Четыре дня для Дрозда

Пролог

Планета Лада, подземный город Пятиозерск

4 марта

Дрозд сидел в «командирском» кресле, старом сидении от тягача. Отсюда, просматривалась вся баррикада. Справа в трехстах метрах чернел выход на поверхность, слева в глубине тоннеля горел синий сигнал на втором кордоне.

Хотелось спать. До конца дежурства оставалось три часа. Дрозд поежился, встал и начал легонько прыгать. Именно так Жасмин учила его справляться со сном. В отличие от них, она была профессиональным военным, билась лучше всех на кордоне. Это по ее указаниям каменистый отвал баррикады укрепили обломками арматуры, поверх который наварили огневые гнезда из металлолома.

Военных не хватало на все выходы. Поэтому они прибывали на место нападения из гарнизона. Жасмин же приходила на первый кордон Северного выхода в свободное время. Два месяца назад она пропала. Пропала на задании. Позже ее признали погибшей.

Гул вентиляции пропал. Система третий раз за дежурство вышла из строя. Дрозд поморщился. Он нутром чуял, что кориане этим воспользуются.

Охрана первого кордона зароптала, вспоминая плохими словами Петьку Лукина с его техниками. Дрозд негромко свистнул, привлекая внимание своих людей, а затем жестом приказал занять позиции. Сегодня под его командование выделили шесть ополченцев. Один новичок и пятеро «бывалых». От них не требовалось биться насмерть, только сдерживать врага до прихода военных.

С поверхности в тоннель неспеша потянулся густой, фосфоресцирующий туман. Он всегда появлялся за пару минут перед атакой. Под его покровом звери, управляемые телепатическим захватом, подступали невидимками к человеческой линии обороны. До последнего нельзя было понять, кого кориане обратили сегодня в свое оружие.

Дрогнул свет на крайних светильниках у выхода. В воздухе запахло смесью для огнемета. Команда Дрозда натянула маски с биофильтрами и приготовилась. Время шло. Туман продолжал медленно клубиться у входа. Люди начали переглядываться, не понимая задержки. Напряжение росло. Командир улавливал это по нервным, рваным вдохам своих бойцов.

Особенно нервничал Ким, молодой новобранец. У него на большом пальце было кольцо из белого металла. Им-то он и застучал по стволу винтовки, отстукивая ритм песни «В атаку идет наш отряд». Эхо подхватило звук и понесло его во все стороны, демаскируя позицию.

Дрозд, не глядя, поймал руку новичка и крепко сжал, тот пискнул и попытался освободиться. Командир сжал кисть еще сильнее, посмотрел Киму прямо в расширенные от ужаса глаза и прошипел:

— Сдохнуть не терпится?

Парень в ответ едва заметно дернул головой.

— Могу помочь…

Договорить Дрозду не дал топот, наполнивший тоннель. Звук, отраженный металлическими стенами, перерос в грохот, давящий на уши.

Из тумана выскочили большероги. Эти приземистые звери с широкой бочкообразной грудью и большими лопатообразными рогами больше походили на природные тараны, нежели на травоядных коровок. Первых двух удалось уложить шквальным огнем, но два других дошли до баррикады и с легкостью бульдозеров разнесли огневые гнезда, прежде чем их удалось уничтожить.

Дышать стало тяжело, фильтры на масках не справлялись и пропускали вонь от обугленного мяса и тлеющей шерсти. После ярких вспышек в глазах бегали «зайчики». Дрозд оглядел остатки баррикады, оценивая ситуацию.

Из зеленоватого облака, подошедшего к подножию укрепления, выскочил десяток клыкачей. Эти опасные хищники, смесь вепря и волка, были тяжелы и неповоротливы, но необычайно живучи. Убить их могли только опытные бойцы выстрелом в глаз или добравшись до мягкого брюха ножом или попав туда разрывным патроном.

— Тоха, отходи с ранеными на второй кордон! — проорал Дрозд. — Ким, Малыш, прикрываем!

Поначалу, втроем, они лихо отбивались от неуклюжих клыкачей, скидывая их вниз. Двоих Дрозд сумел застрелить. Но восемь тварей на троих — это слишком много.

Звери взяли людей в тиски. Тогда Малыш подставился, отвлек самого большого хищника на себя. Пока тот пытался прокусить броню, боец вспорол брюхо животного ножом. Управляемый корианами клыкач не разжал пасть, не завизжал от боли. Он потащил добычу к краю баррикады и спрыгнул вниз. Там, воя от нетерпения, уже ждали твари. Малыша разодрали мгновенно. Стая с новой яростью бросилась наверх. Первого подстрелил в брюхо Ким, второго сам Дрозд.

Один, самый ловкий из хищников, запрыгнул наверх и проскочил между защитниками. Он развернулся и завалил Кима, боднув под колено. Потом прыгнул на командира, пытаясь вытолкать его с укрепления, но тот отбросил оружие, руками перехватил зверя за пасть и через плечо скинул с баррикады.

Ким что-то кричал, не переставая стрелять в кого-то за спиной командира. Дрозд не успел отреагировать. Острый роговой отросток пробил правое плечо, застряв в ребрах. От жгучей боли перехватило дыхание. Подоспевший поддержать атаку Большерог, пришелдий поддержать атаку, подцепил капитана и начал мотать головой, пытаясь разорвать человека. Командир вцепился целой рукой во второй рог и бил ногами в морду, посылая проклятия корианам и всей фауне на Ладе. Очередной пинок достиг цели. Шип тяжелого бронированного сапога вошел в нежную кожу на носу животного. Оно заревело, вскинулось на дыбы, не удержалось и полетело вниз, к подножию баррикады, вместе с офицером.

Дрозд упал спиной на жесткий бетон. Сознание то отключалось, то возвращалось. Он пытался встать, но рогатая туша, как надежный капкан, пригвоздила его к полу, практически полностью обездвижив командира. Где-то далеко, словно через толстую стену, истошно орал Ким, отбиваясь от стаи хищников.

Почуяв беспомощность человека, тут же нарисовались два мелких гаденыша. Ростом сантиметров тридцать, с огромными ушами, этакие мутанты-переростки земных тойтерьеров. Такие же тощие, с кривыми лапками и глазами навыкате. Они были падальщиками, которые приходят доедать остатки после пира больших хищников.

Дрозд с презрением попытался шугануть их, хрипло рыкнул. Но недопсы почувствовали запах крови. Один из них с хрустом вцепился в руку, отгрызая пальцы. Второй, пользуясь моментом, вскочил Дрозду на грудь, обдал лицо смрадным дыханием и впился гнилыми зубами в командирскую шею.

— Нет! Только не ты! Оставь меня падаль мелкая! Нет! — заорал Дрозд, захлебываясь собственной кровью, и резко сел на койке в казенной капсуле.

Коммуникатор показывал полчаса до подъёма. Дрозд выругался. Взял полотенце, чистую пару белья и поплелся в душ. Там, глядя в зеркало на свое небритое и помятое лицо, он думал, почему кошмар преследует его почти каждую ночь. После атаки прошло около двух недель. Лекарство он пил без пропусков, но по-настоящему отдохнуть и восстановиться ему не удавалось.

Самое обидное было то, что недопсов не было в тот день. Ребята со второго кордона успели подойти и спасли его и Кима.

Мозгоправ говорил, что это образы подсознания. Врачу Дрозд доверял и считал, что гаденыш из сна — это Петька Лукин. Этот подлец, пивший соки из всей колонии, вполне вписывался в образ падальщика.

Дрозд вспомнил, сколько раз за последнее время накрывалась вентиляция, и именно в это время происходила атака. Он вспомнил бойцов, которых потерял, вспомнил Малыша, его нелепую улыбку, его песни у костра, и, конечно, Жасмин. От боли Дрозд смял металлический стакан, прикованный цепью к раковине.

Кто-то заругался за испорченную вещь, кто-то его осек. Дрозд не заметил ни того, ни другого. Он молча, рывком разорвал цепь и, не выпуская стакан, ушел к себе.

Сегодня его ждал на прием Глава колонии. Нужно было подготовиться, собрать все факты и доказательства того, что Петька вор и предатель, что из-за него погибли хорошие люди.

День первый

Если вам стало интересно. То маякните, и я выложу продолжение истории.