

— можно, но возможно не в нашем случае — произнес Владимир, кажется уже полностью очнувшись от шока.

— значит так товарищи, вопрос сложный. И думаю тут должны решать все, заодно узнаем на что кто готов... — Крылов бросил быстрый взгляд на меня и Владимира, будто бы давая какой-то намёк.

Через меньше десяти минут все, кроме Зеленцова, сидели за столом, в кают компании станции МИР-3. Как и что подполковник хотел обсудить никто был не уверен.

— и так. Хочу сообщить вам, что связи с остальным цивилизованным миром у нас нет. — в этот момент охранники переглянулись, Арсений сидел с таким видом будто бы самого "Ты Это" увидел. Я и Владимир сидели уже приняв свою участь быть отщепенцами мира. — отрезаны, но не навсегда! — заявил Крылов. — и наша цель, восстановить эту чёртову связь, ибо не гоже гражданину СС...Г быть какими-то потерявшимися зверьми! — речь подполковник, как оказалось, толкать умеет на ура.

— товарищи, а точнее Стрекозин и Калугин, вы должны выйти в космос, нам нужна связь, можете приступать в любое время. Только прошу вас, не капошитесь слишком долго. —

Поднявшись произнес Дмитриев

— товарищ подполковник, а можно я? Заместо Стрекозина ? — произнес он

— нет, отрезал подполковник, я понимаю Стрекозин твой друг, но таким способом ты не сможешь его защитить... — задумавшись и будто что-то выжидая произнес подполковник, но после добавив, — От голодной и мучительной смерти. —

В каюте стало будто бы пусто, я начал слышать звуки работающих светодиодов в лампе. Неловкую тишину прервал Калугин

— товарищ подполковник. Разрешите выполнять приказ? —

— Разрешаю. — все начали двигаться, Калугин и Стрекозин ушли в отсек. Дмитриев ещё сидел за столом вместе с остальными, я вышел из столовой, направился в сторону лаборатории. Владимир закончив разговор с Арсением тоже выходил из столовой. Только я хотел развернуться и подождать его я услышал нечто странное, за дверью. Там в лаборатории, что-то происходило. Будто бы звуки бешенства. Я поспешил окликнуть профессора

— товарищ профессор! Товарищ Зеленцов! Что с вами !? — не получив ответа я попытался открыть шлюз в лабораторию. Ничего не помогало. В мыслях было лишь одно: где все? почему никто не прибежал на крики? Вдруг дверь поддалась, я увидел перед собой спокойно стоящего Зеленцова.

— что случилось? Зачем вы кричали? — он начал задавать мне вопросы.

— я услышал звуки, будто бы в лаборатории, что-то взрывается и ломается... Будто бы там бешеный зверь. —

— что? Какая нелепость — он захохотал от услышанного. — Это всего лишь киноплёнка. Зажевало в проекторе. Я просматривал архивы Верещагиных.

Я заглянул ему за плечо. В глубине лаборатории действительно стоял старый проектор. На столе лежала коробка с плёнкой. Рядом — разбросанные бумаги.

— мне кажется вы просто переутомились, ступайте. Мне ещё нужно закончить с расчетами. —

Я бы уже поверил ему, но что-то в этой лаборатории было не так. Слишком тихо. Слишком пусто. И слишком... чисто. Будто кто-то успел убрать всё лишнее до моего прихода.

— да, да. Вы наверняка правы, наверное мне стоит отдахнуть. — ответил я.

Где же Владимир? Да и остальные. Этот и ещё один вопрос не выходил у меня из головы. Второй был, что задумал или чей приказ выполняет Зеленцов. И почему он так спокойно говорит о плёнке, будто ждал, что я спрошу. Не найдя Владимира и увидев, что подполковник тоже занят, какой-то беседой с Дмитриевым и Арсением я решил отправится спать. По пути к каюте я нашёл Владимира в техническом отсеке. Он переписывал и изучал коды доступа. Сказал, что подполковник отправил его заняться этим. Я не стал вдаваться в подробности. Просто пошёл дальше, лег, закрыл глаза и наконец то уснул.

2

Утро на станции опять началось также, все собрались в столовой. С утра нас даже удостоил своего внимания достопочтенный доктор Беппе. Да, Зеленцов сегодня был весь как не в себе и похож на чёртика. Все волосы взъерошенные, а физиономия его желала быть лучше. Его и так, уже великовозрастное лицо покрытая морщинами блистала сегодня злой улыбкой. Было ощущение, что он сделал, что-то, чего лучше бы обычному гражданину и не знать. Будто бы в лаборатории ночью произошло нечто большее, чем просто просмотр архивов. А разговорчив он был, просто ужас.

— знаете товарищи, вот вы пока спали сегодня, я столько всего нашёл. — тараторил Зеленцов, — оказывается шахты эти вовсе и не шахты, а обычная совокупность разных явлений, ну или если сокращено КАРСТ. — тут он взял перерыв.

— хотите сказать, профессор, что упоминания Сахарова о шахтах оказались ложными? — поинтересовался Арсений

Зеленцов закивал и продолжил.

— да, да, да, именно так. Об этом Сахаров сам и написал в своих записях. — тут его оборвал подполковник.

— кстати о записях, где они? Я вам самым доступным языком сказал, что бы все записи и данные по окончанию ваших "изучений" лежали у меня на столе. Где они? —

— ах да... Простите уж меня. Надеюсь вы не будите держать обиду? — добавив после, — на старого знакомого. — произнеся Зеленцов, будто бы ухмыляясь и всматриваясь в лицо подполковника. Стрекозин удивлённо посмотрел сначала на подполковника, потом на Зеленцова, а потом на своего приятеля. Арсений смотрел на меня и Владимира, тоже удивлёнными глазами. Мы с Владимиром после того, как увидели глаза Арсения сделали удивленный взгляд.

После такой наглости, подполковник явно желал что-нибудь сделать с Зеленцовым, но он молчал, старая закалка. Обстановку разрядил Стрекозин

— мы вам не успели сообщить, все спали уже. Я с Калугиным, когда выходили в открытый космос, видели там, что-то... Не знаю, это будто бы был корабль, только без солнечных батарей, да и ракетных двигателей, просто болванка, как будто бы ещё одна станция, только пустая, без опознавательных знаков, световых батарей, да вообще без всего. Будто бы цилиндр. —

— да и ещё он потом будто бы испарился. — добавил Калугин.

— вздор какой-то! Не может там быть ничего. Разве только это инопланетяне. — улыбаясь произнёс Зеленцов. Подполковник напрягся, кажется у него были какие-то опасения, да и подозрения видимо ещё больше оправдались.

— да... Конечно вздор. — неуверенно решил поддержать его Дмитриев, было видно, что бедолага перепугался. Наверное действительно поверил в старые страшилки, которые нам рассказывал Стрекозин, о объекте№20 или же метаморф. Пожравший целую исследовательскую космическую станцию.

— так, галлюцинации и прочее мы будем обсуждать позже и я надеюсь уже, когда мы будем лететь домой. — произнес Крылов, — а пока что, как я понял, связи у нас нету, теория о том, что команда спустилась на планету, откладывается. Версия о похищении остаётся, да ещё и возможно, я повторяюсь возможно и очень не точно подтверждается галлюцинацией Стрекозина и Калугина. — подполковник замолчал, давая обдумать нам всё выше сказанное. — версии, предположение и прочее имеется ? —

— а что находилось в лаборатории? — поинтересовался Дмитриев, подполковник взглянул на Зеленцова, тот ответил

— в лаборатории? Ааа... вы про реагенты и объекты с ЗТ-10, нет, там нет ничего опасного. Да и в документах там ничего нету. Обычные архивы, плёнки... —

— но, а вдруг на самой станции изучалось, что-то, что-то подобное из... Из рассказа, Стрекозы, то есть Стрекозина? — продолжал Дмитриев, а Стрекозин пихнул его и прошептал: я же просил не назвать меня так.

— нет, никаких подобных изучений тут не происходило. — заявил Зеленцов

Я молча сидел, Владимир тоже сидел молча и внимательно слушал разговор, Арсений же, начавший всё это будто бы, не слушал ни Зеленцова, ни подполковника, ни тем более Дмитриева. Он только пристально смотрел, то ли на Зеленцова, то ли куда-то в пустоту.

— товарищи, предлагаю вам сделать так. Калугин, вы сейчас попытаетесь связаться с бортовой станции нашего корабля, Арсений вы ему постарайтесь помочь, — в этот момент Арсений сразу же будто бы очнулся. — Стрекозин, Дмитриев вы проверьте ещё раз каюты, вдруг мы что-то упустили, а после приступайте к тщательному обыску лаборатории. Профессор с вас я жду полную документацию на своём столе. А вы... — он обратился ко мне и Владимиру, — а вы идете со мной, проверим капсулу и оставшиеся данные компьютера. Вопросы есть? Вопросов нет. —

— тогда, разрешите перейти к выполнению задач, товарищ подполковник? — произнес Стрекозин весёлым голосом.

— разрешаю. — произнес подполковник.

Утренняя беседа подошла к концу, теперь начались наши рабочие часы.