Когда дома были молодыми

Здравствуй, Таня!

– Слушай, а там правда в двигателе магия? – короткая стрижка и лихо подвернутые штанины рабочего комбинезона только добавляли сходства с мальчиком, разве что девчачье имя и высокий голос выдавали в новом помощнике мастера-механика девушку. Да и то, нередко кто-нибудь пытался назвать ее Валентином.

– Магия, – отмахнулся Вадим, он все эти разговоры не особенно любил, да и в магию не верил даже в детстве. Все сказки читал только про науку. – Просто не поняли еще как это работает, вот и называют “магия”.

Он специально растянул это слово для выразительности, чтобы еще понятнее стало что он обо всем этом думает. О неведомой силе, на которой корабль может преодолеть такие расстояние, какие прежде и в мечтах доступны не были. И обо всех тех странностях, что приносила эта странная сила – “магия”. То ли дело наука: она и другие разумные виды объяснит, и аппараты разные соберет. И вообще понятная любому, кто думать не ленится. В этом Вадим не сомневался ни на минуту. А вот магия – слишком уж она своенравная, непонятная. Каким уж чудом инженеры с ней договорились он бы с радостью поинтересовался, да только это оставалось в большом секрете по просьбе самой магии.

Но, как и любое другое устройство, корабль на магии тоже нуждается и в топливе, и в техосмотре прежде, чем покинет планету. Не дело это лететь, не зная как у тебя дела. Вот Вадим и осматривает каждый из них перед тем, как залить топливо и уже после. Валя только недавно ему в подмастерье устроилась, но делала свою работу хорошо и ответственно, так что даже лишнюю болтливость Вадим готов был ей простить.

– А этого как зовут? Наверное, красивое имя, — мечтательно тянула Валя, протягивая за одно и электро-ключ Вадиму, чтобы он болты подтянул. – Такой большой корабль должен быть с красивым именем. Длинным и переливчатым.

Вале мечталось покинуть уже эту маленькую планету, да отправиться в дальний космос, а когда надоест странствовать, то осесть на огромной космической станции. Механики всем нужны, особенно бортовые. Она не станет, как Вадим, долго сидеть на одном месте. Надо только еще немного подучиться.

– Таня ее зовут, смотри, – и в самом деле, на боку окислителя прямо на глазах у спокойного Вадима и удивленной Вали нарастал иней и проступали буквы. Вживую она еще ни разу не видела, как это происходит, только уже написанное. Ох, какое разочарование овладело бы Валей, когда бы само зрелище не было таким удивительным. В жаркий, почти знойный день она увидела иней. И буквы сами собой писались на ней.

– Таня, – прошептала девушка. А после сделала красивый поклон с приседанием, даже комбинезон в стороны растянула. – Приятно познакомиться, а меня Валя. Позволите продолжить техосмотр?

Иней тихо рассеялся и нарос вновь, давая полное и добровольное согласие. Вале даже показалось, что это может стать началом хорошей дружбы, чтобы бы там не говорил Вадим. Теперь Валя совершенно не сомневалась в том, что магия не только есть, но и в том, что она совершенно точно живая.

Чебурашка

– В книге сказано ставить здесь. Значит здесь и поставим. Я не собираюсь рисковать всем из-за того, что здесь болото. Засыпем, вобьем сваи, народ и не заметит, что мы хрен знает где строим. Партия сказала – надо, мы ответим – есть.

Главный архитектор крепко сжимал в руках старый фолиант. Андрюша шел рядом, суетливо поправляя очки и так же крепко сжимал новенькую папку с завязочками. Андрюше было хорошо за сорок, но Павел Викторович звал своего секретаря именно так. Вот уже больше десяти лет они работали вместе, работа их была важной, а иной раз и секретной, тут нужны были люди понимающие и ответственные.

– Павел Викторович, так дело-то не только в болоте. Мы как народ жить на том месте заставим? Там же ничего и нет. До всего далеко, самый отшиб города. Столетия назад там деревенька была, так все уже давно померли и больше никто не решился селиться, вот все и заболотилось. А теперь там окраина и тоже никто не хочет. А без присмотра все же быстро в негодность придет. Кто красить будет, хороводы водить?

– И то верно. Толковый ты у меня парень, Андрюша. Надо туда производство поставить. Тогда рабочие волей-неволей заселятся. А там и порядок будет.

Павел Викторович даже погладил книгу от удовольствия, что все хорошо решается. Производство всегда несложно организовать, да хоть кухонные столы собирать, а все дело. А там и школу можно поставить рядом, детские сады, может даже кинотеатр. Давно школу город просит, да все никак с местом не определятся. А тут приказ сверху все и решит.

– Павел Викторович. Еще одно. Нам надо идола ушастого поставить здесь. Абы какой не подойдет, не будет духов сдерживать. Только ушастый. Может мы туда Чебурашку поставим? Ребятня его обожает. У меня племянник есть, он все время говорит какой этот Чебурашка интересный.

– А это кто еще такой? – Главный Архитектор даже остановился и с сомнением на книгу посмотрел. Всякие идолы там есть, а о таком не слыхивал. Есть в книге один ушастый, но уж больно страшный, дети пугаются. Долго они избегали его ставить, а в этот раз никак без него, а и заменить некем. Порой, когда идолы не особенно капризны, им форму кого-то милого придают, чтобы современные детишки не пугались. Не дело это октябрят в страхе растить. – Интересный говоришь?

– Так точно, маленький, миленький, а уши вот такие, – Андрюша даже руками изобразил. – А рядом с ним доброго крокодила поставим, это его друг и приятель. Недавно мультфильм в кинотеатре показывали. А Федька мне его нарисовал. Я и вам нарисую. Они из дерева хорошо получатся, поставим в самый центр двора. Детишки будут играть и заряжать энергией, не хуже хороводов выйдет. Никакую дрянь из того мира не пропустим.

«Вот такие уши» – подумал Павел Викторович. Вот такие это хорошо. Это то, что и нужно. А детский смех и в самом деле хорошо работает на других местах порталов не хуже любого хоровода. А хороводы будут на новый год водить, место под елку тоже организуется. Никакая дрянь через порталы не вылезет пока Павел Викторович присматривает за Отечеством.