Котята на Европе

Глава 1

Стивен Стилман проснулся.

Конечно, в этом не было ничего удивительного – как-никак девять миллиардов людей просыпаются на Земле каждый день, проспав в среднем восемь часов.

Но Стивен Стилман был не на Земле.

И проспал он гораздо, гораздо больше.

Щурясь, практически на ощупь Стивен выбрался из камеры анабиоза и подтянул свое плохо слушающееся тело к зеркалу. Дождавшись, пока глаза привыкнут к свету, Стивен выдохнул и поднял взгляд на свое отражение. Внимательно изучил его.

– Пугало кукурузное, – наконец сказал Стивен своему двойнику. Сказал и удивился собственному голосу – тихому, сиплому – голосу человека, не разговаривавшего без малого два года.

По пути в санитарный блок Стивен неожиданно начал напевать американский гимн – отчасти потому, что хотел как можно быстрее вернуть свой голос – низкий, тягучий, как арахисовое масло – а отчасти потому, что он ощутил жуткое одиночество. А гимн напоминал о той великой стране, которая отправила Стилмана в это далекое путешествие. «Побриться, может быть?» – думал Стив, – «да и форму, пожалуй, стоит надеть новую. К первому сеансу связи надо быть готовым».

Через четверть часа Стивен снова придирчиво оглядывал себя в зеркало. На него смотрел самоуверенный, гладко выбритый, низкорослый блондин, с квадратной челюстью и ярко-голубыми глазами. Красавцем, конечно, его вряд ли кто-нибудь назвал, но в его облике чувствовалась некая первобытная мощь, которая, как почему-то казалось Стивену, была у всех исторических первооткрывателей. Пригладив пятерней волосы и поправив шеврон со звездно-полосатым флагом, Стилман направился в блок дальней связи.

Буквально влетев в блок, Стивен отработанными движениями запустил аппаратуру и вывел картинку с Земли на главный экран.

Через секунду Стивен понял, что на Земле что-то произошло.

Центр управления полетами, по которому обычно сновали туда-сюда различные специалисты, был пуст.

Лишь за одним столом сидел немного печальный молодой человек и лениво смотрел в планшет, изредка слюнявя палец и проводя им по экрану.

– Земля? – испуганно спросил Стивен. Приветственный победоносный рапорт растворился, исчез, аннигилировал.

Молодой человек оторвался от планшета и уставился на Стивена. На мгновение у человека загорелась искорка неподдельного внимания, но так же быстро она потухла. Но планшет молодой человек все-таки отложил.

– Земля, центр управления полетами, – неожиданно бойко затараторил незнакомец. Сделал паузу и уже совсем другим голосом спросил, - как самочувствие, мистер Стилман?

Стилман пожал плечами. Голова шла кругом.

– Как заново родился, – наконец пробормотал Стив.

– Неудивительно, – незнакомца, кажется, что-то развеселило, – сегодня ведь как раз Рождество. Так что, пожалуй, счастливого Рождества, мистер Стилман.

Стивен коротко кивнул.

– У вас что-то случилось? – Стилман решил взять быка за рога.

Молодой человек снова поскучнел.

– Случилось много чего, мистер Стилман, – незнакомец начал загибать пальцы. – Президент снова республиканец, Джон Ган вывел «Бостонских рубак» в финал, в гамбургер решили добавить лимонный ломтик без кожуры, Израиль снова обвиняет Палестину, а Палестина обвиняет Израиль… В целом шарик вертится, и на том спасибо.

– Я про другое, – Стивен понял, что его бьет крупная дрожь, – я про наш центр. Почему в нем нет людей?

Молодой человек обвел пустой зал глазами, как будто сам только что это заметил.

– Ах да, еще одна новость, – как будто извиняясь, продолжил собеседник. – Аэрокосмического Агентства больше нет. Вернее, его выкупил Угол.

Стивен замер, переваривая услышанное. Про корпорацию Угол он, конечно же, знал, как знал всякий, кто пробовал хотя бы раз что-то найти во всемирной сети. Но почему гигант Интернета вдруг решил выкупить организацию, занимающуюся космосом, Стивен по-прежнему не понимал.

– И что это значит для моей миссии в практическом плане? – наконец выдавил из себя Стилман.

– О! – Собеседник многозначительно поднял палец. – О вас правильно говорили, что вы быстро оцениваете изменившуюся ситуацию. У вас ведь имеется план экспедиции?

Стивен краем глаза заметил толстую книгу – по старинке, всю важную информацию дублировали на бумаге, не доверяя электронике.

– Так точно, – отрапортовал Стилман.

– Можете его выбросить, – добродушно посоветовал незнакомец.

На Стилмана словно вылили пару галлонов ледяной воды.

– Почему? – огорошенно спросил Стив. – Я не могу высадиться на Европу? Произошла неполадка?

– Мистер Стилман, – поморщился незнакомец, - давайте только без этих…

– Я имею право знать! – почти крикнул Стив. – Если есть проблемы в посадочном механизме, то это ерунда! Нас предупреждали, что это может быть путешествие в один конец, и я к этому готов. Разобьюсь, но наш флаг там будет стоять!

Незнакомец задумчиво барабанил пальцами по столу, ожидая, пока Стивен выговорится.

– Дело не в посадочном механизме, мистер Стилман, – наконец произнес незнакомец. – Дело в том, что у вашего нового работодателя – у корпорации Угол – свои предпочтения, чем вам стоит заняться на Европе.

Стивена это приободрило. Агентство, Угол, да хоть Дабл-Ю-Си Комикс – Стивен был готов на любые изменения планов, лишь бы он стал первым человеком, высадившимся на этом спутнике Юпитера.

– Высадку придется сделать на шесть витков раньше, – продолжал незнакомец, – и от части оборудования придется отказаться.

Стилман про себя оценивал полученную информацию.

– А почему раньше? – внезапно спросил Стив. – Я же летел два года, плюс-минус пара часов…

Незнакомец закатил глаза.

– Мистер Стилман, - снисходительным тоном, словно ребенку, начал объяснять незнакомец, – у вас там, конечно, высадка в приоритете, но у нас тут вечер пятницы. Сто миллионов западного побережья и полмиллиарда узкоглазых – гораздо более интересная аудитория, чем… – тут незнакомец скосил глаза в сторону планшета, - иранцы и пара русских городов. Так что выбрасывайте в шлюз… так, фотоспектрометр вам точно не понадобится, дельта-позитронный транслятор, пожалуй, тоже… Весят много, с таким грузом вы в орбитальные маневры не впишетесь. И поторопитесь, пожалуйста.

– А флаг? – недоверчиво уточнил Стилман.

– Флаг? – незнакомец задумался. – Флаг – хорошая идея, хотя реднеки, пожалуй, уже будут спать… Да, флаг можно оставить. Даже можно сделать второй, с разноцветной надписью «Угол».

Принтер неожиданно зашумел, торопливо выдавливая из себя полотно с таким знакомым логотипом.

– Берите, – скомандовал незнакомец, - можно повесить его на то же древко.

Стилман с сомнением взял только что распечатанный флаг.

– До связи, – бросил Стив, не глядя в лицо собеседнику, но затем внезапно вспомнил еще одну вещь. – Да, простите, а как вас зовут?

Незнакомец снова углубился в планшет.

– Макс Гран, – ответил незнакомец, а затем добавил, - до связи.

*********

Тренога с фотоспектрометром, медленно кувыркаясь, летела прочь от корабля. Стивен проводил задумчивым взглядом прибор и, чертыхнувшись, отошел от иллюминатора.

Ему многое не нравилось.

Скафандр, до этого украшенный лишь шевроном с флагом, стал напоминать болид Формулы-1 – принтер печатал логотипы различных фирм с околосветовой скоростью, а Гран только указывал, куда именно их надо приклеить.

Список различных приборов сократился наполовину – Гран спешно рассчитал новую орбиту и уже поменял циклограмму полета, как внезапно оказалось, что требуется облегчить корабль еще на полтонны.

Позывные, названия миссий и разделяемых аппаратов Гран приказал спешно переделать («Каприкорнус? Серьезно, Каприкорнус? Кто сейчас понимает латынь?»), так что Стилману пришлось битых два часа ползать по обшивке и расписывать её по новой, благо что неутомимый принтер мог выдать и трафареты.

Стилман не был ученым в настоящем понимании этого слова. Но он помнил многочасовые лекции, долгие тренировки, объяснения тех, других, настоящих специалистов, которые с пеной у рта рассказывали о важности так любовно сконструированных ими приборов.

А сейчас их результаты труда, согласно закону сохранения импульса, летели и растворялись в космической черноте.

То, что в маневры корабль вошел с пятикратной перегрузкой, Стивен вообще воспринял как должное и чуть ли не родное – в этот момент ему вспомнились испытания на центрифугах.

– До контакта с поверхностью осталось три минуты, – раздался оптимистичный голос Грана. Как раз он всем происходящим был полностью доволен.

– Готовность номер один, – отозвался Стилман.

– Напоминаю вам, мистер Стилман, – почему-то Гран акцентировал на этом внимание уже третий раз, - вы выбрасываете камеру, дожидаетесь, как пыль уляжется, и только после этого спускаетесь по лестнице и делаете первые шаги по Европе. Камера вас поймает автоматически, тут не беспокойтесь – все уже сделано за вас. Можете даже сказать что-нибудь. Хотя Армстронга вы вряд ли переплюнете, но попробуйте сказать что-нибудь эпичное.

Где-то, совсем рядом, тихо урчал посадочный двигатель. Неожиданно весь корабль тряхнуло, и шум двигателя прекратился.

– Шлюз. Камера. Осядет пыль – спускаетесь, – коротко повторил Гран и отключился.

Стилман вытащил замысловатую конструкцию, похожую на паука. Как ему объясняли, камера действительно должна была автоматически закрепиться на поверхности и поймать Стилмана в свои объективы, больше смахивающие на фасеточные глаза. После мягкого открытия шлюза Стивен что есть сил раскрутил камеру и кинул ее в клубы поднятой пыли, которая потихоньку начала оседать. Прождав для верности минуту, Стилман начал осторожно спускаться по лестнице, неуверенно протягивая ногу к каждой новой ступеньке. Приклеенные шевроны топорщились и вообще придавали скафандру вид многократно латанной одежды, которая годится разве что для пугала.

– Надеюсь, здесь нет кукурузных полей, – буркнул Стилман и неожиданно для себя ощутил подошвой новую, незнакомую поверхность.

Которой он только что коснулся первым.

*********

Эйфория Стилмана продолжалась где-то час. За это время Стилман водрузил американский флаг на кромке кратера (как ему объясняли, грунт там должен быть мягче), перетащил и выставил некоторые чудом оставшиеся приборы и послушно сделал несколько сотен фотографий. Он даже попытался найти Землю среди множества мерцающих точек, но Гран сказал, что этим все равно займутся на Земле. Так что с приподнятым настроением Стилман вошел обратно в корабль, снял перепачканный пылью скафандр и отправился на новый сеанс связи.

Гран уже не так меланхолично листал страницы на планшете.

– Как результаты? – бодро поинтересовался Стилман. Сейчас он был готов простить весь мир за все.

– Отличные результаты, – не отрываясь, отчеканил Гран. – Вы здорово успели, западное побережье, прайм-тайм – стопроцентное попадание. Сейчас в нашем сегменте интернета самый популярный запрос – «Как это Стивен Стилман первый человек на Европе, когда мой муж там был прошлым летом». Клара Хейз отмочила в прямом эфире, ну и потекло, как текила в глотку мексиканца…

Стивен поежился.

– А другие результаты? – уже более робко спросил он.

– А что другие, – Гран недоуменно пожал плечами, - у китайцев самый популярный запрос «почему не мы первые на Европе», у французов самый популярный запрос «почему на Европе нет баб». Русские ищут «как приготовить оливье»… а, у них же праздники впереди будут. Ничего, отпразднуют, протрезвеют, обратят внимание, они космос любят. У украинцев популярный запрос «не на Европе, а в Европе»… Кстати, какая разница? Впрочем, перекину эту проблему в московский офис, пусть там разбираются. У японцев…

– Я о другом, – перебил Стивен, – там, анализ грунта…

– Кого это вообще интересует? – раздраженно поинтересовался Гран.

Стилман не нашелся, что ответить.

– Вот то-то и оно, – заключил Макс. Затем задумчиво вывел новую страницу.

– Это, конечно, хорошо, – продолжил он, – но нужны новые высоты. Видно динамику – в микроблог корабля поток людей уже спадает. Нужно что-то новое. Французы, кстати, молодцы, секут фишку – прямо спрашивают, а почему на Европе нет баб? Лучше бы действительно женщину отправили. Она могла бы еще делать селфи в лифчике.

– Женщины хуже переносят нагрузки, – хмуро ответил Стилман. От эйфории не осталось и следа.

Гран испуганно хлопнул планшетом по столу.

– Мистер Стилман, – начал он предельно учтиво, – вы, конечно, сейчас дальше всех от нашей планеты, но, поверьте, если бы вы ляпнули что-то такое в прямом эфире – за вами бы сейчас второй корабль полетел. С нью-йоркскими адвокатами. И очень-очень злыми феминистками. Нам тут лишние проблемы не нужны. И так один наш чудак такое ляпнул, когда его спросили, кто живет в Нигерии – до сих пор падение капитализации отыграть не можем.

– Нигерийцы же, – недоуменно сказал Стив.

– Ваши слова, да ему бы в уши, – печально ответил Гран. Затем внезапно повеселел и спросил, – да, а этот…эээ…утер-мастер вы не выкинули?

Стилман пожевал губами. Для чего нужен этот прибор, он, откровенно говоря не помнил.

– Наверное, нет, – наконец решил Стив. – Если его не было в списке, то…

– Отлично, – оживился Гран, – значит, слушайте меня сюда, мистер Стилман. Найдете, подключите этот прибор и запустите на нем программу номер сорок два. Результат придется ждать пару часов, но этого того стоит.

– И что даст эта программа номер сорок два? – полюбопытствовал Стилман.

– Ответ. Ответ на все наши проблемы, – буднично ответил Гран. И отключился.

Стивен вздохнул. После недолгого поиска этот таинственный прибор был подключен к корабельной сети, а программа запущена.

– Пора и баиньки, - пробормотал Стивен и, не раздеваясь, запрыгнул в открытую камеру анабиоза, из которой сегодня он так неудачно выбрался.

*********

Сквозь сон Стилман услышал какой-то странный шум.

Инстинкты подбросили его тело так быстро, что мозг не успел толком проснуться.

Шум повторился.

И больше всего этот шум напоминал… мяуканье.

Стилман собрался. На случай слуховых галлюцинаций были инструкции. На случай проникновения инопланетян – другие. Поэтому Стивен быстро закинул в рот пару таблеток из корабельного набора и, сжимая в руках ненужный уже план экспедиции (оружие, благодаря Грану, должно быть, уже подлетало к Юпитеру), на цыпочках стал пробираться по кораблю.

– Как поспали, мистер Стилман? – из микрофона снова раздался голос Грана.

– Нормально, – сосредотачиваясь на источнике шума, сообщил Стив, – вот только, кажется, я слышу какое-то мяуканье…

– Ничего удивительно, – отпарировал Гран, – котенок готов.

– Какой котенок? – Стивена взяла оторопь.

– Обычный. Пушистый. Котенок, – повторил Гран, – все любят котят. В шлем он поместится, будет немного тесно, но фото будет просто запредельно милыми. Что называется, самый тренд.

Стилман обессиленно опустил руку с книгой.

– Да вы издеваетесь, – еле слышно пробормотал он.

Как ни странно, но как раз котят Стилман не любил.

*********

Шесть дней Стилман терпел.

Терпел восторженные возгласы Грана, когда фото с котенком получалось особо удачным (в чем удача фото, Стилман по-прежнему не понимал).

Терпел шквал вопросов репортеров – все о котенке – и ни одного о самой Европе.

Терпел котенка, который пил только вершковое молоко, которое любил сам Стилман и которое напоминало ему о ферме отца на берегу Мичигана. Котенок взял за привычку спать на груди у Стилмана, свернувшись клубочком, и Стилман боялся как-то повернуться, чтобы ненароком его не уронить.

Но на седьмой день терпение Стивена иссякло.

Не дожидаясь обычного приветствия Макса с рассказами, какие вершины глобальной сети покорил их котенок, Стилман громко заявил:

– Все. С меня хватит. Я устал от этого цирка.

Макс удивленно поднял на него свой взгляд – умный и печальный.

– Мистер Стилман, – начал он, – ваша работа необыкновенно важна…

- Работа? – раздухаряясь, заорал Стилман. – Это – работа? Работа – это пробы грунта, замер атмосферы, научные эксперименты – то, что нужно людям. То, что двигает всех нас вперед, к новым горизонтам. А не ваши котята и тренды.

Макс поправил очки. Затем на его лице медленно расцвела улыбка.

– То есть вы считаете, что знаете, что нужно людям, мистер Стилман? – ехидно переспросил он.

– Да, считаю, – отрубил Стилман.

– Отлично, – протянул Гран, – а вы не могли бы сейчас, просто ради интереса, зайти в сеть и посмотреть, сколько было запросов про тот же грунт на Европе?

Стилман хмыкнул. Открыв главную страницу Угола, Стив вбил поисковый запрос и нажал «Поиск».

– Двадцать шесть? – наконец переспросил он. – Двадцати шести людям интересно, из чего состоит Европа?

– Именно, – кивнул Гран. – Мы – корпорация «Угол». И, поверьте, мы лучше всех знаем, что люди действительно ищут в интернете. И что им действительно нужно.

– Да в интернете куча всякого бычьего дерьма, – взорвался Стилман, - а чего-то действительно интересного там не найдешь, как не ищи. Вот и…

– Ой, – Гран деланно стукнул себя по лбу, – кстати, совсем забыл. Сейчас гляну, что же чаще всего искали вы, наш борец за все научное и против всего тупого.

Стилман почувствовал, что краснеет.

– Не надо, – попросил он.

Гран хмыкнул и снова уткнулся в планшет. Затем снова хмыкнул и уставился на Стилмана.

– Надо же, – пробормотал Макс, – Спейси Хоул. У нее же грудь обвисшая.

Стилман стал красным, как кленовый лист на флаге Канады.

– Мне она нравилась, когда я школьником был, – наконец пробормотал Стив.

– Когда я школьником был, она тоже еще ничего была, – согласился Макс, – а вот потом стала сниматься с этим, ну, лысым, – там вообще во все тяжкие пошли…

Стилман неожиданно понял, что Макс ему только что впервые рассказал историю из своей жизни. Такую историю, о которой обычно малознакомые люди не говорят.

– У нее один ролик был, на полчаса, – продолжил Стив, – где она как будто в космическом корабле летит вместе с таким… Может, помнишь, такой худой был, ему вечно в пару фигуристых подбирали… Я, может, поэтому астронавтом и стал.

Гран развел руками.

– Не буду говорить, что неисповедимы пути, – наконец сказал он. – Просто моя работа и заключается в том, чтобы все эти пути ведать и указывать людям. А если чего-то, чего они хотят найти, нет, наша корпоративная задача – это добыть.

– Подождите, – встрепенулся Стилман, – ну ладно я. А наука? А фундаментальная наука? Разве ее не надо двигать вперед?

– Двигать вперед? – переспросил Гран. – А ради чего?

– Ради науки, – не раздумывая, ответил Стилман.

– В том-то и дело, мистер Стилман, – печально вздохнул Гран, – что никто и никогда не двигал науку ради науки. Всегда стояли какие-то задачи – как сделать порох помощнее, да броню потверже. Тот же самый космос – мы ведь в него полезли почему? Потому что в космос полезли комми, и еще немного – они бы могли кидать на нас бомбы с орбиты, а нам было бы нечем им ответить. А комми полезли в космос, потому что у них была слабая авиация, а у нас сильная. А авиация у нас была сильная, потому что японцы изобрели самолет из фанеры, который делал все наши до сорок второго… И только сейчас – только сейчас – науку развивают не ради войны, а ради того, чтобы у людей были мощные компьютеры, на которых можно смотреть что угодно – хоть котят, хоть Спейси Хоул. Мы вообще для чего купили ваше Агентство? Патенты остались интересные еще со времен холодной войны – например, на сверхсветовую связь, по которой мы сейчас болтаем… Эти патенты вообще без дела лежали – а мы их пустили на пользу людям, чтобы сэкономить хотя бы секунду прогрузки страницы в сети… И вы сейчас хотите, чтобы я вас упрашивал продолжить вашу работу, которая действительно интересна людям? На Земле девять миллиардов, и минимум два из них хотя бы раз попробовали найти вас через Угол. Вы думаете, у этих людей нет проблем? Они работают шесть, семь, восемь, а то и двенадцать часов в день, и науку они продвигают хотя бы тем, что послушно выстраиваются в очередь за новой моделью планшета. И единственная радость у них – это ваша миссия. Ну или Спейси. Но это на любителей. И мне ведь приходится тыкать вас в факты, как в лужу тычут нашкодившего котенка, который пока еще не понимает – что хорошо, а что плохо…

Гран закончил свою тираду и раздраженно поправил очки, съехавшие к самому кончику носа.

– Да, были в истории человечества и обычные мечтатели, – признал Макс. – Но тогда речь шла не о космическом корабле, а об обычном, деревянном, на которых можно было доплыть до еще не изведанных берегов. В общем, вам стоило родиться либо двести лет назад, либо двести лет спустя – когда космические полеты станут обыденностью, а у каждой американской семьи будет свой космолет, как сейчас авто.

Стилман задумался.

– Родиться в прошлом я не смогу, – наконец сказал он. – А вот родиться в будущем…

Гран понял.

– Стилман, даже не думайте, – волнуясь, крикнул Макс, – камера анабиоза на столько лет не рассчитана. Вы можете не выжить.

– Уж лучше билет в один конец, – отрезал Стивен и разорвал связь.

Стилман один раз уже запускал погружение в искусственный сон. Для него это было как вчера. Сняв с себя форму, разукрашенную логотипами, Стивен надел свою старую – с одиноким флагом с тринадцатью полосами и пятьюдесятью одной звездой.

И тут жалобно, от голода мяукнул котенок. Стив про него совсем забыл.

Стивен аккуратно, двумя пальцами взял котенка за шкирку. Кажется, именно так мать-кошка берет своих детей, поэтому у котят на уровне инстинкта срабатывает, что шевелиться сейчас нельзя. Котенок жалобно смотрел на Стивена и изредка облизывался.

Стивен задумался.

С котенком в капсулу анабиоза залезть было нельзя.

Оставлять котенка одного тоже было нельзя.

Стивен аккуратно поставил котенка. Затем потянулся за увесистым, совершенно ненужным планом полета.

Оценил тяжесть книжки.

И оторвал от него корку переплета.

– Лоток будет, – проворчал Стивен. Затем развернулся и снова включил связь.

Макс Гран судорожно бегал по центру управления полетов, пытаясь включить то один, то другой компьютер.

– Я вернулся, – сообщил Стив. – Черт с вами, какой у нас план на сегодня?

Гран впервые широко улыбнулся.

– Спасибо, – искренне поблагодарил он. – Мы с вами отлично поработаем, мистер Стилман.