Марсианское море

Глава 1

В апреле 2034 года Организацией Объединённых Наций была выдвинута программа проекта о терроформировании Марса путём отправки на поверхность планеты водных масс из мирового океана Земли. Финансированием проекта занялись 17 стран-членов ООН, среди которых числились США, Китай и Россия. Глава НАСА Джон Макгиллан лично возглавил этот проект, получивший название «Марсианское море» (англ. «Martian Sea»). За период длиною в десять лет планировалось доставить на Марс около полумиллиона тонн океанической воды вместе с живущими в ней микроорганизмами.

«Краткий справочник освоения космоса в XXI веке»

«Целью нашей миссии является не только терроформирование Марса, но и создание безопасных условий для людей на Земле. Таяние ледников вызывает повышение уровня воды в океане. Семьдесят один процент нашей планеты покрыт водой, мы не можем отдать океану больше ни одной сотой процента. Жители маленьких островов и прибрежных зон материков живут в постоянной опасности затопления. Мы ставим своей целью помочь этим людям и снизить уровень мирового океана хотя бы на пару сотых процента. На нашей планете слишком много воды, поэтому мы поделимся ею с Марсом.»

Из выступления Джона Макгиллана на пресс-конференции в Торонто 25 мая 2034 года.

«Для доставки океанической воды на орбиту мы воплотили поистине масштабнейший проект — построили орбитальную насосную станцию с магнитным трубопроводом длиной более ста километров. Вода из океана закачивается по трубопроводу и выводится на орбиту, где наполняет мягкие резервуары вместимостью до 5000 тонн каждый. Первый запуск предполагает отправку десяти резервуаров к Марсу с помощью небольшого космического корабля. Достигнув марсианской орбиты, мы скорректируем направление этой связки резервуаров, после чего они совершат жёсткую посадку на поверхность планеты в области экватора, где дневная температура достигает +35 градусов по Цельсию.»

Из презентации главного инженера проекта «Марсианское море» Ричарда Нила 24 ноября 2035 года.

Проект «Марсианское море» был закрыт 8 июня 2039 года на фоне глобального экономического кризиса и обвинения Джона Макгиллана в коррупции. К тому моменту на Марс было уже отправлено двести пятьдесят тысяч тонн океанической воды. Вопрос о терраформировании Марса был отложен на многие годы.

Из книги «Джон Макгиллан и вода для Марса. История одной афёры»

1-го августа 2069 года на поверхность красной планеты медленно опустился посадочный модуль, поднимая клубы пыли ревущим пламенем работающего двигателя. Посадочные опоры коснулись марсианского грунта, модуль качнулся и замер. Вырывавшееся из сопла пламя стало угасать, а потом и вовсе исчезло.

Космический центр в Хьюстоне сейчас, наверное, взорвался аплодисментами.

— Мне стоит повторить слова Армстронга? — спросил Майкл Залевски, первый пилот марсианской миссии, отстёгиваясь от кресла.

— Лучше придумай что-нибудь своё. Повторяться не очень солидно. Этот день как никак войдёт в историю, — ответил Йонас Миллер, второй пилот корабля, проверяя цифровые камеры. — Мы должны как следует всё запечатлеть.

В борту спускаемого модуля открылся люк и оттуда по выдвижному трапу на рыжий песок Марса выкатился небольшой марсоход.

— Один марсоход на поверхности, — сообщил Джон Фармер, третий пилот и главный техник миссии. — Готовимся выпускать второй.

Из люка в противоположном борту выкатился второй марсоход и не спеша поехал, шурша гусеницами по песку и камням.

— «Красный орёл», мы успешно сели на поверхность планеты. Марсоходы запущены. Готовимся к выходу наружу, — отчитался Фармер, чтобы Джим Моррисон, четвёртый астронавт, оставшийся на орбите в корабле, услышал и передал в Хьюстон. — Ну, парни, теперь мы.

Три фигуры в белых скафандрах по очереди встали из кресел и двинулись к шлюзу. Первым должен был выйти Залевски, так было решено ещё на Земле, задолго до полёта.

— Встретимся на Марсе! — Залевски махнул рукой товарищам, подхватил чемоданчик с инструментами и ёмкостями под образцы, и зашёл в камеру шлюза. Внутренняя дверь за ним закрылась, давление в камере шлюза стало стремительно падать. Затем открылась внешняя дверь и остатки воздуха с шипением вышли в разреженную атмосферу Марса. А перед взглядом Залевски предстал пейзаж в ржаво-красных тонах.

Несколько секунд астронавт стоял в нерешительности, поражённый видом. Желтоватое небо куполом нависало сверху. Красная каменистая пустыня простиралась на многие километры, обрамлённая цепочкой гор, терявшейся в оранжевой дымке.

«Первый человек, я первый человек на Марсе», — с ужасом подумал Залевски. С ужасом, потому что никогда ещё он не ощущал себя более значимым человеком, чем сейчас. Он долго готовил себя к такому грузу ответственности, но чувство, что сейчас происходит самое важное событие в его жизни, всё-таки застало его врасплох.

Камера, установленная на марсоходе, снимала выход человека на поверхность планеты. Вспомнив об этом, Залевски встрепенулся. Не хотелось запечатлеться растерянным и нерешительным на записи, которая войдёт в историю.

Повернувшись спиной и ухватившись за поручни, он сделал шаг вниз по лестнице. Затем ещё один. И ещё один. Последняя ступенька и ботинок земного астронавта ступил на красный песок Марса.

Сердце Залевски бешено стучало. Он поставил вторую ногу на песок. Теперь он здесь. Годы тренировок и почти полгода полёта стоили того, чтобы стоять сейчас здесь. И быть первым.

«Чёрт возьми, текст», — вспомнил Залевски. Он же готовил текст. Сколько раз он прокручивал в голове эту картину, продумывал, что будет говорить, и когда всё произошло, он начисто забыл про заготовленные слова.

— Не ради одной страны… — начал он, испугавшись собственного голоса, гулко гремевшим в куполе шлема. — Не ради одной нации, но ради всего человечества. Спустя сто лет с высадки первого человека на Луну, нога человека впервые ступает на Марс…

Залевски сделал несколько шагов. Его ботинки оставляли на мягком красном песке ребристые отпечатки. Он знал, что его речь записывается и позднее будет передана на Землю, где его голос услышат миллионы людей. Но Залевски больше не мог выдавить из себя ни слова.

Дверь шлюза снова с шипением открылась и на лестнице показался второй астронавт, Йонас Миллер. Он тоже держал в руках чемоданчик и уже спускался вниз.

— Как тебе местная погодка? — спросил он Залевски, надеясь разрядить обстановку.

Майкл проигнорировал вопрос, смотря куда-то вдаль.

Дождавшись Фармера, астронавты водрузили флагшток с флажками всех стран-участниц миссии, и произнесли торжественную речь. Камера марсохода, а также камеры на шлемах скафандров снимали всё происходящее.

— Ну что, парни, с церемониальной частью покончено. Теперь возьмёмся за работу, — бодро проговорил Фармер.

В течение получаса астронавты собирали в свои чемоданчики образцы грунта и породы поблизости спускаемого модуля.

«Красный орёл» тем временем ушёл на теневую сторону Марса и связь с кораблём на время прервалась.

Миллер уже отцепил прикреплённый к борту модуля марсианский ровер — небольшое трёхместное транспортное средство на четырёх колёсах с электродвигателем, и привёл его в рабочее положение.

— Пора прокатиться. Устроим первое в истории марсианское ралли, — сказал Фармер, усаживаясь за руль. Залевски и Миллер расположились сзади на пассажирских сиденьях.

Ровер двинулся по пескам Марса. Одной из целей миссии на красную планету было исследование Марсианского моря — небольшого искусственного водоёма, созданного тридцать четыре года назад из океанической воды с Земли.

— Море должно быть прямо тут, — Залевски сверился с картой в своём планшете.

Перед астронавтами была абсолютно гладкая как стол равнина, простирающаяся на многие километры.

— Никакого моря. — Констатировал очевидный факт Фармер.

— Конечно, ведь вся влага высохла за столько лет. Программа была закрыта слишком рано, прежде чем на Марсе смогли образоваться регулярные дожди и постоянные водоёмы, — ответил Миллер.

— Чёрт возьми, это что, следы?! — воскликнул Залевски.

Склон песчаного бархана, на котором стоял ровер астронавтов, пересекала цепочка следов овальной формы.

Фармер и Миллер выскочили из ровера и подбежали поближе.

— Вот же ж… это правда похоже на следы! — проговорил поражённый неожиданной находкой Джон.

Это было невероятно. Оставить такие отпечатки, расположенные на равном друг от друга расстоянии, могло только живое существо.

— Парни, сейчас мы на пороге сенсационного открытия! — Миллер включил камеру на своём планшете и сделал несколько снимков следов. — Кто там говорил, что на Марсе нет жизни?

Цепочка следов пересекала склон бархана и терялась в направлении скального массива, обрамляющего равнину.

Фармер задумчиво смотрел вдаль.

— Слушайте, — сказал он. — Следы должно быть совсем свежие. Я думаю, им не больше суток. На Марсе почти каждый день случаются песчаные бури, старые следы занесло бы песком.

— И что ты предлагаешь? — спросил Залевски.

— Я хочу найти это существо, — даже через стеклянное забрало шлема было видно, как горят глаза Джона. — Следы ведут туда, к тем скалам. У нас есть ещё немного времени, его хватит чтобы обследовать их.

Товарищей не нужно было долго упрашивать, и вскоре все трое уже мчали на ровере по следу, ведущему к скалам. Ближе к скалам почва стала более каменистой и след потерялся.

— Ничего, — сказал Фармер, когда след был окончательно потерян. — Скорее всего это существо обитает в скальных расселинах или пещерах. Осмотрим близлежащие скалы.

Ровер остановился у скального массива, и астронавты разбрелись осматривать трещины и расщелины в скалах.

— Я кое-что нашёл, — донёсся вскоре голос Миллера. — Вам стоит взглянуть, парни.

Фармер и Залевски нашли Йонаса стоящим в узкой тёмной расселине. В руках он держал край какого-то грязно-жёлтое полотно, пологом спускающееся сверху со скалы.

— Что это за материал? Похоже на полиэтилен, — сказал Миллер, когда его коллеги подошли поближе.

Фармер подошёл и потрогал полотно рукой.

— Кажется, я знаю, что это. Похоже на материал для резервуаров, в которых на Марс доставляли воду. Эти резервуары наполняли водой, раздувая их как огромные воздушные шарики. Значит, один из резервуаров упал прямо на эти скалы, разорвался и зацепился за вершину, — объяснил Джон.

— Смотрите! — воскликнул Миллер. — За ним проход в пещеру.

Действительно, спускавшееся сверху полотно, словно занавеска, закрывало небольшой, метра полтора в ширину, проход в скале. Миллер посветил туда фонариком.

— Довольно узкий и длинный проход, уходящий вниз — сообщил он, заглянув в пещеру. — Я попробую спуститься.

— Чёрт возьми, Йонас! — выругался Залевски. — Это может быть опасно.

Миллер обернулся и испытующе посмотрел на него.

— Это существо может быть там, Майк, — сказал Йонас дрожащим от волнения голосом. — Мы должны заснять его. Это станет величайшим открытием в истории.

Залевски колебался. Он посмотрел на Фармера с немым вопросом. Тот пожал плечами, как будто хотел сказать: «Пусть лезет».

— Хорошо, — наконец выдавил из себя Майкл. — Но только туда и обратно. Нигде не задерживайся.

Миллер показал большой палец и вошёл в тёмный провал пещеры. Залевски и Фармер стояли у входа и наблюдали, как фигура Йонаса удаляется в свете их фонариков. Вскоре он уже почти пропал из виду. В эфире было слышно лишь тяжёлое дыхание.

— Здесь вода! — донёсся в наушниках восторженный голос Миллера. — Дно пещеры затоплено!

— Йонас, возвращайся! — проговорил Залевски.

Плохое предчувствие холодом разлилось у него внутри.

— Одну минуту, Майк, я возьму образец воды… Она покрыта какой-то плёнкой. Видимо, это слой микроорганизмов, препятствующий быстрому испарению. Здесь, в пещере, без резких температурных колебаний, под плёнкой вода может сохраняться очень долго. И организмы, живущие в этой воде, могли эволюци… А-а-а-а-а-а-а-а!!! — Истошный крик взорвался в наушниках.

— Миллер! Что случилось?! — Залевски испуганно всматривался во тьму пещеры.

Крик смолк. В эфире воцарилась тишина.

— Миллер! Ты слышишь? Миллер!

Йонас не отзывался.

— Чёрт возьми, Фармер! Мы должны спуститься за ним. — Залевски с отчаянием посмотрел на друга. В глазах Джона, смотрящего в пещеру, читался страх.

— Посмотри… — прошептал он.

Залевски снова посмотрел в проход пещеры, куда несколько минут назад вошёл Миллер.

Сначала он видел лишь своды пещеры, терявшиеся во мраке. Затем в свете фонаря показалось какое-то белое пятно. Оно приближалось, и вскоре Залевски понял, что это скафандр Миллера. Майкл уже готов был облегчённо вздохнуть, увидев товарища, но что-то тут было не так. Миллер двигался как-то странно, как будто плыл по воздуху. Его ноги не двигались. Они вообще не касались дна пещеры.

— Это не Миллер… Его кто-то тащит… — проговорил Залевски, задыхаясь от ужаса.

Грудная клетка Йонаса была пробита, из неё торчал длинный костяной шип с зазубринами. Кровь ручейками стекала по передней части скафандра. Какое-то существо, таща перед собой нанизанного на рог Миллера, выползало из пещеры.

— Бежим! Скорее! — схватив Фармера за плечо, Залевски потащил его прочь из ущелья. Выбравшись из-под полимерного полога, закрывавшего вход в пещеру, астронавты бросились к роверу.

Добравшись до транспорта, Фармер прыгнул на водительское кресло, включил мотор и невольно бросил взгляд на ущелье.

— Я должен его заснять, — сказал он Залевски, усевшемуся позади него.

— Чего? — не расслышал Майкл.

— Надо снять это существо, убившее Миллера, — гневно крикнул Фармер.

Залевски сначала опешил.

— Ты с ума сошёл? Йонас погиб из-за идиотского образца воды в пещере! А ты хочешь сдохнуть из-за снимка? — взорвался он.

— Нам никто не поверит без снимка!

Фармер был прав. Объяснить гибель Миллера без снимков убившего его существа будет очень сложно.

— Вот он. — Тихо сказал Джон, включая камеру на планшете и направляя её на ущелье, где уже показалось ужасное существо, вылезшее из пещеры.

С виду оно напоминало глубоководного краба, такое же плоское, закованное в серо-жёлтый панцирь, с длинными членистыми ногами. То, что торчало из груди Миллера, оказалось вовсе не рогом, как сначала подумал Залевски, а остриём клешни, в которой гигантский краб и держал астронавта, неся его перед собой.

Чудовище на миг застыло, а затем бросилось к роверу.

Трясущимися руками Фармер сделал несколько снимков приближающегося краба, сунул планшет в широкий карман на груди и дал газу. Ровер, пробуксовывая по песку, помчал к модулю.

— Что это за тварь, Фармер? — спросил Залевски, как только они потеряли чудовище из виду.

— Похоже, некоторые формы жизни из нашего океана очень даже неплохо прижились на Марсе, — проговорил Фармер, немного подумав.

— Но на Земле нет таких крабов, способных проткнуть человека и тащить его, как тушку кролика.

— Видимо, это следствие долгих мутаций. Может, космическая радиация так повлияла на них. Может, местные условия. Пусть с этим разбираются биологи. Наша задача сейчас выбраться отсюда живыми.

Залевски не стал спорить.

Оставив ровер возле модуля, астронавты бросились внутрь, втиснувшись вдвоём в маленький шлюз.

— Нужно срочно связаться с Моррисоном, — сказал Залевски, усаживаясь в кресло и сверяясь с приборами. — «Красный орёл» уже должен был выйти из теневой зоны.

Фармер включил передатчик.

— «Птенец» вызывает «Орла», «Птенец» вызывает «Орла». Моррисон, ответь!

В динамике послышался голос Джима.

— «Орёл» слушает. Что-то вас давно не было на связи, парни, я уже начал волноваться. Передал записи вашего выхода в Хьюстон…

— Нет времени, Джим. У нас ЧП. Миллер погиб. На нас напало существо. Вернее, Миллер спустился в пещеру и там его убила какая-то тварь, похожая на краба, но очень большая. — Залевски сбивчиво стал объяснять произошедшее.

В эфире несколько секунд царило молчание.

— Постой, ты сказал Миллера убило существо? Живое существо на Марсе? — В голосе Моррисона чувствовалось недоверие.

— Да, Джим, в это сложно поверить, но мы видели его. Я и Фармер. Огромный краб убил Миллера в пещере и преследовал нас. Я не знаю, возможно, он уже где-то рядом. Пока ничего не говори базе. Мы удрали на ровере, но он мог уже нас догнать. Нам нужно убраться отсюда прямо сейчас.

— Но для старта слишком рано. Программа предусматривает нахождение…

— Я знаю, Джим, но у нас экстренная ситуация. Эта планета опасна. Мы зря прилетели сюда.

Моррисон вздохнул.

— Хорошо. Я сейчас пролетаю где-то над вами. Попробуем состыковаться.

Снаружи послышались скрежещущие звуки.

— Там что-то есть, — испуганно произнёс Фармер.

— Камеры! — вскрикнул Залевски. — Выведи изображение с марсохода.

Фармер включил на экране бортового компьютера картинку с марсохода, снимавшего до этого выход астронавтов на поверхность планеты, и шумно выдохнул. Залевски тоже взглянул на экран.

Прямо возле спускаемого модуля шевелилась огромная кирпично-красная живая масса со множеством извивающихся щупалец, обвивавших посадочные ноги корабля.

— Откуда эта тварь взялась?! — вскрикнул Фармер. — Мы не сможем взлететь, пока она держит нас!

— Нужно взлетать сейчас, парни, — донёсся голос Моррисона. — Выводите модуль на орбиту, у нас получится состыковаться.

— Мы попробуем, — сухо ответил Залевски. — Огонь двигателя может спугнуть этого спрута. Объявляю старт.

Фармер посмотрел на Майкла. Затем передал по рации:

— Моррисон, мы взлетаем. Нас что-то держит, но мы постараемся вырваться.

Ракетный двигатель посадочного модуля взревел, изрыгая струю пламени. Гигантский спрут отпрянул жара, но продолжал удерживать ближайшую к нему посадочную ногу кончиками щупалец.

— Есть! Твари не хочется поджариться! — Залевски воодушевлённо включил двигатель на полную мощность.

Струя пламени усилилась, поднимая в воздух клубы пыли. Модуль задрожал и стал плавно приподниматься над землёй. Спрут сжался и отдёрнул щупальца.

Залевски с замиранием сердца наблюдал, как на экране их корабль поднимается вверх. Модуль уже почти вышел из кадра камеры марсохода, но в последний момент спрут, не желая упускать добычу, вытянул два самых длинных щупальца и ухватился ими за посадочную пяту корабля. Модуль резко качнулся и завис в воздухе.

— Он не даёт нам взлететь! — Фармер испуганно взглянул на Залевски.

Майкл лихорадочно соображал. Можно попробовать отцепить посадочную ступень и подняться на взлётной. Но её мощности не хватит на взлёт с поверхности планеты, она рассчитана на манёвры для стыковки с «Орлом» на орбите, где гравитация уже не властна над кораблём.

— Отцепляй посадочную ступень, попробуем оторваться на взлётной, — сказал он Фармеру.

— Ты с ума сошёл! Её мощность не рассчитана на взлёт с поверхности! — Джон всплеснул руками.

— С нами нет Миллера, мы бросили всю аппаратуру и образцы грунта снаружи. С таким весом можем дотянуть, — прохрипел Залевски.

Фармер вытер пот со лба и рванул рычаг отцепления посадочной ступени. Струя пламени из сопла корабля иссякла. Нижняя часть модуля отцепилась и рухнула вниз, притягиваемая щупальцами спрута и гравитацией планеты, в то время как верхняя часть корабля рванула вверх, поднимаемая тремя небольшими двигателями.

Перегрузки вжали астронавтов в кресла.

«Неужели получилось?!» — восторженно думал Залевски. Неужели они вырвутся из этого красного ада и снова вернутся на Землю? Никогда больше он не вернётся сюда, ни за какие деньги и регалии.

Глаза Фармера и Залевски с тревогой следили за счётчиком высоты. Вот он уже показал значение в восемьсот метров. Тысячу. Тысячу двести.

Чем большую высоту показывал счётчик, тем сильнее стучали их сердца.

На высоте тридцати тысяч метров у Залевски внутри всё оборвалось.

Вибрация от двигателя резко стихла, число на счётчике перестало расти, потом замерло на отметке 30 420 метров, а затем стремительно стало уменьшаться. Слишком раннее отцепление посадочной ступени было роковой ошибкой.

— Моррисон!!! — заорал Залевски в микрофон. — Мы падаем!!! Взлётная ступень не дотянула нас до орбиты!

Датчики тревожно замигали. На мониторе бортового компьютера пульсировала надпись: «Слишком быстрое снижение!»

— Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла… — бормотал Фармер в кресле рядом. Его глаза были закрыты. Лицо измождено.

Свист рассекаемого воздуха стал слышен даже через толстую обшивку модуля.

— Моррисон! Топлива нет, мы не можем затормозить модуль!

Голос Джима в динамиках дрожал:

— Я слышу, надо что-нибудь придумать…

Придумывать что-то было слишком поздно. Красные пески Марса стремительно приближались.

— Джим, передай моей семье… — Залевски не успел договорить.

Страшный удар о поверхность сотряс модуль, сплющив его как молот консервную банку. Из разбившихся иллюминаторов брызнули осколки стекла. Металлическая обшивка лопнула, покорёженный металл лепестками расползся в разные стороны.

Ещё живой Майкл Залевски успел заметить, как через щели в металле и разбитые иллюминаторы в модуль заливается что-то жидкое, похожее на грязь. Она была очень густой, грязно-рыжей и жутко воняла.

Дно кратера потухшего вулкана, куда упал модуль, оказалось заполнено жидкой грязью, скрытой под корочкой высохшей глины. Майкл Залевски уже не видел, как жившие там существа стали заползать внутрь разбитого модуля вместе с затоплявшей его грязью.

Астронавт Джим Моррисон был единственным выжившим из Первой марсианской миссии. По официальной версии астронавты Майкл Залевски, Джон Фармер и Йонас Миллер погибли из-за отказа двигателя во время взлёта с поверхности планеты. В настоящее время Моррисон проживает в уединении и не даёт никаких интервью. Бытуют мнения, что настоящей причиной гибели астронавтов стали формы жизни, встреченные ими на Марсе и появившиеся там в результате доставки океанической воды, но это лишь неподтверждённые слухи.

[…]

После сенсационной публикации НАСА о найденных на Марсе одноклеточных водорослях известный бизнесмен и миллиардер Джереми Джонс заявил, что намерен возродить проект «Марсианское море» и лично инвестировать в него 5 миллиардов долларов.

[…]

В 2072 году проект «Марсианское море был возобновлён.»

Из книги «Первая марсианская экспедиция. Как это было на самом деле?»

«Люди уже почти сделали это. Мы почти превратили Марс в оазис. Последние заявления НАСА о найденных там микроорганизмах подтверждают это. Я хочу лично возглавить проект «Марсианское море», и готов вложиться в него на сумму в десять миллиардов долларов. Ещё двадцать четыре инвестора готовы проспонсировать проект на более чем четыреста миллиардов. Мы не станем повторять ошибок нашего предшественника — Джона Макгиллана. В ближайшие годы ещё полмиллиона тонн океанической воды отправится на Марс. Марсианское станет мостом между нашими мирами!»

Из выступления Джереми Джонса на заседании ООН 23 марта 2071 года.

Из интервью Джима Моррисона 15 сентября 2078 года:

«— Почему вы решили рассказать об этом спустя столько лет?

— Я слишком долго молчал… НАСА заставляло меня молчать о случившемся все эти годы. Но теперь, когда я неизлечимо болен, я чувствую, что должен открыть миру правду. Мне недолго осталось, так что пусть делают со мной что захотят.

— Вы понимаете, что рассказанное вами повлечёт за собой крупнейший скандал в истории НАСА?

— Конечно, но люди должны это знать. Как я уже сказал, астронавтов из Первой марсианской миссии убили существа, появившиеся там из морской воды с Земли. НАСА скрыли это. Они опубликовали лишь данные о микроорганизмах. Они продолжают доставлять туда воду и по сей день. Я не хочу, чтобы следующую миссию на Марс постигла та же участь, что и моих товарищей. Вода должна оставаться на Земле.»

Среди песков Марса, на затопленном дне пещеры, шевелились сотни яиц. Скорлупа одного из них треснула и существо с острыми клешнями вылезло наружу. Разорвав толстую органическую плёнку, покрывавшую слой воды, оно выползло из пещеры в холодную ночь Марса. Подняв клешни, существо смотрело на небо, где мерцала голубой точкой планета Земля.