Марсианская семья

Глава 1 Позвольте представиться!

Позвольте представиться, меня зовут Феликс Евдокимов и я живу на Марсе в городе под Куполом. Нас в семье семеро детей, причем идем мы в таком порядке: старший брат Ярослав, потом я, Феликс (мне двенадцать), потом Саймон, потом четыре сестры погодки: Дина, Люда, Аня и малышка Соня. У нас у всех светло-каштановые волосы и ярко-зеленые глаза, но Люда считается самой красивой, потому что ее глаза горят как ограненные изумруды, особенно после очередной проделки, а волосы блестят красным отливом. Папа и мама инженеры, они проводят на работе все время, а мы в школе, под Куполом есть одна огромная школа для детей колонистов. Что еще рассказать? Я, Дина, Люда и Соня отличники, Саймон троечник, остальные хорошисты. А теперь я расскажу про город. Дома все белоснежные, нарядные, много цветущих садов и зеленых аллей, в теплицах зреет клубника и лимоны, а за прозрачными стенами Купола — красноватые равнины, песчаные и каменистые дюны до самого горизонта, остывшие громады вулканов... Выходить наружу можно только в скафандрах и под присмотром взрослых. Еще у нас есть специальные машины, которые называются шаттлы или капли, потому что они прозрачные, в них ездят в экспедиции к далеким кратерам и ущельям. Брать без разрешения взрослых их нельзя. Вечером я люблю наблюдать за голубой искоркой на небе, яркой, как глаза Сонечки, это планета Земля с которой сюда прилетели мои дедушка и бабушка. Вот пожалуй и все, что вам нужно знать обо мне. А теперь я перехожу к самому интересному, так как вчера гуляя в абрикосовой роще у самой стены Купола я нашел таинственный метеорит.

Глава 2 Я нахожу таинственный метеорит

Небо потемнело, скоро зажгутся первые звезды — Купол прозрачный, так что небо, желтое в оранжевых разводах марсианское небо распростерлось, распахнулось прямо надо мной. Я сразу заметил огромный, глубоко впечатанный в землю почерневший, как древнее серебро, камень, один его бок был более темным чем другой, и углубления, похожие на отпечатки пальцев на мягкой глине, и тусклые железные вкрапления... На вид это был довольно обычный метеорит, ничего особенного, только очень уж крупный. Такие взрослые часто находят на Марсе. Окруженный цветущим белым снегом абрикосовой рощи, будто в маленьком убежище, я услышал голос, голос девочки, она напевала тихо и мелодично, слова так сразу и не разберешь. Ноги подкосились, и изумленный, я упал на землю, прислонившись спиной к холодному камню.

- Кто ты?

Голос доносился из глубины камня, из самой его сердцевинки. Как такое вообще возможно?!

Так я начал общаться с Элиранией, девочкой что жила на Марсе миллионы лет тому назад.

Глава 3 Моя маленькая тайна

Конечно, я был потрясен... Ее звали Элирания, и она была дочерью древнего марсианского короля. Бледная кожа, вишневые волосы и яркие вишневые глаза — так она описала себя. Я постарался обрисовать двенадцатилетнего смущенного мальчишку, рассказал и про Купол, колонию и школу. Конечно, я не видел ее, только едва слышал, если становился на корточки и прижимался ухом прямо к холодному камню. Если я правильно понял, она жила на Марсе в далеком прошлом, когда тут еще были реки и зеленые леса. Мама часто рассказывала, что когда-то Марс был похож на Землю, но затем произошла таинственная катастрофа, и реки высохли, а остался только песок, дюны, и кратеры. Элирания жила в вилле из розового мрамора, на берегу тихого голубого с перламутровым отблеском залива, и у нее была большая ручная пучеглазая склизкая жаба по имени Ник. Этот метеорит как раз лежал в ее королевском саду, среди алых и вишневых роз. Камень каким-то образом позволял нам общаться, каким-то чудесным образом он образовал червоточину во времени, разрыв временного потока. И я хранил свою маленькую тайну, хранил свой удивительный секрет. Теперь я приходил к метеориту каждый вечер после школы, и Элирания, марсианская девочка с вишневыми волосами и яркими вишневыми глазами, рассказывала мне о своем мире. Ох и чудные это были истории!

Глава 4 Корабли под серебристыми парусами и розовые фламинго

Ее мир... Каким же красивым он был! По перламутровому с голубым отблеском заливу скользили кораблики под серебряными парусами, искрили снежные шапки на вершинах вулканов, а на зеленых лугах паслись розовые фламинго и другие милые зверюшки. Но, конечно же, Элирания больше всего любила своего склизкого пучеглазого жаба Ника. Она кормила его кусочками сырого мяса, целовала во влажный лобик и жаб спал на мягкой специально сшитой для него атласной подушечке. Все это юная принцесса поведала мне с большим удовольствием, но и страхом тоже. Рощи гранатовых и миндальных деревьев, замки из розового мрамора, леса и сады, где же сейчас все это, хотелось кричать мне! А еще будущая королева подобно описала праздники, особенно самый веселый праздник первых белых цветов на миндальном дереве, когда королевская семья устраивала роскошные пикники. Но мы должны были понять, что стало с ее миром, почему он превратился в остывшую мертвую пустыню... Ведь когда я подходил к прозрачной стене Купола, то за ней в слабом марсианском свете блестели только желтые дюны, кратеры и мертвые вулканы. И, отчаявшись решить проблему сам, я решился собрать семейный совет. Надо сказать, что семейный совет у нас, Евдокимовых, собирается только по самым важным и неотложным вопросам. И сейчас был как раз такой случай.

Глава 5 Семейный совет по спасению Элирании и Ника

Собрались мы поздним вечером в нашей с Саймоном комнате, потому что она самая большая и чище чем комнаты девчонок, там у них повсюду пыль и вещи разбросаны.(Хи-хи!) Собралась вся сумасшедшая семейка: я, Ярослав, Саймон, Дина, Люда, Аня и Соня. Какао и печенье конечно же прилагались к делу. Я кратко рассказал о метеорите и принцессе Элирании, взяв клятву со всей шестерки не говорить ни слова взрослым. И вот реакция:

Дина: это что, шутка?!

Люда: Да ну тебя нафиг!

Саймон: не поверю, пока не увижу!

Ярослав: вечно ты напридумаешь...

Соня: сейчас же идем туда!

Особенно упорствовали девчонки, называли меня психом и чудаком. И мы пошли тем же вечером в абрикосовую рощу, сказав родителям что идем в парк, и Элирания не растерялась, а любезно, как маленькая королева снова рассказывала о себе и своем мире. Мы все семеро облепили метеорит, прижимаясь как улитки к камню, чтобы слышать лучше. Люда, самая мозговитая среди нас, подробно расспрашивала о всяких мелочах, и когда тихий голос принцессы с вишневыми глазами произнес:

- Больше всего я люблю вечера, когда три луны горят среди ярких серебристых звезд...

То Люда воскликнула:

- Три! Но их всего две, Фобос и Деймос. Это два огромных метеорита, когда-то захваченных гравитацией Марса. Мы каждую ночь видим их сквозь Купол как два светлых пятнышка в темном небе.

- Нет, три, мы называем их три жемчужины, — упорствовал тихий голосок Элирании из сердцевинки камня. - Наши поэты посвящают им песни и стихи.

- Ты уверена? - скептично спросила Аня.

- Конечно, я умею считать! - рассердилась Элирания.

- Поцелуй Танатоса.... - ахнула Дина.

- Он самый, - процедил Ярослав.- И это уже серьезно.

Глава 6 Поцелуй Танатоса

Итак, мы все поняли. Когда-то у Марса было три луны, причем исчезнувшую третью ученые называют Танатос. И именно Танатос столкнувшись с крупным астероидом сошел со своей орбиты и упал, рухнул на Марс! Огромный камень вонзился прямо в плоть маленькой планеты. Так зеленый счастливый мир превратился в голую песчаную пустыню. По всей видимости погибли все древние жители, и даже, как проревела маленькая Сонечка на очередном семейном совете, пучеглазая жаба Ник. Нет, Ник это было уже слишком! Нельзя допустить гибель толстой склизкой жабы... Мы должны были что-то изменить, хотя бы ради Ника.

Так, в одних пижамах, мы, угрюмые и насупившись, сидели в полумраке при свечах (так таинственней) и рассуждали что делать. Родители уже спали внизу, так что мы не опасались раскрытия нашего секрета. Люда и Дина сделали всем по чашке горячего какао, Аня притащила ореховое печенье. Мы хрустели печеньем и отчаянно соображали, что же делать. И вот что предложила умница Люда:

- Мы запишем на мнемонический кристалл (это что-то вроде флешки или диска, но чтобы считать информацию, не надо никаких сложных устройств) все... все что знаем. Учебники по физике, математике, чертежи кораблей которые привезли нас с Земли на Марс. Они должны построить звездолеты и улететь! Но улететь не на Землю, а найти другой далекий мир, где нет своего аборигенного населения, и основать там колонию, чтобы не нарушить наш временной поток. Не вызвать эффект бабочки. Мы положим кристалл на метеорит и разожжем под камнем костер, чтобы нагреть его и расширить временную червоточину. Высокая температура расширит портал, кристалл пролезет в дырку и...

Я тактично молчал, не напоминал, что наша отличница в этом году умудрилась схлопотать тройку по физике, чтобы не сердить вечно самоуверенную сестру.

Маленькая Сонечка вытерла усы от какао и важно сказала: хорошо, так и сделаем.

- Отлично! - провозгласил Саймон, и Ярослав добавил: что ж, братишки и сестренки, приступаем к делу.

Итак, нам предстояло провернуть колоссальную работу.

Глава 7 Для тебя, Элирания!

А на следующий вечер Люда притопала в нашу с Саймоном комнату, брат был в душе, так что мы вдвоем с сестрой устроились на кровати и укрылись пуховым одеялом, оба в белых пижамках, как маленькие привидения.

- Феликс, есть нечто что ты должен знать. После того как мы расширим временную червоточину, портал схлопнется и исчезнет. Ты больше не сможешь общаться с Элиранией. Никогда. - серьезно и медленно произнесла она.

Я тупо молчал, не зная что на это сказать. А потом... Предательская слезинка капнула на одеяло. И еще одна. И еще. Элирания стала моим другом, и если честно она сейчас была моим единственным другом. И хоть у меня четыре классных сестры и два потрясающих брата, которых я безумно люблю, мне очень больно терять Элиранию. Но я должен спасти, спасти, спасти ее мир, спасти кораблики под серебристыми парусами, спасти розовых фламинго и толстого пучеглазого жаба Ника. Кроме меня и моей семьи, помочь древним марсианам некому, и это главное. Я понимал что нарушая временной поток рискую своим миром, но... уже не мог остановиться.

В тот вечер я пришел сначала один, попрощаться с принцессой. Ярослав, Саймон и Люда с Диной подойдут позже, они почти закончили готовить кристалл и попробуют протащить его червоточиной.

Мы помолчали. Белые абрикосовые лепестки падали мне за шиворот, марсианское небо над Куполом потемнело и порозовело, а на горизонте зажглась зеленая полоса заката. Смогут ли древние марсиане понять чертежи и формулы? Смогут ли построить корабли и управлять звездолетами? У меня не было ответов на эти страшные вопросы.

- Элирания...

- Феликс...

- Я... Хочу спасти твой мир, и сделаю ради этого все! - только и смог прохрипеть я, уже не сдерживая слез.

- Спасибо, друг, - донеслось едва слышно из сердцевинки камня.

И... я ушел. Да, просто ушел и все. По словам Люды все прошло как задумано: Дина и Ярик разожгли костер, нагрели метеорит и на раскаленный камень положили кристалл. Кристалл... Сгорел. Попал ли он к Элирании? Скорее всего нет. Но после этого голос Элирании исчез навсегда — временной червоточины внутри метеорита больше не было.

Глава 8 Надгробие Элирании

Началась марсианская зима, пылевые вихри бились о прозрачные стены Купола, и по утрам красноватые равнины покрывал серебристый иней. В школе задавали кучу домашки, так что мы все семеро корпели до поздней ночи. Я второй по старшинству после Ярослава, так что много занимаюсь с малышами. Часто, на семейных советах, когда мы все собирались в пижамах в темной спальне и пили горячее сладкое какао, я вслух тосковал. Что, если мы идиоты и просто уничтожили червоточину, когда разожгли костер под метеоритом? Что, если Элирания уже погибла в результате падения Танатоса? Что, если даже жаб Ник не уцелел?

И тут умничка Дина предложила классную идею:

- А что, если посмотреть внимательно фотографии спутника, что вращается вокруг Марса? И поискать на снимках остатки космодрома, с которого улетели звездолеты? После катастрофы, поцелуя Танатоса, что-то все равно должно было остаться. И если мы найдем остатки космодрома, хотя бы взлетные площадки, то будем уверены, что все получилось, народ Элирании построил звездолеты и смог улететь. Снимки висят в сети в публичном доступе, наш учитель истории Гордей Гордеич отвечает за их обработку и выкладку.

И мы принялись за работу. Снимков были сотни, если не тысячи, и мы внимательно, под яркой лампой рассматривали бледные равнины, горы и кратеры. О, боль и страх... Наконец мы нашли яркое, выделяющееся темное пятнышко, и отправились туда на марсоходе — в нарушение всех правил, без ведома родителей. Мы семеро набились в четырехместный марсоход, будто шпроты в банку. Вокруг красноватые равнины, и вулканы, гряды холмов и мы летим, летим, летим, будто на кораблике по волнам... Вперед, за горизонт! Потрясающе. Вот и нужное место, за этим холмом. Зубчатая темно-бордовая гряда нависла над нами, слева темнел огромный кратер.

Это был надгробный монумент, черный прямоугольный камень, и надпись на нем гласила «Элирания».

И я упал на колени, и разрыдался. Плакала и маленькая Сонечка, остальные стояли потупившись. Плакать в шлеме скафандра совсем не удобно, надо признать, слезы скапливаются и туманят стекло, вызываю надсадный кашель. И тут... меня осенило! Что если это надгробие ее бабушки? Или прапрабабушки? Дело в том, что в королевском роду древних марсиан было только два имени: Аурелия и Элирания, и эти имена чередовались.

- Блин, не мог сразу сказать! - с облегчением выдохнул Саймон. - Так это ее бабушка тут похоронена!

И так мы стояли, семеро маленьких фигурок в скафандрах, взявшись за руки, кольцом оцепив страшное надгробие, и.. размышляли. Что-то тут не сходилось. Что-то было не так. Но что конкретно, я пока не мог нащупать. А может, вы первые догадаетесь?

Глава 9 Надгробие Мытетели

И тут Аня воскликнула: смотрите, на дне кратера, еще одно надгробие! Мы все бросились туда, скользя вниз по каменистым дюнам, камешки сыпались водопадом вниз, Саймон вообще сел на зад и съехал как на ледяной горке. На надгробии было выцарапано одно слово: «Мытетели». Значит, это была могила некоего Мытетели. Но кто он был? И от чего скончался? Ответа не было. Я отчаянно размышлял. Нет, не было такого странного имени в рассказах Элирании о жителях древнего Марса. Может, это имя ручного жаба?

И тут... Люда выкрикнула:

- Вот идиоты!

Мы обиженно насупились — это кто, мы, Евдокимовы, идиоты? Еще чего! Из нас семерых пятеро полноценные отличники!

- Это не Мытетели, это мы улетели! Принцесса оставила этот знак для нас....

Эх. Семеро неуклюжих детей в скафандрах взялись за руки и танцевали как могли вокруг камня. Счастье... Я прыгал, и плясал, и хохотал, как безумный... Все получилось. ВСЕ ПОЛУЧИЛОСЬ, народ Элирании смог воспользоваться записанными на кристалл знаниями и улетел искать новый мир. Потрясающе!

Глава 10 Исчезновение Гордея Гордеивича

Конечно, это была снова Люда которая первой догадалась что Гордей Гордеич подделывает снимки, и в сеть они попадают уже фальшивые. Не могла целая цивилизация бесследно исчезнуть, это просто не реально. Должны были сохранится остовы зданий, дороги, мосты... Удар Танатоса, каким бы сильным он не был, не мог все это испепелить и обратить в прах. Высоченный и худой, с пышными усами, Гордей Гордеич считался специалистом по древней истории Марса, и мы его любили, поэтому вдвойне больнее было осознавать его предательство.

И вот, после уроков мы пошли к нему домой все семеро. Даже маленькая Соня настояла что бы идти, и мы уступили.

Гордей Гордеич остолбенел, увидев нас всех семерых, в школьной форме, на пороге. На голове Сони алел пышный бант - малышка нацепила специально по торжественному случаю.

- Итак, Евдокимовы, - добродушно произнес он. - Ну что ж, заходите на чай, если пожаловали.

Мы расселись на пуфиках и диванах, и приступили к чаепитию. Толстый черный кот терся о ногу Дины, и сестра почесала ему за ушком.

- Гордей Гордеич, зачем вы подделываете снимки?! - не удержавшись выкрикнул я.

- Я.. Что.. Как...

Так правда вылезла наружу. На снимках действительно остались руины цивилизации Элирании. Гордей Гордеич боялся что их найдут, и попытаются как-то спасти древнюю цивилизацию... Тем самым нарушив временной поток.

- Так вы подделывали снимки потому что боялись исчезнуть? - ахнула Аня. - Думали только о себе?

- Да, дети. - признался Гордей Гордеич. - Тут же выбор прост, или мы, или они. Нельзя вмешиваться в прошлое. Нельзя изменять то, что уже свершилось. Это очень, очень, и очень опасно! Мы все можем просто испариться, как испаряется серебристый иней на красноватых равнинах утром! Поцелуй Танатоса это реальность, и изменить это нельзя.

- Так знайте же, что древние марсиане спасены! - воскликнул я. - они построили звездолеты по нашим чертежам и улетели искать новый дом! А Вы прямо сейчас исчезнете! Пуф!

- Ой!

Хихи, - мы все от хохота сползли с дивана.

Гордей Гордеич подскочил на месте, и потрясенный замолчал. Конечно, мы его простили - а кто бы из нас не боялся исчезнуть в результате изменения временного потока?, и учитель поплелся, понурившись, за клубничным вареньем к чаю. Клубника растет в теплицах под Куполом с первых дней основания города, и нет наверное на свете ничего вкуснее марсианской клубники. А я начал рассказ: как услышал голос из метеорита, как узнал о древней великой цивилизации, что была обречена погибнуть...

Эпилог

Я часто думаю о тебе, принцесса с вишневыми волосами и яркими вишневыми глазами. О твоем древнем мире, таком чудесном и загадочном. И как же я рад, что у нас получилось спасти его.

Интересно, как ее зовут, Элирания или Аурелия? Твоего потомка, принцессу марсиан, что сейчас счастливо живет на далекой, далекой, далекой планете? Держит ли она ручного склизкого жаба? Что видит, когда выглядывает в окно: голубой залив и розовых фламинго? Или горы под снежными шапками и дремучие сосновые леса? Ничего этого я не знаю. И все же... Мы, Евдокимовы, теперь учимся с утроенным усердием. Когда-нибудь мы отправимся в межзвездное путешествие на поиски народа Элирании, и обязательно найдем их. Да, мы, Евдокимовы, и не на такое способны!