Доверие превыше всего

Глава 1

Соревнования по пилотажному мастерству проводятся ежегодно. Здесь собираются пилоты со всех уголков Галактики, чтобы показать свои умения и заслужить признание у руководства. Победители соревнований получают право войти в состав Пограничного Дозора Империи, а это дорогого стоит. ПогранДозор - самая престижная и высокооплачиваемая служба для пилотов лёгких катеров. Правда, долго там не задерживаются. Однажды ошибившись, пилот возвращается на свою планету. Навсегда. Возвращаются, правда, очень немногие. Да и жизнь для вернувшихся - тысячекратно хуже небытия в Бесконечности. Нет, система социального обеспечения у ПогранДозора, как и подобает подобной организации, лучшая в Империи. Просто мало какой пилот сможет долго протянуть без ощущения полёта, свободы, своего катера. Катер у пилота всегда свой, единственный на всю жизнь. Защитные системы катеров безупречны. Существует, разумеется, оружие, противостоять которому не сможет никакая броня, но защиты катеров в таких условиях, как правило, хватает на несколько мгновений - а этого вполне достаточно, чтобы уйти из-под удара. Единственная проблема в том, что совершенство катера обусловлено не только и не столько материалами, сколько личностными качествами пилота. Ведь катер подстраивается именно под него. Во всей Галактике не существует двух одинаковых рабочих катеров - при том, что с конвейера они сходят абсолютно идентичными. Но - несовершенными. Нам с Лансом повезло. Указом высшего руководства нам разрешили оставить себе катера. И даже участвовать в соревнованиях. Такого никогда не бывало, это награда и высочайшая честь. Он ещё не готов, он ещё не понимает. Злится за то, что его "сослали на рудники", как он говорит. На самом деле ни на какие рудники его не ссылали, всего лишь отправили домой, на Венеру. Собрали по кускам и отправили. И меня - следом. Такие поступки там, наверху, не забывают - даже если они идут вразрез с прямым указом непосредственного начальства. Спасение пассажирского лайнера от неминуемой гибели - ценой тяжёлого ранения одного пилота и повреждения пятидесяти процентов катера другого. Два среднего звена сотрудника вышли из строя - согласитесь, небольшая цена за сотни спасённых жизней. И нам разрешили вернуться. Да, пройти все этапы становления пилотов, "все круги ада", как говорит Ланс. Но вернуться. После того, как Ланса заново учили ходить и говорить, после того, как мой катер восстанавливали из груды металлолома, а меня саму отпаивали целебными настойками. Я уже говорила, что потеря катера для пилота подобна потере частички души? В моём случае - это был ещё и постоянный страх за Ланса - учителя, напарника и единственную родную душу во всей Галактике. Мы выдержали. Да, Ланс всё ещё ворчит по поводу того, что наше доблестное руководство, вместо того, чтобы наградить героев, сослало их куда подальше. Но я-то знаю, что он счастлив. Счастлив возможности вернуться на службу, снова ощутить полёт и свой катер. Это величайшая награда, такой чести до нас не удостаивался никто. Считается, что если пилот ошибся, не сумел выполнить задание, сохранив при этом себя и свой катер, то он не может служить в ПогранДозоре. У дозорных нет права на ошибку. А ослушавшихся приказа ждал бы непременно карцер и трибунал, и, уж поверьте, ничем хорошим это бы не закончилось. Нам очень повезло. Сегодня - день соревнований. Мы ждали этого дня с самого начала, с того момента, как стало понятно, что Ланс выживет. Сомнений в том, что он всё преодолеет и вернётся, уже ни у кого не было. А я... я помогала ему по мере своих сил, как и всегда. Последние две недели мы жили уже здесь, на Луне (соревнования всегда проходят здесь, недалеко от Земли, чтобы можно было вести прямую трансляцию на эту Планету), готовились уже на "рабочей площадке", то есть при здешнем пейзаже созвездий и прочих уникальных особенностях каждого космического тела. Старый трюк, коронный фокус, с которым мы много лет назад прошли в ПогранДозор (чем, к слову, вызвали невероятное удивление общественности и начальства), снова шёл "на ура". Каждое мгновение, каждый вздох и неуловимое движение мышц были отработаны до автоматизма. Снова. Как и тогда. Да, среднестатистическими пилотами мы и впрямь никогда не были, если быть уж совсем честной. Хватит хотя бы того, что впервые за историю соревнований мы выступили с парным номером, чем покорили сердца всех членов жюри. Сам основатель соревнований, начальник ПогранДозора, приказал в тот год принять на службу не одного, а двоих пилотов. И вот мы снова здесь, спустя без малого десять лет. Время в космосе тянется долго. Кажется, будто это было в прошлой жизни. Ошибки быть не может. Мы пришли сюда, чтобы побеждать, и мы победим. Простите, милые юнцы со всех уголков Галактики, не вам суждено стать пилотами в этот год. Мы вернулись, и мы обязаны победить. Я сделаю для этого всё. Потому что во всей Вселенной одна я знаю, как это важно для него. Кем он был до того, как пришёл на выпускной в пилотажную Академию и нашёл меня, до сих пор остаётся загадкой. Ланс почти не изменился за эти годы, несмотря на то, что нам пришлось пережить - так что я не удивлюсь, если ему и две, и три сотни лет. Я никогда не спрашивала его о прошлой жизни - мне хватило того, что он помог мне отыскать себя и своё призвание на просторах Галактики. Подарил мечту и помог её осуществить. И теперь я помогу ему. Долги должны быть уплачены. Резкий звонок, раздавшийся из динамика, заставил меня вздрогнуть. Пора. Пальцы привычно пробежали по пульту управления, задавая автопилоту команду на выход из ангара и помещение на исходную. Где-то рядом я услышала звук разгоняющегося двигателя катера Ланса. Я отстаю. На мгновение. Старт. Прожекторы, светящие с поверхности Луны, чтобы обеспечить достаточную видимость кораблей, в первую секунду заставили меня зажмуриться. Должно быть, этот участок Луны с Земли сейчас сияет ярче Солнца. ПогранДозор не скупится на аппаратуру. Краем глаза я невольно проследила путь катера Ланса. У него отличная посудина, так соответствующая его характеру, что я не устаю удивляться. На зелёных бортах поблёскивает золотистая отделка. Немного аляповато, на мой взгляд, зато как зрелищно! Этот катер я узнаю из миллиона. И что угодно отдам за то, чтобы вновь почувствовать его присутствие неподалёку, чтобы вновь пойти с Лансом в дозор, вновь прикрывать его своим бортом от лазерных лучей, вновь облегчённо вздыхать, краем глаза заметив эту золотистую искорку, уже не сомневаясь в победе. При мысли о лазерных лучах, я почувствовала, как катер словно бы вздрогнул подо мной. Ерунда, конечно. Катер не может испытывать страх или волнение, это всё же машина, хотя и наделённая частью моих свойств. "Не бойся", - шепнула я, - "Я больше тебя в обиду не дам". Я люблю свой катер. Мягкое кожаное пилотажное кресло, деревянная приборная панель. Никто до такого просто не додумался бы. А снаружи - изящные серебристые очертания, местами отливающие синим. Обтекаемость - идеальная. Он несколько ýже большинства боевых катеров, и за счёт этого может совершать невообразимые манёвры. Не даром меня прозвали Ртутью. А после восстановления, кажется, катер стал ещё краше. Время выступления ограничено. Что ж, играйте свою игру. Я без раздумий нажала на кнопку связи с Лансом. Послушный прибор немедленно вывел мне на экран изображение его лица. Ни тени волнения не было заметно, но по сосредоточенному взгляду, морщинкам на лбу и плотно сжатым губам я поняла, что Ланс очень переживает. - Готова? - невозмутимо спросил он, заметив, что я включила связь. - Ага, - я попыталась придать своему голосу уверенности, но получилось не очень, - Всё получится. Я верю тебе. - Верю, - прошептал он, чуть заметно улыбнулся и вырубил связь. И вот тут я по-настоящему испугалась. Только сейчас я поняла, насколько многое стоит сейчас на кону. Ошибки быть не может. Если не получится сейчас... я потеряю его. Теперь уже навсегда. Руки в защитных перчатках похолодели, а в висках запульсировал жар. Кажется, если бы я сейчас стояла, у меня закружилась бы голова, но сейчас меня заботливо поддерживало пилотажное кресло катера. Оно трансформировалось, подстраиваясь под меня: выпрямилось и отрастило удобный подголовник. Ошибки не будет. Суть нашего номера и его сложность заключаются в том, что катеры рисуют причудливый узор в небосводе, а скорости при этом такие, что полной синхронности не смогли бы добиться и самые современные автопилоты и датчики - всё зависит только от взаимопонимания пилотов, их интуиции и мастерства. И сейчас я вырисовывала сложные загогулины и совершала виражи совершенно автоматически - как сотни раз до этого и тысячи раз до первого испытания. Старые, давно знакомые чувства и эмоции захлёстывали меня снова и снова, заставляя забыть о важности этого выступления и о последствии неудачи. И вот, остался только один элемент. Доподлинно известно, что за десять лет не одна сотня юных сорвиголов поразбивала свои катера, тщетно пытаясь повторить этот наш трюк, и всё безуспешно. Здесь даже не интуиция. Не мастерство. Скорее какой-то незримый духовный контакт, на грани телепатического. На выходе из очередного виража, я остановила катер и удовлетворённо отметила, что в тот же миг остановился и Ланс.

Серебристо-синяя и золотисто-зелёная точки застыли в небе над Луной. Миллионы глаз сейчас в ожидании уставились на телеэкраны - незримая публика ждала главного. Два катера стали стремительно сближаться, всё наращивая скорость, и в тот момент, когда лобовое столкновение казалось уже неизбежным, каким-то неуловимым движением пилоты изменили траекторию, и катера, соприкоснувшись левыми бортами, закружились в диковинном танце, постепенно расходясь и прочерчивая красивые спирали.

Есть контакт! Когда я почувствовала, что мой катер движется уже не только за счёт своих двигателей, но и катер Ланса увлекает его за собой, придавая вращение, я поняла, что мы совершили невозможное. Снова. Описать моё счастье не возможно ни на одном из языков Галактики, это можно только почувствовать. Кажется, совершать невозможное - это наша судьба. В том, что мы победили, сомнений уже не было. Оставшиеся круги я позволила дорисовать автопилоту, а сама включила связь. Ланс был очень бледен и даже не улыбался. - Всё, - просто сказал он. Я почувствовала, что моё лицо мокрое от слёз. И когда они успели выкатиться? Да, теперь уже всё. Хотя нет. Сколько ещё невозможного нам предстоит совершить? Кажется, это наша судьба.

13.08.3023

Сегодня я вернулся. Я снова стал самим собой - даже не верится. Пожалуй, после всего - это было самым тяжёлым. И это говорит бывший агент Секретной Службы, наёмник из Туманов Юпитера и солдат Армии Освобождения. Да, вернуться - сложнее всего. Без Ртути я бы ни за что не смог этого сделать. А девчонка ведь так переживает. Ей, и только ей я обязан всем. Наверное, не нужно этого делать. Я ведь принесу ей только горе. Тогда, в прошлой жизни, всё было почти так... Почти. Астра... Она была моим самым верным другом. Самым лучшим пилотом-напарником. Я не мог, не хотел допустить даже мысли о чём-то большем. Я боялся. За неё... Или за себя? Если бы не тот полёт, не её жертва... Она осталась бы жить, а я... Ртуть не похожа на неё. С ней будет всё иначе. Не будет больше жертв. Это её выбор. И мой. Я понял теперь. И я сделаю всё, чтобы она была счастлива. Чтобы ОНА БЫЛА.