Магии не бывает

Глава 1

Погрузчик, облапив суставчатыми пальцами последний контейнер с обогащённой рудой, въехал по пандусу в широко распахнутый люк. Развернулся в два приёма и вплотную притиснулся к штабелю, плотно заполнявшему весь трюм «Пегаша». Люк начал медленно закрываться.

Вторая машина — та, что проштрафилась в самый разгар погрузки, виновато притулилась в стороне от посадочной площадки. Из-за пунцового оттенка, в который всё вокруг окрашивали лучи местного светила, казалось, будто незадачливый робот покраснел от стыда. Возле бедолаги, отбрасывая резкую тень на обшивку его корпуса, суетилась фигура в скафандре — бортинженер Лунин пытался установить причину неадекватного поведения погрузчика.

— Всё, мы закончили, — повернулся к диспетчеру Уральский. — Через двадцать минут освободим площадку.

В ответ в наушниках раздался вздох. Выражение лица собеседника сквозь светофильтр шлема разглядеть было нельзя.

— Сергей Егорович, может быть, всё-таки перелетите на резервную площадку и дождётесь ремонтников? — предложил диспетчер. — Конечно, капитан вы и вам принимать решение, но сейчас судно полностью слепо в правой полусфере. С навигацией проблем, конечно, возникнуть не должно, но противометеоритка не сработает, если что. На два-три дня всего задержитесь — доставят новые сенсоры, тогда и полетите себе спокойно.

— Три дня! — возмутился Уральский. — Вы вообще представляете себе, насколько ничтожна вероятность столкновения в пространстве с метеоритом? А у меня план горит, между прочим. И к тому же, у Влада жена должна родить на днях, а мы тут торчать будем? Парень с ума сойдёт.

— Ну, как знаете. Запретить вам взлёт в данных обстоятельствах я права не имею, — сухо ответил диспетчер. Кажется, он ещё и пожал плечами, но сквозь скафандр движение вышло едва заметным.

— Серёга, этого здесь оставляем? — раздался в наушниках голос Лунина.

Казавшаяся из-за шлема непропорционально большеголовой фигурка указывала рукой на погрузчик.

— Да, Влад, в следующий раз заберём. Я уже двенадцать дополнительных контейнеров загрузил, места нет в трюме, — ответил капитан. — Ты выяснил, в чём причина?

— В общих чертах. Произошёл сбой в программе калибровки. Проще говоря, искин погрузчика не подстроился под здешнюю гравитацию. Но из-за прошивки это или датчики глючат, пока не скажу. Данные я слил, по пути ещё поковыряюсь и составлю подробный отчёт, — приближаясь огромными прыжками, доложил бортинженер.

— Тогда через десять минут взлетаем, — сказал Уральский и, не без труда сохраняя равновесие при непривычно маленькой силе тяжести, направился к кораблю.

— Счастливого пути! — сказал диспетчер.

— Спасибо! — оглянулся Сергей и махнул рукой, прежде чем вслед за Луниным скрыться в узком люке шлюзовой камеры.

Пять минут спустя они уже сидели перед широкой панелью в рубке управления «Пегаша». На виртуальные экраны выводилась телеметрическая информация. Один из экранов отчаянно мигал красным, сигнализируя об отсутствии данных с сенсоров правого борта, начисто снесённых неуклюжим погрузчиком.

— «Пегаш», убери аварийный сигнал, мы и без тебя знаем, что там не всё ладно, — приказал Уральский.

— Капитан, считаю своим долгом предупредить, что противометеоритная защита судна действует только в левой полусфере, — раздался из динамиков спокойный мужской голос. Однако сигнал тревоги на экране мигать перестал.

— Ещё один! Диспетчера мне мало было, — буркнул Уральский. — Принял к сведению. Влад, у тебя что?

— Остальные системы в норме. Можно трогать, — ответил Лунин, ухмыляясь во весь рот.

— Взлёт! — приказал капитан. — Затем сразу разворот и выход на разгонную траекторию. Координаты стандартные.

— Принято, — ответил искин.

— Н-но, залётная! — вполголоса добавил бортинженер.

«Пегаш» послушно оторвался от поверхности астероида, подняв жиденькое облачко пыли, и, стремительно наращивая скорость, унёсся в чёрное пространство космоса.

— Ну вот, теперь можно отдохнуть, до прыжка больше суток, — когда грузовик перешёл в штатный режим полёта, а в рубке включилась искусственная гравитация, сказал капитан.

Уральский и Лунин вылезли из скафандров. Влад сразу же метнулся в душ, а капитан отправился на камбуз — сегодня была его очередь готовить, если так можно было назвать подогрев пищевых концентратов, в нужной пропорции разбавленных водой.

— Что у нас на обед? — бодро спросил Влад, на ходу приглаживая широкой пятернёй мокрые волосы.

— Химия. Со вкусом мяса и овощей, — хмыкнул Уральский.

— Вот это да! Не ожидал, — деланно изумился Лунин.

— Ещё какао. Вполне настоящее.

— Что, совсем без химии? — «разочарованно» скривил губы Влад.

— Не переживай. Наверняка туда хоть чуть-чуть, но чего-нибудь подмешали, — утешил его капитан. — Вы когда дурака валять прекратите, товарищ бортинженер? — вдруг строго спросил он.

— Ну, думаю, годочков через сто двадцать — сто тридцать, когда мирно упокоюсь в окружении безутешных правнуков и праправнуков, — задумчиво наморщив лоб, сообщил Лунин.

Капитан, не сдержав ухмылку на худощавом, изрезанном жёсткими складками лице, отвернулся и в свою очередь отправился в душ.

— Мог ли я подумать, поступая в училище, что превращусь в банального дальнобойщика? — вслух размышлял Лунин, когда они с Уральским уселись за откидной столик перед тарелками с однородной массой, призванной изображать жаркое с овощным гарниром. Впрочем, блюдо на самом деле было питательным и вкусным, ворчали космонавты скорее по старой доброй традиции.

— Небось, как и все курсанты, грезил дальней разведкой и неизведанными мирами? — предположил капитан, разорвав упаковку хлебного брикета.

— Ещё бы! Ты даже не представляешь, какой бы из меня мог получиться исследователь дальних рукавов Галактики. А вместо этого — год техником системы климат-контроля на пассажирском лайнере, а теперь уже четвёртый месяц таскаю руду с астероида в системе какого-то заштатного красного гиганта в колонию на Земле-3 на несчастном грузовике... — размахивая вилкой, разглагольствовал Влад.

— Поскольку мы уже шесть стандартных лет, три месяца и шестнадцать с половиной суток летаем без серьёзных аварий и регулярно перевыполняем план перевозок, называть меня несчастным некорректно, — раздался из динамика ровный голос искина.

— Лучше сплюнь, «Пегаш», а то сглазишь, — ответил бортинженер.

— Не понял задачу, — после небольшой заминки сообщил искусственный мозг корабля. — Сформулируйте приказ иначе.

— Отбой задачи, — проворчал капитан. — Влад, ты мне ещё «Пегаша» преврати в такого же охламона, как ты сам! Это ж нейросеть, он всё на лету хватает, в том числе и всякую ерунду.

На самом деле молодой бортинженер, которого к нему назначили после ухода на повышение прежнего напарника, Уральскому нравился. Работу парень знал прекрасно, не терялся в нештатных ситуациях и всегда сохранял хорошее настроение. Но нескончаемый трёп, сдобренный дурацкими шуточками, временами утомлял. Также настораживало некоторое легкомыслие.

— Кстати, Серёга, а почему наш корабль так называется? Ну, я бы понял ещё, если бы он был «Пегас». Крылатый конь, вестник вдохновения и всё такое... — не унимался Влад.

— Точно не знаю. Если верить космическому фольклору, его так назвали в честь любимой лошади главного инженера верфи. Говорят, Семёныч в свободное время коней разводит на даче, — ответил Уральский. — Во всяком случае, мне так объяснили, когда я прилетел получать судно.

— Так ты, выходит, с самого начала на «Пегаше» летаешь? — восхитился Лунин.

— Да.

— А до этого на чём? Ты никогда не рассказывал.

Уральский помрачнел, поиграл крутыми скулами и нехотя ответил:

— Раньше летал навигатором на дальнем разведчике. «Георгий Ушаков», слышал про такой?

Влад удивлённо распахнул глаза и аж рот приоткрыл. Узнать подобное о своём старшем товарище, которого считал простым космическим работягой, он никак не ожидал.

— Охренеть! Кто ж про него не слышал! А что там тогда случилось-то? В сети про вас куча измышлений, но ничего конкретного.

— Неудачная попытка контакта с инопланетным разумом, — буркнул Уральский. — Разные мы с ними, Влад, совсем разные. Подробностей не расскажу, подписку давал.

Чтобы ясно дать понять бортинженеру, что продолжение этого разговора ему неприятно, капитан быстро проглотил какао и принялся убирать использованную посуду. Влад торопливо вскочил из-за стола и кинулся помогать.

— Пойду вздремну. Ты тоже отдыхай. Если что, «Пегаш» разбудит, — сказал Уральский и ушёл в свою каюту.

***

— Вышли на расчётную скорость. Координаты заданы, — доложил искин.

— Можно прыгать! — обрадовался Влад. — А потом ещё двое суток, и мы дома. Как бы там Светка не родила без меня.

— Ничего, успеем, — ответил капитан. — Шлем закрой.

— Ох уж эти мне инструкции... — проворчал бортинженер.

Как и положено, перед пространственным прыжком члены экипажа надели скафандры, но разгильдяй Лунин оставил прозрачное забрало поднятым.

— Надо напоминать, чем их пишут? — спросил Уральский.

— Да понял я, понял, — ответил Влад и закрыл шлем.

— «Пегаш», приступить к пространственному прыжку! — приказал капитан.

Рубка ощутимо завибрировала — это на полную мощь заработали генераторы, формируя перед грузовиком область искажённого пространства.

— До прыжка пять секунд... четыре... три... — бесцветным голосом начал отсчитывать искин.

В этот момент раздался звук удара, рубку тряхнуло, на экранах замигали индикаторы и заплясали разноцветные диаграммы.

— Что... — начал Уральский, но тут «Пегаш» вошёл в режим прыжка.

Реальность, как всегда, вернулась неожиданно. Вместо чёрной пустоты и безвременья, вновь появилось ощущение тела и осознание своего «я». Взгляд различил скачущие на экранах символы. Затем начал возвращаться слух.

— ...с твёрдым телом неустановленной массы по правому борту. Столкновение по касательной. Двигатели, системы жизнеобеспечения и навигации в норме. Разгерметизация грузового отсека. Масса груза соответствует отчётной, — докладывал искин, и Сергею послышалось тревожное напряжение в его как всегда ровном голосе.

— Чем это нас долбануло? — подняв щиток шлема, оглянулся на капитана Влад.

— Видимо, каким-то обломком. Повезло, что задело по касательной. Иначе на такой скорости разнесло бы в звёздную пыль, — проворчал капитан. — Эх, не послушался я Рашида! Он же предлагал дождаться ремонтников

— Рашида?

— Диспетчера на астероиде так зовут... Протестируй как следует все системы и отчитайся. Я проверю координаты.

Едва выведя данные на один из экранов, Уральский выругался сквозь сжатые зубы.

— Куда нас занесло, Серёга? — дёрнулся почуявший неладное Влад.

— Далеко. У тебя что?

— Сейчас...

Бортинженер с бешеной скоростью заработал пальцами, гоняя перед собой виртуальные экраны.

— Вроде бы всё нормально. В трюме пробоина, повреждены кое-какие вспомогательные системы. Автоматика стыковочного узла не отвечает. На живучести и подвижности судна это не отразится, разве что пробоина создаст проблемы при посадке. Хотя, конечно, можно наложить пластырь после выхода на орбиту. Ерунда, в общем.

— А что с топливом?

— На небольшой прыжок в пару парсек хватит, на полёт в системе и посадку тоже.

— В пару парсек? — нахмурился капитан.

— Ну, у нас же всего лишь рейсовый грузовик, — развёл руками Лунин. — Всё так плохо?

— Да уж ничего хорошего. Из-за проклятой глыбы мы очень сильно сбились с курса во время прыжка. Нам нужна полная заправка, чтобы добраться до дома...

— Чтобы достичь ближайшего обитаемого мира, необходимо 89,7 процента от полного запаса топлива, — педантично вставил искин.

— Немногим легче. К счастью, мы не настолько далеко, чтобы возникли проблемы в установлении координат. И, знаешь, что? — усмехнулся вдруг Уральский.

— Что?

— Осторожнее мечтать надо. Некоторые мечты имеют обыкновение сбываться. В этом секторе ни один разведывательный корабль побывать не успел. Так что мы тут первые. Поздравляю, космический первопроходец! Пока искин собирает данные об окружающем пространстве, нам осталось придумать, как вернуться назад.

— У нас ведь есть аварийный экран для сбора молекул дейтерия, трития и гелия-3, — ответил бортинженер. — Сейчас растянем на пару тысяч километров и...

— Угу. Ты концентрацию вещества учёл? Посчитай, сколько времени нам придётся процеживать здешний вакуум, — охладил излишний оптимизм напарника капитан.

«Пегаш» услужливо вывел перед Луниным ещё один вирт-экран, тот бросил взгляд на цифры и слегка приуныл.

— Да, повидать перед смертью праправнуков мне, похоже, не доведётся, — проворчал он.

— Здесь неподалёку «Пегаш» обнаружил жёлтый карлик. Расчёты показывают, что нам хватит топлива на прыжок до него и маневрирование в системе. А там сядем на хвост какой-нибудь комете или, если повезёт, найдём планету с жидкой водой, и ты успеешь познакомиться со своим потомством, пока оно ещё будет агукать в пелёнках. Кстати, у вас мальчик или девочка?

— Не знаю. Мы специально выяснять не стали. Люблю сюрпризы, — отозвался Влад. После секундной растерянности к нему уже вернулось обычное присутствие духа.

***

Планета земного типа, с пышной голубой атмосферой, проглядывающими сквозь прорехи в облачном слое зеркалами морей и зелёно-коричневыми пятнами материков стала настоящим подарком для двух незадачливых космических дальнобойщиков. Лунин не отлипал от экранов, то и дело издавая восхищённые восклицания, пока «Пегаш» наворачивал обороты по орбите вокруг новообретённого мира и собирал данные.

— Ну что, покрутимся по верхнему краю атмосферы, пока баки не наполнятся? — предложил Уральский, не сомневаясь, впрочем, в ответе напарника.

— Серёга, ты что?! Это ж новый мир! Мы здесь первые! Обязательно нужно сесть, взять образцы и всё такое. Ты же сам себе не простишь, если просто вот так возьмёшь и улетишь, — горячо заговорил Влад.

— Раз так, то надевай скафандр и бегом в шлюз. Нужно отцепить грузовой отсек, с полным взлетать тяжеловато будет. И дырку заодно заштопай, — приказал капитан. — Только осторожнее там, не забывай о технике безопасности. А то лови тебя потом по всему космосу...

Ворчал Уральский, конечно, для порядка. Когда требовалось, бортинженер умел собраться и действовать с чёткостью качественно запрограммированного робота. Он не только заделал узкую пробоину в корпусе грузового отсека, но и устранил неисправность стыковочного узла. Так что зацепить груз после возвращения с поверхности можно будет в автоматическом режиме, не выходя в открытый космос вторично.

Когда Лунин вернулся на борт, сильно уменьшившийся в размерах «Пегаш» вошёл в плотные слои атмосферы и, гася скорость, начал снижение.

Прорвав пелену туч, Уральский посадил грузовик на берегу широкой реки, подмяв его ребристым брюхом молодые деревца причудливой формы и какие-то травянистые растения с огромными резными листьями. Данные предварительного сканирования показали, что грунт в этом месте достаточно прочный, чтобы выдержать вес судна.

Пока садились, собирали данные об окружающей среде, ветер разогнал тучи и неизведанный мир наполнился солнечным светом и яркими красками. В этой части планеты только-только наступило утро.

— Ты смотри! Зелень, небо голубое, облака, птички летают — всё как дома! — восторгался Влад, растянув во всю ширину рубки виртуальный экран с картинкой от внешних камер.

— Похоже, мы с тобой действительно открыли пригодную для заселения планету. Глянь на данные — температура плюс двадцать четыре градуса, состав воздуха пригоден для дыхания, микроорганизмы... хм... их очень много. Когда выйдем, не вздумай открывать шлем и тем более снимать скафандр. При возвращении — жёсткая стерилизация в шлюзе. У нас нет оборудования для биологических исследований, «Пегаш» не разведчик. А возможности медблока более чем скромные. Не хватало ещё притащить домой какую-нибудь инопланетную заразу.

— Серёга, я маленький, что ли?! — выслушав наставление, возмутился бортинженер.

— Маленький — не маленький, а проинструктировать тебя я обязан.

— Считай, проинструктировал. Выходим?

— Пошли.

Оказавшись снаружи, Влад огляделся, выразил удовольствие от прелести ясного погожего утра, и сразу же принялся из имеющихся материалов и деталей устраивать импровизированный водозаборник. Ректификатор для отделения тяжёлых газов и воды, пригодных для реактора «Пегаша», на борту имелся штатный, но чтобы загрузить его работой, пришлось применить смекалку и потрудиться. Без оставленного на орбите погрузчика делом это оказалось непростым. Лунин и Уральский выбивались из сил, борясь с течением, норовившим снести наскоро склеенную из гибкого композита огромную трубу вместе со смонтированной на её конце фильтровальной станцией.

Над поверхностью воды неподалёку от работающих людей то и дело появлялись чьи-то огромные плавники и спинные гребни, но охранные системы «Пегаша» были на чеку и быстро подобрали параметры отпугивающего излучения. Летающим существам, хоть те и были не слишком крупными и проглотить людей вряд ли бы сумели, искин тоже не позволял приблизиться. «Птички», кстати, оказались больше похожими на летающих ящериц, только их полупрозрачные крылья и порхающий, словно у бабочек, полёт не позволяли забыть, что привычная систематика здесь вряд ли применима.

Наконец, через несколько часов напряжённых усилий, работа была закончена.

— Эх, искупаться бы! — оглядев синюю ширь реки, за которой виднелась узкая зелёная полоска противоположного берега, сказал Влад.

— А кто не даёт? Душ у нас работает, вода пока что не ограничена.

— Прозаический ты человек, товарищ капитан. А ещё косморазведчик!

— Поэтому и прозаический, что бывший косморазведчик, — ответил Уральский, сделав упор на слове «бывший». Если бы Лунин мог видеть его лицо, то заметил бы, как его исказила горькая усмешка. — Так что, возвращаемся?

— Пожалуй. Душ действительно не помешает, да и пожевать чего-нибудь самое время. А потом я, пожалуй, прогуляюсь по окрестностям, если ты не против.

— Вместе прогуляемся. Я тоже не прочь взглянуть, что за теми холмами.

— О, любопытство! Наконец-то вижу проявление естественных чувств у своего капитана! — радостно заорал Влад.

— Иди уже, балабол! — подтолкнул его Уральский в направлении шлюза.

Пару часов спустя они снова засобирались наружу. Капитан подошёл к вмонтированному в стену сейфу, приложил палец и приблизил глаз к сканирующему устройству, после чего открыл дверцу и вытащил кобуру с бластером.

— Ого! Всё так серьёзно? — удивился Лунин.

— Ты же видел, какая живность в речке плещется? Думаю, на суше тоже водится что-то подобное. Если мы ещё не видели ничего крупнее этих мини-птеродактилей, то это не значит, что его здесь нет. А «Пегаш» сможет нас прикрывать только до тех пор, пока мы не перевалим холмы, — ответил Уральский.

— Не поспоришь. А для меня в нашем арсенале ничего не найдётся?

— Разводной ключ прихвати. Или плазменный резак, — усмехнулся капитан.

— Да ну, резак тяжеленный, — отмахнулся Влад. — Я лучше камеру возьму, со шлема качество видео низкое.

— Хорошо. Но мачете прихвати всё-таки, через заросли прорубаться.

Облачившись в скафандр, капитан удобно пристроил бластер на правое бедро, а мачете — на левое. Было заметно, что носить оружие для него дело привычное.

— «Пегаш», посторонних живых существ к водозаборнику и шлюзу не подпускать. Мы на связи, — выходя, сказал Уральский.

— Принято, — отозвался искин.

***

Когда они перебрались за гребень поросшего лесом холма, солнце уже стало клониться к закату — продолжительность суток здесь была около двадцати часов. Впереди таинственно шуршал, перекрикивался и пересвистывался на разные голоса невысокий, но густой лес. В небе всё так же порхали крылатые создания.

— Дойдём вон до тех скал — и назад. Иначе до темноты вернуться не успеем, — сказал Сергей, указав на красноватые причудливые вершины, торчавшие впереди из густых зарослей.

— Принято, — ловко пародируя речевой синтезатор «Пегаша», отозвался Влад.

— Шут гороховый, — буркнул капитан и углубился в заросли.

До скал космонавты добраться не успели. Когда они прошли сотни две шагов, заросли внезапно расступились, и под ногами людей оказалась неширокая полоса плотно примятой, лишённой растительности земли.

— Звериная тропа? — предположил Лунин.

— Угу. Со следами от колёс. Такие, понимаешь, зверьки — вроде лошадок на колёсиках. У меня в раннем детстве была такая, — съязвил моментально напрягшийся Уральский. — Значит так, следуем по дороге пятьсот метров, потом по обстановке — или ещё пятьсот, или возвращаемся. Внимательно смотрим по сторонам. Дистанция двадцать метров, ты впереди. Вопросы?

— Нет вопросов, — ответил Влад, которому перемена тона капитана ясно дала понять, что шутки кончились, но всё же не утерпел: — Выходит, здесь живут люди? Вернее, разумные существа?

— Это и надо выяснить. Причём, не подвергая ни их, ни себя опасности. Пошли!

Они двинулись вперёд по проложенной сквозь заросли дороге, включив все немногочисленные датчики простых рабочих скафандров на полную мощь и поминутно озираясь. Влад непрерывно вертел камерой, временами поднося её к самой земле и веткам густо разросшихся по обеим сторонам растений. Сергей был собран, на мелочи не отвлекался, но успевал замечать всё — и чёткие отпечатки грубых колёс, и чью-то обглоданную кость, валявшуюся на обочине, и обломанные ветки по краям дороги.

Вдруг внешние микрофоны скафандров донесли откуда-то спереди звук, резко выбивающийся из ставшей уже почти привычной какофонии леса — дробный топот и ритмичное поскрипывание.

— В заросли! И залечь! — коротко приказал капитан и метнулся в сторону от дороги.

Влад последовал его примеру.

Не прошло и нескольких минут, как из-за ближайшего поворота показались двое людей. Причём это были именно люди. Хотя черты их лиц и странные причёски, устроенные из тёмных волос, казались необычными, но телосложением и манерой двигаться они мало отличались от затаившихся в зелёном сумраке леса космонавтов. В руках люди несли длинные палки, а их тела прикрывала грубая одежда.

Позади авангарда двигалась деревянная повозка, запряжённая парой животных, которые размером и длинными ногами напоминали лошадей, однако тела их покрывала чешуя, а рогатые головы завершались удлинёнными мордами, похожими на утиные клювы.

В повозке восседал рослый седовласый человек в длинных ярких одеждах и причудливом головном уборе. Позади вышагивали ещё четверо пеших с палками или, скорее, копьями.

Голова процессии уже поравнялась с тем местом, где залёг Уральский, а её арьергард миновал убежище Лунина. Но вдруг в зарослях отчётливо хрустнула ветка, раздался торопливый шорох. Шедшие позади повозки люди мгновенно развернулись, опустив копья, а седовласый натянул поводья, заставив животных часто заперебирать ногами и замереть на месте.

— Влад, чтоб тебя! — с досадой прошипел Уральский.

— Капитан, они меня заметили! Что делать? — раздался в наушниках голос Лунина.

— Спокойно, Влад. Без нервов. Медленно выходи на дорогу, разведи руки в сторону... И камеру убери, её могут принять за оружие!

— Понял. Выполняю, — упавшим голосом отозвался бортинженер.

Завидев выбравшееся из кустов головастое чудовище с гладкой блестящей поверхностью вместо лица, воины подались назад, направив копья на Влада и что-то возбуждённо бормоча между собой. Седовласый выпрямился на повозке во весь рост и невозмутимо наблюдал за спектаклем. Те двое, что шли впереди, взяли животных под уздцы и напряжённо оглядывали темневшие вокруг дороги заросли. Уральскому даже показалось, что один из них слишком долго задержал взгляд на том месте, где он укрывался. Капитан на всякий случай потянулся к кобуре, стараясь не делать резких движений и не издавать ни звука.

Седовласый человек вдруг выкрикнул какой-то приказ и резко выбросил руку в сторону Сергея. Тот, поняв, что его раскрыли, вскочил на ноги и вскинул бластер. Но из ладони человека в повозке ударила струя слепящего голубого пламени и, круша ветки, устремилась к капитану. Прочный материал и защитное поле скафандра спасли Уральского от ожога, но мощный удар отбросил его на несколько метров. Приложившись спиной о корявый древесный ствол, Сергей задохнулся от боли.

Тем временем четверо воинов набросились на Лунина. Удары острых копейных наконечников не смогли причинить ему вреда, но, невольно отступив, бортинженер споткнулся о корень и опрокинулся навзничь. Воины моментально насели на него и принялись скручивать руки и ноги крепкими ремнями, которые, оказывается, были у них наготове.

Влада подняли в восемь рук и поволокли к повозке, повинуясь новой команде седовласого. Парень орал и матерился, но поделать ничего не мог. Его начали заталкивать куда-то под ноги седовласому.

Увлечённые этим занятием, туземцы забыли о капитане. Или считали, что после такого энергетического удара выжить он не мог. Поэтому появление Уральского из пролома в зарослях оказалось для них полной неожиданностью. Первым выстрелом капитан перебил упряжь и слегка обжёг запряжённых в повозку животных. Болезненно взвизгнув, твари понеслись по дороге, волоча вцепившихся в уздечки воинов.

Седовласый вновь вскинул ладонь, но Сергей уже был готов к такому повороту событий, и струя пламени прошла мимо, учинив новое опустошение в зарослях. Ответный выстрел капитана перебил ось повозки, она завалилась набок, и седой человек, не удержав равновесие, позорно скатился наземь, теряя рогатый головной убор.

Очередной разряд вспорол красноватый грунт под ногами воинов. Они не выдержали и, бросая копья, с криками помчались по дороге. Следом, путаясь в одеждах, ругаясь на чём свет стоит и время от времени посылая назад слабеющие с каждым разом струи голубого огня, захромал седовласый.

— Живой? — склонился над Владом капитан и принялся разрезать стягивающие того ремни.

— Серёга, что это было вообще? — ошарашено отозвался тот.

— А хрен его знает. Идти сможешь?

— Да без проблем, я в порядке.

— Капитан! Капитан! Ответьте «Пегашу»! Что происходит? Нужна помощь? — бился в наушниках голос искина.

— «Пегаш», оставайся на месте и продолжай заправку. У нас агрессивный контакт с представителями местной разумной жизни. Мы целы, возвращаемся на борт. Приготовься прикрыть нас психотронным полем, как только будем в пределах его действия.

— Принято.

— Идём, Влад! Быстрее, пока они не очухались.

— Сейчас, только трофеи соберу.

— Какие, к чертям, трофеи?

— Образцы инопланетной культуры. Тем более, что эти гады моё мачете утащили!

С этими словами бортинженер подхватил с земли одно из брошенных воинами копий и корону седовласого, а потом побежал вслед за капитаном.

За поворотом дороги они нос к носу столкнулись с двумя туземцами, которые вели под уздцы пойманных животных. Завидев вскинутый бластер капитана, оба воина синхронно отбросили копья и рухнули на колени, уткнувшись лицами в землю и подняв кверху поджарые зады.

— Вот так, молодцы! Лежать на месте, не двигаться! — во всю мощь встроенного динамика рявкнул капитан.

Вряд ли туземцы понимали по-русски, но смысл приказа явно уловили, а потому замерли в позах покорности, забыв о ломанувшихся в дебри животных. Космонавты обогнули деморализованного противника и что есть сил припустили к тому месту, где к дороге выходила прорубленная ими по пути сюда просека.

***

— Ничего себе! — восхитился Влад, разглядев тёмные синяки на спине появившегося из душевой кабинки капитана.

— Пустяки, пройдёт, — отмахнулся тот.

— У тебя скафандр подгорел спереди. Чем это он так?

— Не знаю. Там сочетание температуры с каким-то силовым воздействием, меня на несколько метров отшвырнуло. Не представляю, как он это сделал. Оружия у этого седого чёрта я не заметил.

— Да какое оружие? Ты только взгляни! — С этими словами Влад метнулся в рубку и появился оттуда со своими трофеями.

— Да уж, — проворчал Сергей, разглядывая грубо выкованный наконечник копья и тяжёлый, кривовато отлитый из какого-то серого сплава головной убор в форме рогатой короны. — Вряд ли они с такими технологиями в принципе могли изготовить энергетическое оружие.

— А одежду их ты видел? Грубая ткань из растительных волокон и плохо выделанная кожа. Наверняка и воняют, как не знаю что, — добавил Влад.

— Выходит, метание молний — это их собственная способность?

— Похоже на то. Магия, — припомнил старинное и редко употребляемое слово бортинженер.

— Угу, колдовство. Кажется, наша производственная драма стремительно превращается в фэнтези... — задумчиво проговорил капитан.

— Во что?

— Ну, было в старину такое направление искусства. Что-то вроде фильмов, романов и игр про королей и рыцарей, но разбавленное упомянутой тобой магией и присутствием мифических чудовищ.

— А, понял. Видел такое, просто не знал, как называется. Что-то типа сказок, — кивнул бортинженер. — А ещё говорят, будто всякие сверхспособности — выдумка. Вот и верь после этого учёным...

— Капитан, на холмах к востоку от реки замечены восемь человекоподобных существ. Они пытались спуститься, я отпугнул их психотронным излучением, вызывающим чувство страха. Они отступили, но остались на вершинах холмов, вне досягаемости моих защитных систем, — доложил искин.

— Хорошо, «Пегаш». Продолжай наблюдение. Если попытаются подойти, отпугни снова.

— Принято.

— А мы что делать будем? — спросил Влад.

— Спать. А эти ребята пусть понаблюдают. Может, легенду потом сочинят про могущественных магов с неба, — ухмыльнулся капитан.

— Не такие уж мы и могущественные... — буркнул Лунин и отправился в свою каюту.

Спал Уральский беспокойно. Впервые за много лет ему снилось, будто он снова на борту «Георгия Ушакова» и из космической тьмы на него надвигается чуждая всему человеческому угловатая громада — то ли звездолёт, то ли туша живого существа, приспособленного к обитанию в открытом космосе...

— Капитан! Капитан, тревога! — вырвал Сергея из кошмара голос искина.

— Что случилось, «Пегаш»?

— По реке приближаются четыре объекта. Идентифицируются как деревянные плавсредства с весельными движителями. На каждом находится от семнадцати до двадцати двух человекоподобных существ. Приближаются к охранному периметру, — доложил мозг корабля.

— Так напугай их как следует. Чего орать-то? — зевнул Уральский. — И запиши всё на видео.

— Принято.

— Беда с этим искусственным разумом, — проворчал капитан. — То он превосходит человека во всём, а то ведёт себя как полный идиот.

Возвращаться в липкие объятья кошмара ему хотелось меньше всего, а потому капитан встал и пошлёпал на камбуз — варить кофе. Вскоре к нему присоединился напарник. Влад уже был одет, умыт и непривычно хмур.

— Доброе утро, — проворчал он.

— Доброе, — отозвался Уральский. — Видал, что у нас творится?

— Местные на лодках? Кстати, что они там делают, «Пегаш»?

— Дошли до границ защитного поля и повернули назад. Сместились вверх по течению на четыреста метров, вышли на берег и разбивают лагерь, — доложил искин.

— Слышал? Измором брать будут, — усмехнулся Уральский. — Не дрейфь, напарник, отобьёмся! Ты чего такой кислый?

— Проверил анализ воды. Тяжёлых и полутяжёлых молекул в ней — по одной на четыре с половиной тысячи. Аномально мало. Я рассчитывал, что заправимся через неделю, а теперь так выходит, нам тут ещё одиннадцать суток куковать, — ответил Лунин. — Светка точно без меня родит. Беспокоиться будет, что мы исчезли. А ей нельзя волноваться сейчас. Как бы не случилось чего.

— Не переживай, медицина нынче творит чудеса.

— Угу. Только пореже бы в них потребность возникала.

— Главное, что все живы будут в любом случае. А остальное лечится, — ответил Уральский и, вновь вспомнив свой сон, добавил: — Лишь бы было кого лечить...

Лунин с тревогой вгляделся в его исказившееся на миг лицо, но Сергей уже вновь овладел собой.

— Тебе не понять, ты не женат, — проворчал бортинженер.

— Я был женат.

— Развелись?

— Нет.

Ещё раз бросив взгляд на капитана, Лунин умолк.

Всё так же молча они позавтракали. Влад сунулся в рубку, бросил взгляд на экран и направился к шлюзу.

— Серёга, я пойду водозаборник почищу. Поток упал на два с половиной процента. Похоже, водоросли набились, — сообщил он на ходу.

— Погоди, я с тобой. На всякий случай.

— Да что со мной сделается? Но, конечно, пошли, если хочешь. Скучно же сидеть тут без дела.

Они влезли в скафандры и неторопливо выбрались из шлюза. Влад, прихватив металлическую щётку, к которой для удобства приварил длинную рукоятку, полез в воду. Капитан остался на берегу и стал вглядываться в ту сторону, где располагался лагерь туземцев. Утро выдалось пасмурным и ветреным, дым разведённых аборигенами костров стелился над водой и прибрежными зарослями. Ни лодок, ни людей отсюда видно не было.

Вдруг Сергей почувствовал сзади какое-то движение. Не раздумывая, он прыгнул вперёд, перекатился и, вскочив на ноги, обернулся. Там, где он только что стоял, оказался одетый в доспехи из костяных пластинок туземец, который пытался вернуть себе равновесие после неудачного удара увесистой дубиной. Уральский бросил тело вперёд, схватил мерзавца за руку, в которой была зажата дубина, и швырнул на землю, выворачивая плечевой сустав. Туземец взвыл от боли — анатомия инопланетянина оказалась на удивление близкой к человеческой.

Не теряя времени даром, капитан оглушил диверсанта точно рассчитанным по силе ударом в голову. Но тут же сам отлетел в сторону, снесённый потоком голубого огня. Падая, Сергей успел заметить поднявшегося из зарослей местных лопухов старого знакомого с разметавшейся по плечам гривой седых волос.

— Капитан, фиксирую энергетическую активность вблизи шлюза! — запоздало известил «Пегаш».

— Фиксирует он...

Уральский с трудом поднялся, отметив, что скафандр на плече прогорел почти насквозь и нового удара не выдержит. Отступать было некуда — за спиной возвышался корпус грузовика. Сергей сгруппировался, готовясь прыгнуть вперёд. Однако седовласый следил за каждым его движением. Прорычав что-то на своём языке, туземец снова угрожающе вскинул ладонь. Но неожиданно он дёрнулся и рухнул лицом в лопухи.

Позади седого появился Лунин и подобрал мокрую металлическую щётку, которую так удачно использовал в качестве метательного орудия.

— Серёга, ты цел? — с тревогой спросил он.

— Почти, — отозвался капитан. — «Пегаш», мать твою железяку, какого чёрта, а? — рявкнул он в микрофон.

— Не понимаю. Сформулируйте вопрос иначе.

— Почему посторонние внутри периметра?!

— В зоне действия защитных систем крупных живых объектов не обнаружено, за исключением членов экипажа в количестве двух человек, — после секундной заминки доложил искин.

— А это, по-твоему, кто? — ткнул капитан пальцем в распростёртое возле его ног тело.

— Информация отсутствует. Сформулируйте вопрос иначе.

Капитан выругался и обернулся к Лунину, склонившемуся над седовласым.

— Влад, он глючит, что ли?

— Не знаю, проверю потом. Ты лучше сюда глянь! — бортинженер стащил с запястья туземца какой-то предмет, похожий на браслет, имевший выступающую деталь, которая заворачивалась на нижнюю часть ладони. — Это точно не их рук дело, слишком тонкая работа.

Уральский хмыкнул, на всякий случай окинул цепким взглядом окрестности и нагнулся к первому из нападавших. У того на руках никаких предметов не обнаружилось, зато шея оказалась стянута узким металлическим ожерельем, похожим на ошейник. Изготовлено оно тоже было на удивление тонко, а покрывавший чернёную поверхность золотистый узор напоминал причудливое переплетение микросхем.

— У него и на шее какая-то фиговина, — продолжая осматривать седовласого, сообщил Влад.

— И у моего тоже. Попробую снять.

Едва приметный замок отыскался не сразу, и Уральскому потребовалось время, чтобы понять, как он открывается. Туземец уже начал постанывать и делать попытки пошевелиться. Но упрямый замок, наконец, щёлкнул, и ошейник оказался в руках капитана. Влад тоже справился со своей задачей и лишил седовласого аборигена его второго украшения.

— Тревога! Два человекоподобных существа внутри охраняемого периметра! В трёх и пяти метрах от шлюза! — заорал в наушники искин.

— О, разглядел, наконец, — проворчал Уральский. — Отбой тревоги. Мы уже разобрались.

Лежавший возле него туземец широко распахнул глаза, в которых плескался ужас. Вскочив на ноги, он с диким криком кинулся прочь. Очухавшийся следом за ним седой, мгновенно растеряв всю важность и утратив грозный вид, с жалким подвыванием умчался следом.

— Это что сейчас было? — озадаченно поинтересовался Лунин.

— Передоз психотронного воздействия, — пожал плечами капитан. — Как бы не спятили с перепуга, бедолаги.

— Так это выходит... — Влад уставился на зажатые в руке безделушки седовласого.

— Похоже, что они их как-то защищали от обнаружения и воздействия поля. Идём!

Едва дождавшись окончания дезинфекции, напарники сорвали с себя скафандры и бросились в инженерное помещение, где у Лунина имелся сканер для проверки состояния микрочипов и тому подобных мелких деталей. Бортинженер сунул одно из ожерелий в камеру и они с капитаном, едва не столкнувшись лбами, склонились над экраном.

После пары минут напряжённого молчания Влад удивлённо присвистнул.

— Ничего себе!

— Да уж, как-то не вяжется со всеми остальными проявлениями их материальной культуры, — согласился Уральский.

— Смотри, вот этот контур явно генерирует какое-то излучение, но прибор его едва улавливает. А вон та полоска, которая тянется по всей длине, аккумулирует энергию, — тыча пальцем в трёхмерную схему инопланетного устройства, сказал бортинженер.

— А источник где?

— Откуда я знаю? Реактора или топливных элементов здесь не видно. Батарейки тоже вроде вставлять некуда. Такое ощущение, что эта хреновина сосёт энергию прямо из окружающего пространства.

— Перпетуум мобиле... — проворчал капитан.

— Угу, типа того. Только в отличие от него вполне себе работает. Как думаешь, где они их раздобыли?

— Более развитая культура в других областях планеты? Хотя нет, мы бы заметили ещё с орбиты или даже раньше. Уж в ближний космос цивилизация, способная производить подобное, вышла бы обязательно.

— В любом случае, как заправимся, нужно будет сделать пару витков на малой высоте и произвести съёмку во всех доступных диапазонах.

— Даже не знаю... Это же нарушение всех инструкций, — засомневался Уральский. — Главное, чтобы они нас при этом не сбили к чёртовой матери.

— Жаль, грузовые корабли не снабжают челноками и дронами... Слушай, может, автожир какой-нибудь собрать на скорую руку? — предложил Лунин.

— А толку? Уж твою самоделку кто-нибудь вроде нашего седого приятеля разнесёт на раз-два.

— Тоже верно. А, знаешь, что меня во всём этом утешает? Учёные всё-таки не врут, а колдовства не бывает.

***

— Земля-3, Земля-3, ответьте! Вызывает грузовик «Пегаш», — в очередной раз устало проговорил капитан в микрофон.

Но, в отличие от предыдущих попыток пространство не осталось безучастным и гравитационные волны донесли ответ.

— Слышу вас, «Пегаш»! Вы где пропадали, ребята? Мы уж тут за вас свечку ставить собирались!

— Сбой вследствие столкновения с неопознанным объектом в момент входа в прыжок. Вышли в неисследованном секторе на пределе дальности. Экипаж жив и здоров, судно и груз в порядке. Но на возвращение не хватало топлива, пришлось заправляться на месте.

— Мужики, вы красавцы! Тут вся планета на ушах стоит из-за вашего исчезновения. А вы такие — р-раз и вернулись!

— Пока ещё нет, но через несколько дней будем дома, — невольно заулыбался Уральский. — Записывайте там. В ходе поиска места заправки мы открыли планету земного типа. Высылаю координаты. Планета населена разумными гуманоидами. Очень похожи на нас, анатомических и генетических исследований мы, конечно, не проводили, но визуальных отличий не обнаружено...

— Уральский, это ты там сейчас что, шутишь так? Или напился на радостях? — раздался из динамика другой голос, более низкий и хрипловатый.

— Да какие шутки! Записи контакта, данные сканирования поверхности и образцы материальной культуры — у нас на борту, — отозвался капитан. — Как нам удалось выяснить, общая численность населения планеты не превышает тридцать-пятьдесят миллионов. Общественный уклад родоплеменной и раннерабовладельческий. Но когда-то на планете была более высокая цивилизация — повсюду видны следы огромных городов и путей сообщения, а туземцы пользуются приборами, формирующими различные энергетически поля. Обладатели таких устройств, насколько мы поняли, передают их по наследству и составляют знать. Похоже, их считают магами или кем-то вроде того, а старинные устройства — даром богов.

— Точно, Уральский, ты пьян! Ладно, прилетите — разберёмся. На приборах мы вас уже видим, — скептически хмыкнули на том конце гравитационного луча. — Как планету хоть назвали?

— Светла, — оглянувшись на затаившего дыхание бортинженера, ответил Сергей.

— Хм... Хорошее название. Кстати, Лунин там далеко?

— Рядом.

— Владлен, ты меня слышишь? Тут просят передать, что у тебя двойня. Поздравляю!