i-Фобос

i0. Интро

Это цикл коротких историй из прошлого персонажей романа "Фобос".

Мрачный, но добрый Иван; взбалмошная, но героическая Алена; обидчивый, но ответственный Рудик; циничный романтик Эжен – и его друг, "лучший в мире помощник сыщика" Крыс.

Загадочный Странник – у которого "всё не как у людей"... но почему-то всё, так или иначе, про людей...

Да чего там, проще показать, чем рассказывать –

"Сим полукреслом..."

i1. ИВАН

Иван идет по аллее парка, погруженный в свои мысли.

Вдруг в него на полном ходу врезается мальчик лет десяти на самокате. Иван от неожиданности шатается, хватает мальчика за плечи.

- Ты чего несешься, как угорелый? - орет Иван.

Мальчик, сжавшись, смотрит на Ивана, в глазах слезы.

Подбегает встревоженная женщина:

- Ох, простите его, пожалуйста! Котя такой невнимательный...

Но Иван уже успокаивается и говорит совсем другим тоном:

- Я в его возрасте тоже на самокате катался. Только самокат был деревянный... Представляешь? - Иван садится на корточки и смотрит на мальчика, который удивленно глядит в ответ.

- Просто доска от ящика, - говорит Иван. - А к ней прибиты ролики от старой тележки... Лучший самокат в мире! Гонял на нем по чердакам и свалкам у космопорта – прямо как в шанхайских боевиках. Рухнул один раз, прямо с крыши сарая...

Иван улыбается от воспоминаний.

Мама и Котя обмениваются озадаченными взглядами.

- Ладно, гоняй дальше, - говорит Иван, похлопав мальчика по плечу. - Только смотри, куда едешь. Знаешь, крыши – это опасно...

Иван поднимается с корточек и уходит, погрузившись в свои мысли.

Мальчик смотрит ему вслед. Переглянувшись с мамой, пожимает плечами.

Мама помогает мальчику взобраться на самокат, и они идут дальше.

***

i2. ЭЖЕН

Он сидел в номере и курил, глядя в окно, на вечерние огни Боготы.

Комм на тумбочке запиликал, переливаясь розовым.

- Алло? - Эжен поднял трубку, прикуривая сигарету от смятого огрызка предыдущей.

- Дон Рикардо ищет тебя по всему городу, - сказал скрипучий голос. - Кто-то шепнул ему про Анну. Если вас застукают вместе – ей конец... акх... кхем!..

Голос зашелся кашлем.

- Милый, - Анна тянула руку к нему, лежа на кровати в одной кружевной маечке, - опять твоя противная работа? А как же наша любовь?

Эжен вздрогнул – таким сильным было дежавю...

***

"Неужели твоя работа важнее, чем я?" - жарко спросила Кармен.

"Ну что ты, милая", - думал Эжен. - "Конечно, наша любовь важнее..."

Они занимались любовью, и простыни пахли гарью лесных пожаров – кажется, это опять полыхала подпаленная герильями сельва.

Кармен уснула, но Эжен продолжал смотреть на нее, обнимая. Почти до самого утра...

Утра.

ТРА-

ТА-ТА-ТА-ТА! – автоматические очереди разносили в клочья постель, звонко выбивали осколки из распахнутого настежь окна.

Кармен лежала ничком, поперек кровати.

Совсем как во сне – уткнув голову в подушку, протянув руку к нему... только рука вздрагивала в такт пулям.

Эжен стоял с бритвой в руках, на пороге ванной.

Он открыл рот – но почему-то не мог ничего выговорить...

***

Эжен закрыл рот.

Тяжело вздохнув, положил трубку.

"А как же наша любовь?"

- Ты не права, дорогая, - холодно произнес Эжен. - Любви вообще не бывает. Есть только иллюзии.

...Анна выбежала из номера, хлопнув на прощание дверью.

Эжен стоял у окна, глядя сквозь сигаретный дым на неоновые огни ночного города.

"Надеюсь, однажды ты поймёшь, дорогая... зачем я это сделал".

i3. АЛЕНА

Поступив на первый курс Лётного, Алена сразу же загорелась идеей – выиграть традиционный кубок училища по стрельбе.

Во-первых, дед с детства учил ее стрелять, и получалось у Алены совсем неплохо. Да и куда вообще этим городским, супротив нашенских-то, сибирских?..

Алена считала себя наполовину егерем, наполовину индейцем – так что всерьез надеялась побороться за призовое место.

Во-вторых, на те же соревнования записался Виктор, который Алене очень нравился. Как еще произвести на парня первое впечатление, если не своим мастерством стрельбы?.. План был, ясное дело, безотказный.

Алена без особых усилий прошла отборочные этапы и вышла в финал. Настал решающий момент – ей предстояло стрелять в паре с Виктором, на одном огневом рубеже.

- ...О, Виктор, привет, - почти совсем не краснея, промямлила Алена. - Ты неплохо выглядишь... с автоматом.

- Здорово, Михеева, - бросил Виктор, скептически оглядев ее худенькую, для шестнадцати лет, фигуру. - А ты с такой, эээ, комплекцией, небось, и автомат-то на весу не удержишь?

- Ну... а как тебе моя новая прическа? - обиженно тряхнула челкой Алена (других реплик она, к сожалению, не заготовила).

- Да уж, эффектно, - фыркнул Виктор. - Только не люблю, когда волосы в глаза лезут, ну, при стрельбе.

Алена окончательно покраснела; а некстати подошедшая на рубеж Елена – коротко стриженая брюнетка с выдающейся, во всех отношениях, физической формой – нарочито громко передернула затвор, и томно произнесла:

- Ой, Виктор, а вы бы не могли бы проверить, правильно ли я встаю в стрелковую стойку? Вот смотрите, не слишком ли я прогибаю спину и выставляю вперед, мм, корпус?..

- Да что ты, Лена, отличная, эээ, стойка! - одобрил Виктор. - И эта хватка двумя руками... такая мягкая, но, вместе с тем, уверенная!

- О, да, Виктор, - пролепетала Елена, - я постараюсь держать ствол очень, очень нежно...

"Вот же клуша!" - Алена отвернулась и вскинула автомат, чуть не лопаясь от злости.

Конечно, половина очереди сразу же ушла в молоко...

В итоге, расстроенная Алена слила финал с треском – и даже не попала на пьедестал.

- Представляешь, меня обошла даже эта курица!? - злобно сказала Алена однокурснику Пете.

Оба стояли и смотрели в сторону пьедестала, где Виктор с Еленой уже четвертый раз подряд горячо поздравляли друг друга с призовыми местами.

- А я так хотела блеснуть стрельбой, - протянула Алена. - А Виктор даже не посмотрел в мою сторону... Так всю дорогу и заигрывал с этой... бронзовой медалисткой!

- Ну да, у неё такие большие... эмм, перспективы, - нашелся Петя. - Она наверное здорово, эмм, умеет стрелять. Вот Виктор и обратил на неё внимание.

- Ну ничего! – с жаром воскликнула Алена. - Я еще покажу им всем, как надо стрелять! Тренировки, тренировки и ещё раз тренировки! В следующем году обязательно выиграю этот чертов кубок.

...Да-да, прищурилась Алёна.

И тогда не только Виктор, тогда все парни в училище заметят, какие у меня замечательные перспективы!

***

Надо сказать, что тренировалась Алена действительно усердно, и в следующем году действительно выиграла кубок. Почти безо всяких усилий.

Только на вздохи ребят-стрелков она не обратила ни-ка-кого внимания.

На втором курсе – Алене нравились исключительно рок-музыканты...

i4. ИВАН

Иван идет по тротуару, как вдруг мимо на большой скорости проносится красный внедорожник, обдавая Ивана фонтаном грязи.

Иван мрачнеет, проводит обидчика взглядом – а потом делает рывок и в два счета догоняет тот-самый-внедорожник, притормозивший на светофоре. Рвёт на себя дверцу, выволакивает водителя на дорогу.

Припечатав водителя к капоту, Иван нависает сверху и смотрит ему в глаза. Тот уже начинает лепетать извинения.

Но Иван говорит:

- Знаешь, когда я был маленький, у нас не было машин.

Водитель перестает лепетать и удивленно смотрит на Ивана.

- Мы играли в шоферов на старых коробках из-под холодильников. Представляешь, как громыхали по улице!

Водитель растерянно кивает.

- А потом Серега нашел на свалке настоящее автомобильное колесо. Огромное... от Белаза! Приволок его к нам во двор. Мы лазили по нему, катали друг друга... Эх, были времена!

Иван умолкает, задумавшись о чем-то своем.

Водитель не решается пошевелиться.

Наконец Иван вздыхает, хлопает водителя по плечу и говорит:

- Ладно, езжай уже. Только правила соблюдай. Копы тут знаешь какие злые? Как собаки! Оштрафуют еще...

И отпускает его.

Отступает на шаг назад.

Водитель медленно пятится к дверце... потом поспешно запрыгивает в машину и уезжает.

Иван смотрит вслед удаляющемуся внедорожнику и качает головой.

i5. АЛЕНА

Алена сидела за столом на корабельной кухне, задумчиво очищая ножиком яблоко. Шкурка аккуратненькой витой лентой ложилась на стол.

Напротив, по диагонали от нее, сидел Рудик — прихлебывая кофе из кружки с надписью "BOSS", и лениво листая журнал.

- Слушай, Рудик... - улыбаясь каким-то своим мыслям, позвала Алена, - ты в училище картошку чистил?

- А то, - скривился Рудик. - Раза три, в наряде по кухне.

- Ха! Раза три... - усмехнулась Алена. - Хочешь леденящую душу историю? В жизни никому не рассказывала...

- Ну-ну?.. - заинтересовался Рудик.

- Короче, - Алена откинула со лба пшеничную прядь. - Как-то раз, на втором курсе, запала я на одного парня, Димку; солиста рок-группы, у нас в Уральске. Слушала его песни, и думаю — блин! хочу с ним поближе познакомиться! И вот, слышу, группа дает концерт в местном клубе. Ну, решила произвести впечатление по полной...

Алена отложила яблоко и продолжила, жестикулируя ножиком:

- В общем, собирали меня всей комнатой... нарядили — просто отпад! Свитер, на шесть размеров больше, с декольте до пупа; юбка — еле ребра прикрывает, каблучищи... макияж — со спутника видно! Волосы мне наверх зачесали — такой начес, ух... древнегреческих гоплитов видел, с такими, гребнями? Ну, вот где-то так.

Рудик хмыкнул и покачал головой.

- Короче, являюсь я на этот концерт — чуть ли не голая, размалеванная, с начесом... Красивая, ну? Музыка орет, какая-то группа на разогреве... пробиваюсь локтями к сцене, думаю — вот щас Он как выйдет, да как меня увидит...

Рудик откинулся на стуле, понемногу начиная улыбаться.

- И что ты думаешь?! - вскинула руки Алена. - Фигак!.. Вспыхивает свет, музыка гаснет, в матюгальник орут — полиция! Никому ни с места! Облаву устроили: наркота, алкоголь, незаконное мероприятие... Вокруг шмон, крик, давка, кого-то вяжут — я аж рот раскрыла от удивления. Но думаю — ничего, прорвемся. Я ж курсант военного училища!..

Рудик заулыбался, представляя себе картину — Алена, в этаком наряде, отпихивающая копов с криками "да я курсант!"

- Да... - кивнула Алена. - А эти гады - ржут. "На себя", говорят, "посмотри, прошмандовка!.." - Алена передразнила хриплый опоновский голос и хлопнула ладонью по столу.

- В итоге, хватают меня в охапку, вместе с прочими "девками лайтового поведения", как они выражаются, и волокут в отделение. Представляешь?!

Рудик покачал головой — ну ты даешь, мать, — и поставил кофейную кружку на стол.

- Ну, приезжаем в участок, запихивают меня в обезьянник, вместе с такими же "барышнями". Представляешь, какой контингент? Я чуть сознания там не лишилась... Все, думаю, до утра тут куковать... А с утра в училище поверку пропустить — ну, это ты сам понимаешь, сам ведь из лётного?

- О-о, да-а... - оживился Рудик. - Ну и что? Как ты выкручивалась?

- Да никак, - Алена заговорщицки подняла брови, - только мы с лахудрами за жизнь перетерли — представляешь, является мой начальник курса! Целый такой подполкан Шмурдюков. Морда мрачная, китель отглажен, височки серебряные — волосок к волоску... Встал перед обезьянником, обвел нас всех взглядом и рявкает: "Курсант Михеева! Выйти из строя, два шага вперед!"

Алена изобразила окрик начальника и от полноты чувств треснула кулаком по столу. Рудик аж подпрыгнул.

- Ну и выхожу я, такая... на одном каблуке. Свитер, декольте, юбка в драке порвана, косметика размазана, волосы дыбом... И еще фингал под глазом — ну, пока там с лахудрами выясняли, "кто с какого раёна"... Представляешь себе вид?!

Рудик покатился со смеху, хватаясь за живот.

- Нет, Рудик! - захихикала Алена. - Ты представить себе не можешь, как он охренел! Такой, глаза выпучил, орет: "Курсант Михеева! Почему одеты не по форме?! Объяснитесь!" А я ему эдак глазками хлоп-хлоп... виновата, тарщ подполковник, извините, что не по форме, исправлюсь... Вытянулась "смирно" — и тут второй каблук ломается, я с размаху на пятку — бух!..

От смеха у Алены на глазах выступили слезы.

- Ой, не могу... - простонал Рудик, тоже утирая глаза. - Ну и что в итоге? Отчислили?

- Не, - махнула рукой Алена, - всего-то сто нарядов вне очереди... Вот до конца курса, потом, на кухне картошку чистила, - Алена ткнула ножиком в длинный завиток идеально снятой с яблока кожуры.

- Зато, кэп... - Алена покачала головой и мечтательно закатила глаза, - ты не представляешь, как же я насобачилась орудовать этим ножом!..

Рудик хмыкнул и покосился на тонкое изящное лезвие в руке Алены.

- Теперь точно знаю, - усмехнулась Алена, - хочешь произвести впечатление на парня — наряжаться лучше и не пытайся! Просто покажи, как ты работаешь ножиком...

Алена подтянула к себе очищенное от шкурки яблоко — и в четыре взмаха рассекла его на набор аккуратных одинаковых кубиков.

i6. РУДИК

Однажды десятилетний Рудик вернулся домой с разбитым носом и синяком под глазом.

- Сынок... что случилось?! - всплеснула руками мама. - Кто тебя так? Дай я посмотрю!

Осмотрев лицо, мама сочувственно поджала губы:

- Бедный мой мальчик... Давай сейчас же приложим компресс.

Предприняв исчерпывающие медицинские меры, мама обняла Рудика и поцеловала в макушку:

- Потерпи немного, милый, я сбегаю в лавку за мороженым. Это тебя хоть немного утешит.

Рудик улыбнулся сквозь слёзы – вариант лечения мороженым ему очень нравился.

Но тут, как назло, вернулся со службы отец. Увидев сына, он нахмурил седые брови:

- Что за вид? Почему опять ссадины? Сколько раз говорил – настоящий мужчина должен уметь постоять за себя! А ты позволяешь над собой измываться.

- Но пап, их было трое... и они старше... - пытался оправдаться Рудик.

- Никаких отговорок! - рявкнул отец. - С завтрашнего дня идёшь в секцию бокса. Пора уже научиться давать жизни сдачи!

Рудик вздохнул.

Конечно, здорово было бы стать сильнее и круче всех – чтобы не он боялся этих придурков, а они его.

Но бокс!.. Рудик представил, как гориллы-боксёры, в огромных красных трусах, по очереди лупят его кулаками в лицо...

Рудика аж передёрнуло.

Но отец, как обычно, был непреклонен.

Целый год Рудик послушно ходил в секцию бокса. Не то чтобы ему там сильно нравилось: как он и думал, заводилами в секции были ребята крупные, родом с Земли, с крепкими костями и мощным телосложением.

А Рудик родился на Луне, он был весь худой, тонкий и звонкий... местами даже чересчур хрупкий для своего роста.

Тренер, однако, хвалил его длинные руки, и все время ставил в пару с невысокими, плотненькими противниками.

"Бей первым, используй длинную руку!" - кричал тренер. Он считал, что Рудик может боксировать в стиле "игрока", легко и эффектно удерживая противника на дистанции.

Рудик очень старался... но против агрессивных и напористых колобков это почему-то не особенно помогало.

На первых же соревнованиях Рудик нанес удар чересчур нервно и размашисто, заехал противнику в лоб – и сломал руку.

...Пока ехала "скорая", Рудик горько ревел в раздевалке.

"Я же не виноват, что у меня такие тонкие кости!.. - думал Рудик. - Я же говорил! Почему отец, как всегда, не послушал?.."

Рудик решил, что никогда больше не выйдет на ринг.

Отец ругал Рудика слабаком, сдавшимся после первой же трудности. Мама для виду согласилась с отцом.

Но перед сном, у него в комнате, мама сказала Рудику:

- Не переживай, сынок. Наверное, и правда – не стоит заниматься спортом, в котором такие травмы...

...Еще много месяцев мама мазала руку специальной пахучей мазью, чтобы она получше зажила.

И говорила:

- Ничего, милый... Ты же еще растешь. Ты обязательно станешь крепче, без всякого там бокса.

И вообще, есть же и другие интересные виды спорта!

Например, 3D-шахматы.

i7. ИВАН

Иван идет мимо подворотни, откуда доносится женский крик.

Иван заглядывает в подворотню и видит, как трое хулиганов прижали к стене девушку — и пытаются отобрать у нее сумочку.

Не говоря ни слова, Иван хватает одного хулигана и швыряет его головой в стену.

Бегло замечает:

- Милая у вас сумочка, мисс. Прямо как у моей сестры была, - и поворачивается ко второму хулигану, который достает из кармана нож.

Девушка смотрит на них в растерянности.

- А что у вас там, в сумочке? - продолжает Иван, резким движением выбивая нож. - Случайно не конфеты?

- Н-н... - стучит зубами девушка.

Нож, звеня, крутится на асфальте.

- Может, все-таки конфеты? - хорошим пинком придав хулигану ускорение, Иван поворачивается к девушке.

- Н-нет... там косметика, - испуганно отвечает она. - Помада...

- Класс! - улыбается Иван. - Моя сестра обожала помаду. А я как-то раз залез к ней в сумочку, вытащил помаду, бац — и откусил половину! Представляете?

Иван поворачивается к третьему хулигану, который, скрючившись, тихонько отступает к стене.

Иван чуть приподнимает руки: "Бу!.." — и тот в ужасе убегает вслед за приятелями.

- Да. Забавно... - говорит девушка, следя глазами за убегающим хулиганом.

- А какого цвета у вас помада? - спрашивает Иван, задумчиво глядя вслед хулиганам. - Моей сестре нравилась розовая. Странная такая на вкус, да...

- Красная... У меня красная, - отвечает девушка, все еще в недоумении.

- Отличный цвет! - кивает Иван. - Прекрасный выбор, мисс! Ну это... идите себе спокойно. Метро вон там... Берегите сумочку!

Он машет ей вслед рукой, улыбаясь от воспоминаний.

i8. ЭЖЕН

Эжен шёл по тёмным припортовым улицам, нахохлившись от пронизывающего холода.

Здесь, в старой промзоне за Космопортом, ни обогрев, ни канализация не работали. И даже кислорода в воздухе, кажется, не хватало.

Рядом, помахивая электродубинками, топали двое полицейских — Эжена, как курсанта Службы Порядка, привлекли к очередному рейду.

Впереди маячил знакомый силуэт: старый двухэтажный домишко с облезлой вывеской "Дешевые номера".

- Сюда, - буркнул капрал. - По нашим данным, Эль Лис прячется где-то здесь.

"Эль Лис..." - Эжен вздрогнул. Как же давно это было...

Ещё мальчишкой Эжен промышлял в этих трущобах — и Эль Лис, несмотря на свои тёмные делишки, всегда приглядывал за беспризорниками.

Он научил Эжена чинить (и вскрывать) замки; запросто одалживал инструменты из своей мастерской. А на десятый день рождения Эжена — Эль Лис подарил ему первый настоящий нож: рукоять была инкрустирована узором из перламутра.

"Ты заходи ко мне, пацан, если что", - говорил Эль Лис, трепля Эжена по вихрастой голове.

И Эжен заходил — погреться у печки... помочь с полировкой железок... перекусить супом, с настоящими соевыми фрикадельками...

А теперь он должен арестовать этого человека?

Капрал выбил дверь ногой.

- Всем лежать, бояться! - заорал он, врываясь внутрь. В крошечной каморке, за столом в свете лампы, замер старик с седой гривой волос - Эль Лис.

Испуганно глянув на них, старик схватил что-то со стола, сжал в руках — в свете лампы блеснула перламутровая инкрустация.

- Бросай пушку, дед! Живо! - копы наставили стволы.

Старик развернулся вместе со стулом, прижимая подозрительный предмет к груди.

Эжен закричал напарникам: - Стойте! Это не...

Но те уже открыли огонь.

Эль Лис рухнул на пол, хрипя и ругаясь. Алые цветы распускались на его рубашке.

Эжен бросился к старику, с отчаянием глядя в его потухающие глаза.

- Вон оно как, - прошептал Эль Лис. - Не думал тебя увидеть, пацан... Жизнь... шутит шутки...

Из последних сил он сжал руку Эжена.

Эжен почувствовал, как ему в ладонь впились острые грани — перламутровая инкрустация, на рукоятке большого игрушечного пистолета.

"...Прощай, старый друг", - подумал Эжен, прикрывая застывшие глаза старика.

"Пусть перламутровые россыпи Рая согреют твою уставшую душу".

i9. СТРАННИК

Иван колдовал у микроволновки, разогревая ужин из почти настоящих полуфабрикатов.

- Ну-ка, дружище, присаживайся за стол, - окликнул он Странника. - Щас будет готово это наше питательное безобразие.

Чужой, бродивший в прострации из угла в угол, рассеянно кивнул, сел и уставился в экран, где данные о траектории их полета перемежались с метео-сводками: Земля, планетоиды Пояса, спутники Юпитера...

- Спасибо, что позаботились об ужине, - выдохнул Странник. - Признаться, я сегодня несколько нестабилен.

- Да уж вижу, задумался о чём-то, - хмыкнул Иван, ставя перед ним ароматно дымящуюся тарелку. - Небось, по дому соскучился?

- О, нет, у нас преобладают другие формы рефлексии, - покачал головой Странник. - Просто запах незнакомой пищи... навевает воспоминания об Обероне.

- Оберон... - нахмурился Иван. - Чот не помню такого, это в европейских штатах? Или эти, американские территории?

- Это естественный спутник, Уран-четыре, - грустно сказал Странник. - Очень далеко и холодно. Там ничего нет: только метановый лед, и старая, полузаброшенная исследовательская станция. Но какие там неординарные закаты...

Иван тихо хмыкнул и пожал плечами.

- Да, это, наверное, непонятно, - вздохнул Странник. - Что такого в закате? Подумаешь, синий Уран, желтые отблески Солнца, красный мелкодисперсный лёд... просто эффект рефракции. Дело в том, что эти закаты напоминают мне... кое о ком.

- А! - обрадовался Иван. - Все понятно! То-то гляжу, глаза такие мечтательные. Стало быть, подружка? Или... друг? - Иван смутился, поглядел исподлобья. Фиг его знает, как там у этих Чужих.

- Ну, - замялся Странник, - это немного сложней, чем у вас. Ее звали... ну, по-вашему пусть будет Пенни. И мы с ней... как бы коммуницировали. Тонкая эмоциональная синхронизация...

- Жили, тоисть, душа в душу? - понимающе ухмыльнулся Иван.

- Не совсем, - поморщился Странник. - Скорее, даже наоборот... Как это объяснить? У вас и слов подходящих нет... переводчик предлагает какую-то книжную ерунду, высокопарную.

- Да ты по-простому, - сказал Иван, подцепляя вилкой что-то, напоминающее макароны.

- Ну, смотри: Пенни готовилась к симпозиуму. Собирала компендиум для презентации гранд-жюри. Работала целыми днями, забывала про сон и еду. С утра, как только вставала, хватала ревиталайзер — и опять с головою в ресерч.

- Тю, знакомое дело, - пробурчал, пережевывая что-то, Иван. - Работа заела, никакой личной жизни...

- Да, похоже, - вздохнул Странник. - По-моему, Пенни и не замечала, что мы с ней мискоммуницировали. Я грустил, чувствовал себя покинутым, нашей синхронизации приходил конец... Хорошо еще, Наставник заметил, в каком я состоянии, и прогнал меня в академический поиск. После альфа-тестирования, когда у Пенни было две недели на реинтеграцию, я, наконец, припер ее к стенке.

- Дорогая, поехали в отпуск! - догадался Иван, ткнув в воздух вилкой.

- Ну... в общем-то, да, - усмехнулся Странник. - Она согласилась, что нам нужен отдых, ресинхронизация эмоциональной сферы, смена экосистемы... Взяли фракционный корвет, и улетели на Оберон. Оказались там совершенно одни, только я и Пенни.

Иван молча поднял большой палец, продолжая сосредоточенно жевать.

- Две недели мы наслаждались знаменитыми грозовыми закатами. Летали смотреть отражения лун в ледяных кольцах. Пили пунш из салатниц... Пенни распотрошила ИИ синтезатора, научила его готовить. Каждый вечер мы синтезировали что-нибудь экзотическое, из отдаленных уголков Галактики... Кажется, нам никогда не было так хорошо вдвоем. Ни до... ни после. - Странник тяжело вздохнул. - Глубинная синхронизация сонастройки... Видишь, я даже не могу объяснить толком, что между нами было!

- Не дрейфь ты, все я понимаю! - фыркнул в усы Иван. - Работа задрала, секс стал унылый до смерти... Ну, взяли, махнули в отпуск, оттопыриться! Поглядеть красивые виды, вкусно поесть, классно потрахаться.

- Да ну... - поморщился Странник, - это слишком грубое сравнение! У нас все настолько сложнее и тоньше...

- Ага, - ухмыльнулся Иван. - Посмотрел бы ты на свою рожу! "Парни, у нас с невестой все совершенно по-другому, не то что у вас, колхозников!"

Странник кисло прищурился.

- Знаешь, как это называлось у нас в учебке?!.. - подбоченился Иван. - О-Сэ-Ща. "Очень Сложные Щщи"!

Странник вздохнул.

- Слы-ышь!? - Иван потянулся и от души пихнул Странника локтем. - Да хорош кукситься! Позвони ты уже, этой своей Пенни!

Странник поглядел на него через стол, и попробовал улыбнуться.

- Да... Я, конечно, попробую, - Чужой покосился на экран, с красными траекториями орбит. - Когда долетим.

- Во! - одобрил Иван. - Совсем другое дело. А теперь — давай-ка поешь!

Пока совсем не остыло.

i10. РУДИК

После перелома рука заживала долго — сначала болела под гипсом, потом адски чесалась...

Зато перед соседскими ребятами и девчонками гипсом можно было хвастаться, как настоящим знаком отличия! Все Рудику очень завидовали.

Как-то раз Рудик и соседская девица Катя сидели на крыше гаража. Рудик с очень важным видом показывал ей гипс:

- Вот, хочешь потрогать? Смотри, тут еще такие специальные петельки...

- Ой, какой твердый... - восхитилась Катя. - А можно по нему постучать?

Кажется, девица была в полном восторге...

Но когда они слезали с гаража, Катя поскользнулась и упала, больно поранив коленку.

- Ой, у тебя кровь! - ужаснулся Рудик. - Прости, прости пожалуйста, что не смог тебя поддержать! Я же этой рукой хватался за крышу, а та рука в гипсе...

Однако Катя, чтобы ей дома не влетело, взяла и наврала родителям — что это, мол, Рудик зазывал её посидеть на крыше.

- А потом не помог слезть... И вообще — это Рудик меня специально толкнул, чтобы я упала!..

Конечно, ее родители нажаловались отцу Рудика.

- Что это ты столкнул девчонку? - поинтересовался отец. - Такое поведение недостойно будущего офицера.

- Да я не толкал! - запротестовал Рудик. - Это она сама упала, честное слово!..

Однако по тону отца и по выражению его лица Рудик видел, что отец не очень-то сердится. Что-что, а такие вещи Рудик отлично умел замечать.

...Вечером Рудик подслушал, как родители спорили на кухне.

- Может, зря мы его отругали? - расстроенно говорила мама. - Мне кажется, Рудик никогда не столкнул бы Катю. Как-то это совсем не в его характере...

- Да что ты понимаешь! - возмутился отец. - Наоборот, парень начинает проявлять нормальный характер! Все мальчишки его возраста задирают девчонок, дергают их за косички... Это нормальное поведение для будущего мужчины!

Рудик задумался...

Слова отца показались ему очень странными.

i11. ИВАН

Иван сидит у барной стойки и мрачно пьет пиво. Рядом присаживается пьяный посетитель и начинает задавать Ивану назойливые вопросы, пытаясь завязать разговор.

Иван молча терпит какое-то время, хмуря брови. Но посетитель не унимается, продолжает его доставать.

Наконец Иван не выдерживает. Он резко разворачивается на стуле, хватает посетителя за грудки и впечатывает в стойку:

- Да заткнешься ты или нет?!

Посетитель испуганно молчит. Бармен с тревогой наблюдает за ними, не зная, вмешиваться или нет.

- Эй, бармен! - орет Иван, не отпуская посетителя. - Ну чего ты там встал? Молока мне налей!

- Молока нет, - растерянно говорит бармен. - У меня же бар...

- Как это нет молока?! - возмущается Иван. - Да я в детстве каждый день его пил!

- Ну... может, вам воды предложить? - робко говорит бармен.

Иван хмурится, глядя на него. Прижатый к стойке посетитель осторожно вклинивается:

- Вода тоже полезная...

Иван переводит взгляд на посетителя.

- Я всегда пью для здоровья... немного воды... - под тяжелым взглядом Ивана посетитель совсем трезвеет.

Иван вдруг успокаивается.

- Ладно, налей нам воды, - бросает он бармену, и отпускает посетителя. - Всё полезнее, чем водку жрать.

Бармен облегченно выдыхает. Наливает обоим воды, в пузатые пивные кружки.

Иван жадно выпивает свою кружку, до дна.

Посетитель сидит с полной кружкой воды в руках, и пялится на Ивана, не решаясь больше ничего сказать.

i12. ЭЖЕН

Эжен лежал на нагретой закатным солнцем крыше, напротив ворот, ведущих на парковку городской виллы.

По данным Управления, вилла принадлежала известному наркобарону Пабло Гомесу — которого Эжену посчастливилось знать в лицо.

Эжен лежал в засаде с биноклем, ожидая появления наркобарона. Сегодня ночью должна была состояться операция по его поимке.

Эжен прикрыл глаза и постарался расслабиться... Вечерний воздух был напоен ароматом жасмина.

В наушнике раздался голос командира группы:

- Что там, Эжен? Ждем твоего подтверждения.

- Пока нет, - отрапортовал Эжен, недовольно открывая глаза. - Но должен с минуты на минуту подъехать.

...Раздался рев мотора — и затем, с визгом шин, на подъездной дорожке показался открытый кабриолет.

Эжен поднял бинокль и подкрутил колесико, разглядывая сидящих в машине.

Рядом с Пабло — а это был, несомненно, он — сидела молодая девушка, в легком платье и с огромным цветком камелии в волосах.

Девушка, смеясь, повернулась к Пабло, чтобы поцеловать его — и в фокусе цейсовской оптики Эжен на секунду увидел её лицо...

Он оцепенел.

Эти черты... этот взгляд... Девушка так похожа была на Аниту! — хотя, конечно, это не могла быть она.

Прошло столько лет...

Запах жасмина в одно мгновение перенес Эжена в прошлое.

В тот вечер он пил текилу и дожидался смерти.

На встрече с конкурентами его ужасно подставили. Эжен должен был играть роль покупателя, узнать у "желтоногих" адрес и секретное слово... Никто ведь не знал его, в этом задрипанном городишке!

Но один из продавцов нашел его профиль, по виртуальному снимку в досье...

Эжен сидел за стойкой, опрокидывая одну текилу за другой. Бандиты ждали его снаружи — видимо, просто не хотели лишний раз рисковать. Вдруг в баре прятались его, Эжена, сообщники?

Но нет, Эжен был один, и комм связного не отвечал; а если бы даже ответил — кто захочет посылать за ним целую бригаду, в далекий Эль-Пасо?

Ради какого-то молодого пендехо, цена которому — десять кредитов и восемь граммов свинца?

...В этот момент к нему и подошла Анита, в черном платье официантки. Тихо сказала на ухо:

- Идем со мной, если все еще хочешь жить.

Она провела Эжена наверх, в свою маленькую комнатушку, пропахшую жасминовым маслом. Ее смена кончилась, и весь оставшийся вечер — и весь остаток лунной венесуэльской ночи — они провели там, без единого звука занимаясь любовью.

- Ты мне понравился с первого взгляда, - беззвучно шептала Анита ему на ухо. - Я не могла дать тебе умереть...

Они слышали, как бандиты вломились в бар внизу, как переворачивали мебель — круша посуду и выкликая имя Эжена.

Владелец бара вызвонил свою крышу, едва не дошло до перестрелки... но Эжену с Анитой было, честно говоря, не до этого.

Анита не выдала его, и до утра они не могли оторваться друг от друга; а над городом во всем своем великолепии парила Луна, и разливался запах жасмина...

Эжен моргнул, возвращаясь в реальность. Машина Пабло уже проезжала ворота, направляясь на задний двор.

- Ну что там, Эжен? - нетерпеливо бубнил командир. - Есть подтверждение? Это он?

Эжен вздохнул, поворачивая ко рту микрофон.

При задержании — кому придет в голову церемониться с девочками-эскортницами? Сейчас парни вломятся во внутренний двор — и скорее всего, начнется пальба...

- Нет, - буркнул Эжен. - Это не он. Отменяйте операцию.

Не сегодня.

"Наслаждайся вечером, Пабло... в память о юной Аните".

Может быть, в другой раз — когда ночь не будет так пахнуть жасмином...

i13. АЛЕНА и НАСТЯ

Яркое утреннее солнце заливало поляну возле Заимки. Алёна сидела на поваленном дереве с раскрытой на коленях книжкой.

Рядом возилась её младшая сестрёнка, Настя. Она вовсю ползала в траве, изображая Овцеволу, вождя семиногов.

- Так, - строго сказала Алёна, - поиграли и хватит! Пора заниматься уроками. Давай повторим алфавит.

Настя горестно вздохнула.

- А давай ты мне лучше сказку почитаешь? Я так люблю про индейцев... А потом в прятки поиграем?

- Сказки потом, - твёрдо сказала Алёна. - Сначала выучишь все буквы, как договаривались. Давай, повторяй за мной: А, Б, В...

Настя нехотя забормотала следом за сестрой, периодически сбиваясь и путая буквы местами. Глаза её тоскливо блуждали по поляне в поисках развлечений поинтереснее.

Алёна вздохнула и начала сначала. Который раз она уже пыталась вдолбить сестрёнке этот алфавит...

- Ну-ка, соберись! - велела Алёна. - Скоро сказку расскажу, обещаю. Но сначала — проверим, что ты запомнила... вот это какая буква?

Настя нахмурилась.

- Б...ва?.. - пробурчала она, внимательно следя за реакцией сестры.

- Нет! - рассердилась Алёна. - Это же "Гэ"! Как ты можешь не помнить такую простую вещь?!

Настя испуганно отшатнулась.

- Ты тупая! - заорала Алёна. - Тупая, дура... и лентяйка! Ты никогда ничему не научишься!..

Настя села в траву и разревелась. По её щекам в три ручья побежали слёзы.

- Ты... ты... меня не любишь! - всхлипывала она. - Ты злишься... и еще обзываешься!

Алёна тут же остыла и почувствовала укол совести. Ну чего она, правда... напустилась на бедного ребёнка.

- Прости, зайка, - сказала она, обнимая зареванную Настю. - Я не хотела тебя обидеть... Просто расстроилась, что ты путаешь буквы.

Но я уже придумала... - Алена хитро улыбнулась. - Щас я расскажу тебе сказочку!

Настя перестала всхлипывать и с удивлением посмотрела на сестру.

- Это крутая сказка, охренительная вообще! - пообещала Алёна. - Главная героиня — птичка Ася. У неё красивые крылышки, вот такие...

И она изобразила в пыли прутиком очертания буквы А. Настя заинтересованно кивнула.

Алёна продолжила с энтузиазмом:

- А ещё у Аси есть друг — Букашка Бася! У неё Большое Брюшко и усики, вот такие -

Алёна изобразила букву Б. Настя захихикала от восторга...

Благодаря Алёниным сказкам, дело пошло на лад. Настя быстро выучила весь алфавит, безошибочно называла буквы по порядку, и даже узнавала их, когда видела в книжках.

Только вот сам процесс чтения Настю по-прежнему не вдохновлял. Как только Алена пыталась всучить сестре книжку — Насте срочно требовалось сходить за водой, сшить кукле новое платье, или просто поваляться на крыше — подальше от бездны премудрости...

Алена погоревала и махнула рукой — ладно, буквы-то знает, еще начитается... когда сама захочет.

А вот самой Алене — умение на лету выдумывать сказки (и толкать их с самым уверенным видом) не раз еще пригодилось.

И в школе-интернате... и в летном училище... и, конечно, во флоте.

i14. ИВАН

Иван поднимает хулигана — одной рукой, за горло, припечатывает его к стене, долго смотрит. Тот начинает уже задыхаться и багроветь.

Тогда Иван немного ослабляет хватку и говорит:

- Понимаешь, в детстве я иногда бил свою сестру.

- Д-да?.. - выдавливает хулиган, дергая ногами в воздухе.

- А она, бывает, била меня.

- Ну... неужели... - блеет хулиган.

- Да, - искренне говорит Иван.

Переводит взгляд куда-то в сторону, рассеянно глядит в пространство.

- Ну, думаю, ты понял, - говорит Иван, отпуская руку, - что девочек обижать не надо?

Хулиган сползает по стене вниз, хрипя и хватаясь руками за горло.

Иван поворачивается к нему, молча смотрит сверху вниз.

Хулиган, подняв глаза, быстро-быстро кивает: мол, понял я, понял!..

Тогда Иван протягивает огромную руку — и стряхивает с плеча хулигана какую-то пылинку.

Вздыхает, качает головой и, повернувшись, медленно уходит.

i15. АЛЕНА

- Дед, а ты любишь картофельные оладьи? - выпалила Алена.

В кабинете, куда она так храбро вломилась, шло совещание. Хмурые бородатые егеря толпились вокруг расстеленной на столе карты, горели лампы, у приокрытого окна кто-то пыхал цигаркой... Махрой несло так, что Алена чуть было не прослезилась.

- Что?.. Оладьи? - дед вздохнул и поглядел на нее рассеянно.

- Да, внучка... люблю, - дед покосился на стоящих вокруг егерей. - Вишь, в этом году как-то... не до картошки. Потом как-нибудь, накопаем...

Алена расстроенно прикрыла за собой дверь.

Протопала в детскую, хмуро посмотрела на моргающую со сна Настю.

- Ну конечно! - с досадой сказала Алена. - Революция-то важнее... А мы с тобой что, Настюха?

- А?.. - Настя потерла глаза кулачками. - Что?

- Мы что, говорю, маленькие?! - возмутилась Алена. - Что мы? Не можем помочь Революции?!..

- Мы такие... - сонно произнесла Настя, потихоньку заваливаясь на бок. - Мы... да...

Настя вытянула ногу и засопела.

"Вот сплюшка!" - рассердилась Алена. - "Тоже мне, называется, сестра..."

Ну и ладно.

Она, между прочим, и сама справится!

Без сопливых.

Вооружившись лопатой — огромной, выше ее роста, — Алена выдвинулась на огород и храбро вступила в бой.

Где-то в районе обеда явилась заспанная Настя, в обнимку с плюшевым кроликом.

- Ничего себе, - округлив глаза, сказала Настя. - А ты тут... чего?

- Копаю, - сурово разъяснила Алена. - Не видишь, занозу посадила... Зеленку мне с кухни принеси!

Ручку лопаты, которая все время мешалась и норовила стукнуть по лбу, пришлось отпилить ножовкой.

"Оттого и занозы! А ты как думала? Во-от..."

- Бери вон в сарае тачку, - распорядилась Алена. - Будешь помогать мне грузить.

- ...Ой, - сказала Настя. - Она какая-то липкая...

- Ли-ипкая, - передразнила Алена. - Тоже мне, белоручка! Иди рукавицы возьми, если такая неженка.

Солнце уже валилось за лес, когда они прикатили последнюю тачку.

Уставшие, запыхавшиеся, чумазые, с головы до ног перемазанные в грязи...

Алена стояла в сенях, возле тачки, вся раздувшись от гордости; ждала деда, чтобы похвастаться подвигом.

Дед прошел, хлопнув дверью — усталый, посеревший, весь опять в каких-то думах. Потянул носом воздух — чем это так воняет?

Поворошил липкие клубни в тачке, сказал рассеянно: "А... ну да. Сгнила вся. Не успели вовремя выкопать".

Усмехнувшись, дед потрепал Алену по светлой, стриженой голове:

- Ладно, внучка, не горюй... Попрошу, привезут ребята картошки. Будут тебе оладки.

Алена потерянно кивнула, на подгибающихся ногах героически вышла из сеней... села снаружи на лавочку — и разрыдалась.

Подошла Настя, в обнимку с перепачканным в грязи кроликом.

Алена беззвучно рыдала — сдерживаясь, чтобы не выдать себя и не зареветь в голос.

Настя пометалась, толком не зная, что делать... Сунула Алене в руки своего несчастного кролика.

Увидав, что это не помогло, Настя примостилась на лавочке рядом — и тоже захныкала, размазывая слезы грязными кулачками.

Странным образом, Алену это сразу же успокоило.

- Ладно, не реви, - сказала она, сунув кролика Насте обратно. - Я зато знаешь как сегодня наловчилась копать?!..

Алена шмыгнула носом и задумалась...

- Знаешь, что мы с тобой теперь сделаем?

Настя перестала кукситься и во все глаза уставилась на Алену.

Алена наклонилась и громким заговорщицким шепотом сообщила Насте на ухо:

"Мы с тобой выкопаем — Секретный Подземный Ход!.."

i16. ЭЖЕН

Эжен сидел в полупустом ночном клубе. В воздухе висел запах химических сигарет, алкоголя и чего-то еще, отвратительно-сладкого...

Тусклый свет отбрасывал причудливые тени на стены и колонны — и за одной из колонн, в полутьме, прятался Эжен.

Отсюда открывался прекрасный вид на один особенный столик в углу...

Столик был заряжен прослушкой, а на выходе ждал в засаде целый отряд федералов.

"Силки расставлены, ждем только птицу... и довольно важную птицу", — подумал Эжен, провожая взглядом долгожданного посетителя.

Лысый толстяк в атласном белом жилете, утирая с шеи пот, топал к тому самому столику, следом за оживленно болтающей хостесс в блестящем платьице.

Через пару минут к толстяку, заказавшему виски-стрейт, присоединился худой мулат, в дурацких очках и костюме карнавальной расцветки.

Эжен напряг слух, улавливая в наушнике — сквозь фоновый диджейский лаунж — обрывки их разговора:

- Пабло передает привет...

- Цены выросли. Кило теперь идет по пятнадцать с четвертью.

- Да ладно? Это уже перебор! Мы с Варгасом договаривались на десять...

Эжен хмыкнул про себя.

"Давайте, старайтесь, амигос... ройте себе яму. Электрический стул сам себя не разогреет"...

Официантка в короткой кожаной юбке подошла к его столику:

- Готовы что-нибудь заказать?

- Минералки. Со льдом, - не глядя на неё, бросил Эжен.

Краем глаза уловил, как вытянулось лицо девушки — и, смягчившись, добавил: - Сдачи не надо.

Его взгляд был прикован к объектам наблюдения. Официантка спросила что-то ещё, но он отмахнулся, поглощенный прослушкой.

Вдруг музыка стихла, и в клубе повисла тревожная тишина. Эжен напрягся, вскинул голову, готовый к неожиданностям...

Занавес на сцене в конце зала медленно поехал вверх — и на сцене оказался джаз-банд.

Лабух в засаленном пиджаке коснулся пальцами клавиш, контрабасист и ударник легко подхватили шаффл, пожилой негр в шляпе "федора" поднял саксофон... и полилась медленная, томная мелодия.

Эжен прикрыл глаза, окунаясь в воспоминания...

Они были просто мальчишками, беспризорниками с лунной свалки за космопортом. Иногда им нечего было есть — зато в их лачуге была такая роскошь, как собственное электричество!

Пепе протянул им кустарный провод, от фонаря в ограждении космопорта.

Правда, кабель искрил, а фонари включали только по вечерам... да и мощности хватало лишь на тусклую лампу: о том, чтобы подключить электроплитку, и речи не было — проводка сразу перегорала!

Но однажды Эжен нашел на свалке старый аудио-проигрыватель...

Его друзья — Пепе, Хуан и малыш Мануэль — неделями шлялись по свалке, находя, выменивая или воруя старые потёртые виниловые пластинки. И по вечерам, разводя у лачуги костёр, они сидели у огня и слушали эти мелодии...

В отсветах костра, в резких вспышках прожекторов над летным полем — та волшебная музыка превращала их лачугу в настоящий дворец.

Эжен до сих пор помнил эти магические моменты: дымный запах готовящейся еды, треск пластинки, аромат креозота пополам с ракетным топливом... и джаз!..

- Пятнадцать — это грабёж среди бела дня! Двенадцать, и ни кредитом больше!

Резкий голос вырвал Эжена из грёз. Он с отвращением выдернул наушник, не желая больше слушать.

Пусть катятся к чёрту! Запись крутится, но ему самому — просто не хочется в этом участвовать.

Дайте хоть пять минут спокойствия, чтобы насладиться музыкой! Чтобы забыть об этом поганом мире...

Из полутьмы вынырнула официантка с подносом:

- Ваша минералка.

Эжен грустно посмотрел на нее, мыслями все еще в музыке. Все еще там, в детстве, на лунной свалке за летным полем...

- Вы так странно смотрите — и молчите. Даже не попросите составить вам компанию?.. - официантка выглядела разочарованной.

- Хм, - удивился Эжен, - а что, вы бы составили?

- Нет, конечно, - вздохнула официантка. - Хозяин нам запрещает, строго-настрого. Но если вы досидите до закрытия...

Она стрельнула глазами.

Эжен рассмеялся и покачал головой.

- Просто послушайте эту музыку, - Эжен покрутил пальцем в воздухе. - Мелодия свалки, на самом краю света... Мелодия моего детства.

Официантка смотрела на него с легким непониманием.

- Хотя бы немного красоты... - пожал плечами Эжен, - посреди всего этого дерьма.

...Да, федералы давно уже ждут на выходе.

И барыги наговорили достаточно, чтобы их превратили в кровавую колумбийскую отбивную...

"К черту", - подумал Эжен, прикрывая глаза; снова уплывая за сладкой мелодией саксофона...

"Пусть дерьмо подождет".

i17. АЛЕНА

На втором курсе лётного — Алёна без памяти влюбилась в гитариста местной рок-группы, Вадима.

Вадим казался пределом всех ее детских мечтаний: красавец, романтик, и к тому же настоящий рок-н-ролльщик!

Идеей-фикс Алёны стало любой ценой попасть к нему в группу. Тогда она сможет не просто любоваться Вадимом из зала, а репетировать с ним... о боже, прямо в той же самой комнате!

Услышав, что группа ищет второго гитариста, Алена поняла: вот он! Её шанс!..

Алёна тут же побежала брать напрокат самую лучшую гитару; и покупать самый толстый самоучитель...

Целыми днями она сидела на кровати в общаге, бренча на гитаре и изо всех сил пытаясь повторить простые аккорды. Звук получался жалкий, но упрямства Алёне было не занимать.

День и ночь она продолжала лупить гаммы, до кровавых мозолей на подушечках пальцев.

- Да хватит уже! - взмолилась соседка по комнате. - У меня от твоего скрежета мигрень!

Но Алёну было не остановить. Она закупила соседкам партию пластиковых затычек для ушей — и продолжала тренировки...

Наконец настал день прослушивания в группу.

Алена мрачно, не поднимая глаз, отлупила свою программу (кажется, от струн аж пошёл легкий дымок), а потом подняла глаза и оцепенела.

Напротив нее сидел Вадим — и смотрел прямо на нее!

- Слушай, ты так клёво выглядишь, - томно произнес Вадим. - Если б ты к нам на подтанцовку устраивалась — я бы тебе сразу свидание назначил!

- Да? - ошалело сказала Алена.

- Да... - Вадим опустил глаза. - Но, понимаешь, детка... к музыке у тебя нет ни малейшего таланта. Ты так старательно вот это всё тарабанишь... натренировалась — капец просто, я же вижу! Но чувства в этом всём — ни малейшего. Прямо как шарманка механическая долбишь... - Вадим вздохнул. - В общем, сорян... сама понимаешь.

"Это я... это я-то шарманка механическая?!" - хотела заорать Алена.

И надеть гитару этому дебилу на голову!

Вот только гитара была прокатная, стоила как крыло от космического истребителя. И вообще — инструмент хороший, жалко же ломать, ну...

С некоторой грустью Алена поглядела на голову и шею Вадика — эх, как бы хорошо там смотрелась бы дырка, от гитарного корпуса...

Ну ничего, можно будет взять другую гитару, попроще.

А пока...

- Ладно. Пока-пока, звезда... недобитая! - сказала Вадику Алена. Кажется, в один момент исцелившаяся от своей "нищасной любви".

Небрежно помахивая гитарой, Алена вышла за дверь репетиционной.

"Ну и что, что с музыкой не проканало..." - размышляла Алена, глядя на свои натруженные до мозолей руки. - "Зато пальцы натренировала... да я теперь железные гвозди могу ими гнуть!"

Алена вспомнила любимый фильм своего детства. Как там этот, СанСаныч... пальцем рукомойники пробивал?..

"А что, это я удачно зашла", - улыбнулась на ходу Алена. - "Займусь-ка я, пожалуй, кунг-фу!"

i18. ЭЖЕН

Эжен выжал газ до упора — и мотоцикл, взвыв на половину Боготы, рванул с места ракетой.

Едва удержавшись в седле, Эжен пролетел перекресток на красный, завопил — и, проскочив юзом между двумя машинами, чудом вписался в кривую уходящего вверх переулка.

- Сукин сын! - заорали сзади. Эжен обернулся, мельком оценил черный джип, с визгом шин вставший боком посреди перекрестка, и отвернулся, ухмыляясь.

Выстрелы преследователей высекли искры из брусчатки — где-то далеко позади; Эжен давно уже скрылся за поворотом, разгоняясь по переулку вверх.

Шустрые, надо признать, пахэрос!.. но недостаточно шустрые, чтобы взять его, Эжена, среди бела дня...

Эжен тревожно взглянул на часы на приборной панели. До двенадцати оставалась еще четверть часа. Кармен не отвечала на комм, и единственный способ предупредить ее не приезжать — это успеть к ней самому!

Люди Лопеса вломились в его квартиру за полчаса до полудня. Кто-то навел их! — и Эжен начинал уже беспокоиться: ведь этот кто-то мог сдать им и время встречи, и маршрут, которым любила ездить Кармен...

Впрочем, маршрут можно было вычислить и без всяких предателей.

Мост Духов — самый короткий путь через реку, с ее стороны города...

Прибавляя газу, Эжен вылетел из переулка и резко свернул на проспект. Мотоцикл завизжал шинами, чуть не ложась на асфальт; волосы Эжена, нестриженые по последнему писку картельной моды, развевались по ветру, почти касаясь тротуарного камня.

"Прямо как в детстве!" — расхохотался Эжен, легко обгоняя трафик. Уже выносясь на прямую, как стрела, дорогу к мосту.

Прямо как в детстве... Им тогда было лет по тринадцать-четырнадцать: старые, опытные, закаленные в ежедневных битвах за жизнь волчата свалки.

По переулкам промзоны за космопортом они носились на ржавых мопедах, прыгая по горам мусора как по трамплинам. Ветер трепал их волосы: нечастое, знаете ли, ощущение, на Луне!

Трамплины из рельсов и битого кирпича — это был единственный доступный им способ взлететь. Хотя бы на миг ощутить себя настоящим пилотом, в кабине космического корабля...

"Прыгай, Эжен! Прыгай, чёртов засранец!.."

Эжен хохотал от восторга; от этого странного чувства полета и моментальной свободы...

Движок мотоцикла взревел, одолевая подъем, и Эжен рывком вернулся в реальность — уже вылетая на мост.

В дальнем конце Моста Духов, навстречу ему, в левом ряду — мост был старым, широким, когда-то по нему ходил чуть ли не паровоз: две полосы в каждую сторону, массивные металлические опоры, с толстенными тросами, оплетающими бока пролетов, бросающими четкие тени на нарядно размеченные белым полосы... — и там, в левой полосе, прямо навстречу Эжену, полз длинный черный лимузин.

С первого взгляда Эжен узнал этот ховер-кар: нарочитая хищно-зализанная роскошь, подарок ее отца-мафиози. На таких раньше ездили крупные шишки из мексиканских картелей.

Черный лимузин Кармен замедлился, вползая на мост. Эжен улыбнулся... но тут же напрягся, сканируя взглядом крыши.

Что-то там привлекло его внимание — блеск металла на солнце, темные пятна, смазанное движение посреди черепицы... Люди Лопеса здесь!..

Момент — и с обоих крыш за мостом, позади лимузина, протянулись дымные изогнутые хвосты.

Ракетомёты!

Эжен открыл рот, машинально прибавил газу, движок мотоцикла взвыл... все происходило безнадежно-неправильно, словно в замедленной съемке: лимузин клюнул носом, блеснул на солнце черной лаковой крышей — и медленно поднялся, переворачиваясь на вспухающем, как рыжий огненный ком, облаке взрыва...

Только потом, пару секунд спустя, до Эжена донесся звук — и он, наконец, перестал слышать собственный крик.