Чешир по имени Флинт

Глава 1

На Радуге небывалая радуга, такой нигде больше нет. Огромная, во всё небо, от одного края до другого. И оттенков необыкновенных. Оттого, наверное, что небо зелёное, а солнце – оранжевое.

Местное светило называется Эйдайн.

А радугой на Радуге называются орбитальные ледяные кольца. Подсвеченные Эйдайн, они сверкают в небесах, словно алмазный космический мост. Туристы от этого зрелища без ума. А местные – привыкли.

Жизнь на Радуге совсем не радужная. Те самые замечательные кольца не позволяют построить достаточно большую станцию на высокой орбите. А посадка на планету – тот ещё трюк высшего космического пилотажа. Освоение планеты идёт медленно, инфраструктура развита слабо, особого комфорта нет.

Но Джиму здесь нравилось. Впрочем, он кроме Бристауна нигде больше и не бывал. Даже странно, в кого он такой уродился – дед по молодости чуть ли не половину Галактики излетал, а родители… Родители были в составе исследовательской экспедиции, которая пропала где-то на дальнем конце Трёхпарсекового рукава. В той области много коллапсаров…

Будь на то воля Джима, он бы всю жизнь так и провёл в дедовском «Адмирале Бенбоу». Сидел бы себе на крылечке, созерцая радугу над заливом и панораму Бристауна в отдалении. С расстояния в милю вид на город Джиму нравился больше. И пускай туристы сюда забредают нечасто, потому что от города далековато, а старую разбитую дорога, ведущую вверх по холму, не всякий мобиль одолеет. Не очень-то туристы ему тут и нужны. Джим предпочитал уединение и покой.

Так ведь нет же – ни того ему не оставили, ни другого.

Еноты, хитрые паршивцы, при появлении пристава на служебном мобиле попрятались в верещатнике. Просто на всякий случай, хотя опасаться представителя власти им вроде не было причин. Впрочем, кто их знает, мелких негодяев…

А вот Джиму прятаться было некуда. Конечно, он мог бы закрыться в доме, только это ничего не изменило бы. Поэтому Джим сидел на ступеньках и угрюмо смотрел, как пристав огораживает участок. Но с крыльца не сходил.

Пристав обошёл двор по периметру. Дважды. Сперва установил по углам четыре рейки, затем натянул между ними жёлтую ленту. Вернулся к обозначавшей вход декоративной калитке, достал из кармана пульт. Вздохнул:

– Сочувствую, Джим. Хороший ты парень, но у меня распоряжение от городского совета. Дом старый, признан аварийным…

– Да ладно тебе, Бен, – сказал Джим. – Сам знаешь, таверна из железного дерева построена, на века. Просто Грейс давно положила глаз на мой участок. Хочет дом снести, а вместо него отгрохать новый отель.

– А тебе что, жалко? – проворчал пристав. – Пускай бы строила. С туристов городу главный доход.

– Мне – жалко, – кивнул Джим. – Это же не просто таверна, это история. Её мой дед строил.

– Третий год уже пошёл, как с дедом твоим несчастье случилось, пора бы уже самому за ум браться. Тем более, что он последний был из старожилов, и теперь до истории никому дела нет, а туристам и подавно. Им нужен комфорт и красочные виды. А у таверны вид непривлекательный, ну просто сарай сараем. В общем, зря ты не согласился уладить по-хорошему, от компенсации отказался.

– Да подавитесь вы своей компенсацией!

– Ну и сиди тут, пока не образумишься. Через день-другой сам выйдешь.

– Не выйду.

– Посмотрим.

Пристав щёлкнул пультом, и двор окружило тонкое марево анизотропного силового поля. Над калиткой вспыхнули неоновые буквы: ЗАКРЫТО НА РЕНОВАЦИЮ.

Джим скрипнул зубами. Реноваторы, подумал он со злостью, хуже пиратов, глаза бы мои на вас не смотрели…

Он поднялся, ушёл в дом. В комнатах было сумрачно, электричество отключили позавчера. Осада шла по всем направлениям. Хорошо, что продуктами запасся загодя, до приезда губернатора Трелони должно хватить.

Точно, ещё посмотрим, кто кого, подумал Джим. Посмотрим…

Он проснулся среди ночи от шума на кухне. Неужели опять еноты в дом забрались в поисках бисквитного печенья? Или бродяги? Да нет, какие бродяги, откуда, двор силовым полем огорожен.

Он босиком прошлёпал на кухню, щёлкнул выключателем. Свет не зажегся. Ах да, электричества же нет. Где-то тут был фонарик…

Джим повёл фонарём, и рука его дрогнула. На столе, посреди немытых тарелок, сидел громадный чёрный котище, глаза его горели зелёным огнём.

– Ты здесь откуда? – спросил ошарашенный Джим.

Кот презрительно сощурился, ничего не ответил. Хотя, в принципе, мог бы. Непростой это был кот, ему и закрытая дверь не преграда. Настоящий чешир. У деда, помнится, был такой же. Пропал, когда дед умер.

– Флинт? – спросил Джим.

Кот оскалился.

– Молока хочешь?

Глаза кота как будто вспыхнули ярче. Он кивнул.

– Хочешш.

Джим достал из шкафчика банку консервированного молока, распечатал, выбрал глубокую тарелку почище.

– Прошу.

Кот фыркнул, но угощением не побрезговал. По шерсти чешира, казалось, пробегали искристые волны. Желание его погладить было непреодолимым, Джим протянул руку. Кот недовольно покосился, утробно рыкнул.

– Ладно-ладно, – сказал Джим, убирая руку. – Красавец.

– Кррасафесс, – облизываясь, согласился кот. Вдруг навострил уши. – Ссфонок.

И действительно, в соседней комнате тренькал комм. Кто бы это мог быть в такой поздний час?

Номер звонившего в памяти комма не значился. Джим помедлил, сомневаясь, стоит ли отвечать. Но тот, кто звонил, был настойчив, не оступался. Чешир, тут как тут, вспрыгнул на стол и мягко ударил лапой по комму. В воздухе развернулось окно конференц-связи. Человек, позвонивший Джиму, был старый. Очень-очень старый. Долговязый, седой, с тёмным морщинистым лицом. У него была механическая нога, механическая рука и архаичный стеклянный объектив вместо одного глаза.

– Джимми, малыш, – проскрипел старик, – как же ты похож на своего деда, просто глазам не верится.

– Мы разве знакомы? – удивился Джим. – Не припоминаю, чтобы видел вас прежде.

– Можешь называть меня Джон, малыш Джимми, – ответил старик. – Было время, юнга Хокинс ходил со мной на одном корабле. Ох и попортил он мне крови. Вот и Флинт не даст соврать.

Джим оглянулся на чешира. Тот ухмылялся во всю пасть.

– Так это и вправду он, – пробормотал Джим. – Где и пропадал столько времени?..

– Искал старых друзей, – сказал старик. – Это было непросто, пришлось попутешествовать. Но Флинт упрямый, нашёл-таки.

– Зачем он вас искал? – спросил Джим. – Что вам нужно?

– А мальчонка-то сообразительный, – заметил старик, повернув голову к чеширу. –Вмиг нас раскусил.

Чешир кивнул, не переставая скалиться. А старик вдруг рассмеялся скрежещущим смехом, от которого мороз пошёл по коже. Помнится, однажды в детстве Джим сунул вилку в измельчитель мусора, звуки были похожие…

– Неспроста же вы позвонили посреди ночи, – буркнул Джим, поёжившись.

– Верно, – сказал старик. – Неспроста. Хотя, знаешь ли, у меня тут совсем другое время суток, но это неважно. В главном ты прав, я хочу спросить тебя кое о чём. У твоего деда был планшет. Старый такой, с кнопками. Знаешь, о чём я?

Вопрос был не очень то и похож на вопрос, скорее на утверждение. Джим знал о чём зашла речь. Планшет пылился на верхней полке книжного шкафа, вместе с прочими дедовскими реликвиями. Совсем древний гаджет, корпус исцарапан, экран в трещинах. Натуральный хлам, но выбросить рука не поднималась…

– Да. Только он неисправен.

– Ничего, починим.

– Приходите. Другу деда отдам просто так.

И вот тут суровый одноглазый Джон отчего-то стушевался.

– Такое дело, Джимми. Сам я прийти не могу. Была в прошлом одна, так сказать, коллизия, из-за которой местные власти считают меня персоной нон грата. Давай-ка ты ко мне выбирайся. Я на борту «Эспаньолы», на орбите. Бери шаттл и прилетай. Нам с тобой есть о чём поговорить.

Ну да, прямо вот так сразу. Джим скептически хмыкнул.

– В Бристауне и такси поймать непросто. А шаттл раздобыть – тем более.

Старик покачал головой, печально вздохнул.

– Как я погляжу, мой друг Джимми не слишком много откровенничал с любимым внуком. Даже Флинт знает гораздо больше о прежних его делах.

– О чём это вы?

– У твоего деда имелся свой собственный шаттл. Припрятан в пещере возле Белой Скалы.

Интересненько. О том, что в прошлом деда немало тайн, Джим догадывался, но про шаттл в прибрежной пещере даже не подозревал.

– И вы хотите, чтобы я прямо сейчас к вам прилетел?

Джим постарался вложить в голос как можно больше сарказма. Старика не проняло ничуть. Или он ловко сделал вид.

– Да.

– Я ни разу в жизни не летал на шаттле, – откровенно признался Джим. – Не имею ни малейшего понятия, как им управлять.

– И не надо, – сказал старик. – На автопилоте долетишь. Как в такси.

Джим упирался из последних сил.

– Если я уйду, лишусь дома. Стоит только выйти за ограждение – и всё, обратно будет уже не попасть. «Адмирала Бенбоу» снесут…

– Сдалась тебе эта развалина, – пренебрежительно сказал старик. – Вот гляжу я на тебя и вижу, что не так уж ты и похож на своего деда. Тот Хокинс в молодости был совсем не такой, он к твоим годам побывал уже в дюжине звёздных систем. Брал бы ты пример с него, малыш Джимми. Пора отправляться навстречу приключениям.

– Но здесь мой дом, – сказал Джим почти с отчаянием.

Дом. Место, к которому привык. Место, где ему было хорошо. Старая таверна на высоком холме над зелёным морем. Радуга в небесах…

Ну да, наверное, для кого-то это просто неплохое местечко, одно из многих. Памятная открытка для скучающих туристов. Но только не для него. Джим не верил, что где-то может быть лучше. Хотя он ничего другого до сих пор и не видел.

– Однако, сдаётся мне, знаешь ты его не так уж и хорошо.

– О чём это вы?

– О подземном ходе, – пояснил старик, хитро усмехнувшись. – Который ведёт из подвала аккурат к пещере возле Белой Скалы.

Чёрт возьми, сколько же у деда было секретов? И чем он тут занимался втихую? Контрабанду провозил что ли? Джим уже ничему не удивился бы, наверное.

– Собирайся, малыш Джимми, – сказал старик. – Флинт покажет тебе дорогу.

– Покашшет, – подтвердил чешир. Бесшумно соскочил со стола на пол, оглянулся на Джима, как будто призывая идти за собой.

– Только не забудьте планшет, – напомнил старик.

Ах да планшет. Забытая дедова реликвия. Бесполезная пыльная рухлядь.

Или не такая уж бесполезная?

– Что такого ценного в этом планшете? – спросил Джим. – Что на нём?

Старик помолчал, пристально изучая Джима. Словно решал, стоит ли доверить ему важный секрет. В объективе искусственного глаза поблескивали красные отсветы. Наконец старик что-то надумал. Многозначительно покивал и проговорил:

– Кажется, теперь я узнаю в тебе того самого, молодого отважного Джимми.

– Так что на планшете? – повторил вопрос Джим.

– Звёздный атлас капитана Флинта, – ответил старик.

– Того самого Флинта? – уточнил Джим, не веря своим ушам.

– Да, – сказал одноглазый Джон, старый космический волк, давний знакомый Джеймса Хокинса-старшего. – Того самого.

Вот оно что. Секретные карты легендарного капитана. Потаённые пути на другой край Галактики. В старом разбитом гаджете, что годами валялся на пыльной полке. Кто бы мог подумать?..

Джим подтянул к себе стул, сел. Чешир запрыгнул к нему на колени, уставился в упор зелёными глазищами. Джим смотрел в его глаза, как зачарованный, и не мог понять, парит ли он в небе или тонет в море. И мерещились ему космические бездны, заполненные светом чужих солнц. И стремительные корабли, пронизывающие пространство. И плеяда миров, доселе невиданных…

– Ссокрровищща, – промолвил чешир, – Коссмосс.

И тогда Джим Хокинс-третий решился.