Издержки проектной деятельности

Глава 1

Ночной ветерок лениво поигрывал лёгким, словно паутина, тюлем. Уютная спаленка, укутанная бархатной ночной теменью, застыла в умиротворяющем безмолвии. Лишь громкое сопение двух лежащих на кровати тел нарушало тишину июньской ночи. Луна, чуть подёрнутая тучами, бросала серебристый свет на пухлое лицо уже немолодого мужчины с длинными волосами и кучерявой бородой.

Послышался глухой удар – это свалилась на пол тяжёлая силиконовая крышка от большой пятилитровой банки. Мирное посапывание, однако, не прервалось.

Раздался грохот: теперь уже сама банка упала на бок, стукнув стеклом о деревянную поверхность комода. Бородатый мужчина тревожно всхрапнул и продолжил спать.

Длинные чёрные щупальца поползли вниз по комоду и дотянулись до кровати. Проведя влажными присосками по пушистому одеялу, они бесцельно заелозили в мягких складках постельного белья, пока наконец, не нащупали волосатую руку мужчины. Тот вздрогнул, зачмокал губами, но не проснулся.

Второе чёрное щупальце легло ему на лицо, надавив мокрой холодной присоской на закрытое веко. Мужчина сладко улыбнулся и что-то невнятно пробормотал. Третье и четвёртое щупальца заткнули ему нос и рот. Лишь после этого мужчина в панике вскочил с постели.

Он яростно схватил прилипшую к лицу тварь и потянул её прочь, но та не поддавалась. Её мускулистые щупальца лишь сильнее обхватили его косматую голову и плотно сжали чёрными кольцами массивную шею.

Счёт шёл на секунды: щупальца затягивались всё сильнее, большие присоски на лице не давали сделать ни единого вдоха.

Крепко ухватившись за несколько щупалец разом, мужчина резким рывком оторвал их от себя. Присоски с громким хлюпаньем отпустили кожу, но тут же присосались обратно.

Вторая рука лихорадочно шарила вокруг, пытаясь найти хоть что-то, похожее на оружие.

Костяшки пальцев стукнулись о край большой стеклянной банки. Мужчина схватил её и резко размахнулся по чёрной осьминогообразной твари. Но увы – удар пришёлся по его же собственной голове. Он чуть не грохнулся в обморок от резкой боли, но всё же устоял на ногах и вторым ударом таки сумел попасть туда, куда надо.

Мерзкое осклизлое тело обмякло и начало сползать вниз, ослабляя плотные кольца щупалец. Мужчина оторвал от лица остатки присосок и громко задышал, жадно хватая опьяняюще сладкий ночной воздух. Всё ещё обескураженный, но довольный собой, он рухнул на кровать и расплылся в растерянной улыбке, не веря своей удаче.

Фигура, до того неподвижно лежавшая в тени, недовольно зашевелилась и что-то невнятно пробухтела.

– Продолжай дрыхнуть, Эльвира! – натужно прохрипел мужчина. – Вот так и помру однажды, а ты даже не заметишь.

Он с досадой толкнул жену кулаком в бок, затем встал с кровати и попытался нащупать выключатель, но поскользнулся на одном из щупалец лежащей на полу твари и больно ударился мизинцем левой ноги о ту самую стеклянную банку, которая несколько секунд назад спасла ему жизнь. Издав неприятный бряк, банка откатилась в сторону.

Зашипев от боли, мужчина поднял с пола скользкую тварь, крепко ухватив её за голову, и осторожно вышел из спальни.

– Илзе! – прохрипел он, щуря глаза от непривычно яркого света ночников.

Его голос глухим неприятным эхом разнёсся по всему этажу. Сквозь щель под дверью в конце коридора виднелось яркое, разноцветное мерцание.

– Опять психоделику смотрит или в игры свои играет, – недовольно пробухтел мужчина. – Интересно, который час? Илзе!

Он подошёл к ярко раскрашенной двери и громко постучал три раза. Ответа не последовало. Постучал ещё три раза, но видимо, дочка была в наушниках и ничего не слышала.

– Илзе! – вновь прохрипел мужчина и резким движением отворил дверь в комнату дочери... и тут же потерял всякую ориентацию в пространстве из-за жёсткого удара психоделикой по нервам.

Чёрная тварь в его руке начала приходить в сознание и зашевелилась всеми двадцатью четырьмя щупальцами.

– Ну что? – гневно ответила Илзе, срывая с себя наушники одной рукой, а второй шлёпая по психовизору, чтобы он встал на паузу.

– Сколько времени, почему не спишь? – взгляд мужчины упал на отражение в зеркале шифоньера, и он с досадой разглядел на своём лице небольшую ссадину возле правого глаза.

Завтра на этом месте выскочит большой синяк. Печально…

В это время тварь окончательно пришла в себя, обхватила мужчину щупальцами и больно укусила за палец крепким беззубым ртом.

– Чёрт!

Девочка смахнула с лица разноцветную психоделическую паутину, но едва взглянув на отца тут же помрачнела.

– Это же мой Пролонгатус! Что ты с ним сделал?

И Илзе бросилась снимать с мужчины осьминогообразную тварь.

– Ты что, его бил? Скажи, бил? Почему он такой вялый?

– Оглушил его банкой. Из которой он, между прочим, вылез!

– Бедненький мой, хорошенький мой! – причитала Илзе, бережно укладывая питомца в отдельный аквариум. Рядом с ним стоял другой такой же, но гораздо больший по размеру и битком набитый точно такими же тварями. – Папа, вот зачем ты это сделал, скажи пожалуйста?

– Сколько раз я просил тебя не приносить своих питомцев в нашу с Эльвирой спальню!

Мужчина изо всех сил старался казаться строгим, но глядя на слёзы своей маленькой Илзе, сам едва не расплакался.

– Доченька, – сказал он, на этот раз куда более мягко. – Я ведь просил…

– А куда мне их девать, если ты отказываешься покупать мне пятидесятиместный аквариум? – возмутилась Илзе. – Где я, по-твоему, должна держать своих штрыбдыхов?

– Тебе что, для проекта нужны все пятьдесят штрыбдыхов? – не поверил мужчина.

– Да, папа, да! – чуть ли не криком ответила Илзе.

– Можешь потише, пожалуйста? Эльвира проснётся.

– Не проснётся твоя Эльвира, не переживай! Только о ней и думаешь!

– Между прочим, эта тварь чуть не убила твоего отца! – воскликнул мужчина, задыхаясь от негодования и обиженно тыкая пальцем в аквариум.

Его шея по-прежнему болела после щупалец, кожа на лице всё ещё чувствовала очертания огромной присоски.

– Не преувеличивай, папа, – ответила Илзе, плотно закрывая аквариум силиконовой крышкой.

– Ты это… Только не оставляй его здесь. Эти твари, по всей видимости, научились открывать крышки изнутри.

– Прекрасно! – воскликнула Илзе, заталкивая аквариум ногой под кровать. – Значит, мне будет, о чём написать в своём проекте. Я на кухню.

– Я с тобой! – воскликнул мужчина, доставая аквариум с Пролонгатусом из-под кровати Илзе. – Только лучше не оставлять эту тварь в спальне – бережёного бог бережёт…

Сунув аквариум под мышку, мужчина энергично спустился по лестнице вслед за Илзе.

– Дочка, послушай, – обеспокоенно начал он. – Если это необходимо, я завтра же утром куплю тебе хоть стоместный аквариум. Но ты уверена, что это действительно нужно? Просто скоро ты уедешь, а этот чёртов резервуар останется… Что мне с ним потом делать?

Мужчина поставил Пролонгатуса на стол и растерянно уставился на дочь.

– После моего отъезда все мои питомцы станут твоими, – засмеялась Илзе, наливая в стакан нарциссовый сок. – Будешь смотреть на них и вспоминать меня!

– Ну уж нет, – поморщился мужчина. – Если огромный аквариум всё ещё нужен тебе для проекта, то…

– Не волнуйся, папочка, – перебила отца повеселевшая Илзе и поцеловала в щёку. – Проект почти готов, на следующей неделе я выпущу всех штрыбдыхов туда же, откуда я их взяла.

– Ну слава Богу… – с облегчением вздохнул мужчина.

– Ты мне лучше вот, что скажи, папуля, – игриво замурлыкала Илзе. – Я могу завтра пойти на вечеринку с Ичиро?

– Нет, что ты! – возмущённо ответил отец. – Ты вообще думаешь, что говоришь? Этот шкаф в два счёта прибьёт тебя своими клешнями!

– Ой, что я такое слышу? – раздражённо воскликнула Илзе. – Может, Ичиро не нравится тебе, потому что ты – расист?

– Что ты, что ты! – тревожно залепетал мужчина, замотав головой. – Как я могу быть расистом? Ты же прекрасно знаешь, что Эльвира…

– И чем же тогда тебе не угодил мой Ичиро? – перебила его Илзе.

– Он слишком огромный для тебя!

– Папа, не волнуйся: по меркам его семьи, мы с Ичиро ровесники. Он и мухи не обидит, клянусь тебе!

– Ага, клянётся она, – с досадой промычал мужчина, потирая свою всё ещё раздражённую щупальцами шею. – Ладно, дочь, ты взрослая: нравится тебе Ичиро – иди на вечеринку с ним!

– Спасибо, папуль! – радостно закричала Илзе и бросилась отцу на шею.

– Потише, потише! – взмолился растерянный отец.

На лестнице послышались глухие шаги.

– Привет, Эльвира! – весело крикнула Илзе, взбегая по лестнице. – Пока, Эльвира!

Сонная и недовольная Эльвира молча спустилась на кухню и тяжело рухнула на стул.

– Разбудили мы тебя, солнышко? – ласково спросил мужчина и тут же засуетился, наливая в стакан нарциссовый сок. – На, золотце, попей! Ничего страшного у нас не произошло. Просто Илзе опять забыла в нашей спальне одного из этих монстров, которые нужны ей для школьного проекта. Он выполз из банки и начал меня душить, представляешь?

В два глотка Эльвира осушила стакан, тяжело вздохнула и посмотрела на мужа с упрёком.

– Ты, вероятно, слышала наш разговор. Я знаю, что ты скажешь, милая. Что я опять слишком строг к своей дочери… Что подростки есть подростки… Но мы ведь с тобой уже говорили про Ичиро: парень он хороший, но Илзе по сравнению с ним такая кроха, такая кроха...

Мужчина беспомощно посмотрел на жену и с досадой махнул рукой куда-то в сторону:

– Ладно, ты права: они сами во всём разберутся, без нас.

Эльвира поставила стакан на стол, встала со стула и медленно побрела обратно в спальню.

– Ты так ничего и не скажешь мне, золотко? – удивлённо воскликнул мужчина, но ответа не последовало.

Он помыл за Эльвирой стакан, затем сел напротив аквариума и растерянно уставился на Пролонгатуса.

Тот равнодушно смотрел на мужчину своими крохотными черновато-зелёными глазками.

– Ну чего вылупился? Извини уж, испугал ты меня. Только ты это… Не обижайся, ладно?

Мужчина достал из холодильника продолговатый кусок перепончатого мяса, которое Илзе купила для кормления штрыбдыхов, и сунул его в специальное отверстие в силиконовой крышке аквариума. Тварь умиротворённо зачавкала.

Мужчина глубоко вздохнул, выключил свет на кухне и пошёл на второй этаж.

– Не спишь? – спросил он, заходя в спальню.

Эльвира что-то пробурчала в ответ.

Мужчина подошёл к кровати, но внезапно вновь ударился о стеклянную банку, которая по-прежнему валялась на полу.

– Не ночь, а сплошные травмы…

С досадой потирая ушибленный палец, мужчина сел на кровать и тяжело вздохнул.

– Ты, это… не обижайся на Илзе, если она опять будет слишком резка с тобой, – тихо сказал он. – Она всё ещё немного ревнует. Подростки, сама понимаешь…

Эльвира что-то тихо прошептала в ответ.

– Ты права, – кивнул мужчина. – Если бы не Илзе, мы бы с тобой так и не встретились.

Эльвира повернулась на другой бок, и тонкий серебристый луч лунного света прошёл сквозь один из её выпуклых квадратных глаз, рассыпав на кончике носа причудливый радужный спектр.

– Знаешь, ты будешь смеяться… – пробормотал мужчина. – Но, когда эта чёрная тварь набросилась на меня, я сначала подумал, что это ты меня душишь! А вторая моя мысль была такая: «Как? За что? Я же починил твою машину!»

Он сдержанно засмеялся, Эльвира тоже утробно пробулькала кипящим желудочным соком.

Мужчина восхищённо оглядел её морщинистые полужабры и нежно прикоснулся к ребристой кожице полузакрытых век. Эльвира томно закатила все двенадцать пар квадратных голубовато-прозрачных глаз и крепко прижалась к мужу горячим чешуйчатым телом.

– Милая, мне больно: не сжимай, пожалуйста, так сильно! – взмолился он, с трудом отрывая себя от влажных плавников.

Виновато охнув, Эльвира разжала тяжёлые клешни.

Мягкой шестипалой антеннулой она погладила мужа по длинным волосам и подставила свою пышную головогрудь под его сильные нежные руки.

Ночь обещала быть долгой и чувственной.