Каверна

Глава 1

Девяносто шесть линкоров фуранского космофлота окружили Изот и равномерно построились над поверхностью планеты, будто набросив на неё сетку. Тошнотворно детальная съёмка нападения транслировалась в прямом эфире на терминалы всех жителей Галактики. То, что сейчас должно было случиться, уже никак нельзя было предотвратить. Граждане фуранского альянса замерли в предвкушении, а обречённые изотцы в ужасе переживали свои последние секунды. Наконец, с дьявольской синхронностью силовые пушки линкоров ударили единственным залпом. Планета Изот превратилась в облако пыли, медленно плывущее по орбите. Макс остолбенело смотрел на экран, а его жена София замертво рухнула на пол.

…Макс очнулся от кошмара, тяжело дыша. Сердце яростно стучало, словно желая выпрыгнуть из клетки. Двадцать лет ему снился этот сон, с того самого дня, как фуранцы уничтожили его дом, семью и планету. Платон с сочувствием посмотрел на проснувшегося командира. В день Большой Бойни ему не исполнилось и двух лет, а потому он знал о ней только со слов родителей.

Тогда в один миг погибли пятнадцать миллиардов человек, всё биоразнообразие и все материальные достижения, сосредоточенные на Изоте. Изотцы не были вычеркнуты из истории только потому, что успели колонизировать несколько планет.

Макс налил кофе и выдавил из тюбика немного сгущёнки. Струйка нырнула в чёрную жидкость, а затем бежевыми клубами устремилась из глубины к поверхности. Он размешал напиток и жадно, в несколько глотков осушил стакан.

Счётчик мерно прибавлял степень заряда батареи. Девятьсот девяносто восемь промилле, девятьсот девяносто девять, тысяча. На фронтальном мониторе по поверхности ничем не примечательной звезды X-626440 замысловатыми узорами переливалась плазма. Макс остановил зарядку батарей и дал команду бортовому компьютеру возвращаться на прежний курс. В штабе бригады на Бете Эридана их давно ждали. И даже не столько их, сколько захваченный ими квантовый дешифратор фуранцев.

На экране показался край звезды, от которой корабль только что подзарядился. Сначала в виде прямой линии горизонта, а затем всё больше и больше скругляясь. Наконец, белый карлик предстал в виде идеального круга.

Экран лидара замигал, включилась сирена. Штурмовик фуранского флота, заправившись от той же звезды, показался из-за её края. Макс кинулся к пульту управления, но автоматика сработала быстрее. Лазерный луч максимальной мощности устремился в сторону вражеского корабля. В тот же миг его автоматика дала встречный залп. Два луча встретились и образовали шар плазмы, который усилившись фотонным ветром звезды, надул каверну в трёхмерном пространстве и засосал в неё оба корабля.

В рубке потемнело. Секунду назад на фронтовом, тыльном и боковых мониторах мерцали россыпи звёзд, а теперь все экраны словно отключились. Лишь по правому борту среди безмолвной черноты переливалась всеми оттенками фиолетового неизвестная микрозвезда. В галактическом справочнике она не была упомянута, а экспресс-анализ показал только крайне необычный спектральный состав. Не было ни связи с внешней Сетью, ни навигационной информации, зато силовое поле было активировано из-за корабля вражеского флота где-то неподалёку.

Первым среагировал Платон:

– Командир, где это мы?

– Кто ж его знает – бык с ума сошёл.

– Почему не видно звёзд? Может, мы в пылевом облаке?

– Ща прорвёмся, стажёр, отставить панику!

Макс развернул корабль так, чтобы звезда осталась за спиной, и включил «полный вперёд». Через несколько минут она уменьшилась до размеров светящейся точки, а на фронтальном мониторе появилась ещё одна светящаяся точка. Когда корабль подлетел поближе, Макс и Платон крайне удивились – спектр второй звезды был в точности такой же. Они пробовали этот манёвр снова и снова, но через некоторое время проклятая звезда вновь появлялась перед ними.

Заряд дошёл до восьмисот промилле и неумолимо уменьшался с каждой минутой. Поперёк фронтального экрана проплыл штурмовик фуранцев. В этот раз автоматика молчала – вокруг корабля голубоватой аурой виднелось силовое поле.

Когда-то давно изотцы и фуранцы – потомки земной расы жили в одной звёздной системе и входили в один союз. Их инженеры разработали гамму военно-космических кораблей – штурмовиков, транспортов и линкоров, самым удивительным свойством которых, была возможность репликации. Достаточно найти подходящих размеров никелево-железный астероид, высадить на него автосборщик и через месяц новенький штурмовик класса «Тайпан» готов к приёму экипажа из двух организмов гуманоидного типа.

Во время войны вместе с планетой Изот была уничтожена вся конструкторская документация, хотя возможность создавать корабли у обеих рас осталась. К общему разочарованию, характеристики кораблей противников были одинаковые, а инженеров, которые могли бы их улучшить, не осталось.

Ожил бортовой компьютер. Пилоты «Тайпанов» недолюбливали его за многословность и привычку излагать множество никому не интересных технических деталей. Однако необычность ситуации заставила экипаж слушать внимательно.

– При определённом стечении обстоятельств в трёхмерном пространстве могут образоваться так называемые каверны. Вообразите, что наша Вселенная двумерна и занимает поверхность огромного шара, который медленно раздувается. Перейти на статью «Инфляционная модель Вселенной»?

Макс поморщился:

– Фу, не надо, продолжай.

- В этой модели каверна представляет собой своего рода грыжу, маленький пузырёк на поверхности Вселенной. Строгая математическая модель каверны сводится к системе уравнений Хофштадтера-младшего четвёртого порядка, где…

Макс прервал рассказчика:

– Стоп! Это пропусти. Лучше расскажи, как нам выбраться отсюда.

Бортовой компьютер невозмутимо продолжил:

– Расчёты показывают, что для выхода из каверны с текущими характеристиками достаточно перейти в гиперрежим на шестьдесят секунд. Ожидаемый расход энергии сто одиннадцать промилле.

Макс задумчиво произнёс:

– Так. Получается, что мы попали в замкнутое пространство. – Он посмотрел на приборную панель и продолжил – Осталось почти восемьсот промилле, то есть, заряда хватит с запасом. Бык, включай гипер и валим отсюда.

Платон вмешался:

– Бык, стоп! Командир, чтобы включить гиперрежим, нужно отключить силовое поле. А как только мы его отключим, фуранцы нас тут же атакуют.

– Хм. Верно мыслишь, стажёр. – Макс провёл пятернёй по лицу, словно пытаясь смахнуть остатки сна – С другой стороны, они в таком же положении. Выходит, что мы мешаем друг другу выбраться из каверны.

В рубке воцарилось молчание.

Идея пришла в головы одновременно, но никто не решался высказать её вслух. Наконец, Платон не выдержал:

– Давайте свяжемся с ними и договоримся.

Макс возмутился:

– Договариваться с фуранцами? С этими людоедами?

– Командир, я их ненавижу не меньше, чем вы. И с радостью бы отдал свою жизнь, чтобы отправить на тот свет как можно больше ублюдков. Но ведь в штабе ждут дешифратор. – Платон кивнул на прибор.

– Мы можем предложить им покинуть каверну первыми. А потом, когда останемся тут одни, спокойно включим гиперрежим.

– Даже если они нам поверят и согласятся, они могут ожидать нас у выхода из каверны.

– Верно, не годится. Давай думать дальше.

Время текло неспешно, казалось, оно совсем замерло. Корабль будто висел посреди ничего и нигде.

Бортовой компьютер неожиданно произнёс:

– Экипаж вражеского корабля запрашивает переговоры.

Макс переглянулся с Платоном и дал согласие. В рубке послышался незнакомый голос, говоривший с фуранским акцентом.

– Говорит коммандер Хорнблауэр, капитан штурмовика фуранского альянса «Тайпан-239».

– Командир Ашарчук слушает.

– Мы проанализировали сложившееся положение и предлагаем вам покинуть каверну первыми. Даю слово офицера, что мы не откроем огонь на время вашего перехода в гиперрежим. В противном случае, мы дождёмся, пока у вас кончится энергия на поддержание силового поля и расстреляем вас.

– А с чего вы взяли, что у вас энергия не кончится раньше? Предлагаю вам уйти первыми. Слово офицера, что мы не выстрелим.

Хорнблауэр, задумавшись на долю секунды, ответил:

– Ответ отрицательный. У нас есть поговорка: изотцу поверить, всё равно что гроб примерить.

Связь прервалась.

Платон сделал себе обычный газированный кофе. Размешав сахар, он отстранённо смотрел, как пузырьки мчатся вдоль стенок чашки, будто пытаясь догнать друг друга. Их бег замедлился, и Платон отхлебнул горьковатую жидкость.

Заряд упал до отметки в семьсот промилле. Примерно через час силовое поле автоматически отключится. Оставалось только ждать, у кого первого. Шанс выжить – пятьдесят на пятьдесят.

Платон вбежал в рубку.

– Командир, я придумал, что делать!

– Ну, рассказывай.

...Когда Платон договорил, на лице Макса наконец-то появилась улыбка:

– Ай да стажёр, ай да молодец! Бык, срочно свяжись с Хорнблауэром.

Фуранец согласился, что идея может сработать. Через несколько минут оба «Тайпана» перешли на орбиту микрозвезды, так, что она заслоняла их друг от друга.

Макс начал обратный отсчёт:

– Три, два, один, старт!

Корабли полетели вокруг звезды по часовой стрелке с оговорённой угловой скоростью. Через несколько витков, убедившись, что вражеский штурмовик остаётся скрытым за звездой, Макс перевёл корабль в гиперрежим. Силовое поле отключилось - теперь они стали идеальной мишенью. До выхода из каверны осталось шестьдесят секунд.

Эта минута показалась Максу невыносимо долгой. Даже незначительная ошибка могла стать фатальной. Во рту пересохло, руки дрожали, а глаза были прикованы к таймеру. Сорок пять, сорок четыре…

Платон смотрел на тыльный монитор. Двадцать восемь, двадцать семь. На мгновение ему показалось, что из-за края микрозвезды показалась светящаяся точка штурмовика, но лидар молчал. Платон сжал челюсти так, что скрипели зубы. Три, два, один, ноль. Миллисекундная вспышка.

Мониторы вновь заполнились мириадами звёзд. Макс с Платоном выдохнули с облегчением. Глубокий космос, где до ближайшей обитаемой планеты миллиарды километров, казался им теперь родным домом. Лидар показывал, что штурмовик фуранцев удалялся от них на максимальной скорости, не пытаясь преследовать.

Макс скомандовал:

– Бык, проложи курс в штаб на Бета Эридан.

Бортовой компьютер откликнулся:

– Курс проложен, расчётная продолжительность полёта – сто два часа.