Электронный этюд в крошащемся пластике
Глава 1
Самые несчастные живые существа в мире это растения в горшках. Их страдания не заметны, боль не признана. В агонии они молча роняют листья или просто тихонько усыхают в своих керамических или пластиковых тюрьмах. Знают ли они, что своими страданиями обязаны живым существам? Понимают ли, какой мир их окружает? Или наши миры, существуя вместе, никогда не пересекаются? Ведь мы тоже не можем представить себя неподвижными статуями в горшках, которые только растут и растут и ничего больше не делают. И им не важно, на земном подоконнике стоит злополучный горшок или на полке отсека автономной космической станции. Они покорно тянут свои листочки к фотолампе, как тянули бы их к Солнцу.
Ухаживая за своей коллекцией цветов, Маша жалела, что она не растение. Ей никак не удавалось пустить корни на станции, хотя с того момента, как мужа направили сюда, прошло уже пять лет. Здесь она родила свою младшую дочь, но так и не привязалась к этому огромному блуждающему в космосе кусочку человеческого мира.
Ей все казалось, что с переездом на станцию, её семья подцепила грибок неудач. И вот как раз к этому моменту, он уже полностью оплел судьбы всех ее любимых людей. В прошлом году муж с рабочего компьютера зашел на порносайт и пустил в систему управляющую канализацией станции вирус-буквоед. В общем-то это просто злая игрушка, которая меняет слегка слова в программном коде. Сбой системы привел к потопу на жилых этажах станции. Официально никаких претензий не было, просто мужа сняли с должности главного биоинженера фильтрационной биологии и за год постепенно понизили до должности старшего инженера очистных устройств.
Маша незаметно продавала свою выдающуюся коллекцию домашних растений, на станции нельзя было держать живых питомцев и растения были в цене. Сотню раз предлагала мужу использовать свою электронную собачку Rare от Boston D, ту, знаете, которая делает маникюр и снимает стресс каким-то импульсами, в набор еще входят специальные электроды. Эту собачку в стиле первых роботов муж подарил ей, когда все было хорошо. А в последнее время он был так погружен в себя, что у него не было времени, ни на что кроме работы. Можно было бы испробовать программу нормализации импульсов, установленную на роботе. Маша не пользовалась ею, потому что электроды запутывались в волосах, но муж мог бы почувствовать себя чуточку лучше. Он даже не хотел пробовать, ссылаясь на то, что это женская игрушка для развлечения, а он – серьезный человек.
Маша заметила, что собачка несколько месяцев не обновляется. Заметила она это после Нового года, когда в первый раз предложила ее мужу. Тогда версия ПО была 11,051 и каждую неделю собачка исправно выходила в центр обновлений, но и в феврале версия ПО осталась той же. Полазив в сети, Маша выяснила, что Boston D уже давно выпустила версию 12,000. Беспокоить мужа не хотелось. У него и так полно проблем, тем более что поведение робота никак не изменилось, маникюр собачка делала как обычно. Маша оставила лейку и вышла в коридор. Собачка уже стояла у двери и ждала, когда ее выпустят. Сегодня Маша решила пойти за ней.
Она звала её Реа и, наверно, так своих роботов назвали большинство домохозяек. Boston Dynamics была очень старой фирмой, специализирующейся на оригинальных гаджетах для женщин. А когда-то они начинал как все, занимаясь разработками для армии. Но мудрость маркетинга рекомендует ориентироваться на женщин еще со времен батюшки Ленина или кем он там был. Общий центр обновления располагался несколькими этажами выше жилых отсеков и человеку там было делать нечего. Если собака пойдет туда, Маша просто обратиться к дежурному по этажу и пожалуется на нее.
Реа спустилась по лестнице на этаж вниз и остановилась у первой двери. Практически сразу из двери вышла точно такая же собака, только кто-то сменил её желтый пластиковый корпус на металлизированный и приделал сверху манипулятор. Маша подумала, что здесь, наверно, живет Костя, который вроде ведет кружок робототехники. На черном пластике манипулятора желтой краской было написано TOYs. Он пару раз помогал ей донести коляску по лестнице, когда сбоил лифт. Оба робота спустились еще на два этажа и направились к выходу из квартала. Маша растерянно шла за ними и очень обрадовалась, увидев в коридоре того самого Костю.
- Это твоя собака? – сразу спросила она.
- Да, - он улыбнулся, потому что никогда не сравнивал своего робота с собакой. – Куда это они?
- Не знаю. Моя уже пару месяцев не обновлялся. В сети уже есть версия двенадцать тысяч, а у моей еще одиннадцатая. А что сегодня занятия отменили?
- Нет, у меня сегодня четыре урока. Этот робот очень некачественной сборки, я даже и не следил за ним. Их закупили как подарки для школы, взял себе одного, но как-то не впечатлило.
- Я хочу посмотреть, куда они идут, - сказала Маша, увидев, что парочка скрылась за углом. Ей было не по себе от того, как слажено шагали их механические ноги, поэтому он спросила:
- Пойдешь со мной?
- Да, интересно, - они пошли рядом по коридору, потолок которого мягко светился, имитируя дневной свет. Маша подумала, что у старшей дочки сегодня восемь уроков, а потом еще два кружка. Можно позволить себе долгую прогулку. Теперь, когда она не одна, можно пойти до конца, а в пять забрать младших из садика. Как раз получится вернуться домой одновременно со старшей. Хотя, наверно, лучше пораньше, а то вдруг она забыла ключи.
- Кость, а часто такое с ними бывает? – спросила она, кивая на роботов, идущих в дальнем конце коридора.
- Эти роботы не особо надежные, - пожал он плечами. - У них в программе большая свобода выбора из-за этого они дают сбои и я считаю, что обновляться они должны чаще, чем раз в неделю. Я думал его на занятии разобрать, но как-то руки не доходят. Пиво из холодильника он нормально приносит.
Роботы разом остановились. Навстречу им выехал тяжелый робот-уборщик. Время подходило к полудню, население станции было на работе. По пустому коридору скрип и шуршание щеток, собирающих мусор, разносились как по пустой пещере.
Люди тоже остановились и с удивлением наблюдали, как их роботы слажено толкают уборщика передними лапами. Им было не сдвинуть с места тяжелую машину. Тут из соседнего коридора появился робот доставщик. Металлизированный короб полз по стене по тонкой желтой полоске. Роботы-собаки переключились на него. Вставали на задние манипуляторы, как будто хотели сбить доставщика со стены. Маша в ужасе вцепилась Косте в руку.
- Да не бойся, - улыбнулся он, видя, что его робот с трудом сохраняет равновесие из-за утяжелённого корпуса, а ее машина действует неуклюже, видимо, у нее проблемы с анализаторами. – Сейчас мы их успокоим.
Он достал телефон, среди иконок нашел программу стандартного управления. Когда открылось меню, Костя нажал команду «вернуться», которая заставляла все машины не государственного производства, находящиеся в радиусе десяти метров, устремиться к источнику сигнала. Обе собаки тут же встали на четыре лапы, слаженно повернулись и помчались прямо на людей. Маша вскрикнула и уткнулась Косте в плечо. Он жал команду «стоп», но она не срабатывала. Первой добежала Реа, принадлежавшая Маше, и сразу получила пинок, отчего её блестящий пластиковый корпус треснул, а сама она отлетела в сторону, врезалась в стену, брызнув осколками пластика, и больше не подавала признаков жизни. Своего, более тяжелого робота Костя поймал за манипулятор на спине и как следует тряхнул. Манипулятор оторвался, что-то внутри корпуса пшикнуло и запахло паленой пластмассой. Робот приземлился на четыре лапы и завалился на бок.
- Вот говно, - прокомментировал Костя. – Из чего они их делают?
Он подошел к машиному роботу, поднял его за лапу. Робот развалился пополам и держался только на проводах. Золотистый корпус разбился на множество кусочков, а изнутри сыпались микросхемы. «Хорошо маме не подарил», - подумал Костя. Была у него такая мысль.
- Посмотри, Маш, - он повернулся к ней с роботом в руке.
- Спасибо, - прошептала она, еще очень бледная, после пережитого страха. – Они… Они.. Прямо восстание машин.
Он засмеялся:
- Из этих? Да они в руках разваливаются. Это сбой или дурацкая шутка. Я посмотрю, если хочешь. Но вообще-то это мусор.
- Посмотри, пожалуйста. Вот ужас, - она покачала головой. Они медленно пошли обратно к жилым этажам.
- Я здесь как-то свою одноклассницу встретил, - вспомнил вдруг Костя. – Она меня кофе выпить приглашала.
- Мм, - неопределённо ответила Маша, она была все еще под впечатлением. Сережка в ее ухе равномерно раскачивалась в такт шагам. В последний раз он видел ее так близко, когда помогал донести коляску, года три назад это было. Тогда Маша ходила встречать свою старшую дочь из школы. Теперь ее малышка своими ножками ходит в садик. Он и забыл, что Маша – реальная женщина, а не просто картинка на мониторе.
- Роботы со свободным выбором иногда синхронизируются, - рассказывал он то, что знает любой школьник. – Поэтому в большинстве машин используются жесткие алгоритмы. За тысячелетия развития робототехники люди поняли, что роботам интеллект не нужен. Зачем уборщику разум? – эти вещи Костя так часто объяснял на уроках, что теперь, рассказывая Маше почему не надо бояться восстания машин, думал совсем о другом. Она покорно шла рядом, глубоко погруженная в себя, время от времени слегка закусывала нижнюю губу. Так они вернулись в свой квартал, вместе зашли в лифт и вышли на костином этаже.
Длинный коридор был пуст и похож на все остальные коридоры станции. Разве что дверей здесь было больше. Маша мечтала о голубом небе над головой, о тихонько шелестящих листьях. Да, парк станции был очень хорош, но она исходила его вдоль и поперек, уже не верила силиконовым листьям и звукам «естественной природы». И что скажет муж, когда узнает, что Реа сломалась?
Костя жалел, что руки заняты дурацкими роботами. Сейчас отличный момент, чтоб пригласить ее к себе. Она подошла к нему вплотную и посмотрела в глаза.
- Костя, можешь сказать, что ты был один? Ведь не важно, кто нашел их?
- Здесь везде камеры. Думаю, лучше сказать правду.
Она отступила, закусив губу. Неожиданно для себя, Костя сказал с тоской:
- Наверно, куча денег уходит на детей. Семья – это ужасно дорого по современным меркам.
Маша удивилась, ответила растеряно:
- Да, да, конечно. Пока.
Повернулась и ушла.
- Пока.
Войдя в квартиру, Костя со злостью швырнул роботов в дальний угол. Тут же включился небольшой компьютер и на его мониторе появилось изображение спальни. Костя увидел как Маша, не снимаю туфель, упала лицом вниз на кровать. Слушала ли она то, что он говорил ей про роботов? Или теперь будет бояться?
Это вышло случайно. Для школы на подарки преподавателям закупили несколько партий продуктов Boston Dynamic, разных роботов, снимающих стресс. В том числе стилизованных под первых роботов-собак и еще целый ворох роботов-массажистов. Массажисты были похожи на маленькие цветные бумажные квадратики сантиметр на сантиметр. По задумке инженеров они должны были ползать по коже и врем от времени генерировать небольшие разряды, якобы препятствующие образованию морщин. Этими бумажками Костя тогда набил все карманы, а собаку ему официально подарили.
Роботы-массажисты напоминали тех, которыми он занимался в юности. Мама часто ругала его за то, что он постоянно торчит за компьютером, требовала, чтоб он заводил друзей в местных сетях, а не шлялся по Вселенной. Но друзей у него и так было полно. В двадцать он был полноправным членом виртуальной банды, грабившей банки по всей солнечной системе. Костя писал коды для роботов-взломщиков, проверяющих, что хранится в банковских ячейках, чтоб до ограбления выяснить, какие из них стоит вскрывать. Служба Галактической Безопасности постепенно вычислила всю группу. Сначала они заблокировали Косте все счета, потом отключили от Галактической сети и прислали уведомление, что суд приговорил его к трем годам под наблюдением подвижных камер и десяти годам локальной сети родной станции и если он не будет удалять следящие программы со своего компьютера, не попытается повредить государственные приборы, то все будет хорошо. А если нет – у него из квартиры вынесут всю технику и запаяют дверь. Тюрьмы на станции не было, так что местная администрация применяла метод запирания нарушителей спокойствия в их собственных жилых отсеках. В общем, пришлось Косте искать работу на станции. Когда-то в угоду матери он получил диплом самого халявного факультета станционного Вуза, естественно, педагогического. Так в местной школе появился кружок робототехники и факультативные курсы компьютерной безопасности. СГБ даже предоставила своего психолога, чтоб Костя мог получить разрешения на такую деятельность.
Вальсирующая вокруг головы камера не так раздражала, когда он видел, в какой восторг она приводит детей. Три года пролетели незаметно и вот, когда внешнее наблюдение с него сняли, в школе появились те самые роботы. Они, конечно, были ужасного качества, как вся продукция Boston D. Но по воздуховоду могли доползти до соседней квартиры, а слабыми разрядами можно было заряжать нано-камеру или датчик движения. Сигнал у таких приборов слабый, а квартира над Костиной как раз пустовала, и он наполнил ее своими электронными квадратными питомцами. Через несколько недель в этот отсек въехали новые жильцы. Маше разноцветные квадратики понравились и она украсила ими полку для цветов, посадив роботов на клей. Она и не подозревала, что их можно использовать для снятия стресса или как-то еще. Они были похожи на цветные конфетти из новогодней хлопушки. Некоторые от такого обращения сломались, но часть продолжала посылать своему создателю сигналы в виде звука и картинки. Над полкой с цветами Маша повесила фитолампу, а верхняя сторона роботов была ничем иным, как солнечной батареей, которую спектр лампы заряжал даже лучше освещения Станции. Костя завел себе компьютер без выхода в сеть вообще и СГБ не возражало. Ему не хотелось получить еще одно обвинение, ведь роботов-массажистов он синхронизировал с этим компьютером исключительно в научных целях.
Маша радовалась разноцветным квадратикам, говорила, что на станции как будто всегда праздник. Она сушила листья своих растений, капала на них эпоксидной смолой и делала с дочками разные украшения. Было интересно наблюдать за ней. Вот и сейчас, когда он пришел, компьютер автоматически включился. С полки через листву было хорошо видно спальню.
Следующим утром он выгадал время, чтоб попасть в лифт вместе с Машиным мужем. Не вдаваясь в подробности, Костя сказал, что роботы Boston D выдали любопытный сбой и он собирает опытные образцы. В общем, поскольку гарантия кончилась, то он купил бы Машину модель, тем более что она и так оказалась у него. Машин муж назвал вполне адекватную цену за б/ушного робота, которую Костя ему тут же и перевел. «Вот и конец истории», - подумал он.
Когда у машиного мужа начались проблемы, никто не знал в точности, что произошло. Костя тогда подумал, что если к соседям сверху придут с обыском, то ему гарантирован новый срок и написал в СГБ просьбу запатентовать своих роботов. Долгое время ведомство не отвечало, но где-то за месяц до истории с собаками, Косте на почту пришло очень длинное письмо суть которого заключалась в том, что он либо отдает все свои наработки в СГБ, либо переезжает на Землю и продолжает заниматься своими роботами в закрытом институте. Это было очень неожиданное, но в общем, заманчивое предложение. Костя никогда не был на Земле.
Маша родилась на Земле и каждый день на станции она боролась со своим желанием вернуться домой. Поначалу это было легко, во время беременность это вообще ее не волновало, но после истории с роботами-собаками что-то сломалась у Маши внутри. На следующий день она взяла мастерок и отскребла все цветные квадратики, собрала их везде, где только нашла и беспощадно выкинула. Она больше не могла врать, что ее жизнь – праздник.
Костя посылал ей еще квадратных роботов, он привык наблюдать за мирной жизнью своих соседей, но Маша каким-то мистическим образом находила теперь его «питомцев». Причем, она бралась за них именно когда он смотрел. Стоило ему посмотреть на экран, как Маша поднимала голову и смотрела в ответ. Это было так жутко, что он даже несколько дней не подходил к компьютеру и вообще подумал, что пора завязывать с этими играми. Но не утерпел и опять поднял пластмассовую крышку. Маша на экране одевала чулки и платье. Он в первый раз видел ее в чулках. Любопытно, что она собирается делать. Маша села на кровать и принялась разглядывать свои ноги. Она здорово похудела после родов. Она прикидывала насколько безумен тот факт, что взгляд Кости в том коридоре показался ей знакомым. Тогда она шла и не смотрела на него именно потому, что чувствовала какую-то нездоровую гармонию и естественность происходящего, как будто так было множество раз. И сейчас, глядя на свои ноги, она чувствовала этот его взгляд. Наверно, она совсем сошла сума в этой космической консервной банке. Но прежде чем обращаться к психологу, можно было кое-что сделать.
Костя решил сделать себе кофе. Насмотревшись на Машину органическую жизнь, он заказал себе натуральный молотый кофе с Земли. Запах наполнил комнату. Он был гораздо сильнее, чем у местного оранжерейного. Но Костя не замечал терпкого аромата, погрузившись в неприятные мысли. Что делать, если вернувшись, он увидит, что Маша набирает ванну и берет на кухне нож? Последнее время её поведение было очень странным. Вдруг она принесёт аптечку и станет глотать оттуда все таблетки? Шел десятый час утра, вряд ли кто-то вернется домой в такое время. Он услышал, как хлопнула дверь и пискнул электронный замок. Все в порядке. Она вышла из дома, теперь можно не переживать. Взяв дымящуюся чашку, он пошел к мониторам. Теперь можно заняться подготовкой к переезду на Землю. Главный экран мигнул и выдал картинку с камеры у двери. Камера включалась автоматически, когда кто-нибудь подходил достаточно близко. От неожиданности Костя уронил чашку на стол.
Маша не решалась нажать кнопку звонка. «Что я скажу? – думала она, кусая губы. – Ты следишь за мной? А он скажет, что я сумасшедшая и закроет дверь. Нет, надо сказать: «я тебя люблю» и сразу войти». Возможно, это просто безумие скребётся в её голове. Глупо ломиться в гости к человеку, которого почти не знаешь, да еще и с какими-то непонятными целями. «Нормальные люди в таких случаях идут в полицию и получают там направление к психологу», - вздохнула она про себя, но все еще стояла, уткнувшись лбом в холодный металл дери. Маша пыталась припомнить слова из детектива, который старшей дочке задали прочитать в школе. Багряная нить преступления вплетена в однообразную серость будней? Нет, это просто заскучавшая домохозяйка заблудилась в стальных лабиринтах. Пошла за пластиковой собакой и никуда не пришла. Маша представила, что внутри у нее тоже есть такая собака без головы, просто инстинкт безо всякого разума. Если бы это животное стояло сейчас здесь вместо нее, оно бы скулило и царапало когтями холодный металл. Маша даже улыбнулась, как это было глупо. Больше всего на свете ей хотелось увидеть Землю. И вот, стоя у металлической двери, она представляла, что за ней спрятано синее небо и настоящие высокие деревья шелестят зелеными листьями. «Совсем с ума сошла», - подвела она итог. – «Надо идти домой и найти работу. Заработать и уехать на Землю». Но Маша все не уходила. Стояла, вздыхая, вдавливая лоб в дверь, как будто хотела, чтоб мысли проникли внутрь и узнали что там. Как корни растений проходят через бетонную кладку или кирпичи. «Хорошо бы Кости не было дома», - подумала она. За дверью раздался какой-то шум и Маша поспешно отскочила от нее. Сердце ушло в пятки и глазок камеры над дверью подтвердил ее опасения: Костя дома, он видел ее и сейчас откроет.
Когда он открыл, то услышал, как хлопнула дверь, ведущая на лестницу между этажами. Потом на экране он долго наблюдал, как она ходит по спальне, отчаянно жестикулируя, но не произнося ни слова. Маша разговаривала с ним про себя.
- Прощай, - сказал он и отключил компьютер. До отправления на Землю оставалось всего четыре дня. Костя вышел из своего отсека и долго гулял по станции, где прошла вся его жизнь. Размышлял на тему, что скоро начнется что-то совсем другое. Вспоминал, что Маша рассказывала своим детям о Земле. Слушая её рассказы, Костя и сам полюбил эту планету. Раньше он не думал о путешествиях, но, возможно, мама была права, когда говорила, что нужно больше гулять. Сама она, выйдя на пенсию, отправилась посмотреть Солнечную систему и присылала сыну открытки из разных интересных мест. Придя домой под вечер, Костя обнаружил на ручке двери брелок – вязанное сердечко на цепочке и записку, в которой было только одно слово: «Прощай».
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
