Хранитель пепла

Глава 1. Протокол Тибанна

Задняя комната кантины «Ранкор и банта» пахла подгоревшим маслом, дешевыми синтетическими стимуляторами и жаждой наживы. Стандартный парфюм Нар-Шаддаа. Этот запах можно было бы продавать под названием «Напрасные надежды».

Яно Вектис медленно натянул перчатки из тонкой дорогой кожи и наклонился над столом.

Предмет, лежавший на бархатной подушке, изо всех сил старался выглядеть зловещим. Это была маска. Черный, грубо кованый металл, испещренный рунами, которые, вероятно, должны были обещать любому, кто осмелится приложить это к лицу, вечные муки и власть над галактикой. Пропорции - по вкусу.

Напротив сидел заказчик. Трандошанин по кличке Скрак. На нем был переливчатый синий камзол из умопомрачительно дорогого шелка, который смотрелся на чешуйчатой туше примерно так же уместно, как балетная пачка на ранкоре. За его спиной, скрестив руки, маячили двое гаморреанцев. Их коллективный интеллект почти гарантировал, что с вероятностью выше среднего они смогут воспользоваться турникетом.

- Ну? - прошипел Скрак, раздувая ноздри. Его раздвоенный язык мелькнул в воздухе. - Это маска лорда Нихилуса? Мой поставщик клялся на крови, что достал её из гробницы на Коррибане. Она стоит десять миллионов, Вектис. Не меньше.

Яно медленно выпрямился. В левом колене привычно стрельнуло - сырость Нижних Уровней заставляла вспоминать старые травмы. Он подавил гримасу и поправил манжеты потертой куртки Имперского Картографического Корпуса с давно споротыми нашивками.

- У меня для вас две новости, Скрак. - Голос Яно звучал сухо и ровно, с тем самым безупречным алдераанским выговором, от которого у простых бандитов обычно сводило скулы. - Хорошая новость: металл действительно древний. Спектральный анализ показывает сплав дюрастила с примесью кортозиса. Ковка, характерная для периода Мандалорских войн. Очень впечатляющая работа.

Трандошанин довольно оскалился, обнажая ряды желтых зубов. Гаморреанцы за его спиной переглянулись и довольно хрюкнули.

- Я знал! - Скрак ударил кулаком по столу. - А плохая?

Яно брезгливо подцепил маску мизинцем, поворачивая её к свету тусклой лампы.

- Плохая новость в том, что это не маска лорда ситхов. Это декоративная накладка выхлопной системы гоночного свупа, выпускавшегося три тысячи лет назад. Кто-то очень умело постучал по ней молотком, нацарапал бессмысленные каракули на диалекте, которого не существует, и продал вам.

В комнате повисла тишина, нарушаемая только гудением вентиляции.

- Если вы наденете это на лицо, Скрак, - продолжил Яно скучающим тоном, - вы не обретете могущество Темной Стороны. Вы просто будете пахнуть выхлопами. И, возможно, подхватите столбняк.

Глаза трандошанина сузились в вертикальные щели.

- Ты лжешь, - тихо просипел он. - Я заплатил аванс...

- Ваш поставщик сыграл на вашем тщеславии, - перебил Яно, даже не пытаясь скрыть зевок. - И, судя по тому, что вы вместо того, чтобы признать ошибку, всё еще смотрите на меня будто пойманный повстанец на расстрельную команду, он правильно оценил ваши аналитические способности.

Скрак медленно поднялся. Его когтистая лапа потянулась к тяжелому бластеру DT-12, висевшему на поясе.

- Ты пытаешься сбить цену, человечишка, - прорычал он. - Никто не смеет делать из Скрака дурака.

Ситуация качнулась в сторону насилия. В любой другой день, в другой жизни, Яно мог бы преподать ему урок трандошанской анатомии. Сломать локоть, вдавить гортань. Вак-Сола идеально подходила для таких тесных комнат.

Но сегодня у него болело колено, а куртка была только отчищена.

- Я бы не советовал, - мягко сказал Яно, даже не шелохнувшись.

- Что?

- Ваша рука. Я бы не советовал тянуть её дальше. - Яно кивнул на стол. - Видите ли, Скрак, такие беседы часто идут по подобному сценарию. Поэтому, когда я вошел сюда, я снял предохранитель со своего бластера. Прямо сейчас его дуло смотрит в нижнюю часть столешницы. Как раз туда, где находится ваша... репродуктивная гордость.

Скрак замер. Его глаза метнулись вниз, пытаясь просверлить столешницу взглядом.

- Стол толстый, - заметил Яно, словно читая его мысли. - Но заряд тяжелого бластера прожжет его насквозь. И вас тоже. Вы, конечно, можете приказать своим свиньям убить меня. Но к тому времени вас можно будет без конкурса принимать в муунский оперный театр. Мууны, знаете ли, почему-то предпочитают фальцет. Стоит ли кусок ржавого железа таких... интимных жертв?

Секунда тянулась как час. Желтый глаз Скрака дернулся, зрачок сузился в нить.

Скрак медленно, очень медленно убрал руку от кобуры. Он был унижен, но жить хотел больше, чем сохранить лицо.

- Проваливай, - выплюнул он.

Яно убрал палец со спуска, но руку из-под стола не вынул.

- С вас пятьсот кредитов за экспертизу, Скрак. Как мы и договаривались.

Трандошанин издал лающий смешок.

- Кредитов? Ты принес мне плохие новости, оскорбил меня, угрожал мне, и теперь хочешь денег? - Он наклонился вперед. - Ты выйдешь отсюда живым, Вектис. Это и есть твоя плата.

Яно вздохнул. Он мог бы настоять. Мог бы прострелить Скраку колено и забрать кредитный чип. Но это означало бы шум, охрану, объяснительные для местной службы безопасности... Слишком много хлопот ради пятисот монет.

Он перевел взгляд на маску, лежащую на столе.

- Ваша щедрость известна во всем секторе, - сухо заметил Яно. - В таком случае, я заберу этот хлам.

- Что? - Скрак нахмурился.

- Металл, - пояснил Яно, небрежно смахнув «маску» со стола. Тяжелый предмет с глухим стуком упал на дно полупустой сумки. - Дюрастил с кортозисом нынче в цене на переплавку. Это покроет хотя бы топливо до дома. Вы же не возражаете? Или вы планируете поставить эту деталь от свупа на каминную полку, чтобы напоминать себе, как вас облапошили?

- Забирай свой мусор, - рыкнул Скрак, отмахиваясь когтистой лапой. - И чтобы духу твоего здесь не было.

- С превеликим удовольствием.

Яно кивнул гаморреанцам, которые всё еще пытались понять, почему никто не стреляет, и направился к выходу.

Дверь зашипела, отрезая его от вони кантины.

Яно выдохнул и прислонился к грязной стене коридора, доставая из кармана плоскую флягу. Сердце билось ровно, но колено ныло немилосердно.

«Старею, - подумал он, делая глоток обжигающего пойла. - Работаю за металлолом».

Он двинулся к выходу, не зная, что за тонкой переборкой Скрак уже смотрел на пустой стол. Его когти скребли по грязноватой столешнице.Зачем ему так нужен был этот металлолом? Вектис не работает за мусор. Если только это не мусор.

Скрак нажал кнопку интеркома. - Парни, - прошипел он. - Проследите за ним. Если он не понесет эту штуку в утилизатор... верните её мне. Вместе с его головой.

Если они убьют Вектиса - он отомстит за унижение. Если Вектис убьёт их - не будет свидетелей унижения. Скрак оскалился, довольный своим управленческим талантом.

На Нар-Шаддаа дождь никогда не идет просто так. Он падает с верхних уровней, просачиваясь через километры индустриальной грязи, смазки и отходов жизнедеятельности триллиона существ. К тому моменту, как капли достигали пешеходной террасы, где шел Яно, они превращались в маслянистую субстанцию, которая не столько мочила, сколько пачкала.

Яно поднял воротник, спасаясь от едкой мороси. Левое колено ныло всё сильнее - верный признак того, что фильтры атмосферы в секторе снова сдохли, и влажность зашкаливает. Шаг его, впрочем, оставался размеренным. На луне контрабандистов походка - это язык. Бегущий человек - жертва. Хромающий - легкая добыча. Идущий уверенно и неторопливо - тот, у кого, возможно, есть опасные друзья или термальный детонатор в кармане.

Он свернул в переулок, освещенный лишь мигающей, умирающей вывеской ломбарда, предлагавшего третьего дроида в подарок. В кармане оттягивал куртку кусок «ситхского» металла. Тяжелый, бесполезный хлам.

«Пятьсот кредитов, - подумал Яно с горечью. - Этого хватит на заправку и неделю еды, которая не будет на вкус как переработанный картон. Аристократия нынче дешево стоит».

С тех пор, как Император прекратил своё существование, став космической пылью на орбите Эндора, всё становилось хуже и хуже с каждым днём. Республика обещала восстановить порядок и закон, но её сил едва хватало на то, чтобы сделать это в центральных мирах. За их пределами - как повезёт, а везло далеко не всем.

Он остановился возле витрины, якобы чтобы поправить ботинок.

В мутном, заляпанном грязью транспаристиле он увидел их. Две массивные, бесформенные фигуры, пытающиеся спрятаться за мусорным контейнером.

Гаморреанцы. Свиньи Скрака.

Яно мысленно вздохнул. Скрак был предсказуем, как восход солнца. Его паранойя, видимо, взяла верх над жадностью.

«Тонко, - усмехнулся про себя Яно, выпрямляясь. - Совсем незаметно, примерно как Звёздный Разрушитель на парковке спидеров».

Он не стал ускорять шаг. Эти громилы не нападут здесь, на открытом месте, где патрули хаттов могут потребовать долю с трупа. Они будут ждать «мертвой зоны» - лабиринта технических уровней, где камеры наблюдения давно сгнили.

Именно туда он и направлялся.

Яно свернул в лабиринт труб, окутанный густым паром от утечек теплотрассы. Как только он оказался вне прямой видимости, его движения изменились. Исчезла вальяжность. Он скользнул в боковой проход, перешагнул через сомнительно выглядящую лужу отходов и замер в тени, сливаясь с ржавой стеной.

Тяжелые шаги прогрохотали мимо. Гаморреанцы прошли в трех метрах, возмущенно повизгивая и споря о том, куда делся «человечишка».

Яно подождал, пока шаги затихнут, и двинулся в противоположную сторону. Он не собирался двигаться на территорию «Бешеных майноков» - у этой банды вообще не было ни чувства юмора, ни тормозов.

Нар-Шаддаа не прощает тех, кто не знает дороги, но для Яно этот лабиринт был задним двором. Через десять минут петляния он вышел к глухой стене старого водоочистного завода. Здесь было тихо, только гудели насосы где-то глубоко под землей, перекачивая нечистоты города-луны.

Он огляделся. Улица была пуста. Ни хвоста, ни свидетелей.

Яно приложил ладонь к панели, скрытой под слоем ржавчины и свежего граффити. Сканер считал отпечаток, затем - тепловой рисунок вен. Он закончил процедуру идентификации, нажав сенсоры тремя пальцами в нужной последовательности - дополнительная предосторожность, которую Яно установил сам.

Стена беззвучно отъехала в сторону, открывая темный провал шлюза. Яно скользнул внутрь, и тяжелая плита встала на место, с мягким шипением герметизируя проход и отрезая шум дождя, запах гниющего города и чужие глаза.

Внутри пахло не гнилью, не дождем и не отчаянием. Здесь пахло старой бумагой, озоном и полиролью для дерева.

Воздух был сухим и прохладным, с идеальной влажностью в сорок пять процентов. Климат-контроль работал на износ, пожирая добрую половину нелегальных доходов Яно, но оно того стоило. Это была цена за то, чтобы время здесь текло чуть медленнее.

Яно щелкнул выключателем. Мягкий, теплый свет залил помещение. Это был не склад. Это был храм.

Вдоль стен, обшитых звукоизоляционными панелями, стояли стеллажи. На них не было контрабанды спайса или краденых бластеров. Там стояли вещи, не имеющие никакой цены для галактики, занятой выживанием, но бесценные для одного человека.

Изящная ваза из синего стекла, созданная мастерами Альдераана, чудом уцелевшая при взрыве. Гобелен с вышитым гербом Дома Антиллес, нити которого уже начали тускнеть. Стопка настоящих, физических книг в кожаных переплетах - непозволительная архаика в эпоху голокронов.

Яно стянул мокрую куртку, аккуратно повесил её на вешалку, словно это был парадный мундир, и прошел к небольшому бару в углу. Достал бутылку дешевого кореллианского виски, но налил его в тяжелый стакан из горного хрусталя.

Затем он повернулся к портрету, висевшему в центре комнаты. На нем был изображен суровый мужчина с посеребренными висками, одетый в высокий воротник по моде двадцатилетней давности. Глаза мужчины неодобрительно смотрели на Яно с холста.

- Добрый вечер, отец, - тихо сказал Яно, салютуя стаканом портрету. - Сегодня я снова торговал мусором с варварами, чтобы оплатить счета за электричество. Надеюсь, ты не слишком разочарован.

Портрет, разумеется, молчал. Яно выпил, чувствуя, как тепло расходится по груди, смывая холод улицы, и подошел к рабочему столу.

Здесь, среди микроскопов, сканеров и инструментов, царил идеальный порядок. Хаос был допустим снаружи, но не здесь.

Он вытряхнул «маску» из сумки. В свете яркой лабораторной лампы она выглядела еще уродливее и грубее. Дешевая подделка, созданная кем-то, кто видел ситхов только в страшных голо-фильмах. Но металл... металл был хорош.

- Ну что ж, - пробормотал Яно, надевая защитные очки-лупы и беря в руки лазерный резак. - Давай посмотрим, сколько чистого кортозиса можно из тебя выжать, прежде чем ты окончательно превратишься в шлак.

Он закрепил маску в тисках и включил резак. Тонкий, как игла, луч впился в металл. Посыпались оранжевые искры, запахло озоном и раскаленным железом.

Яно работал методично, срезая верхний слой «древней ковки», чтобы добраться до основы. Его руки, только что державшие стакан с аристократической небрежностью, теперь двигались с точностью хирурга.

Вдруг звук работы резака изменился.

Звук был неправильным. Это не был металл.

Яно тут же убрал палец с кнопки. Луч погас. Он нахмурился, сдвинул очки на лоб и взял тонкие щипцы. Осторожно отогнул прорезанный край обшивки.

Внутри, в полости, которую создатель подделки, вероятно, оставил для экономии веса, что-то было. Что-то, что не плавилось.

Яно подцепил предмет пинцетом и медленно потянул на себя.

На свет выскользнул небольшой цилиндр.

Это был не драгоценный камень и не капсула с наркотиком. Это был стандартный имперский кодовый цилиндр. Серый, матовый, с синим кольцом у основания. Такие носили офицеры флота и чиновники высокого ранга вместо ключей.

Яно повертел его в руках, чувствуя неприятный холодок в животе. - Странное место для заначки, - пробормотал он. - И странная упаковка.

Он поднес цилиндр ближе к свету. На боку, едва заметная без лупы, была выгравирована крошечная эмблема. Не шестеренка Имперского Флота. И не звезда ИСБ. Это был стилизованный глаз, вписанный в треугольник.

Яно замер.

Он знал эту эмблему. Он видел её на документах с грифом «После прочтения сжечь», когда служил в Таможне. Документы с такой эмблемой обычно сопровождались слухами об Императоре, его личных приказах и секретном департаменте в корпусе логистики. Осторожными шепотками, не более.

Тишина в бункере вдруг стала давящей. Этот цилиндр не должен был здесь находиться. Он вообще не должен был существовать.

Яно подошел к своему изолированному терминалу - старому, мощному компьютеру, наглухо отключенному от Голонета.

Он вставил цилиндр в порт.

Экран мигнул зеленым. Побежали строки кода.

Яно ожидал увидеть что угодно: зашифрованные счета Осколков Империи, коды доступа к оружейным складам или, на худой конец, компромат на какого-нибудь моффа.

Но терминал, прошуршав дисками, выдал лишь короткую, сухую справку транспортного заголовка. Никаких красных черепов, никаких предупреждений о смертельной опасности. Просто стандартный имперский формуляр, набранный скучным канцелярским шрифтом.

ОБЪЕКТ: ТРАНСПОРТ 77-АУРЕК КЛАСС ГРУЗА: АРХИВ КОНФИСКАЦИИ, УРОВЕНЬ ОМЕГА. ПРОТОКОЛ ДОСТАВКИ: ТИБАННА-4. СТАТУС ВОЗВРАТА: ОТРИЦАТЕЛЬНЫЙ.

Яно моргнул. Строчки плыли перед глазами, но смысл, скрытый за бюрократическим новоязом, проступал пугающе отчетливо.

Он отшатнулся от экрана, словно тот плюнул в него ядом. Тяжелый хрустальный стакан выскользнул из ослабевших пальцев и с глухим стуком ударился о столешницу, расплескивая янтарную жидкость по бумагам.

- Тибанна... - выдохнул он.

Для гражданских это просто газ для турболазеров. Но в закрытых инструкциях Таможни, которые офицерам рекомендовали забыть, это слово означало температуру плавления дюрастила. И костей.

ПРОТОКОЛ ТИБАННА-4 гласил: «По факту изъятия Актива, статус вектора доставки переквалифицируется в "Отходы класса А". Предписана немедленная высокотемпературная утилизация носителя для обеспечения режима "Нулевого следа"».

Яно медленно отодвинулся от стола, чувствуя подступающую тошноту. Курьер, которого убили люди Скрака, летел не за наградой. Он был одноразовым контейнером из плоти и крови. Его ждала печь.

- Они не просто скрытные, - сказал Яно пустоте комнаты, и его слова повисли в тишине. - Они вычищают историю. Вместе с теми, кто её касался.

Он перевел взгляд на цилиндр, торчащий из порта терминала. Теперь тот казался ему не ключом к богатству, а куском обогащенного урана, уже достигшим критической массы.

Если имперцы готовы были сжечь своего агента просто за то, что он доставил посылку... что они сделают с тем, кто её украл?

- Идиот, - прошептал Яно. - Какой же ты идиот, Вектис. Ты притащил в дом не металлолом. Ты притащил маяк.

Едва эта мысль оформилась в его голове, освещение в бункере мигнуло. Теплый желтый свет сменился тревожным, пульсирующим красным.

Завыла сирена внешнего периметра.

Яно метнулся к экранам наблюдения, уже зная, что увидит. Он надеялся увидеть гаморреанцев Скрака, ломящихся в дверь. С ними можно было договориться или перестрелять.

Но на экранах было другое.

Тепловизоры показывали шесть фигур, бесшумно спускающихся на тросах в вентиляционную шахту с крыши старого завода. Никаких лишних движений. Черная броня, поглощающая свет. Длинноствольные винтовки Е-11D.

Сирена периметра не выла - Яно давно отключил звуковое оповещение, чтобы не оглохнуть в замкнутом пространстве. Вместо этого по стенам пульсировал безмолвный, ритмичный красный свет, превращая его уютный музей в преисподнюю.

Яно стоял перед стеной мониторов, наблюдая за началом конца.

На левом экране группа в черной броне действовала с пугающей, нечеловеческой синхронностью. Штурмовики Смерти. Шесть бойцов. Они не ломились в дверь. Двое устанавливали термические заряды на петли внешнего шлюза, двое перекрывали сектор обстрела, двое сканировали коммуникации, отрезая Яно от внешней связи.

- Профессионалы, - прошептал Яно, чувствуя, как холодный пот стекает по спине под рубашкой. - ИСБ не мелочится.

Он перевел взгляд на правый экран, показывающий дальний подход к заводу. И там, спотыкаясь о трубы и ругаясь, приближалась вторая группа.

Пятеро гаморреанцев и один викуэй с тяжелым старомодным карабином. «Хвост» Скрака. Они шли шумно, уверенные, что идут грабить одинокого “ботаника”, который не сможет дать сдачи.

- А вот и цирк приехал, - мрачно усмехнулся Яно.

На зернистом изображении было видно, как викуэй заметил фигуры у двери. Он не понял, кто это. В темноте, под проливным дождем и сквозь пелену пара, штурмовики в черной броне выглядели просто как конкуренты. Другая банда, решившая перехватить добычу.

Викуэй поднял карабин и дал очередь.

Штурмовики Смерти среагировали мгновенно, как единый организм, потревоженный уколом иглы. Они развернулись. Заговорили их Е-11D, выплевывая красные росчерки с невозможной для живых существ скоростью. Викуэй упал прежде, чем гильза от его первого выстрела коснулась бетона. Гаморреанцы, взвизгнув, бросились в укрытие за ржавые контейнеры, открывая беспорядочный, панический ответный огонь.

Хаос. Идеальный, спасительный хаос.

Яно отвернулся от экранов. У него было минуты три, пока Имперцы зачистят бандитов и вернутся к двери.

Он метнулся к столу. Кодовый цилиндр - в левый карман куртки. Тяжелый бластер - в кобуру на бедре. Датапад с шифрами - во внутренний карман.

Всё. Больше он ничего не мог взять.

Яно замер посреди комнаты. Красный свет пульсировал на золоченых рамах картин, на синем стекле алдераанских ваз, на корешках древних книг, которые он собирал по всей галактике.

Если Штурмовики Смерти войдут сюда, они не просто убьют его. Они опишут всё это. Упакуют в контейнеры. И отправят в личные коллекции тех самых моффов, которые отдавали приказ "Огонь" на орбите Алдераана.

- Нет, - твердо сказал Яно. - Только не вам.

Он подошел к панели управления климат-контролем. Сорвал защитную пластиковую крышку, открывая ряд красных тумблеров, выделявшихся на фоне в желто-черную полоску. Система экстренной стерилизации. Галогеновый газ для борьбы с книжной плесенью. Чрезвычайно горючий.

Яно повернул вентиль подачи на максимум.

Послышалось шипение. Воздух начал стремительно наполняться едким, сладковатым запахом.

Он подошел к портрету отца. Стекло рамки отражало красный аварийный свет, делая лицо предка демоническим.

- Ты всегда говорил, что гордость - это грех, - сказал Яно, касаясь рамы рукой в перчатке. - Но позволить им коснуться этого своими грязными руками... это было бы предательством. Прости меня.

Он вытащил из кармана зажигалку - старую, бензиновую, с гравировкой герба Дома Вектис. Откинул крышку, высекая искру.

Снаружи грохнул тяжелый взрыв - штурмовики закончили с бандитами и подорвали внешнюю дверь шлюза. Теперь их отделяла только внутренняя переборка. Тридцать секунд.

Яно подошел к неприметной панели в полу под ковром, отодвинул её, открывая узкий, темный зев технического лаза.

- Пепел к пеплу, - прошептал Яно Вектис.

Он швырнул зажигалку в центр комнаты, прямо в сгущающееся облако газа, и прыгнул в люк.

Люк захлопнулся над его головой за пару мгновений до того, как мир наверху превратился в огненный шторм.

Звук взрыва догнал его даже под землей. Глухой, утробный удар, от которого содрогнулись влажные стены коллектора. С потолка посыпалась ржавчина и вековая пыль. Воздушная волна толкнула в спину, как рассерженный великан.

Яно не остановился. Он скользил по наклонному лазу, сдирая кожу на локтях, пока не вылетел в широкий туннель городских стоков, упав в зловонную жижу, которой здесь было по щиколотку.

Где-то наверху, сквозь метры бетона и стали, глухо выли сирены.

Яно выпрямился, отряхивая куртку. Бессмысленное действие - теперь он пах Нар-Шаддаа в самом буквальном смысле.

Он посмотрел наверх, в темноту шахты, где еще минуту назад был его дом. Больше не было ни синих ваз, ни книг, ни портрета отца. Четыре года кропотливого труда, четыре года попыток сохранить осколки Алдераана - всё превратилось в облако раскаленного газа.

- Ну вот, - хрипло сказал он в темноту, и его голос эхом отразился от стен. - Теперь я действительно сирота.

Он проверил бластер - чистый, сухой. Проверил левый карман - цилиндр был на месте, твердый и холодный. Единственное наследство, которое у него осталось.

Яно включил фонарик на запястье. Луч выхватил бегущих крыс и маслянистую пленку на воде. У него было не больше часа, чтобы добраться до частных доков, пока ИСБ не перекрыло космопорт.

Путь до ангара 42-Б занял сорок минут быстрого шага по колено в грязи. Яно вышел через технический люк прямо под днищем своего корабля - «Странника».

Это был модифицированный легкий грузовик класса G9 «Такелажник». Старый, обшарпанный, с пятнами нагара на обшивке. Внешне - ведро с болтами, которое с трудом проходит техосмотр. Внутри - форсированные движки и экранированные трюмы, которые Яно оборудовал своими руками.

Он ввел код на панели шлюза. Аппарель опустилась с приветственным шипением гидравлики.

Едва шлюз закрылся за его спиной, Яно рухнул в кресло пилота. Руки, до этого твердые, вдруг начали мелко дрожать. Адреналин уходил, оставляя после себя свинцовую усталость и тупую боль в колене.

Он запустил предстартовую последовательность. Движки взревели, корпус завибрировал.

- Диспетчерская Нар-Шаддаа, - проговорил Яно в комм, стараясь, чтобы голос звучал скучающе.

- Борт 7-Зеш-9 запрашивает коридор вылета. Груз - утилизированный металлолом.

- 7-Зеш-9, коридор подтвержден, - равнодушно отозвался диспетчер. Империя могла искать его внизу, но бюрократическая машина порта работала медленно. Пока ориентировка дойдет до диспетчерской, его уже здесь не будет.

Корабль оторвался от посадочных опор и рванул в небо, пробивая пелену вечного дождя.

Через минуту они вышли на орбиту. Чернота космоса, усеянная звездами, встретила его холодным безразличием.

Яно посмотрел на удаляющийся диск Луны Контрабандистов. Где-то там, в одном из промышленных районов, догорал пожар, который он устроил.

Он достал из кармана Цилиндр и положил его на приборную панель. В свете звезд маленький предмет казался безобидным.

- Надеюсь, ты того стоишь, - тихо сказал Яно. - Потому что ты стоил мне всего.

Он потянулся к навигационному компьютеру. Дома нет. За ним охотится спецназ ИСБ. Идти некуда.

Значит, нужно двигаться туда, где не задают вопросов.

Звезды за окном растянулись в бесконечные белые линии, унося его прочь от руин его прошлой жизни.

Глава 2. Дикая штучка

Космос за обзорным иллюминатором был пустым и равнодушным. Ни звезд, ни туманностей - только серая муть гиперпространства, в которой «Странник» висел уже шесть часов, совершая прыжки по случайному вектору, чтобы сбить след.

Яно сидел в кресле пилота, глядя на приборную панель. Он все еще был в той же куртке, пропитанной запахами сточных вод Нар-Шаддаа. Колено ныло так, словно в сустав забили ржавый гвоздь.

Но смотрел он не на навигацию. Он смотрел на маленький серый цилиндр, подключенный к корабельному дешифратору.

Экран мигал красным уже в сотый раз.

ДОСТУП ЗАПРЕЩЕН. ТИП ШИФРОВАНИЯ: БИОМЕТРИЧЕСКИЙ + АЛГОРИТМ "ЭНИГМА-7". ПОПЫТОК ОСТАЛОСЬ: 1. ВНИМАНИЕ: ПРИ СЛЕДУЮЩЕЙ ОШИБКЕ АКТИВИРУЕТСЯ ПРОТОКОЛ СТИРАНИЯ.

- Прелестно, - прохрипел Яно. Горло саднило от дыма и дешевого виски. - Просто прелестно.

Он выдернул цилиндр из гнезда, не рискуя тратить последнюю попытку. Его старые коды доступа, украденные у Империи пять лет назад, здесь были бесполезны. Это железо было умнее его софта.

Яно откинулся в кресле и потер лицо руками.

- Ладно, - сказал он тишине рубки. - Зайдем с другой стороны. Ресурсы.

Он переключил терминал на банковский шлюз. Ввел код своего счета в Банковском Клане. Того самого, на который он откладывал «пенсионный фонд» с продажи артефактов.

Секунда ожидания. Экран мигнул.

СЧЕТ ЗАБЛОКИРОВАН ПО ТРЕБОВАНИЮ ИМПЕРСКОЙ СЛУЖБЫ БЕЗОПАСНОСТИ. КОД ПРИЧИНЫ: ИЗМЕНА.

Яно хмыкнул. Никакого удивления. ИСБ работало оперативно. Его официальное прикрытие «Вектис Логистик» сгорело вместе с домом.

Он проверил резервный счет на Кореллии. ЗАБЛОКИРОВАН.

Счет на имя подставного лица в Корпоративном Секторе. ЗАБЛОКИРОВАН.

- Они обложили меня со всех сторон, - произнёс Яно, глядя на красные строчки. - Я официально нищий.

Он похлопал по карманам. Наличных кредитов, которые он успел сунуть в куртку перед взрывом, хватит на пару недель скромной жизни. Или на одну заправку и хорошую выпивку. Выбор был очевиден, но топливо было важнее.

Корабль тихо гудел. Яно посмотрел на цилиндр, лежащий на консоли. Чтобы вскрыть эту штуку, нужен был не просто дешифратор. Нужен был «медвежатник». Слайсер экстра-класса, который умеет работать с «железом» напрямую, в обход программных протоколов. Кто-то, кто знает архитектуру имперских систем, но достаточно безумен, чтобы лезть в «Черный лед».

У Яно был один такой контакт. Борг. Старый киборг-параноик, державший лавку на станции «Колесо». Он брал дорого, но не задавал вопросов и, главное, ненавидел Империю почти так же сильно, как Яно.

- Курс на систему Беш-Горгон, - скомандовал Яно дроиду-навигатору. - Станция «Колесо». Посмотрим, остались ли у меня друзья, которые принимают оплату обещаниями.

Гипердрайв взвыл, меняя тональность. Звезды за окном смазались в бесконечные белые линии. Яно встал и пошел в крошечный жилой отсек, чтобы наконец смыть с себя запах канализации. Если ему суждено умереть нищим, он, по крайней мере, будет чистым нищим.

Станция «Колесо» оправдывала свое название не только формой. Она перемалывала судьбы с безжалостной механической эффективностью. Верхние уровни сияли огнями казино и дорогих отелей, высасывая кредиты у туристов. Нижние уровни, где гравитация была нестабильной, а воздух пах переработанным потом и смазкой, высасывали жизнь.

Яно сошел с транспортного лифта на уровне «Зеленый-7». Кибер-рынок.

Здесь царил хаос. Узкие проходы были забиты лотками с дроидами сомнительного происхождения, горами микросхем и серверными блоками, выдранными из погибших кораблей. Шум стоял невообразимый: писк астромехов, голоса торговцев-джав, гудение сварочных аппаратов.

Яно плотнее запахнул куртку, прикрывая кобуру. У него не было денег, чтобы покупать, и не было времени, чтобы торговаться.

Он шел быстро, лавируя между висящими пучками кабелей. Его целью была лавка в тупике третьего сектора - «Борг и Сыновья». Сыновей у Борга никогда не было, да и сам Борг был больше киборгом, чем человеком, но он был лучшим специалистом по имперскому шифрованию в ближайших четырёх секторах. И, что важнее, он был должен Яно услугу за вывоз «проблемного груза» с Тайферры три года назад.

Яно свернул за угол и резко остановился.

Вывеска «Борг и Сыновья» не горела. Хуже того - она висела на одном проводе, искря и дергаясь.

Витрина из транспаристила была разбита. Внутри царила темнота.

- Проклятье, - прошептал Яно. - Только не сегодня.

Он подошел ближе, оглядываясь. Рынок жил своей жизнью, никому не было дела до очередной разоренной лавки. Здесь, как и на Нар-Шаддаа, бизнес часто заканчивался внезапно и насильственно.

На двери висела голо-лента с печатью Службы Безопасности Станции: «Опечатано за неуплату налогов».

Яно хмыкнул. «Неуплата» была универсальным кодом для «кто-то заплатил нам, чтобы мы закрыли глаза на погром».

Он достал из кармана тонкую отмычку-декодер. Секунда работы с замком - и дверь с жалобным скрипом отъехала в сторону.

Яно скользнул внутрь, мгновенно доставая бластер.

Внутри пахло горелым пластиком и озоном. Лавка была разгромлена. Стеллажи опрокинуты, пол усеян обломками дроидов и битым стеклом. Кто бы здесь ни был, они искали что-то конкретное и не стеснялись в методах. Борга нигде не было видно - ни живого, ни мертвого.

«Опоздал, - констатировал Яно, чувствуя, как внутри разливается холодная тяжесть. - ИСБ добралось и до него? Или местные конкуренты?»

Он уже собирался уходить, понимая, что ловить здесь нечего, как вдруг услышал звук.

Тихий, ритмичный щелчок. И жужжание.

Звук доносился из задней комнаты - святая святых Борга, где стояли основные серверные стойки.

Яно перехватил бластер поудобнее и бесшумно двинулся на звук, выбирая, куда поставить ногу, чтобы не хрустнуть стеклом.

Он заглянул за угол.

В глубине комнаты, освещенная лишь синим свечением вскрытого терминала, сидела фигура. Слишком маленькая для Борга. Слишком тощая для штурмовика.

Фигура была одета в бесформенный балахон с глубоким капюшоном. Она - или он - сидела на корточках перед разобранной панелью, подсоединив к ней пучок проводов, тянущихся из рукава. Тонкие пальцы порхали над портативной декой с невероятной скоростью.

- Давай же, старая рухлядь, - донесся тихий, молодой женский голос. - Папочке Боргу ты уже не нужна, а мне нужнее...

Яно опустил ствол бластера на пару дюймов. Уличная шпана, пришедшая поживиться на трупе чужого бизнеса.

Он уже собрался уходить, но его взгляд упал на экран.

Девчонка взламывала личный терминал Борга. Терминал с тройным каскадным шифрованием и хитрыми закладками, который Яно сам помогал настраивать. И, судя по значкам на экране... она была близка к успеху.

«Любопытно, - подумал Яно. - Либо Борг сменил пароль на "12345", либо эта оборванка гораздо талантливее, чем выглядит».

Он сделал шаг вперед, намеренно наступая на кусок пластика.

Хруст дешевого пластика под каблуком Яно прозвучал в тишине мертвой лавки как выстрел.

Фигура у терминала не вздрогнула. Реакция была мгновенной и пугающе текучей. Девчонка - теперь, когда она развернулась, Яно видел угловатую фигуру подростка - вскочила на ноги единым слитным движением, словно пружина, освобожденная от фиксатора. Кабель интерфейса с сухим щелчком выскочил из её портативной деки, исчезая в складках мешковатого балахона.

Она замерла на долю секунды, оценивая угрозу.

В синем, мертвенном свете вскрытого сервера Яно выглядел не как угроза. Он выглядел как потертый жизнью бродяга в куртке с чужого плеча, который пришел помародерствовать на пепелище. Хмурый, небритый, опирающийся на левую ногу. Легкая добыча.

Девчонка вскочила на ноги единым быстрым движением. Она замерла на долю секунды, оценивая угрозу. А потом рванулась вперед, прямо на него.

- С дороги, дед! - выкрикнула она с наигранной паникой, низко опустив голову и целясь плечом в пространство между Яно и дверным косяком.

Это был классический маневр уличной шпаны из секторов Беш-Горгон: создать хаос, сократить дистанцию, толкнуть жертву, сбить её с толку и исчезнуть в толпе рынка.

Яно не сдвинулся с места. Он лишь слегка сместил центр тяжести, позволяя ей приблизиться.

В момент столкновения он почувствовал не удар, а скользящее касание. Девчонка врезалась в него, но её левая рука, скрытая широким рукавом, двигалась с ювелирной точностью, которую совершенно не ждёшь от неуклюжего тела. Тонкие, жесткие пальцы змеей скользнули во внутренний карман его куртки, нащупывая ребристый край датапада.

Движение было быстрым. Быстрее, чем у большинства воров на этой станции.

Двадцать лет службы в таможне въелись в рефлексы глубже, чем он думал. Его правая рука выстрелила вперед. Это был не удар, а захват - сухой и жесткий, как капкан на крыс. Его пальцы сомкнулись на её запястье ровно в ту секунду, когда она коснулась его имущества.

Рывок девчонки прервался. Она дернулась, пытаясь вырваться, но хватка Яно была железной.

Они замерли в полумраке разгромленной лавки. Яно чувствовал под тонкой, грязной тканью её рукава бешеный пульс и напряженные сухожилия.

- Техника неплохая, - спокойно заметил Яно, глядя ей в лицо, скрытое глубокой тенью капюшона. - «Кореллианский сброс», если я не ошибаюсь. Толчок плечом отвлекает внимание, рука работает внизу. Классика.

Девчонка зашипела сквозь зубы и попыталась ударить его коленом в пах.

Яно лишь слегка повернул бедро, принимая удар на жесткую накладку карго-штанов, и чуть выкрутил ей кисть. Не чтобы сломать, а чтобы заблокировать сустав. Болевой контроль. Эффективно и унизительно.

- Ай! Пусти, псих! - взвизгнула она, теряя равновесие и оседая на одно колено.

- Но исполнение хромает, - продолжил Яно тем же лекторским тоном, словно разбирал ошибки кадета. - Ты слишком громко дышишь перед рывком. И ты недооценила объект. Никогда не грабь человека, который стоит в дверях с бластером в руке, дитя. Это признак плохого планирования.

Он дернул её на себя, заставляя выпрямиться, и резко отпустил руку. Девчонка отскочила к стойке, потирая запястье. Капюшон свалился с её головы.

Яно впервые увидел её лицо. Еще подросток. Острые скулы, бледная кожа, характерная для жителей нижних уровней, не видящих солнца, и коротко стриженные, жесткие темные волосы. Но глаза... глаза у неё были цепкими, умными и злыми.

- Ты не мародер, - сказала она, и в её голосе исчезла наигранная паника уличной оборванки. Теперь он звучал настороженно и расчетливо. - Мародеры сначала стреляют. Ты - легавый?

Она бросила быстрый взгляд на выходы. Искала пути отхода.

- Хуже, - Яно убрал бластер в кобуру, демонстрируя пренебрежение угрозой. Он подошел к терминалу, который она вскрывала. - Я бывший клиент Борга. И мне очень интересно, почему вместо старого ворчуна с кибер-глазом я нахожу здесь малолетнюю преступницу, которая пытается обойти защиту его личного архива.

Девчонка фыркнула, поправляя сбившуюся одежду. На её поясе Яно заметил набор профессиональных инструментов: щупы, дешифраторы, мотки оптоволокна. Не просто воровка. Технарь.

- Борга забрали, - буркнула она, понимая, что драки не будет. - Три дня назад. Парни из Синдиката. Сказали, он задолжал за поставку охлаждающей жидкости. Я просто... забираю свое. Он не заплатил мне за прошлую работу.

- И ты решила взять оплату информацией? - Яно кивнул на светящийся экран терминала.

- Информация весит меньше, чем запчасти, а стоит дороже, - парировала она. - А ты чего забыл? Пришел выбивать долги из мертвеца?

Яно посмотрел на неё внимательнее. В её позе была дерзость, но под ней скрывался страх. Загнанный, острый страх существа, которое привыкло, что каждый встречный хочет либо использовать его, либо ударить.

- Мне нужен специалист, - сказал Яно. - Тот, кто умеет работать с имперским "железом" старого образца. Борг был лучшим.

Девчонка криво усмехнулась. Она подняла свою деку, на экране которой застыла зеленая полоса прогресса взлома - 89%.

- Борг был старым параноиком, который использовал алгоритмы времен Войн Клонов, - сказала она с нескрываемым превосходством. - Я прошла его «непробиваемый» фаервол за двенадцать минут. Если тебе нужен кто-то, кто разбирается в старье... возможно, ты смотришь не на того человека.

Она выпрямилась, пытаясь вернуть себе достоинство, несмотря на грязный балахон.

- Ри, - бросила она. - Плата вперед. Кредиты, чистые инфо-чипы или еда. Имперские кредиты не принимаю.

Яно едва заметно улыбнулся уголками губ. Наглость - это хорошо. Наглость означала, что она еще не сломлена.

- Яно Вектис, - представился он. - И боюсь, Ри, что в данный момент у меня нет ни того, ни другого. Но у меня есть проблема, решение которой может стоить больше, чем всё содержимое этой лавки.

Прежде чем Ри успела ответить колкостью, снаружи, со стороны главного коридора рынка, донесся тяжелый топот кованых ботинок и грубые голоса.

- Эй! Я видел свет! Эта крыса всё еще там!

Ри побледнела. Её напускная бравада испарилась мгновенно, сменившись животным ужасом.

- Черт, - выдохнула она. - Коллекторы. Это за мной.

Яно вздохнул. День переставал быть томным и становился привычно опасным.

- Похоже, - сказал он, доставая бластер, - переговоры о найме придется перенести, пока дискуссия не перешла в более динамичную фазу. За мной. И постарайся ничего у меня не украсть по дороге.

В дверном проеме, заслоняя свет неоновых вывесок коридора, возникли три фигуры.

В центре стоял клатуинец в тяжелой куртке из шкуры банты, обшитой металлическими пластинами. Лицо у него было как у бульдога, которого били лопатой - плоское, грубое и лишенное всякого намёка на воображение. Слева от него скалился родианец с вибро-ножом, справа - молчаливый боевой дроид серии B2, переделанный кустарными мастерами в ходячий шкаф для выбивания долгов.

- Вот ты где, крысеныш, - прорычал клатуинец. Голос у него был скрипучий, как несмазанная петля. - Думала, мы не проверим нору твоего дохлого босса?

Ри отшатнулась назад, врезавшись спиной в Яно. В этом движении не было расчета - только рефлекс испуганного ребенка, который ищет защиты за спиной единственного взрослого в комнате. Ей было пятнадцать, может, шестнадцать лет, и вся её уличная бравада испарилась при виде кредиторов. Сейчас она выглядела именно на свой возраст - тощая, угловатая и насмерть перепуганная.

Яно мысленно вздохнул. Ситуация стремительно скатывалась в категорию «благотворительная катастрофа».

- Господа, - произнес Яно, поднимая левую руку с открытой ладонью в успокаивающем жесте. Правая рука, скрытая бедром, легла на рукоять бластера. - Я полагаю, у вас коммерческий спор с этой юной леди?

Клатуинец перевел тяжелый взгляд маленьких свинячьих глазок на Яно.

- А ты еще кто такой? Очередной папочка?

- Я клиент, - холодно ответил Яно. - Я пришел забрать заказ. То, что происходит между вами и девочкой - сугубо ваши внутренние дела. Я сейчас уйду, и вы сможете продолжить свою... дискуссию.

Он сделал осторожный шаг в сторону, пытаясь отделиться от Ри.

Но Ри вцепилась в рукав его куртки.

- Не оставляй меня! - прошипела она. В её голосе звенел отчаянный страх. - Они убьют меня! Или продадут хаттам!

- Она мне должна пять тысяч, - заявил клатуинец, шагнув внутрь лавки. Дроид с лязгом последовал за ним. - Ты платишь за нее, старик? Или ты платишь своей шкурой за то, что тратишь мое время?

Яно посмотрел на главаря. Потом на Ри, которая смотрела на него снизу вверх огромными глазами. Потом на дроида, чей манипулятор уже трансформировался в сдвоенный бластер.

Дипломатия умерла. Да здравствует агрессивная логистика.

- Пять тысяч - грабительская наценка за такую маленькую проблему, - заметил Яно.

И выстрелил.

Он не целился в главаря - броня из шкуры банты выдержала бы скользящий удар. Он выстрелил в гидравлический привод колена дроида.

Вспышка красной плазмы осветила полумрак. Металл брызнул искрами. Дроид пошатнулся, его нога подогнулась, и туша весом в двести килограммов рухнула набок, сбивая с ног родианца.

- В укрытие! - рявкнул Яно, хватая Ри за шиворот и швыряя её за массивную серверную стойку.

Сам он нырнул следом, едва успев уйти с линии огня. Заряд из карабина клатуинца прожег дыру в стене ровно там, где секунду назад была его голова.

Лавка наполнилась грохотом и запахом озона.

- Взять их! - ревел главарь. - Разнесите здесь всё на куски!

Яно высунулся из-за стойки, сделал два быстрых выстрела на подавление и нырнул обратно. Заряды врагов крошили пластик и металл у него над головой. Осколки сыпались за шиворот.

- У нас проблемы, - констатировал Яно, проверяя заряд энергоячейки. - Дроид сейчас перезагрузит гироскоп и встанет. А у меня нет тяжелого вооружения.

Он посмотрел на Ри. Девчонка сжалась в комок, обхватив голову руками. Её трясло.

- Эй! - Яно встряхнул её за плечо. - Соберись! Вон там, за прилавком, есть сервисный люк. Ты пролезешь. Я их прикрою. Живо!

- Я... я не могу... - проскулила она. - Там заперто... электронный замок...

- Так взломай его! Ты же гений!

Клатуинец, устав стрелять, решил пойти на сближение. Он перепрыгнул через опрокинутый стеллаж, заходя с фланга.

Яно увидел его тень. Он мог снять его, но тогда открылся бы дроиду. Патовая ситуация.

И тут Ри закричала.

Это был не крик боли. Это был крик паники, переходящий в визг.

Воздух в лавке внезапно стал плотным и наэлектризованным, как перед грозой. Волоски на руках Яно встали дыбом.

Бах!

Лампа под потолком лопнула, осыпав пол дождем искр.

Тяжелый металлический шкаф с запчастями, стоявший у стены, вдруг содрогнулся, словно его толкнул невидимый великан. Он накренился и с ужасающим грохотом рухнул поперек прохода, отрезая клатунианца от них.

Дроид, который уже начал подниматься, вдруг заискрил. Его головной модуль смялся внутрь, словно сжатый гигантским кулаком.

В лавке воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском замыкающей проводки и стонами придавленного шкафом бандита.

Яно медленно повернул голову к Ри.

Девчонка сидела, прижавшись спиной к серверу, тяжело дыша. Её глаза были широко распахнуты, зрачки расширены до черноты. Вокруг неё, в радиусе полуметра, мелкие гайки и винтики секунду медленно, лениво левитировали в воздухе, прежде чем со стуком упасть на пол.

- Я... я не хотела... - прошептала она, глядя на свои трясущиеся руки. - Оно само...

Лицо Яно окаменело. Он смотрел на неё так, как сапер смотрит на мину, у которой только что сработал таймер.

- Только этого мне не хватало, - процедил он сквозь зубы. - Одаренная истеричка.

Снаружи послышались крики охраны станции. Шум перестрелки привлек внимание.

Яно схватил Ри за руку - жестко, больно, вырывая её из ступора.

- Вставай. Быстро. Если СБ увидит, что ты натворила, тебя сдадут Империи раньше, чем ты успеешь сказать «хаттова мать».

- Куда мы? - всхлипнула она, позволяя ему поднять себя.

- Подальше отсюда, - Яно швырнул дымовую шашку в проход, создавая завесу. - На мой корабль. И молись, чтобы ты умела взламывать имперские шифры так же хорошо, как ломаешь мебель. Иначе я сам сдам тебя коллекторам.

Он потащил её к черному ходу, чувствуя, как его идеальный план по спасению собственной шкуры превращается в операцию по спасению живой гранаты, которая так и норовила сама выдернуть чеку.

Дым от шашки был густым, маслянистым и вонял жженым сахаром вперемешку с серой - дешевая смесь, популярная у разгонщиков беспорядков в Корпоративном Секторе. Он забил горло мгновенно, вышибая слезы.

Яно не кашлял. Он задержал дыхание еще до броска, привычно переходя на поверхностный ритм. Его рука, все еще сжимающая запястье Ри, была единственным ориентиром для девчонки в молочно-белом хаосе.

- Не отставай, - бросил он, дергая её за собой к черному ходу.

Ри спотыкалась, кашляя и хрипя. Она была дезориентирована - адреналиновый откат после выброса Силы накрыл её с головой. Для неё мир сейчас сузился до пятна спины Яно впереди и воя сирен где-то снаружи.

Они вывалились в технический коридор за лавкой. Здесь дым был жиже, разбавляемый сквозняком от вентиляционных турбин. Стены вибрировали от гула станции, мигали оранжевые аварийные огни, превращая коридор в стробоскоп.

- Туда, - Яно мотнул головой в сторону грузовых лифтов. - Доки на два уровня ниже...

Договорить он не успел.

Из клубящейся пелены, отрезавшей их от разгромленной лавки, вынырнула тень. Родианец. Тот самый, что был с коллектором. Взрыв лампы и падающий шкаф его не задели, только разозлили.

Он двигался быстро, повинуясь инстинкту хищника. В его руке гудел вибро-нож - короткое, злое лезвие, способное вскрыть бронежилет как консервную банку. Фасеточные глаза блестели в свете аварийных ламп. Он не видел их четко в дыму, но слышал кашель Ри.

- Сдохни! - взвизгнул он, делая широкий, вспарывающий выпад наугад.

Ри вскрикнула, отшатываясь.

Яно не отшатнулся. Он сделал шаг вперед, навстречу лезвию.

В этом узком, задымленном коридоре, где глаза лгали, а пространство сжалось до метра, зрение было помехой.

Яно прикрыл веки.

Он почувствовал возмущение воздуха от замаха. Почувствовал вектор ненависти и страха, исходящий от родианца.

Вак-Сола. Пустой Круг.

Левая рука Яно скользнула вперед, мягко, почти нежно перехватывая предплечье родианца с ножом. Он не стал блокировать удар силой на силу - это было бы грубо и неэффективно. Он просто сопроводил движение врага, чуть перенаправил его мимо цели.

«Липкие руки», - всплыл в памяти скрипучий голос старого учителя-миралуки. - «Не хватай. Прилипай. Стань его тенью».

Родианец провалился в инерцию собственного удара, открывая бок.

Яно шагнул в его личное пространство, вплотную, бедро к бедру. Его правый кулак, сжатый так, что костяшки побелели под кожей перчатки, уже летел вверх из-под руки родианца прямо ему в челюсть.

Удар был коротким. Без замаха. Просто резкий импульс от пятки через бедро в кулак.

Родианец даже не вскрикнул. Глаза его закатились, фасетки стали мутными.

Короткое одновременное движение руками - теперь правая контролировала руку с ножом, а левая коротко, без замаха ударила в открытый бок. И финал - наступить правой ногой на ногу противника, толкнуть бедром. Хруст разорванных связок подтвердил, что карьера танцора родианцу больше не светит. Он рухнул на пол словно дроид, попавший под ионный залп.

Всё заняло меньше секунды.

Яно выдохнул, стряхивая несуществующую пыль с рукава, и открыл глаза.

Ри стояла в двух шагах, прижав руки ко рту. Дым вокруг них рассеивался, вытягиваемый вентиляцией. Она видела, как родианец прыгнул, и видела, как он упал. Остальное было скрыто спиной Яно. Для неё это выглядело так, словно Яно просто оттолкнул его, а бандит потерял сознание от перенапряжения. Или поскользнулся.

- Ч-что... - пролепетала она, глядя на неподвижное тело. - Ты его убил?

- Он спит, - ответил Яно. Голос был ровным, пульс - спокойным. Левая нога немного ныла от резкого выпада. - У него был тяжелый день. Как и у нас. Идем.

Он снова схватил её за локоть - жестко, не давая времени на раздумья.

- СБ станции будет здесь через минуту. Если не хочешь объяснять им, почему ты устроила полтергейст в частной лавке, шевели ногами.

Они побежали.

Коридоры «Колеса» сливались в пятна. Мимо проносились технические дроиды, испуганные туристы жались к стенам, провожая взглядами странную пару: хромающего мужчину с лицом уставшего аристократа и чумазую девчонку в балахоне.

Яно вел её уверенно, срезая углы через служебные проходы. Он знал эту станцию. Он знал, где камеры слепы, а где патрули ленивы. В голове тикал таймер. «Странник» стоял в дешевом доке, и если диспетчеры получат ориентировку до того, как они поднимут аппарель, этот день закончится в камере.

- Быстрее, - шипел он, когда Ри начинала отставать. - Думай о том, что Империя делает с такими, как ты. Это придаст ускорения.

Наконец, впереди показались створки шлюза 42-Б. Старые, покрытые граффити и ржавчиной. Самые прекрасные ворота в галактике на данный момент.

Яно приложил ладонь к панели доступа. Механизм натужно заскрипел, открывая путь к кораблю.

- Внутрь, - скомандовал он, буквально заталкивая Ри на аппарель.

Как только они оказались в шлюзовой камере «Странника», и тяжелая дверь с шипением отрезала их от шума станции, Яно позволил себе прислониться спиной к переборке и закрыть глаза. Колено горело огнем.

- Мы живы, - пробормотала Ри, сползая по стене на пол. Она посмотрела на свои руки, всё еще дрожащие. - Я думала...

- Думать будешь потом, - оборвал её Яно, отлепляясь от стены. Маска хладнокровного профессионала вернулась на место. - А сейчас - взлет. И не трогай ничего, что светится, мигает или выглядит дороже твоей жизни. То есть - вообще ничего не трогай.

«Странник» вибрировал всем корпусом, продираясь сквозь верхние слои атмосферы газового гиганта, вокруг которого вращалась станция «Колесо». Стабилизаторы стонали, двигатели работали на пределе, но Яно не убирал руки с рычагов тяги, пока сенсоры не показали, что патрульные катера СБ остались далеко позади, превратившись в безобидные точки на радаре.

Только тогда он позволил себе выдохнуть.

Он включил автопилот, задав случайный вектор в сторону пояса астероидов, и развернулся в кресле.

В рубке было тихо, если не считать гудения вентиляции и частого, прерывистого дыхания Ри. Девчонка сидела в кресле второго пилота, вцепившись побелевшими пальцами в подлокотники. Она выглядела маленькой и грязной на фоне потертой кожи кресла. Её глаза метались по приборной панели, по звездам за обзорным экраном и, наконец, остановились на Яно.

В её взгляде был страх. Она вжималась в спинку кресла, стараясь быть как можно дальше от человека, который сломал родианцу ногу и жизнь меньше чем за секунду.

Яно медленно снял перчатки, бросил их на панель и поморщился, растирая левое колено. Адреналин уходил, возвращая боль.

- Ты не просто скупщик, - тихо сказала Ри. Это был не вопрос. - То, что ты сделал в коридоре... Тот родианец. Ты его не просто ударил. Ты знал, куда бить.

Яно проигнорировал реплику. Он встал, хромая, подошел к настенной аптечке и достал баллончик с заморозкой.

- У нас есть более насущные темы для обсуждения, чем мои навыки рукопашного боя, - сухо ответил он, закатывая штанину и распыляя спрей на опухший сустав. - Например, тот факт, что ты устроила телекинетическое шоу посреди станции.

Ри вздрогнула, словно от пощечины. Она обхватила себя руками за плечи, сжимаясь в комок.

- Я не хотела, - прошептала она. - Я не знаю, как это происходит. Это... это как статика. Когда я пугаюсь, оно просто... выплескивается.

- Это не статика, - Яно убрал баллончик и повернулся к ней, опираясь бедром о навигационный стол. Его лицо было жестким. - Это Сила. И ты фонишь в ней, как сломанный реактор.

Глаза Ри расширились.

- Сила? Как у... джедаев? - Она произнесла это слово с тем же недоверием, с каким дети говорят о сказочных драконах. - Джедаи вымерли. Это сказки.

- Джедаи вымерли, - кивнул Яно. - А вот имперские инквизиторы - нет. И охотники за головами, которые получают премии за таких, как ты, - тоже нет.

Он сделал паузу, давая информации улечься.

- Ты хоть понимаешь, что произошло бы, если бы я тебя там оставил? Коллекторы продали бы тебя не в рабство. Они продали бы тебя в лабораторию ИСБ. Там любят таких «самородков». Тебя бы разобрали на части, чтобы понять, что у тебя в крови, а остатки превратили бы в послушное оружие.

Ри побледнела еще сильнее, хотя казалось, что дальше уже некуда.

- Зачем ты меня забрал? - спросил она, глядя исподлобья. В ней проснулась уличная подозрительность. - Ты не похож на благотворительный фонд. Ты скупщик. Ты тоже хочешь меня продать?

Яно усмехнулся. Уголки его губ дрогнули, но глаза остались холодными.

- Умная девочка. Правильный вопрос.

Он сунул руку в карман куртки и достал Кодовый Цилиндр. Положил его на стол перед ней. Металлический предмет глухо звякнул.

- Я не торгую людьми, Ри. Я торгую информацией и историей. Но сейчас я в тупике.

Он кивнул на цилиндр.

- Это имперский ключ шифрования высшего уровня. Внутри - координаты, которые мне нужны. Но там стоит биометрическая блокировка и алгоритм «Энигма-7». Мои методы устарели, а мой дешифратор чуть не стер данные при первой попытке.

Ри посмотрела на цилиндр, потом на Яно. Профессиональный интерес на секунду пересилил страх. Она подалась вперед.

- «Энигма»? - переспросила она скептически. - Это же флотский стандарт.

- Это модифицированная версия. Личная разработка чьей-то параноидальной службы безопасности.

Яно наклонился к ней, глядя прямо в глаза.

- Вот тебе сделка, Ри. Ты говоришь, что прошла защиту Борга за двенадцать минут? Докажи, что это не было случайностью. Взломай это. Достань мне координаты. Не повредив данные.

- А что я получу взамен? - спросила она. Голос дрожал, но она торговалась. Хороший знак.

- Жизнь, - просто ответил Яно. - И свободу. Я довезу тебя до любой нейтральной системы, дам немного кредитов и, что самое важное... - он понизил голос, - я научу тебя закрывать свой разум.

Ри нахмурилась.

- Что?

- Я научу тебя контролировать это, - он сделал неопределенный жест рукой. - Твой «дар». Научу прятать его, чтобы ты не выделялась как вуки в толпе джав каждый раз, когда тебя что-то напугает. Научу быть тихой. Потому что если ты не научишься - ты не доживешь до двадцати.

В кабине повисла тишина. Ри смотрела на цилиндр, словно это была ядовитая змея. Она понимала, что выбора у неё, по сути, нет. Выйти в шлюз в гиперпространстве - так себе альтернатива.

- Я... мне нужно мое оборудование, - пробормотала она наконец, протягивая руку к цилиндру. - Моя дека. И мне нужно поесть.

Яно выпрямился, а его плечи немного опустились, расслабляясь.

- На камбузе есть флотские брикеты и вода. На вкус как переработанный картон, но с голоду не умрешь.

Он отошел к пилотскому креслу и начал вводить координаты для прыжка.

- У тебя есть время, пока мы летим, Ри. Не подведи меня. Я не люблю разочаровываться в инвестициях.

Ри взяла цилиндр. Она повертела его в тонких пальцах, и на её лице появилось выражение сосредоточенности, вытесняя страх. Она была в своей стихии.

- Это не флотский стандарт, - пробормотала она, разглядывая порт подключения. - Пинов больше. И архитектура странная... Ладно. Я посмотрю.

Яно не ответил. Он смотрел, как звезды за обзорным стеклом вытягиваются в бесконечные линии.

В кают-компании «Странника» стояла тишина, нарушаемая лишь низким гулом гипердрайва и хрустом пластиковой обертки. Ри ела так, как едят уличные животные - быстро, жадно, почти не жуя, прикрывая еду рукой, словно кто-то мог её отнять в любую секунду.

Яно сидел напротив, вслепую перебирая детали разобранного бластера, но краем глаза следил за ней. Протеиновый брикет был безвкусным, как прессованная пыль, но девчонка расправилась с ним за минуту и теперь слизывала крошки с пальцев.

- Не торопись, - заметил он, не поднимая головы. - У меня в трюме ящик этого добра. Если съешь всё сразу, организм решит, что ты умираешь, и вернёт всё обратно.

Ри замерла, метнула на него настороженный взгляд, но руку от пустой упаковки убрала.

- Я не голодна, - соврала она, вытирая рот рукавом грязного балахона. - Просто вкус... необычный.

Она пододвинула к себе кодовый цилиндр. Рядом с ним уже лежал веер из её инструментов: микро-щупы, лазерный паяльник, моток оптоволокна. Её дека была подключена напрямую к сервисному порту цилиндра через самодельный, жутковатого вида переходник.

- Ты сказал, это «Энигма-7», - пробормотала она, надевая на глаз монокуляр-лупу. Её голос изменился, стал сухим и деловитым. Страх ушел, уступив место профессиональному азарту. - Структура похожа. Но биометрика здесь запитана на отдельный контур. Если я подам напряжение на чип памяти, он сгорит.

- Поэтому я и не стал пробовать, - кивнул Яно. - Есть идеи?

- Обойти, - Ри пожала плечами. - Я не буду ломать дверь. Я залезу через форточку.

Она взяла тончайший щуп и ввела его в микроскопический зазор на корпусе цилиндра. Её руки, которые еще полчаса назад тряслись от истерики, теперь были твердыми, как у хирурга.

Яно наблюдал. В этом было что-то завораживающее. Она не читала код, она чувствовала железо. Её пальцы находили нужные контакты микросхемы с пугающей, неестественной интуицией, минуя ловушки, которые должны были сжечь цепи и опалить ей пальцы.

Прошло десять минут. Ри не проронила ни слова. На экране её деки бежали каскады символов, сменяя друг друга быстрее, чем глаз мог уследить.

- Есть контакт, - вдруг выдохнула она.

Экран мигнул зеленым.

- Ты открыла его? - Яно подался вперед, отложив бластер.

- Не совсем, - Ри нахмурилась, вглядываясь в данные. - Основной массив зашифрован ключом, который генерируется из ДНК владельца. Без его крови или пальца я это не прочитаю. Там каша. Но...

Она нажала несколько клавиш, выводя данные на голо-проектор.

- ...любой файл имеет метаданные. Служебные заголовки. Это «обертка», которую система читает, чтобы знать, куда направить пакет. Я смогла вытащить последний лог маршрутизации.

В воздухе повисла короткая, мерцающая строка текста:

ИДЕНТИФИКАТОР: ТРАНСПОРТ 77-АУРЕК КЛАСС: СПЕЦ-ГРУЗ СТАТУС: СИГНАЛ ПОТЕРЯН ПОСЛЕДНИЙ КОНТАКТ: СЕКТОР [ДАННЫЕ ПОВРЕЖДЕНЫ]

Ри разочарованно выдохнула.

- И это всё? - спросила она, снимая монокуляр. - Какой-то старый номер корабля и битые данные пятилетней давности? Мы рисковали жизнью ради мусора?

Но Яно молчал. Он смотрел на светящиеся буквы «77-АУРЕК», и его лицо, обычно бесстрастное, казалось высеченным из камня.

В последние месяцы войны, перед самым падением Империи, через его департамент проходили тысячи накладных. Но были призраки. Корабли, которые не числились в реестрах флота. Корабли, о которых шептались в курилках ИСБ. «Золотые конвои», вывозившие не солдат, а что-то другое.

- 77-Аурек... - прошептал Яно. - Я думал, это байка. Легенда, которую рассказывают интенданты, чтобы оправдать недостачу.

- О чем ты? - Ри настороженно посмотрела на него.

- Это не мусор, Ри, - Яно медленно поднял взгляд. В его глазах не было торжества, только холодная тревога человека, который понял, что наступил на мину. - Это «Летучий Голландец» Империи. Говорят, этот транспорт исчез сразу после Эндора. Никто не знает, что на борту. Золото? Оружие? Личный архив Императора? Известно только одно: все, кто пытался его искать, исчезали следом.

- И где он сейчас? - спросила Ри, кивнув на строку с поврежденным сектором. - Тут ничего нет. Данные битые.

- Они не битые. Они стерты, - Яно взял цилиндр со стола, взвешивая его в руке. - Кто-то очень не хотел, чтобы этот корабль нашли. Курьер вез не координаты. Он вез ключ к тому, чтобы их вычислить.

Он подошел к иллюминатору. Гиперпространство за стеклом вращалось в бесконечном, гипнотическом вихре.

- Мы не можем прочитать координаты, - констатировал он. - Но мы знаем имя призрака. А у каждого призрака есть место, где он умер.

- И что теперь? - голос Ри дрогнул. - Мы будем искать то, за что убивают?

Яно обернулся. На его лице появилась усмешка - не героическая, а хищная. Усмешка человека, который видит возможность выбраться из долговой ямы.

- Ри, послушай меня. Этот транспорт - это «Золотой конвой». На его борту конфиската столько, что можно купить небольшую луну в Внешнем Кольце и нанять армию дроидов-массажистов.

Он сунул цилиндр в карман.

- У нас нет выбора. Империя сожгла мой дом и заблокировала счета. Мы - нищие. Но если мы найдем этот корабль первыми... мы станем богатыми нищими. Мы просто падальщики, которые должны успеть к туше раньше хищников.

- А если львы придут раньше?

- Значит, нам придется быть очень быстрыми стервятниками. Отдыхай. Мне нужно проложить курс к месту, через которое Империя передавала свои грязные секреты.

Глава 3. Мертвая частота

Реальное пространство встретило их ударом.

«Странник» вывалился из гиперпространственного туннеля не с привычным мягким торможением, а с тошнотворным рывком, от которого заскрипела переборка, отделяющая кабину от трюма. Инерционные гасители взвыли, пытаясь компенсировать перегрузку, но корпус старого грузовика все равно содрогнулся, как живое существо, получившее пинок.

Яно Вектис вцепился в штурвал, выравнивая курс. Перед обзорным экраном, заменяя привычную черноту космоса, клубилось грязно-фиолетовое марево туманности Калида.

Это место не зря называли Кладбищем. Газовые облака, насыщенные ионизированной пылью, здесь перемешивались с поясом астероидов - остатками древней планеты, которую разорвало на части задолго до того, как первая Республика начертила свои звездные карты.

- Сенсоры слепы, - прокомментировал Яно, глядя на экран тактического дисплея. Вместо четкой сетки координат там плясала белая рябь помех. - Магнитный шторм уровня не ниже четвёртого. Мы летим в молоке.

Ри, сидевшая в кресле второго пилота, вцепилась в подлокотники так, что костяшки пальцев побелели. Она смотрела не на приборы, а в иллюминатор, где в фиолетовом тумане проплывали гигантские глыбы камня и льда.

- Навигационный компьютер не может проложить вектор, - её голос дрогнул. - Он выдает ошибку столкновения каждые две секунды. Яно, мы идем на скалы!

- Я знаю, - спокойно ответил он.

Его рука потянулась к панели управления и щелкнула тумблером, отключая дроида-навигатора. Двигатели автоматической коррекции курса затихли. Теперь от столкновения с миллионами тонн летящего камня корабль защищали только рефлексы пилота и гидравлика рулей.

- Ты что делаешь? - Ри дернулась, глядя на него с ужасом. - Ты отключил автопилот? В астероидном поле?!

- Автопилот полагается на сенсоры, - пояснил Яно, не отрывая взгляда от обзорного стекла. - Сенсоры сейчас видят призраков. Если мы доверимся машине, она шарахнется от электромагнитного разряда прямо в астероид.

Он плавно увел штурвал влево. «Странник» накренился, пропуская под брюхом вращающийся обломок дюрастила - остатки чьего-то корпуса, дрейфующие здесь десятилетиями.

- Смотри глазами, Ри. Ищи тени.

Яно вел корабль сквозь хаос. Это была не яростная гонка из голо-боевиков. Это была тяжелая, потная работа. «Странник» был грузовиком, а не истребителем; он реагировал на команды с секундной задержкой, требуя от пилота планирования маневров задолго до их начала.

Справа, из густого облака газа, вынырнула скала размером с имперский шаттл.

Ри открыла рот, чтобы закричать.

Яно не дернулся. Он начал маневр уклонения за мгновение до того, как скала стала видна. Он просто почувствовал легкое изменение в вибрации корпуса, или, возможно, натяжение в пространстве, которое обычный пилот списал бы на гравитационную яму.

Корабль скользнул боком, едва не чиркнув двигателем о зазубренную поверхность камня. Датчики приближения запоздало взвизгнули и тут же затихли.

Ри посмотрела на него. В её взгляде смешались страх и странное узнавание.

- Ты повернул раньше, - прошептала она. - Ты не мог его видеть. Облако было слишком плотным.

- Гравитационная тень, - коротко бросил Яно, смахивая пот со лба. - Большие объекты искажают массу газа вокруг себя. Физика, Ри. Никакой магии. Смотри на радар, ищи статический сигнал.

Он лгал. Точнее, недоговаривал. Он действительно чувствовал «давление» камня своим атрофированным, слабым чувством Силы. Это было не яркое видение джедая, а скорее зуд в затылке, инстинкт, который кричал: «Не туда».

- Есть сигнал! - выкрикнула Ри, тыча пальцем в сектор на экране, где помехи на секунду стали ритмичными. - Слабая повторяющаяся волна. Азимут 2-2-0.

Яно скорректировал курс, направляя нос корабля в самую гущу астероидного потока.

Через пять минут напряженного маневрирования, когда щиты «Странника» уже начали светиться от постоянных ударов микрометеоритов, туман перед ними расступился.

Они оказались в «кармане» - относительно чистой зоне внутри кольца крупных астероидов.

Прямо по курсу, врезанная в тело гигантского, изъеденного кратерами планетоида, торчала черная игла.

Релейная Станция ИСБ «Калида-9».

Она была мертва. Навигационные огни не горели. Антенные решетки, похожие на скелеты диковинных рыб, застыли в неподвижности. Обшивка станции, когда-то серая, теперь была покрыта слоем космической пыли и льда, делая её похожей на естественный нарост на камне.

Только одинокий, едва заметный красный огонек пульсировал на вершине коммуникационной вышки, посылая тот самый слабый сигнал, который они засекли.

- Выглядит дружелюбно, - нервно усмехнулась Ри.

- Ага, как голодный гандарк при виде туристов, - Яно сбросил скорость. - Что там?

- Активных систем жизнеобеспечения нет. Энергосигнатура минимальная, работает только аварийный источник питания. Щитов нет.

- Шлюз?

Ри пробежалась пальцами по клавишам.

- Основной ангар заблокирован механически. Похоже, его заварили изнутри. Есть технический шлюз на внешней обшивке, но он обесточен. Дистанционно не открыть.

Яно вздохнул и отстегнул ремни.

- Значит, полезем через форточку.

Он встал, чувствуя, как дрожат колени после напряжения полета.

- Готовь скафандры, Ри. И возьми резак. Нам придется постучаться вежливо, но настойчиво.

- Мы пойдем туда? - Ри посмотрела на черную иглу станции, висящую в пустоте. - Внутрь?

- Если ты хочешь узнать, где лежит наше золото, - да. - Яно проверил заряд бластера. - И молись, чтобы там остались только призраки. С ними проще договориться.

Шлюзовая камера «Странника» была тесной, как гроб, и пахла резиной и смазкой.

Яно застегнул фиксаторы своего скафандра - старой, но надежной модели «Кессель-М», предназначенной для шахтеров, а не для парадов. Желтая краска на нагрудной пластине была почти стерта, но герметичность он проверял лично перед каждым вылетом.

Он повернулся к Ри.

Девчонка тонула в запасном скафандре. Яно выбрал самый маленький, но даже он был ей велик, и Ри выглядела в нем как испуганная черепаха, втянувшая голову в панцирь. Её пальцы в толстых перчатках безуспешно пытались затянуть ремень системы жизнеобеспечения.

Яно шагнул к ней, перехватил её руки и резким движением затянул крепление до щелчка.

- Не дергайся, - проворчал он, проверяя индикаторы на её запястье. - Кислорода на четыре часа. Магнитные подошвы активированы. Трос пристегнут ко мне.

Он постучал костяшкой пальца по её шлему.

- И главное правило: не дыши так, будто пробежала марафон. В вакууме паника убивает быстрее, чем разгерметизация. Ты просто зря расходуешь свой воздух. Поняла?

Ри кивнула за стеклом лицевого щитка. Её глаза были огромными. Для девочки, выросшей в туннелях Нар-Шаддаа, открытый космос был самым страшным кошмаром. Там не было стен.

- Поняла, - её голос в динамике шлема прозвучал плоско и искаженно.

Яно нажал кнопку декомпрессии.

Воздух с шипением покинул камеру. Звуки исчезли. Осталось только собственное дыхание Яно и легкая вибрация, передающаяся через подошвы ботинок.

Внешний люк беззвучно пополз вверх.

Перед ними разверзлась бездна.

Туманность Калида снаружи выглядела не как красивое облако, а как грязный, фиолетовый туман, подсвеченный далекими вспышками ионных разрядов. И посреди этого тумана, черная и огромная, нависала станция.

Она казалась спящим чудовищем, прикованным к астероиду.

Яно шагнул в пустоту. Магниты в ботинках с глухим, слышимым только через кость стуком прилипли к внешней обшивке корабля.

- За мной, - скомандовал он. - След в след.

Они двигались по корпусу «Странника» к стыковочному шлюзу станции. В космосе нет верха и низа, есть только точка опоры. Яно двигался уверенно, как механик, идущий по знакомому цеху. Ри спотыкалась, хватаясь за поручни, её движения были скованными.

Тишина давила. Вакуум был не просто отсутствием воздуха, он был присутствием Ничто. Казалось, он вытягивал тепло даже через термозащиту скафандра.

Они добрались до технического люка станции. Круглая панель, покрытая инеем и космической пылью. Панель доступа была мертва - ни огонька, ни индикатора.

Яно достал плазменный резак, висевший у него на поясе.

- Держись за скобу, - приказал он Ри. - Сейчас будет ярко.

Он активировал резак. Ослепительно-синее лезвие плазмы коснулось металла.

В атмосфере это сопровождалось бы ревом и снопом искр. Здесь, в вакууме, это происходило в жуткой тишине. Металл плавился, кипел и испарялся, разлетаясь светящимися каплями, которые застывали идеальными сферами. Вибрация от резки передавалась в руки Яно, зудя в локтях.

Он вырезал замок методично, разрез за разрезом, пока механизм аварийного открытия не подался.

Завершив это упражнение по прикладному вандализму, Яно убрал резак и ударил по люку ногой.

Тяжелый диск металла медленно, неохотно повернулся внутрь. Из открывшегося проема вырвалось облачко кристаллизовавшегося воздуха - последние остатки атмосферы шлюзовой камеры.

- Мы внутри, - сказал Яно. - Заходи.

Они ввалились в тесный шлюз станции. Яно вручную закрутил вентиль внутреннего запора, отделяя их от космоса.

Затем он нашел панель аварийного наддува. На ней еще оставался заряд конденсаторов.

Он потянул рычаг.

Сначала ничего не происходило. Потом, с нарастающим свистом, в камеру начал поступать воздух из резервных баллонов. Давление росло.

Индикатор на руке Яно сменил цвет с красного на зеленый.

- Можно открывать, - сказал он и с шипением отстегнул шлем.

Первый вдох воздуха станции заставил его закашляться.

Это был воздух склепа. Сухой, переработанный тысячу раз, холодный и застоявшийся. Он пах озоном, старой пластмассой и чем-то еще. Чем-то сладковатым и неприятным.

Запахом высохшей органики.

Ри сняла шлем. Её лицо было бледным, волосы прилипли к лбу.

- Чем это воняет? - спросила она, морща нос.

- Временем, - уклончиво ответил Яно, проверяя заряд бластера. Он не хотел говорить ей правду. Пока не хотел.

Он подошел к внутренней двери, ведущей в коридоры станции. Нажал кнопку. Дверь не шелохнулась. Обесточено.

Яно достал монтировку из крепления на скафандре, вогнал её в щель между створками и налег всем весом.

Луч наплечного фонаря Яно прорезал темноту, выхватывая из небытия фрагменты коридора: ребристые стены, пучки кабелей, свисающие с потолка как лианы, и пыль.

Пыль здесь была повсюду. Она лежала толстым серым ковром, нетронутая уже пять лет. В условиях пониженной гравитации каждый шаг поднимал в воздух медленные, ленивые облака, которые кружились в лучах света, словно микроскопические призраки.

- Держись ближе к стене, - тихо сказал Яно. Его голос в шлеме Ри, которая забыла отключить внешние динамики, прозвучал неожиданно громко и резко. - И смотри под ноги. Здесь могут быть неразорвавшиеся заряды или ловушки.

Они продвигались вглубь станции.

Это место не было похоже на военный объект, оставленный по приказу. Оно было похоже на место преступления, которое забыли убрать.

Яно вел лучом фонаря по полу. Вот опрокинутый стол дежурного офицера. Датапад с раздавленным экраном. Кружка с окаменевшим осадком кафа, приклеившаяся к полу.

А вот и стены.

Яно остановился, проводя рукой в перчатке по обшивке.

- Что это? - шепотом спросила Ри, подходя ближе. Ей было неуютно. Она жалась к нему, вздрагивая от каждого скрипа переборок, остывающих в вакууме.

- Сажа, - коротко объяснил Яно. - Следы попаданий бластерных винтовок.

Он посветил дальше. Черные подпалины шли ровной линией на высоте груди и головы.

- Это был не бой, - холодно заметил он. - В бою стреляют мимо, стреляют в укрытие, стреляют в пол. Здесь били прицельно. Это был расстрел.

Ри судорожно вздохнула.

- Кто?

- Свои, - Яно двинулся дальше. - "Зачистка хвостов". Персонал станции знал слишком много о маршрутах Теневого Флота. Когда Император погиб, кто-то решил, что дешевле списать персонал, чем платить им жалование и рисковать утечкой.

Они свернули за угол, к посту охраны перед лифтовой шахтой.

И там они нашли их.

В луче фонаря белая броня штурмовиков казалась желтой от времени и пыли. Три тела лежали вповалку, образуя гротескную скульптурную группу. Их броня была прожжена в нескольких местах. Черные дыры в нагрудниках, оплавленные шлемы.

Они не отстреливались. Их бластеры все еще были в кобурах.

Ри замерла. Она вдруг пошатнулась, хватаясь рукой за стену, чтобы не упасть. Её дыхание стало частым и рваным, с хрипом вырываясь из горла.

- Ри? - Яно обернулся.

Девчонка смотрела на мертвые тела, но её глаза были расфокусированы. Зрачки расширились, поглощая радужку.

- Они... они кричат, - прошептала она, и её голос дрожал. - Я слышу их. Они не понимали... они думали, это проверка... а потом стало горячо... так страшно...

Её колени подогнулись. Она начала оседать на пол, захлебываясь чужим ужасом, который застрял в стенах этого места, как радиация.

Сила. «Эхо». Яно читал об этом в джедайских текстах, но видеть это вживую было жутко. Для необученного форс-юзера место массового убийства было ментальной газовой камерой.

Он шагнул к ней, перешагнув через ногу мертвого штурмовика, и жестко схватил её за плечи, встряхивая.

- Ри! Смотри на меня! - рявкнул он.

Она не реагировала. Её губы беззвучно шевелились, повторяя чьи-то предсмертные мольбы.

Яно выругался и, не раздумывая, влепил ей пощечину. Звонкий шлепок кожи о кожу прозвучал в тишине коридора как выстрел.

Голова Ри мотнулась. В глазах появилось осмысленное выражение. Шок физический перебил шок ментальный.

- Больно! - выдохнула она, хватаясь за щеку.

- Хорошо, - кивнул Яно. - Боль - это значит, что ты жива. А они - нет.

Он развернул её лицом к телам, удерживая за плечо, не давая отвернуться.

- Посмотри на них. Это не призраки. Это кальций, полимеры и гнилая органика. Они мертвы уже пять лет. Они не могут тебе навредить, и они не могут просить о помощи. Они - мусор. Декорация.

- Но я слышала... - всхлипнула она.

- Ты слышала свое воображение, помноженное на страх, - жестко отрезал он. Это была ложь, но сейчас ей нужна была именно такая ложь. - Закрой свой разум. Представь, что у тебя в голове шлюзовая дверь. Задрай её. Закрути вентиль. Оставь их снаружи.

Ри зажмурилась, сжимая кулаки. Она сделала глубокий, дрожащий вдох. Потом еще один. Медленнее.

- Дверь... - прошептал она. - Я закрыла дверь.

Яно почувствовал, как напряжение в её теле спало.

- Молодец, - он отпустил её и наклонился к ближайшему трупу. Не из уважения, а с деловитостью мародера.

Тело принадлежало сержанту - на плече сохранился оранжевый наплечник. Яно перевернул мертвеца, чтобы добраться до поясных подсумков, и замер.

Нагрудная пластина брони была рассечена.

Это была не рваная, обугленная дыра от бластерного болта, какие он видел на стенах. Это был идеально ровный, хирургический разрез, идущий от левого плеча к правому бедру. Края пластоида сплавились в стекловидную массу, но не почернели от копоти. Плоть под броней была прижжена мгновенно, не пролив ни капли крови.

Яно знал этот след. Световой меч.

Холодок пробежал по его спине, куда более ледяной, чем вакуум вокруг. Здесь были не только штурмовики. Командовал расстрелом кто-то, кто носил меч. Инквизитор? Рука Императора? Падший джедай?

Он бросил быстрый взгляд на Ри. Девчонка стояла, прислонившись к стене и закрыв глаза, восстанавливая дыхание. Она не видела раны.

Яно быстро сместился, загораживая тело спиной. Ей не нужно это знать. Ей не нужно знать, что монстры из её сказок реальны и они были здесь. Ей достаточно бояться призраков, не хватало еще бояться тех, кто их создает.

Он нащупал на поясе мертвеца цилиндр доступа и с щелчком отстегнул его.

- Что ты делаешь? - с отвращением спросила Ри, открывая глаза.

- Ищу код-ключ от лифта, - буднично отозвался Яно, пряча дрожь в руках за уверенным движением. Он подбросил трофей на ладони. - Или ты предлагаешь лезть двадцать этажей по шахте?

Он выпрямился, оставляя страшную тайну лежать лицом вниз в пыли.

- Идем. Рубка наверху. И запомни, Ри: мертвые не кусаются. Кусаются только живые. А здесь, судя по всему, живых нет.

Он повернулся и зашагал к дверям лифта, стараясь не думать о том, что последняя фраза прозвучала слишком уж оптимистично. Если здесь был Инквизитор, он мог оставить после себя не только трупы, но и ловушки похуже мин.

Двери лифтовой шахты на этом уровне были закрыты, но индикаторы над ними были мертвы.

Яно остановился и снял с пояса шлем.

- Надеваем ведра, - скомандовал он.- Всё-таки придётся лезть в шахту

- Зачем? - удивилась Ри. - Тут же есть воздух.

- Тут - есть. А шахта пронизывает всю станцию сверху донизу. Одной дырки в обшивке на верхнем уровне достаточно, чтобы превратить шахту в вакуумную трубу. Если откроем двери без шлемов - наши легкие вылезут наружу.

Ри побледнела и поспешно защелкнула фиксаторы шлема.

Яно надел свой, проверил герметичность и жестом показал «ОК». Затем он вогнал монтировку в щель между створками и налег всем весом.

Двери со скрежетом, который передался только вибрацией через руки, разошлись.

Раздался короткий свистящий звук. Это означало одно: Яно был прав. В шахте был вакуум.

Луч фонаря выхватил черный, бесконечный колодец. Стены покрывал тонкий слой инея - влага из воздуха станции вымерзла здесь давным-давно. Направляющие рельсы уходили в темноту.

- Двадцать этажей, - голос Яно в динамике шлема звучал сухо и механически. - Гравитация - ноль-пять. Полезем по технической лестнице. Не отстегивайся от меня. И не смотри вниз. Там не на что смотреть.

Они начали подъём. Это была монотонная, тяжелая работа. Местами станция сохранилась пугающе хорошо. Единственным признаком разрушения были следы бластерных попаданий, которые встречались каждые пару метров - черные, оплавленные оспины на серой обшивке. Кто-то отступал вверх по этой лестнице, отстреливаясь от кого-то, кто лез снизу.

На уровне двенадцатого этажа путь преградил завал. Обрушилась сервисная платформа, перекрыв шахту искореженным дюрастилом и обломками какого-то дроида.

- Тупик, - голос Ри дрожал. Она начинала уставать. - Нам придется спускаться?

- Нет, - Яно осветил служебный люк в стене шахты, чуть в стороне от лестницы. - Мы срежем через технический уровень. Там идет магистраль охлаждения реактора. Она выведет нас прямо под рубку.

Он раскачался на тросе и приземлился на узкий карниз у люка. Панель доступа была раскурочена - кто-то выстрелил в неё в упор, сплавив замок и электронику в единый ком.

- Умно, - прокомментировал Яно. - Они заварили за собой двери.

- Значит, мы застряли? - Ри повисла рядом, вцепившись перчатками скафандра в скобы.

- Нет. Это имперский стандарт строительства, Ри. Класс «Джент». У таких люков всегда есть механический сброс. Проблема в том, что рычаг находится внутри механизма, под кожухом.

Яно достал мультитул и поддел крышку панели, с трудом отгибая оплавленный металл. Открылась узкая щель, шириной чуть больше ладони. Внутри была чернота.

- Моя рука в жесткой перчатке туда не пролезет, - сказал Яно, посветив внутрь. Там, в мешанине проводов и тяг, смутно виднелся рычаг. - А твоя - пролезет. Даже в этом скафандре ты в два раза меньше меня.

Ри отшатнулась, лязгнув карабином о стену.

- Ты хочешь, чтобы я сунула руку туда? В темноту? А если там... ну, крысо-дроид? Или оголенный провод?

- Там вакуум, Ри. И холод минус двести. Там нет крыс. И тока нет, панель расстреляна. Тебе нужно просто нащупать рычаг сброса и потянуть его вверх.

- Но эти перчатки! - она подняла руки. - Они мне велики на два размера! Я пальцев не чувствую, не то что рычагов. Я буду тыкать наугад!

- Значит, тыкай удачно, - отрезал Яно. - У нас нет выбора.

- Я... я не могу, - её дыхание участилось, запотевая стекло шлема. - Я чувствую... оттуда фонит. Там кто-то умер, да? За этой дверью?

Яно схватил её за плечо скафандра, притягивая к себе, чтобы она видела его лицо.

- Прекрати, - жестко сказал он. - Не смей слушать станцию. Это просто эхо. Радиопомехи в твоей голове.

Он развернул её лицом к люку.

- Сосредоточься на задаче. Забудь про то, что перчатки велики. Визуализируй схему. Рычаг. Тяга. Замок. Он находится слева, за пучком кабелей.

Ри зажмурилась, пытаясь выровнять дыхание.

- Рычаг... слева...

- Да. Давай. Руку внутрь.

Она осторожно, словно в пасть зверю, просунула руку в узкую щель. Грубая ткань скафандра цеплялась о рваные края металла.

Яно наблюдал за её лицом. Она была в ужасе. И она была права - в этих перчатках она не могла ничего чувствовать. Она шарила в пустоте кусками резины.

- Я ничего не чувствую... - прошептала она. - Пусто...

- Глубже.

Ри подалась вперед. Вдруг её лицо изменилось. Это было странное, отрешенное выражение человека, который перестал полагаться на осязание.

Её рука дернулась - не влево, как говорил Яно, а чуть правее и глубже, минуя очевидное препятствие. Она сделала хватательное движение, хотя физически не могла коснуться металла кожей.

- Есть, - выдохнула она в микрофон.

Щелчок. Глухой удар внутри стены. Люк дрогнул и открылся.

Ри быстро выдернула руку.

- Ты сказал слева, - прошептала она, глядя на Яно сквозь стекло. - Но он был не слева. Он был смещен. И я... я не чувствовала его рукой. Я просто знала, что надо сжать пальцы именно там.

Яно помог ей открыть люк полностью.

- Значит, тебе повезло, - сухо сказал он, игнорируя её взгляд. - Лезь внутрь.

Он знал правду. Она инстинктивно использовала Силу, чтобы компенсировать неуклюжесть скафандра.

- Не отставай, - бросил он в эфир. - И думай о рычагах, Ри. Только о рычагах.

Они выбрались из узкого технического шлюза в коридор командного уровня, с трудом протискиваясь в громоздких скафандрах через узкий люк.

Первое, что заметил Яно - звук.

Внизу, в шахте, царила мертвая тишина вакуума. Здесь же воздух вибрировал. Низкий гул реактора, шелест рециркуляторов в стенах, скрип остывающего металла - станция была жива, пусть и находилась в глубокой коме.

Яно взглянул на наручный индикатор атмосферы. Зеленая зона. Давление 0.9 от стандарта, состав пригоден для дыхания.

- Герметичность восстановлена, - проговорил он, и его голос в динамиках прозвучал глухо. - Видимо, здесь автоматика справилась с пробоинами. Тут даже сравнительно тепло.

Он первым делом потянулся к фиксаторам шлема.

- Снимай ведро, - скомандовал он Ри. - И внешний слой защиты тоже. В этих перчатках ты будешь возиться с терминалом до следующего оборота галактики.

Ри с видимым облегчением стянула шлем. Её волосы прилипли к лбу, лицо раскраснелось, от неё ощутимо пошёл пар. Она сделала глубокий вдох и тут же закашлялась, выдыхая белые облачка. Воздух здесь был сухим, холодным и пах перегретой электроникой и старой пылью.

- Я думала, я сварюсь заживо, - пробормотала она, выбираясь из жесткого внешнего панциря скафандра и оставаясь в легком полетном комбинезоне. - Почему они делают их такими неудобными?

- Потому что их проектировали для выживания, а не для комфорта, - буркнул Яно, складывая свой скафандр у стены рядом с люком. - Оставь здесь. Это наш обратный билет. Без них в шахту не сунешься.

Теперь он снова чувствовал себя в своей тарелке - в потертой куртке, с тяжестью бластера на бедре. Он размял шею, чувствуя, как хрустнули позвонки, и кивнул на приоткрытую гермодверь в конце коридора.

- Рубка там. Держись за мной.

Они вошли в командный центр.

Это был огромный зал, погруженный в полумрак. Единственным источником света было панорамное окно из транспаристила, тянувшееся вдоль всей дальней стены. Сквозь него на них смотрела туманность Калида - бурлящий, фиолетовый океан газа, пронизанный венами молний. Свет туманности заливал зал призрачным сиянием, отражаясь в черных экранах погасших мониторов.

Здесь царил идеальный, стерильный порядок. Кресла операторов стояли ровными рядами, консоли были чисты. Слой серой пыли покрывал всё, сглаживая углы, словно снег.

- Центральный узел там, - Яно указал на возвышение в центре зала, где стояло массивное кресло командира смены. - Действуй. Я прикрою вход.

Ри подошла к консоли, на ходу доставая из карманов инструменты. Теперь, без толстых перчаток, её пальцы двигались быстро и уверенно. Она смахнула иней с панели интерфейса и подключила свою деку.

- Питание на минимуме, - прокомментировала она, глядя на бегущие строки кода. - Работает только «черный ящик» и аварийный буфер. Я постараюсь не разбудить основные системы.

- Мне не нужны права администратора, - Яно встал у входа, прислонившись плечом к косяку. Он держал бластер в опущенной руке, сканируя взглядом темные углы зала. - Мне нужен журнал трафика за четвертый год после Явина. Сектор 7-G. Сигнатура «77-Аурек».

Потянулись минуты ожидания. Слышно было только тихое клацанье клавиш и дыхание Ри. Яно чувствовал, как напряжение ввинчивается в затылок. Станция была слишком тихой. Слишком целой. Он знал имперские протоколы: объекты такой важности не бросают просто так. Их либо взрывают, либо консервируют с сюрпризом.

- Нашла, - голос Ри эхом разнесся по гулкому залу. - Есть контакт.

Голопроектор над столом мигнул, стряхивая пыль, и ожил, разгоняя полумрак голубым свечением.

- Транспорт 77-Аурек прошел зону ретранслятора пять лет назад, - Ри выводила данные на объемную карту. - Смотри на вектор.

В воздухе повисла трехмерная схема сектора. Тонкая красная линия траектории корабля шла ровно, а потом резко ломалась, уходя вниз, вглубь газовых облаков.

- Он не дрейфует, - нахмурился Яно, подходя ближе. - Угол слишком крутой. Он падал.

- Его сбили, - подтвердила Ри, указывая на бегущие сбоку колонки телеметрии. - Отказ гипердрайва. Разгерметизация грузовых отсеков три и четыре. Множественные попадания в кормовую часть.

- Кто стрелял? Повстанцы?

- Нет данных о противнике в системе «свой-чужой». - Ри подняла на него глаза. - Сенсоры станции зарегистрировали, что огонь велся с кораблей сопровождения. Эскорт расстрелял транспорт.

Яно кивнул. Это подтверждало худшие опасения. Зачистка.

- Где он упал?

Ри увеличила масштаб карты. Красная линия упиралась в небольшое небесное тело, скрытое в плотных слоях туманности, словно жемчужина в раковине.

- Луна «Тетис-4», - прочитала она. - Атмосфера плотная, пригодная для дыхания. Гравитация ноль-восемь.

Яно вгляделся в топографию места падения. Сканеры станции, даже работая в пассивном режиме, давали отличную картинку поверхности.

- Это не просто скала, - пробормотал он, проводя пальцем по проекции. - Посмотри на геометрию хребтов. Прямые углы. Концентрические круги. Природа так не строит.

- Руины? - глаза Ри загорелись любопытством.

- Угу, возможно древние храмовые комплексы. Транспорт пытался спрятаться в горах, чтобы уйти от погони. Он упал прямо в центр раскопок.

Яно выпрямился. Картинка сложилась. Корабль-призрак лежал не в пустоте космоса, а среди руин мертвой цивилизации. Это меняло всё. Им предстояла не прогулка в невесомости, а полноценная экспедиция на поверхность.

- Копируй координаты, - скомандовал он. - Мы летим на Тетис.

- Сейчас, тут еще один файл... - Ри задержала руку над клавиатурой. - Прикреплен к отчету об инциденте. Зашифрован по протоколу «Красный Код».

Инстинкт Яно взвыл сиреной.

- Ри, нет! - резко бросил он. - Не трогай!

Но было поздно. Ри уже нажала ввод. Замок файла был старым, и её дешифратор расколол его мгновенно.

Слишком мгновенно.

На главном экране, перекрывая карту, вспыхнуло сообщение. Не текст. Команда.

ПРОТОКОЛ: ПРОБУЖДЕНИЕ. УГРОЗА: ВТОРЖЕНИЕ В АРХИВ. САНКЦИЯ: АКТИВАЦИЯ ГАРНИЗОНА.

Свет в рубке моргнул. Аварийный желтый сменился пульсирующим, кроваво-красным. Где-то в стенах глухо лязгнули магнитные замки.

- Что ты наделала? - голос Яно был тихим, лишенным эмоций, но от этого еще более страшным.

- Я... я думала, там манифест груза! - Ри в ужасе отшатнулась от консоли, глядя на бегущие отчеты о подаче питания на нижние уровни.

- Ты открыла «сундук мертвеца», - Яно схватил её за плечо, оттаскивая от стола. - Это была ловушка. Начальник станции оставил подарок для тех, кто придет за архивом.

Где-то внизу, в недрах станции, послышался звук, от которого волосы вставали дыбом. Тяжелый, ритмичный лязг металла о металл. Топот множества ног, передающийся вибрацией по палубе.

- Дроиды, - констатировал Яно, вскидывая бластер. - Серия KX. Они не едят, не спят и, к нашему сожалению, годами сохраняют работоспособность .

Он метнулся к выходу, туда, где лежали их скафандры. Но время вышло.

Тяжелые, механические шаги зазвучали совсем рядом. Прямо за поворотом коридора.

Яно замер. Он понял, что они не успеют. Если они сейчас продолжат возиться с одеждой, дроид войдет и расстреляет их как мишени в тире.

- Брось! - крикнул он, отшвыривая свой шлем и пинком отбрасывая скафандр Ри в сторону, под защиту консоли. - Назад! В укрытие!

- Но мы не сможем уйти без скафандров! - взвизгнула Ри.

- Мы не сможем уйти, если будем мертвы!

Он толкнул её за массивный пульт управления как раз в тот момент, когда в дверном проеме возник гигантский силуэт.

Высокий, неестественно тонкий, с непропорционально длинными руками-манипуляторами. Его черная матовая броня поглощала красный свет аварийных ламп, а фоторецепторы горели белым, холодным огнем.

Имперский дроид-страж заблокировал единственный выход. Теперь они были заперты в тупике - без брони, без путей отхода и без возможности сбежать в вакуум шахты.

- Нарушение периметра, - проскрежетал механический голос, усиленный динамиками шлема. - Санкция: устранение.

Дроид шагнул через порог. В тесном пространстве рубки он казался еще огромнее - ходячая гора из матового черного пластоида и гидравлики.

- Назад, Ри! - крикнул Яно, толкая девчонку глубже за консоль управления.

Сам он остался на виду. Укрытия не помогут. Если дроид откроет огонь из встроенных в манипуляторы роторных бластеров, он превратит рубку в решето за секунды. Единственный шанс - сократить дистанцию.

Яно вскинул свой тяжелый бластер и нажал на спуск.

Два выстрела. Две вспышки красной плазмы ударили дроида в грудь, в самый центр бронепластины.

С тем же успехом можно было пытаться плевком подбить танк. Энергия растеклась по черному металлу, оставив лишь дымящиеся пятна окалины. Дроид даже не замедлил шаг. Серия KX разрабатывалась для подавления тюремных бунтов и абордажных боев; они были созданы, чтобы идти сквозь огонь легкого стрелкового оружия.

- Угроза 1-го уровня, - констатировал механический голос.

Дроид сделал рывок. Для такой махины он двигался пугающе быстро и плавно.

Яно попытался сместиться влево, уходя с линии атаки, но дроид не стал стрелять. Он просто махнул рукой наотмашь - длинным, небрежным движением, словно смахивал пыль.

Тяжелый металлический кулак врезался в бластер Яно.

Раздался хруст ломающегося полимера. Оружие вырвало из рук, осколки веером разлетелись по полу. Яно отбросило назад, он ударился спиной о край стола, воздух вылетел из легких.

В глазах потемнело. Боль прострелила плечо.

- Цель обезоружена, - проскрежетал дроид, нависая над ним. - Приступаю к физической нейтрализации.

Он занес руку для удара сверху вниз. Это был не боевой прием, а казнь. Удар молота, способный вбить череп человека в плечи.

У Яно не было оружия. Не было времени достать вибро-нож из сапога. И бежать было некуда - позади тупик.

В этот момент страх исчез.

Словно кто-то щелкнул выключателем внутри его головы. Мир потерял краски, став черно-белым чертежом векторов и скоростей. Осталась только холодная, кристальная ясность. Он слышал натужное гудение сервоприводов в плече дроида. Видел микро-паузу перед ударом. Чувствовал вибрацию палубы.

Яно выдохнул.

Он не стал закрываться руками - это было бы равносильно попытке остановить падающую плиту.

Вместо этого он шагнул вперед. Навстречу смерти. В «мертвую зону», внутрь замаха.

Вак-Сола. Пустой Круг.

Его левая рука взметнулась вверх, встречая предплечье дроида в начальной фазе удара, пока инерция еще не стала сокрушительной. Он не ставил блок. Его ладонь мягко коснулась металла, скользнула вдоль него, чуть меняя траекторию.

Принцип «текущей воды». Не останавливай поток, перенаправь его.

Кулак дроида со свистом прошел в сантиметре от уха Яно и с грохотом врезался в пульт управления за его спиной, высекая фонтан искр и застревая в искорёженном металле на долю секунды.

Этого было достаточно.

Дроид открылся. Его центральная ось, незащищенная броней шея и сочленения оказались прямо перед лицом Яно.

Яно сжал правую руку. Не в кулак, а сложив пальцы особым образом - выставив вперед костяшку среднего пальца, превращая кисть в копье.

Удар был коротким. Скупым. Расстояние - меньше десяти сантиметров. Без замаха. «Удар в один дюйм».

В момент контакта Яно сделал то, чего избегал годами. Он открыл тот самый ржавый, заросший тиной канал внутри себя. Он потянулся к Силе. Не чтобы поднять камень или обмануть разум. Он использовал её как гидравлический пресс. В момент касания он высвободил микро-импульс. Точечный взрыв кинетической энергии, направленный вглубь. Туда, где пряталась хрупкая электроника.

Звук был сухим и коротким, как выстрел снайперской винтовки. Но это был не звук удара о броню. Это был звук чего-то, ломающегося внутри.

Голова дроида дернулась назад. Из шейного шарнира вырвалась ослепительная голубая дуга электричества.

Гигантская машина замерла. Её фоторецепторы мигнули раз, другой - и погасли, превратившись в черные дыры.

Дроид качнулся. Его колени подогнулись, гидравлика с шипением стравила давление, и полтонны мертвого металла с грохотом рухнули на пол, едва не придавив ноги Яно.

В рубке повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь далеким воем сирены и треском проводки.

Яно стоял над поверженным гигантом, прижимая правую руку к груди. Запястье горело огнем, словно его опустили в кипяток - связки не выдержали перегрузки. Во рту стоял отчетливый металлический привкус крови. Использование Силы таким «грязным», взрывным образом всегда стоило дорого.

Из-за консоли медленно, бочком, выбралась Ри.

Она смотрела на груду металлолома, из которой все еще курился дымок. Потом перевела взгляд на Яно. Её глаза были огромными, в них плескалась смесь ужаса и благоговения.

- Ты... - прошептала она. - Ты его выключил. Рукой.

Она видела бластерные выстрелы, которые отскакивали от этой брони как горох. И она видела, как этот хромой «старый дед» одним коротким, почти невидимым тычком уронил боевую машину класса "убийца".

- Ты джедай? - вырвалось у нее.

Яно поморщился, встряхивая ушибленной кистью. Он наклонился и подобрал с пола свой скафандр, стараясь не застонать от боли в спине.

- Не говори глупостей, - рявкнул он. Голос звучал хрипло, но твердо. - Это имперская сборка, Ри. У серии KX есть критический дефект изоляции основного процессора прямо под шейным щитком. Я просто ударил достаточно точно, чтобы замкнуть контакт. Ударная механика и знание сопромата. Любой инженер знает.

Ложь была грубой, шитой белыми нитками. Нельзя сломать военного дроида ударом ладони, просто зная о дефекте. Кости сломаются раньше, чем дюрастил.

Но он знал, что она примет эту ложь. Потому что альтернатива - поверить в то, что её спутник владеет магией, за которую убивают, - была слишком страшной.

Он швырнул ей её комплект скафандра.

- Одевайся. Живо!

- Но ты... - начала она.

- Одевайся! - заорал он, срываясь на командный тон. - Если здесь один такой красавец, значит, скоро тут будет еще двое. У нас есть, максимум, три минуты, пока они не перекроют коридор.

Они начали судорожно натягивать скафандры прямо поверх одежды, путаясь в ремнях и фиксаторах. Руки Яно дрожали - откат после использования Силы накрывал его волной слабости.

Где-то в коридоре снова послышался тяжелый металлический топот. Гарнизон просыпался окончательно.

- Шлемы! - скомандовал Яно, защёлкивая воротник. - Бежим к шлюзу. И не оглядывайся. Если споткнешься - я тебя не потащу.

Это была очередная ложь. Он бы потащил. Но ей этого знать не следовало.

Обратный путь превратился в кошмарную гонку наперегонки с собственной немощью.

Они бежали по коридору к техническому лазу. Яно слышал свое дыхание в шлеме - хриплое, рваное. Правая рука висела плетью. Кисть распухала прямо на глазах, пульсируя тупой, горячей болью, которая при каждом шаге отдавала в плечо и шею. Пальцы не слушались. Он попытался сжать кулак и тут же чуть не взвыл, прикусив губу до крови.

«Перелом? Трещина? - мелькнула мысль. - Или просто порвал связки к чертовой матери. Старый дурак. Тебе не двадцать лет, чтобы ломать дроидов голыми руками».

Сзади, из рубки, донесся грохот выстрелов. Остальные дроиды добрались до места. Они стреляли вдогонку, но гермодверь, которую Яно успел заблокировать ударом левой руки по панели, пока держала.

- В шахту! - скомандовал он Ри.

Они нырнули в узкий люк.

В шахте снова царила невесомость и вакуум. Звуки погони исчезли, сменившись мертвой тишиной, нарушаемой только статическим треском в эфире.

Спуск оказался сложнее подъема.

Яно привык полагаться на обе руки. Теперь он был калекой. Он неловко зацепил карабин левой рукой, но правая соскользнула с перекладины лестницы.

Он сорвался.

Трос натянулся, дернув его. Яно ударился плечом о стену шахты. Боль в руке вспыхнула сверхновой.

- Яно! - испуганный голос Ри в наушнике.

- Я в порядке! - прохрипел он, глотая злые слезы. - Двигайся! Вниз!

Он спускался, используя только левую руку и ноги, неуклюже перехватывая трос. Он чувствовал себя жуком, которому оторвали лапу. Профессиональная гордость страдала сильнее, чем тело. Он должен был выглядеть крутым наставником, а выглядел как подбитый дроид.

Они добрались до шлюза. Яно попытался ввести код открытия на внешней панели, но пальцы правой руки были как сардельки. Он выругался и ударил по кнопке костяшкой левой руки.

Люк открылся.

Они ввалились в переходной тамбур, затем - в шлюз «Странника».

Как только давление выровнялось, Яно сорвал шлем. Его лицо было серым, покрытым испариной. Он прижал правую руку к груди, баюкая её как ребенка.

- Задраивай люк! - бросил он Ри, не в силах возиться с вентилем. - И беги в рубку. Готовь предстартовую!

Ри, все еще бледная после увиденного наверху, кинулась выполнять приказ. Она закрутила штурвал шлюза и побежала по коридору.

Яно поплелся следом, опираясь здоровой рукой о стену. Каждый шаг отдавался в правой руке молотом.

Он упал в пилотское кресло. Левая рука легла на штурвал. Правая бесполезно лежала на колене.

- Двигатели на старт, - скомандовал он. - Отстыковка.

Зажимы с лязгом отпустили станцию. Маневровые движки «Странника» пшикнули газом, отталкивая корабль от черного бока астероида.

Яно развернул корабль носом в открытый космос, подальше от камней. Пилотировать одной рукой было мучением - «Странник» рыскал, требуя тонкой коррекции, которую Яно обычно делал правой рукой на вспомогательном пульте.

- Мы ушли? - спросила Ри, глядя на задний обзор.

Яно посмотрел на тактический экран. Красные точки - дроиды - остались внутри станции. В космос они не вышли.

- Ушли, - выдохнул он.

И в этот момент консоль связи тревожно запищала.

- Что это? - Ри дернулась. - Нас сканируют?

Яно перевел взгляд на сканер эфира.

На частоте ИСБ, которую он мониторил по старой привычке, шел мощный, узконаправленный сигнал. Он исходил не от их корабля. Он исходил от станции.

Красный огонек на вершине антенной мачты «Калиды-9», который до этого едва тлел, теперь пульсировал яростно и ярко, пробивая помехи туманности.

- Маяк, - мертвым голосом сказал Яно.

- Но ты сказал... - начала Ри.

- Я сказал, что мы получили координаты. Я не сказал, что это было бесплатно.

- Мы только что позвонили в дверь. И тот, кто сидит на другом конце провода, очень ждал этого звонка.

Он сжал зубы, борясь с пульсирующей болью в руке, и толкнул рычаг гипердрайва левой рукой.

- Прыгаем. Сейчас же. Пока они не вычислили вектор нашего отхода.

Звезды растянулись в линии. Туманность, астероиды и мертвая станция исчезли, сменившись синим маревом гиперпространства.

Яно откинулся в кресле, прижимая поврежденную руку к груди. Боль была отрезвляющей.

Ситуация изменилась. До этого момента они были просто беглецами, которых искали за взлом. Теперь они стали целью номер один.

Тот, кто охотился за цилиндром, теперь знал главное: кто-то нашел карту. Они не будут искать «Странника» в пустоте. Они отправят перехватчики туда, куда ведет эта карта. К луне Тетис.

- Гонка началась, - прошептал Яно, глядя в гипнотический вихрь за стеклом. - И у нас есть фора ровно в один прыжок.

Если они замешкаются хоть на час, на орбите луны их будет ждать Звездный Разрушитель.

Глава 4. Чужие голоса

Гиперпространство за иллюминатором сияло ровным, равнодушным голубым светом, сворачивая реальность в бесконечный туннель. Внутри «Странника» было тихо, если не считать ритмичного гула генератора и скрежета зубов Яно.

Он сидел на койке в тесном медотсеке, пытаясь левой рукой вскрыть упаковку с одноразовым инжектором.

Правая рука лежала на металлическом столике. Кисть распухла, превратившись в бесформенную синюшную подушку. Кожа натянулась и горела, словно под ней тек расплавленный свинец. Пальцы не сгибались.

- Черт бы побрал эту имперскую сталь, - прошипел Яно, наконец разрывая зубами пластик упаковки.

Он прижал инжектор к плечу. Пневматический пшик - и волна холода прокатилась по руке, на время притупляя пульсирующую боль.

- Тебе помочь? - раздался тихий голос от двери.

Яно поднял голову. Ри стояла в проходе, не решаясь войти. Она сняла громоздкий комбинезон, в котором лазила по станции, оставшись в своей уличной одежде - грязной футболке и штанах с множеством карманов. Она выглядела маленькой и потерянной, но в её глазах, устремленных на его руку, читалось не сочувствие, а настороженное любопытство.

- Я справлюсь, - буркнул Яно, беря баллон с быстротвердеющей пеной для фиксации. - Это просто растяжение. Связки не выдержали удара.

- Удар был сильным, - сказала Ри, делая шаг внутрь. - Ты пробил броню дроида ладонью. Я видела.

- Я ударил в стык пластин, - привычно солгал Яно, нанося пену на запястье. Пена зашипела, расширяясь и застывая в жесткий корсет. - Элементарная физика. Рычаг, точка приложения силы...

- Ты знал, куда он ударит, - перебила она. - До того, как он замахнулся.

Яно замер. Пена в баллоне шипела, заполняя пространство вокруг распухшего запястья, но он не нажимал на клапан. Оправдание про «чтение инструкций» застряло в горле. Девчонка была напугана, но она не была дурой. Она видела невозможное и требовала объяснений.

Он вздохнул и отложил баллон.

- Когда я служил в Таможне на станции «Квадрат Джубилар», моим напарником был старик по имени Кэлло. Миралука.

Ри нахмурилась, вспоминая.

- Это те, которые без глаз?

- Да. Слепые от рождения. Кэлло работал «нюхачом» - искал контрабанду там, где сканеры пасовали. Но еще он учил меня выживать.

Яно посмотрел на свою искалеченную руку.

- Таможенный досмотр - это всегда теснота. Трюмы, шлюзы, коридоры. Там нет места для размаха, нет дистанции для перестрелки. Если дело доходит до драки, это всегда происходит будто в телефонной будке. Кэлло вбил в меня одну истину: глаза лгут. В тесноте глаза слишком медленные.

Он поднял левую руку и сделал короткое, плавное движение в воздухе, имитируя блок.

- Он учил меня слушать. Не ушами. Кожей. Любое движение начинается с намерения. Мышца напрягается, сервопривод гудит, вес тела смещается. Это создает вибрацию. Если ты стоишь достаточно близко и касаешься противника... ты знаешь, что он сделает, раньше, чем он сам это поймет.

- Но броня... - Ри кивнула на его руку. - Ты пробил пластоид. Это же металл.

- Я не пробивал броню, Ри. Это ошибка новичка - бить по поверхности. Я бил сквозь неё.

Яно постучал пальцем по металлическому столу. Звук получился глухим.

- Стиль, которому учил Кэлло, называется «Вак-Сола». Пустой круг. Суть не в силе удара, а в импульсе. Ты прикладываешь руку вплотную и даешь резкий, короткий выброс кинетической энергии. Как гидроудар в трубе. Броня остается целой, но вибрация проходит внутрь и разносит в крошево то, что под ней. Электронику, кости, органы.

Он наконец нажал на клапан, заканчивая формировать шину. Пена затвердела, фиксируя кисть в неподвижности.

- Я просто создал резонанс в корпусе дроида. Его процессоры не выдержали вибрации. Чистая физика.

Ри смотрела на него с сомнением, но в её глазах появилось понимание. Физика - это было то, что она могла принять. Это было лучше, чем магия.

- Миралука... - пробормотала она. - Говорят, они видят через Силу.

- Кэлло говорил, что видит через опыт и дешевый кореллианский виски, - криво усмехнулся Яно. - Но он был единственным, кто заметил, что я тоже могу слышать. Он сказал мне однажды: «Ты слишком много думаешь для того, кто чувствует, и слишком много чувствуешь для того, кто думает. Ты застрял посередине, парень. Идеальное место, чтобы спрятаться». Он научил меня не использовать Силу, а эксплуатировать её законы. Вак-Сола - это не магия. Это знание того, где в броне находится микротрещина, еще до того, как ты ударил.

Яно закончил с рукой и устало откинулся на переборку. Обезболивающее начало действовать, и мир стал немного более переносимым.

- Я ничего не слышала, - тихо сказала Ри.

- Потому что ты слушала свой собственный крик внутри головы, - ответил Яно уже мягче. - Страх - это статика. Он глушит сигналы. Пока ты боишься, ты слепа и глуха.

Он посмотрел на неё тяжелым взглядом.

- И именно поэтому ты опасна. Для нас обоих.

Он посмотрел на девчонку. Ри стояла, обхватив себя руками за плечи. Её трясло. Не от холода. Яно чувствовал это даже сквозь пелену боли и усталости. Воздух вокруг неё казался наэлектризованным, "шершавым". Её страх и пережитый шок фонили в Силе как неисправный передатчик, забивая эфир помехами.

Если они нарвутся на кого-то одаренного, эта девчонка будет светиться на радарах ярче, чем сверхновая.

- Сядь, - сказал он, кивнув на стул напротив.

Ри колебалась.

- Сядь, - повторил он мягче. - Ты дрожишь так, что у меня в глазах рябит.

Она села, поджав ноги.

- Мне страшно, - призналась она тихо. - Я всё время думаю... а если бы ты не успел? А если там, на Тетисе, их будет больше? Я... я чувствую, что сейчас снова что-нибудь взорву. У меня внутри всё звенит.

Яно вздохнул. Ему меньше всего хотелось играть в учителя Йоду, но выбора не было. «Обезьяна с гранатой» на борту - это угроза миссии.

- Это не звон, Ри. Это статика. Твой разум - как перегруженный конденсатор. Ты втягиваешь в себя напряжение, но не даешь ему выхода.

- И что мне делать? - она подняла на него глаза, полные надежды. - Ты научишь меня... ну, двигать предметы?

- Я научу тебя не двигать предметы, - отрезал Яно. - Телекинез - это трюк для простаков. Фокус для цирка. Тебе нужно научиться другому. Тебе нужно научиться быть тихой.

Он наклонился вперед, глядя ей в глаза.

- Закрой глаза.

Ри послушалась.

- Что ты слышишь?

- Гул, - сказала она. - Вентиляция. Твое дыхание. Мое сердце... оно стучит очень громко.

- Игнорируй сердце. Сердце - это паника. Слушай глубже. Чувствуешь вибрацию пола?

- Да.

- Это гипердрайв. Реактор корабля. Он выдает колоссальную энергию, чтобы пробивать пространство. Но он не взрывается. Знаешь почему?

Ри покачала головой.

- Потому что у него есть заземление. Контур охлаждения. Он берет энергию и пускает её в дело, а излишки сбрасывает в радиаторы.

Голос Яно стал ровным, лишённым эмоций. Спокойный, монотонный ритм метронома.

- Представь, что твой страх - это электричество. Сейчас оно бегает у тебя по нервам, ищет выход. Не пытайся его остановить. Не строй плотины. Просто... заземли его.

- Как?

- Найди ритм корабля. Ту самую вибрацию в полу. Синхронизируйся с ней. Представь, что ты не девочка, которая боится. Представь, что ты - часть обшивки. Кусок дюрастила. Железо не боится. Железо просто вибрирует в такт двигателю. Отдай свой страх кораблю. Пусть он его несет.

Ри нахмурилась, её веки дрогнули.

- Я... я пробую.

- Не пробуй. Делай. Выдохни и стань железом.

Прошла минута. Яно наблюдал за ней. Он чувствовал, как «шум» вокруг неё начинает стихать. Хаотичные всплески в Силе, которые раздражали его восприятие, сглаживались, входя в резонанс с монотонным гудением гиперпривода.

Её плечи опустились. Дыхание стало ровным.

- Получается, - прошептала она, не открывая глаз. - Тихо. Как будто... я спряталась в шкафу.

- Хорошо, - кивнул Яно. - Это называется «Ментальный Щит». Или, как я это называю, «Фаервол». Пока ты держишь это состояние, ты не светишься. И ты не взорвешь мне пульт управления, если испугаешься.

Ри открыла глаза. В них было удивление.

- Откуда ты это знаешь? Таможенников этому не учат.

Яно встал, морщась от боли в руке. Момент откровенности закончился. Пора было возвращать маску циника.

- Таможенников учат работать с опасными грузами, Ри. А ты сейчас - самый опасный груз на этом корабле.

Он кивнул на выход.

- Иди в рубку. Займись делом. Прошерсти скачанные данные. Ищи имена, даты, приказы. Мне нужно знать, кто командовал той станцией и кто именно отдал приказ сбить транспорт. А я пока попробую поспать хоть час, прежде чем мы вернемся в ад.

Ри встала. Она выглядела спокойнее. Собраннее.

- Спасибо, - сказала она.

- Не за что, - буркнул Яно, отворачиваясь. - Это просто техника безопасности. Иди.

Когда дверь за ней закрылась, Яно тяжело опустился обратно на койку. Он посмотрел на свою загипсованную руку.

Учить её было опасно. Но еще опаснее было оставить её неучем. «Ты ходишь по краю, Вектис, - подумал он. - Ты учишь ребенка джедайским техникам, летишь к ситховой матери в туманность и надеешься, что твоя ложь продержится дольше, чем твоя удача».

Он закрыл глаза, пытаясь последовать собственному совету и стать железом, но перед внутренним взором все еще горел дом, набитый альдераанскими диковинками.

В рубке «Странника» царил полумрак, разбавляемый лишь гипнотическим голубым сиянием гипертуннеля за обзорным стеклом и мерцанием голографических дисплеев.

Яно дремал в пилотском кресле. Точнее, пытался дремать. Его правая рука, закованная в жесткую пенную шину, лежала на животе. Даже во сне его лицо дергалось от боли - действие анальгетика начинало ослабевать, но он был слишком упрям или слишком экономен, чтобы вколоть вторую дозу так скоро.

Ри сидела за навигационным столом, поджав ноги под себя. Перед ней в воздухе висело облако данных - хаотичное нагромождение файлов, скачанных с мертвой станции.

Она работала.

Урок Яно действовал. Ри сидела неподвижно, её руки не дрожали. Она больше не била по клавишам со злостью, а скользила сквозь потоки данных, сортируя мусор с эффективностью дроида.

Отчеты о трафике. Графики дежурств дроидов. Заявки на ремонт гидравлики.

Скучная, мертвая бюрократия Империи.

Ри искала зацепки по «Транспорту 77», но её взгляд зацепился за другое. Системный лог самой станции. Журнал доступа.

ВРЕМЯ: СЕГОДНЯ, 14:00. СОБЫТИЕ: АВТОРИЗАЦИЯ В ИНЖЕНЕРНОМ ОТСЕКЕ. МЕТОД: РУЧНОЙ ВВОД КОДА. СТАТУС: ДОСТУП РАЗРЕШЕН.

Ри нахмурилась. Это был тот момент, когда Яно открыл заблокированную дверь в шахте. Он сказал, что просто замкнул контакты. Но лог утверждал другое. Система не была взломана. Система узнала код.

- Странно, - прошептала она.

Она выделила строку кода авторизации. Это была последовательность цифр, привязанная к личному идентификатору.

Любопытство - профессиональная болезнь хакеров - взяло верх. Ри скопировала идентификатор и запустила поиск по базе данных персонала, которую она скачала вместе с остальным архивом. Это был стандартный пакет справочников ИСБ: имена, звания, переводы.

Поиск занял три секунды.

На экране всплыло личное дело. Фотография была старой, десятилетней давности. На ней был мужчина в сером мундире с высоким воротником. Он был гладко выбрит, моложе, без седины на висках и без шрама на подбородке, но глаза... глаза были те же. Холодные, оценивающие глаза человека, который знает цену всему, что видит.

ИМЯ: ЯНО ВЕКТИС. ЗВАНИЕ: СТАРШИЙ ИНСПЕКТОР ИМПЕРСКОГО КОРПУСА ЛОГИСТИКИ И ОСВОЕНИЯ. ТЕКУЩИЙ СТАТУС: АКТИВЕН (УРОВЕНЬ ДОПУСКА: ВЕРМИЛЛИОН).

Ри моргнула. Она знала, что он служил на таможне. Он сам сказал. Это не было секретом. Но «Уровень Вермильон» - это не просто таможенник, который проверяет ящики с фруктами. Это допуск к военным секретам.

Её взгляд скользнул ниже, к графе «Происхождение».

МЕСТО РОЖДЕНИЯ: АЛДЕРААН. СОЦИАЛЬНЫЙ СТАТУС: АРИСТОКРАТИЯ (ДОМ ВЕКТИС). ПРИМЕЧАНИЕ: СЕМЬЯ ЛИКВИДИРОВАНА В ХОДЕ ОПЕРАЦИИ ПО УСМИРЕНИЮ СЕКТОРА (0 ПБЯ). СТАТУС ЛОЯЛЬНОСТИ: ПОДТВЕРЖДЕН. СУБЪЕКТ ПРОДОЛЖИЛ СЛУЖБУ ПОСЛЕ ИНЦИДЕНТА.

Ри почувствовала, как холод, который не имел отношения к гиперпространству, сковал её внутренности.

Она перечитала последнюю строчку. Еще раз.

«Субъект продолжил службу после инцидента».

Инцидент. Так Империя называла уничтожение целой планеты. Геноцид миллиардов.

Ри медленно повернула голову. Она смотрела на спящего в кресле человека. Он не просто служил им. Он был одним из них. Его дом сожгли. Его семью убили. А он... он просто поправил мундир и продолжил подписывать накладные.

Образ мудрого, хоть и ворчливого наставника, который только что учил её справляться со страхом, рассыпался в прах. На его месте возникло что-то другое. Что-то скользкое, бесхребетное и бесконечно циничное.

- Ты не просто вор, - прошептала Ри одними губами. - Ты предатель.

В этот момент Яно шевельнулся в кресле и открыл глаза. Он сразу почувствовал перемену в атмосфере. «Тишина», которой он учил её час назад, исчезла. Эфир снова наполнился статическим электричеством гнева.

Он медленно выпрямился, морщась от боли в руке, и встретился с ней взглядом.

Ри не отводила глаз. Она указывала пальцем на голограмму его старого досье, висящую в воздухе между ними.

- Мы должны поговорить, - сказала она. Голос её дрожал, но не от страха, а от ярости. - Инспектор.

Яно медленно поднялся с кресла. Каждое движение снова отдавалось в травмированной руке тупой, ноющей болью, которая время от времени простреливала до самого плеча, но он заставил себя выпрямиться. Он не собирался вести этот разговор, сидя перед ней, как на скамье подсудимых.

- Выключи это, - тихо сказал он, кивнув на голограмму своего досье, висящую в воздухе.

- Нет, - Ри не отступила. Она стояла у навигационного стола, бледная, с пылающими от гнева глазами. Её пальцы сжались в кулаки так сильно, что побелели костяшки. - Я хочу, чтобы ты посмотрел.

Она ткнула пальцем в строчку, светящуюся ядовито-синим цветом.

- «Статус лояльности: Подтвержден».

Она выплюнула последнее слово, словно оно было куском гнилого мяса.

- Ты был там, - её голос дрожал, срываясь на высокие ноты. - Ты служил им. Четыре года после того, как они превратили твой дом в астероидное поле. Ты носил их форму. Ты получал их кредиты. Ты... ты жал им руки?

Яно молчал. Он смотрел сквозь голограмму, сквозь искаженное яростью лицо Ри, в черноту за иллюминатором. Он знал, что этот разговор когда-нибудь состоится. С кем-то. Он просто надеялся, что к тому моменту будет достаточно пьян, чтобы ему было все равно.

- Отвечай мне! - Ри ударила ладонью по столу. Звук вышел глухим и жалким. - Ты знал, что они сделали? Или ты просто закрыл глаза, как учил меня закрывать разум? «Стань железом», да? Железу не больно, когда убивают миллиарды?!

- Я знал, - голос Яно был сухим, как пепел. В нем не было оправдания, только констатация факта. - Я был на дежурстве в секторе Брентаал, когда пришел отчет по внутренней связи флота. «Сейсмическая аномалия в системе Алдераан. Полное разрушение коры». Они даже не назвали это казнью в официальных сводках. Они назвали это «инцидентом».

- И ты остался, - это был не вопрос. Это был приговор. Ри смотрела на него с такой смесью отвращения и разочарования, словно нашла червя внутри красивого фрукта. - Почему? Ты трус? Или тебе просто хорошо платили за то, что ты забыл, кто ты такой?

Яно шагнул к ней.

Ри дернулась назад, словно ожидая удара, но он просто протянул здоровую левую руку и нажал клавишу сброса на терминале. Призрак молодого офицера в мундире растворился в воздухе, оставив их в полумраке рубки.

- Сядь, Ри.

- Я не сяду с тобой за один стол, имперец.

- Сядь! - рявкнул он.

В его голосе прорезались командные, стальные нотки - то самое эхо прошлой жизни, когда по одному его слову замирали погрузочные доки.

Ри плюхнулась в кресло, скорее от неожиданности, чем от послушания. Она вжалась в обивку, глядя на него исподлобья, как загнанный зверек.

Яно прошел к бару, встроенному в стену рубки. Достал бутылку воды - на виски сейчас не было времени, ему нужна была ясная голова - и сделал долгий глоток.

- Ты смотришь на мир глазами ребенка, выросшего на сказках про Восстание, - начал он, закручивая крышку. - Черное и белое. Джедаи и ситхи. Герои и злодеи.

Он повернулся к ней, опираясь бедром о переборку и баюкая поврежденную руку.

- Ты думаешь это просто? Ты думаешь, у меня был выбор: уйти в закат или остаться злодеем? Жизнь сложнее, девочка. И намного грязнее.

- Ты спрашиваешь, почему я не ушел? Почему не схватил бластер и не побежал мстить? - Яно усмехнулся, но улыбка не коснулась его глаз. - Потому что это путь идиотов. Бейл Органа был героем. Он играл в высокую политику, он финансировал ячейки сопротивления, он вел двойную игру. И знаешь, чего он добился? Он добился того, что Таркин решил сделать из его планеты пример. Героизм Органы стоил жизни моей матери, моему отцу и еще миллиардам людей, которые просто хотели жить.

Ри молчала, но в её взгляде читалось яростное несогласие.

- Если бы я ушел, - продолжил Яно, - меня бы расстреляли за дезертирство через три дня. Или я стал бы очередным беженцем, умирающим от голода на какой-нибудь свалке. Моя смерть не вернула бы Алдераан. Она бы просто добавила еще одно имя в список потерь, который никто не читает.

- Так лучше умереть, чем служить убийцам! - выкрикнула Ри.

- Нет, - Яно покачал головой. - Лучше выжить. И заставить их заплатить. Не обязательно кровью, можно - имуществом.

Он подошел к ней вплотную, глядя сверху вниз. В его глазах не было раскаяния, только холодная, злая уверенность человека, который давно заключил сделку со своей совестью.

- Ты думаешь, я сидел в кабинете и считал их деньги? Я остался в Таможне, потому что получил доступ к реестрам конфиската. Каждый раз, когда Империя захватывала имущество «предателей», каждый раз, когда они грабили музеи или частные коллекции казненных, эти грузы проходили через мой терминал.

На его лице появилась кривая усмешка.

- Я менял коды. Я списывал контейнеры с уникальными книгами как «утраченные при транспортировке». Я подделывал отчеты об утилизации картин и скульптур. Я вытаскивал наследие моего народа прямо у них под носом. Я улыбался полковникам ИСБ, подписывал им разрешения на вылет, а ночью перегружал их трофеи в свои тайники.

Ри нахмурилась, пытаясь совместить образ имперского офицера с образом вора.

- Повстанцы взрывали базы. Только я - и имперские архивы знают, сколько уникальных предметов искусства и исторических ценностей они уничтожили просто потому что они оказались рядом. А я - сохранял их. Я спас больше истории Алдераана, сидя в своем кабинете с датападом, чем весь Альянс со своими крестокрылами. Они пытались убить Империю снаружи, а я тащил из её брюха то, что она смогла проглотить.

- И где это всё? - спросила она тихо, оглядывая тесную, функциональную рубку «Странника». - Где все эти спасенные сокровища? Если ты такой великий хранитель, почему мы едим флотский сухой паек на ржавом корыте?

Лицо Яно дрогнуло. Маска циника на секунду дала трещину, обнажив глубокую, свежую рану.

- Сгорели, - глухо ответил он. - Вчера.

Он отвернулся к иллюминатору, не в силах смотреть ей в глаза.

- Я взорвал свое хранилище на Нар-Шаддаа. Все четыре года работы. Все, что осталось от моего дома. Я сжег это своими руками, чтобы оно не досталось штурмовикам, которые пришли по следу... по нашему следу.

В рубке повисла тишина. Ри смотрела на него, и её гнев начал уступать место чему-то другому. Пониманию. Она вспомнила, как он выглядел, когда они встретились - не как богач, а как человек, потерявший всё.

Яно тяжело опустился в пилотское кресло.

- Так что да, я вор. И я прагматик. Но я жив, в отличие от тех героев, чьи имена выбиты на монументах, которые никто не посещает.

Он развернул кресло к пульту, давая понять, что разговор окончен.

- Ты можешь презирать меня, Ри. Мне плевать. Можешь считать меня предателем. Но помни: мы летим на кладбище кораблей именно благодаря моим знаниям имперских протоколов. Моя «предательская» память сейчас - единственное, что стоит между тобой и штурмовиками.

Ри сверлила взглядом его спину. Она хотела что-то сказать, хотела уколоть его, назвать трусом еще раз, но слова застряли в горле. Она слишком хорошо знала цену выживания на улице, чтобы судить того, кто выжил в аду.

Вдруг консоль связи пискнула, разрывая напряжение резким, требовательным сигналом.

- Входящий пакет, - машинально сказала Ри, глядя на свой экран и радуясь возможности сменить тему. - Это... это внутренняя дешифровка. Мы вскрыли аудио-лог с «Транспорта 77».

Яно резко развернулся, забыв про боль.

- Включай.

Ри нажала клавишу ввода.

Шипение статики заполнило рубку, перекрывая гул гипердвигателя. Это был звук времени, пробивающегося сквозь пять лет молчания.

Затем сквозь помехи прорвался голос. Мужской, срывающийся на крик, перекрываемый воем сирен на заднем плане.

«...Критическая ситуация! Это транспорт 77-Аурек! Щиты на нуле! Мы теряем тягу!»

Ри вывела визуализацию звуковой дорожки на голо-экран. Зеленые линии прыгали в такт взрывам, записанным микрофонами мостика погибшего корабля.

«...Нас атакуют! Повторяю, нас атакуют! Диспетчер, это не повстанцы!!»

Яно нахмурился, вцепившись здоровой рукой в спинку кресла Ри.

Голос капитана на записи стал тише, но отчаяннее. Он понимал, что умирает, но у него был приказ.

«Отрицательно! Мы не сдадим груз! Передайте Полковнику... мы уходим в туманность. Попытаемся спрятаться на луне в квадрате семь-четыре... Эскорт открыл огонь на поражение! Если кто-то слышит... архив не должен достаться предателям!»

Запись оборвалась резким визгом - звук разрыва обшивки и декомпрессии, за которым последовала абсолютная тишина.

Ри медленно опустила руки. В воздухе повисло тяжелое молчание.

- Имперцы сбили имперцев, - тихо сказала она. - Ради чего? Ради золота?

- Ради того, что стоит дороже золота, - Яно смотрел на соседний дисплей, где рядом с аудио-дорожкой развернулся декодированный грузовой манифест.

Это был не список слитков, дюрастила или картин. Это был список каталогов данных.

КОНТЕЙНЕР 1: АРХИВ ФИНАНСОВЫХ ОПЕРАЦИЙ СЕКТОРА. КОНТЕЙНЕР 2: ЛИЧНЫЕ ДЕЛА (СЕКРЕТНО, КОНФИДЕНЦИАЛЬНО) КОНТЕЙНЕР 3: КОДЫ ДОСТУПА К СЧЕТАМ ПРОЕКТА "ЗОЛА". ОТВЕТСТВЕННЫЙ: ПОЛКОВНИК А. ВОСК.

Яно пробежал глазами по списку. В его глазах зажегся холодный огонек понимания.

- «Воск»... - произнес он задумчиво. - Кажется, я видел эту фамилию на документах. Теневая логистика. Те парни, которые подчищали за Императором.

- И что это значит? - не поняла Ри.

- Это значит, что мы ошиблись, Ри. Мы думали, что ищем казну. А мы нашли страховку.

Яно отошел от консоли и начал мерить шагами тесную рубку. Пазл складывался.

- Смотри, что произошло. Пять лет назад, когда всё рушилось, этот полковник Воск решил спасти свою шкуру. Он собрал транспорт. Но он загрузил туда не только казенные деньги. Он загрузил компромат. Грязь на всех: на моффов, на генералов, на конкурентов. Он хотел сбежать и иметь рычаг давления.

- Но этот Кэйн... - начала Ри.

- Кто-то, скорее всего, пронюхал про ценности, - перебил Яно. - Он попытался перехватить конвой. Сбил его. Но корабль упал в аномалию. Они решили, что транспорт уничтожен, и улетели ни с чем. А Воск... Воск не хотел пускать всё на самотёк. Не знал, где транспорт, но надеялся, что тот ещё всплывёт.

Яно ткнул пальцем в экран.

- И теперь, спустя пять лет, мы включили маяк. Воск, если он еще жив, получил сигнал. Он понял, что его «страховка» найдена.

- Значит... он летит сюда, чтобы забрать свое?

- Он летит сюда, чтобы зачистить следы, - Яно мрачно усмехнулся. - Если этот архив всплывет, Осколки Империи разорвут Воска на части за предательство. А Новая Республика с удовольствием посадит его на пожизненное, если, конечно, доберётся. Он боится этого груза больше, чем потери денег.

- Мы летим в ловушку, - констатировала Ри, глядя на него с опаской. - Может, развернемся?

- И будем бегать всю жизнь? - Яно остановился у иллюминатора. - Надо исходить из того, что Воск уже знает, что мы нашли координаты. И он не остановится. Единственный способ выжить - это добраться до архива первыми.

Он повернулся к ней. В его взгляде появилась жесткость.

- Мы меняем профиль, Ри. Мы больше не мародеры. Мы шантажисты. С этим списком мы сможем купить себе жизнь и неприкосновенность у любого правительства. Или продать его тому же Воску за очень большую сумму и гарантии безопасности.

- Ты хочешь торговаться с тем, кто убивает своих?

- Я хочу выжить. А для этого нужно, чтобы у меня на руках были козыри, а не пустые карманы.

Яно сел в пилотское кресло.

- Готовься к выходу из гипера. Мы входим в систему. Имперцы думают, что корабль уничтожен. Воск ищет его вслепую. А у нас есть точные координаты. Мы просто должны успеть схватить куш и исчезнуть до того, как хозяева начнут стрелять.

Корабль вздрогнул. Таймер обратного отсчета гипердвигателя показал нули.

Яно положил здоровую руку на рычаг.

- Держись. Сейчас будет трясти.

Реальное пространство вернулось резким толчком.

Звезды за обзорным экраном, секунду назад бывшие размытыми линиями, застыли в холодные, колючие точки. «Странник» вышел из прыжка на границе системы Тетис.

Перед ними, занимая полнеба, вздымалась стена.

Туманность Калида была похожа на гигантский синяк на теле вселенной - клубящиеся массы фиолетового и грязно-бурого газа. Это было красиво и жутко одновременно. Настоящий шторм в вакууме.

Ри прилипла к экрану радара.

- Чисто! - выдохнула она с облегчением. - Никого. Ни засады, ни блокады. Мы оторвались!

Яно не разделял её радости. Он переключил сенсоры на заднюю полусферу и начал отсчет.

- Мы не оторвались, Ри. Мы просто выиграли спринт у марафонца.

Он сверился с хронометром.

- Наш гипердрайв - класс три. У военного корвета - класс один. По моим расчетам, у нас есть еще...

Консоль сенсоров издала резкий, пронзительный визг, перебивая его.

- ...ноль секунд, - закончил Яно.

На тактическом экране, позади «Странника», пространство разорвалось. Это был не мягкий выход гражданского судна. Это был жесткий, агрессивный прорыв военной машины, гасящей инерцию гравитационными компенсаторами.

Из синей вспышки вынырнул хищный, угловатый силуэт. Острый нос, развернутые в боевое положение солнечные панели, ряды турболазерных батарей.

Имперский корвет типа «Рейдер».

Он вышел из прыжка всего в тысяче километров за кормой «Странника». Слишком близко.

- «Химера», - прочитал Яно идентификатор, который высветился на экране. - Личный борт полковника Воска.

- Откуда они узнали, где именно мы выйдем? - вскрикнула Ри.

- В этой каше не так уж много безопасных маршрутов, - Яно схватился за штурвал здоровой рукой, игнорируя боль. - Воск знал, куда мы летим. Он просто прыгнул в ту же точку, только быстрее.

Динамики связи ожили.

«Неопознанное судно. Говорит корвет "Химера". Заглушить двигатели и лечь в дрейф для досмотра. У вас десять секунд на выполнение».

- Десять секунд, - повторил Яно. - Этого не хватит, чтобы развернуть компьютер для нового прыжка.

- Мы сдадимся? - Ри смотрела на него с ужасом.

- Мы исчезнем.

Яно толкнул рычаг тяги до упора. Старые дюзы «Странника» выбросили факел плазмы, и грузовик рванул вперед.

Не от корвета. А прямо в стену фиолетового газа.

- Мы идем в туманность? - Ри вцепилась в подлокотники. - Там же радиация! Ионные штормы!

- Именно, - процедил Яно. - Там сенсоры слепнут, а щиты тают. Воск не рискнет загнать туда свой дорогой корвет на полной скорости. А нам терять нечего.

Сзади, в пустоте, «Рейдер» открыл огонь. Зеленые копья турболазеров прочертили черноту, проходя в опасной близости от их щитов.

- Перебрось энергию на кормовые дефлекторы! - заорал Яно, пытаясь удержать корабль, который начало трясти от гравитационных волн туманности. - Всю, что есть!

Ри, впервые работая как член экипажа, застучала по клавишам.

- Готово!

Очередной залп корвета лизнул их щиты. Корабль содрогнулся, свет мигнул.

Но перед ними уже клубился спасительный и смертельный туман.

- Дыши глубже, - сказал Яно, направляя нос корабля в самое сердце шторма. - Сейчас мы станем призраками.

«Странник» содрогнулся, словно получил пинок от великана. Звук удара турболазера о дефлекторное поле был похож на треск разрываемой ткани, усиленный в тысячу раз.

- Щиты двадцать процентов! - взвизгнула Ри, вцепившись в край консоли. - Еще одно попадание, и мы испаримся!

Яно боролся со штурвалом. Одной левой рукой удерживать старый грузовик на курсе уклонения было всё равно что пытаться удержать разъяренного ронта за хвост. Травмированная правая рука, прижатая к груди, пульсировала в такт аварийным сиренам.

- Перебрось энергию с носа на корму! - прохрипел он. - Усиль задний сектор!

- Я не успеваю! - Ри смотрела на россыпь мигающих огней на панели управления энергией. Её пальцы дрожали, промахиваясь по сенсорам. Паника, которую она подавила в медотсеке, вернулась, захлестывая её с головой. - Их слишком много! Я не могу!

Очередной залп с «Химеры» прошел в метре от левого двигателя, опалив обшивку. Корабль швырнуло в штопор.

Яно выровнял горизонт рывком, от которого потемнело в глазах.

- Ри! - рявкнул он, перекрывая вой сирены. - Вспомни, что я говорил! Ты не девочка в консервной банке! Ты - часть обшивки!

Ри замерла. Её взгляд метнулся к Яно, потом на экран заднего обзора, где хищный силуэт корвета разворачивался для нового залпа.

- Стань железом, - прошептал она, зажмурившись на секунду.

Она выдохнула. Её плечи опустились. Хаотичная дрожь рук исчезла.

Ри открыла глаза. В них больше не было паники. Была холодная, пустая сосредоточенность. Она потянулась к распределителю энергии не как испуганный ребенок, а как оператор.

Её пальцы забегали по клавишам.

- Энергия с маршевых - на щиты. Компенсаторы - в режим перегрузки. Вектор смещения - три градуса.

В тот момент, когда «Химера» дала залп, кормовые щиты «Странника» вспыхнули с удвоенной яркостью. Зеленые копья плазмы, которые должны были прожечь двигатели насквозь, бессильно растеклись по силовому полю.

Корабль тряхнуло, но он выдержал.

- Молодец, - выдохнул Яно. - А теперь держись. Мы ныряем.

Прямо по курсу вздымалась стена фиолетового тумана. Ионизированный газ, пыль и радиация. Смерть для навигации, спасение для беглецов.

«Странник» врезалсяв туманность на полной скорости.

Мир за обзорным стеклом исчез. Звезды, корвет, чернота космоса - всё сменилось густой, клубящейся мутью.

Видимость упала до нуля. Сенсоры ослепли, выдавая сплошной статический шум. Корабль затрясло так, что зубы клацнули.

- Мы внутри! - крикнул Яно. - Глушу двигатели! Идем по инерции!

Он вырубил тягу. Гул реактора стих, сменившись воем ветра - плотные слои газа обтекали корпус.

- Они идут за нами? - спросила Ри. Она все еще держала руки на пульте щитов, не выходя из транса.

Яно посмотрел на тактический экран. Там была только белая рябь.

- Воск не идиот, - сказал он. - Если он загонит корвет в это «молоко» на боевой скорости, он сожжет сенсоры или врежется в астероид. Он останется на границе и будет ждать, пока мы не высунемся. Или пока не сдохнем здесь.

Корабль дрейфовал в фиолетовой мгле. Вокруг вспыхивали беззвучные разряды ионных молний, освещая кабину призрачным светом.

- Мы ослепли, Яно, - тихо сказала Ри. - Мы не знаем, куда летим.

- Знаем, - Яно включил сканер ближнего радиуса, настроив его на поиск гравитационных аномалий. - Мы ищем тень.

Минуты тянулись вязко. Они висели в пустоте, отрезанные от вселенной.

Вдруг на экране, сквозь пелену помех, проступило пятно. Огромное, темное пятно, заслоняющее собой радиационный фон туманности.

Оно было близко. Пугающе близко.

- Есть контакт, - прошептал Яно. - Гравитация ноль-восемь. Твердая поверхность.

Из тумана, словно призрак, начали проступать очертания. Острые пики скал. Глубокие каньоны. И странные, геометрически правильные линии, которые не могли быть созданы природой.

Луна Тетис-4.

А в центре одного из концентрических кругов, образованных древними руинами, мигал слабый, едва различимый сигнал.

Аварийный маяк «Транспорта 77-Аурек».

- Мы нашли его, - сказала Ри.

- Мы нашли вход в мышеловку, - поправил её Яно, берясь за штурвал, чтобы начать снижение. - Воск снаружи. Мы внутри.

Он направил корабль вниз, к руинам, исчезая в тумане окончательно.

Глава 5. Тень Древних

«Странник» падал сквозь атмосферу Тетиса-4.

Внешние камеры показывали только бурлящий газ, подсвеченный вспышками разрядов, которые, казалось, били беззвучно, как в немом кино. Но внутри корабля звук был оглушительным. Обшивка стонала под давлением атмосферы, турбулентность швыряла старый грузовик из стороны в сторону, заставляя гироскопы выть на предельных оборотах.

Яно вцепился в штурвал. Его левая рука побелела от напряжения, правая, зафиксированная в шине, была прижата к груди, но даже так каждый толчок отдавался в ней вспышкой боли.

- Высота три тысячи, - прохрипел он, щурясь на показания высотомера, цифры на котором плясали, как пьяные. - Мы должны пробить облачность через десять секунд.

Ри не ответила.

Она сидела в кресле второго пилота, сгорбившись и обхватив голову руками. Её лицо, освещенное миганием аварийных ламп, было серым, как пепел. На лбу выступила испарина.

- Ри? - окликул Яно. - Статус щитов?

- Громко... - прошептала она. - Здесь очень громко.

Яно бросил взгляд на тактический дисплей. Экран был чист от вражеских меток, но сенсоры ближнего радиуса сходили с ума. Они рисовали вокруг корабля сотни, тысячи объектов. Фантомные скалы, призрачные корабли, стены, возникающие из ниоткуда и исчезающие через секунду.

- Это не радиация, - понял Яно. Радиация дает «снег» на экране. А это были ложные сигнатуры. Словно само пространство вокруг луны пыталось обмануть компьютер.

- Выключи звук, - простонала Ри, зажимая уши ладонями. - В голове... как будто кто-то кричит в колодец.

Яно почувствовал, как по спине пробежал холодок. Не голоса - его «антенна» была для этого слишком слабой. Он чувствовал тяжесть.

Воздух в кабине казался густым, как вода на глубине. Давление на барабанные перепонки, от которого не помогало сглатывание.

- Держись, - жестко сказал он. - Это не уши. Это как атмосферное давление... только давит оно прямо на мозг. Мы входим в зону шторма.

Корабль пробил нижнюю кромку облаков.

Туман резко закончился, сменившись серым, влажным сумраком.

Перед ними расстилалась поверхность луны Тетис-4.

Это был океан джунглей - бледных, выцветших, словно лишенных хлорофилла. Исполинские деревья с белыми стволами переплетались с лианами цвета свернувшейся крови. Туман клочьями висел в низинах.

Но главное было не в лесу. Главное было в том, что возвышалось над ним.

Руины.

Они были повсюду. Огромные, циклопические постройки из черного камня, поросшие мхом. Пирамиды с усеченными вершинами, акведуки, уходящие в никуда, статуи без лиц, чьи головы терялись в низких облаках. Геометрия этих строений была чуждой, неправильной, вызывающей головокружение.

- Раката... - выдохнул Яно. Или кто-то, кто учил их строить.

- Скала! - вдруг вскрикнула Ри, указывая вперед.

Прямо по курсу, вынырнув из тумана, вырастал шпиль черной башни.

Яно рванул штурвал на себя. «Странник» задрал нос, дюзы чиркнули по верхушке башни, осыпав камни искрами. Корабль прошел в метре от столкновения.

- Хаттова отрыжка! - рявкнул он. - Сенсоры врут! Надо садиться!

Он увидел глубокий каньон, прорезающий массив руин. С одной стороны нависал гигантский каменный козырек - остаток рухнувшего моста или крыши. Идеальное укрытие от орбитальных сканеров.

Яно направил корабль туда.

- Выпускаю шасси!

«Странник» тяжело плюхнулся на каменистое плато, подняв тучу пыли и листьев. Амортизаторы сжались до упора, корпус застонал, но выдержал.

В кабине наступила тишина.

Яно откинулся в кресле, тяжело дыша. Его правая рука пульсировала огнем, требуя новой дозы обезболивающего.

Он посмотрел на Ри. Девчонка медленно отняла руки от ушей. Её трясло.

- Что это за место? - спросила она. Голос был тонким и ломким. - Оно... оно смотрит на нас.

- Это Место Силы, Ри, - ответил Яно, глядя на черные стены каньона за стеклом. - Здесь энергия густая, как вода. Ты просто не привыкла к такому давлению. Это как кессонная болезнь наоборот.

Он начал отщелкивать тумблеры, переводя системы в спящий режим.

- Мы внизу. Мы спрятались. Но маяк транспорта... - он кивнул на навигационный экран, где сквозь помехи пробивалась слабая, ритмичная пульсация. - Он в десяти километрах к северу. Нам придется идти пешком.

- Туда? - Ри с ужасом посмотрела на бледные джунгли за окном.

- Туда, - подтвердил Яно, вставая и морщась от боли. - И тебе придется научиться плавать в этой воде, Ри. Потому что, если ты утонешь в своих ощущениях здесь, ты потянешь нас обоих на дно. Собирайся. Берем только оружие, воду и инструменты.

Они пробивались сквозь джунгли уже больше часа, но ощущение времени здесь растворялось, как сахар в кипятке.

Лес вокруг был неестественным, выцветшим. Исполинские стволы деревьев, похожие на колонны из слоновой кости, уходили в серый туман, смыкаясь над головой сплошным сводом. Листва не была зеленой - она была бледно-серой, с прожилками цвета свернувшейся крови. Здесь не пели птицы, не жужжали насекомые. Тишина стояла плотная, ватная, нарушаемая лишь чавканьем грязи под ногами и тяжелым, сиплым дыханием людей.

Воздух был влажным и густым. Он пах не жизнью, а озоном, мокрой известью и сладковатым тленом, словно они шли по гигантскому склепу, где только что прошла гроза.

Яно шел первым. Левой рукой он орудовал вибро-ножом, срубая мясистые лианы, преграждающие путь. Правая рука, прижатая к груди, пульсировала тупой, горячей болью в такт каждому удару сердца. Обезболивающее, вколотое на корабле, выветривалось пугающе быстро - вероятно, местная атмосфера разгоняла метаболизм, сжигая химию в крови.

Ри плелась следом, отставая на пару шагов.

Ей было плохо. Яно слышал, как сбивается её дыхание, видел, как она спотыкается о выпирающие корни, словно пьяная.

- Я не могу... - простонала она, останавливаясь. Её ноги подогнулись, и она привалилась спиной к шершавому стволу дерева, сползая вниз. - Голова... как будто её в тиски зажали. И крутят винт.

Яно остановился, вытер пот со лба рукавом куртки и вернулся к ней. Девчонка выглядела жутко. Лицо бледное, покрытое испариной, под глазами залегли темные тени. Капилляры в белках глаз полопались, превратив их в красную сетку.

- Ты зря борешься, - констатировал он, присаживаясь перед ней на корточки. - Не надо перекрывать путь естественному течению Силы.

- Ты же сам сказал! - огрызнулась она, зажмурившись от боли. - «Стань железом». «Закройся». Я пытаюсь! Я строю стену, но оно... оно давит снаружи. Стены трещат. Я сейчас взорвусь, Яно.

- Это было нужно, потому что ты шла вразнос из-за страха. Сейчас всё иначе. Прекрати, - жестко скомандовал он. - Перестань строить стены. Немедленно.

- Но если я откроюсь, меня снесет!

- На корабле я учил тебя не выбрасывать Силу бесконтрольно, - голос Яно стал тихим, но отчетливым, прорезая гул в её ушах. - Там твой страх создавал проблемы. Ты должна была его погасить. Но здесь проблема не в тебе. Проблема в месте.

Он обвел здоровой рукой пространство вокруг - бледные деревья, туман, скрывающий руины.

- Это место - источник. Сила здесь не струится, она давит столбом атмосферного давления. Ты пытаешься закрыться от неё, стать герметичным сосудом. Но когда давление снаружи зашкаливает, любую пустую банку просто сплющит. Это сейчас и происходит с твоим мозгом. Ты создаешь разность потенциалов, которая тебя убивает.

- И что мне делать? - выдохнула Ри, сжимая виски ладонями. - Впустить это?

- Не будь стеной. Будь руслом, - Яно сделал плавное движение рукой, изображая течение воды. - Тебе нужно пропустить этот внешний поток через себя и направить его дальше. Сделать работу. Не копи энергию - пропускай её сквозь и мимо себя.

Он поднялся и осмотрелся.

Тропу впереди перегораживала упавшая колонна. Обломок древнего карниза из черного базальта, поросший серым мхом. Глыба весила добрую половину тонны. Перелезать через неё с больной рукой было бы мучением, обходить через заросли колючего кустарника - потерей времени. Пожалуй, это был идеальный момент для ещё одного урока.

- Видишь этот камень? - спросил Яно.

Ри с трудом разлепила глаза.

- Ну.

- Сдвинь его.

Она уставилась на него как на сумасшедшего.

- Я не джедай, Яно! На станции это вышло случайно, я испугалась, я даже не поняла...

- Забудь про страх. Страх - это сбой системы, короткое замыкание. Мне нужна направленная работа. Вставай.

Он протянул ей левую руку и рывком поднял на ноги. Ри пошатнулась, но устояла.

- Слушай меня, - Яно встал у неё за плечом, говоря прямо в ухо. - Не сопротивляйся давлению извне. Впусти его. Почувствуй, как этот гул входит тебе в затылок, проходит по позвоночнику... Он тяжелый, холодный, быстрый.

- Мне больно, - прошептала она.

- Это потому что ты держишь шлюз закрытым. Открой. Ты - проводник. Вход и выход. Не пытайся толкать камень своими мышцами или своей жалкой человеческой волей. Просто укажи потоку, куда бить. Стань прицелом, а не пулей.

Ри неуверенно подняла дрожащую руку в сторону колонны. Её пальцы были скрючены напряжением, словно когти птицы.

- Впусти, - диктовал Яно ритм. - Не держи в себе. Направляй.

Ри зажмурилась. Её лицо покраснело от натуги. Она задержала дыхание, пытаясь сдвинуть глыбу.

Ничего не произошло. Колонна лежала неподвижно.

- Стоп, - скомандовал Яно. - Ты пытаешься поднять её своим сознанием. Это ошибка. Ошибка, которой учили меня. "Почувствуй, поверь". Чушь. Сила - это не вера, это механика.

- Не толкай камень. Почувствуй давление вокруг себя. И дай ему выход.

Ри выдохнула и опустила руку, тяжело дыша.

- Я не могу! Она тяжелая!

- Конечно тяжелая. Полтонны базальта. Именно поэтому ты не должна действовать сама. Попробуй еще раз. Не толкай камень. Почувствуй давление вокруг себя. И дай ему выход.

Ри снова подняла руку. На этот раз она попыталась расслабиться. Воздух вокруг неё задрожал. Листья под ногами закружились в маленьком вихре.

- Уже лучше, - прокомментировал Яно. - Теперь вектор.

Ри резко выбросила ладонь вперед.

Раздался хлопок - словно лопнул воздушный шар. Ударная волна ударила не по камню, а во все стороны сразу. Ри отшвырнуло назад, она упала на спину в грязь. Яно едва устоял на ногах, прикрыв лицо рукой.

Колонна даже не шелохнулась.

Ри села, вытирая грязь с лица. Из носа у неё потекла тонкая струйка крови.

- Больно... - прошептала она, хватаясь за голову. - Меня как будто палкой ударили.

- Ты открыла шлюз, но не построила трубу, - жестко констатировал Яно, не помогая ей встать. - Энергия выплеснулась во все стороны. Ты чуть не контузила сама себя. Вставай. Третья попытка.

- Я не могу... - её голос дрожал. - Я пуста. Меня тошнит.

- Вставай! - рявкнул он. - Мы не на пикнике. Если на нас выйдет хищник, он не даст тебе передышки. Соберись.

Ри, шатаясь, поднялась. Её колени дрожали. В глазах стояли злые слезы, но она снова повернулась к камню.

- Вход, - прошептала она, закрывая глаза. - Канал. Выход.

Она больше не пыталась быть сильной. У неё не осталось сил на борьбу. Она просто позволила гулу джунглей пройти сквозь неё.

Яно почувствовал, как изменилась атмосфера. Воздух перестал вибрировать хаотично. Он натянулся, как струна, протянутая от солнечного сплетения Ри к центру колонны.

Ри медленно, плавно вытянула руку. Её пальцы не дрожали - они были расслаблены.

- Двигайся, - выдохнула она.

Камень скрипнул.

Это не был взрыв. Это было тяжелое, натужное скольжение. Колонна неохотно, сантиметр за сантиметром, поползла по влажной земле, вспахивая корни.

Ри закричала от напряжения, но не прервала контакт. Она держала поток, хотя её тело выгибалось дугой.

Камень прополз еще метр и с глухим, тяжелым стуком перевалился на бок, освобождая проход.

Ри тут же рухнула на колени, упираясь руками в землю. Её рвало сухими спазмами.

Яно подошел к ней и протянул флягу с водой.

- Неплохо, - сказал он спокойно. - Для третьего раза.

Ри жадно глотнула воды, расплескивая её на подбородок. Она выглядела так, словно пробежала марафон. Кожа была серой, под глазами залегли тени.

- Я... я чувствовала его вес, - прохрипела она. - Он проходил через меня. Как будто... как будто через меня протащили цепь.

- Ты была проводником, - кивнул Яно. - Ток нагревает провода. Это физика. Чем больше энергии ты пропускаешь, тем сильнее износ материала. А материал - это ты.

Он посмотрел на освобожденный проход.

- Отдыхай пять минут. Больше у нас нет.

Ри кивнула, не в силах ответить, и привалилась к стволу дерева, закрыв глаза. Яно видел, как дрожат её руки. Это была честная цена за «магию». Сила не давалась даром, она брала плату плотью и кровью.

Он отвернулся, скрывая гримасу боли. Его собственная рука пульсировала огнем. Анальгетик перестал действовать окончательно. Теперь ему предстояло сделать то же самое - пропустить ток через «ржавый кабель», чтобы восстановить свою боеспособность. И глядя на измотанную девчонку, он понимал, что ему это дастся еще тяжелее.

- Идем дальше, как сможешь, - бросил он. - И не трать ресурс попусту. Клапан открывать только по команде. И только если от этого зависит жизнь.

«Если на нас нападут, я бесполезен», - холодно констатировал он. Он не сможет удержать бластер. А потом не сможет вести корабль.

Он посмотрел на вибрирующий воздух джунглей. Если теория «гидравлики» верна для телекинеза, она должна быть верна и для биохимии. Принцип тот же: направить избыточную энергию Силы на полезную работу.

Он зубами ослабил ремни шины на правой руке и стянул её. Зрелище было жалким. Запястье распухло вдвое и посинело, кожа натянулась до блеска, готовая лопнуть. Гематома расползлась до локтя.

- Ого, - тихо сказала Ри, подходя ближе. - Выглядит паршиво. Тебе нужен бакта-танк.

- У нас нет бакта-танка. У нас есть это, - Яно обвел рукой лес.

Он прикрыл глаза, прислонившись затылком к коре дерева.

Обычно его связь с Силой была слабой струйкой - интуиция, рефлексы, удача игрока. Но здесь... Здесь он стоял под водопадом. Ему не нужно было быть великим джедаем, чтобы набрать ведро воды. Нужно было просто не захлебнуться.

«Вход - выход», - повторил он про себя мантру.

Только выходом должно стать не движение камня, а регенерация ткани.

Он открыл тот внутренний барьер, который годами держал на замке, ограждая себя от мистики. Поток Силы хлынул в него - холодный, древний, абсолютно безразличный к добру или злу. Это была просто мощь.

Яно не стал просить об исцелении, как делали джедаи. Он, как инженер, перенаправил ресурс в аварийный участок.

Он визуализировал свою руку как схему. Красные зоны воспаления. Разрывы связок. Нарушение кровотока. Застой лимфы. Он направил поток туда, приказывая клеткам делиться, крови - разгонять застой, а тканям - срастаться.

Это было грубо. Это было больно. Словно он прижигал рану паяльником изнутри. Клетки форсированно делились, пожирая ресурсы организма.

Яно зашипел сквозь сжатые зубы, выгибаясь дугой. Его лоб мгновенно покрылся крупными каплями пота.

- Яно? - испуганно позвала Ри, делая шаг к нему.

- Не подходи! - прохрипел он, не открывая глаз.

Под кожей что-то влажно щелкнуло. Жар в руке стал невыносимым, белым, ослепляющим, а потом резко схлынул, сменившись нестерпимым зудом.

Яно судорожно выдохнул и открыл глаза. Мир качнулся и поплыл. Использование Силы выматывало физически, выжимая тело досуха.

Он посмотрел на свою руку. Отек спал. Зловещая синева сменилась нездоровой краснотой обычной ушибленной, раздраженной плоти. Гематома пожелтела, словно ей была неделя, а не пара часов.

Он осторожно, по одному, согнул пальцы. Больно. Туго. Но они двигались. Хват вернулся.

- Работает, - прошептал он, с недоверием глядя на свою ладонь. Он поспешно натянул перчатку обратно, но шину надевать не стал. - Грубая работа, связки будут ныть на погоду до конца жизни, но стрелять я смогу.

Ри смотрела на него с новым выражением. В её взгляде больше не было страха перед его прошлым. Там было понимание.

- Ты тоже это умеешь, - сказала она тихо. - Ты тоже проводник.

- Я старый, ржавый кабель, Ри, - Яно с кряхтением встал, проверяя, как бластер ложится в ладонь. Рука дрожала, но держала оружие уверенно. - Который коротит при нагрузке. Но здесь... даже ржавый кабель проводит ток, если подключить его к ядерной станции.

Он кивнул в сторону тумана, где сквозь деревья начинали проступать очертания чего-то огромного и рукотворного.

- Идем. Мы уже близко. И судя по тому, как легко здесь течет энергия, местные обитатели должны быть очень большими, очень быстрыми и очень голодными.

Джунгли расступились внезапно, словно кто-то провел черту ножом.

Тропа, выложенная черными плитами, обрывалась в пустоту. Перед ними зияла пропасть - гигантский разлом, дно которого терялось в молочно-белом тумане. До другой стороны было метров пятьдесят. Слишком далеко для прыжка, слишком широко для троса.

На той стороне, сквозь разрывы в облаках, виднелся силуэт их цели. «Транспорт 77-Аурек» висел, пронзив стену древнего зиккурата, как наконечник стрелы. До него оставалось не больше километра, но этот километр был непроходим.

- Тупик, - выдохнула Ри, подходя к краю и с опаской заглядывая вниз. Камешек, который она пнула, исчез в тумане беззвучно.

- Не тупик, - возразил Яно. Он подошел к краю обрыва, где стояли два массивных каменных обелиска, покрытых вязью глубокой резьбы. - Разрыв цепи.

Он провел рукой по влажному камню, счищая слой мха. Под ним проступили угловатые, резкие символы. Они не были похожи на ауребеш. Это были геометрические схемы, высеченные тысячи лет назад.

- Ты можешь это прочитать? - спросила Ри.

- Это диалект высокого ракатанского, - Яно провел пальцем по строке. - Мертвый язык мертвой империи. В Академии на Корусанте за знание этого языка давали докторскую степень... или расстрельную статью, в зависимости от эпохи.

Он выпрямился, отряхивая перчатку.

- Здесь написано: «Только тот, кто звучит в унисон, пройдет над бездной».

- Звучит как загадка из детской сказки, - фыркнула Ри.

- Это инструкция по эксплуатации, - поправил Яно. - Эти ребята не строили мосты из камня и стали. Они считали материю вульгарной. Они строили из энергии.

Он указал на вершины обелисков. Там, в чашах из темного металла, лежали крупные, мутные кристаллы.

- Фокусирующие линзы. Технология «твердого света» или силового поля, стабилизированного звуком. Чтобы мост появился, нужно подать на эти кристаллы вибрацию Силы определенной частоты. Резонанс.

Ри посмотрела на кристаллы, потом на Яно. В её взгляде читался страх, смешанный с усталостью.

- И где мы возьмем эту вибрацию? У нас нет генератора.

- У нас есть ты, - Яно кивнул на неё. - Ты - генератор. А это место - усилитель.

- Опять? - Ри попятилась, пряча руки за спину, словно боялась обжечься. - Я не смогу! В прошлый раз меня чуть не вывернуло наизнанку.

- Здесь и мочь-то не надо, - жестко ответил Яно. - Вокруг океан Силы. Тебе не нужно создавать эту энергию, Ри. Тебе нужно просто стать каналом, проводником. Ты - перемычка. Замкни цепь.

- Перемычки перегорают, - огрызнулась она, но шаг вперед сделала.

Яно подошел к ней, встал за спиной, глядя на обелиски поверх её головы.

- Помнишь, как ты чувствовала «зуд» в проводах на станции? Здесь то же самое. Эти кристаллы - они как пустые батарейки. Они ждут сигнала. Тебе нужно создать этот сигнал внутри себя и передать им. Откройся Силе и гони её прямо к ним.

- Какой сигнал?

- Тонкий. Высокий. Представь натянутую струну. Пусть то, что проходит через тебя, вибрирует, как эта струна. И - отдавай всё кристаллам, до капли. Не смей оставлять ничего себе, иначе закипишь изнутри.

Ри закрыла глаза. Уверенности в ней не было - только понимание, что другого пути нет. Она сделала дрожащий вдох, впуская в себя гул джунглей, который тут же ударил по вискам давлением в несколько атмосфер.

- Я чувствую их, - прошептала она, и по её губе потекла тонкая струйка крови - капилляр в носу не выдержал напряжения. - Они... голодные. Они не хотят петь, Яно. Они хотят жрать.

- Тогда накорми их, - скомандовал Яно, отступая на шаг. - Но осторожно. Не кричи. Шепчи.

Ри подняла руки ладонями к обелискам.

Воздух между ними начал сгущаться. Это было невидимое давление, от которого закладывало уши. Волосы на руках Яно встали дыбом.

Кристаллы в чашах начали наливаться внутренним светом - сначала тусклым, багровым, потом всё ярче и ярче.

Послышался звук. Низкий, вибрирующий гул, который ощущался не ушами, а диафрагмой.

- Держи частоту, - предупредил Яно. - Не сбейся.

Между обелисками, над пропастью, начал проявляться мост. Он не был материальным. Это была полоса уплотненного воздуха, мерцающая фиолетовым маревом. Полупрозрачная, зыбкая, как мираж.

- Получилось! - выкрикнула Ри, открывая глаза.

От её крика концентрация сбилась. Мост мигнул и пошел рябью, как вода от брошенного камня.

- Не отвлекайся! - рявкнул Яно. - Если ты потеряешь фокус, пока мы идем, мы упадем. Держи поток!

Ри стиснула зубы, снова "заземляясь". Мост стабилизировался, хотя все еще тихо гудел.

- Идем, - сказал Яно. - Быстро. Я не знаю, на сколько тебя хватит.

Он ступил на мост первым. Ощущение было жуткое. Под ногами была твердь, но глаз видел сквозь неё туманную бездну. Поверхность была скользкой, словно наэлектризованное стекло.

Они шли над пропастью. Ри шла с закрытыми глазами, ведомая рукой Яно, продолжая транслировать энергию в кристаллы. Яно смотрел вперед, на другой берег, сжимая бластер в здоровой руке.

Гул моста нарастал. Он становился громче, пронзительнее. Это был звук, который разносился по джунглям на километры, как сирена.

- Мы шумим, - процедил Яно. - Мы слишком сильно шумим.

Они преодолели последние метры и спрыгнули на твердую землю.

Ри тут же опустила руки, прерывая поток. Мост за их спинами мигнул и растворился, словно его никогда не было. Кристаллы погасли.

В наступившей тишине звук их дыхания казался оглушительным.

Ри осела на землю, вытирая пот со лба.

- Это было... сложнее, чем камень, - просипела она. - Камень просто тяжелый. А это... оно живое. Оно хотело выпить меня досуха.

- Древние технологии не знают предохранителей, - Яно помог ей встать. - Ты справилась. Идем.

- Подожди, - Ри подняла руку, призывая к тишине. Её глаза расширились. - Ты слышишь?

- Что?

- Тишину.

Яно прислушался. Джунгли, которые до этого были наполнены шорохами, скрипом деревьев и далеким гулом ветра, замолчали. Абсолютно. Словно кто-то накрыл лес звукоизоляционным куполом.

А потом, в этой ватной тишине, раздался звук. Хруст. Тяжелый, влажный хруст ломаемых веток и перемалываемых камней. Кто-то очень большой и очень тяжелый двигался к ним со стороны, откуда они пришли.

- Мы позвонили в звонок, - прошептал Яно, снимая бластер с предохранителя. - И кто-то пришел открыть дверь.

- Что это? - Ри попятилась. - Я чувствую... голод. Черный, пустой голод.

Сначала пришел запах. Густой, тошнотворный смрад тухлого мяса и мускуса, перебивший даже сладковатый аромат тлена джунглей.

Затем из тумана, ломая деревья как спички, вышла Тень.

Существо было огромным. В холке оно достигало трех метров. Его тело было покрыто роговыми пластинами грязно-бурого цвета, из спины торчали кривые, зазубренные шипы. Морда была короткой, сплюснутой, с пастью, полной желтых клыков, но самое жуткое - глаза. Их не было. На месте глазниц были лишь костяные наросты.

- Терентатек, - выдохнул Яно, чувствуя, как внутри все сжимается. - Малая особь, но нам хватит.

Тварь повела головой из стороны в сторону, принюхиваясь. Она не искала запах пота или крови. Она искала след энергии, который оставил мост. След, который вел прямо к Ри.

- Замри, - шепнул Яно, хватая Ри за руку и медленно пятясь назад, за массивную каменную стелу. - И даже не думай доставать оружие. Его шкура отражает бластерный огонь. Мы только разозлим его.

Но было поздно. Ри была напугана. И её страх вспыхнул в Силе ярким маяком, перекрывая фон джунглей.

Тварь резко повернула безглазую морду в их сторону. Из пасти вырвался низкий, вибрирующий рык, от которого задрожала земля под ногами.

- Бежим! - заорал Яно.

Он дернул Ри, и они сорвались с места, ныряя в лабиринт руин.

Сзади раздался треск и грохот - монстр бросился в погоню, снося каменную кладку, за которой они только что прятались, словно картонную декорацию.

Это была гонка на выживание. Яно бежал, превозмогая боль в колене, петляя между колоннами, перепрыгивая через корни. Ри не отставала, подгоняемая первобытным ужасом.

- Вверх! - скомандовал Яно, указывая на полуразрушенную лестницу, ведущую на стену древнего акведука.

Они взлетели по ступеням. Старый камень крошился под ногами.

Терентатек врезался в основание лестницы с разгона. Каменная конструкция содрогнулась, пошла трещинами. Тварь встала на дыбы, царапая кладку когтями длиной с предплечье человека, пытаясь дотянуться до них.

Рука Яно дернулась к кобуре, но он тут же одернул себя. Бесполезно.

Вместо этого он заметил, что удар монстра расшатал замковый камень арки над лестницей.

- Ложись! - крикнул он Ри, толкая её на пол галереи.

Сам он выхватил вибро-нож и с силой вогнал его в трещину кладки, используя как рычаг. Камень поддался.

Тяжелый блок карниза рухнул вниз, прямо на голову беснующемуся внизу чудовищу.

Раздался влажный хруст и рев боли. Это не убило тварь - её череп был крепче камня, - но ошеломило. Монстр отшатнулся, мотая головой и теряя драгоценные секунды.

- На стену! - Яно рывком поднял Ри. - Пока он не очухался!

Они побежали по узкому гребню стены акведука. Слева - джунгли, справа - глубокий провал внутреннего двора храма.

Терентатек не стал карабкаться следом. Он побежал параллельно, внизу, с пугающей скоростью, сбивая кусты и статуи. Он не видел их, но он чувствовал Ри. Он знал, куда они бегут, лучше, чем они сами.

- Он нас не отпустит! - задыхаясь, крикнула Ри. - Он видит меня! Я чувствую, как он смотрит мне в затылок!

- Потому что ты светишься! - рявкнул Яно. - Ты для него как сигнальная ракета!

Впереди стена обрывалась. Дальше шли разрозненные блоки, торчащие из земли, образуя хаотичный каменный сад.

- Прыгай! - Яно толкнул Ри в проем, в темную нишу между двумя упавшими плитами перекрытия, образовавшими естественный шалаш.

Они скатились в узкую, сырую щель, пахнущую плесенью. Яно тут же задвинул вход куском ржавой арматуры и набросал сверху веток, понимая, что это защита от глаз, а не от чутья хищника Силы.

Тяжелые шаги сотрясли землю совсем рядом. Тварь была здесь. Она ходила кругами, фыркая и скребя когтями по камню в метре от их укрытия.

Они вжались в заднюю стенку ниши. Ри трясло крупной дрожью. Её глаза были зажмурены, губы беззвучно шевелились.

- Он знает... Он хочет съесть меня...

- Заткнись, - прошипел Яно, прижимая ладонь к её рту. - Слушай меня. Сейчас ты сделаешь то, что я скажу, или мы умрем.

Он приблизил свое лицо к её лицу, глядя в расширенные от ужаса зрачки.

- Ты - маяк. Ты излучаешь страх. Выключи это.

- Я не могу! Он рядом!

- Ты можешь. Вспомни корабль. Вспомни урок с камнем.

- Это не работает! - всхлипнула она.

- Тогда не будь потоком, - Яно лихорадочно искал метафору, которая пробьет её панику и будет понятна её хакерскому мозгу. - Ты говорила, что прошла защиту Борга? Как ты это сделала? Ты не ломала её. Ты нашла дыру и спряталась в коде.

Тварь снаружи заревела. Когти скрежетнули по камню крыши их убежища. Пыль посыпалась им на головы.

- Представь, что ты - скрытый процесс, - зашептал Яно скороговоркой, прижимая её голову к своему плечу. - Тебя нет. Ты не отвечаешь на системные обращения. Спрячь свою искру. Задуши её. Стань холодной, мертвой и пустой, как этот камень.

Ри замерла. Метафора с кодом сработала. Она понимала, что такое «скрытый процесс». Она сделала судорожный вдох и задержала дыхание.

Яно почувствовал, как меняется пространство рядом с ней. Раньше она ощущалась как горячий, пульсирующий узел оголенных нервов, который звенел на всю округу. Теперь этот узел вдруг резко сжался и... погас.

Просто исчез. Словно кто-то выдернул шнур из розетки.

Снаружи воцарилась тишина. Шаги стихли.

Терентатек перестал рыть землю. Он замер, принюхиваясь, поводя безглазой мордой из стороны в сторону. Казалось, он потерял след. То, что манило его сюда - яркая вспышка страха Ри, - исчезло, оставив только запах мокрого камня и старой пыли.

Тварь недовольно фыркнула, издав звук, похожий на стравливание пара из котла. Тяжелая лапа ударила по камню в последний раз, и удаляющиеся шаги возвестили о том, что охотник пошел искать добычу, которая не умеет исчезать.

Яно сидел в темноте еще минуту, не смея пошевелиться и вслушиваясь в удаляющийся треск ломаемых деревьев.

- Ушел, - выдохнул он, чувствуя, как отпускает спазм в мышцах. - Ри, ты молодец. Ты сделала это. Ри?

Она не ответила. Она навалилась на него тяжелым, безвольным мешком.

Яно медленно убрал руку от её лица. Голова девушки безжизненно мотнулась. Она не дышала.

- Проклятье, - прошипел Яно, щупая пульс на шее. Нитевидный, слабый. - Ты восприняла команду «стать мертвой» слишком буквально.

Он потратил драгоценные десять минут и одну ампулу дорогого боевого стимулятора, чтобы заставить её вернуться. Когда Ри судорожно вздохнула и открыла мутные глаза, Яно уже готов был тащить её на себе.

- Он ушёл? - спросила девушка, с трудом фокусируя взгляд. Губы у неё были белыми. - Кажется, я перепугалась до потери сознания. В самом прямом смысле.

- Это сработало, - Яно помог ей сесть, пряча использованный инжектор в карман. - Для хищника нет разницы - скрыла ты ауру мастерством или просто вырубила собственное сознание от страха. Результат один: лампочка погасла.

Он рывком поднял её на ноги, не давая времени на жалость к себе.

- Идем. Мы почти у цели. И постарайся больше не уходить в перезагрузку. У меня остался всего один стимулятор, и я планировал оставить его на самый крайний случай.

Они двинулись дальше, но теперь шли иначе. Тише. Осторожнее. Ри больше не боролась с местом, она скользила сквозь него, как тень.

Впереди, сквозь разрывы в листве, показался край кратера.

Лес закончился так же внезапно, как и начался, словно кто-то провел невидимую черту.

Яно раздвинул заросли жесткого, как проволока, кустарника и шагнул на открытое пространство. Под ногами с сухим треском захрустел гравий. Ветер, гуляющий здесь свободно, ударил в лицо, неся запах гари - тот самый, который не выветривается даже за пять лет, если металл вплавлен в камень.

Они стояли на самом краю гигантской кальдеры.

Туман здесь был жиже, разорванный восходящими потоками воздуха. Внизу, в огромной каменной чаше диаметром в несколько километров, лежал город. Или то, что от него осталось.

Это был не хаос безымянных руин, через который они пробирались в джунглях. Это был центр комплекса. Сакральное сердце. Огромная площадь, вымощенная плитами черного обсидиана, и в центре неё - зиккурат.

Пирамидальное строение уходило ступенями вверх, к усеченной вершине, на которой когда-то стоял золотой купол. Строение было колоссальным. Оно подавляло. Оно излучало величие и темную, тяжелую угрозу, свойственную архитектуре тех, кто считал себя равными богам и не боялся смотреть в бездну.

Но сейчас величие было осквернено.

- Охренеть... - выдохнула Ри, подходя к краю обрыва и замирая.

Прямо в вершину Зиккурата, проломив древнюю кладку и обрушив своды, врезался «Транспорт 77-Аурек».

Это был тяжелый имперский грузовик класса «Квазар» - угловатая, уродливая глыба серого дюрастила длиной в три сотни метров. Он не упал на землю. Он вонзился в храм, как копье в тело зверя.

Корабль застрял под углом. Его нос глубоко ушел внутрь пирамиды, пробив перекрытия до самых катакомб, а корма с разбитыми дюзами торчала в небо, нависая над площадью как сломанный палец. Огромные куски обшивки свисали, скрипя на ветру. Из пробоин в корпусе торчали кабели, похожие на вывалившиеся внутренности левиафана.

- Имперская эстетика, - с горечью произнес Яно, поднимая бинокль. - Если что-то нельзя покорить, это нужно сломать.

- Как он там держится? - спросила Ри, не отрывая взгляда от сюрреалистичной картины. - Он же должен был рухнуть или сползти вниз.

- Он застрял в несущих конструкциях купола, - Яно опустил бинокль. - Каркас храма оказался крепче, чем обшивка корабля. Он висит на честном слове и древней магии.

Внезапно воздух над кальдерой завибрировал.

Это был не гул Силы, к которому они уже начали привыкать. Это был низкий, давящий на уши рокот атмосферных двигателей, переходящий в визг тормозных репульсоров.

Облака над чашей завихрились, окрашиваясь в тревожный оранжевый цвет.

- Ложись! - Яно дернул Ри вниз, прижимая к острым камням гребня.

Из тумана, оставляя за собой дымные инверсионные следы, вырвались три десантных челнока класса «Страж». Хищные, серые машины с развернутыми крыльями, похожие на падающих хищных птиц. На их бортах белой краской была выведена эмблема - стилизованная голова химеры.

Они не стали искать место посадки на скалах. Они рухнули вниз, в центр чаши, зависнув в метре над обсидиановой площадью где-то у подножия Зиккурата.

Аппарели с лязгом откинулись. Вниз, как черные муравьи, посыпались фигурки штурмовиков. Их было много. Десятки.

- Они здесь, - прошептал Яно, прижимаясь щекой к холодному камню. - Десант. Прямо нам на голову. Воск решил не играть в прятки, а просто высадил армию на наш же маяк.

- Мы опоздали, - голос Ри дрожал от отчаяния. - Они уже у дверей. Пока мы спустимся по склону, они уже будут внутри. Нам не пройти мимо них.

Яно перевел взгляд с площади, где штурмовики уже разворачивали тяжелые бластерные орудия, на верхушку пирамиды, где торчал разбитый остов транспорта.

- Они внизу, - быстро заговорил он, анализируя геометрию поля боя с холодностью логиста. - Шаттлы сели на плацу. Им нужно высадиться, построить периметр и, главное, вскрыть главные ворота храма. Древние строили на совесть, эти ворота выдержат орбитальную бомбардировку. Имперцам придется резать их или взрывать долго и нудно. А потом - подниматься пешком триста метров вверх по внутренним лабиринтам, которые наверняка завалены обломками.

Он развернулся и указал рукой вправо.

От края кальдеры, где они находились, к верхним ярусам Зиккурата тянулась узкая каменная арка - полуразрушенный акведук. Он выглядел как тонкая спица гигантского колеса, соединяющая обод с центром.

Акведук вел прямо к пролому в куполе, рядом с которым застрял корабль.

- А мы пойдем верхом.

Ри посмотрела на акведук. Это была узкая полоска камня без перил, местами обрушенная, висящая над туманной бездной высотой в полкилометра. Ветер гулял там свободно, готовый сдуть любого, кто оступится.

- По этому? - она судорожно сглотнула.

- Это прямой путь на «чердак», - Яно проверил, как сидит пистолет в кобуре. - Пока они будут ломать парадную дверь, мы войдем через окно на крыше.

- А если они нас заметят? - спросила Ри. - Мы будем как мишени в тире на этой жердочке.

- Они смотрят на ворота, Ри. И они думают, что они здесь одни. Туман и высота скроют нас, если будем двигаться быстро и низко.

Внизу, в чаше кальдеры, прогремел первый взрыв - саперы «Химеры» начали подрыв главных ворот храма. Эхо прокатилось по горам, спугнув стаю летучих тварей.

- Началось, - Яно подтолкнул Ри к началу акведука. - У нас есть фора. Минут пятнадцать, пока они прорвутся внутрь, и еще десять, пока поднимутся по лестницам. Беги. Не смотри вниз. Смотри на корабль.

Они выбежали на узкий каменный мост над пропастью, в то время как внизу разворачивалась военная операция по штурму пустой гробницы. Гонка началась, и финишная черта находилась внутри мертвого звездолета, который мог стать их спасением или их могилой.

Глава 6. Гробница

Ветер на высоте трехсот метров был не просто движением воздуха. Это была физическая сила, плотная и злая, пытающаяся сбросить их с узкой полоски камня в туманную бездну.

Акведук, по которому они бежали, был шириной не больше метра. Слева и справа клубился серый пар, скрывающий дно кальдеры, но вспышки взрывов внизу просвечивали сквозь него, как молнии в грозовой туче.

- Не смотри вниз! - прокричал Яно, перекрывая вой ветра. - Смотри вперед, на корабль!

Он бежал сзади, прикрывая Ри собой. Его правая рука больше не висела плетью. После грубого, форсированного исцеления в джунглях она ощущалась чужой, словно стянутой тугой, невидимой перчаткой. Кожа зудела, мышцы были жесткими, как дерево, но боль ушла. Пальцы сжимали рукоять тяжелого бластера уверенно и крепко.

Внизу, у подножия зиккурата, грохнуло так, что каменный мост под ногами вздрогнул, посыпалась каменная крошка. Саперы «Химеры» закончили работу с главными воротами.

- Они вошли! - крикнула Ри, на секунду сбившись с шага и взмахнув руками, чтобы удержать равновесие.

- Значит, у нас осталось десять минут, пока они не доберутся до внутренних лифтов! Бегом!

Впереди, вырастая из тумана, нависала туша транспорта «77-Аурек».

Вблизи корабль выглядел чудовищно: огромная, угловатая глыба имперского серого дюрастила, пронзившая черную кладку древнего храма. Металл обшивки был искорежен, покрыт копотью и пятнами пятилетней ржавчины.

Акведук упирался прямо в левый борт корабля, где зияла рваная дыра размером с ангар малого шаттла. Края пробоины были оплавлены, металл закручен спиралью внутрь - след от попадания тяжелого турболазера, который и сбил этот левиафан с небес.

- Там разрыв! - крикнула Ри, останавливаясь у самого края.

Мост обрывался в полутора метрах от корпуса. Внизу, в щели между черным камнем и серой сталью, свистела пустота.

- Прыгай! - скомандовал Яно. - Целься в пучок кабелей!

Ри сгруппировалась и прыгнула, задержав дыхание.

Она приземлилась на край пробоины, поскользнулась на влажном от тумана металле, но успела ухватиться за свисающую арматуру.

Яно прыгнул следом.

Приземление было жестким, металл лязгнул под подошвами. Его колени спружинили, а правая рука, повинуясь рефлексу, вцепилась в обломок шпангоута, подтягивая тело вверх. Связки, сращенные Силой, выдержали нагрузку без протеста.

Он втянул себя внутрь пробоины и помог Ри подняться.

Они оказались внутри.

Контраст был ошеломляющим. Снаружи ревел ветер, грохотали взрывы и клубился туман. Внутри царила ватная, тяжелая, абсолютная темнота. Ни одного огонька. Реактор давно заглушен, аварийные батареи разрядились за пять лет дрейфа. Корабль был мертв.

Воздух здесь был ледяным и спертым. Он пах гарью, старым пластиком, вытекшей гидравликой и чем-то сладковатым - запахом мумифицированной плоти.

Яно включил фонарь. Луч холодного света прорезал тьму, выхватив из небытия искореженные переборки технического коридора. Пыль, поднятая их появлением, заплясала в луче.

- Гравитация... - прошептала Ри, хватаясь за стену. - Меня мутит.

Яно тоже это почувствовал. Желудок неприятно подкатил к горлу. Пол был наклонным, но ноги к нему прилипали, словно он был ровным. Мозг отказывался это обрабатывать.

- Гравипластины спорят с планетой, - бросил он, делая шаг. - Не доверяй глазам. Верь ботинкам.

Он сделал шаг. Ботинок прилип к полу надежно, но вестибулярный аппарат протестовал.

- Смотри под ноги. Здесь можно легко упасть на потолок и свернуть себе шею.

Он посветил вперед.

Это был служебный проход, ведущий к грузовым палубам. Яно знал эти коридоры наизусть. В годы службы он лично инспектировал сотни таких транспортов на верфях Куата и Брентаала, выискивая дефекты сборки и контрабандные тайники в обшивке. Он знал каждый люк, каждый поворот и каждую схему вентиляции.

- Нам нужно в центральную секцию, - сказал он, ориентируясь по полустертым номерам на стенах. - Трюм для особо важных грузов находится под мостиком, ближе к ядру. В данной ситуации... это вон там.

Он указал лучом света на то, что раньше было коридором, а теперь превратилось в крутой, заваленный мусором подъем.

- Идем, - сказал он. - И будь внимательна. Очень скоро мы будем здесь не одни.

Луч его фонаря скользнул по стене и выхватил из темноты то, что лежало в углу, за ящиком с инструментами.

Иссохшее, мумифицированное тело в серой летной форме имперского флота. Человек лежал в неестественной позе, лицом вниз, вытянув руку вперед, словно пытался дотянуться до чего-то.

Яно подошел ближе, светя под ноги, чтобы не наступить на обломки. Он наклонился, освещая спину мертвеца.

В ткани куртки, прямо между лопаток, зияла аккуратная, прожженная дыра с оплавленными краями. Черная точка на сером.

- Это не авария, - тихо констатировал он, выпрямляясь. Голос его звучал глухо в спертом воздухе. - Экипаж не погиб при ударе о храм. Их перебили. Выстрел в спину, с короткой дистанции.

- Кто? - Ри с ужасом смотрела на мертвеца, прижав руки ко рту.

- Те, кто был на борту, чтобы их «охранять», - ответил Яно, освещая путь дальше. - «Эскадрилья Омега». Они высадились здесь после падения, или устроили бойню прямо в полете, чтобы убедиться, что свидетелей крушения не останется. Добро пожаловать на борт «Аурека», Ри. Это не корабль. Это место преступления, которое заморозили на пять лет.

Продвижение вглубь корабля напоминало путешествие по кишкам гигантского, смертельно раненого зверя, который застыл в момент агонии.

Транспорт «77-Аурек» лежал на боку, врезавшись в храм под углом примерно в сорок пять градусов. Это превращало привычную корабельную архитектуру в сюрреалистичную полосу препятствий. Пол стал крутым, скользким склоном, по которому было невозможно идти без магнитных захватов на ботинках. Стены превратились в пол и потолок.

Но хуже всего была гравитация.

Остаточный заряд в палубных пластинах боролся с притяжением луны. В одной секции коридора их прижимало к полу с удвоенной силой, в другой - ноги отрывались от поверхности, и приходилось хвататься за поручни, чтобы не упасть на стену, которая теперь была «низом». Вестибулярный аппарат сходил с ума, посылая в мозг сигналы тошноты и головокружения.

Яно шел первым, прокладывая путь лучом фонаря. Холодный белый свет выхватывал из густой, бархатной темноты перекрученные балки шпангоутов, свисающие пучки кабелей, похожие на выпотрошенные внутренности, и хлопья термоизоляции, которые парили в застоявшемся воздухе, как черный снег.

Звук магнитных подошв - клац, клац, клац - разносился по мертвому коридору пугающе громко, отражаясь от металла.

- Не отставай, - бросил Яно, не оборачиваясь. Его голос звучал глухо, поглощаемый многослойной обшивкой. - И старайся не дышать слишком глубоко. Фильтры в носу справляются с токсинами, но запах здесь въедается в легкие.

Ри карабкалась следом, цепляясь руками за дверные косяки, ставшие теперь высокими ступенями.

- Здесь холодно, - прошептала она, стуча зубами. Изо рта у неё вырывались облачка пара, мгновенно растворяющиеся во тьме. - Холоднее, чем в космосе.

- Реактор заглушен пять лет назад. Теплоизоляция разрушена, корпус промерз насквозь. Мы, по сути, идем внутри огромного морозильника.

Они добрались до перекрестка коридоров секции «Б». Здесь гравитационная аномалия создавала особенно неприятный эффект. Яно почувствовал, как желудок подкатил к горлу: вектор притяжения внезапно сместился на девяносто градусов.

Он остановился, чтобы перевести дух и позволить глазам привыкнуть к смене перспективы. Луч фонаря скользнул по дальней стене, которая теперь была полом.

И замер.

Там, в тупике коридора, у заблокированной шлюзовой двери, лежали они.

Экипаж.

Их было шестеро. В резком свете фонаря их серые флотские комбинезоны казались почти белыми от инея. Тела не разложились - холод и сухой воздух законсервировали их, превратив в иссохшие мумии с пергаментной кожей, туго обтягивающей черепа.

Они лежали грудой, друг на друге, переплетясь конечностями. Словно они пытались открыть дверь, давя на неё массой тел, но не успели.

Яно подошел ближе, стараясь, чтобы луч света не дрожал. Его восстановленная рука сжимала рукоять бластера до боли в суставах - рефлекс, от которого трудно избавиться.

- Смотри, - тихо сказал он, указывая лучом на спину верхнего мертвеца.

В центре лопатки, зияла черная, обугленная дыра размером с кулак.

Яно перевел луч на следующего. Та же рана. И на следующем.

- Выстрелы в спину, - констатировал он. Голос его стал жестким и холодным, как обшивка корабля. - С близкой дистанции. Они бежали к спасательным капсулам, но шлюз был заблокирован. Их загнали в угол и расстреляли как скот.

Ри подошла и встала рядом. Она не отвернулась, но Яно заметил, как она судорожно вцепилась в лямку своего рюкзака, словно это был спасательный круг. Её губы побелели.

- На Нар-Шаддаа... - начала она, и голос её дрогнул, срываясь на шепот. - На Нар-Шаддаа, если тебя хотят убить, они хотя бы кричат. Или смеются. Здесь... они просто лежали и ждали? Как мусор в утилизаторе?

Она подняла на него глаза, полные неподдельного ужаса перед механичностью смерти.

- Кто это сделал?

- Те, кто стоял у них за спиной, - Яно наклонился к телу офицера, на чьем воротнике сохранились потемневшие планки лейтенанта навигационной службы. - Видишь? Нет следов борьбы. Никто не достал оружие. Кобура застегнута. Они доверяли своим убийцам до последней секунды.

Он выпрямился, освещая темный провал коридора, из которого эти люди прибежали пять лет назад.

- «Эскадрилья Омега», - произнес он, словно вынося приговор. - Личная гвардия Воска. Они были на борту с самого начала. Как охрана груза.

- Они убили своих же пилотов? - Ри с ужасом посмотрела на темный коридор, словно ожидая, что убийцы все еще там.

- Когда корабль был подбит и начал падать, Воск - или командир отряда - отдал приказ: «Зачистить свидетелей». Охрана расстреляла экипаж, чтобы никто не смог рассказать, что именно они везли и кто их сбил. А потом... - Яно обвел лучом накренившиеся стены, - потом они сами погибли при ударе о храм. Или задохнулись, когда системы отказали. Справедливость в этой галактике редко бывает быстрой, но иногда она бывает ироничной.

Ри вдруг вздрогнула и отступила на шаг, прижимая ладонь ко лбу.

- Я слышу их, - прошептала она.

Яно резко повернулся к ней, готовый рявкнуть команду «Закройся!», как в джунглях.

- Ри.

- Нет, не так, как раньше, - она покачала головой. Её глаза были закрыты, лицо сосредоточено. Она не паниковала. Она слушала. - Это не крик. Это... удивление. Они не поняли. Просто вспышка - и темнота. Здесь нет боли. Только холодное, бесконечное недоумение. «Почему?»

- Пропусти это, - напомнил Яно, понизив голос. - Не держи в себе. Ты - русло, помнишь? Пусть вода утечет.

Ри сделала глубокий вдох, задержала его на секунду и медленно выдохнула, открывая глаза.

- Утекла, - сказала она твердо, хотя голос её был хриплым. - Идем отсюда. Мне не нравится это место. Оно пахнет предательством.

- Оно пахнет логистикой, - поправил Яно, перешагивая через окоченевшие ноги лейтенанта. - Имперской логистикой и утилизацией кадров, утративших полезность.

Они двинулись дальше.

Путь преграждала шахта турболифта. Двери были открыты, кабина отсутствовала, рухнув вниз при крушении. Теперь это была черная дыра, перерезающая коридор. Из-за наклона корабля шахта превратилась в диагональный колодец. Противоположный край был выше на полтора метра и под неудобным углом.

- Моста нет, - констатировал Яно, светя вниз. Луча фонаря не хватало, чтобы достать дна, но оттуда тянуло сквозняком.

Он осмотрел стены шахты. Вдоль них шли технические скобы и толстые кабели питания, покрытые инеем.

- Полезем по стене, - решил он. - Как скалолазы.

Он убрал бластер в кобуру и проверил перчатки. Правая рука слушалась хорошо, хотя кожа под тканью стала непривычно чувствительной, словно обожженной.

- Я первый. Ты за мной. Ставь ноги туда же, куда я. И ради всего святого, не смотри вниз. Гравитация здесь может сыграть шутку: ты упадешь не вниз, а вбок, и размажешься о переборку.

Он шагнул в пустоту шахты, ухватившись за толстый силовой кабель. Тот скрипнул, осыпав их пылью, но выдержал.

Яно двигался быстро и уверенно. Годы инспекций на верфях, где техника безопасности была пустым звуком, научили его лазать по недостроенным каркасам звездолетов лучше, чем ходить по земле. Он находил опору там, где её, казалось, не было: на выступах шпангоутов, на кронштейнах датчиков.

Ри карабкалась следом. Она дышала тяжело, с присвистом, но не жаловалась.

На середине пути, когда они висели над бездной, корабль вдруг застонал.

Звук был низким, протяжным, похожим на стон умирающего кита. Металл заскрежетал о камень. Вибрация прошла через корпус, отдаваясь в пальцах дрожью.

Ри вскрикнула, прижавшись к стене и замерев.

- Он падает? - пискнула она.

- Нет, - Яно замер, прислушиваясь. - Это не падение. Это внешний корпус остывает... Или...

Он посмотрел вверх, туда, откуда они пришли, в сторону пробоины. Звук повторился - глухой, далекий удар.

- Или внизу, у основания пирамиды, кто-то только что взорвал очень большую дверь, и эхо идет по всему каркасу.

- Имперцы, - поняла Ри.

- Они внутри. Теперь это гонка на время. Они поднимаются по лестницам, а мы ползем по вентиляции. Ускоряемся.

Он подтянулся, рывком выбрасывая тело на площадку следующего уровня. Протянул здоровую левую руку Ри.

- Давай руку!

Она вцепилась в его перчатку. Яно рванул её на себя, вытаскивая из шахты на твердый хоть и наклонный пол палубы.

Они оказались перед массивной гермодверью, выкрашенной в желто-черную предупреждающую полоску. Надпись на ней, наполовину стертая, гласила: СЕКЦИЯ ХРАНЕНИЯ ОСОБОГО РЕЖИМА.

Яно посветил на замок. Панель доступа была цела, но обесточена. Рядом с ней, в стене, виднелось круглое гнездо порта.

- Мы на месте, - сказал он, доставая из кармана Цилиндр. Металл ключа нагрелся от тепла его тела. - За этой дверью лежит то, ради чего умерли эти люди. И то, ради чего Воск готов убить нас.

Он посмотрел на Ри.

- Ты готова увидеть, сколько стоит совесть Империи?

- Я готова убраться отсюда, - ответила она, нервно оглядываясь на шахту лифта, из которой тянуло смертью.

Яно вставил цилиндр в порт. Раздался щелчок, затем натужное гудение сервоприводов, получающих питание от аварийного контура самого ключа.

Тяжелые запоры, не открывавшиеся пять лет, с грохотом разошлись. Дверь медленно, с натужным скрежетом поползла в сторону, открывая путь в сокровищницу мертвеца.

Они стояли перед массивной гермодверью, перекрывающей доступ в центральную секцию. Желто-черные полосы предупреждающей маркировки были покрыты слоем инея, а трафаретная надпись СЕКЦИЯ ОСОБОГО ХРАНЕНИЯ была почти нечитаема под слоем копоти.

Из-за крена корабля дверь нависала над ними под неудобным углом, словно падающая плита.

- Здесь, - выдохнул Яно. Пар от его дыхания оседал на холодном металле. - Это сердце корабля.

Яно посветил фонарем на приемное гнездо. Оно было чистым, защищенным герметичной заслонкой.

- Ты уверен, что он подойдет? - шепотом спросила Ри, нервно оглядываясь на темный зев лифтовой шахты, откуда они только что выбрались. - Тот дроид в рубке... он не был рад гостям.

- Дроид выполнял протокол охраны периметра, - ответил Яно, вставляя цилиндр в порт. - А это - ключ владельца. Для системы мы сейчас - сам полковник Воск, пришедший проверить свои сбережения.

Он повернул цилиндр до щелчка.

Секунду ничего не происходило. Тишина давила на уши.

Затем, глубоко внутри переборки, раздался низкий, натужный стон. Пневматические замки, спавшие пять лет, неохотно выходили из пазов. Звук был громким, скрежещущим, разнёсшимся по кораблю как выстрел.

Дверь дрогнула. Посыпалась ледяная крошка. Створки медленно, рывками, поползли в стороны, открывая проход.

Из открывшегося проема вырвалось облако сухого, стерильного воздуха, пахнущего озоном и антисептиком.

Яно шагнул через порог первым, держа бластер наготове. Луч его фонаря скользнул по стенам.

Это был не просто грузовой трюм. Это был банковский сейф размером с ангар.

Огромное помещение уходило вглубь. Пол здесь был покрыт не ребристым настилом, а дорогим полимером, поглощающим звук. Вдоль стен, закрепленные мощными магнитными захватами, стояли ряды одинаковых контейнеров из черного матового дюрапласта. Из-за наклона палубы казалось, что ящики висят на стене, готовые сорваться и раздавить любого, кто окажется внизу, но магниты держали их намертво.

Здесь не было тел. Не было мусора. Только идеальный, пугающий порядок.

- Ого... - выдохнула Ри, входя следом. Она сразу же поскользнулась на гладком полу, но успела схватиться за стойку стеллажа. - Сколько же здесь всего...

Яно подошел к ближайшему ряду контейнеров. На боку каждого белой краской был нанесен трафарет: имперский герб и код.

ИСБ-АРХИВ. СЕКТОР 7. УРОВЕНЬ ДОСТУПА: ЧЕРНЫЙ.

Он провел рукой в перчатке по холодному пластику.

- Это не товары, - констатировал он. - Это бумага. Точнее, её цифровой эквивалент.

- Мы искали бумагу? - разочарованно спросила Ри. - Ты говорил про золото.

- Золото - это для дураков и контрабандистов, Ри. Золото тяжело таскать, и его трудно сбыть. А это... - он кивнул на ряды ящиков. - Это власть.

Он двинулся в центр зала, осторожно ступая по наклонной поверхности. Там, в круге света от автономного аварийного маяка, стоял отдельный, усиленный кейс. К нему тянулись толстые кабели питания от резервного генератора, встроенного в пол. Система поддерживала содержимое в активном состоянии.

- Воск - параноик, - пробормотал Яно. - Самое важное он держал не на кристаллах памяти, которые могут размагнититься, а на активных серверах.

Он кивнул Ри.

- Твой выход. Цилиндр всё ещё в двери?

- Нет, я забрала, - Ри показала ключ.

- Открывай этот кейс.

Ри подошла к ящику. Это был мобильный серверный блок, бронированный по классу боевой техники. Она нашла порт доступа, вставила цилиндр и подключила свою деку для контроля.

Замки щелкнули мягко, маслянисто. Крышка поднялась на гидравлике.

Внутри, в мягких противоударных ложементах, светились ряды инфо-ячеек. Они тускло пульсировали синим светом, показывая, что данные живы.

Ри быстро пробежалась пальцами по клавишам деки, считывая заголовки.

- Тут... тут счета, - сказала она, хмурясь. - Транзакции. Банковский Клан, Муунилинст, подставные фирмы в Корпоративном Секторе. Суммы огромные. Миллиарды кредитов.

- Фонд "черного дня" полковника Воска, - кивнул Яно. - Деньги, которые он украл у Империи, списывая их на "потери военного времени".

- А вот еще, - Ри открыла следующую папку. Её глаза расширились. - Видеофайлы. Аудиозаписи. "Допрос губернатора Тариса". "Протокол ликвидации свидетелей, проект Зола". Яно, здесь имена... Моффы, Адмиралы...

- Компромат, - закончил за неё Яно. Он взял одну из ячеек, взвешивая её на ладони. Она была легкой, почти невесомой. - Вот она, смерть Воска. В цифровом формате. Он собирал грязь на всех своих коллег, чтобы держать их за глотку. Но он не учел, что этот же архив станет петлей на его собственной шее.

Он аккуратно уложил ячейку обратно и закрыл кейс.

- Мы забираем это. Весь блок.

- Он тяжелый, - заметила Ри.

- Мы потащим его волоком, если придется. С этим архивом мы можем купить себе не просто жизнь, а неприкосновенность. Республика даст нам медаль и новые имена в обмен на эти файлы. Или Осколки заплатят нам, чтобы мы не отдавали их Республике. В любом случае, мы выиграли.

Яно застегнул фиксаторы на кейсе и прикрепил к нему лямки для переноски. Он чувствовал прилив мрачного торжества. Головоломка сложилась. Он нашел уязвимую точку врага.

- Двадцать килограммов смертного приговора для полковника Воска, - констатировал он, подтягивая ремни так, чтобы кейс не болтался при беге. - С этим мы купим себе любую жизнь, какую захотим. Ри, уходим.

Но Ри не двигалась. Она стояла у дальнего стеллажа, в тени нависающей балки, направив луч фонаря на деревянный кофр.

- Яно... - позвала она. Её голос дрогнул. - Посмотри на это.

Яно, уже сделавший шаг к выходу, остановился. Что-то в её тоне заставило его обернуться.

Ри светила на крышку кофра. Поверх стандартной имперской печати КОНФИСКАТ была наклеена личная бирка: СОБСТВЕННОСТЬ А. ВОСКА. ЛИЧНАЯ КОЛЛЕКЦИЯ.

А под биркой, выжженный на темном полированном дереве, был виден герб. Хищная птица, держащая в когтях весы.

Сердце Яно пропустило удар. Воздух в трюме вдруг стал таким разреженным, что он не мог вздохнуть. Шум в ушах заглушил гул корабельной вентиляции.

Это был герб Дома Вектис.

Он медленно подошел к ящику. Кейс с миллиардами кредитов за спиной внезапно перестал иметь значение.

Воск не просто воровал казенные деньги. Он был там. Этот человек ходил по комнатам родового поместья Яно. Он открывал шкафы. Он оценивал вещи его родителей. Он выбирал сувениры, пока его семья ждала смерти.

- Вскрывай, - голос Яно был тихим и мертвым.

Ри сбила замок. Крышка поднялась.

Луч фонаря выхватил содержимое кофра.

Внутри лежал бархат. Старый, глубокого синего цвета - традиционный цвет траура на Алдераане. На ткани, аккуратно уложенные, покоились вещи. Это был не конфискат. Это были трофеи.

Яно смотрел, и дыхание застревало в горле.

Парадный мундир его отца с платиновыми пуговицами и орденской планкой Республики. Диадема матери из лунного камня, которую она надевала только на приемы в королевском дворце. Детская коллекция древних монет, которую сам Яно собирал, когда ему было семь лет.

Все эти вещи должны были сгореть в пять лет назад. Но они были здесь. Сохраненные, упакованные, присвоенные.

Яно почувствовал, как мир вокруг сужается до размеров этого ящика.

Воск не просто выполнял приказ по блокаде сектора. Он был там. Он спустился на поверхность. Пока звездные разрушители занимали позиции на орбите, полковник ИСБ ходил по комнатам поместья Вектис. Он открывал шкафы. Он оценивал картины. Он выбирал сувениры, пока родители Яно ждали конца.

- Он мародер, - голос Яно был таким тихим и холодным, что Ри, стоящая рядом, поежилась. - Он не солдат и не бюрократ. Он стервятник, который грабил могилы еще до того, как они были вырыты.

Рука Яно, дрожащая от сдерживаемой ярости, коснулась мундира. Ткань была холодной.

Его пальцы наткнулись на что-то твердое под слоем одежды. Продолговатый предмет, завернутый в шелк.

Яно замер. Он знал эту форму. Он помнил её вес.

Он медленно развернул ткань.

В его ладони лежал металлический цилиндр. Изогнутая рукоять, инкрустированная электрумом и черным деревом. Тонкая, изящная работа мастеров Старой Республики, потертая от времени и множества рук, сжимавших её.

Ри ахнула, невольно подавшись вперед.

- Это…

Яно обхватил рукоять. Она легла в ладонь не как чужеродный предмет, а как недостающая кость скелета. Пальцы сами, без участия сознания, нашли нужные точки давления на эмиттере. Это была мышечная память, которой не должно быть у таможенного инспектора. Память тела о бесконечных часах тренировок в залах, которых больше не существует.

Звук был резким и чистым, он разрезал тишину трюма, как удар хлыста.

Из эмиттера вырвался клинок. Он был короче стандартного - всего полметра длиной. И цвет его был не синим и не зеленым. Он был бледно-желтым, цвета осеннего солнца Алдераана. Клинок гудел ровно, насыщая воздух запахом озона и теплом.

- Световой меч, - выдохнула Ри, глядя на сияние широко раскрытыми глазами. В отблесках плазмы её лицо казалось призрачным.

- Шото, - поправил Яно, не отрывая взгляда от лезвия. - Короткий клинок. Оружие дуэлянта для левой руки.

Он сделал пару движений кистью. Клинок пел, оставляя в воздухе золотистые шлейфы. Невесомый, смертоносный.

- Мой род был чувствителен к Силе на протяжении поколений, - тихо сказал он. - У нас была своя школа фехтования. Джар'Кай. Работа двумя клинками. Основной меч, длинный, принадлежал моему прадеду-магистру. Отец заставлял меня тренироваться с макетами, пока я не падал с ног. Он говорил, что Вектис должен уметь защитить себя, даже если галактика забудет, кто такие джедаи.

Яно деактивировал клинок. Свет втянулся обратно с шипением, вернув их в полумрак, который теперь казался еще гуще.

- Тот меч остался в Храме Джедаев на Корусанте, когда я ушел. Я оставил его как знак того, что я недостоин. Скорее всего, Палпатин переплавил его или отдал своим слугам... А этот... малый клинок... его вернули семье. Он хранился в кабинете отца, под стеклом. Как память о том, кем мы могли бы быть.

Он повесил рукоять на пояс, рядом с бластером. Металл стукнул о пряжку.

- Воск забрал его. Он носил запонки моего отца. Он держал в руках меч моего предка.

Яно поднял глаза на Ри. В них больше не было усталости беглеца или цинизма скупщика краденого. В них горел холодный, белый огонь ненависти.

- Всё изменилось, Ри. Мы не просто заберем архив, чтобы выжить. Мы заберем его, чтобы уничтожить Воска. Я не оставлю ему ни единого кредита, ни единой спокойной минуты. Я хочу видеть, как он горит.

- Яно, - Ри коснулась его плеча. - Мы не можем забрать всё. Ящик огромный.

Яно посмотрел на открытый кофр. На мундир, на диадему. Каждая вещь здесь была частью его души. Оставить их здесь, в мертвом корабле, который скоро превратится в поле боя, было физически больно.

Но он был логистом. Он знал понятие «грузоподъемность» и «приоритет».

- Я знаю, - хрипло сказал он.

Он протянул руку и взял с бархатной подушки еще одну вещь. Массивный перстень-печатку из белого золота с вырезанным на камне соколом. Кольцо Виконта. То самое, которым отец скреплял документы и письма.

Яно надел кольцо на мизинец левой руки. Оно село плотно.

- Простите, - прошептал он, глядя на мундир отца в последний раз. - Я вернусь за остальным. Или позабочусь о том, чтобы никто другой это не получил.

Он захлопнул крышку кофра. Глухой удар прозвучал как выстрел.

- Яно! - Ри вдруг напряглась, повернув голову к выходу из трюма. - Ты слышишь?

Он прислушался. Сначала была тишина. А потом пол под ногами дрогнул.

Глухой, мощный удар донесся откуда-то снизу, из недр корабля. Вибрация прошла через корпус, заставив контейнеры задребезжать в магнитных захватах.

- Взрывы, - констатировал Яно, мгновенно переключаясь из режима траура в режим боя. Рука сама легла на рукоять бластера. - Кумулятивные заряды.

- Саперы?

- Нет. Штурмовая группа. Они не стали возиться с замками внизу. Они прожгли переборку на нижней палубе.

Яно подхватил тяжелый кейс с архивом и закинул ремень на плечо.

- Они уже внутри. Уходим. Здесь нас зажмут как крыс в бочке. Нам нужно выше.

- Куда? Мы и так на вершине! - Ри в панике оглянулась на темный коридор.

- На мостик, - Яно указал на узкий технический трап в дальнем конце зала, ведущий к потолку. - Это единственное место, где можно заблокировать лифты и держать оборону. И... оттуда есть доступ к реактору.

- К реактору? Зачем?

- Я сказал, что хочу, чтобы Воск сгорел, - отрезал Яно, подталкивая её к лестнице.

Они взлетели на верхнюю площадку технического трапа, задыхаясь от напряжения. Кейс с архивом бил Яно по спине, оттягивая лямки, но он не замечал веса.

Снизу, из трюма, донесся резкий свист, перешедший в грохот.

Входной люк, через который они только что прошли, исчез во вспышке белого пламени. Кумулятивный заряд вышиб бронированную дверь вместе с рамой.

В проеме возникли черные, безликие фигуры. Штурмовики Смерти. Они не кричали «Стоять!» и не требовали сдачи. Они просто подняли карабины.

Красные росчерки плазмы вспороли воздух, ударив в переборку в сантиметрах от ног Ри. Металл зашипел, плавясь.

- Вверх! - Яно толкнул Ри в узкий служебный лаз, ведущий к командной палубе. - Не останавливайся!

Он развернулся, вскинул бластер и сделал два выстрела вслепую, чтобы заставить преследователей пригнуть головы, а затем нырнул следом за девчонкой.

Подъем был мучительным. Лестница шла под углом, скобы были скользкими от конденсата. Снизу доносился топот тяжелых магнитных ботинок - ритмичный, неумолимый, как бой барабана. «Эскадрилья Омега» шла по следу, не торопясь, зная, что добыче некуда деться.

Они вывалились в коридор командной палубы.

Здесь разрушения были катастрофическими. Потолок частично обрушился при ударе о храм, свисали искрящие пучки кабелей, пол был усеян осколками транспаристила.

В конце коридора, заваленного мусором, зиял проем бронированной двери. Мостик.

Они влетели внутрь, скользя по наклонному полу.

Это было огромное помещение, когда-то полное жизни, огней и голограмм. Теперь это был склеп с видом на ад. Главное обзорное окно треснуло, но выдержало удар. Сквозь паутину трещин на них смотрела туманность Калида - бурлящая, фиолетовая, злая.

Снаружи, за стеклом, в тумане мелькали огни десантных шаттлов, кружащих над храмом, как стервятники, ожидающие, когда можно будет сесть на труп.

- Блокируй дверь! - скомандовал Яно, бросая кейс на тактический стол в центре зала.

Ри метнулась к панели управления входом. Она сорвала крышку, её пальцы замелькали в путанице проводов.

- Система обесточена! - крикнула она, в панике оглядываясь. - Приводы мертвы! Я не могу запереть её программно!

Яно огляделся. На полу валялись легкие кресла - бесполезный мусор против плазменного резака. Но над дверным проемом нависала массивная дюрастиловая балка перекрытия, которую вырвало из потолка при ударе. Она держалась на честном слове и пучке кабелей.

Она весила полтонны. Руками её не сдвинуть.

- Ри! - рявкнул Яно. - Оставь панель. Смотри наверх.

Он указал на балку.

- Нам нужно уронить это. Прямо перед дверью.

- Она огромная! - Ри посмотрела на него с ужасом. - У нас нет лебедки!

- У нас есть ты, - Яно встал рядом с ней, положив здоровую руку ей на плечо. Снизу уже слышался топот тяжелых ботинок. У них было секунд десять. - Вспомни джунгли. Вспомни камень.

- Я не могу! Я боюсь! - её голос сорвался на визг. - Они сейчас войдут!

- Страх - это затор! - перекричал её Яно. - Это ржавчина в трубах! Ты пытаешься толкать этот вес своей паникой, своим адреналином. Это путь к выгоранию. Не смей использовать страх как топливо, это «грязная» энергия.

Он развернул её лицом к балке.

- Вспомни джунгли. Размер - не важен. Ты не толкала колонну своей силой. Ты позволила месту сделать это за тебя.

- Но здесь нет места! Здесь только смерть!

- Сила везде, Ри. Даже в этом мертвом железе. Твой страх заставляет тебя сжиматься, закрывать каналы. Расслабься. Не будь пробкой. Будь руслом.

Яно указал на крепление балки.

- Убери себя из уравнения. Тебе не нужно быть сильной. Тебе нужно просто открыть заслонку. Пусть давление снаружи сделает работу. Просто укажи точку.

Ри зажмурилась. Она дрожала, но Яно почувствовал, как хаотичная «статика» вокруг неё начала выравниваться. Она перестала цепляться за свой ужас как за источник силы. Она выдохнула, отпуская напряжение мышц.

Она стала прозрачной для потока.

Ри резко выбросила обе руки вперед, словно открывая невидимый шлюз.

Воздух взорвался хлопком - это был звук чистого кинетического импульса, не замутненного эмоцией.

Кабели, державшие балку, лопнули с пушечным звуком, сделав её жертвой хаотичной корабельной гравитации. Гигантский кусок металла рухнул “вбок” - его швырнуло вперед, вгоняя в проем двери с силой тарана.

Балка мгновенно набрала чудовищную скорость и с грохотом врезалась в косяки, намертво заклинивая проход и перекрывая его грудой искореженного металла. Пол под ногами подпрыгнул, стены вокруг пошли трещинами.

Ри рухнула на колени, хватая ртом воздух. Из носа текла темная струйка крови, капая на грязный пол. Её руки тряслись так, что она не могла сжать кулаки.

- Оно... оно хотело раздавить их, - прошептала она, глядя на свои ладони с ужасом. - Я просто открыла дверь, Яно. Но то, что вошло... оно было чудовищно. Я чуть не умерла.

Он кивнул на дверь. Удары прекратились. Вместо них послышалось низкое, нарастающее гудение. В центре завала металл начал менять цвет на вишневый.

- Резак, - констатировал Яно, отступая к тактическому столу. - Они прожгут её. У нас есть минуты три.

- Мы в ловушке, - тихо сказала Ри, сползая на пол.

Яно посмотрел на обзорное окно. Высота - триста метров. Внизу - скалы. В коридоре - убийцы.

Он перевел взгляд на инженерную консоль позади капитанского кресла.

- Выход есть, - сказал он, подходя к пульту. - Просто он нам не понравится.

Он начал вводить команды левой рукой.

- Что ты делаешь?

- Снимаю магнитные ограничители с топливных стержней. Я обещал, что Воск сгорит. Я собираюсь сдержать слово.

В этот момент голографический проектор на столе издал резкий треск.

Над столом, мерцая из-за помех, возникла голубая фигура. Полковник Арлан Воск.

Яно замер.

- Яно Вектис, - произнес мягкий голос. - Я рад, что вы всё ещё живы. Мои люди несколько... нетерпеливы.

Дверь за баррикадой начала плавиться, капая огненным металлом на пол. Время пошло.

Яно шагнул к проектору, не опуская бластера, хотя стрелять в голограмму было бессмысленно.

- Воск, - произнес он. - Я думал, ты предпочитаешь прятаться за спинами своих солдат или отправлять дроидов. Личный визит? Какая честь.

Голограмма полковника чуть повернула голову, словно разглядывая разгромленный мостик и баррикаду у двери. Изображение рябило из-за магнитных полей туманности, придавая Воску вид призрака.

- Я предпочитаю эффективность, господин инспектор, - ответил Воск. Он стоял, заложив руки за спину, в безупречном костюме, который казался насмешкой над грязью и кровью, покрывавшими Яно. - Ради вас мне пришлось восстановить подачу энергии на мостик, а это, поверьте, было непросто. Да и в целом - вы доставили мне массу неудобств. Взлом станции, погоня, теперь это... сопротивление. Вы талантливы, надо отдать вам должное. Империя потеряла ценный кадр, когда вы дезертировали.

За спиной Яно, у двери, металл балки начал капать на пол огненными слезами. Резак прожигал баррикаду.

- Вы в тупике, Вектис, - продолжил Воск, его голос был мягким, как бархат. - За этой дверью стоит взвод зачистки. У них приказ не брать пленных. У вас нет шансов.

- У меня есть твой архив, - Яно положил левую руку на кейс. - Списки счетов. Имена. Протоколы ликвидаций. Доказательства того, как ты обворовывал казну и подставлял коллег. Я думаю, Совет Осколков будет очень заинтересован в чтении этих мемуаров. А Новая Республика даст за них любую цену.

Воск улыбнулся. Это была улыбка акулы - одни зубы и никакой радости.

- Осколки - это стая голодных псов. Они грызутся за кости. А Республика... Республика погрязла в бюрократии. Но вы правы, этот архив доставит мне... некоторые неудобства. Поэтому я предлагаю сделку.

Ри, сидевшая на полу, подняла голову. В её глазах мелькнула надежда.

- Сделку? - переспросил Яно, не убирая пальца со спуска.

- Вы отдаете мне кейс. Я отзываю штурмовиков. Я даю вам малый шаттл из ангара этого транспорта - там остался один исправный - и коридор для вылета. Вы исчезаете. С деньгами, разумеется. Я готов заплатить за возврат утерянного имущества. Пять миллионов кредитов. Этого хватит, чтобы купить себе остров на Карида.

Яно молчал. Пять миллионов. Свобода. Жизнь. Это было именно то, чего он хотел еще два дня назад.

- А гарантии? - спросил он.

- Мое слово. Слово офицера.

- Офицера, который расстрелял собственный экипаж выстрелами в спину? - Яно кивнул на коридор за стеной. - Я видел твоих людей, Воск. Я видел трупы в коридорах. Твое слово стоит меньше, чем пыль на моих ботинках.

Голограмма Воска чуть поморщилась, словно от неприятного запаха.

- Это была необходимость. Санитарная мера. Вы сентиментальны, Вектис. Это ваша слабость. Как и ваша привязанность к... старью с мертвой планеты. Я видел, что вы вскрыли мой личный контейнер. Надеюсь, вам понравилась коллекция?

Яно сжал кулак в кармане, чувствуя острую грань отцовского перстня. Кровь ударила в виски. Воск называл наследие его семьи «мусором».

- Хорошо, - продолжил Воск, приняв молчание за колебание. - Если вы так уж сроднились с этим архивом, у меня есть другое предложение. Оставьте девчонку.

Ри вздрогнула и вжалась в стену.

- Инквизиторий давно ищет необученных одаренных, - голос Воска стал деловитым. - Я видел записи со станции. Телекинез в стрессовой ситуации. Очень мощный потенциал. За такой подарок Инквизиторы простят мне даже потерю архива. Отдайте её мне и уходите. Я даже позволю вам забрать тот смешной световой ножик, который вы нашли. Поймите, Вектис, мы с вами - люди высокого полета, а она - всего лишь бродяга. Что вам до неё?!

Яно посмотрел на Ри. Она смотрела на него снизу вверх. В её глазах не было мольбы. В них было ожидание. Она привыкла, что её продают. Она была уличной крысой, разменной монетой в играх больших людей.

Прагматик внутри Яно кричал: «Соглашайся! Он убьет нас обоих! Спаси хотя бы себя и архив! Девчонка обречена в любом случае!»

Это был логичный выход. Рациональный. Имперский.

Но рука в кармане сжимала кольцо. Холодный металл с фамильным гербом впивался в кожу.

Яно медленно выдохнул. Лицо его закаменело, черты заострились, и он вдруг стал казаться старше на тысячу лет.

- Вы ошиблись, Воск. Вы надели этот дорогой мундир и решили, что он сделает вас ровней древним родам. Вы прочитали мое досье и решили, что мы коллеги. Но вы забыли главное.

Яно сделал шаг к проектору.

- Мой Дом стоял за тысячи лет до того, как ваша Империя стала дурной фантазией в голове коррумпированного политикана. Он видел падение Орденов и рождение тираний. И знаете, что я понимаю, глядя с высоты моего происхождения?

Он посмотрел на Воска как на пятно грязи.

- Разница между гранд-моффом и уличным бродягой совершенно неразличима. Особенно если у обоих нет чести. Я - Вектис.

Яно отцепил шото с пояса. Рукоять легла в левую руку привычной тяжестью.

Он нажал кнопку.

Желтый клинок с низким, угрожающим гудением вырвался на свободу, разрезая спертый воздух мостика. Золотистый свет озарил лицо Яно - жесткое, решительное, лишенное сомнений.

- Мы не торгуем людьми, полковник. И мы не договариваемся с прислугой, которая ворует столовое серебро.

Он взмахнул клинком и ударил по консоли проектора, разрубая её надвое вместе с генератором поля.

Голограмма Воска мигнула, исказилась в гримасе ярости и погасла, оставив их в полумраке, освещаемом только желтым светом меча и оранжевым сиянием плавящейся двери.

- Ты... ты не отдал меня, - прошептала Ри.

- Я же сказал, - Яно повернулся к двери, вставая в стойку. - Я держу слово.

Металл баррикады начал проседать. В центре наваленной кучи мебели появилось раскаленное пятно.

- Приготовься, Ри, - спокойно сказал Яно Вектис. - Сейчас будет жарко.

Дверь взорвалась внутрь фонтаном искр и расплавленного шлака.

Глава 7. Нулевой след

Мир взорвался внутрь.

Бронированная дверь, раскаленная плазменным резаком, не выдержала направленного взрыва. Она рухнула в помещение мостика с грохотом падающего монолита, подняв облако раскаленной окалины и дыма.

Яно не ждал, пока дым рассеется. Ждать - значило умереть.

- В укрытие! - крикнул он Ри, которая и так вжалась в пол за массивной ножкой тактического стола.

Сам он перемахнул через столешницу. В его правой руке был тяжелый бластер, в левой гудело бледно-желтое жало светового клинка.

В проеме возникли силуэты. Штурмовики Смерти. Они двигались быстро, профессионально сканируя сектора огня. Их черная броня поглощала свет, а голоса в шлемофонах звучали как скрежет статики.

- Контакт. Ликвидировать.

Два ствола карабинов Е-11D повернулись в сторону Яно.

Обычный человек был бы мертв. Но Яно Вектис стал проводником бурлящего вокруг него невидимого потока.

Он не видел выстрела. Он почувствовал намерение. Острый укол в затылке за долю секунды до того, как палец штурмовика нажал на спуск.

Яно дернул левой рукой. Движение было коротким, экономным, почти ленивым.

Желтый клинок шото описал дугу, оказавшись ровно в той точке пространства, где через мгновение прошел красным росчерком бластерный болт.

Плазма ударилась о силовое поле меча с коротким треском, разлетевшись искрами. Удар был сильным - рукоять вибрировала в руке, но Яно удержал её. Он не отбивал выстрелы один за другим, как когда это показывал магистр Йода. Он предвидел один конкретный выстрел и поставил блок.

Штурмовик замешкался. Всего на долю секунды - его мозг пытался обработать информацию: цель вооружена световым мечом.

Этого хватило.

Яно нырнул под выстрел, сокращая дистанцию рывком. Все его рефлексы требовали выхода на дистанцию “драки в кабине лифта”.

Он оказался вплотную к первому противнику. Штурмовик попытался ударить его прикладом, но Яно сместился с линии атаки, пропуская удар мимо. Его левая рука с мечом метнулась снизу вверх.

Короткий клинок вошел в сочленение брони под мышкой, прожег кевлар и плоть, и вышел через плечо. Штурмовик рухнул без звука.

Второй боец открыл огонь.

Яно крутанулся на пятке, используя тело убитого врага как щит. Заряды вгрызлись в черную броню мертвеца.

Яно выстрелил из своего бластера поверх плеча трупа. В упор. Прямо в визор шлема второго штурмовика. Стеклопластик лопнул, и враг опрокинулся навзничь.

- Чисто! - выдохнул Яно, отталкивая тело.

Но коридор за дверным проемом не был пуст. Сквозь дым и искры он видел новые фигуры. Еще трое. И они уже не лезли напролом, они занимали позиции для шквального огня.

- Граната! - крикнул кто-то из имперцев.

Металлический цилиндр, звякнув о палубу, закатился в помещение мостика.

- Ри! - заорал Яно.

Он не успевал добежать до гранаты.

Ри среагировала. Она не стала пытаться поднять гранату в воздух - это было слишком сложно для неё. Она сделала то, чему научилась в джунглях. Она стала руслом.

Девчонка выбросила руку вперед, и всё, что валялось на полу, словно смело гигантской невидимой метлой. Весь хлам, все обломки - и граната вместе с ними - устремились обратно. Последней лениво сдвинулась тяжелая крышка технического люка в полу, сорванная с петель еще при крушении. Сдвинулась и накрыла гранату, совсем чуть-чуть.

Пол подпрыгнул. Крышку подбросило на полметра, из-под неё вырвались языки пламени и осколки, но основная ударная волна ушла в перекрытия.

Яно, которого взрывом отшвырнуло к стене, тряхнул головой, прогоняя звон в ушах.

- Отличная работа, - прохрипел он, поднимаясь.

Он метнулся к дверному проему. Штурмовики в коридоре готовились к новому штурму. Яно высунулся на секунду, дал два выстрела на подавление и снова ушел в укрытие.

Еще один выстрел чиркнул по косяку рядом с его головой. Яно снова почувствовал этот укол - предвидение. Он инстинктивно поднял шото, закрывая лицо. Плазменный сгусток с шипением отразился от клинка, оставив в глазах фиолетовые пятна.

- Их слишком много, - крикнул он, отступая к тактическому столу. - Мы не удержим проход.

Он посмотрел на инженерную консоль, которая все еще светилась позади капитанского кресла.

- Ри, баррикадируй проем! Всем, что можешь сдвинуть! Мне нужна минута!

- Что ты будешь делать?

Яно деактивировал меч, повесил его на пояс и бросился к пульту. Его пальцы, и здоровые, и недавно исцеленные, заплясали над клавиатурой, вводя коды авторизации из Цилиндра.

- Я собираюсь превратить этот корабль в самую большую бомбу в секторе, - ответил он. - Протокол Тибанна. Ручная активация.

На экране вспыхнуло предупреждение: ВНИМАНИЕ! СНЯТИЕ МАГНИТНОЙ ЗАЩИТЫ РЕАКТОРА. НЕОБРАТИМЫЙ ПРОЦЕСС.

- Подтвердить, - рявкнул Яно, ударяя по клавише ввода.

Корабль ответил низким, утробным стоном. Свет моргнул и стал еще краснее. Гул, который раньше был фоновым шумом, начал нарастать, переходя в вибрацию, от которой дрожали зубы.

На главном экране загорелся таймер обратного отсчета.

15:00... 14:59...

- Время пошло, - Яно подхватил кейс с архивом. - У нас пятнадцать минут, чтобы убраться с этой пороховой бочки.

- Куда? - Ри оттащила тяжелый ящик к двери, закрывая сектор обстрела. - В коридоре смерть!

- Вниз, - Яно указал на дыру в полу. - В технические шахты. Мы спустимся в ангар в обход их позиций.

В дверь снова ударили выстрелы. Штурмовики поняли, что жертва что-то задумала, и пошли на прорыв.

- Ныряй! - Яно подтолкнул Ри к дыре в полу. - Я за тобой!

Шахта, в которую они нырнули, была узкой, грязной и горячей. Из-за крена корабля она превратилась в крутой металлический желоб, уходящий в темноту под крутым углом.

Яно скользил первым, упираясь ногами и локтями в стенки, чтобы контролировать скорость. Кейс с архивом, пристегнутый к спине, бил его по лопаткам на каждом стыке, словно пытаясь сбросить в бездну. Ри катилась следом, её дыхание в комм-канале звучало как всхлипывания загнанного зверя.

Грохот выстрелов наверху стих, сменившись другим звуком. Более страшным.

Глубоко в недрах корабля, под килем, начинал выть реактор. Это был низкий, инфразвуковой гул, от которого вибрировали зубы и плыло перед глазами. Протокол Тибанна вступил в силу. Магнитные ловушки отключились, и плазма начала пожирать защитную оболочку.

- Гравитация! - крикнул Яно, почувствовав тошнотворный рывок в желудке.

Аварийные генераторы, питавшие искусственную гравитацию, начали сбоить из-за скачков напряжения.

Внезапно «низ» исчез.

Шахта перестала быть горкой. Она стала трубой, в которой они парили. Яно потерял сцепление с поверхностью. Его тело ударилось о потолок шахты, который мгновение назад был полом.

- Держись! - заорал он, пытаясь ухватиться за решетку фильтра.

Ри вскрикнула, беспомощно кувыркаясь в воздухе. Она пролетела мимо Яно, не имея за что зацепиться.

Впереди, метрах в десяти, шахта делала резкий поворот. В невесомости этот поворот превращался в смертельную ловушку - стену металла, о которую можно разбиться на полной скорости.

- Ри! - Яно оттолкнулся от стены, используя инерцию.

Он перехватил её в полете, сгребая в охапку одной рукой. Второй рукой он вслепую выбросил вперед магнитный трос с пояса. Крюк со скрежетом прошелся по обшивке, высекая искры, и зацепился за край поворота.

Рывок едва не вывихнул ему плечо. Кейс с архивом на спине потянул вниз с удвоенной силой, лямка врезалась в шею, перекрывая дыхание.

Они повисли в центре шахты, раскачиваясь на тросе.

И тут гравитация вернулась.

С резким, тошнотворным ударом их швырнуло на пол шахты.

Кейс с архивом сорвался с одного плеча Яно. Замок лямки лопнул. Тяжелый ящик заскользил вниз по наклонному металлу, набирая скорость.

Впереди, за поворотом, гудела огромные лопасти нагнетателя. Они вращались медленно, на остаточной энергии, но их лезвия могли превратить кейс в пластиковую крошку за секунду.

- Нет! - выдохнул Яно.

В этом кейсе была его жизнь. Его месть. Смысл всего, что он сделал за последние сутки.

Он бросился вслед за ящиком, не думая. Он скользил на животе, сдирая кожу с ладоней, пытаясь дотянуться до улетающей ручки.

Кейс ударился о край люка перед вентилятором, подпрыгнул и завис на краю, балансируя.

Яно замер. Одно неверное движение - и вибрация корпуса сбросит груз под лопасти.

Он потянулся вперед. Сантиметр за сантиметром. Его пальцы коснулись холодного пластика.

Корабль содрогнулся от нового взрыва где-то наверху. Кейс качнулся.

В этот момент Ри оказалась рядом. Она не пыталась схватить ящик руками. Она сделала то, чему научилась. Она выставила ладонь.

Кейс замер, словно приклеенный к воздуху. Он не левитировал, но его падение остановилось, прижатое невидимой рукой к металлу.

- Держу, - прохрипела Ри. По её лицу тек пот, смешанный с копотью. - Забирай!

Яно рванулся вперед, схватил кейс за ручку и дернул на себя, подальше от вращающихся лопастей смерти.

Они оба отползли назад, прижимаясь к стене шахты.

- Спасибо, - выдохнул Яно, пристегивая лямку обратно, на этот раз намертво приматывая её куском троса к поясу.

- Сколько осталось? - спросила Ри, глядя на вентилятор.

Яно глянул на хронометр.

- Двенадцать минут. Реактор уже в красной зоне. Скоро обшивка начнет плавиться.

Он посветил фонарем в боковое ответвление шахты, идущее в обход вентилятора. На стене была надпись трафаретом: АНГАРНАЯ ПАЛУБА / ТЕХНИЧЕСКИЙ ДОСТУП.

- Нам туда, - он указал на узкий лаз. - Это выведет нас прямо под потолок ангара. Если повезет, мы свалимся им на головы раньше, чем они поймут, что мы ушли с мостика.

Яно поднялся, морщась от боли во всем теле. Исцеленная рука ныла, но держала вес.

- Идем, Ри. И молись, чтобы у Воска в ангаре стоял шаттл с полным баком. Потому что пешком отсюда не уйти.

Им не удалось дойти до ангара - прямо перед ним шахта вильнула, уходя в сторону. Но они всё равно были почти у цели. Яно выбил ногой вентиляционную решетку. Она с лязгом упала на палубу, и они вывалились из шахты в широкий служебный коридор.

Воздух здесь был горячим и задымленным. Стены вибрировали - реактор, находящийся десятью палубами ниже, уже вошел в фазу неконтролируемого разгона, посылая по кораблю судороги умирающего гиганта.

- Ангар прямо по курсу, - прохрипел Яно, сверяясь с номерами на стенах. - Метров тридцать. За тем поворотом.

Он поднялся, помогая Ри встать. Кейс с архивом тянул вниз, но эта тяжесть была успокаивающей.

Яно двинулся вперед, прижимаясь к стене. Бластер в руке, шото на поясе.

Они дошли до поворота. Яно осторожно выглянул за угол.

И тут же отпрянул назад.

В стену рядом с его лицом врезался шквал красной плазмы. Металл зашипел и брызнул расплавленными каплями. Звук выстрелов слился в единый, рвущий уши треск.

- Назад! - Яно сбил Ри с ног, укрывая за массивным грузовым контейнером, лежащим посреди прохода.

Очередь прошла над их головами, превращая противоположную стену в решето.

- Что там? - крикнула Ри, закрывая голову руками.

- E-Web, - выплюнул Яно. - Тяжелый станковый бластер. Они перекрыли подход к ангару. У них там гнездо: тренога, генератор и двое стрелков.

Он рискнул выглянуть с другой стороны контейнера. Очередь тут же заставила его спрятаться. Кусок дюрастила откололся от угла ящика, оцарапав щеку.

Ситуация была патовой. Проход был длинным и прямым - идеальный «смертельный коридор». Подобраться на дистанцию удара мечом невозможно - его расстреляют раньше, чем он сделает три шага. Бластер против тяжелого щитка пулемета - бесполезная игрушка.

Стрельба на секунду стихла - пулеметчик охлаждал ствол.

- Они знают, что мы здесь, - сказал Яно. - Они просто ждут, пока мы высунемся.

Он посмотрел на потолок коридора. Там, над позицией пулеметчиков, проходили магистрали охлаждения и технические мостки. От взрывов и деформации корпуса крепления ослабли. Тяжелая ферма с трубами висела на одном болте, раскачиваясь от вибрации корабля.

Яно перевел взгляд на Ри.

- Твой выход, - сказал он.

- Что? - она сжалась. - Я не могу остановить бластерные выстрелы!

- Тебе не нужно останавливать выстрелы. Тебе нужно изменить ландшафт.

Яно указал пальцем вверх, в дымный сумрак под потолком.

- Видишь ту ферму над ними? Трубы с хладагентом.

Ри прищурилась.

- Вижу.

- Она держится на честном слове. Если она упадет, она накроет их позицию.

- Она далеко, - Ри покачала головой. - Метров тридцать. Я не дотянусь.

- Это не рука, Ри. Расстояние не имеет значения, если есть поток Силы.

Яно положил руку ей на плечо. Он чувствовал, как дрожит её тело, но в этот раз это была дрожь не страха, а концентрации.

- Послушай корабль. Он умирает. Он стонет. В нем сейчас столько энергии разрушения, что её можно черпать ведрами. Не используй свою силу. Используй силу этого места. Открой клапан. Направь поток в то крепление. Просто подтолкни его.

Пулемет снова заговорил, отгрызая куски от их укрытия. Контейнер начал нагреваться.

Ри закрыла глаза. Она сделала глубокий вдох, втягивая в себя гарь и озон.

Она больше не пыталась бороться с хаосом вокруг. Она стала его частью. Она почувствовала вибрацию палубы, скрежет металла, ярость огня в реакторе.

Она подняла руку и направила ладонь в потолок, в дальний конец коридора.

- Падай, - прошептала она.

Это было не движение толчка. Это было движение, которым выдергивают чеку.

Она резко сжала пальцы в кулак и дернула руку вниз.

На другом конце коридора раздался скрежет, перекрывший даже шум стрельбы. Последний болт, державший многотонную конструкцию, лопнул, срезанный невидимым лезвием кинетической энергии.

Гигантская ферма, опутанная трубами и кабелями, рухнула вниз.

Грохот был чудовищным. Облако пыли и пара вырвалось из разорванных труб, мгновенно заполнив коридор. Стрельба оборвалась на полуноте.

Сквозь звон в ушах Яно услышал крики и лязг металла.

- Вперед! - заорал он, вскакивая на ноги. - Пока они не очухались!

Он рванул в дым, держа шото наготове. Ри бежала следом.

Они пронеслись по коридору. На месте пулеметного гнезда была груда искореженного металла. Из пробитых труб хлестал ледяной пар хладагента, мгновенно замораживая обломки. Из-под завала торчала рука штурмовика, но движения не было.

Впереди, сквозь пелену дыма, виднелись огромные створки шлюза Ангарной Палубы. Они были приоткрыты.

- Мы прошли! - крикнул он. - Ангар за этой дверью!

- Яно, таймер! - напомнила Ри.

Яно глянул на наручный хронометр. Красные цифры отсчитывали последние минуты жизни корабля.

08:00... 07:59...

- Времени мало, но достаточно, чтобы угнать корабль, - сказал он, перезаряжая бластер на бегу. - Если, конечно, Воск не оставил там комитет по встрече.

Они добежали до конца коридора. Яно ударил плечом по кнопке открытия шлюза. Створки поползли в стороны, открывая вид на гигантскую пещеру полетной палубы.

Здесь масштаб разрушений ощущался физически. Потолок ангара, высотой в тридцать метров, был пробит в нескольких местах рухнувшими колоннами храма. Сквозь дыры виднелось бурлящее фиолетовое небо туманности. Ветер выл, задувая внутрь клубы тумана и каменную крошку, смешивая их с дымом от пожаров.

Палуба уходила из-под ног крутым, головокружительным скатом. Все, что не было закреплено намертво - ящики, инструменты, дроиды - давно скатилось в дальний конец ангара, превратившись в гору искореженного мусора.

Но в центре, ближе к верхней части уклона, удерживаемый мощными магнитными захватами посадочной платформы, висел хищный силуэт.

Десантный челнок класса «Страж». Тот самый, на котором прилетел авангард Воска. Его посадочные огни горели, двигатели работали на холостом ходу, борясь с гравитацией. Аппарель была опущена.

- Группа эвакуации, - процедил Яно, мгновенно оценив ситуацию. - Пока одни гнали нас снизу, эти ждали здесь. Чтобы вывезти тело или груз.

Между ними и шаттлом было метров тридцать подъема по открытому, простреливаемому металлу.

Пятеро Штурмовиков Смерти заняли оборону за массивными опорами шасси шаттла. У них была идеальная позиция: господствующая высота, тяжелое укрытие и сектор обстрела как на ладони.

Едва шлюз открылся, по металлу рядом с головой Яно застучали плазменные разряды.

- Назад! - Яно дернул Ри обратно за створку шлюза.

- Мы не пройдем! - крикнула Ри, прижимая кейс к груди. - Они наверху! Нас перестреляют как в тире!

Яно выглянул на долю секунды и тут же спрятался обратно. Очередь прошла в миллиметре от его носа, оставив на косяке расплавленную борозду.

Ситуация была патовой. Карабкаться вверх по скользкому склону под шквальным огнем - верная смерть.

Яно скосил глаза на наручный хронометр. Сквозь трещину на стекле пульсировали красные цифры: 03:15.

Три минуты до того, как они превратятся в пар.

Яно поднял глаза, ища хоть какой-то шанс. Он смотрел не на врагов. Он смотрел на потолок ангара.

Там, над позицией штурмовиков, на старых, погнутых ударом фермах, висели остатки эскадрильи. Они сохранились на своих подвесах, удерживаемые только механическими замками бомбосбрасывателей - магниты сдохли пять лет назад.

Один из них, тяжелый "СИД-Бомбардировщик", висел прямо над шаттлом. Его левое крыло было оторвано, но корпус - тяжелая, бронированная сдвоенная капсула - всё еще держался на одном-единственном фиксаторе, который жалобно скрипел от вибрации умирающего корабля.

В голове Яно щелкнул затвор. План сложился мгновенно. Жестокий, рискованный, единственный.

- Ри, - он схватил её за плечо, разворачивая к себе. - Слушай меня. Видишь тот бомбардировщик под потолком? Прямо над ними.

Она проследила за его взглядом.

- Вижу.

- Он висит на честном слове. На одной механической защелке. Штифт диаметром в два пальца. Его нужно выдернуть. Ты сможешь?

Ри посмотрела наверх, потом на свои дрожащие руки. Её лицо было серым, под носом размазана кровь - плата за предыдущие фокусы.

- Я... я пуста, Яно, - прошептала она с ужасом. - Я даже стакан сейчас не подниму. Если я попробую потянуться, я просто отключусь.

Яно выругался. Она была права. Он выжал её досуха.

- Ладно, - его голос стал жестким и холодным. - Значит, я.

Он сунул ей в руки свой тяжелый бластер.

- Что?! - Ри едва не уронила оружие. - Я не умею стрелять!

- Тебе не нужно попадать. Тебе нужно зажать спуск и водить стволом в их сторону. Создай шум. Заставь их пригнуть головы на три секунды.

- А ты?

- А я сделаю то, за что меня выгнали из Храма. Буду работать с механикой.

Яно закрыл глаза на мгновение, вызывая в памяти образ штифта. Это не тяжелый камень. Это механизм. Замок. Пружина под напряжением. Ему не нужно толкать тонны веса. Ему нужно просто найти точку давления.

Его «ржавый канал» отозвался болью, словно по нервам пустили ток высокого напряжения.

- Пошла! - рявкнул он.

Ри выскочила из укрытия. Она зажмурилась и нажала на спуск. Бластер в её руках задергался, выплевывая красные сгустки плазмы куда-то в сторону шаттла. Она визжала от страха, но стреляла.

Штурмовики, не ожидавшие такой наглости, инстинктивно пригнулись за опоры шасси.

Этого хватило.

Яно шагнул в проем. Он не смотрел на врагов. Он поднял левую руку к потолку, сложив пальцы так, словно держал невидимую отмычку.

Он почувствовал штифт. Холодный металл, звенящий от напряжения.

Яно мысленно толкнул его.

В его голове словно лопнула струна. Боль ударила в виски ослепительной вспышкой.

Но штифт поддался. С сухим металлическим щелчком он выскочил из паза.

- Ложись! - заорал Яно, падая на Ри и прикрывая её собой.

Тонны легированной стали, освобожденные от оков, рухнули вниз.

Командир штурмовиков успел поднять голову. Это было последнее, что он сделал.

Грохот удара перекрыл вой сирен. Бомбардировщик рухнул плашмя прямо на позицию отряда, накрыв собой пространство перед шаттлом. Ударная волна прокатилась по ангару, швырнув в них облако пыли и мелких осколков.

Когда пыль немного осела, на месте элиты Воска была лишь груда металлолома. Шаттл «Страж» качнулся - удар пришелся по касательной по его посадочным опорам, но магнитные захваты платформы удержали корабль. Аппарель была свободна.

- Получилось... - прошептала Ри, глядя на дымящийся бластер в своих руках. - Я попала?

- Нет, ты стреляла в потолок, - прохрипел Яно, поднимаясь. - Но было громко. Идем.

Он сделал шаг и едва не упал.

- Ох...

Бедро горело. Пока он стоял в концентрации, шальной осколок или рикошет всё-таки достал его. Штанина была пропитана кровью, нога подгибалась.

- Опирайся на меня! - Ри подставила плечо.

Они, хромая и спотыкаясь, поползли вверх по наклонной палубе к спасительному люку. Пол под ногами начал мелко вибрировать - корабль входил в финальную стадию разрушения. Каждая секунда стоила вечность.

Они ввалились на аппарель.

Яно ударил кулаком по панели закрытия.

Снаружи, из-под обломков бомбардировщика, показалась рука в черной броне. Она скребла по металлу, пытаясь найти опору, но было поздно.

Шлюз захлопнулся с тяжелым, герметичным стуком, отрезая их от ангара, от смерти и от прошлого.

Яно сполз по стене, оставляя на переборке кровавый след. В глазах темнело, боль пульсировала в такт аварийной сирене. Ему хотелось просто закрыть глаза.

- Яно! - Ри трясла его за плечо. - Что делать?!

Её панический крик вырвал его из забытья. «Не спать, - приказал он себе. - Сдохнешь потом».

- В кабину! - рявкнул он, заставляя себя подняться. - Помогай!

Опираясь на неё, он ввалился в рубку.

Ри бросилась в кресло второго пилота, но замерла, глядя на россыпь незнакомых приборов.

- Я не знаю, как это запустить! Тут всё другое!

- Освободи место! - прохрипел Яно, падая в командирское кресло слева.

Он пристегнулся одной рукой, второй вцепившись в подлокотник, чтобы не потерять сознание от болевого шока. Перед ним была панель управления десантного челнока класса «Страж». Военная машина. Никаких удобств, никаких «умных» ассистентов. Только тумблеры, датчики и прямая связь с реактором.

Руки Яно - левая здоровая и правая, все еще жесткая после исцеления - легли на панель. Пальцы вспомнили всё сами.

Тумблер основного питания - вверх. Нагнетатели ионных двигателей - на прогрев. Синхронизация гироскопов - принудительно.

Кабина ожила. Дисплеи вспыхнули янтарным тактическим светом. Двигатели где-то глубоко в корме взвыли.

Яно толкнул рычаг тяги.

Шаттл задрожал, двигатели ревели, но корабль не сдвинулся с места. Корпус стонал от напряжения, словно зверь на цепи.

- Почему мы не летим?! - закричала Ри.

- Магниты! - Яно увидел мигающую красную лампу «СЦЕПКА ЗАБЛОКИРОВАНА». - Платформа держит нас! Автоматика не отпускает, пока не будет разрешения диспетчера!

- Диспетчер мертв!

- Значит, срываемся силой.

Яно сбил защитный колпачок с тумблера аварийного сброса захватов.

- Держись!

Удар по тумблеру.

Раздался металлический грохот - магнитные замки посадочной платформы разжались.

Освобожденный шаттл просел, а потом рванулся вперед с чудовищным ускорением. Перегрузка вдавила их в кресла.

В этот момент обзорное стекло озарилось вспышкой.

Прямо по курсу, перед носом шаттла, путь преграждала стена - груда обломков рухнувшего потолка и того самого бомбардировщика, который спас им жизнь. Выход был завален.

- Мы разобьемся! - вскрикнула Ри.

Яно оскалился. На его лице, перемазанном копотью и кровью, эта улыбка выглядела жутко.

- Это десантный бот, Ри! Он проходит сквозь стены.

Он нажал на гашетку.

Носовые лазерные пушки и турельные бластеры ожили. Зеленые лучи вгрызлись в завал перед ними, испаряя камень и плавя металл, прорубая тоннель в хаосе.

Яно не отпускал гашетку, пока они не влетели в облако расплавленного шлака и пыли. Ошметки металла забарабанили по обшивке, как град, но дефлекторные щиты выдержали.

Свет в кабине мигнул.

Яно потянул штурвал на себя. Шаттл задрал нос, дюзы почти чиркнули по верхушке черной пирамиды зиккурата, и корабль свечкой ушел в небо.

Они пробили слой низких облаков и продолжали набирать высоту.

Яно скосил глаза на наручный хронометр. Сквозь трещину на стекле пульсировали красные цифры: 00:03... 00:02...

- Сейчас, - выдохнул он и, наконец, позволил рукам упасть с штурвала.

Внизу, под покровом облаков, беззвучно расцвела вторая звезда.

Сначала это была вспышка чистого, белого света, который просветил толщу газа насквозь, отбросив тени от астероидов на километры вокруг. Затем пришел звук - не взрыв, а удар молота по самой ткани реальности.

Реактор транспорта “77-Аурек», лишенный магнитных ограничителей, превратил накопленную за пять лет энергию в термоядерный шторм.

Зиккурат исчез мгновенно. Древний камень, простоявший тысячи лет, испарился вместе с имперской сталью. Огненный шар расширялся, пожирая руины, джунгли, десантные боты Воска и самих штурмовиков, которые так и не поняли, что произошло.

Ударная волна догнала шаттл через три секунды.

- Держись!

Корабль подбросило, как щепку в шторм. Кормовые щиты вспыхнули и схлопнулись, перегруженные излучением. Гравикомпенсаторы отключились.

Ри закричала, когда их швырнуло в неконтролируемое вращение. Мир за окном превратился в круговерть фиолетового газа и огня.

Яно не кричал. Он стиснул зубы так, что скрипнула эмаль, и боролся с машиной. Его руки летали по пульту, перезагружая гироскопы, перераспределяя энергию, пытаясь поймать воздушный поток.

- Стабилизация! - рычал он. - Давай же, железная сука, работай!

Шаттл застонал, выравниваясь. Двигатели чихнули, но подхватили тягу. Вращение замедлилось, переходя в тряску.

Они вышли из пике.

Яно сбросил скорость до минимума, переводя системы в режим «тихого хода».

Они летели над облаками. Внизу, под ними, бушевал океан огня, медленно угасающий в плотной атмосфере луны. Там, где был храм, теперь кратер светился оранжевым, как глаз разбуженного демона.

Армия Воска перестала существовать.

В кабине повисла звенящая тишина, нарушаемая только писком аварийных систем.

Яно откинулся в кресле. Его лицо было серым, покрытым потом и копотью. Правая нога горела огнем, но он даже не смотрел туда.

Он смотрел на экран заднего обзора. На пепел.

- Всё кончено, - хрипло сказал он.

Ри медленно отстегнула ремни. Её руки дрожали.

- Мы их убили, - прошептала она. - Всех.

- Мы выжили, - поправил Яно. - Это разные вещи.

Он потянулся к сумке, лежащей у его ног, и открыл её. Внутри тускло поблескивали инфо-кристаллы. Архив. Цена их жизней и смертей сотен других.

Затем он коснулся кармана, где лежал перстень отца, и рукояти меча на поясе.

Он потерял коллекцию. Потерял дом. Потерял покой. Но он приобрел что-то, что весило больше.

- Курс? - спросила Ри, беря себя в руки и поворачиваясь к навигации.

- В Северный каньон, - ответил Яно, сверяясь с локатором. - Километров тридцать по прямой. Найдем наш грузовик, перегрузимся и исчезнем. Воск потерял след. Теперь мы - призраки.

- А наш корабль уцелел при взрыве? - Ри смотрела на него с беспокойством.

- Тут сплошные горы, они должны были прикрыть его, - пожал плечами Яно с беспечностью, которой на самом деле не испытывал.

Шаттл плавно развернулся, оставляя позади горящую могилу прошлого.

Глава 8. Цена памяти

Десантный шаттл «Страж» коснулся поверхности луны с грацией падающего кирпича. Яно посадил машину жестко, не заботясь о сохранности стоек шасси, прямо рядом с замаскированным в скальной нише «Странником».

Едва аппарель коснулась камней, он заглушил двигатели.

- Выгружаемся, - скомандовал он, отстегивая ремни. - Быстро. Пока сканеры Воска - если на орбите еще кто-то остался - ослеплены вспышкой взрыва.

Перегрузка груза заняла пять минут, но они показались вечностью.

Яно, припадая на прожженную ногу, тащил тяжелый кейс с архивом. Ри, сгибаясь под весом его сумки с оружием и инструментами, семенила следом.

Воздух в каньоне все еще дрожал от эха далекого катаклизма. Небо на востоке, там, где стоял храм, было окрашено в зловещий багровый цвет, просвечивающий сквозь туман.

Они закинули вещи в шлюз «Странника». Яно прислонился к холодной обшивке своего грузовика, переводя дыхание. Его лицо было серым от боли и усталости, но глаза оставались ясными.

Он посмотрел на угнанный имперский шаттл. Хищная, совершенная военная машина, стоящая среди диких скал.

- Жалко, - сказала Ри, проследив за его взглядом. - Он стоит больше, чем твой грузовик. Мы могли бы его продать.

- Мы могли бы продать его только вместе с нашими головами, - возразил Яно. - На нем стоит маяк ИСБ, который нельзя отключить, не разобрав полкорабля. Через час сюда прилетит весь флот сектора.

Он оттолкнулся от стены и похромал обратно к кабине шаттла.

- Яно, - окликнула его Ри.

Он остановился на аппарели.

Девчонка смотрела на его левую руку. На мизинец, где тускло блестел массивный перстень с соколом.

- Ты ведь правда из этих, - сказала она. - Из благородных. Виконт Вектис.

Яно хмыкнул, не оборачиваясь.

- Титул мертвеца с мертвой планеты. Он стоит не больше, чем этот пепел под ногами.

- Но ты мог бы... - Ри замялась, подбирая слова. - В новостях говорят, что Новая Республика ищет выживших алдераанцев. Они дают им посты, земли. Ты мог бы сидеть в Сенате на Чандриле. В чистой одежде. Пить вино. Почему ты здесь, в грязи, с дырой в ноге?

Яно медленно повернулся. На его губах играла та самая кривая, циничная усмешка, которую Ри уже начала узнавать.

- И что бы я там делал, Ри? - спросил он тихо. - Служил живым памятником? «Посмотрите на бедного виконта, давайте поаплодируем ему»?

Он сплюнул на камни.

- Я привык, что проблема решается выстрелом, взяткой или правильным кодом. А Сенат... Сенат - это место, где хорошие идеи умирают долгой и мучительной смертью.

Он посмотрел на небо, затянутое тучами.

- Я бы сидел там месяцами, просиживал штаны в бесполезных подкомитетах по делам беженцев, слушал, как жирные политики выражают озабоченность, и молол языком без толку. Они обсуждают определение проблемы, Ри. А я решаю проблемы.

- Но ты мог бы что-то изменить законно.

- Законы пишет победитель. А историю делает и сохраняет тот, кто не боится испачкать руки. Мой выбор сделан.

Он скрылся в кабине шаттла.

Через минуту он вышел, тяжело спрыгнув с аппарели на грунт. Шаттл за его спиной ожил. Двигатели взвыли, поднимая вихрь пыли.

Машина, повинуясь программе автопилота, неуклюже оторвалась от земли, развернулась и, набрав скорость, устремилась прямо в противоположную стену каньона.

Яно даже не смотрел. Он шел к шлюзу «Странника».

Вспышка озарила каньон. Грохот удара и взрыва топлива потряс скалы. Горящие обломки посыпались вниз, навсегда хороня следы их побега. Для любого следователя это будет выглядеть как ошибка пилотирования поврежденного корабля при посадке.

- Всё, - сказал Яно, нажимая кнопку закрытия шлюза своего корабля. - Концы в воду. У нас есть пять минут до орбиты. Запускай реактор, Ри. Мы уходим.

Гиперпространство за иллюминатором сияло ровным, успокаивающим голубым светом. «Странник» шел ровно, словно и не было той безумной пляски в туманности.

В тесном медотсеке пахло озоном и резким, медицинским запахом бакты.

Яно сидел на краю койки, стиснув зубы, пока старый, скрипучий дроид-медик, вмонтированный в стену обрабатывал его бедро. Бластерный ожог был глубоким - уродливая полоса спекшейся плоти и ткани комбинезона.

- Завершение обработки, - проскрипел дроид. - Наложение синте-кожи. Рекомендуется покой в течение сорока восьми часов.

- Рекомендуй это кому-нибудь другому, - проворчал Яно, накладывая свежую повязку.

Ри сидела напротив, на откидном стуле. Она уже смыла с лица копоть, но продолжала тереть руки жестким полотенцем, словно пытаясь содрать с кожи невидимую грязь. Костяшки пальцев покраснели.

- Ты видел, как тот шаттл упал? - спросила она, не поднимая глаз. Голос был тусклым. - И тех солдат в ангаре... Их раздавило. Просто сплющило. Я видела мертвых, Яно. «Бешеные майноки» однажды повесили должника прямо над входом в кантину. Но это...

Она отбросила полотенце, её плечи передернуло.

- То, что мы сделали сегодня... это ведь не самооборона, да? Это была бойня. Целая гора просто исчезла.

Яно молчал, давая ей выговориться. Он знал этот момент - момент, когда романтика приключения разбивается о запах горелого мяса.

Ри глубоко вздохнула, загоняя дрожь внутрь, и подняла на него взгляд.

- Надеюсь, оно того стоило, - сказала она тверже. - Мы богаты?

Яно потянулся к столику, где лежал его пояс с кобурой и мечом.

- Богаты? - он хмыкнул. - Нет, Ри. «Богаты» - это когда у тебя есть счет в банке и вилла на Набу. А у нас есть кейс, полный цифрового яда, и смертный приговор от Осколков Империи.

Он проверил заряд бластера, вставил новую ячейку.

- Мы не богаты. Мы опасны. Это разные вещи. И, честно говоря, второе мне нравится больше.

Ри помолчала, глядя на свои руки.

- Ты спас меня, - тихо сказала она. - Там, на мостике. Воск предлагал тебе сделку. Ты мог уйти.

- Я не торгую экипажем, - отрезал Яно. - Это плохая примета.

Он взял с столика рукоять светового меча. Повертел её в пальцах. Металл, инкрустированный электрумом, тускло блеснул в стерильном свете ламп.

Ри подалась вперед.

- Можно... посмотреть?

Яно колебался секунду, потом протянул ей рукоять эмиттером к себе.

Ри взяла оружие с благоговением, словно это была хрустальная ваза. Она провела пальцем по инкрустации.

- Он тяжелый, - удивилась она. - Я думала, они легкие.

- Внутри кристалл, фокусирующая линза, энергоблок высокой емкости, - пояснил Яно. - Это сложный механизм. И очень старый.

- Шото, - вспомнила она название. - Меч для левой руки.

- Оружие защиты, - кивнул Яно. - Его используют в паре с длинным мечом, чтобы парировать удары, ловить клинки противника, создавать бреши в обороне. Сам по себе он... неполноценен. Как и я.

Он забрал рукоять обратно и повесил на пояс.

- Джедаи считали, что оружие - это продолжение их воли. Я считаю, что это просто инструмент. Как отмычка. Или гаечный ключ. Но этот инструмент требует уважения.

Яно встал, проверяя, как держится нога. Больно, но терпимо.

- Слушай, Ри. Нам предстоит долгий путь. Этот архив нужно расшифровать, отсортировать и найти покупателя, который не попытается нас убить при встрече. Это работа не на один день.

Он посмотрел ей в глаза.

- Ты больше не пассажир. И не случайная попутчица. Твой трюк с балкой на мостике... это было профессионально. Ты спасла мою шкуру.

- Я просто открыла шлюз, - улыбнулась она уголком рта.

- Именно. Поэтому я предлагаю тебе долю. Тридцать процентов от всего, что мы выручим за этот архив. И полное содержание на борту.

Глаза Ри расширились.

- Тридцать процентов? Это же... миллионы!

- Если доживем, - осадил её Яно. - Но есть условие. Ты учишься. Каждый день. Вак-Сола, пилотирование, криптография. И контроль Силы. Я не собираюсь снова объяснять основы под перекрестным огнем. В следующий раз ты должна знать это на уровне рефлексов.

Ри выпрямилась. В её позе исчезла сутулость уличного воришки. Появилось что-то новое. Гордость.

- Договорились, - сказала она. - Партнер.

- Член экипажа, - поправил Яно, но без злости. - Иди в рубку. Проверь курс. И начни индексацию файлов в архиве. Мне нужно знать, какие именно бомбы мы везем.

Ри кивнула и вышла из медотсека.

Яно остался один. Он коснулся пальцами перстня на мизинце, потом - рукояти шото.

Он потерял коллекцию. Сжег мосты. Но впервые за пять лет он не чувствовал себя одиноким обломком кораблекрушения. У него была цель. Был меч. И была ученица, даже если он боялся признаться себе в этом слове.

- Посмотрим, что ты прятал, Воск, - прошептал он, направляясь в кают-компанию, где лежал черный кейс.

Кают-компания «Странника» была погружена в полумрак. Единственным источником света был голографический проектор на столе, заливавший лицо Яно мертвенно-голубым сиянием.

На столе стояла кружка с давно остывшим кафом и лежал открытый кейс Воска.

Яно сидел неподвижно уже два часа. Он перебирал инфо-кристаллы, вставляя их в считыватель один за другим, просматривая заголовки и сортируя по категориям.

«Финансы: счета на Муунилинсте». В стопку «Продать». «Протоколы ликвидации свидетелей». В стопку «Шантаж». «Личная переписка Моффа Гидеона». В стопку «Опасно, не трогать».

Это была рутина. Грязная, скучная археология чужих грехов.

Яно потер уставшие глаза. Большинство файлов были предсказуемы. Воровство, убийства, подкуп. Стандартный набор имперского офицера, который готовится к пенсии.

Он наугад вытащил из кейса следующий чип. Он был маркирован иначе, чем остальные - без имперской символики, просто черный пластик с серийным номером.

Яно вставил его в порт.

На экране развернулась папка с грифом: ВНЕШНИЕ КОНТАКТЫ / УРОВЕНЬ: СЕНАТ.

Яно нахмурился. Сенат? Имперский Сенат был распущен много лет назад.

Он открыл первый файл. Это была транскрипция секретных переговоров. Даты свежие - всего за месяц до битвы при Эндоре. И позже - уже после падения Императора.

Один из собеседников был обозначен как «Куратор» (явно Воск). Второй - как «Агент: Патриот».

Яно пролистал логи транзакций. Суммы были астрономическими. Миллионы кредитов переводились со счетов ИСБ на подставные фонды «Гуманитарной помощи Чандрилы».

- Чандрила... - прошептал Яно. - Сердце Новой Республики. Мон Мотма. Рождение демократии.

Он запустил поиск по метаданным, пытаясь деанонимизировать «Патриота». След был запутан, но Воск, в своей паранойе, сохранил исходники голосовых сообщений.

Яно запустил аудиофайл.

«...Поставки оружия в сектор Брентаал будут перехвачены, как мы и договаривались. Мои коллеги в Комитете по Обороне уверены, что это работа пиратов. Но мне нужны гарантии, Полковник. Если Империя падет, мое имя должно остаться чистым...»

Голос был мягким, бархатистым, полным отеческой заботы. Голос, который Яно слышал в Голонете сотни раз.

Сенатор Валериус Крэйл.

Один из архитекторов Новой Республики. Герой Альянса. Человек, который с трибуны кричал о свободе, а в тени продавал маршруты республиканских конвоев имперской разведке в обмен на деньги и политическое влияние.

Яно откинулся на спинку кресла, и губах его заиграла холодная, злая усмешка.

- Ну надо же, - сказал он тишине. - Какая интересная рыбка попалась в наши сети.

Это было подтверждение всего, во что он верил. Флаги меняются, а грязь остается. Герои, которым поклоняется галактика, на поверку оказываются такими же продажными тварями, как и те, с кем они воюют.

Он вытащил чип из порта.

Любой идеалист на его месте тут же отправил бы это в Голонет. Или Мон Мотме. Чтобы разоблачить злодея.

Но Яно был прагматиком.

- Это пригодится, - пробормотал он. - Если Республика решит кинуть нас с оплатой или откажет в амнистии, мы напомним им, кто сидит в их парламенте. Этот файл - наш козырный туз.

Он убрал черный чип не в общую кучу, а в отдельный, потайной карман на поясе, рядом с рукоятью шото.

- Полежи пока здесь, сенатор. До черного дня.

Яно захлопнул кейс, допил холодный каф и погасил свет в кают-компании, оставив призраков прошлого в темноте.

Эпилог

Корусант сиял.

Утреннее солнце, пробившись сквозь редкие облака, заливало шпили Сенатского Округа золотом. Здесь, на верхних уровнях, воздух был чистым и прозрачным, профильтрованным тысячами климатических станций. Здесь не было войны. Здесь была победа.

В просторном кабинете с видом на Площадь Монументов пахло настоящими цветами - роскошь, недоступная для 99% населения галактики. Отполированный до идеального блеска дроид-секретарь бесшумно скользил по мягкому ковру, расставляя датапады. Через десять минут должно начаться совещание - всё должно быть идеально.

Сенатор Валериус Крэйл стоял у панорамного окна, заложив руки за спину. На нем была простая, но элегантная туника из чандрильского шелка. Седые волосы были аккуратно уложены, лицо выражало спокойную, отеческую мудрость.

- Сэр, - мягкий голос дроида нарушил тишину. - Пришел зашифрованный пакет по каналу «Ноль». Приоритет: Чрезвычайный.

Крэйл не обернулся. Он смотрел, как внизу пролетают спидеры.

- Оставьте. И выйдите.

Дроид положил черный инфо-чип на стол из красного дерева и удалился.

Крэйл подошел к столу. Его движения были плавными, неторопливыми. Он взял чип и вставил его в личный терминал. Приложил палец, запуская расшифровку.

На экране развернулся сухой, короткий отчет.

СЕКТОР: ТУМАННОСТЬ КАЛИДА. СОБЫТИЕ: ТЕРМОЯДЕРНЫЙ ВЗРЫВ КЛАССА 4. ПОДТВЕРЖДЕННЫЕ ПОТЕРИ: КОРВЕТ "ХИМЕРА", ДЕСАНТНАЯ ГРУППА, ОБЪЕКТ "ХРАМ". СТАТУС ПОЛКОВНИКА ВОСКА: ЛИКВИДИРОВАН.

Крэйл позволил себе легкую улыбку. Воск был полезным инструментом, но в последнее время стал слишком жадным. Его смерть была удобной. Она обрывала множество ниточек.

Однако следующая строка стерла улыбку с лица сенатора.

СТАТУС ГРУЗА (АРХИВ): НЕИЗВЕСТЕН. ПЕРЕХВАТ ПЕРЕД ВЗРЫВОМ: ЗАФИКСИРОВАН ВЫЛЕТ МАЛОГО СУДНА С ПОСАДОЧНОЙ ПАЛУБЫ ТРАНСПОРТА. ИДЕНТИФИКАЦИЯ ЦЕЛИ (ПО ДАННЫМ ВОСКА): ЯНО ВЕКТИС.

Крэйл медленно опустился в кресло.

Вектис. В имперских досье - бывший таможенник. Но память сенатора хранила иное.

Перед глазами Крэйла встал не образ контрабандиста, а лицо серьезного, не по годам мрачного мальчишки, которого он встречал при дворе Органы тридцать лет назад. Мальчишки, которого потом отправили в столицу - развивать его... специфические таланты.

Сенатор поморщился, словно от зубной боли. Он искренне надеялся, что этот «одаренный» щенок сгинул еще в первые дни нового порядка, когда клоны вычищали Галактику. Обычно таких не оставляли в живых.

Видимо, не в этот раз.

Крэйл хмыкнул, глядя на отчет о пропаже файлов. В этом была злая ирония.

- Всё-таки выжил, - тихо произнес сенатор с презрением. - И, судя по добыче, так и остался тем, кем выглядел в детстве. Не воином, а библиотекарем. Хранителем пыли.

Если Воск мертв, а этот архивный крысеныш ушел... значит, компромат у него.

Сенатор задумался на секунду. Есть ли шанс, что Вектис погиб при взрыве или позже? Возможно. Но Крэйл не стал сенатором, полагаясь на удачу. Лучше исходить из того, что он жив и опасен.

Он задумчиво постучал пальцем по полированной столешнице.

Он не мог использовать официальные каналы. Служба Безопасности Сената задаст слишком много вопросов. Ему нужен был кто-то, кто не существует в официальных реестрах.

Крэйл нажал кнопку на внутренней панели стола.

- Соедините меня с Консультантом, - произнес он. - Код: «Охота на призраков».

Через секунду над столом возникла голограмма.

Фигура была скрыта плащом, лицо - шлемом с Т-образным визором. Снаряжение было сборным, дорогим и смертельно эффективным. Профессионал, чьи услуги стоили дороже, чем бюджет некоторых планет Внешнего Кольца.

- Слушаю, сенатор, - голос наемника был искажен, но в нем слышался металлический холод.

- У нас проблема, - сказал Крэйл своим мягким, дипломатическим тоном. - В секторе Калида произошел инцидент. Один человек... завладел информацией, которая не предназначена для публичного доступа. Его зовут Яно Вектис.

Голограмма чуть наклонила голову.

- Вектис? Скупщик с Нар-Шаддаа? Я слышал о нем. Говорят, он сгорел недавно вместе со своим домом.

- Он выжил. И он стал очень опасен. У него есть то, что принадлежит мне.

Крэйл переслал данные наемнику.

- Найдите его. Мне не нужен он сам, мне не нужен его транспорт. Мне нужен один конкретный инфо-кристалл. И мне нужна тишина.

- Каковы условия захвата? - спросил наемник.

- Вектиса нужно.. нейтрализовать, - Крэйл улыбнулся, глядя на залитый солнцем Корусант. - Но перед этим убедитесь, что он никому не успел рассказать содержимое файла. Сделайте это... показательно. Чтобы другим любителям копаться в прошлом было неповадно.

- Будет исполнено, - ответил наемник. - Цена - тройная. За срочность.

- Цена не имеет значения. Принесите мне его голову и мой файл.

Голограмма погасла.

Сенатор Крэйл откинулся в кресле, наслаждаясь тишиной и ароматом цветов. В галактике наступала новая эра. Эра свободы и демократии. И он не позволит какому-то выжившему из ума историку с мертвой планеты испортить этот праздник.

Он взял перо и подписал указ о выделении средств на строительство мемориала жертвам Империи.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ